Настоящий герой Владимир Максимович Колотов (Эвенк из Якутии) (9 фото). Вова якут снайпер


Предательство и смерть Володи-снайпера

Володя снайпер

У Володи не было рации, не было никаких новых «прибамбасов» в виде сухого спирта, питьевых трубочек и прочего барахла. Не было даже разгрузки, бронежилет он не взял сам. У Володи был только старый дедовский охотничий карабин с трофейной немецкой оптикой, 30 патронов, фляга с водой и печенье в кармане ватника. Да была шапка-ушанка – облезлая. Сапоги, правда, были хорошие, он после прошлогоднего промысла купил их на ярмарке в Якутске, прямо на сплаве у Лены у каких-то заезжих торгашей.

Вот так он и воевал уже третий день. Промысловик-соболятник, 18-летний якут из дальнего оленьего стойбища. Надо было так случиться, что пришел в Якутск за солью и патронами, случайно увидел в столовой по телевизору груды трупов российских солдат на улицах Грозного, дымящиеся танки и услышал какие-то слова о «снайперах Дудаева». Врезалось Володе это в голову, да так сильно, что вернулся охотник на стойбище, забрал свои заработанные деньги, продал и намытое золотишко. Взял дедовскую винтовку и все патроны, засунул за пазуху иконку Николая-угодника и поехал воевать якут за Российское дело.

О том, как ехал, лучше не вспоминать – о том, как три раза сидел в КПЗ, как много раз отбирали винтовку. Но все-таки через месяц якут Володя прибыл в Грозный.

Наконец, якуту повезло, и он добрался до генеральского штаба.

Единственным документом, помимо паспорта, была у него рукописная справка военкома о том, что Владимир Колотов, охотник-промысловик по профессии, направляется на войну, с подписью военкома. Бумажка, которая поистрепалась в дороге, уже не раз спасала ему жизнь.

Генерал Рохлин, удивленный тем, что кто-то прибыл на войну по собственному желанию, велел пропустить якута к себе.

Володя, щурясь на мигающие от генератора тусклые лампочки, отчего его раскосые глаза еще больше расплылись, по-медвежьи, боком зашел в подвал старого здания, в котором разместился временно штаб генерала.

– Извините, пожалуйста, Вы и есть тот генерал Рохля? – уважительно спросил Володя.

– Да, я Рохлин, – ответил уставший генерал, пытливо всматривавшийся в человека маленького роста, одетого в протертый ватник, с рюкзаком и винтовкой за спиной.

– Чаю хотите, охотник?

– Благодарствуйте, товарищ генерал. Горячего уже три дня не пил. Не откажусь.

Володя достал из рюкзака свою железную кружку и протянул ее генералу. Рохлин налил ему чаю до краев.

– Мне сказали, что Вы прибыли на войну самостоятельно. С какой целью, Колотов?

– Видел я по телевизору, как чеченцы наших из снайперских валят. Не могу терпеть это, товарищ генерал. Стыдно, однако. Вот и приехал, чтобы их валить. Денег не надо, ничего не надо. Я, товарищ генерал Рохля, буду сам по ночам на охоту уходить. Пусть мне место покажут, куда патроны и еду будут класть, а остальное я сам делать буду. Устану – через недельку приду, отосплюсь в тепле денек и снова пойду. Рации и всего такого не надо... тяжело это.

Удивленный Рохлин закивал головой.

– Возьми, Володя, хоть новую СВДэшку. Дайте ему винтовку!

– Не надо, товарищ генерал, я со своей косой в поле выхожу. Только патронов дайте, у меня сейчас всего-то 30 осталось...

Так Володя начал свою войну, снайперскую.

Он отоспался сутки в штабных кунгах, несмотря на минные обстрелы и жуткую пальбу артиллерии. Взял патроны, еду, воду и ушел на первую охоту. В штабе о нем забыли. Только разведка каждые три дня исправно приносила патроны, еду и, главное, воду в условленное место. Каждый раз убеждалась, что посылка исчезла.

Первым о Володе вспомнил на заседании штаба радист-«перехватчик».

– Лев Яковлевич, у «чехов» паника в радиоэфире. Говорят, что у русских, то есть у нас, появился некий черный снайпер, который работает по ночам, смело ходит по их территории и валит безбожно их личный состав. Масхадов даже назначил 30 тысяч долларов за его голову. Почерк у него такой – бьет этот молодец чеченцев аккурат в глаз. Почему только в глаз – кто его знает...

И тут штабные вспомнили про якута Володю.

– Еду и патроны из тайника берет регулярно, – доложил начальник разведки.

– А так мы с ним ни словом не перекинулись, даже и не видели ни разу. Ну, как он от вас тогда ушел на ту сторону...

Так или иначе, в сводке отметили, что наши снайпера их снайперам тоже прикурить дают. Потому что Володина работа давала такие результаты – от 16 до 30 человек укладывал промысловик выстрелом в глаз.

Чеченцы раскусили, что появился на площади Минутка русский промысловик. А так как на этой площади и происходили все события тех страшных дней, то и изловить снайпера вышел целый отряд чеченских добровольцев.

Тогда, в феврале 95-го, на Минутке «федералы», благодаря хитрому замыслу Рохлина, уже перемололи почти на три четверти личного состава «абхазский» батальон Шамиля Басаева. Немалую роль сыграл здесь и карабин якута Володи. Басаев обещал золотую чеченскую звезду тому, кто принесет труп русского снайпера. Но ночи проходили в безуспешных поисках. Пятеро добровольцев ходили по передовой в поисках «лежанок» Володи, ставили растяжки везде, где он мог появиться в прямой видимости своих позиций. Однако это было такое время, когда группы и с одной и с другой стороны прорывали оборону противника и глубоко вклинивались в его территорию. Иногда так глубоко, что уже не оставалось никаких шансов вырваться к своим. Но Володя спал днем под крышами и в подвалах домов. Трупы чеченцев – ночную «работу» снайпера – хоронили на следующий день.

Тогда, устав терять еженощно по 20 человек, Басаев вызвал из резервов в горах мастера воего дела, учителя из лагеря по подготовке юных стрелков, снайпера-араба Абубакара. Володя и Абубакар не могли не встретиться в ночном бою, таковы уж законы снайперской войны.

И они встретились через две недели. Точнее, Абубакар зацепил Володю из буровской винтовки. Мощная пуля, убивавшая когда-то в Афганистане советских десантников навылет на расстоянии в полтора километра, прошила ватник и слегка зацепила руку, чуть пониже плеча. Володя, ощутив прилив горячей волны сочащейся крови, понял, что наконец-то началась охота и на него.

Володя снайпер

Здания на противоположной стороне площади, а, точнее, их развалины, сливались в Володиной оптике в единую линию. «Что же блескануло, оптика?», – думал охотник, а он знал случаи, когда соболь видел сверкнувший на солнце прицел и уходил восвояси. Место, которое он выбрал, располагалось под крышей пятиэтажного жилого дома. Снайперы всегда любят находиться наверху, чтобы все видеть. А лежал он под крышей – под листом старой жести не мочил мокрый снежный дождичек, который то шел, то переставал.

Абубакар выследил Володю лишь на пятую ночь – выследил по штанам. Дело в том, что у якута штаны были обычные, ватные. Это американский камуфляж, который носили чеченцы, пропитывался специальным составом, в нем форма была невидима в приборах ночного видения, а отечественная светилась ярким салатовым светом. Так Абубакар и «вычислил» якута в мощную ночную оптику своего «Бура», сделанного на заказ английскими оружейниками еще в 70-х.

Одной пули было достаточно, Володя выкатился из-под крыши и больно упал спиной на ступеньки лестницы. «Главное, винтовку не разбил», – подумал снайпер.

– Ну, значит, дуэль. Да, господин чеченский снайпер! – сказал себе мысленно без эмоций якут.

Володя специально прекратил кромсать «чеченские порядки». Аккуратный рядок 200-х с его снайперским «автографом» на глазу оборвался. «Пусть поверят, что я убит», – решил Володя.Сам же только и делал, что высматривал, откуда же до него добрался вражеский снайпер.

Через двое суток, уже днем, он нашел «лежанку» Абубакара. Он так же лежал под крышей, под полусогнутым кровельным листом на другой стороне площади. Володя бы и не заметил его, если бы арабского снайпера не выдала дурная привычка, – он покуривал анашу. Раз в два часа Володя улавливал в оптику легкую синеватую дымку, поднимавшуюся над кровельным листом и сразу уносимую ветром.

Володя снайпер

«Вот я и нашел тебя, абрек! Без наркоты не можешь! Хорошо...», – думал с торжеством якутский охотник. Он не знал, что имеет дело с арабским снайпером, прошедшим и Абхазию, и Карабах. Но убивать его просто так, прострелив кровельный лист, Володя не хотел. У снайперов так не водилось, а у охотников на пушнину – и подавно.

– Ну ладно, куришь ты лежа, но в туалет придется тебе встать, – хладнокровно решил Володя и стал ждать.

Только через три дня он вычислил, что Абубакар выползает из-под листа в правую сторону, а не в левую, быстро делает дело и возвращается на «лежанку». Чтобы «достать» врага, Володе пришлось ночью поменять точку стрельбы. Он не мог ничего сделать заново, любой новый кровельный лист сразу же выдаст позицию снайпера. Но Володя нашел два поваленных бревна от стропил с куском жести чуть правее, метрах в 50-ти от своей точки. Место было прекрасное для стрельбы, но уж очень неудобное для «лежанки». Еще два дня Володя высматривал снайпера, но он не показывался. Володя уже решил, что противник ушел насовсем, когда на следующее утро вдруг увидел, что он «открылся». Три секунды на прицеливание с легким выдохом, и пуля пошла в цель. Абубакар был сражен наповал в правый глаз. Он почему-то, против удара пули, упал с крыши плашмя на улицу. Большое жирное пятно крови растекалось по грязи на площади дудаевского дворца.

«Ну вот, я тебя и достал», – подумал Володя без какой-либо восторженности или радости. Он понял, что должен продолжить свой бой, показав характерный почерк. Доказать тем самым, что жив, и что противник не убил его несколько дней назад.

Володя всматривался в оптику в неподвижное тело сраженного противника. Рядом он увидел и «Бур», который он так и не распознал, так как таких винтовок ранее не видел. Одним словом, охотник из глухой тайги!

И вот тут он удивился: чеченцы стали выползать на открытое место, чтобы забрать тело снайпера. Володя прицелился. Вышли трое, склонились над телом.

«Пусть поднимут и понесут, тогда и начну стрелять!» – торжествовал Володя.

Чеченцы действительно втроем подняли тело. Прозвучали три выстрела. Три тела упали на мертвого Абубакара.

Еще четыре чеченских добровольца выскочили из развалин и, отбросив тела товарищей, попытались вытащить снайпера. Со стороны заработал российский пулемет, но очереди ложились чуть выше, не причиняя вреда сгорбившимся чеченцам.

«Эх, пехота-мабута! Только патроны тратишь...», – подумал Володя.

Прозвучали еще четыре выстрела, почти слившись в один. Еще четыре трупа уже образовали кучку.

Володя убил в то утро 16 боевиков. Он не знал, что Басаев отдал приказ во что бы то ни стало достать тело араба до того, как начнет темнеть. Его нужно было отправить в горы, чтобы захоронить там до восхода солнца, как важного и почтенного моджахеда.

Через день Володя вернулся в штаб Рохлина. Генерал сразу принял его как дорогого гостя. Весть о дуэли двух снайперов уже облетела армию.

– Ну, как ты, Володя, устал? Домой хочешь?

Володя погрел руки у «буржуйки».

– Все, товарищ генерал, работу свою выполнил, домой пора. Начинается весенняя работа на стойбище. Военком отпустил меня только на два месяца. За меня работали все это время мои два младших брата. Пора и честь знать...

Рохлин понимающе закивал головой.

– Винтовку возьми хорошую, мой начштаба оформит документы...

– Зачем? У меня дедовская... – Володя любовно обнял старый карабин.

Генерал долго не решался задать вопрос. Но любопытство взяло верх.

– Сколько ты сразил врагов, считал ведь? Говорят, более сотни... чеченцы переговаривались.

Володя потупил глаза.

– 362 человека, товарищ генерал.

Рохлин молча похлопал якута по плечу.

– Поезжай домой, мы теперь сами справимся...

– Товарищ генерал, если что, вызывайте меня заново, я с работой разберусь и приеду во второй раз!

На лице Володи читалась откровенная забота о всей Российской Армии.

– Ей Богу, приеду! Орден Мужества нашёл Володю Колотова через шесть месяцев. По этому поводу праздновали всем колхозом, а военком разрешил снайперу съездить в Якутск купить новые сапоги – старые прохудились ещё в Чечне. Наступил на какие-то железяки охотник. В день, когда вся страна узнала о гибели генерала Льва Рохлина, Володя также услышал о случившемся по радио. Он три дня пил спирт на заимке. Его нашли пьяного в избушке-времянке другие охотники, вернувшиеся с промысла. Володя всё повторял пьяный: – Ничего, товарищ генерал Рохля, если надо мы приедем, вы только скажите...

После отбытия Владимира Колотова на Родину, мрази в офицерских погонах продали его данные чеченским террористам, кто таков, откуда, куда уехал и т.д. Уж слишком большие потери нанёс нечисти Якутский Снайпер. Владимир был убит выстрелом из 9 мм. пистолета у себя во дворе, в тот момент когда рубил дрова. Уголовное дело так и не было раскрыто...Вот так и закончилась история этого юного мальчика...НО ГЕРОЯ!!!

ribalych.ru

Настоящий герой Владимир Максимович Колотов (Эвенк из Якутии)

"Вот я и нашёл тебя, абрек! Без наркоты не можешь! Хорошо...", – думал с торжеством якутский охотник, он не знал, что имеет дело с арабским снайпером, прошедшим и Абхазию и Карабах. Но убивать его просто так, прострелив кровельный лист, Володя не хотел. У снайперов так не водилось, а у охотников на пушнину — и подавно.

– Ну ладно, куришь ты лёжа, но в туалет придётся тебе встать, – хладнокровно решил Володя и стал ждать.

Только через три дня он вычислил, что Абубакар выползает из-под листа в правую сторону, а не в левую, быстро делает дело и возвращается на "лежанку". Чтобы "достать" врага Володе пришлось ночью поменять точку стрельбы. Он не мог ничего сделать заново, любой новый кровельный лист сразу же выдаст новую позицию снайпера.

Но Володя нашёл два поваленных бревна от стропил с куском жести чуть правее, метрах в пятидесяти от своей точки. Место было прекрасное для стрельбы, но уж очень неудобное для "лежанки". Ещё два дня Володя высматривал снайпера, но он не показывался. Володя уже решил, что противник ушёл насовсем, когда на следующее утро вдруг увидел, что он "открылся".

Три секунды на прицеливание с лёгким выдохом, и пуля пошла в цель.

http://www.sovsekretno.ru/arti...

Абубакар был сражён наповал в правый глаз. Он почему-то, против удара пули, упал с крыши плашмя на улицу. Большое жирное пятно крови растекалось по грязи на площади дудаевского дворца, где и был сражён наповал одной пулей охотника арабский снайпер.

"Ну вот, я тебя и достал", – подумал Володя без какой-либо восторженности или радости. Он понял, что должен продолжить свой бой, показав характерный почерк. Доказать тем самым, что жив, и что противник не убил его несколько дней назад.

Володя всматривался в оптику в неподвижное тело сражённого противника. Рядом он увидел и "Бур", который, он так и не распознал, так как таких винтовок ранее не видел. Одним словом, охотник из глухой тайги!

И вот тут он удивился: чеченцы стали выползать на открытое место, чтобы забрать тело снайпера. Володя прицелился. Вышли трое, склонились над телом.

«Пусть поднимут и понесут, тогда и начну стрелять!» – торжествовал Володя.

Чеченцы действительно втроём подняли тело. Прозвучали три выстрела. Три тела упали на мертвого Абубакара.

Ещё четыре чеченских добровольца выскочили из развалин и, отбросив тела товарищей, попытались вытащить снайпера. Со стороны заработал российский пулемёт, но очереди ложились чуть выше, не причиняя вреда сгорбившимся чеченцам.

"Эх, пехота-мабута! Только патроны тратишь...", – подумал Володя.

Прозвучали ещё четыре выстрела, почти слившись в один. Еще четыре трупа уже образовали кучку.

Володя убил в то утро 16 боевиков. Он не знал, что Басаев отдал приказ во что бы то ни стало достать тело араба до того, как начнёт темнеть. Его нужно было отправить в горы, чтобы захоронить там до восхода солнца, как важного и почтенного моджахеда.

Через день Володя вернулся в штаб Рохлина. Генерал сразу принял его, как дорогого гостя. Весть о дуэли двух снайперов уже облетела армию.

– Ну, как ты, Володя, устал? Домой хочешь?

Володя погрел руки у "буржуйки".

– Всё, товарищ генерал, работу свою выполнил, домой пора. Начинается весенняя работа на стойбище. Военком отпустил меня только на два месяца. За меня работали всё это время мои два младших брата. Пора и честь знать...

Рохлин понимающе закивал головой.

– Винтовку возьми хорошую, мой начштаба оформит документы...

– Зачем, у меня дедовская. – Володя любовно обнял старый карабин.

* У Володи была верхняя - с граненным казенником старого образца с длинным стволом, "пехотная винтовка" 1891 года

Генерал долго не решался задать вопрос. Но любопытство взяло верх.

– Сколько ты сразил врагов, считал ведь? Говорят, более сотни... чеченцы переговаривались.

Володя потупил глаза.

– 362 человека, товарищ генерал. Рохлин, молча, похлопал по плечу якута.

– Поезжай домой, мы теперь сами справимся...

– Товарищ генерал, если что, вызывайте меня заново, я с работой разберусь и приеду во второй раз!

На лице Володи читалась откровенная забота о всей Российской Армии.

– Ей Богу, приеду!

Орден Мужества нашёл Володю Колотова через шесть месяцев. По этому поводу праздновали всем колхозом, а военком разрешил снайперу съездить в Якутск купить новые сапоги – старые прохудились ещё в Чечне. Наступил на какие-то железяки охотник.

В день, когда вся страна узнала о гибели генерала Льва Рохлина, Володя также услышал о случившемся по радио. Он три дня пил спирт на заимке. Его нашли пьяного в избушке-времянке другие охотники, вернувшиеся с промысла. Володя всё повторял пьяный:

– Ничего, товарищ генерал Рохля, если надо мы приедем, вы только скажите...

Его протрезвили в ближайшем ручье, но Володя с тех пор больше не одевал на людях свой орден Мужества.

основа взята тут:

все остальные нагло копипастят, добавляя от себя.

http://russiahousenews.info/ou...

fishki.net

"Чёрный снайпер" Чеченской войны - якут Владимир Колотов

Единственным документом помимо паспорта была у него рукописная справка военкома о том, что Владимир Колотов, охотник - промысловик по профессии, направляется на войну, с подписью военкома. Бумажка, которая поистрепалась в дороге, уже не раз спасала ему жизнь. Рохлин, удивленный тем, что кто-то прибыл на войну по собственному желанию, велел пропустить якута к себе. – Извини, пожалуйста, вы и есть тот генерал Рохля? – уважительно спросил Володя.

– Да, я Рохлин, – ответил уставший генерал, пытливо всматривавшийся в человека маленького роста, одетого в протертый ватник, с рюкзаком и винтовкой за спиной.

– Мне сказали, что вы прибыли на войну самостоятельно. С какой целью, Колотов?

– Видел я по телевизору, как чеченцы наших из снайперских валят. Не могу терпеть это, товарищ генерал. Стыдно. Вот и приехал, чтобы их валить. Денег не надо, ничего не надо. Я, товарищ генерал Рохля, буду сам по ночам на охоту уходить. Пусть мне место покажут, куда патроны и еду будут класть, а остальное я сам делать буду. Устану – через недельку приду, отосплюсь в тепле денёк и снова пойду. Рации и всего такого не надо... тяжело это. Удивленный Рохлин закивал головой.

– Возьми, Володя, хоть новую СВДэшку. Дайте ему винтовку!

– Не надо, товарищ генерал, я со своей косой в поле выхожу. Только патронов дайте, у меня сейчас всего-то 30 осталось... Так Володя начал свою войну, снайперскую. Он отоспался сутки в штабных кунгах, несмотря на минные обстрелы и жуткую пальбу артиллерии. Взял патроны, еду, воду и ушел на первую "охоту". В штабе о нем забыли. Только разведка каждые три дня исправно приносила патроны, еду и, главное, воду в условленное место. Каждый раз убеждалась, что посылка исчезла. Первым о Володе вспомнил на заседании штаба радист - "перехватчик".

– Лев Яковлевич, у "чехов" паника в радиоэфире. Говорят, что у русских, то есть у нас, появился некий чёрный снайпер, который работает по ночам, смело ходит по их территории и валит безбожно их личный состав. Масхадов даже назначил 30 тысяч долларов за его голову. Почерк у него такой – бьёт этот молодец чеченцев аккурат в глаз. Почему только в глаз – пёс его знает... И тут штабные вспомнили про якута Володю.

– Еду и патроны из тайника берет регулярно, – доложил начальник разведки.

– А так мы с ним ни словом не перекинулись, даже и не видели ни разу. Ну, как он от вас тогда ушёл на ту сторону... Так, или иначе, в сводке отметили, что наши снайпера их снайперам тоже прикурить дают. Потому что Володина работа давала такие результаты – от 16 до 30 человек укладывал промысловик выстрелом в глаз.

Чеченцы раскусили, что у федералов появился на площади Минутка промысловик - охотник. А так, как на этой площади и происходили основные события тех страшных дней, то и изловить снайпера вышел целый отряд чеченских добровольцев. Тогда, в феврале 95-го, на Минутке, благодаря хитрому замыслу Рохлина, наши войска уже перемололи почти на три четверти личного состава т.н."абхазский" батальон Шамиля Басаева.

Немалую роль сыграл здесь и карабин якута Володи. Басаев обещал золотую чеченскую звезду тому, кто принесет труп русского снайпера. Но ночи проходили в безуспешных поисках. Пятеро добровольцев ходили по передовой в поисках "лежанок" Володи, ставили растяжки везде, где он мог появиться в прямой видимости своих позиций. Однако, это было такое время, когда группы и с одной и с другой стороны прорывали оборону противника и глубоко вклинивались в её территорию. Иногда так глубоко, что уже не оставалось никаких шансов вырваться к своим. Но Володя спал днем под крышами и в подвалах домов. Трупы чеченцев – ночную "работу" снайпера – хоронили на следующий день.

Тогда, устав терять еженощно по 20 человек, Басаев вызвал из резервов в горах мастера cвоего дела, учителя из лагеря по подготовке юных стрелков, снайпера-араба Абубакара. Володя и Абубакар не могли не встретиться в ночном бою, таковы уж законы снайперской войны. И они встретились через две недели. Точнее, Абубакар зацепил Володю из буровской винтовки. Мощная пуля, убивавшая когда-то в Афганистане советских десантников навылет на расстоянии в полтора километра, прошила ватник и слегка зацепила руку, чуть пониже плеча.

Володя, ощутив прилив горячей волны сочащейся крови, понял, что наконец-то началась охота и на него.

Здания на противоположной стороне площади, а точнее их развалины, сливались в Володиной оптике в единую линию. «Что же блеснула, оптика?», – думал охотник, а он знал случаи, когда соболь видел сверкнувший на солнце прицел и уходил восвояси. Место, которое он выбрал, располагалось под крышей пятиэтажного жилого дома. Снайперы всегда любят находиться наверху, чтобы все видеть. А лежал он под крышей – под листом старой жести не мочил мокрый снежный дождичек, который то шёл, то переставал.

Абубакар выследил Володю лишь на пятую ночь – выследил по штанам. Дело в том, что у якута штаны были обычные, ватные. Это американский камуфляж, который зачастую носили чеченцы, пропитывался специальным составом, в нем форма была неотчетливо видима в приборах ночного видения, а отечественная форма светилась ярким салатовым светом.

Так Абубакар и "вычислил" якута в мощную ночную оптику своего "Бура", сделанного на заказ английскими оружейниками еще в 70-х. Одной пули было достаточно, Володя выкатился из-под крыши и больно упал спиной на ступеньки лестницы. "Главное, винтовку не разбил", – подумал снайпер.

– Ну, значит, дуэль, да, господин чеченский снайпер! – сказал себе мысленно без эмоций якут. Володя специально прекратил кромсать "чеченские порядки". Аккуратный рядок 200-х с его снайперским "автографом" на глазу прекратился. "Пусть поверят, что я убит", – решил Володя. Сам же только и делал, что высматривал, откуда же до него добрался вражеский снайпер. Через двое суток, уже днем, он нашел "лежанку" Абубакара. Он так же лежал под крышей, под полусогнутым кровельным листом на другой стороне площади.

Володя бы и не заметил его, если бы арабского снайпера не выдала дурная привычка, – он покуривал анашу. Раз в два часа Володя улавливал в оптику легкую синеватую дымку, поднимавшуюся над кровельным листом и сразу уносимую ветром. "Вот я и нашел тебя, абрек! Без наркоты не можешь! Хорошо...", – думал с торжеством якутский охотник, он не знал, что имеет дело с арабским снайпером, прошедшим и Абхазию и Карабах. Но убивать его просто так, прострелив кровельный лист, Володя не хотел. У снайперов так не водилось, а у охотников на пушнину — и подавно.

– Ну ладно, куришь ты лежа, но в туалет придется тебе встать, – хладнокровно решил Володя и стал ждать. Только через три дня он вычислил, что Абубакар выползает из-под листа в правую сторону, а не в левую, быстро делает дело и возвращается на "лежанку". Чтобы "достать" врага Володе пришлось ночью поменять свою позицию. Он не мог ничего сделать заново, ведь любой новый кровельный лист сразу же выдаст его новое местоположение. Но Володя нашел два поваленных бревна от стропил с куском жести чуть правее, метрах в пятидесяти от своей точки. Место было прекрасное для стрельбы, но уж очень неудобное для "лежанки".

Еще два дня Володя высматривал снайпера, но он не показывался. Володя уже решил, что противник ушел насовсем, когда на следующее утро вдруг увидел, что он "открылся".

Три секунды на прицеливание с легким выдохом, и пуля пошла в цель. Абубакар был сражен наповал в правый глаз.

Он почему-то, против удара пули, упал с крыши плашмя на улицу. Большое жирное пятно крови растекалось по грязи на площади дудаевского дворца, где и был сражен наповал одной пулей охотника арабский снайпер. "Ну вот, я тебя и достал", – подумал Володя без какой-либо восторженности или радости. Он понял, что должен продолжить свой бой, показав характерный почерк.

Доказать тем самым, что жив, и что противник не убил его несколько дней назад. Володя всматривался в оптику в неподвижное тело сраженного противника. Рядом он увидел и "Бур", который, он так и не распознал, так как таких винтовок ранее не видел. Одним словом, охотник из глухой тайги!

И вот тут он удивился: чеченцы стали выползать на открытое место, чтобы забрать тело снайпера. Володя прицелился. Вышли трое, склонились над телом. «Пусть поднимут и понесут, тогда и начну стрелять!» – торжествовал Володя. Чеченцы действительно втроем подняли тело.

Прозвучали три выстрела. Три тела упали на мертвого Абубакара.

Ещё четыре чеченских добровольца выскочили из развалин и, отбросив тела товарищей, попытались вытащить снайпера. Со стороны заработал российский пулемёт, но очереди ложились чуть выше, не причиняя вреда сгорбившимся чеченцам. Прозвучали еще четыре выстрела, почти слившись в один. Еще четыре трупа уже образовали кучку. Володя убил в то утро 16 боевиков. Он не знал, что Басаев отдал приказ во что бы то ни стало достать тело араба до того, как начнёт темнеть. Его нужно было отправить в горы, чтобы захоронить там до восхода солнца, как важного и почтенного моджахеда. Через день Володя вернулся в штаб Рохлина. Генерал сразу принял его, как дорогого гостя. Весть о дуэли двух снайперов уже облетела армию.

– Ну, как ты, Володя, устал? Домой хочешь? Володя погрел руки у "буржуйки".

– Все, товарищ генерал, работу свою выполнил, домой пора. Начинается весенняя работа на стойбище. Военком отпустил меня только на два месяца. За меня работали все это время мои два младших брата. Пора и честь знать... Рохлин понимающе закивал головой.

– Винтовку возьми хорошую, мой начштаба оформит документы...

– Зачем, у меня дедовская. – Володя любовно обнял старый карабин.

Генерал долго не решался задать вопрос. Но любопытство взяло верх.

– Сколько ты сразил врагов, считал ведь? Говорят, более сотни... чеченцы переговаривались.

Володя потупил глаза.

– 362 боевика, товарищ генерал.

– Ну чтож, поезжай домой, мы теперь сами справимся...

– Товарищ генерал, если что, вызывайте меня заново, я с работой разберусь и приеду во второй раз! На лице Володи читалась откровенная забота о всей Российской Армии.

– Ей Богу, приеду!

Орден Мужества нашел Володю Колотова через шесть месяцев.

В годы президентства Медведева Колотов вновь стал медийной персоной на короткое время. Его имя оказалось в центре внимания российской прессы из-за визита в Кремль на встречу с президентом России. Преподнес бывший снайпер Володя президенту от имени Якутии пайцзу и оленя. Такой вот, мол, подарок от северных народов центральной исполнительной власти. По эвенкийским обычаям олень Медведева прописался в селе, чтобы ждать пока за ним не прибудет хозяин. Но Медведев оленя так и не забрал. В Кремле В.М.Колотову вручили боевую награду.

По этому поводу праздновали всем колхозом, а военком разрешил снайперу съездить в Якутск купить новые сапоги – старые прохудились еще в Чечне. Наступил на какие-то железяки охотник. В день, когда вся страна узнала о гибели генерала Льва Рохлина, Володя также услышал о случившемся по радио. Он три дня пил спирт на заимке. Его нашли пьяного в избушке-времянке другие охотники, вернувшиеся с промысла.

Володя все повторял пьяный: – Ничего, товарищ генерал Рохля, если надо мы приедем, вы только скажите... После отбытия Владимира Колотова на Родину, мрази в офицерских погонах продали его данные чеченским террористам, кто таков, откуда, куда уехал и т.д. Уж слишком большие потери нанес нечисти Якутский Снайпер.

Владимир был убит выстрелом из 9 мм. пистолета у себя во дворе, в тот момент когда рубил дрова.

Уголовное дело так и не было раскрыто.

*** Впервые легенду о Володе-снайпере, или как его еще называли - Якуте (причем прозвище настолько фактурное, что даже перекочевало в известный телесериал о тех днях) я услышал в 95-м. Рассказывали её на разные лады, вместе с легендами о Вечном Танке, девочке - Смерти и прочим армейским фольклором. Причем, самое удивительное то, что в рассказе о Володе - снайпере удивительным образом прослеживалась почти до буквенная схожесть с историей великого Зайцева, положившего в Сталинграде ганса, майора, начальника Берлинской школы снайперов. Честно говоря, я тогда воспринимал это так, как ... ну, скажем, как фольклор - на привале - и верилось, и не верилось. Тогда много чего было, как, впрочем, и на любой войне, чему не поверишь, а оказывается ПРАВДОЙ. Жизнь - она вообще сложней и неожиданней любой выдумки. Позже уже, году в 2003-2004 м один из моих друзей и боевых товарищей рассказал мне, что лично знал этого паренька, и что действительно ОН БЫЛ.

Была ли та самая дуэль с Абубакаром, и был ли на самом деле такой суперснайпер у чехов, по чести сказать - я не знаю, у них хватало серьезных снайперов, а в Аервую Кампанию - особенно. И оружие было серьезное, в том числе и ЮАРовские КСВ, и каши (в том числе прототипы В-94, которые только-только шли в предсерию, у духов уже были, причем с номерами первых сотен - Пахомыч не даст соврать. Как они у них оказались - отдельная история, но тем не менее, такие стволы у чехов были. Да и сами они полукустарно КСВ делали под Грозным.) Володя - Якут действительно работал в одиночку, работал именно так, как описано - в глаз. И винтовка у него была именно та, о которой рассказано - старая мосинская трехлинейка дореволюционного выпуска, еще с граненым казенником и длинным стволом - пехотная модель 1891-г. Подлинное имя Володи-Якута - Владимир Максимович Колотов, родом из села Иенгра в Якутии.

Однако сам он не якут, а эвенк. В конце Первой Кампании его подлатали в госпитале, а поскольку он официально был никто и звать его было никак - просто уехал домой. Кстати его боевой счет скорее всего не преувеличен а преуменьшен ... Тем более что точного учета никто не вел, а сам снайпер особо им не хвастался.

Источник :  http://x-true.info

"Чёрный снайпер" Чеченской войны - якут Владимир Колотов

sputnikbig.ru

Забытый "чёрный снайпер" Чеченской войны. Володя-Якут

 

РИГ SAKHAPRESS.RU Помните историю про "Володю - снайпера или Володю Якута"? Продолжение этой истори опубликовано в паблике"Арсенал. Интересно об оружии" . События происходят во время президентства Дмитрия Медведева.   

"О том что его убили чеченцы вранье - он до сих пор жив и здоров.

      Ценными подарками Президента осчастливила семья Колотовых из якутского оленеводческого села Иенгра. Медведев вручил им ордена "Родительская слава" и "Орден Мужества", к которому один из Колотовых, Владимир Максимович, в прошлом снайпер, был представлен еще по время Чеченской войны, но награждения сразу по разным причинам не состоялось. Заслуженная награда наконец нашла героя и благодарные якуты решили в долгу не оставаться. 

    Семья эвенкийского охотника-промысловика сразу же после награждения вручила Президенту пано работы сельских мастериц и символ власти - пайцзу - велительную доску со специальной надписью. Но и на этом аттракцион оленеводской щедрости не закончился. Колотовы решили подарить Медведеву еще и северного оленя, который считается у эвенков символом благополучия и достатка. Эта информация сопровождалась следующим комментарием: «Олень Медведева будет жить в Иенгре, пока его хозяин сам за ним не приедет - так требует местный обычай». 

      Президент поблагодарил Колотовых за искренний подарок, но забирать оленя в Кремль пока не стал, выразив надежду, что животное останется жить в привычной для себя обстановке.

        Впервые легенду о Володе-снайпере, или как его еще называли - Якуте ( причем прозвище настолько фактурное, что даже перекочевало в известный телесериал о тех днях) я услыхал в 95-м. Рассказывали её на разные лады, вместе с легендами о Вечном Танке, девочке-Смерти и прочим армейским фольклором, который ты, дружище, знаешь не хуже меня. Причем, самое удивительное то, что в рассказе о Володе-снайпере улдивительным образом прослеживалась почти добуквенная схожесть с историей великого Зайцева, положившего в Сталинграде ганса, майора, начальника Берлинской школы снайперов. Честно говоря, я тогда воспринимал это так, как ... ну, скажем, как фольклор - на привале - и верилось, и не верилось. Тогда много чего было, как, впрочем, и на любой войне, чему не поверишь, а оказывается ПРАВДОЙ. Жизнь - она вообще сложней и неожиданней любой выдумки.

       Позже уже, году в 2003-2004 м один из моих друзей и боевых товарищей рассказал мне, что лично знал этого паренька, и что действительно ОН БЫЛ. Была ли та самая дуэль с Абубакаром, и был ли на самом деле такой суперснайпер у чехов, по чести сказать - я не знаю, у них хватало серьезных снайперов, а в Первую Кампанию - особенно. И оружие было серьезное, в том числе и ЮАРовские КСВ, и каши ( в том числе прототипы В-94, которые только-только шли в предсерию, у духов уже были, причем с номерами первых сотен - Пахомыч не даст соврать.

       Как они у них оказались - отдельная история, но тем не менее, такие стволы у чехов были. Да и сами они полукустарно КСВ делали под Грозным.

      Володя -якут действительно работал в одиночку, работал именно так, как описано - в глаз. И винтовка у него была именно та, о которой рассказано - старая мосинская трехлинейка дореволюционного выпуска, еще с граненым казенником и длинным стволом - пехотная модель 1891-г. 

    Подлинное имя Володи-Якута - Владимир Максимович Колотов, родом из села Иенгра в Якутии. Однако сам он не якут, а эвенк.

    В конце Первой Кампании его подлатали в госпитале, а поскольку он официально был никто и звать его было никак - просто уехал домой.

     Кстати его боевой счет скорее всего не ПРЕУВЕЛИЧЕН а ПРЕУМЕНЬШЕН... Тем более, что точного учета никто не вел, а сам снайпер особо им не хвастался".

Понравился наш сайт? Присоединяйтесь или подпишитесь (на почту будут приходить уведомления о новых темах) на наш канал в МирТесен!

komu-za-50.mirtesen.ru

Забытый снайпер Володя-Якут

18-летний якут Володя из дальнего оленьего стойбища, был промысловик-соболятник. Надо было так случиться, что пришел в Якутск за солью и патронами, случайно увидел в столовой по телевизору груды трупов Российских солдат на улицах Грозного, дымящиеся танки и какие-то слова о "снайперах Дудаева". Врезалось Володе это в голову, да так сильно, что вернулся охотник на стойбище, забрал свои заработанные деньги, продал и намытое золотишко. Взял дедовскую винтовку и все патроны, засунул за пазуху иконку Николая-угодника и поехал воевать.

О том, как ехал, лучше не вспоминать, о том, как сидел в КПЗ, как много раз отбирали винтовку. Но, всё-таки через месяц якут Володя прибыл в Грозный.Слышал Володя только об одном исправно воюющем генерале, его и стал искать в февральской распутице. Наконец, якуту повезло, и он добрался до штаба генерала Рохлина.

Единственным документом помимо паспорта была у него рукописная справка военкома о том, что Владимир Колотов, охотник-промысловик по профессии, направляется на войну, с подписью военкома. Бумажка, которая поистрепалась в дороге, уже не раз спасала ему жизнь.

Рохлин, удивленный тем, что кто-то прибыл на войну по собственному желанию, велел пропустить якута к себе.– Извини, пожалуйста, вы и есть тот генерал Рохля? – уважительно спросил Володя.– Да, я Рохлин, – ответил уставший генерал, пытливо всматривавшийся в человека маленького роста, одетого в протертый ватник, с рюкзаком и винтовкой за спиной.– Мне сказали, что вы прибыли на войну самостоятельно. С какой целью, Колотов?– Видел я по телевизору, как террористы наших из снайперских валят. Не могу терпеть это, товарищ генерал. Стыдно, однако. Вот и приехал, чтобы их валить. Денег не надо, ничего не надо. Я, товарищ генерал Рохля, буду сам по ночам на охоту уходить. Пусть мне место покажут, куда патроны и еду будут класть, а остальное я сам делать буду. Устану – через недельку приду, отосплюсь в тепле денёк и снова пойду. Рации и всего такого не надо… тяжело это.

Удивленный Рохлин закивал головой.– Возьми, Володя, хоть новую СВДэшку. Дайте ему винтовку!– Не надо, товарищ генерал, я со своей косой в поле выхожу. Только патронов дайте, у меня сейчас всего-то 30 осталось…

Так Володя начал свою войну, снайперскую.

Он отоспался сутки в штабных кунгах, несмотря на минные обстрелы и жуткую пальбу артиллерии. Взял патроны, еду, воду и ушел на первую "охоту". В штабе о нем забыли. Только разведка каждые три дня исправно приносила патроны, еду и, главное, воду в условленное место. Каждый раз убеждалась, что посылка исчезла.

Первым о Володе вспомнил на заседании штаба радист-"перехватчик".– Лев Яковлевич, у противника паника в радиоэфире. Говорят, что у нас появился некий чёрный снайпер, который работает по ночам, смело ходит по их территории и валит безбожно их личный состав. Масхадов даже назначил 30 тысяч долларов за его голову. Почерк у него такой – бьёт этот молодец бандюков аккурат в глаз. Почему только в глаз – пёс его знает…

И тут штабные вспомнили про якута Володю.– Еду и патроны из тайника берет регулярно, – доложил начальник разведки.– А так мы с ним ни словом не перекинулись, даже и не видели ни разу. Ну, как он от вас тогда ушёл на ту сторону…

Так, или иначе, в сводке отметили, что наши снайпера их снайперам тоже прикурить дают. Потому что Володина работа давала такие результаты – от 16 до 30 человек укладывал промысловик выстрелом в глаз.

Террористы раскусили, что у федералов появился на площади Минутка промысловик-охотник. А так, как на этой площади и происходили основные события тех страшных дней, то и изловить снайпера вышел целый отряд добровольцев.

Тогда, в феврале 95-го, на Минутке, благодаря хитрому замыслу Рохлина, наши войска уже перемололи почти на три четверти личного состава т.н."абхазский" батальон Шамиля Басаева. Немалую роль сыграл здесь и карабин якута Володи. Басаев обещал золотую чеченскую звезду тому, кто принесет труп русского снайпера. Но ночи проходили в безуспешных поисках. Пятеро добровольцев ходили по передовой в поисках "лежанок" Володи, ставили растяжки везде, где он мог появиться в прямой видимости своих позиций. Однако, это было такое время, когда группы и с одной и с другой стороны прорывали оборону противника и глубоко вклинивались в её территорию. Иногда так глубоко, что уже не оставалось никаких шансов вырваться к своим. Но Володя спал днем под крышами и в подвалах домов. Трупы террористов – ночную "работу" снайпера – хоронили на следующий день.

Тогда, устав терять еженощно по 20 человек, Басаев вызвал из резервов в горах мастера cвоего дела, учителя из лагеря по подготовке юных стрелков, снайпера-араба Абубакара. Володя и Абубакар не могли не встретиться в ночном бою, таковы уж законы снайперской войны.

И они встретились через две недели. Точнее, Абубакар зацепил Володю из буровской винтовки. Мощная пуля, убивавшая когда-то в Афганистане советских десантников навылет на расстоянии в полтора километра, прошила ватник и слегка зацепила руку, чуть пониже плеча. Володя, ощутив прилив горячей волны сочащейся крови, понял, что наконец-то началась охота и на него.

Здания на противоположной стороне площади, а точнее их развалины, сливались в Володиной оптике в единую линию. «Что же блеснула, оптика?», – думал охотник, а он знал случаи, когда соболь видел сверкнувший на солнце прицел и уходил восвояси. Место, которое он выбрал, располагалось под крышей пятиэтажного жилого дома. Снайперы всегда любят находиться наверху, чтобы все видеть. А лежал он под крышей – под листом старой жести не мочил мокрый снежный дождичек, который то шёл, то переставал.

Абубакар выследил Володю лишь на пятую ночь – выследил по штанам. Дело в том, что у якута штаны были обычные, ватные. Это американский камуфляж, который зачастую носили террористы, пропитывался специальным составом, в нем форма была неотчетливо видима в приборах ночного видения, а отечественная форма светилась ярким салатовым светом. Так Абубакар и "вычислил" якута в мощную ночную оптику своего "Бура", сделанного на заказ английскими оружейниками еще в 70-х.

Одной пули было достаточно, Володя выкатился из-под крыши и больно упал спиной на ступеньки лестницы. "Главное, винтовку не разбил", – подумал снайпер.– Ну, значит, дуэль, да, господин снайпер! – сказал себе мысленно без эмоций якут.

Володя специально прекратил кромсать террористов. Аккуратный рядок 200-х с его снайперским "автографом" на глазу прекратился. "Пусть поверят, что я убит", – решил Володя.

Сам же только и делал, что высматривал, откуда же до него добрался вражеский снайпер.Через двое суток, уже днем, он нашел "лежанку" Абубакара. Он так же лежал под крышей, под полусогнутым кровельным листом на другой стороне площади. Володя бы и не заметил его, если бы арабского снайпера не выдала дурная привычка, – он покуривал анашу. Раз в два часа Володя улавливал в оптику легкую синеватую дымку, поднимавшуюся над кровельным листом и сразу уносимую ветром.

"Вот я и нашел тебя! Без наркоты не можешь! Хорошо…", – думал с торжеством якутский охотник, он не знал, что имеет дело с арабским снайпером, прошедшим и Абхазию и Карабах. Но убивать его просто так, прострелив кровельный лист, Володя не хотел. У снайперов так не водилось, а у охотников на пушнину — и подавно.– Ну ладно, куришь ты лежа, но в туалет придется тебе встать, – хладнокровно решил Володя и стал ждать.

Только через три дня он вычислил, что Абубакар выползает из-под листа в правую сторону, а не в левую, быстро делает дело и возвращается на "лежанку". Чтобы "достать" врага Володе пришлось ночью поменять свою позицию. Он не мог ничего сделать заново, ведь любой новый кровельный лист сразу же выдаст его новое местоположение. Но Володя нашел два поваленных бревна от стропил с куском жести чуть правее, метрах в пятидесяти от своей точки. Место было прекрасное для стрельбы, но уж очень неудобное для "лежанки". Еще два дня Володя высматривал снайпера, но он не показывался. Володя уже решил, что противник ушел насовсем, когда на следующее утро вдруг увидел, что он "открылся". Три секунды на прицеливание с легким выдохом, и пуля пошла в цель. Абубакар был сражен наповал в правый глаз. Он почему-то, против удара пули, упал с крыши плашмя на улицу. Большое жирное пятно крови растекалось по грязи на площади дудаевского дворца, где и был сражен наповал одной пулей охотника арабский снайпер.

"Ну вот, я тебя и достал", – подумал Володя без какой-либо восторженности или радости. Он понял, что должен продолжить свой бой, показав характерный почерк. Доказать тем самым, что жив, и что противник не убил его несколько дней назад.

Володя всматривался в оптику в неподвижное тело сраженного противника. Рядом он увидел и "Бур", который, он так и не распознал, так как таких винтовок ранее не видел. Одним словом, охотник из глухой тайги!

И вот тут он удивился: боевики стали выползать на открытое место, чтобы забрать тело снайпера. Володя прицелился. Вышли трое, склонились над телом.«Пусть поднимут и понесут, тогда и начну стрелять!» – торжествовал Володя.

Боевики действительно втроем подняли тело. Прозвучали три выстрела. Три тела упали на мертвого Абубакара.

Ещё четыре боевика выскочили из развалин и, отбросив тела товарищей, попытались вытащить снайпера. Со стороны заработал российский пулемёт, но очереди ложились чуть выше, не причиняя вреда сгорбившимся бандитам.

Прозвучали еще четыре выстрела, почти слившись в один. Еще четыре трупа уже образовали кучку.

Володя убил в то утро 16 боевиков. Он не знал, что Басаев отдал приказ во что бы то ни стало достать тело араба до того, как начнёт темнеть. Его нужно было отправить в горы, чтобы захоронить там до восхода солнца, как важного и почтенного моджахеда.

Через день Володя вернулся в штаб Рохлина. Генерал сразу принял его, как дорогого гостя. Весть о дуэли двух снайперов уже облетела армию.– Ну, как ты, Володя, устал? Домой хочешь?

Володя погрел руки у "буржуйки".– Все, товарищ генерал, работу свою выполнил, домой пора. Начинается весенняя работа на стойбище. Военком отпустил меня только на два месяца. За меня работали все это время мои два младших брата. Пора и честь знать…

Рохлин понимающе закивал головой.– Винтовку возьми хорошую, мой начштаба оформит документы…– Зачем, у меня дедовская. – Володя любовно обнял старый карабин.

Генерал долго не решался задать вопрос. Но любопытство взяло верх.– Сколько ты сразил врагов, считал ведь? Говорят, более сотни… боевики переговаривались…

Володя потупил глаза.– 362 боевика, товарищ генерал.– Ну чтож, поезжай домой, мы теперь сами справимся…– Товарищ генерал, если что, вызывайте меня заново, я с работой разберусь и приеду во второй раз!

На лице Володи читалась откровенная забота о всей Российской Армии.– Ей Богу, приеду!

Орден Мужества нашел Володю Колотова через шесть месяцев. По этому поводу праздновали всем колхозом, а военком разрешил снайперу съездить в Якутск купить новые сапоги – старые прохудились еще в Грозном. Наступил на какие-то железяки охотник.

В день, когда вся страна узнала о гибели генерала Льва Рохлина, Володя также услышал о случившемся по радио. Он три дня пил спирт на заимке. Его нашли пьяного в избушке-времянке другие охотники, вернувшиеся с промысла. Володя все повторял пьяный:– Ничего, товарищ генерал Рохля, если надо мы приедем, вы только скажите…

Подлинное имя Володи-Якута — Владимир Максимович Колотов, родом из села Иенгра в Якутии. Однако сам он не якут, а эвенк.

В конце Первой Кампании его подлатали в госпитале, а поскольку он официально был никто и звать его было никак — просто уехал домой.

Кстати его боевой счет скорее всего не преувеличен а преуменьшен … Тем более что точного учета никто не вел, а сам снайпер особо им не хвастался.

После отбытия Владимира Колотова на Родину, мрази в офицерских погонах продали его данные террористам, кто таков, откуда, куда уехал и т.д. Уж слишком большие потери нанес нечисти Якутский Снайпер.

Владимир был убит выстрелом из 9 мм. пистолета у себя во дворе, в тот момент когда рубил дрова. Уголовное дело так и не было раскрыто…"

fishki.net

Снайпер, или как якутский охотник на чеченскую войну ходил

Промысловик-соболятник, 18-летний якут из дальнего оленьего стойбища. Надо было так случиться, что пришёл в Якутск за солью и патронами, случайно увидел в столовой по телевизору груды трупов Российских солдат на улицах Грозного, дымящиеся танки и какие-то слова о "снайперах Дудаева". Врезалось Володе это в голову, да так сильно, что вернулся охотник на стойбище, забрал свои заработанные деньги, продал и намытое золотишко. Взял дедовскую винтовку и все патроны, засунул за пазуху иконку Николая-угодника и поехал воевать якут за Российское дело.

О том, как ехал, лучше не вспоминать, о том, как три раза сидел в КПЗ, как много раз отбирали винтовку. Но, всё-таки через месяц якут Володя прибыл в Грозный.

Слышал Володя только об одном исправно воюющем в Чечне генерале, его и стал искать в февральской распутице. Наконец, якуту повезло, и он добрался до штаба генерала Рохлина. Единственным документом помимо паспорта была у него рукописная справка военкома о том, что Владимир Колотов, охотник-промысловик по профессии, направляется на войну, с подписью военкома. Бумажка, которая поистрепалась в дороге, уже не раз спасала ему жизнь.

Рохлин, удивлённый тем, что кто-то прибыл на войну по собственному желанию, велел пропустить якута к себе.

Володя, щурясь на мигающие от генератора тусклые лампочки, отчего его раскосые глаза еще больше расплылись, по-медвежьи, боком зашел в подвал старого здания, в котором разместился временно штаб генерала. – Извини, пожалуйста, вы и есть тот генерал Рохля? – уважительно спросил Володя. – Да, я Рохлин, – ответил уставший генерал, пытливо всматривавшийся в человека маленького роста, одетого в протёртый ватник, с рюкзаком и винтовкой за спиной. – Чаю хотите, охотник? – Благодарствуйте, товарищ генерал. Горячего уже три дня не пил. Не откажусь. Володя достал из рюкзака свою железную кружку и протянул ее генералу. Рохлин сам налил ему чаю до краев. – Мне сказали, что вы прибыли на войну самостоятельно. С какой целью, Колотов? – Видел я по телевизору, как чеченцы наших из снайперских валят. Не могу терпеть это, товарищ генерал. Стыдно, однако. Вот и приехал, чтобы их валить. Денег не надо, ничего не надо. Я, товарищ генерал Рохля, буду сам по ночам на охоту уходить. Пусть мне место покажут, куда патроны и еду будут класть, а остальное я сам делать буду. Устану – через недельку приду, отосплюсь в тепле денёк и снова пойду. Рации и всего такого не надо... тяжело это.

Удивлённый Рохлин закивал головой. – Возьми, Володя, хоть новую СВДэшку. Дайте ему винтовку! – Не надо, товарищ генерал, я со своей косой в поле выхожу. Только патронов дайте, у меня сейчас всего-то 30 осталось...

Так Володя начал свою войну, снайперскую.

Он отоспался сутки в штабных кунгах, несмотря на минные обстрелы и жуткую пальбу артиллерии. Взял патроны, еду, воду и ушел на первую "охоту". В штабе о нём забыли. Только разведка каждые три дня исправно приносила патроны, еду и, главное, воду в условленное место. Каждый раз убеждалась, что посылка исчезла.

Первым о Володе вспомнил на заседании штаба радист-"перехватчик". – Лев Яковлевич, у "чехов" паника в радиоэфире. Говорят, что у Русских, то есть у нас, появился некий чёрный снайпер, который работает по ночам, смело ходит по их территории и валит безбожно их личный состав. Масхадов даже назначил 30 тысяч долларов за его голову. Почерк у него такой – бьёт этот молодец чеченцев аккурат в глаз. Почему только в глаз – пёс его знает...

И тут штабные вспомнили про якута Володю. – Еду и патроны из тайника берёт регулярно, – доложил начальник разведки. – А так мы с ним ни словом не перекинулись, даже и не видели ни разу. Ну, как он от вас тогда ушёл на ту сторону... Так, или иначе, в сводке отметили, что наши снайпера их снайперам тоже прикурить дают. Потому что Володина работа давала такие результаты – от 16 до 30 человек укладывал промысловик выстрелом в глаз.

Чеченцы раскусили, что появился на площади Минутка Русский промысловик. А так, как на этой площади и происходили все события тех страшных дней, то и изловить снайпера вышел целый отряд чеченских добровольцев.

Тогда, в феврале 95-го, на Минутке "федералы", благодаря хитрому замыслу Рохлина, уже перемололи почти на три четверти личного состава "абхазский" батальон Шамиля Басаева. Немалую роль сыграл здесь и карабин якута Володи. Басаев обещал золотую чеченскую звезду тому, кто принесет труп Русского снайпера. Но ночи проходили в безуспешных поисках. Пятеро добровольцев ходили по передовой в поисках "лежанок" Володи, ставили растяжки везде, где он мог появиться в прямой видимости своих позиций. Однако, это было такое время, когда группы и с одной и с другой стороны прорывали оборону противника и глубоко вклинивались в её территорию. Иногда так глубоко, что уже не оставалось никаких шансов вырваться к своим. Но Володя спал днём под крышами и в подвалах домов. Трупы чеченцев – ночную "работу" снайпера – хоронили на следующий день.

Тогда, устав терять еженощно по 20 человек, Басаев вызвал из резервов в горах мастера воего дела, учителя из лагеря по подготовке юных стрелков, снайпера-араба Абубакара. Володя и Абубакар не могли не встретиться в ночном бою, таковы уж законы снайперской войны.

И они встретились через две недели. Точнее, Абубакар зацепил Володю из буровской винтовки. Мощная пуля, убивавшая когда-то в Афганистане советских десантников навылет на расстоянии в полтора километра, прошила ватник и слегка зацепила руку, чуть пониже плеча. Володя, ощутив прилив горячей волны сочащейся крови, понял, что наконец-то началась охота и на него.

Здания на противоположной стороне площади, а точнее их развалины сливались в Володиной оптике в единую линию. «Что же блескануло, оптика?», – думал охотник, а он знал случаи, когда соболь видел сверкнувший на солнце прицел и уходил восвояси. Место, которое он выбрал, располагалось под крышей пятиэтажного жилого дома. Снайперы всегда любят находиться наверху, чтобы всё видеть. А лежал он под крышей – под листом старой жести не мочил мокрый снежный дождичек, который то шёл, то переставал.

Абубакар выследил Володю лишь на пятую ночь – выследил по штанам. Дело в том, что у якута штаны были обычные, ватные. Это американский камуфляж, который носили чеченцы, пропитывался специальным составом, в нём форма была невидима в приборах ночного видения, а отечественная светилась ярким салатовым светом. Так Абубакар и "вычислил" якута в мощную ночную оптику своего "Бура", сделанного на заказ английскими оружейниками ещё в 70-х.

Одной пули было достаточно, Володя выкатился из-под крыши и больно упал спиной на ступеньки лестницы. "Главное, винтовку не разбил", – подумал снайпер.

– Ну, значит, дуэль, да, господин чеченский снайпер! – сказал себе мысленно без эмоций якут.

Володя специально прекратил кромсать "чеченские порядки". Аккуратный рядок 200-х с его снайперским "автографом" на глазу прекратился. "Пусть поверят, что я убит", – решил Володя.

Сам же только и делал, что высматривал, откуда же до него добрался вражеский снайпер.

Через двое суток, уже днём, он нашел "лежанку" Абубакара. Он так же лежал под крышей, под полусогнутым кровельным листом на другой стороне площади. Володя бы и не заметил его, если бы арабского снайпера не выдала дурная привычка, – он покуривал анашу. Раз в два часа Володя улавливал в оптику лёгкую синеватую дымку, поднимавшуюся над кровельным листом и сразу уносимую ветром.

"Вот я и нашёл тебя, абрек! Без наркоты не можешь! Хорошо...", – думал с торжеством якутский охотник, он не знал, что имеет дело с арабским снайпером, прошедшим и Абхазию и Карабах. Но убивать его просто так, прострелив кровельный лист, Володя не хотел. У снайперов так не водилось, а у охотников на пушнину — и подавно.

– Ну ладно, куришь ты лёжа, но в туалет придётся тебе встать, – хладнокровно решил Володя и стал ждать.

Только через три дня он вычислил, что Абубакар выползает из-под листа в правую сторону, а не в левую, быстро делает дело и возвращается на "лежанку". Чтобы "достать" врага Володе пришлось ночью поменять точку стрельбы. Он не мог ничего сделать заново, любой новый кровельный лист сразу же выдаст новую позицию снайпера. Но Володя нашёл два поваленных бревна от стропил с куском жести чуть правее, метрах в пятидесяти от своей точки. Место было прекрасное для стрельбы, но уж очень неудобное для "лежанки".

Ещё два дня Володя высматривал снайпера, но он не показывался. Володя уже решил, что противник ушёл насовсем, когда на следующее утро вдруг увидел, что он "открылся". Три секунды на прицеливание с лёгким выдохом, и пуля пошла в цель. Абубакар был сражён наповал в правый глаз. Он почему-то, против удара пули, упал с крыши плашмя на улицу. Большое жирное пятно крови растекалось по грязи на площади дудаевского дворца, где и был сражён наповал одной пулей охотника арабский снайпер.

"Ну вот, я тебя и достал", – подумал Володя без какой-либо восторженности или радости. Он понял, что должен продолжить свой бой, показав характерный почерк. Доказать тем самым, что жив, и что противник не убил его несколько дней назад.

Володя всматривался в оптику в неподвижное тело сражённого противника. Рядом он увидел и "Бур", который, он так и не распознал, так как таких винтовок ранее не видел. Одним словом, охотник из глухой тайги!

И вот тут он удивился: чеченцы стали выползать на открытое место, чтобы забрать тело снайпера. Володя прицелился. Вышли трое, склонились над телом.

«Пусть поднимут и понесут, тогда и начну стрелять!» – торжествовал Володя.

Чеченцы действительно втроём подняли тело. Прозвучали три выстрела. Три тела упали на мертвого Абубакара.

Ещё четыре чеченских добровольца выскочили из развалин и, отбросив тела товарищей, попытались вытащить снайпера. Со стороны заработал российский пулемёт, но очереди ложились чуть выше, не причиняя вреда сгорбившимся чеченцам.

"Эх, пехота-мабута! Только патроны тратишь...", – подумал Володя.

Прозвучали ещё четыре выстрела, почти слившись в один. Еще четыре трупа уже образовали кучку.

Володя убил в то утро 16 боевиков. Он не знал, что Басаев отдал приказ во что бы то ни стало достать тело араба до того, как начнёт темнеть. Его нужно было отправить в горы, чтобы захоронить там до восхода солнца, как важного и почтенного моджахеда.

Через день Володя вернулся в штаб Рохлина. Генерал сразу принял его, как дорогого гостя. Весть о дуэли двух снайперов уже облетела армию.

– Ну, как ты, Володя, устал? Домой хочешь? Володя погрел руки у "буржуйки".

– Всё, товарищ генерал, работу свою выполнил, домой пора. Начинается весенняя работа на стойбище. Военком отпустил меня только на два месяца. За меня работали всё это время мои два младших брата. Пора и честь знать... Рохлин понимающе закивал головой.

– Винтовку возьми хорошую, мой начштаба оформит документы... – Зачем, у меня дедовская. – Володя любовно обнял старый карабин.

Генерал долго не решался задать вопрос. Но любопытство взяло верх. – Сколько ты сразил врагов, считал ведь? Говорят, более сотни... чеченцы переговаривались. Володя потупил глаза. – 362 человека, товарищ генерал. Рохлин, молча, похлопал по плечу якута. – Поезжай домой, мы теперь сами справимся... – Товарищ генерал, если что, вызывайте меня заново, я с работой разберусь и приеду во второй раз! На лице Володи читалась откровенная забота о всей Российской Армии. – Ей Богу, приеду!

Орден Мужества нашёл Володю Колотова через шесть месяцев. По этому поводу праздновали всем колхозом, а военком разрешил снайперу съездить в Якутск купить новые сапоги – старые прохудились ещё в Чечне. Наступил на какие-то железяки охотник.

В день, когда вся страна узнала о гибели генерала Льва Рохлина, Володя также услышал о случившемся по радио. Он три дня пил спирт на заимке. Его нашли пьяного в избушке-времянке другие охотники, вернувшиеся с промысла. Володя всё повторял пьяный: – Ничего, товарищ генерал Рохля, если надо мы приедем, вы только скажите...

Его протрезвили в ближайшем ручье, но Володя с тех пор больше не одевал на людях свой орден Мужества.

www.nexplorer.ru

Володя Якут - легендарный снайпер Первой чеченской войны

Многие значительные события в жизни государства зачастую овеяны легендами. Существуют мифические персонажи и в Первой чеченской войне. Среди них – не знавший промаха снайпер Володя Якут. Есть версия, что им был реальный российский стрелок Владимир Максимович Колотов. По национальности он якобы был эвенком или якутом, а представители этих народностей – превосходные охотники и стрелки. Из-за своего происхождения снайпер и получил позывной «Якут».

У Володи не было рации, не было никаких новых “прибамбасов” в виде сухого спирта, питьевых трубочек и прочего барахла. Не было даже разгрузки, бронежилет он не взял сам. У Володи был только старый дедовский охотничий карабин с трофейной немецкой оптикой, 30 патронов, фляга с водой и печенье в кармане ватника. Да была шапка-ушанка облезлая. Сапоги, правда, были хорошие, он после прошлогоднего промысла купил их на ярмарке в Якутске, прямо на сплаве у Лены у каких-то заезжих торгашей.

Вот так он и воевал уже третий день. Промысловик-соболятник, 18-летний якут из дальнего оленьего стойбища. Надо было так случиться, что пришёл в Якутск за солью и патронами, случайно увидел в столовой по телевизору груды трупов Российских солдат на улицах Грозного, дымящиеся танки и какие-то слова о “снайперах Дудаева”. Врезалось Володе это в голову, да так сильно, что вернулся охотник на стойбище, забрал свои заработанные деньги, продал и намытое золотишко. Взял дедовскую винтовку и все патроны, засунул за пазуху иконку Николая-угодника и поехал воевать якут за Российское дело.

О том, как ехал, лучше не вспоминать, о том, как три раза сидел в КПЗ, как много раз отбирали винтовку. Но, всё-таки через месяц якут Володя прибыл в Грозный.

Слышал Володя только об одном исправно воюющем в Чечне генерале, его и стал искать в февральской распутице. Наконец, якуту повезло, и он добрался до штаба генерала Рохлина.

Единственным документом помимо паспорта была у него рукописная справка военкома о том, что Владимир Колотов, охотник-промысловик по профессии, направляется на войну, с подписью военкома. Бумажка, которая поистрепалась в дороге, уже не раз спасала ему жизнь.

Рохлин, удивлённый тем, что кто-то прибыл на войну по собственному желанию, велел пропустить якута к себе.

Володя, щурясь на мигающие от генератора тусклые лампочки, отчего его раскосые глаза еще больше расплылись, по-медвежьи, боком зашел в подвал старого здания, в котором разместился временно штаб генерала.

– Извини, пожалуйста, вы и есть тот генерал Рохля? – уважительно спросил Володя.

– Да, я Рохлин, – ответил уставший генерал, пытливо всматривавшийся в человека маленького роста, одетого в протёртый ватник, с рюкзаком и винтовкой за спиной.

– Чаю хотите, охотник?

– Благодарствуйте, товарищ генерал. Горячего уже три дня не пил. Не откажусь.

Володя достал из рюкзака свою железную кружку и протянул ее генералу. Рохлин сам налил ему чаю до краев.

– Мне сказали, что вы прибыли на войну самостоятельно. С какой целью, Колотов?

– Видел я по телевизору, как чеченцы наших из снайперских валят. Не могу терпеть это, товарищ генерал. Стыдно, однако. Вот и приехал, чтобы их валить. Денег не надо, ничего не надо. Я, товарищ генерал Рохля, буду сам по ночам на охоту уходить. Пусть мне место покажут, куда патроны и еду будут класть, а остальное я сам делать буду. Устану – через недельку приду, отосплюсь в тепле денёк и снова пойду. Рации и всего такого не надо… тяжело это.

Удивлённый Рохлин закивал головой.

– Возьми, Володя, хоть новую СВДэшку. Дайте ему винтовку!

– Не надо, товарищ генерал, я со своей косой в поле выхожу. Только патронов дайте, у меня сейчас всего-то 30 осталось…

Так Володя начал свою войну, снайперскую.

Он отоспался сутки в штабных кунгах, несмотря на минные обстрелы и жуткую пальбу артиллерии. Взял патроны, еду, воду и ушел на первую “охоту”. В штабе о нём забыли. Только разведка каждые три дня исправно приносила патроны, еду и, главное, воду в условленное место. Каждый раз убеждалась, что посылка исчезла.

Первым о Володе вспомнил на заседании штаба радист-”перехватчик”.

– Лев Яковлевич, у “чехов” паника в радиоэфире. Говорят, что у Русских, то есть у нас, появился некий чёрный снайпер, который работает по ночам, смело ходит по их территории и валит безбожно их личный состав. Масхадов даже назначил 30 тысяч долларов за его голову. Почерк у него такой – бьёт этот молодец чеченцев аккурат в глаз. Почему только в глаз – пёс его знает…

И тут штабные вспомнили про якута Володю.

– Еду и патроны из тайника берёт регулярно, – доложил начальник разведки.

– А так мы с ним ни словом не перекинулись, даже и не видели ни разу. Ну, как он от вас тогда ушёл на ту сторону…

Так, или иначе, в сводке отметили, что наши снайпера их снайперам тоже прикурить дают. Потому что Володина работа давала такие результаты – от 16 до 30 человек укладывал промысловик выстрелом в глаз.

Чеченцы раскусили, что появился на площади Минутка Русский промысловик. А так, как на этой площади и происходили все события тех страшных дней, то и изловить снайпера вышел целый отряд чеченских добровольцев.

Тогда, в феврале 95-го, на Минутке “федералы”, благодаря хитрому замыслу Рохлина, уже перемололи почти на три четверти личного состава “абхазский” батальон Шамиля Басаева. Немалую роль сыграл здесь и карабин якута Володи. Басаев обещал золотую чеченскую звезду тому, кто принесет труп Русского снайпера. Но ночи проходили в безуспешных поисках. Пятеро добровольцев ходили по передовой в поисках “лежанок” Володи, ставили растяжки везде, где он мог появиться в прямой видимости своих позиций. Однако, это было такое время, когда группы и с одной и с другой стороны прорывали оборону противника и глубоко вклинивались в её территорию. Иногда так глубоко, что уже не оставалось никаких шансов вырваться к своим. Но Володя спал днём под крышами и в подвалах домов. Трупы чеченцев – ночную “работу” снайпера – хоронили на следующий день.

Тогда, устав терять еженощно по 20 человек, Басаев вызвал из резервов в горах мастера воего дела, учителя из лагеря по подготовке юных стрелков, снайпера-араба Абубакара. Володя и Абубакар не могли не встретиться в ночном бою, таковы уж законы снайперской войны.

И они встретились через две недели. Точнее, Абубакар зацепил Володю из буровской винтовки. Мощная пуля, убивавшая когда-то в Афганистане советских десантников навылет на расстоянии в полтора километра, прошила ватник и слегка зацепила руку, чуть пониже плеча. Володя, ощутив прилив горячей волны сочащейся крови, понял, что наконец-то началась охота и на него.

Здания на противоположной стороне площади, а точнее их развалины сливались в Володиной оптике в единую линию. «Что же блескануло, оптика?», – думал охотник, а он знал случаи, когда соболь видел сверкнувший на солнце прицел и уходил восвояси. Место, которое он выбрал, располагалось под крышей пятиэтажного жилого дома. Снайперы всегда любят находиться наверху, чтобы всё видеть. А лежал он под крышей – под листом старой жести не мочил мокрый снежный дождичек, который то шёл, то переставал.

Абубакар выследил Володю лишь на пятую ночь – выследил по штанам. Дело в том, что у якута штаны были обычные, ватные. Это американский камуфляж, который носили чеченцы, пропитывался специальным составом, в нём форма была невидима в приборах ночного видения, а отечественная светилась ярким салатовым светом. Так Абубакар и “вычислил” якута в мощную ночную оптику своего “Бура”, сделанного на заказ английскими оружейниками ещё в 70-х.

Одной пули было достаточно, Володя выкатился из-под крыши и больно упал спиной на ступеньки лестницы. “Главное, винтовку не разбил”, – подумал снайпер.

– Ну, значит, дуэль, да, господин чеченский снайпер! – сказал себе мысленно без эмоций якут.

Володя специально прекратил кромсать “чеченские порядки”. Аккуратный рядок 200-х с его снайперским “автографом” на глазу прекратился. “Пусть поверят, что я убит”, – решил Володя.

Сам же только и делал, что высматривал, откуда же до него добрался вражеский снайпер.

Через двое суток, уже днём, он нашел “лежанку” Абубакара. Он так же лежал под крышей, под полусогнутым кровельным листом на другой стороне площади. Володя бы и не заметил его, если бы арабского снайпера не выдала дурная привычка, – он покуривал анашу. Раз в два часа Володя улавливал в оптику лёгкую синеватую дымку, поднимавшуюся над кровельным листом и сразу уносимую ветром.

“Вот я и нашёл тебя, абрек! Без наркоты не можешь! Хорошо…”, – думал с торжеством якутский охотник, он не знал, что имеет дело с арабским снайпером, прошедшим и Абхазию и Карабах. Но убивать его просто так, прострелив кровельный лист, Володя не хотел. У снайперов так не водилось, а у охотников на пушнину — и подавно.

– Ну ладно, куришь ты лёжа, но в туалет придётся тебе встать, – хладнокровно решил Володя и стал ждать.

Только через три дня он вычислил, что Абубакар выползает из-под листа в правую сторону, а не в левую, быстро делает дело и возвращается на “лежанку”. Чтобы “достать” врага Володе пришлось ночью поменять точку стрельбы. Он не мог ничего сделать заново, любой новый кровельный лист сразу же выдаст новую позицию снайпера. Но Володя нашёл два поваленных бревна от стропил с куском жести чуть правее, метрах в пятидесяти от своей точки. Место было прекрасное для стрельбы, но уж очень неудобное для “лежанки”. Ещё два дня Володя высматривал снайпера, но он не показывался. Володя уже решил, что противник ушёл насовсем, когда на следующее утро вдруг увидел, что он “открылся”. Три секунды на прицеливание с лёгким выдохом, и пуля пошла в цель. Абубакар был сражён наповал в правый глаз. Он почему-то, против удара пули, упал с крыши плашмя на улицу. Большое жирное пятно крови растекалось по грязи на площади дудаевского дворца, где и был сражён наповал одной пулей охотника арабский снайпер.

“Ну вот, я тебя и достал”, – подумал Володя без какой-либо восторженности или радости. Он понял, что должен продолжить свой бой, показав характерный почерк. Доказать тем самым, что жив, и что противник не убил его несколько дней назад.

Володя всматривался в оптику в неподвижное тело сражённого противника. Рядом он увидел и “Бур”, который, он так и не распознал, так как таких винтовок ранее не видел. Одним словом, охотник из глухой тайги!

И вот тут он удивился: чеченцы стали выползать на открытое место, чтобы забрать тело снайпера. Володя прицелился. Вышли трое, склонились над телом.

«Пусть поднимут и понесут, тогда и начну стрелять!» – торжествовал Володя.

Чеченцы действительно втроём подняли тело. Прозвучали три выстрела. Три тела упали на мертвого Абубакара.

Ещё четыре чеченских добровольца выскочили из развалин и, отбросив тела товарищей, попытались вытащить снайпера. Со стороны заработал российский пулемёт, но очереди ложились чуть выше, не причиняя вреда сгорбившимся чеченцам.

“Эх, пехота-мабута! Только патроны тратишь…”, – подумал Володя.

Прозвучали ещё четыре выстрела, почти слившись в один. Еще четыре трупа уже образовали кучку.

Володя убил в то утро 16 боевиков. Он не знал, что Басаев отдал приказ во что бы то ни стало достать тело араба до того, как начнёт темнеть. Его нужно было отправить в горы, чтобы захоронить там до восхода солнца, как важного и почтенного моджахеда.

Через день Володя вернулся в штаб Рохлина. Генерал сразу принял его, как дорогого гостя. Весть о дуэли двух снайперов уже облетела армию.

– Ну, как ты, Володя, устал? Домой хочешь?

Володя погрел руки у “буржуйки”.

– Всё, товарищ генерал, работу свою выполнил, домой пора. Начинается весенняя работа на стойбище. Военком отпустил меня только на два месяца. За меня работали всё это время мои два младших брата. Пора и честь знать…

Рохлин понимающе закивал головой.

– Винтовку возьми хорошую, мой начштаба оформит документы…

– Зачем, у меня дедовская. – Володя любовно обнял старый карабин.

Генерал долго не решался задать вопрос. Но любопытство взяло верх.

– Сколько ты сразил врагов, считал ведь? Говорят, более сотни… чеченцы переговаривались.

Володя потупил глаза.

– 362 человека, товарищ генерал. Рохлин, молча, похлопал по плечу якута.

– Поезжай домой, мы теперь сами справимся…

– Товарищ генерал, если что, вызывайте меня заново, я с работой разберусь и приеду во второй раз!

На лице Володи читалась откровенная забота о всей Российской Армии.

– Ей Богу, приеду!

Орден Мужества нашёл Володю Колотова через шесть месяцев. По этому поводу праздновали всем колхозом, а военком разрешил снайперу съездить в Якутск купить новые сапоги – старые прохудились ещё в Чечне. Наступил на какие-то железяки охотник.

В день, когда вся страна узнала о гибели генерала Льва Рохлина, Володя также услышал о случившемся по радио. Он три дня пил спирт на заимке. Его нашли пьяного в избушке-времянке другие охотники, вернувшиеся с промысла.

Володя всё повторял пьяный:

– Ничего, товарищ генерал Рохля, если надо мы приедем, вы только скажите…

Его протрезвили в ближайшем ручье, но Володя с тех пор больше не одевал на людях свой орден Мужества.

Детали легенды

По распространяемой среди личного состава российской армии легенде Володя Якут был очень молод, всего 18-ти лет от роду. Рассказывают, что он поехал воевать в Чечню добровольцем, а перед этим якобы испросил на это «разрешение» у генерала Льва Рохлина. В воинской части Володя Якут выбрал в качестве личного оружия карабин Мосина, подобрав для него оптический прицел еще времен Второй мировой – от немецкого Mauser 98k.

Вообще, Владимир отличался удивительной неприхотливостью и самоотверженностью. Он буквально окунулся в гущу событий. Единственная просьба, с которой Володя Якут обратился к солдатам своей части, - оставлять ему еду, воду и патроны в условленном месте. Снайпер славился какой-то фантастической неуловимостью. Российские военные узнавали о месте его дислокации только из радиоперехватов.

Первым таким местом стала площадь в городе Грозный под названием «Минутка». Там снайпер отстреливал сепаратистов с поразительной результативностью – до 30-ти человек в день. При этом оставлял на убитых нечто вроде «фирменного знака». Володя Якут попадал жертве прямо в глаз, не оставляя ей ни единого шанса на выживание. Аслан Масхадов пообещал за убийство Колотова немалую награду, а Шамиль Басаев – орден ЧРИ.

Есть упоминания и том, что неуловимый Володя Якут был подстрелен наемником Басаева Абубакаром. Последний умудрился ранить российского снайпера в руку. Якут перестал стрелять в чеченцев, вводя их в заблуждение относительно своей смерти. Через неделю Колотов отомстил басаевскому наемнику за свое ранение. Того нашли мертвым в Грозном близ Президентского дворца. Российский снайпер не успокоился, уничтожив Абубакара. Он продолжил планомерно отстреливать чеченцев, не давая им похоронить наемника по мусульманской традиции до захода солнца.

После этой операции Якут доложил командованию, что убил 362 чеченских сепаратиста, а затем вернулся в расположение своей части. Спустя полгода снайпер уехал на родину. Был награжден орденом. По основной версии легенды после убийства генерала Рохлина Володя ушел в запой и потерял рассудок. Альтернативные версии содержат историю встречи снайпера с президентом Медведевым, в также детали убийства Якута неизвестным чеченским боевиком.

Реальные факты

Нет никаких документальных свидетельств, которые могли бы подтвердить факт существования реального человека с именем и фамилией Владимир Колотов. Также нет доказательств того, что означенная персона была когда-либо удостоена ордена за мужество. В Интернете можно найти фотографии встречи Володи Якута с Медведевым, но на самом деле на ней запечатлен сибиряк Владимир Максимов.

Ввиду всех этих фактов приходится признать, что история о Володе Якуте – полностью вымышленная легенда. При этом нельзя отрицать, что в российской армии были - и есть - и подобные снайперы, и такие же мужественные люди. Володя Якут воплощает собирательный образ всех этих бойцов. Его прототипами считаются воевавшие в Чечне Василий Зайцев, Федор Охлопков и многие другие отважные солдаты.

Также вызывают сомнения некоторые детали легенды: с какой стати 18-тилетний паренек отказался от современного оружия в пользу старой винтовки; как он смог попасть на встречу к генералу Рохлину и пр. Все эти моменты указывают на факт мифологизации образа русского снайпера. Как былинному герою, ему приписываются сверхъестественные способности, беспримерная скромность и какая-то фантастическая удача. Такие герои вдохновляли российских солдат и вселяли страх в противника.

Позднее легендарный снайпер стал героем ряда художественных произведений. Одно из них - рассказ «Я – русский воин», опубликованный в сборнике Алексея Воронина в 1995-ом. Легенда распространяется и в Интернете в виде всевозможных армейских басен, рассказанных «очевидцами».

Этот фильм уже был на наших страницах, но не грех и напомнить. В нем рассказывается о снайпере якуте, только времен Великой Отечественной.

Рекомендуется к просмотру: 

www.stena.ee