Финист-ясный сокол - русская народная сказка. Ясный сокол


Финист-ясный сокол - русская народная сказка

Финист-ясный сокол - сказка о том, как девушка Марьюшка своей искренностью и крепкими чувствами освободила Ясного сокола из плена злой царицы. Финиста-ясного сокола читать рекомендуется детям в возрасте от 5 лет.

Сказка Финист-ясный сокол скачать:

Сказка Финист-ясный сокол читать

Для просмотра текста сказки необходимо включить в браузере поддержку JavaScript!

Финист-ясный сокол: сказка. Краткое содержание

Зачин истории начинается по одному из обычных сказочных сценариев. У отца три дочери, две из которых не отличаются умом и усердием, а младшенькая Марьюшка - и красавица, и умница. Собираясь в дорогу, отец всегда спрашивает своих дочерей, какие гостинцы они хотели бы получить. Старшие девочки только о вещах модных мечтают, а Марьюшка о перышке Ясна сокола грезит. Однажды случилось так, что старый дедушка передал отцу такое перышко, тут и начинается сама история. Марьюшка знакомится с Финистом - добрым молодцем и, проходя через пакости сестер, отправляется в дорогу, чтобы спасти любимого от злой колдуньи. Девушке придется повстречаться с бабой-ягой и её сестрами, взамен на свою доброту и искренность получить волшебные подарки. Именно они помогут Марьюшке освободить Финиста от чар...

Финист Ясный сокол - волшебный персонаж народной сказки

Сказка Финист-ясный сокол (читать "добрый молодец") - одна из немногих русских народных сказок, названных не в честь главной героини, а именем волшебного персонажа. Финист - один из добрых героев русского народного творчества. Способность превращаться в сокола проявляется после того, как девушка Марьюшка зовет его к себе. Финист-ясный сокол олицетворяет собой чистую любовь, с легкостью проходящую через любые преграды.

deti-online.com

Ясный сокол: русская народная сказка, читать текст онлайн

Русская народная сказка «Финист-Ясный сокол» читать текст онлайн:

Жил да был крестьянин. Умерла у него жена и остались три дочки. Хотел старик нанять работницу в хозяйстве помогать, но меньшая дочь, Марьюшка, сказала:

— Не надо, батюшка, нанимать работницу, сама я буду хозяйство вести.

Ладно. Стала дочка Марьюшка хозяйство вести. Все-то она умеет, все-то у нее ладится. Любил отец Марьюшку: рад был, что такая умная да работящая дочка растет. И из себя-то Марьюшка красавица писаная. А сестры ее завидущие да жаднющие, из себя некрасивые, а модницы — перемодницы — весь день сидят да белятся, да румянятся, да в обновки наряжаются, и платья им — не платья, сапожки — не сапожки, платок — не платок.

Поехал отец на базар и спрашивает дочек:

— Что вам, дочки, купить, чем порадовать?— Купи по полушалку, да такому, чтоб цветы покрупнее, золотом расписанные.

А Марьюшка стоит да молчит. Спрашивает ее отец:

— А что тебе, доченька, купить?— А мне, батюшка, купи перышко Финиста — ясна сокола.

Приезжает отец, привозит дочкам полушалки, а перышка не нашел. Поехал отец в другой раз на базар.

— Ну, — говорит, — дочки, заказывайте подарки.— Купи нам по сапожкам с серебряными подковками.

А Марьюшка опять заказывает;

— Купи мне, батюшка, перышко Финиста — ясна сокола.

Ходил отец весь день, сапожки купил, а перышка не нашел. Приехал без перышка. Ладно. Поехал старик в третий раз на базар, а старшая и средняя дочки говорят:

— Купи-ка ты нам по пальто.

А Марьюшка опять просит:

— А мне батюшка, купи перышко Финиста — ясна сокола.

Ходил отец весь день, а перышка не нашел. Выехал из города, а навстречу старенький старичок:

— Здорово, дедушка!— Здравствуй, милый! Куда путь-дорогу держишь?— К себе, дедушка, в деревню. Да вот горе у меня: меньшая дочка наказывала купить перышко Финиста — ясна сокола, а я не нашел.— Есть у меня такое перышко, да оно заветное, но для доброго человека, куда ни шло, отдам.

Вынул дедушка перышко и подает, а оно самое обыкновенное. Едет крестьянин и думает: «Что в нем Марьюшка нашла хорошего?»

Привез старик подарки дочкам, старшая и средняя наряжаются, да над Марьюшкой смеются:

— Как была ты дурочка, так и есть. Нацепи свое перышко в волосы да красуйся!

Промолчала Марьюшка, отошла в сторону, а когда все спать полегли, бросила Марьюшка перышко на пол и проговорила:

— Любезный Финист — ясный сокол, явись ко мне, жданный мой жених!

И явился ей молодец красоты неописанной. К утру молодец ударился об пол и сделался соколом. Отворила ему Марьюшка окно, и улетел сокол к синему небу.

Три дня Марьюшка привечала к себе молодца; днем он летает соколом по синему поднебесью, а к ночи прилетает к Марьюшке и делается добрым молодцем.

На четвертый день сестры злые заметили и наговорили отцу на сестру.

— Дочки мои милые, — говорит отец, — смотрите лучше за собой!

«Ладно, — думают сестры, — посмотрим, как будет дальше».

Натыкали они в раму острых ножей, а сами притаились, смотрят. Вот летит ясный сокол. Долетел до окна и не может попасть в комнату Марьюшки. Бился, бился, всю грудь изрезал, а Марьюшка спит и не слышит. И сказал тогда сокол:

— Кому я нужен, тот меня найдет. Но это будет нелегко. Тогда меня найдешь, когда трое башмаков железных износишь, трое посохов железных изломаешь, трое колпаков железных порвешь.

Услышала это Марьюшка, вскочила с кровати, посмотрела в окно, а сокола нет, и только кровавый след на окне остался. Заплакала Марьюшка горькими слезами, смыла слезками кровавый след и стала еще краше. Пошла она к отцу и проговорила:

— Не брани меня, батюшка, отпусти в путь-дорогу дальнюю. Жива буду — свидимся, умру — так, знать, на роду написано.

Жалко было отцу отпускать любимую дочку, но отпустил. Заказала Марьюшка трое башмаков железных, трое посохов железных, трое колпаков железных и отправилась в путь-дорогу дальнюю, искать желанного Финиста — ясна сокола. Шла она чистым полем, шла темным лесом, высокими горами. Птички веселыми песнями ей сердце радовали, ручейки лицо белое умывали, леса темные привечали. И никто не мог Марьюшку тронуть: волки серые, медведи, лисицы — все звери к ней сбегались. Износила она башмаки железные, посох железный изломала и колпак железный порвала. И вот выходит Марьюшка на поляну и видит: стоит избушка на курьих ножках — вертится. Говорит Марьюшка:

— Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом! Мне в тебя лезть, хлеба есть.

Повернулась избушка к лесу задом, а к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.

Увидела баба-яга Марьюшку, зашумела:

— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?— Ищу, бабушка, Финиста—ясна сокола.— Ох, красавица, трудно тебе будет его искать! Твой ясный сокол за тридевять земель, в тридевятом государстве. Опоила его зельем царица-волшебница и женила на себе. Но я тебе помогу. Вот тебе серебряное блюдечко и золотое яичко. Когда придешь в тридевятое царство, наймись работницей к царице. Покончишь работу — бери блюдечко, клади золотое яичко, само будет кататься. Станут покупать — не продавай. Просись Финиста — ясна сокола повидать. Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. Потемнел лес, страшно стало Марьюшке, боится и шагнуть, а навстречу кот. Прыгнул к Марьюшке и замурлыкал:— Не бойся, Марьюшка, иди вперед. Будет еще страшнее, а ты иди и иди, не оглядывайся.

Потерся кот спинкой и был таков, а Марьюшка пошла дальше. А лес стал еще темней.

Шла Марьюшка, шла, сапоги железные износила, посох поломала, колпак порвала и пришла к избушке на курьих ножках. Вокруг тын, на кольях черепа, и каждый череп огнем горит.

— Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом! Мне в тебя лезть, хлеба есть.

Повернулась избушка к лесу задом, а к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.

Увидела баба-яга Марьюшку и зашумела:

— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?— Ищу, бабушка, Финиста — ясна сокола.— А у моей сестры была?— Была, бабушка.— Ладно, красавица, помогу тебе. Бери серебряные пяльцы, золотую иголочку. Иголочка сама будет вышивать серебром и золотом по малиновому бархату. Будут покупать — не продавай. Просись Финиста — ясна сокола повидать.

Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. А в лесу стук, гром, свист, черепа лес освещают. Страшно стало Марьюшке. Глядь, собака бежит. Сказала собака марьюшке:

— Ав, ав, Марьюшка, не бойся, родная, иди. Будет еще страшнее, не оглядывайся.

Сказала и была такова. Пошла Марьюшка, а лес стал еще темнее стал. За ноги ее цепляет, за рукава хватает… Идет Марьюшка, идет и назад не оглянется. Долго ли, коротко ли шла — башмаки железные износила, посох железный поломала, колпак железный порвала. Вышла на полянку, а на полянке избушка на курьих ножках, вокруг тын, а на кольях лошадиные черепа, каждый череп огнем горит.

— Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом!

Повернулась избушка к лесу задом, а к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос. Увидела баба-яга Марьюшку, зашумела:

— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь, аль от дела пытаешь?— Ищу, бабушка, Финиста — ясна сокола.— Трудно, красавица, тебе будет его искать, да я помогу. Вот тебе серебряное донце, золотое веретенце. Бери в руки, само прясть будет, потянется нитка не простая, а золотая.— Спасибо тебе, бабушка.— Ладно, спасибо после скажешь, а теперь слушай, что тебе накажу: будут золотое веретенце покупать — не продавай, а просись Финиста — ясна сокола повидать.

Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла, а лес зашумел, загудел: поднялся свист, совы закружились, мыши из нор повылезли, да все на Марьюшку. И видит Марьюшка — бежит навстречу серый волк. Говорит серый волк Марьюшке:

— Не горюй, — говорит он, — а садись на меня и не оглядывайся.

Села Марьюшка на серого волка, и только ее и видели. Впереди степи широкие, луга бархатные, реки медовые, берега кисельные, горы в облака упираются. А Марьюшка всё скачет и скачет. И вот перед Марьюшкой хрустальный терем. Крыльцо резное, оконца узорчатые, а в оконце царица глядит.

— Ну, — говорит волк, — слезай, Марьюшка, иди и нанимайся в прислуги.

Слезла Марьюшка, узелок взяла, поблагодарила волка и пошла к хрустальному дворцу. Поклонилась Марьюшка царице и говорит:

— Не знаю, как вас звать, как величать, а не нужна ли вам будет работница?

Отвечает царица:

Давно я ищу работницу, но такую, которая могла бы прясть и ткать и вышивать.

— Все это я могу делать.— Тогда проходи и садись за работу.

И стала Марьюшка работницей. День работает, а наступит ночь — возьмет Марьюшка серебряное блюдечко и золотое яичко и скажет:

— Катись, катись, золотое яичко, по серебряному блюдечку, покажи мне моего милого.

Покатится яичко по серебряному блюдечку, и предстанет Финист — ясный сокол. Смотрит на него Марьюшка и слезами заливается:

— Финист мой, Финист — ясный сокол, зачем ты меня оставил одну, горькую, о тебе плакать!

Подслушала царица ее слова и говорит:

— А, продай мне, Марьюшка, серебряное блюдечко и золотое яичко.— Нет, — говорит Марьюшка, — они непродажные. Могу я тебе их отдать, если позволишь на Финиста — ясна сокола поглядеть.

Подумала царица, подумала.

— Ладно, — говорит, — так и быть. Ночью, как он уснет, я тебе его покажу.

Наступила ночь, и идет Марьюшка в спальню к Финисту — ясну соколу. Видит она — спит ее сердечный друг сном непробудным. Смотрит Марьюшка, не насмотрится, целует в уста сахарные, прижимает к груди белой, — спит не пробудится сердечный друг. Наступило утро, а Марьюшка не добудилась милого…

Целый день работала Марьюшка, а вечером взяла серебряные пяльцы да золотую иголочку. Сидит, вышивает, сама приговаривает:

— Вышивайся, вышивайся, узор, для Финиста — ясна сокола. Было бы чем ему по утрам вытираться.

Подслушала царица и говорит:

— Продай мне, Марьюшка, серебряные пяльцы, золотую иголочку.— Я не продам, — говорит Марьюшка, — а так отдам, разреши только с Финистом — ясным соколом свидеться.— Ладно, — говорит, — так и быть, ночью я тебе его покажу.

Наступает ночь. Входит Марьюшка в спаленку к Финисту — ясну соколу, а тот спит сном непробудным.

— Финист ты мой, ясный сокол, встань, пробудись!

Спит Финист — ясный сокол крепким сном. Будила его Марьюшка — не добудилась.

Наступает день. Сидит Марьюшка за работой, берет в руки серебряное донце, золотое веретенце. А царица увидала: продай да продай!

— Продать не продам, а могу и так отдать, если позволишь с Финистом — ясным соколом хоть часок побыть.— Ладно. А сама думает: «Все равно не разбудит».

Настала ночь. Входит Марьюшка в спальню к Финисту — ясну соколу, а тот спит сном непробудным.

— Финист ты мой — ясный сокол, встань, пробудись!

Спит Финист, не просыпается. Будила, будила — никак не может добудиться, а рассвет близко. Заплакала Марьюшка:

— Любезный ты мой Финист — ясный сокол, встань, пробудись, на Марьюшку свою погляди, к сердцу своему ее прижми!

Упала Марьюшкина слеза на голое плечо Финиста — ясна сокола и обожгла. Очнулся Финист — ясный сокол, осмотрелся и видит Марьюшку. Обнял ее, поцеловал:

— Неужели это ты, Марьюшка! Трое башмаков износила, трое посохов железных изломала, трое колпаков железных поистерла и меня нашла? Поедем же теперь на родину.

Стали они домой собираться, а царица увидела и приказала в трубы затрубить, об измене своего мужа оповестить.

Собрались князья да купцы, стали совет держать, как Финиста — ясна сокола наказать.

Тогда Финист — ясный сокол говорит:

— Которая, по-вашему, настоящая жена: та ли, что крепко любит, или та, что продает да обманывает?

Согласились все, что жена Финиста — ясна сокола — Марьюшка.

И стали они жить-поживать да добра наживать. Поехали в свое государство, пир собрали, в трубы затрубили, в пушки запалили, и был пир такой, что и теперь помнят.

skazki-dlja-detej.com

Финист ясный сокол - читать сказку онлайн

 

Жил да был крестьянин. Умерла у него жена, осталось три дочки. Хотел старик нанять работницу — в хозяйстве помогать. Но меньшая дочь, Марьюшка, сказала:

— Не надо, батюшка, нанимать работницу, сама я буду хозяйство вести.

Ладно. Стала дочка Марьюшка хозяйство вести. Все-то она умеет, все-то у нее ладится. Любил отец Марьюшку: рад был, что такая умная да работящая дочка растет. Из себя-то Марьюшка красавица писаная. А сестры ее завидущие да жаднющие, из себя-то они некрасивые, а модницы-перемодницы — весь день сидят да белятся, да румянятся, да в обновки наряжаются, платья им — не платья, сапожки — не сапожки, платок — не платок.

Поехал отец на базар и спрашивает дочек:

— Что вам, дочки, купить, чем порадовать?

И говорят старшая и средняя дочки:

— Купи по полушалку, да такому, чтоб цветы покрупнее, золотом расписанные.

А Марьюшка стоит да молчит. Спрашивает ее отец:

— А что тебе, доченька, купить?

— Купи мне, батюшка, перышко Финиста — ясна сокола.

Приезжает отец, привозит дочкам полушалки, а перышка не нашел.

Поехал отец в другой раз на базар.

— Ну, — говорит, — дочки, заказывайте подарки.

Обрадовались старшая и средняя дочки:

— Купи нам по сапожкам с серебряными подковками.

А Марьюшка опять заказывает;

— Купи мне, батюшка, перышко Финиста — ясна сокола.

Ходил отец весь день, сапожки купил, а перышка не нашел. Приехал без перышка.

Ладно. Поехал старик в третий раз на базар, а старшая и средняя дочки говорят:

— Купи нам по платью.

А Марьюшка опять просит;

— Батюшка, купи перышко Финиста — ясна сокола.

Ходил отец весь день, а перышка не нашел. Выехал из города, а навстречу старенький старичок:

— Здорово, дедушка!

— Здравствуй, милый! Куда путь-дорогу держишь?

— К себе, дедушка, в деревню. Да вот горе у меня: меньшая дочка наказывала купить перышко Финиста — ясна сокола, а я не нашел.

— Есть у меня такое перышко, да оно заветное; но для доброго человека, куда ни шло, отдам.

Вынул дедушка перышко и подает, а оно самое обыкновенное. Едет крестьянин и думает: "Что в нем Марьюшка нашла хорошего?"

Привез старик подарки дочкам, старшая и средняя наряжаются да над Марьюшкой смеются:

— Как была ты дурочка, так и есть. Нацепи свое перышко в волоса да красуйся!

Промолчала Марьюшка, отошла в сторону, а когда ьсе спать полегли, бросила Марьюшка перышко на пол и проговорила:

— Любезный Финист — ясный сокол, явись ко мне, жданный мой жених!

И явился ей молодец красоты неописанной. К утру молодец ударился об пол и сделался соколом. Отворила ему Марьюшка окно, и улетел сокол к синему небу.

Три дня Марьюшка привечала к себе молодца; днем он летает соколом по синему поднебесью, а к ночи прилетает к Марьюшке и делается добрым молодцем.

На четвертый день сестры злые заметили — наговорили отцу на сестру.

— Милые дочки, — говорит отец, — смотрите лучше за собой!

"Ладно, — думают сестры, — посмотрим, как будет дальше".

Натыкали они в раму острых ножей, а сами притаились, смотрят. Вот летит ясный сокол. Долетел до окна и не может попасть в комнату Марьюшки. Бился, бился, всю грудь изрезал, а Марьюшка спит и не слышит. И сказал тогда сокол:

— Кому я нужен, тот меня найдет. Но это будет нелегко. Тогда меня найдешь, когда трое башмаков железных износишь, трое посохов железных изломаешь, трое колпаков железных порвешь.

Услышала это Марьюшка, вскочила с кровати, посмотрела в окно, а сокола нет, и только кровавый след на окне остался. Заплакала Марьюшка горькими слезами — смыла слезками кровавый след и стала еще краше.

Пошла она к отцу и проговорила:

— Не брани меня, батюшка, отпусти в путь-дорогу дальнюю. Жива буду — свидимся, умру — так, знать, на роду написано.

Жалко было отцу отпускать любимую дочку, но отпустил.

Заказала Марьюшка трое башмаков железных, трое посохов железных, трое колпаков железных и отправилась в путь-дорогу дальнюю, искать желанного Финиста — ясна сокола. Шла она чистым полем, шла темным лесом, высокими горами. Птички веселыми песнями ей сердце радовали, ручейки лицо белое умывали, леса темные привечали. И никто не мог Марьюшку тронуть; волки серые, медведи, лисицы — все звери к ней сбегались. Износила она башмаки железные, посох железный изломала и колпак железный порвала.

И вот выходит Марьюшка на поляну и видит: стоит избушка на курьих ножках — вертится. Говорит Марьюшка:

— Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом! Мне в тебя лезть, хлеба есть.

Повернулась избушка к лесу задом, к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.

Увидела баба-яга Марьюшку, зашумела:

— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?

— Ищу, бабушка, Финиста—ясна сокола.

— О красавица, долго тебе искать! Твой ясный сокол за тридевять земель, в тридевятом государстве. Опоила его зельем царица-волшебница и женила на себе. Но я тебе помогу. Вот тебе серебряное блюдечко и золотое яичко. Когда придешь в тридевятое царство, наймись работницей к царице. Покончишь работу — бери блюдечко, клади золотое яичко, само будет кататься. Станут покупать — не продавай. Просись Финиста — ясна сокола повидать.

Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. Потемнел лес, страшно стало Марьюшке, боится и шагнуть, а навстречу кот. Прыгнул к Марьюшке и замурлыкал:

— Не бойся, Марьюшка, иди вперед. Будет еще страшнее, а ты иди и иди, не оглядывайся.

Потерся кот спинкой и был таков, а Марьюшка пошла дальше. А лес стал еще темней.

Шла, шла Марьюшка, башмаки железные износила, посох поломала, колпак порвала и пришла к избушке на курьих ножках. Вокруг тын, на кольях черепа, и каждый череп огнем горит.

Говорит Марьюшка:

— Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом! Мне в тебя лезть, хлеба есть.

Повернулась избушка к лесу задом, к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.

Увидела баба-яга Марьюшку, зашумела:

— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?

— Ищу, бабушка, Финиста — ясна сокола.

— А у моей сестры была?

— Была, бабушка.

— Ладно, красавица, помогу тебе. Бери серебряные пяльцы, золотую иголочку. Иголочка сама будет вышивать серебром и золотом по малиновому бархату. Будут покупать — не продавай. Просись Финиста — ясна сокола повидать.

Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. А в лесу стук, гром, свист, черепа лес освещают. Страшно стало Марьюшке. Глядь, собака бежит:

— Ав, ав, Марьюшка, не бойся, родная, иди. Будет еще страшнее, не оглядывайся.

Сказала и была такова. Пошла Марьюшка, а лес стал еще темнее. За ноги ее цепляет, за рукава хватает... Идет Марьюшка, идет и назад не оглянется.

Долго ли, коротко ли шла — башмаки железные износила, посох железный поломала, колпак железный порвала. Вышла на полянку, а на полянке избушка на курьих ножках, вокруг тын, а на кольях лошадиные черепа; каждый череп огнем горит.

Говорит Марьюшка:

— Избушка, избушка, встань к лесу задом, а ко мне передом!

Повернулась избушка к лесу задом, а к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос. Сама черная, а во рту один клык торчит.

Увидела баба-яга Марьюшку, зашумела:

— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела пытаешь?

— Ищу, бабушка, Финиста — ясна сокола.

— Трудно, красавица, тебе будет его отыскать, да я помогу. Вот тебе серебряное донце, золотое веретенце. Бери в руки, само прясть будет, потянется нитка не простая, а золотая.

— Спасибо тебе, бабушка.

— Ладно, спасибо после скажешь, а теперь слушай, что тебе накажу: будут золотое веретенце покупать — не продавай, а просись Финиста — ясна сокола повидать.

Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла, а лес зашумел, загудел: поднялся свист, совы закружились, мыши из нор повылезли—да все на Марьюшку. И ви дит Марьюшка — бежит навстречу серый волк.

— Не горюй, — говорит он, — а садись на меня и не оглядывайся.

Села Марьюшка на серого волка, и только ее и видели. Впереди степи широкие, луга бархатные, реки медовые, берега кисельные, горы в облака упираются. А Марьюшка скачет и скачет. И вот перед Марьюшкой хрустальный терем. Крыльцо резное, оконца узорчатые, а в оконце царица глядит.

— Ну, — говорит волк, — слезай, Марьюшка, иди и нанимайся в прислуги.

Слезла Марьюшка, узелок взяла, поблагодарила волка и пошла к хрустальному дворцу. Поклонилась Марьюшка царице и говорит:

— Не знаю, как вас звать, как величать, а не нужна ли вам будет работница?

Отвечает царица:

Давно я ищу работницу, но такую, которая могла бы прясть, ткать, вышивать.

— Все это я могу делать.

— Тогда проходи и садись за работу.

И стала Марьюшка работницей. День работает, а наступит ночь — возьмет Марьюшка серебряное блюдечко золотое яичко и скажет:

— Катись, катись, золотое яичко, по серебряному блюдечку, покажи мне моего милого.

Покатится яичко по серебряному блюдечку, и предстанет Финист — ясный сокол. Смотрит на него Марьюшка и слезами заливается:

— Финист мой, Финист — ясный сокол, зачем ты меня оставил одну, горькую, о тебе плакать!

Подслушала царица ее слова и говорит:

— Продай ты мне, Марьюшка, серебряное блюдечко и золотое яичко.

— Нет, — говорит Марьюшка, — они непродажные. Могу я тебе их отдать, если позволишь на Финиста — ясна сокола поглядеть.

Подумала царица, подумала.

— Ладно, — говорит, — так и быть. Ночью, как он уснет, я тебе его покажу.

Наступила ночь, и идет Марьюшка в спальню к Финисту — ясну соколу. Видит она — спит ее сердечный друг сном непробудным. Смотрит Марьюшка не насмотрится, целует в уста сахарные, прижимает к груди белой, — спит не пробудится сердечный друг.

Наступило утро, а Марьюшка не добудилась милого...

Целый день работала Марьюшка, а вечером взяла серебряные пяльцы да золотую иголочку. Сидит вышивает, сама приговаривает:

— Вышивайся, вышивайся, узор, для Финиста — ясна сокола. Было бы чем ему по утрам вытираться.

Подслушала царица и говорит:

— Продай, Марьюшка, серебряные пяльцы, золотую иголочку.

— Я не продам, — говорит Марьюшка, — а так отдам, разреши только с Финистом — ясным соколом свидеться.

Подумала та, подумала.

— Ладно, — говорит, — так и быть, приходи ночью.

Наступает ночь. Входит Марьюшка в спаленку к Финисту — ясну соколу, а тот спит сном непробудным.

— Финист ты мой, ясный сокол, встань, пробудись!

Спит Финист — ясный сокол крепким сном. Будила его Марьюшка — не добудилась.

Наступает день.

Сидит Марьюшка за работой, берет в руки серебряное донце, золотое веретенце. А царица увидала: продай да продай!

— Продать не продам, а могу и так отдать, если позволишь с Финистом — ясным соколом хоть часок побыть.

— Ладно, — говорит та.

А сама думает: "Все равно не разбудит".

Настала ночь. Входит Марьюшка в спальню к Финисту — ясну соколу, а тот спит сном непробудным.

— Финист ты мой — ясный сокол, встань, пробудись!

Спит Финист, не просыпается.

Будила, будила — никак не может добудиться, а рассвет близко.

Заплакала Марьюшка:

— Любезный ты мой Финист — ясный сокол, встань, пробудись, на Марьюшку свою погляди, к сердцу своему ее прижми!

Упала Марьюшкина слеза на голое плечо Финиста — ясна сокола и обожгла. Очнулся Финист — ясный сокол, осмотрелся и видит Марьюшку. Обнял ее, поцеловал:

— Неужели это ты, Марьюшка! Трое башмаков износила, трое посохов железных изломала, трое колпаков железных поистрепала и меня нашла? Поедем же теперь на родину.

Стали они домой собираться, а царица увидела и приказала в трубы трубить, об измене своего мужа оповестить.

Собрались князья да купцы, стали совет держать, как Финиста — ясна сокола наказать.

Тогда Финист — ясный сокол говорит:

— Которая, по-вашему, настоящая жена: та ли, что крепко любит, или та, что продает да обманывает?

Согласились все, что жена Финиста — ясна сокола — Марьюшка.

И стали они жить-поживать да добра наживать. Поехали в свое государство, пир собрали, в трубы затрубили, в пушки запалили, и был пир такой, что и теперь помнят.

vseskazki.su

Сказка Финист-ясный сокол - читать онлайн

Жил да был крестьянин. Умерла у него жена и остались три дочки. Хотел старик нанять работницу в хозяйстве помогать, но меньшая дочь, Марьюшка, сказала:

— Не надо, батюшка, нанимать работницу, сама я буду хозяйство вести.

Ладно. Стала дочка Марьюшка хозяйство вести. Все-то она умеет, все-то у нее ладится. Любил отец Марьюшку: рад был, что такая умная да работящая дочка растет. И из себя-то Марьюшка красавица писаная. А сестры ее завидущие да жаднющие, из себя некрасивые, а модницы — перемодницы — весь день сидят да белятся, да румянятся, да в обновки наряжаются, и платья им — не платья, сапожки — не сапожки, платок — не платок.

Поехал отец на базар и спрашивает дочек:

— Что вам, дочки, купить, чем порадовать?

— Купи по полушалку, да такому, чтоб цветы покрупнее, золотом расписанные.

А Марьюшка стоит да молчит. Спрашивает ее отец:

— А что тебе, доченька, купить?

— А мне, батюшка, купи перышко Финиста — ясна сокола.

Приезжает отец, привозит дочкам полушалки, а перышка не нашел. Поехал отец в другой раз на базар.

— Ну, — говорит, — дочки, заказывайте подарки.

— Купи нам по сапожкам с серебряными подковками.

А Марьюшка опять заказывает;

— Купи мне, батюшка, перышко Финиста — ясна сокола.

Ходил отец весь день, сапожки купил, а перышка не нашел. Приехал без перышка. Ладно. Поехал старик в третий раз на базар, а старшая и средняя дочки говорят:

— Купи-ка ты нам по пальто.

А Марьюшка опять просит:

— А мне батюшка, купи перышко Финиста — ясна сокола.

Ходил отец весь день, а перышка не нашел. Выехал из города, а навстречу старенький старичок:

— Здорово, дедушка!

— Здравствуй, милый! Куда путь-дорогу держишь?

— К себе, дедушка, в деревню. Да вот горе у меня: меньшая дочка наказывала купить перышко Финиста — ясна сокола, а я не нашел.

— Есть у меня такое перышко, да оно заветное, но для доброго человека, куда ни шло, отдам.

Вынул дедушка перышко и подает, а оно самое обыкновенное. Едет крестьянин и думает: «Что в нем Марьюшка нашла хорошего?»

Привез старик подарки дочкам, старшая и средняя наряжаются, да над Марьюшкой смеются:

— Как была ты дурочка, так и есть. Нацепи свое перышко в волосы да красуйся!

Промолчала Марьюшка, отошла в сторону, а когда все спать полегли, бросила Марьюшка перышко на пол и проговорила:

— Любезный Финист — ясный сокол, явись ко мне, жданный мой жених!

И явился ей молодец красоты неописанной. К утру молодец ударился об пол и сделался соколом. Отворила ему Марьюшка окно, и улетел сокол к синему небу.

Три дня Марьюшка привечала к себе молодца; днем он летает соколом по синему поднебесью, а к ночи прилетает к Марьюшке и делается добрым молодцем.

На четвертый день сестры злые заметили и наговорили отцу на сестру.

— Дочки мои милые, — говорит отец, — смотрите лучше за собой!

«Ладно, — думают сестры, — посмотрим, как будет дальше».

Натыкали они в раму острых ножей, а сами притаились, смотрят. Вот летит ясный сокол. Долетел до окна и не может попасть в комнату Марьюшки. Бился, бился, всю грудь изрезал, а Марьюшка спит и не слышит. И сказал тогда сокол:

— Кому я нужен, тот меня найдет. Но это будет нелегко. Тогда меня найдешь, когда трое башмаков железных износишь, трое посохов железных изломаешь, трое колпаков железных порвешь.

Услышала это Марьюшка, вскочила с кровати, посмотрела в окно, а сокола нет, и только кровавый след на окне остался. Заплакала Марьюшка горькими слезами, смыла слезками кровавый след и стала еще краше. Пошла она к отцу и проговорила:

— Не брани меня, батюшка, отпусти в путь-дорогу дальнюю. Жива буду — свидимся, умру — так, знать, на роду написано.

Жалко было отцу отпускать любимую дочку, но отпустил. Заказала Марьюшка трое башмаков железных, трое посохов железных, трое колпаков железных и отправилась в путь-дорогу дальнюю, искать желанного Финиста — ясна сокола. Шла она чистым полем, шла темным лесом, высокими горами. Птички веселыми песнями ей сердце радовали, ручейки лицо белое умывали, леса темные привечали. И никто не мог Марьюшку тронуть: волки серые, медведи, лисицы — все звери к ней сбегались. Износила она башмаки железные, посох железный изломала и колпак железный порвала. И вот выходит Марьюшка на поляну и видит: стоит избушка на курьих ножках — вертится. Говорит Марьюшка:

— Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом! Мне в тебя лезть, хлеба есть.

Повернулась избушка к лесу задом, а к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.

Увидела баба-яга Марьюшку, зашумела:

— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?

— Ищу, бабушка, Финиста—ясна сокола.

— Ох, красавица, трудно тебе будет его искать! Твой ясный сокол за тридевять земель, в тридевятом государстве. Опоила его зельем царица-волшебница и женила на себе. Но я тебе помогу. Вот тебе серебряное блюдечко и золотое яичко. Когда придешь в тридевятое царство, наймись работницей к царице. Покончишь работу — бери блюдечко, клади золотое яичко, само будет кататься. Станут покупать — не продавай. Просись Финиста — ясна сокола повидать. Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. Потемнел лес, страшно стало Марьюшке, боится и шагнуть, а навстречу кот. Прыгнул к Марьюшке и замурлыкал:

— Не бойся, Марьюшка, иди вперед. Будет еще страшнее, а ты иди и иди, не оглядывайся.

Потерся кот спинкой и был таков, а Марьюшка пошла дальше. А лес стал еще темней.

Шла Марьюшка, шла, сапоги железные износила, посох поломала, колпак порвала и пришла к избушке на курьих ножках. Вокруг тын, на кольях черепа, и каждый череп огнем горит.

— Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом! Мне в тебя лезть, хлеба есть.

Повернулась избушка к лесу задом, а к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.

Увидела баба-яга Марьюшку и зашумела:

— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?

— Ищу, бабушка, Финиста — ясна сокола.

— А у моей сестры была?

— Была, бабушка.

— Ладно, красавица, помогу тебе. Бери серебряные пяльцы, золотую иголочку. Иголочка сама будет вышивать серебром и золотом по малиновому бархату. Будут покупать — не продавай. Просись Финиста — ясна сокола повидать.

Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. А в лесу стук, гром, свист, черепа лес освещают. Страшно стало Марьюшке. Глядь, собака бежит. Сказала собака марьюшке:

— Ав, ав, Марьюшка, не бойся, родная, иди. Будет еще страшнее, не оглядывайся.

Сказала и была такова. Пошла Марьюшка, а лес стал еще темнее стал. За ноги ее цепляет, за рукава хватает… Идет Марьюшка, идет и назад не оглянется. Долго ли, коротко ли шла — башмаки железные износила, посох железный поломала, колпак железный порвала. Вышла на полянку, а на полянке избушка на курьих ножках, вокруг тын, а на кольях лошадиные черепа, каждый череп огнем горит.

— Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом!

Повернулась избушка к лесу задом, а к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос. Увидела баба-яга Марьюшку, зашумела:

— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь, аль от дела пытаешь?

— Ищу, бабушка, Финиста — ясна сокола.

— Трудно, красавица, тебе будет его искать, да я помогу. Вот тебе серебряное донце, золотое веретенце. Бери в руки, само прясть будет, потянется нитка не простая, а золотая.

— Спасибо тебе, бабушка.

— Ладно, спасибо после скажешь, а теперь слушай, что тебе накажу: будут золотое веретенце покупать — не продавай, а просись Финиста — ясна сокола повидать.

Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла, а лес зашумел, загудел: поднялся свист, совы закружились, мыши из нор повылезли, да все на Марьюшку. И видит Марьюшка — бежит навстречу серый волк. Говорит серый волк Марьюшке:

— Не горюй, — говорит он, — а садись на меня и не оглядывайся.

Села Марьюшка на серого волка, и только ее и видели. Впереди степи широкие, луга бархатные, реки медовые, берега кисельные, горы в облака упираются. А Марьюшка всё скачет и скачет. И вот перед Марьюшкой хрустальный терем. Крыльцо резное, оконца узорчатые, а в оконце царица глядит.

— Ну, — говорит волк, — слезай, Марьюшка, иди и нанимайся в прислуги.

Слезла Марьюшка, узелок взяла, поблагодарила волка и пошла к хрустальному дворцу. Поклонилась Марьюшка царице и говорит:

— Не знаю, как вас звать, как величать, а не нужна ли вам будет работница?

Отвечает царица:

Давно я ищу работницу, но такую, которая могла бы прясть и ткать и вышивать.

— Все это я могу делать.

— Тогда проходи и садись за работу.

И стала Марьюшка работницей. День работает, а наступит ночь — возьмет Марьюшка серебряное блюдечко и золотое яичко и скажет:

— Катись, катись, золотое яичко, по серебряному блюдечку, покажи мне моего милого.

Покатится яичко по серебряному блюдечку, и предстанет Финист — ясный сокол. Смотрит на него Марьюшка и слезами заливается:

— Финист мой, Финист — ясный сокол, зачем ты меня оставил одну, горькую, о тебе плакать!

Подслушала царица ее слова и говорит:

— А, продай мне, Марьюшка, серебряное блюдечко и золотое яичко.

— Нет, — говорит Марьюшка, — они непродажные. Могу я тебе их отдать, если позволишь на Финиста — ясна сокола поглядеть.

Подумала царица, подумала.

— Ладно, — говорит, — так и быть. Ночью, как он уснет, я тебе его покажу.

Наступила ночь, и идет Марьюшка в спальню к Финисту — ясну соколу. Видит она — спит ее сердечный друг сном непробудным. Смотрит Марьюшка, не насмотрится, целует в уста сахарные, прижимает к груди белой, — спит не пробудится сердечный друг. Наступило утро, а Марьюшка не добудилась милого…

Целый день работала Марьюшка, а вечером взяла серебряные пяльцы да золотую иголочку. Сидит, вышивает, сама приговаривает:

— Вышивайся, вышивайся, узор, для Финиста — ясна сокола. Было бы чем ему по утрам вытираться.

Подслушала царица и говорит:

— Продай мне, Марьюшка, серебряные пяльцы, золотую иголочку.

— Я не продам, — говорит Марьюшка, — а так отдам, разреши только с Финистом — ясным соколом свидеться.

— Ладно, — говорит, — так и быть, ночью я тебе его покажу.

Наступает ночь. Входит Марьюшка в спаленку к Финисту — ясну соколу, а тот спит сном непробудным.

— Финист ты мой, ясный сокол, встань, пробудись!

Спит Финист — ясный сокол крепким сном. Будила его Марьюшка — не добудилась.

Наступает день. Сидит Марьюшка за работой, берет в руки серебряное донце, золотое веретенце. А царица увидала: продай да продай!

— Продать не продам, а могу и так отдать, если позволишь с Финистом — ясным соколом хоть часок побыть.

— Ладно. А сама думает: «Все равно не разбудит».

Настала ночь. Входит Марьюшка в спальню к Финисту — ясну соколу, а тот спит сном непробудным.

— Финист ты мой — ясный сокол, встань, пробудись!

Спит Финист, не просыпается. Будила, будила — никак не может добудиться, а рассвет близко. Заплакала Марьюшка:

— Любезный ты мой Финист — ясный сокол, встань, пробудись, на Марьюшку свою погляди, к сердцу своему ее прижми!

Упала Марьюшкина слеза на голое плечо Финиста — ясна сокола и обожгла. Очнулся Финист — ясный сокол, осмотрелся и видит Марьюшку. Обнял ее, поцеловал:

— Неужели это ты, Марьюшка! Трое башмаков износила, трое посохов железных изломала, трое колпаков железных поистерла и меня нашла? Поедем же теперь на родину.

Стали они домой собираться, а царица увидела и приказала в трубы затрубить, об измене своего мужа оповестить.

Собрались князья да купцы, стали совет держать, как Финиста — ясна сокола наказать.

Тогда Финист — ясный сокол говорит:

— Которая, по-вашему, настоящая жена: та ли, что крепко любит, или та, что продает да обманывает?

Согласились все, что жена Финиста — ясна сокола — Марьюшка.

И стали они жить-поживать да добра наживать. Поехали в свое государство, пир собрали, в трубы затрубили, в пушки запалили, и был пир такой, что и теперь помнят.

dobrye-skazki.ru

Ясный сокол - это... Что такое Ясный сокол?

  • Ясный сокол — 1. Народн. Высок. О мужчине или воине юноше. БМС 1998, 540; Мокиенко 1986, 218. 2. Сиб. Ласк. Обращение к ребёнку, внуку. СОСВ, 207 …   Большой словарь русских поговорок

  • ясный сокол{. Ясные очи} — (иноск.) ласка удалой молодец (сказочн.) Ср. Не ходи, постой! дай время мне Заглушить тоску, печаль выплакать, На тебя на ясна сокола... Кольцов. Разлука. Ср. Нешто не знаю, не помню, как твой то ясный сокол налетал, как от него я тебе записку… …   Большой толково-фразеологический словарь Михельсона

  • Финист — Ясный Сокол (фильм) — Финист Ясный Сокол Жанр сказка Режиссёр Геннадий Васильев …   Википедия

  • Финист - Ясный Сокол (фильм) — Финист Ясный Сокол Жанр сказка Режиссёр Геннадий Васильев В главных ролях Вячеслав Воскресенский Светлана Орлова Кинокомпания …   Википедия

  • Финист — Ясный Сокол — Жанр сказка Режиссёр Геннадий Васильев В главных ролях Вячеслав Воскресенский Светлана Орлова Кинокомпания …   Википедия

  • ФИНИСТ — ЯСНЫЙ СОКОЛ — «ФИНИСТ ЯСНЫЙ СОКОЛ», СССР, киностудия ИМ. М.ГОРЬКОГО, 1975, цв., 79 мин. Сказка. По мотивам русских народных сказок и одноименной повести Н.Шестакова. О победе богатыря Финиста, прозванного Ясным Соколом, над воинством злого и коварного ворога… …   Энциклопедия кино

  • На печище котище, по полу гусыня, по лавочкам лебедки, по окошечкам голубки, за столом ясный сокол. — (сон девки). См. ДЕВИЧЬИ ГАДАНЬЯ …   В.И. Даль. Пословицы русского народа

  • Не сизый орел, не ясный сокол подымается... — Не сизый орел, не ясный сокол подымается... См. ПРИСКАЗКИ …   В.И. Даль. Пословицы русского народа

  • Финист - Ясный сокол — Фин ист ясный с окол, Фин иста ясного с окола (сказочный персонаж) …   Русский орфографический словарь

  • Финист ясный сокол — Народно поэт. Добрый молодец (в русских народных сказках). БМС 1998, 595 …   Большой словарь русских поговорок

  • dic.academic.ru

    ясный сокол Королькова сказка с иллюстрациями

    Финист - ясный сокол Королькова сказка с иллюстрациями

    Рейтинг:   / 19

    Жил да был один крестьянин. Умерла у него жена, остались три дочери.

    Умирая, мать дочерям своим завещала: старшей и средней - наряды да уборы, а младшей, Марьюшке, - доброе материнское слово.

    - Найдёшь ты, доченька, счастье своё с Финистом - ясным соколом.

    Стала младшая дочка Марьюшка хозяйство вести. Всё-то она умеет, всё-то у неё ладится.

    Любил отец Марьюшку: рад был, что такая умная да работящая дочка растёт. Собой-то Марьюшка красавица писаная.

    А сестры её завидущие да жаднющие, некрасивые. Зато модницы-премодницы - весь день сидят да белятся, да румянятся, да в обновки наряжаются. Платье им - не платье, сапожки - не сапожки, платок - не платок.

    Собрался отец на базар, спрашивает:

    Что вам, дочки, купить, чем порадовать?

    Отвечают старшая и средняя дочки:

    - Купи нам по полушубку, да такому, чтоб крыт был алым бархатом, золотом расшит.

    А Марьюшка сидит и молчит. Спрашивает её отец:

    - А что тебе, доченька, купить?

    - Купи мне, батюшка, перышко Финиста - ясна сокола.

    Приезжает отец, привозит дочкам полушубки, а перышка для Марьюшки не нашёл. Едет отец в другой раз на базар.

    - Ну, - говорит, - дочки, заказывайте подарки.

    Обрадовались старшая и средняя дочки:

    - Купи нам сапожки с серебряными подковками.

    А Марьюшка снова заказывает:

    - Купи мне, батюшка, перышко Финиста - ясна сокола.

    Ходил отец по базару весь день, сапожки купил, а перышка не нашёл. Приехал без перышка.

    Ладно. Поехал старик в третий раз на базар. Старшая и средняя дочки говорят:

    - Купи нам по платью шёлковому. А Марьюшка опять своё просит:

    - Батюшка, купи перышко Финиста - ясна сокола.

    Ходил отец весь день, а перышка не нашёл. Едет домой, навстречу старенький старичок.

    - Здорово, дедушка!

    —Здравствуй, милый! Откуда и куда путь-до-Рогу держишь? 

    —К себе, Дедушка, в деревню с базара еду. Да вот горе у меня: меньшая дочка наказывала купить перышко Финиста - ясна сокола, искал-искал - нигде не нашёл.

    - Есть у меня такое перышко, - говорит старичок, - да оно заветное. Но для доброго человека, куда ни шло, отдам.

    Вынул старичок перышко и подаёт. А оно самое обыкновенное. Едет крестьянин и думает, что в этом перышке Марьюшка нашла хорошего?

    Привёз отец подарки дочкам. Старшая и средняя стали наряжаться да над Марьюшкой смеяться :

    - Как была ты дурочкой, так и осталась. Воткни своё перышко в волосы да красуйся! Промолчала Марьюшка, отошла в сторонку.

    А когда все спать полегли, бросила она перышко на пол и сказала:

    - Любезный Финист - ясный сокол! Явись ко мне, жданный мой жених!

    И явился к ней молодец красоты неописуемой. Всю ночь они беседу вели, в глаза друг другу глядели. А утром молодец ударился об пол и сделался соколом. Отворила ему Марьюшка окно, и улетел сокол в синее небо.

    Три дня Марьюшка его привечала. Днём ясный сокол в поднебесье летает, а к ночи прилетает к Марьюшке и делается добрым молодцем.

    Подглядели в щёлку злые сестры и наговорили на Марьюшку отцу.

    - Милые дочки, - отвечает им отец, - смотрите лучше за собой.

    «Ладно, - думают сестры,-мы своё возьмём». Навтыкали в раму Марьюшке острых ножей, а сами затаились и ждут.

    Вот прилетел ясный сокол. Бьётся в окно, а в горницу не может попасть. Всю грудь себе изранил. А Марьюшка спит, не слышит.

    И сказал тогда сокол:

    - Кому я нужен, тот меня найдет. Но будет это нелегко. Тогда меня, моя невеста, найдёшь, когда три пары железных башмаков износишь, три посоха железных изломаешь, три железных колпака порвёшь.

    Услыхала это Марьюшка, вскочила с кровати, а сокола уже нет. Только кровавый след на окне остался.

    Заплакала Марьюшка горькими слезами, смыла слёзками кровавый след. Пошла к отцу и говорит:

    - Не брани меня, батюшка. Отпусти в путь-дорогу дальнюю, искать моего жениха Финиста - ясна сокола. Жива буду - свидимся.

    Жалко было отцу отпускать любимую дочку, но делать нечего. Заказала Марьюшка три пары башмаков железных, три посоха да три колпака и отправилась в путь-дорогу дальнюю, искать Финиста - ясна сокола.

    Шла она чистым полем, шла тёмным лесом, высокими горами. Птички веселыми песнями ей сердце радовали, ручейки лицо белое умывали, леса прохладою привечали. И никто Марьюшку не тронул: ни волки серые, ни медведи, ни лисицы. Все звери к ней сбегались, дорогу ей указывали.

    Вот выходит Марьюшка на поляну. Видит, стоит избушка на курьих ножках, сама вокруг себя вертится. Страшно стало Марьюшке.

    - Избушка, избушка! - говорит она. - Встань к лесу задом, ко мне передом. Мне в тебя влезть - хлеба поесть.

    Вошла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга - костяная нога, ноги из угла в угол, руки на полке, а нос к потолку прирос. Увидела баба-яга Марьюшку, заворчала:

    — Тьфу, тьфу! Русским духом пахнет! Красная девушка! Ты дело пытаешь, аль от дела убегаешь?

     —Ищу, бабушка, Финиста - ясна сокола. 

    —О, красавица, долго тебе искать! Твой ясный сокол за тридевять земель, в тридесятом царстве, в плену у царь-девицы. Но я тебе помогу. Вот тебе серебряное блюдечко и золотое яичко. Когда придёшь в тридесятое царство, наймись служанкой к царь-девице. Покончишь за день все дела, бери блюдечко, клади на него золотое яичко. Оно само будет кататься, твоего милого тебе показывать. Станут у тебя его покупать - не продавай, просись Финиста - ясна сокола повидать.

    Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. Только переступила порог, слетелись совы со всех сторон, шум по лесу пошёл, потемнело вокруг. Страшно стало Марьюшке, боится шаг шагнуть.

    Вдруг навстречу кот. Потёрся спинкой о Марьюшкину ногу и замурлыкал:

    - Не бойся, Марьюшка. Иди вперёд. Будет ещё страшнее, а ты иди, не оглядывайся!

    Сказал и был таков.

    Идёт Марьюшка дальше. А шум ещё сильнее, тёмный лес ещё темнее.

    Видит Марьюшка снова избушку на курьих ножках. Вокруг избушки тын, на кольях - лошадиные черепа, каждый череп огнём горит. Страшно стало Марьюшке. Она говорит: - Избушка, избушка! Стань к лесу задом, ко мне передом. Мне в тебя влезть - хлеба поесть!

    Повернулась избушка к лесу задом, к Марьюшке передом.

    Вошла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга - костяная нога, ноги из угла в угол, губы на полке, а нос к потолку прирос.

    Увидела баба-яга  Марьюшку , заворчала:

    - Тьфу, тьфу! Русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь, аль от дела убегаешь?

    —Ищу, бабушка, Финиста - ясна сокола. 

    —А у моей сестры была?

    —Была, бабушка.

    —Ладно, красавица, помогу и я тебе. Бери вот серебряные пяльцы, золотую иголку. Иголка сама будет вышивать серебром и золотом по малиновому бархату. Будут покупать - не продавай, просись Финиста - ясна сокола повидать.

    Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. А в лесу стук, гром, свист. Огни меж деревьями горят, с места на место перебегают. Страшно стало Марьюшке. Глядь, собака навстречу.

    - Ав-ав, Марьюшка, не бойся, родная! Иди вперёд. Будет ещё страшней, не оглядывайся!

    Сказала и была такова.

    Идёт Марьюшка дальше, а лес ещё темней. Кусты за ноги цепляют, за рукава хватают. Идёт Марьюшка, назад не оглядывается.

    А впереди снова полянка, на полянке избушка на курьих ножках, вокруг тын, на кольях лошадиные черепа, каждый череп огнём горит. Страшно стало Марьюшке.

    - Избушка, избушка! - говорит она. - Стань к лесу задом, а ко мне передом. Хочу в тебя влезть - хлеба поесть.

    Стала избушка к лесу задом, к Марьюшке передом.

    Вошла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга - костяная нога, ноги из угла в угол, губы на полке, а нос к потолку прирос. Сама чёрная, а во рту один зуб торчит. Увидела Марьюшку, заворчала:

    Тьфу, тьфу! Русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь, аль от дела убегаешь? 

    —Ищу я, бабушка, Финиста - ясна сокола.

    —А у сестёр моих была?

    —Была, бабушка.

    - Трудно, красавица, тебе будет Финиста - ясна сокола отыскать. Но ладно, делать нечего, придётся тебе помочь. Вот тебе серебряное донце, золотое веретёнце. Бери в руки - оно само будет прясть, потянется нитка не простая, а золотая.

    - Спасибо тебе, бабушка!

    - Ладно, спасибо потом скажешь. А теперь слушай меня: будут у тебя серебряное донце покупать - не продавай, а просись Финиста - ясна

    сокола повидать!

    Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла.

    А лес зашумел, загудел. Свист поднялся, совы закружились, гады из нор повылезли, да все на

    Марьюшку смотрят.

    Обомлела Марьюшка. Вдруг бежит навстречу серый волк:

    - Садись на меня, - говорит. - Крепче держись и не оглядывайся!

    Села Марьюшка на серого волка, только её и видели.

    Расстилаются перед ней степи широкие, луга бархатные. Текут реки медовые в берегах кисельных. Горы в сахарные облака упираются. А Марьюшка скачет и скачет.

    Вот перед Марьюшкой хрустальный терем, крыльцо резное, оконца узорчатые. А в оконце царь-девица глядит.

    - Ну, - говорит волк, - слезай, Марьюшка. Иди нанимайся в служанки к царь-девице.

    Слезла Марьюшка, взяла узелок, поблагодарила волка и пошла к хрустальному дворцу. Поклонилась царь-девице и сказала:

    - Не знаю, как вас звать, как величать. Не нужна ли вам будет служанка?

    Отвечает царь-девица:

    —Давно я ищу служанку, но такую, которая могла бы и прясть, и ткать, и вышивать.

     —Всё это я могу делать.

    - Тогда садись за работу. Стала Марьюшка служанкой. День работает, а наступит ночь, возьмёт яичко и скажет:

    - Катись, золотое яичко, по серебряному блюдечку, покажи мне моего милого!

    Покатится яичко по серебряному блюдечку, и предстанет перед Марьюшкой Финист - ясный сокол. Смотрит на него Марьюшка и слезами заливается.

    Подглядела царь-девица и говорит:

    —Продай мне, Марьюшка, серебряное блюдечко и золотое яичко.

    —Нет, - говорит Марьюшка, - они непродажные. Могу я тебе их так отдать, если позволишь на Финиста - ясна сокола поглядеть.

    —Ладно, - говорит царь-девица, - так и быть!

    Ведёт Марьюшку в дальнюю горницу, что всегда на замке была. Видит Марьюшка, спит её сердечный друг сном непробудным. Смотрит на него Марьюшка, не насмотрится. Целует в уста сахарные - спит, не просыпается сердечный друг. Не пробудила Марьюшка своего милого.

    Вот снова вечер настал. Сидит Марьюшка, вышивает золотом и серебром по малиновому бархату а сама приговаривает:

    - Вышивайся, вышивайся узор для Финиста - ясна сокола! Чтобы было чем ему по утрам вытираться.

    Подглядела царь-девица и говорит:

    — Продай, Марьюшка, мне серебряные пяль-цы, золотую иголочку.

    —Я не продам, - говорит Марьюшка, - а так отдам. Разреши только на Финиста - ясна сокола поглядеть.

    Подумала та, подумала:

    - Ладно, - говорит, - так и быть!

    Ведёт Марьюшку в горницу к Финисту - ясну соколу, где спит тот сном непробудным. Плачет, убивается над ним Марьюшка:

    - Финист ты мой, ясный сокол! Встань, пробудись!..

    Спит Финист - ясный сокол крепким сном. Будила его Марьюшка - не добудилась. Новый день настал.

    Закончила Марьюшка всю работу, берёт в руки серебряное донце, золотое веретёнце, потянулась нитка не простая, а золотая.

    А царь-девица подглядела и говорит:

    —Продай да продай мне!

    —Это не продаётся, - отвечает Марьюшка. - Могу я тебе так отдать, если позволишь с Финистом - ясным соколом хоть час побыть.

     —Ладно, - говорит царь-девица.

    А сама думает: «Всё равно не разбудит». Ведёт Марьюшку в горницу к Финисту - ясну соколу.

    Будила его Марьюшка, звала:

    - Финист ты мой, ясный сокол! Встань, пробудись! На Марьюшку погляди. К своему сердцу прижми!

    Не слышит он, спит сном непробудным.

    Заплакала Марьюшка горькими слезами. Упала одна слезинка на щёку Финиста - ясна сокола. Огнём его обожгла.

    Очнулся Финист - ясный сокол.

    - Долго же я, - говорит, - спал. Осмотрелся, а с ним Марьюшка.

    - Неужто это ты, Марьюшка? Трое башмаков железных износила, три посоха железных изломала, три колпака железных поистрепала? А меня нашла!

    Прижал её к груди и поцеловал.

    - Летим отсюда скорее. Будь ты сизой голубкой, а я - соколом!

    Стала Марьюшка голубкой, а он соколом. Вспорхнула Марьюшка, расправил свои крылья сокол, и были таковы.

    Летели они долго. Вот перед ними русское государство. С радостью их люди встречают. Из пушек палят, в трубы трубят, в колокола звонят, в барабаны бьют.

    - Ну, - говорит Финист - ясный сокол, - вот мы и дома!

    Ударился о землю, стал добрым молодцем.

    А Марьюшка девицей стала.

    Ведет Марьюшка Финиста - ясна сокола к своей избе. Отец от радости не знает куда и посадить их.

    Свадьбу справили. Пир такой был, что и теперь помнят.

    К. А. Королькова

    Похожие по содержанию произведения раздела:

    Чья Лень Больше... - сказки Корольковой Анны Николаевны Жили старик со старухой. И до того они ...

    Царь Петр и Солдат - сказки Корольковой Анны Николаевны Было это в стародавние времена, когда ...

    Угольщик - сказки Корольковой Анны Николаевны В некотором царстве, в некотором государстве жил ...

    Три брата - сказки Корольковой Анны Николаевны Жили когда-то муж и жена. Было у них три сына. ...

    • < Про княгиню Ефросинью Королькова сказка
    • Кузьма Дёгтев Королькова сказка >
    Добавить комментарий

    russkay-literatura.net

    Ясный Сокол

    Главная - Наше наследие - Сказка-ложь? - Ясный сокол

    Ясный Сокол

    Елена Витальева

    В мировой геральдике Сокол - это благородная птица — символ Солнца и Света, Победы, Защиты и Свободы. Почему? Давайте разбираться.

    Известно, что сокол был символом бога Ра (Хора, Гора) в Древнем Египте.

    Гелиопольский культ считал бога Ра:

    - богом солнца; - создателем мира и всего сущего; - прообразом фараона (фараон - сын и подобие Ра).

    Всех фараонов считали живым воплощением бога Ра(Хора, Гора). Первые белокожие фараоны-боги в Древнем Египте, вплоть до 4 династии возглавляли высшую касту, которая господствовала над темнокожим египетским населением, состоящим из разных племён. Чем светлее был цвет кожи - тем выше статус (поэтому у фараонов Египта были кровосмесительные браки).

    К.Васильев "Витязь с соколом"

    Но бог Ра являлся и древнеславянским богом солнца. Египетские фараоны называли себя сынами Ра. Сынами РА (Яра) считали себя и арии.

    Вот цитата из научной работы профессора В.А. Чудинова: «…слово АРИИ есть лишь иным образом произнесенное слово ЯРИИ, то есть ПОТОМКИ ЯРА. Я уже как-то писал, что русские произносят Я (ЙА) там, где южные славяне говорят А, например, ЯГНЕНОК = АГНЕЦ, ЯЗ = АЗ, так что ЯР = АР и ЯРИИ = АРИИ.»

    О тождественности звуков ЙА и Я писал также советский учёный и исследователь А.С. Иванченко, он утверждал, что слова ЙОГА и ЯГА не только родственные, но и означают одно и то же.

    В табличках новгородских жрецов девятого века - Велесовой Книге имелось повествование о передвижении пращуров славян, спасавшихся от Валдайского оледенения, на юг "две тьмы" назад, то есть двадцать тысяч лет назад .Вёл их Бог Солнца РА и первый предок- Яр. Именно его, Отца Яра или Ярилу, почитали первым царём Красно Солнышко. С тех пор славяне считали себя внуками Солнца, а некоторых своих царей именовали Красно Солнышко (красный-значит "красивый", отсюда: "прекрасный"- очень красивый). Прямая ветвь от ствола Ярова управляла русским народом вплоть до эпохи Петра I. Потомков родо -племенной знати называли БоЯре.

    Прислушайтесь, имя Бога Ра (Яра) до сих пор звучит в словах русского языка (радость, радуга, ура…), в русских именах (Ярослав, Арина…), в географических названиях. Например, крупнейшая река в Европе, которая сегодня называется Волга, в древности именовалась Ра. Основные притоки реки и сейчас носят названия: Ока (ср. Око Ра), СуРА (санскрит и старослав. «сын Ра»). В Каспийское море впадают реки: РА (Волга), уРАл , КуРА с АРАксом и Терек с АРгуном . А в Туруханском крае в Енисейском речном бассейне течёт река Яра.

    А.А. Тюняев утверждает, что Древний Египет – весьма молодая цивилизация по сравнению со славяно - ариями. Культ Бога Ра в Египте впервые возник в 4 тыс. до н.э. в городе Гелиополь на канале, соединяющем Нил с Красным морем. Его принесли пеласги – славяно-арийские племена, у которых культ бога Ра существовал, по крайней мере, начиная с 8 тыс. до н.э.

    «Учителя учителей» этруски, произошедшие от славян - ариев пеласгов и населявшие в 1-м тыс. до н.э. северо-запад Апеннинского полуострова, имели самоназвание – расены и rasna (ср. слав. (к)расн(ое) – эпитет солнца). Поэтому очевидно, что название «этруски» происходит от «эт»+«руски», то есть это расены=русы=русские.

    Выдающийся французский интеллектуал XX века, философ и математик Рене Генон (шейх Абдулвахид Яхья) утверждал, что «египетский Гелиополис был лишь отражением истинного Гелиополиса, Гелиополиса нордического, гиперборейского.

    Так вот, истинный Гелиополис найден! Его развалины находятся на земле, некогда принадлежащей Гиперборее, а теперь России - на островах Белого моря. Учёные Русского Географического общества назвали этот Северный Гелиополис «Северным Городом Солнца».

             

                   1. Сокол в полёте     2. худ. В.Иванов "Жрец Соколиного Бога"     3.Герб Старой Ладоги (Герб Рюрика)                                       

    Но вернёмся снова к Соколу-символу Бога Ра, Яра и Солнца. У древних славян Сокол — первоптица и первобог мира. Он стоял у начала жизни на земле. Взгляд этой птицы был способен увидеть в первобытной темени зарождение жизни. Сокол загнездился на прадереве и снес «яйце-райце», из которого и произошел мир.

    "На макушке древа того Сокол-Род Трисветлый сидит, За детьми своими посматривает. В Роде-Рожаниче вечно существуют две противоположности -творящие и разрушающие силы, которые меняются и переходят одна в другую: Белоба и Черноба. Это противоположности существования одного целого-верх и низ, мужчина и женщина, единство и множество."(Покон Рода)

    В русских сказках: Финист - Ясный Сокол - это зоркий и смелый молодец, превращающийся в Сокола и сражающегося с врагами Руси. А в другом варианте - это сильный и храбрый русский красавец, вместе со своим верным другом Соколом, охраняющий границы Земли Русской.

    Сокол - балобан на наречиях западных славян назывался Рарогом. Сокол (Рарог) - это Вестник Богов, огненный дух, связанный с культом очага. Предполагается его связь с древнерусским богом огня Сварогом.

    Сокол (Рюрик, Рарог) известен как изначальный герб Руси с 862 года, который символизировал единения Славян Руси с Богами. Более 700 лет на Руси правила династия Рюриковичей – Соколовичей. По утверждению академика РАЕН В.А. Чудинова, Первый Великий Князь Всея Руси был волхв, жрец Храма Мары из Арконы Иван Имануилович, по отцу- Синеус,по матери- Соколов. То есть, своё прозвище "Рюрик" Иван Синеус получил по имени рода матери.На некоторых христианских иконах, сохранившихся со времён двоеверия (до принятия Никоновской  реформы и крушения династии Рюриковичей), академик читает надписи: маска (то есть,изображение) Яра Рюрика.

    Великая Святая Русь Рюрика, судя по надписям на останках древних строений , существовала с 8 по 13 век н.э. на всех материках, до момента  разгрома её последователями Римской Империи.Причём, разгром произошёл не прямым,военным путём, а коварным обманным, -путём подчинения Руси Западу через смену правящей династии на Романовых( от слова Рома-Рим), внедрение  римских устоев Петром 1, взамен традиционных русских, навязывание чуждой религии,как единственно верной, взамен ведических Знаний и подмену официальной русской истории немцами.

    В качестве доказательств существования Всемирной Всея Руси, В.А. Чудинов приводит многочисленные географические рускоязычные названия и надписи со словом Русь , сохранившиеся по всему миру. Так территория современной Турции носила название Асия Русь, Египет назывался Яросклавия, о.Крит- Щебетовская Русь Яра (щебетами называли карабли из щебы, для сравнения-кораблями называли судна из коры,стругами-из струганых досок). Как упоминалось выше, Северная Русь носила имя Яра, Южная (в т.ч. территория современной Украины) называлась Червонная Русь, Восточная Европа носила название Белая Русь, а современная территория Западной Белорусии была Чёрной Русью.

    Сейчас Знак Рюриковичей- Трезубец или  падающий в полёте Сокол, является гербом Украины. Знак Рюриковичей являлся также Знаком Гедеминовичей, балто-славянской династии, которая управляла Средневековой Русью - Великим Княжеством Литовским. Позже из династии потомков Гедемина - короля Руси и великого князя литовского, вышло много знатных дворянских родов Российской Империи.

    Так что выходит, что Сокол – родной гиперборейский символ и для белорусов и для украинцев и для русских, то есть для всех славян Руси Великой!

    www.karvin.ru