Миф об «одной винтовке на троих». Одна винтовка на троих


Одна винтовка на троих в 1941 году: миф или правда

Не так все плохо

Как свидетельствуют другие данные, недокомплект при вооружении народного ополчения вовсе не был повсеместным. Тот же Гавриил Попов, рассуждая над нехваткой вооружения при обучении ополчения пишет, что «перед боем его вдруг оказывалось достаточно».

Почему ополченцы проходили некачественное обучение – это отдельный вопрос. А по поводу укомплектованности вооружением всех двенадцати дивизий московского народного ополчения высказался главный хранитель фондов Государственного музея обороны Москвы Светлана Соболева. Она отметила, что на основании архивных документов обеспечение винтовками, автоматами, ручными и станковыми пулеметами, 50-мм минометами, 76-мм дивизионными пушками, 122-мм гаубицами осуществлялось на 100 %.

Константин Телегин, в прошлом член Военного совета ряда фронтов, в книге «Войны несчитанные вёрсты» отмечал, что работники Московского военного округа, ощущая нехватку вооружения наращивали усилия в поиске внутренних резервов. А резервы были, и немалые. И главный из них –  артиллерийские базы.

На одной из таких баз находился значительный запас отремонтированного или требовавшего ремонта иностранного стрелкового оружия, сохранившийся со времени гражданской войны. По словам Телегина, к концу июля на ремонтных мощностях базы удалось наладить выпуск до 5000 единиц отремонтированного оружия в сутки.

Ненамного хуже обстояли дела с ленинградским ополчением. Согласно данным историка Александра Колесника, 1-я дивизия народного ополчения Ленинграда (ДНО) по штату насчитывала 14926 человек, некомплект составлял 2824 человек; 2-я ДНО – по штату 11739, некомплект – 3018; 3-я ДНО соответственно 12154 и 2060.

По поводу вооружения Колесник замечает, что если 1-я ДНО имела некомплект 799 винтовок, то 2-я и 3-я дивизии уже обладали резервом в 317 и 1192 винтовок соответственно. Получается, некомплект штатной численности в винтовках 1-й дивизии с лихвой покрывался некомплектом штатной численности в бойцах. Другими словами, винтовки были у всех.

Ситуация с вооружением народного ополчения в рядах Красной Армии не была исключением. Другие армии также активно использовали снятое с вооружения и трофейное оружие. Вот описание вооружения народного ополчения Англии, взятое из книги Альфреда Рессела «По дорогам войны»:

«Для обороны Англии не было орудий, зенитной артиллерии и прежде всего танков. Легкое оружие, которым располагала армия, если не считать легкого пулемета типа Брен, который производился по чехословацкой лицензии, было устаревшим, но и его не хватало. Ополчение, состоявшее из бывших военных и штатских, вооружалось в силу необходимости берданками и заостренными железными прутами из ограждений парков. Пошли в ход даже исторические алебарды из музеев и родовых имений как оружие, удобное для ближнего боя».

russian7.ru

Одна винтовка на троих в 1941 году: выдумка или правда

Не так все плохо

Как свидетельствуют другие данные, недокомплект при вооружении народного ополчения вовсе не был повсеместным. Тот же Гавриил Попов, рассуждая над нехваткой вооружения при обучении ополчения пишет, что «перед боем его вдруг оказывалось достаточно».

Почему ополченцы проходили некачественное обучение – это отдельный вопрос. А по поводу укомплектованности вооружением всех двенадцати дивизий московского народного ополчения высказался главный хранитель фондов Государственного музея обороны Москвы Светлана Соболева. Она отметила, что на основании архивных документов обеспечение винтовками, автоматами, ручными и станковыми пулеметами, 50-мм минометами, 76-мм дивизионными пушками, 122-мм гаубицами осуществлялось на 100 %.

Константин Телегин, в прошлом член Военного совета ряда фронтов, в книге «Войны несчитанные вёрсты» отмечал, что работники Московского военного округа, ощущая нехватку вооружения наращивали усилия в поиске внутренних резервов. А резервы были, и немалые. И главный из них –  артиллерийские базы.

На одной из таких баз находился значительный запас отремонтированного или требовавшего ремонта иностранного стрелкового оружия, сохранившийся со времени гражданской войны. По словам Телегина, к концу июля на ремонтных мощностях базы удалось наладить выпуск до 5000 единиц отремонтированного оружия в сутки.

Ненамного хуже обстояли дела с ленинградским ополчением. Согласно данным историка Александра Колесника, 1-я дивизия народного ополчения Ленинграда (ДНО) по штату насчитывала 14926 человек, некомплект составлял 2824 человек; 2-я ДНО – по штату 11739, некомплект – 3018; 3-я ДНО соответственно 12154 и 2060.

По поводу вооружения Колесник замечает, что если 1-я ДНО имела некомплект 799 винтовок, то 2-я и 3-я дивизии уже обладали резервом в 317 и 1192 винтовок соответственно. Получается, некомплект штатной численности в винтовках 1-й дивизии с лихвой покрывался некомплектом штатной численности в бойцах. Другими словами, винтовки были у всех.

Ситуация с вооружением народного ополчения в рядах Красной Армии не была исключением. Другие армии также активно использовали снятое с вооружения и трофейное оружие. Вот описание вооружения народного ополчения Англии, взятое из книги Альфреда Рессела «По дорогам войны»:

«Для обороны Англии не было орудий, зенитной артиллерии и прежде всего танков. Легкое оружие, которым располагала армия, если не считать легкого пулемета типа Брен, который производился по чехословацкой лицензии, было устаревшим, но и его не хватало. Ополчение, состоявшее из бывших военных и штатских, вооружалось в силу необходимости берданками и заостренными железными прутами из ограждений парков. Пошли в ход даже исторические алебарды из музеев и родовых имений как оружие, удобное для ближнего боя».

russian7.ru

миф:одна_винтовка_на_троих [Мифы истории СССР]

Во время Великой Отечественной войны Сталин отправлял на фронт целые подразделения без оружия или с недостаточным вооружением, так что одна винтовка приходилась на несколько бойцов. Миф используется чтобы показать людоедскую сущность режима, его пренебрежение человеческой жизнью и неспособность обеспечить армию даже минимальным вооружением.

«Ленинградский плакат осени 1941-го: «Товарищ! Вступай в ряды народного ополчения. Винтовку добудешь в бою». Так, с голыми руками, шел на фронт знаменитый Ижорский батальон. В 1941-м на 30 ополченцев - 1 винтовка»1).

«безоружное ополчение, брошенное под немецкие танки»2)

Вопрос о вооружении ополчения относится к одним из самых малоисследованных вопросов Великой отечественной войны. Чтобы суметь хоть как-то обсудить тезис, необходимо иметь хоть что-то конкретное. В наиболее развернутом виде тезис встречается в статье Гавриила Попова:3)

«Еще справка — о ленинградской дивизии народного ополчения: «На 7—8 июля никакого оружия в дивизии еще не было», «При выезде на боевые рубежи части дивизии имели 245 винтовок и 13600 патронов». При численности одной дивизии народного ополчения в среднем 9—10 тысяч человек — это означало 1,5 патрона на бойца».

Но затем смотрим на упреки далее.

«Возникает масса почему? Почему не обучали народное ополчение? Почему вместо оружия вручили лопаты? Почему в ополчение везли винтовки чуть ли не из музеев? Не хватало винтовок? Но перед боем их вдруг оказывалось достаточно. Значит, дело не в нехватке винтовок».

Стоп. А это уже интересно. Так значит, перед боем винтовки были, а не было их в момент формирования и обучения ополчения? Но это дает нам совершенно иной взгляд на проблему.

Поищем тогда иные, не столь публицистическо-ангажированные источники. Статья С.Е. Соболевой4) основана на документах из фондов Государственного музея обороны Москвы:

«Вместе с тем в Центральном архиве Министерства Обороны РФ находятся документы о степени укомплектованности вооружением всех двенадцати дивизий народного ополчения на 3 сентября 1941г.

Обеспечение винтовками, автоматами, ручными и станковыми пулеметами, 50-мм минометами, 76-мм дивизионными пушками, 122-мм гаубицами в них значится 100%. Среди общего количества станковых пулеметов насчитывается 412 станковых пулеметов Кольта обр. 1915 г. В действительности положение с материально-техническим обеспечением ополченческих дивизий выглядело несколько иначе.

Согласно донесению штаба 33 Армии штабу Резервного (фронта о боевом и численном составе частей армии - шести дивизий народного ополчения, направленном не ранее 20 сентября 1941 г. (датирование по тексту). Винтовок имелось 34 721 вместо положенных 28 952, станковых пулеметов 714 вместо положенных 612. Но ощущался недостаток в следующих видах оружия: автоматических винтовок имелось 7 796, а требовалось по штату 21 495, ручных пулеметов было 869, вместо необходимых 956, пистолетов-пулеметов Дегтярева насчитывалось 784, вместо положенных 928. На шесть дивизий имелось всего 2 зенитных пулемета вместо положенных 102 и 7 крупнокалиберных пулемета вместо 51».

Как можно видеть из данной статьи, вооружения хотя и не хватало, но все-таки совершенно не в тех пропорциях, как иной раз утверждают (одна винтовка на троих). Проблемой вооружения было другое. Ополченцам из резервного запаса ГАУ выдавалось все, что могло стрелять. Снятое с вооружения, малокалиберное, финское трофейное, переданное еще в первую мировую России союзниками и т.д. Что не удивительно, так как «Военный совет принял решение о мобилизации всех ресурсов оружия, какие могли быть изысканы в учебных заведениях, штабах и тыловых частях»5).

Это порождало ряд проблем. «Изучение материальной части, без знания которой невозможно успешно применять стрелковое оружие в бою, было затруднено из-за крайне незначительного количества наставлений по стрелковому делу и руководств по материальной части оружия иностранных образцов. Со всеми этими проблемами приходилось сталкиваться бойцам, имевшим минимальный уровень боевой подготовки». Кроме того, снабжение столь разнородного вооружения патронами так же было затруднительно. И патронов зачастую не хватало.

Но может быть московское ополчение представляло из себя какое-то исключение? Взглянем на ленинградское. Согласно6) численность дивизий составляла: 1-я дивизия народного ополчения (ДНО) - по штату 14926 человек, некомплект - 2824; 2-я ДНО - по штату 11739, некомплект - 3018; 3-я ДНО соответственно 12154 и 2060. А о вооружении говорится, что 1-я ДНО имела некомплект винтовок 799 штук, 2-я имела резерв 317 винтовок, 3-я ДНО – 1192. Но что же получается? Некомплект штатной численности в винтовках полностью закрывается некомплектом штатной численности человек. Иначе говоря, винтовки были у всех. Зато наблюдается сильный некомплект (до 50%) в пулеметах и артиллерии. И опять смотрим на то, что же это были за винтовки. Та же проблема - немецкие, французские, польские, канадские, которые поступали со складов Ленинградского гарнизона, где хранились со времен Первой мировой и Гражданской войн.

Стоит заметить, что подобная ситуация не представляла из себя чего особенного, свойственного только КА в 1941-м году. Даже в нынешнее время в большинстве армий мира продолжает десятилетиями храниться снятое с вооружения и трофейное оружие, которое является мобилизационным резервом. При нехватке вооружения, полагающегося по штату формируемых частей, такое оружие используется. И примеров такому использованию существует множество.

Таким образом, при рассмотрении вооружения ополчения в 1941-м, на первый план выходит совершенно иная проблема – недостаток патронов под это разномастное вооружение, сложность обучения обращения с ним, которая особо сильно проявлялась на общем крайне слабом уровне подготовки ополченцев. Естественно, что при первой же возможности бойцы собирали оружие на поле боя и перевооружались советским или немецким вооружением.

Означает ли это, что ситуации с невооруженным ополчением вообще не было? Нет. В войне бывало всякое. И такие ситуации были возможны. И свидетельств тому, что бывало и такое, достаточно. Вот как, к примеру, описывает происходящее Поппель: «Надо держаться. Несмотря на нехватку артиллерии и снарядов. Несмотря на то, что ополчение приходит в дивизии без винтовок, и бойцы подбирают на поле боя оружие убитых»7).

Для полноты картины взглянем, как обстояло дело с вооружение ополчения в других странах. Англия: «На помощь регулярной армии, сравнительно немногочисленной на первых порах, пришли добровольческие отряды гражданской обороны, которые в июле были преобразованы в народное ополчение, насчитывавшее свыше 1 млн. человек»8). «Ополчение, состоявшее из бывших военных и штатских, вооружалось в силу необходимости берданками и заостренными железными прутами из ограждений парков»9). Это ополчение не было брошено в бой, не понадобилось. Но у меня не возникает ни малейшего сомнения, что если бы понадобилось, то эти англичане дрались бы всем, чем могли. Этими самыми прутами из оград. Это мне понятно без объяснений.

Но почему действия руководства СССР, вооружающего ополчение, чем могло – это преступление, а действия Черчилля поступающего полностью аналогично – это нормально? Вот этого я не пойму.

— Раковский Андрей Валерьевич 2008/05/21 11:26

wiki.istmat.info

Миф об «одной винтовке на троих» » Военное обозрение

Есть устойчивая легенда,что в начале войны наша армия воевала «с одной винтовкой на троих». Точное происхождение этого мифа сейчас уже вряд ли возможно выяснить, однако, есть версия, что он связан с выходом агитационного ролика "Чапаев с нами". Если на данный момент никто не оспаривает того, то регулярные части Красной Армии на начало войны были полностью укомплектованы стрелковым оружием, то вокруг народного ополчения всё ещё муссируется тема «одна винтовка на троих».

Вот что пишет главный хранитель фондов Государственного музея обороны Москвы С.Е. Соболева в своей статье «Стрелковое оружие защитников столицы при формировании народного ополчения Москвы», основываясь на архивных документах о степени укомплектованности вооружением всех двенадцати дивизий московского народного ополчения на 3 сентября 1941г – «Обеспечение винтовками, автоматами, ручными и станковыми пулеметами, 50-мм минометами, 76-мм дивизионными пушками, 122-мм гаубицами в них значится 100 %. Среди общего количества станковых пулеметов насчитывается 412 станковых пулеметов Кольта обр. 1915 г. В действительности положение с материально-техническим обеспечением ополченческих дивизий выглядело несколько иначе. Согласно донесению штаба 33 Армии штабу Резервного (фронта о боевом и численном составе частей армии - шести дивизий народного ополчения, направленном не ранее 20 сентября 1941 г. (датирование по тексту). Винтовок имелось 34 721 вместо положенных 28 952, станковых пулеметов 714 вместо положенных 612. Но ощущался недостаток в следующих видах оружия: автоматических винтовок имелось 7 796, а требовалось по штату 21 495, ручных пулеметов было 869, вместо необходимых 956, пистолетов-пулеметов Дегтярева насчитывалось 784, вместо положенных 928. На шесть дивизий имелось всего 2 зенитных пулемета вместо положенных 102 и 7 крупнокалиберных пулемета вместо 51».

Как видно из вышеприведённых данных, недостаток вооружений действительно имелся, но он не касался личного стрелкового оружия. Более того, в винтовках даже был избыток. Проблема была в другом – ополченцам выдавались не только современные винтовки, но в и вообще всё, что могло стрелять – оружие образца Первой мировой, финское трофейное, иностранное оружие, переданное Российской империи в 1914-1917 гг. Возникала проблема несовместимости оружия и патронов – «При внешнем сходстве советских винтовочных патронов обр. 1908 г. и финских, финские патроны заедали в наших пулеметных лентах и стрелять очередью ими было не возможно. По этой же причине для наших винтовок не подходили финские обоймы. Поэтому стрелять финскими патронами можно было только по одному».

Была ли такая ситуация уникальной? Вот как описывает вооружённость народного ополчения в Англии Альфред Рессел в книге «По дорогам войны» - «Для обороны Англии не было орудий, зенитной артиллерии и прежде всего танков. Легкое оружие, которым располагала армия, если не считать легкого пулемета типа Брен, который производился по чехословацкой лицензии, было устаревшим, но и его не хватало. Ополчение, состоявшее из бывших военных и штатских, вооружалось в силу необходимости берданками и заостренными железными прутами из ограждений парков. Пошли в ход даже исторические алебарды из музеев и родовых имений как оружие, удобное для ближнего боя».

Вот что пишет Константин Телегин, бывший в годы войны членом Военного совета ряда фронтов, в своей книге «Войны несчитанные вёрсты» - «Военный совет принял решение о мобилизации всех ресурсов оружия, какие могли быть изысканы в учебных заведениях, штабах и тыловых частях.. И работники управлений Московского военного округа с каждым днем наращивали усилия в поиске внутренних резервов. При внимательном изучении дел на местах выяснилось, что резервы все же есть, и даже немалые. Первый из них — артиллерийские базы, непосредственно подчиненные ГАУ». На одной из таких баз как раз находился значительный запас отремонтированного или требовавшего ремонта иностранного стрелкового оружия, лежавшего на складах со времени гражданской войны. Как пишет Телегин, к концу июля на ремонтных мощностях базы удалось наладить выпуск до 5000 единиц отремонтированного оружия в сутки.

Необходимо отметить, что сформированные ополченческие подразделения «первой волны», отправились не на фронт, а на строившуюся в тылу Можайскую линию обороны, где занимались боевой подготовкой и строительством укреплений. В сентябре дивизии народного ополчения были переформированы по штатам обычных стрелковых дивизий Красной армии.

Как видим, проблемы с вооружением для московского ополчения действительно имелись, но речь ни в коем случае не идёт о том, что ополченцев бросали в бой безоружными с одной винтовкой на троих – личным стрелковым оружием все были обеспечены. Может быть, на других фронтах, например Ленинградском, обстановка была хуже? Из данных книги Александра Колесника «Ополченческие формирования Российской Федерации в годы Великой Отечественной войны» можно составить такую таблицу по вооружённости дивизий народного ополчения (ДНО):

Дивизия Численность по штату Некомплект Некомплект/резерв винтовок1 ДНО 14926 2824 -7992 ДНО 11739 3018 +3173 ДНО 12154 2060 +1192

Как видим, только у одной из трёх дивизий имелся некомплект винтовок, но он покрывался ещё большим некомплектом личного состава. Удивительно, но ровно эти же данные приводит в своей статье «Одна винтовка на троих» Анатолий Цыганок как доказательство тезиса о большой нехватке стрелкового оружия.

Исходя из всего вышесказанного можно сказать, что проблемы с вооружением народного ополчения были, но не носили такого катастрофического характера, чтобы можно было говорить о том, что ополченцев бросали в бой без оружия "с одной винтовкой на троих".

topwar.ru

Миф об «одной винтовке на троих». История России.

У народного ополчения действительно были проблемы с вооружением, но вовсе не такие катастрофические, как "одна винтовка на троих". Более того, эти проблемы не были характерной чертой одного только СССР.

Есть устойчивая легенда,что в начале войны наша армия воевала «с одной винтовкой на троих». Точное происхождение этого мифа сейчас уже вряд ли возможно выяснить, однако, есть версия, что он связан с выходом агитационного ролика "Чапаев с нами". Если на данный момент никто не оспаривает того, то регулярные части Красной Армии на начало войны были полностью укомплектованы стрелковым оружием, то вокруг народного ополчения всё ещё муссируется тема «одна винтовка на троих».

Вот что пишет главный хранитель фондов Государственного музея обороны Москвы С.Е. Соболева в своей статье «Стрелковое оружие защитников столицы при формировании народного ополчения Москвы», основываясь на архивных документах о степени укомплектованности вооружением всех двенадцати дивизий московского народного ополчения на 3 сентября 1941г – «Обеспечение винтовками, автоматами, ручными и станковыми пулеметами, 50-мм минометами, 76-мм дивизионными пушками, 122-мм гаубицами в них значится 100 %. Среди общего количества станковых пулеметов насчитывается 412 станковых пулеметов Кольта обр. 1915 г. В действительности положение с материально-техническим обеспечением ополченческих дивизий выглядело несколько иначе. Согласно донесению штаба 33 Армии штабу Резервного (фронта о боевом и численном составе частей армии - шести дивизий народного ополчения, направленном не ранее 20 сентября 1941 г. (датирование по тексту). Винтовок имелось 34 721 вместо положенных 28 952, станковых пулеметов 714 вместо положенных 612. Но ощущался недостаток в следующих видах оружия: автоматических винтовок имелось 7 796, а требовалось по штату 21 495, ручных пулеметов было 869, вместо необходимых 956, пистолетов-пулеметов Дегтярева насчитывалось 784, вместо положенных 928. На шесть дивизий имелось всего 2 зенитных пулемета вместо положенных 102 и 7 крупнокалиберных пулемета вместо 51».

Как видно из вышеприведённых данных, недостаток вооружений действительно имелся, но он не касался личного стрелкового оружия. Более того, в винтовках даже был избыток. Проблема была в другом – ополченцам выдавались не только современные винтовки, но в и вообще всё, что могло стрелять – оружие образца Первой мировой, финское трофейное, иностранное оружие, переданное Российской империи в 1914-1917 гг. Возникала проблема несовместимости оружия и патронов – «При внешнем сходстве советских винтовочных патронов обр. 1908 г. и финских, финские патроны заедали в наших пулеметных лентах и стрелять очередью ими было не возможно. По этой же причине для наших винтовок не подходили финские обоймы. Поэтому стрелять финскими патронами можно было только по одному».

Была ли такая ситуация уникальной? Вот как описывает вооружённость народного ополчения в Англии Альфред Рессел в книге «По дорогам войны» - «Для обороны Англии не было орудий, зенитной артиллерии и прежде всего танков. Легкое оружие, которым располагала армия, если не считать легкого пулемета типа Брен, который производился по чехословацкой лицензии, было устаревшим, но и его не хватало. Ополчение, состоявшее из бывших военных и штатских, вооружалось в силу необходимости берданками и заостренными железными прутами из ограждений парков. Пошли в ход даже исторические алебарды из музеев и родовых имений как оружие, удобное для ближнего боя».

Вот что пишет Константин Телегин, бывший в годы войны членом Военного совета ряда фронтов, в своей книге «Войны несчитанные вёрсты» - «Военный совет принял решение о мобилизации всех ресурсов оружия, какие могли быть изысканы в учебных заведениях, штабах и тыловых частях.. И работники управлений Московского военного округа с каждым днем наращивали усилия в поиске внутренних резервов. При внимательном изучении дел на местах выяснилось, что резервы все же есть, и даже немалые. Первый из них — артиллерийские базы, непосредственно подчиненные ГАУ». На одной из таких баз как раз находился значительный запас отремонтированного или требовавшего ремонта иностранного стрелкового оружия, лежавшего на складах со времени гражданской войны. Как пишет Телегин, к концу июля на ремонтных мощностях базы удалось наладить выпуск до 5000 единиц отремонтированного оружия в сутки.

Необходимо отметить, что сформированные ополченческие подразделения «первой волны», отправились не на фронт, а на строившуюся в тылу Можайскую линию обороны, где занимались боевой подготовкой и строительством укреплений. В сентябре дивизии народного ополчения были переформированы по штатам обычных стрелковых дивизий Красной армии.

Как видим, проблемы с вооружением для московского ополчения действительно имелись, но речь ни в коем случае не идёт о том, что ополченцев бросали в бой безоружными с одной винтовкой на троих – личным стрелковым оружием все были обеспечены. Может быть, на других фронтах, например Ленинградском, обстановка была хуже? Из данных книги Александра Колесника «Ополченческие формирования Российской Федерации в годы Великой Отечественной войны» можно составить такую таблицу по вооружённости дивизий народного ополчения (ДНО):

ДивизияЧисленность по штатуНекомплектНекомплект/резерв винтовок
1 ДНО149262824-799
2 ДНО117393018+317
3 ДНО121542060+1192

Из таблицы следует, что только у одной из трёх дивизий имелся некомплект винтовок, но он покрывался ещё большим некомплектом личного состава. Удивительно, но ровно эти же данные приводит в своей статье «Одна винтовка на троих» Анатолий Цыганок как доказательство тезиса о большой нехватке стрелкового оружия.

Исходя из всего вышесказанного можно сказать, что проблемы с вооружением народного ополчения были, но не носили такого катастрофического характера, чтобы можно было говорить о том, что ополченцев бросали в бой без оружия "с одной винтовкой на троих".

Просмотров: 42549

statehistory.ru в ЖЖ:

statehistory.ru

Одна винтовка на троих в 1941 году: миф или правда — Рамблер/новости

В поствоенной публицистике существует устойчивое мнение, что в первые месяцы Великой Отечественной войны из-за нехватки вооружения бойцам приходилось делить одну винтовку на троих. Насколько это утверждение соответствует действительности?

Добыть в бою  Есть предположения, что выражение «одна винтовка на троих» связана с выходом агитационного ролика «Чапаев с нами». По другой гипотезе это утверждение перекочевало со времен Первой мировой войны. Именно она заслуживает внимания.

В мемуарах военного атташе британского посольства генерал-майора Альфреда Нокса «Вместе с русской армией. 1914-1917» есть такие слова: «Константин Петрович Фан-дер-Флит, командующий 6-й армией от артиллерии, расквартированной в Петрограде, заявил на совещании 9 декабря [1914 года], что ему приходится отправлять новобранцев к фронту, выдавая по одной винтовке на троих». Сегодня историки не оспаривают тот факт, что части регулярной Красной Армии во время Великой Отечественной войны в целом стрелковым оружием были укомплектованы. Чего не скажешь о народном ополчении, к которому фраза «одна винтовка на троих» прилипла всерьез и надолго. И на тот есть основания.

Осенью 1941 года в Ленинграде можно было встретить плакат: «Товарищ! Вступай в ряды народного ополчения. Винтовку добудешь в бою». Доктор исторических наук Юлия Кантор в своей книге «Ленинград — кто снимет блокаду лжи?» описывала конкретную ситуацию: «в 1941-м на 30 ополченцев — 1 винтовка: так, с голыми руками, шел на фронт знаменитый Ижорский батальон».

Цифры могут отличаться, но суть таких высказываний одна: катастрофическая нехватка оружия и боеприпасов при обеспечении народного ополчения в начале войны. Об этом пишут не только историки, которых можно заподозрить в предвзятости к сталинскому режиму, но и свидетели той войны.

Вот высказывание ветерана Великой Отечественной, генерал-лейтенанта танковых войск Николая Попеля: «Надо держаться. Несмотря на нехватку артиллерии и снарядов. Несмотря на то, что ополчение приходит в дивизии без винтовок, и бойцы подбирают на поле боя оружие убитых». Сохранилось немало задокументированных свидетельств подобных этому.

Экономист, бывший мэр Москвы Гавриил Попов в книге «Гибель московского народного ополчения» приводит выдержку из справки о ленинградской дивизии ополченцев: «На 7—8 июля никакого оружия в дивизии еще не было. При выезде на боевые рубежи части дивизии имели 245 винтовок и 13600 патронов». При численности одной дивизии народного ополчения в среднем 9—10 тысяч человек — это означало, что на бойца было всего полтора патрона. Анатолий Цыганок, член-корреспондент Академии военных наук, отмечает, что немцы недоумевали, с кем они воюют? «Что за секретные войска без пулеметов, без танков, без артиллерии, без средств ПВО, без радиостанций и даже без патронов. Оказалось, что это ленинградские и московские ополченческие армии, дивизии и полки!».

Оружейный голод

Действительно, положение с материально-техническим обеспечением ополченческих дивизий выглядело не лучшим образом. Согласно донесению штаба 33 Армии штабу Резервного фронта о боевом и численном составе частей армии в шести дивизиях народного ополчения, направленных не ранее 20 сентября 1941 года, «автоматических винтовок имелось 7 796, а требовалось по штату 21 495; ручных пулеметов было 869, вместо необходимых 956; пистолетов-пулеметов Дегтярева насчитывалось 784, вместо положенных 928. Также на шесть дивизий имелось всего 2 зенитных пулемета вместо положенных 102 и 7 крупнокалиберных пулемета вместо 51».

Но проблема была не только в дефиците вооружения. Ополченцам выдавались большей частью старые образцы винтовок, все что могло стрелять: оружие Первой мировой, финское трофейное и прочее иностранное оружие (немецкое, французское, польское, канадское) переданное Российской империи в 1914-1917 годах.

Возникла ситуация, когда оружие и патроны оказывались несовместимыми. К примру, при внешнем сходстве советских винтовочных патронов образца 1908 года с финскими, последние заедали в наших пулеметных лентах и стрелять очередью ими было фактически невозможно.

Справедливости ради следует заметить, что сформированные подразделения ополченцев «первой волны» отправлялись не на фронт, а на строившуюся в тылу Можайскую линию обороны. Там они занимались боевой подготовкой и возведением укреплений. Только в сентябре 1941 года дивизии народного ополчения были перераспределены по штатам регулярных стрелковых дивизий Красной Армии.

Не меньшей заботой командиров стали необученные и неподготовленные к ведению боевых действий ополченцы. Их было много. К примеру, в 1-й ленинградской дивизии ополчения из 8731 бойца 5246 ни разу в своей жизни не стреляли. Низким уровнем боевой подготовки отличалось не только ополчение Ленинграда, но и других регионов СССР.

Организовать, обучить и сформировать в части такое ополчение в течение отведенных полутора недель было практически невыполнимой задачей. Такие дивизии уничтожались значительно быстрее, чем регулярные. Так, за 10 дней в полках 2-й дивизии ополчения Ленинграда оставалось примерно по сто человек.

Не так все плохо

Как свидетельствуют другие данные, недокомплект при вооружении народного ополчения вовсе не был повсеместным. Тот же Гавриил Попов, рассуждая над нехваткой вооружения при обучении ополчения пишет, что «перед боем его вдруг оказывалось достаточно».

Почему ополченцы проходили некачественное обучение — это отдельный вопрос. А по поводу укомплектованности вооружением всех двенадцати дивизий московского народного ополчения высказался главный хранитель фондов Государственного музея обороны Москвы Светлана Соболева. Она отметила, что на основании архивных документов обеспечение винтовками, автоматами, ручными и станковыми пулеметами, 50-мм минометами, 76-мм дивизионными пушками, 122-мм гаубицами осуществлялось на 100%. Константин Телегин, в прошлом член Военного совета ряда фронтов, в книге «Войны несчитанные вёрсты» отмечал, что работники Московского военного округа, ощущая нехватку вооружения наращивали усилия в поиске внутренних резервов. А резервы были, и немалые. И главный из них — артиллерийские базы.

На одной из таких баз находился значительный запас отремонтированного или требовавшего ремонта иностранного стрелкового оружия, сохранившийся со времени гражданской войны. По словам Телегина, к концу июля на ремонтных мощностях базы удалось наладить выпуск до 5000 единиц отремонтированного оружия в сутки.

Ненамного хуже обстояли дела с ленинградским ополчением. Согласно данным историка Александра Колесника, 1-я дивизия народного ополчения Ленинграда (ДНО) по штату насчитывала 14926 человек, некомплект составлял 2824 человек; 2-я ДНО — по штату 11739, некомплект — 3018; 3-я ДНО соответственно 12154 и 2060.

По поводу вооружения Колесник замечает, что если 1-я ДНО имела некомплект 799 винтовок, то 2-я и 3-я дивизии уже обладали резервом в 317 и 1192 винтовок соответственно. Получается, некомплект штатной численности в винтовках 1-й дивизии с лихвой покрывался некомплектом штатной численности в бойцах. Другими словами, винтовки были у всех.

Ситуация с вооружением народного ополчения в рядах Красной Армии не была исключением. Другие армии также активно использовали снятое с вооружения и трофейное оружие. Вот описание вооружения народного ополчения Англии, взятое из книги Альфреда Рессела «По дорогам войны»:

«Для обороны Англии не было орудий, зенитной артиллерии и прежде всего танков. Легкое оружие, которым располагала армия, если не считать легкого пулемета типа Брен, который производился по чехословацкой лицензии, было устаревшим, но и его не хватало. Ополчение, состоявшее из бывших военных и штатских, вооружалось в силу необходимости берданками и заостренными железными прутами из ограждений парков. Пошли в ход даже исторические алебарды из музеев и родовых имений как оружие, удобное для ближнего боя».

news.rambler.ru

Одна винтовка на троих: 824td

В годы перестройки, когда начала потихоньку всплывать тщательно скрываемая Правда о преступлениях тоталитарного режима, появилось множество рассказов о том, как бездарное советское командование посылало бойцов в атаку, выдавая им одну винтовку на троих.Последователями сакральной Правды подобные рассказы преподносились как демонстрация бесчеловечности режима по отношению к людям, но в действительности борцы за Правду пали жертвами собственного недопонимания.Ветераны, рассказывая об одной винтовке на троих, нисколько не лукавили и не ошибались, они просто не уточняли, в силу преклонного возраста, что на троих им выдавали отнюдь не обычную винтовку Мосина образца 1930-го, а уникальное оружие, созданное гениальным, но так и не понятым современниками оружейником Александром Гершоновичем Черенковым. Это оружие представляло собой модифицированнную трёхствольную винтовку Мосина, рассчитаную на переноску и применение расчётом из 3-х человек. Фактически, это была уже не винтовка, а ручной пулемёт с довольно низким темпом стрельбы и раздельым обслуживанием каждого ствола, который, однако, по плотности огня равнялся стрелковому отделению. Не сохранилось фотографий этого уникального оружия, но в рассекреченых ныне архивах имеется рисунок трёхствольной винтовки Мосина-Черенкова образца 1941-го года.

Впередиидущий боец являлся командиром расчёта, он же направлял оружие на цель, второй и третий стрелки за ним нажимали курки и перезаряжали оружие по команде командира. Центральным стволом винтовки являлся удлинённый ствол под управлением третьего стрелка, второй стрелок управлял правым стволом, а первый, соответственно - укороченым левым. Вместимость магазинов винтовки была увеличена до 10 патронов на стрелка, были предусмотрены несъёмные сошки, а так же штык типа "вилы" на 4 лезвия. Проект винтовки был предложен ещё в 1936-м году, однако черствые сталинские чиновники, не способные оценить преимуществ нового оружия, раз за разом отклоняли проект. Однако это не останавливало конструктора и он упорно предлагал свой проект Управлению Вооружения РККА, пока наконец руководство последнего, не устояв под напором А.Г. Черенкова, не выделило ему три десятка некондиционных винтовок Мосина для создания опытной партии.Три стрелковых отделения, вооружённые десятью трёхствольными винтовкам в комплекте со штыками типа "вилы" произвели неизгладимое впечатлаение на маршала Кулика, наблюдавшего за испытаниями нового оружия. Плотность огня и устрашающий вид бойцов в штыковой атаке по мнению маршала должны были компенсировать недостаточную меткость стрельбы и некоторую несогласованность в действиях бойцов, обслуживавших оружие, поэтому Кулик настоял на изготовлении небольшого количества таких винтовок из списаных и бракованых винтовок Мосина обр. 1930г. Когда настал суровый час войны и возникла нехватка стрелкового оружия, советские бойцы получали среди прочего и эти уникальные винтовки, что впоследствии послужило почвой для возникновения "разоблачительных" рассказов о якобы одной винтовке на троих. Бойцы часто называли эти винтовки "черенками", по фамилии конструктора, что, в свою очередь, породило легенду о "черной пехоте", вооружённой одними черенками от лопат.Печальной была судьба гениального конструктора А.Г. Черенкова в сталинском СССР. Даже официальное принятие на вооружение трёхствольной винтовки Мосина-Черенкова обр. 1941 г. не принесло ему заслуженных наград и славы. Несмотря на это, талантливый конструктор продолжал работать, выдвигая всё новые и новые проекты. Вслед за проектом винтовки на отделение последовали проекты винтовок на взвод, роту, батальон. Проекты сыпались один за другим, но безжалостные сталинские опричники прервали полёт творческой мысли - в 1943-м году, после предложения проекта дивизионной винтовки, конструктор был брошен в психиатрическую лечебницу. Только в 1953-м году, после смерти Сталина, Черенков был выпущен из больницы. Едва ознакомившись с новинками стрелкового оружия, конструктор тут же развил бурную деятельность и начал сыпать проектами усовершенствования существующего оружия и предлагать совершенно новое. Среди его проектов была и модификация автомата калашникова с балалайкой вместо приклада, призванная скрасить досуг бойцов на передовой.

Увы, ни один из его проектов так и не был всеръёз рассмотрен и судьба конструктора и его проектов после 1959-го года теряется в неизвестности.

824td.livejournal.com