Мценское сражение: танковый шок для немцев. Танк т34 которого немцы не ждали


Т-34 и немцы

  Т-34 в начале войны повергал немцев в шок. Толстая броня, удачная форма корпуса, мощное 76-мм орудие – в этом танке практически не было слабых мест. Сопоставимого по мощи оружия, способного противостоять этому танку, у немецкой армии практически не было.

Как доказательство несокрушимости нашего Т-34 (считавшегося по немецкой классификации тяжелым), весьма показателен следующий документ-памятка по борьбе с советскими танками (в переводе на русский):

Основным немецким противотанковым орудием  - 37-мм пушкой – можно было при удачном попадании в лоб лишь расклинить погон и затруднить поворот башни. Единственным спасением для немцев стала 88-мм зенитная пушка, способная эффективно пробивать лобовую броню Т-34.  

По иронии судьбы, передовые формы танка Т-34 получали свое очертания на мощном гидравлическом прессе германского производства, поставленном в СССР незадолго до начала войны.  Установлен пресс был на Мариупольском заводе имени Ильича. Этот уникальный пятнадцатитысячетонный пресс германской фирмы "Шлеман" был одним из немногих в Европе. Вот как описывают его современники (6):  "О грандиозности этого агрегата говорят некоторые подробности работы... Слитки прочной стали весом в 160 тонн выхватывал из нагревательной печи огромный кран грузоподъемностью в 300 тонн. Один патрон для "схватывания" слитка и цепи у крана весили 100 тонн. Выхватывал и подносил к прессу. Следовало гигантское усилие, обжатие, появлялась некая огнедышащая "лепешка", которая шла затем на стан. До установки этого пресса слитки возили ради этого обжатия, ради предварительной "проковки" в Новокраматорск . До войны пресс монтировали около четырех месяцев! " Его значение для военной промышленности СССР сложно было переоценить: немцы это прекрасно понимали и стремились в Мариуполь во что бы то ни стало. Об этом прессе упоминает и танковый снайпер Отто Кариус в своих мемуарах (2), сетуя на недальновидность германского руководства, позволившего Советам купить такое уникальное оборудование.

Целым событием была эвакуация пресса в на Урал. Для перевозки по железной дороге пришлось усиливать платформы установкой дополнительной, третьей тележки. Но, несмотря на трудности, 8 октября 1941 года эвакуация была закончена, и пресс отправился на Уралвагонзавод, где и после войны трудился на благо партии и Советского Союза.

Броневые элементы для танка Т-34, а затем и полностью танк выпускали и на Уралмаше. С октября 1941 по март 1942-й здесь делали раскрой корпусов, поставляемый в "Красное Сормово" и Нижний Тагил. С апреля 1942-го - начата полная сборка корпусов и башен для завода №183. А в июле 1942-го Уралмаш получает приказ на освоение уже полного цикла производства Т-34 из-за остановки завода №264. Уже к сентябрю было налажено серийное производство. При производстве башен был задействован пресс "Шлеман", правда, как сообщается, не 15-ти тысячный, а 10-ти тысячный.

Тот ли это был "Шлеман", который вывезли из Мариуполя, или другой, непонятно. Может и тот же, ведь при спешном демонтаже, перевозке по военным дорогам под бомбежкой и при монтаже легко могла потеряться мощность.

Дизель для Т-34

Ресурс нового дизельного двигателя В-2 в начале войны составлял не более 100 моточасов. Позже, с поставкой по ленд-лизу американского оборудования ситуация все же улучшилась, хотя и не в разы. Но и этого было вполне достаточно: все равно танк столько не жил на поле боя. Как правило, его хватало максимум на 2-3 боя (1).

К лету 1943 года дизель В-2 был доработан, и новая модификация В-2-520 получилась значительно надежнее своего предшественника.

История с этим дизелем вообще очень интересная. Еще в 1932 году определились с техзаданием: нужен был 12-цилиндровый дизель мощностью 400 л.с. при 1700 об./мин.

В мае 1933-го на Харьковском Паровозостроительном начались стендовые испытания опытного образца БД-2 (позже - В2). В конце 1934 года опытный танк, оснащенный этим двигателем, направляется на полигон для испытаний.

Но неудачи только начинались. Двигатель не хотел работать больше 10 часов - появлялись задиры в цилиндрах, трещины в корпусе. Налицо были просчеты конструирования и требовалась серьезная доработка.

В апреле 1937 года москвичи из ЦИАМ (Центрального института авиационного моторостроения) внесли в конструкцию харьковского мотора более 2000 исправлений. Шефство специалистов из авиаинститута говорит о том, что изначально авиационная принадлежность дизеля была основной.

Наконец, в апреле 1938 -го начались государственные испытания В-2. Гарантийный ресурс в 100 моточасов не выдержал ни один мотор. Тем не менее, по результатам испытаний заказали партию из 40 двигателей, видимо, надеясь повысить  качество деталей и сборки по мере производства. Специально для линии по производству В-2 было закуплено новейшее американское и немецкое оборудование. Иностранных специалистов на наладку производства не приглашали.

К феврале 1939 года вновь были проведены испытания В-2, в этот раз на танках. Опять ни один из моторов не отработал положенных 100 часов.

И, наконец, только в мае 1939 года В-2 был принят комиссией, хорошо показав себя на танке БТ-7М.

К началу 1940 -го все еще не удавалось наладить выпуск запланированного объема двигателей. Топливную арматуру покупали в Германии у фирмы "Бош",  некоторые материалы - в Италии и Швеции. Выпуску дизеля была придана первостепенная важность, было увеличено и без того щедрое финансирование, урезан план выпуска других двигателей и мобилизованы сотни специалистов со смежных предприятий. Только к 1941 году Харьковский завод вышел на запланированную мощность. (3)

Таким образом, двигатель В-2, изначально задумывавшийся для применения в авиации, разрабатывали и запускали в серию с 1932 по 1940-й годы. Низкая надежность и малый ресурс не позволили применить этот дизель на самолетах, в то время как своего рода побочный продукт данной разработки - танковый дизель - весьма удачно нашел свое применение. За это время было расстреляно и посажено несколько директоров заводов, КБ и конструкторов.

Преимущество дизеля перед бензиновым двигателем на войне кажется несомненным, но практика показала, что это преимущество - сомнительно. Танки с дизельным двигателем горели так же часто, как и с бензиновым. Преимущества дизеля в экономичности сводились на нет низкой жизнеспособностью танка на поле боя. Единственное объяснение перевода танкового парка СССР на дизельное топливо - политическое решение руководства страны, каким-то образом учитывающее распределение ресурсов в планируемой наступательной войне на территории Европы.

Недостатки Т-34

Применение танков в реальных, не полигонных, условиях показало полную неспособность воздушного фильтра двигателя улавливать песок, из-за чего зеркало цилиндров быстро изнашивалось и расход масла неимоверно увеличивался до 30 л/ч. Этот недостаток подчеркивался и в отчете об американских испытаниях Т-34.

Новая трансмиссия была готова уже к концу 1942-го. Это было очень кстати, т.к. старая коробка передач была чрезвычайно неудобной и ненадежной.

Еще одной особенностью тридцатьчетверок была плохая обзорность. В бою с закупоренными люками танк становился слепым, что часто делало его удобной дезориентированной мишенью даже днем. Лишь в 1943 году у Т-34-85 появилась командирская башенка для кругового обзора. 

Итак, в 1941, к началу войны, выпуск Т-34 был вполне налажен и танк представлял из себя, пожалуй, наиболее грозную машину из всех имеющихся танков на вооружении армий всего мира. Сильнее был, разве что, КВ. Но из-за небольшого количества последних и из-за массовости Т-34, именно тридцатьчетверка обусловила перевес СССР в бронетехнике в первые годы войны.

Немецкие танки

Немецкие танки в 41-м представляли из себя устаревшие машины с тонкой броней и слабым вооружением. В большом количестве использовались также чешские трофейные танки, тоже не отличавшиеся защищенностью. Наши противотанковые ружья легко взламывали немецкую и чешскую броню.  

Самым легким из немецких танков был Т-I с пулеметным вооружением, «спортивный автомобиль Круппа», как его прозвали в войсках. В России его даже не использовали.  

Следующим танком был Т-II, легкий танк с 20-мм пушкой, пригодный разве что для разведки.

Т-III с массой 20 тонн, 5 человеками экипажа и 50-мм пушкой считался средним танком и по силе примерно был равен чешским 38t. Чехов не любили за броню низкого качества и за то, что командир танка являлся по совместительству еще и стрелком. 

www.leanok.ru

«С уважением, но без истерики…». «Танковая дубина» Сталина

Т-34 глазами немцев: «С уважением, но без истерики…»

Считаю, что немаловажным в этом плане является мнение немцев, которым пришлось сталкиваться с Т-34 в бою чуть ли не с первых дней войны. Начну с того, что любой, кто когда-либо читал воспоминания Гудериана, Манштейна, Гальдера, Люка, Макензена и прочих немецких военачальников, согласится: все эти мемуаристы были в целом невысокого мнения о профессиональных качествах солдат, офицеров и генералов Красной Армии. Практически для всех этих «утерянных побед» и «воспоминаний солдата» характерны частые уничижительные высказывания о «русских массах», их «тупом безразличии», «полном отсутствии фантазии» и скотоподобном «фатализме». Практически каждый бывший гитлеровский военный клянет в конечной неудаче «блицкрига» осенью и зимой 1941 года не мужество советского солдата и его техническое оснащение, а «варварский» холод, «чудовищную» грязь, «отвратительные» дороги и «вмешательство фюрера». Не буду сейчас останавливаться на корректности подобных точек зрения, подчеркну лишь: все эти мемуаристы служили в армии, потерпевшей в ходе Второй мировой войны полное и сокрушительное поражение. Германии не помогли безусловно выдающиеся боевые качества немецкого солдата. Несмотря на то что «варвары-монголоиды» страдали от русских холода и грязи, а также «ценных» указаний своего собственного вождя в ничуть не меньшей мере, что и носители передовой нордической цивилизации, первые полностью разбили последних. И, замечу, разбили так, что у немцев навсегда пропало желание воевать в будущем. За что им, несмотря на все безусловно имевшие место ужасы советского вторжения, надо бы почаще благодарить своих бывших противников. Но точно так же, на контрасте, бросается в глаза и уважение — высказываемое или подразумеваемое — бывших генералов и офицеров Вермахта по отношению к советской военной технике, вооружению и снаряжению.

Интересно, что до начала войны в германской армии в отношении советской бронетехники (да и техники вообще) в целом превалировало «шапкозакидательское» отношение. Чтобы проиллюстрировать это, приведу несколько фрагментов из дневников Ф. Гальдера:

23 декабря 1940 года

«Скудные данные о русских танках. Уступают нашим танкам в толщине брони и скорости. Максимальное бронирование — 30 мм. 45-мм пушка (Эрхарда) пробивает наши танки с дистанции 300 м. Предельная дальность прямого выстрела — 500 м. На дистанции 800 м — безопасна. Оптические приборы — очень плохие; мутные стекла, малый угол зрения. Механизм управления — неважный» (том 2, с. 316).

2 февраля 1941 года

«Количество танков в целом (пехотные дивизии + подвижные соединения) очень велико (до 10 тысяч танков против 3,5 тысячи немецких танков). Однако, учитывая их качество, это превосходство незначительное. Тем не менее не исключены неожиданности» (и какие — Т-34 и КВ! — Прим. авт.) (там же, с. 347).

30 марта 1941 года (большое совещание у фюрера)

«Высказывания о русских танках (заслуживают уважения). 47-мм пушка, неплохие тяжелые танки (по-видимому, имеются в виду «устаревшие» трехбашенные Т-28 и пятибашенные Т-35 — о существовании КВ немцы тогда даже не подозревали. — Прим. авт.), но в своей массе — устаревшие типы. По численности танков русские сильнее всех в мире, однако они имеют лишь небольшое количество новых гигантских танков с длинноствольной 105-мм (?) пушкой (танки-колоссы весом в 42–45 тонн)» (там же, с. 429).

Из вышеприведенных высказываний начальника гитлеровского Генштаба можно прежде всего сделать вывод о том, что у немцев недостаточно хорошо работала разведка, не сумевшая вовремя предоставить хоть сколь-нибудь точную информацию о давно выпускавшихся советских танках. Иначе я не могу объяснить упоминания о «максимальной броне в 30 мм», непонятно откуда взявшейся 47-мм пушке (такую в СССР не использовали), «гигантских танках с длинноствольной 105-мм пушкой» (пушку с таким калибром на советских танках также не применяли) и «безопасности» для «панцеров» советской 45-мм танковой пушки. Последняя, кстати, как и подтвердил сам Гальдер, имела германское происхождение. Что тогда можно было сказать о тамошних 37-мм «колотушках»?.. Интересно и то, что, без всякого почтения относясь к Т-26 и БТ, Гальдер весьма уважительно отзывался о средних и тяжелых советских танках Т-28 и Т-35. А ведь именно над этими машинами вовсю смеялись советские (а вслед за ними и все остальные) историки! Любопытно и то, что немецкие разведорганы неправильно информировали высшее военное и политическое руководство рейха и в отношении общего количества советских танков: их было гораздо больше десяти тысяч даже в приграничных округах, непосредственно противостоявших армии вторжения.

Тот же Ф. Гальдер 25 июля — спустя месяц после начала войны — признал: «Численность танковых войск у противника оказалась больше, чем предполагалось» (том 3, книга 1, с. 184). А дневниковая запись от 21 сентября описывает опыт борьбы с тяжелыми танками, приобретенный 17-й дивизией генерала Тома (который, напомню, когда-то учился в секретной школе «Кама» под Казанью): «Вначале необходимо лишить танк подвижности, а затем подрывными саперными средствами уничтожить его и экипаж» (там же, с. 366). Иначе говоря, немецким танкистам и артиллеристам надо было для начала перебить гусеницу танка КВ, а потом, подкравшись к нему ночью, подрывать его динамитом — как стены старинной крепости. Ладно, хоть без подкопов обходились… Любопытно, что Гальдер в этом случае никак не прокомментировал боевые качества теперь уже германских 37-мм «дверных молотков»…

Теперь перейду непосредственно к высказываниям о Т-34 и процитирую мемуары Ханса фон Люка, который в 1941 году служил адъютантом командира 7-й танковой дивизии Вермахта, наступавшей в Прибалтике: «…тогда нам пришлось впервые столкнуться с танками Т-34, ставшими впоследствии знаменитыми и служившими становым хребтом русских бронетанковых войск. Конструктивно Т-34 не отличался особой затейливостью. Листы бронирования скреплялись грубой сваркой, устройство трансмиссии было простым, как, впрочем, и все остальное, за что ни возьмись. Поломки легко исправлялись» (c.l 11). Фон Люк ничего не говорит о преимуществах нового советского танка, но и так можно понять, что они произвели сильное впечатление на танкистов его дивизии, воевавших преимущественно на легких Pz.II и Pz.38(t). Во всяком случае, единственные другие отдельно упоминаемые им советские танки — это новейшие (и довольно редко встречавшиеся) легкие Т-50, «обладавшие лучшим вооружением и брони- рованием» (там же, с. 122). Если даже эти легкие 13,8-тонные советские машины (в Красной Армии их называли «маленький Клим» — из-за внешнего сходства с тяжелым КВ) можно было поразить в лоб, защищенный скромной 37-мм броней, лишь «подтягивая 88-мм орудия», то уж с Т-34 и КВ 7-й дивизии Панцерваффе должно было приходиться совсем тяжело…

Уже упоминавшийся мною Эрхард Раус, командовавший в начале 1942 года под Сталинградом 6-й танковой дивизией Вермахта, отзывается о, по всей видимости, Т-34 следующим образом: «…Советы имели в своем распоряжении в два раза больше танков, и все они представляли собой модели, являвшиеся полной ровней нашим панцерам…» (к тому времени 6-я танковая дивизия Вермахта получила последние модели Pz.III и Pz.IV. — Прим. авт.). А вот как он описывает первую встречу новейших «тигров» полка «Великая Германия» с «тридцатьчетверками» в марте 1943 года: «Это было первое столкновение Pz.VI с русскими Т-34, и результаты оказались более чем обнадеживающими для нас. Например, два «тигра», действуя во главе атакующих порядков, уничтожили целую группу Т-34. Обычно (слово «обычно» используется для описания боев у Тамаровки под Харьковом весной 1943 года. — Прим, авт.) эти русские танки предпочитали находиться в засаде на заведомо безопасной дистанции в 1200 метров и ждать приближения немецких танков… Они начинали обстреливать наши Pz.IV в тот момент, когда те еще не могли причинить русским ущерба своими орудиями. До момента встречи с «тиграми» эта тактика была безупречной…» («Panzer Operations», с. 191). Выходит, что даже новым модификациям (на дворе весна 1943 года) «конструктивно лучше отработанных» немецких «четверок» приходилось несладко при прямом столкновении с их «некачественным» советским эквивалентом — Т-34-76. Заметим, что, судя по времени упоминаемого Раусом эпизода, в бою должны были участвовать самые что ни на есть «позорные» машины — произведенные в Горьком «сормовские уроды». Последнее выражение, по свидетельству М. Барятинского, использовал сам И.В. Сталин в письме к танковому наркому Малышеву в июне 1942 года («Т-34 в бою», с. 263). Письмо, в частности, касалось того печального факта, что на горьковских машинах «боятся воевать наши танкисты». Я, впрочем, не стал бы принимать слова вождя буквально: Сталин часто и сознательно преувеличивал, стараясь таким образом «обострить» проблему. Уверен, что факты отказов советских танкистов идти в бой (если они действительно имели место: ведь за таким шагом могли последовать только два варианта развития событий — расстрел или штрафбат) касались не столько качества техники, сколько обстоятельств, при которых самодуры-командиры заставляли подчиненных идти в очередную самоубийственную лобовую атаку на хорошо подготовленную противотанковую оборону немцев — то есть на глупую и неизбежную смерть. «Боевые успехи новейших «тигров», — завершает описание боя Раус, — привели к повышению боевого духа» («Panzer Operations», с. 191). Надо понимать, что до этого — пока Pz.HI и Pz.IV имели дело с Т-34 самостоятельно — с «духом» имелись определенные проблемы… Интересно отметить и другое: именно такую тактику Т-34 периода 1941–1942 годов — встать в засаду (или даже открыто на пригорке) и издалека расстреливать беззащитных противников — потом с успехом использовали и германские «тигры». Тактика эта применялась вплоть до появления эффективных средств борьбы с ними на дальних дистанциях — СУ-100, ИС-2, ИСУ-152 и «шерманов-светлячков» с мощной 17-фунтовой пушкой.

А вот как тот же не замеченный в особой симпатии к противнику Эрхард Раус, писавший, между прочим, не для широкой публики, а для американских военных, отзывался о проходимости советского танка: «…внезапное повышение температуры вызвало жуткую распутицу. Все машины, кроме тех, что двигались по шоссе с твердым покрытием Харьков — Курск, оказались беспомощными перед грязью… Даже Т-34 русского арьергарда застряли в ней так, что мы смогли вытащить их лишь с наступлением теплой погоды» («Panzer Operations», с. 192). Отметим, что Т-34 служит боевому генералу Вермахта эдаким эталоном проходимости. И что танки эти не бросают в грязи, а вытаскивают. Зачем? Об этом позже… А вот еще один комментарий Рауса на эту тему: «…Т-34 имел самую лучшую проходимость по пересеченной местности среди всех танков на континенте и порой мог проделывать поражающие воображение трюки…» (там же, с. 231).

Бывший высокопоставленный офицер-генштабист Эйке Мидцельдорф, занимавшийся в ходе войны в том числе и обобщением боевого опыта Вермахта, в своей книге «Русская кампания: тактика и вооружение» написал следующее: «Танк Т-34 уступал немецкому танку Pz.IV, состоявшему на вооружении в первые годы Русской кампании, по качеству вооружения и оптических приборов. Однако по качеству брони и проходимости танк Т-34 настолько превосходил немецкий танк Pz.IV, что стал весьма опасным противником немецких танков, а для пехоты и противотанковой обороны немецкой армии был настоящим кошмаром» (с. 288). А вот что в отношении качества брони, которая была то слишком хрупкой (по М. Барятинскому), то, наоборот, слишком мягкой (по М. Зефирову и Д. Дегтеву), написали Стивен Залога и Джеймс Грандсен: «Модели Т-34 1942 и 1943 годов явно имели более грубый вид, чем хорошо сделанная «тридцатьчетверка» 1940 года. Но кажущаяся грубость сварки и соединений ни в малейшей степени не влияла на качество брони. Так, испытания Т-34 выпуска 1942 года, осуществленные в Британской школе танковых технологий в 1943 году, показали, что качество брони танка было таким же или лучшим, чем у британских броневых плит» (с. 133). По-видимому, именно этот танк Т-34, увиденный в музее Бовингтона, описывал Виктор Суворов в одной из своих книг. Отметим попутно, что «вязкость» брони английских танков хвалили практически все воевавшие на них советские танкисты, то есть похвала британских экспертов в отношении качества брони Т-34 стоит многого…

Уже цитировавшийся мною в других работах немецкий историк (и бывший переводчик Гитлера) Пауль Карель написал о Т-34 следующее: «Но самым грозным противником стал советский Т-34 — бронированный гигант длиной 5,92 м, шириной 3 м и высотой 2,44 м, обладавший высокой скоростью и маневренностью. Весил он 26 тонн, (был) вооружен 76-мм пушкой, имел большую башню, широкие траки гусениц и наклонную броню» («Восточный фронт», книга 1, с. 29). Потом на с. 66 Карель описал первую встречу 17-й танковой дивизии Вермахта с Т-34 8 июля 1941 года в районе Сенно (Западный фронт). Не буду останавливаться на деталях — они типичны для всех подобных описаний: первоначальный шок немецких артиллеристов от неуязвимости советского «гиганта», отскакивающие от брони 37-мм снаряды, тяжелые потери противотанковой артиллерии, «сквозное» прохождение через германские боевые порядки. Довольно типичен и конец большинства подобных весьма неприятных для солдат Вермахта эпизодов: лишенный пехотной (и всякой другой) поддержки Т-34 заканчивает свое путешествие в пятнадцати (!) километрах от передовой, застряв в болоте, где его «прикончило» длинноствольное орудие дивизионной артиллерии немцев. Упоминает Карель и плохую коробку передач танка (механики-водители использовали кувалду для переключения скоростей — «пример советского подхода»), и тесную башню на двух человек, что значительно снижало боевую скорострельность (один русский снаряд против трех у Pz.IV), и отсутствие радиостанций в большинстве машин. «Тем не менее, — пишет в заключение немецкий историк, — Т-34 оставались грозным и внушавшим уважение вооружением на протяжении всей войны. Трудно даже представить, какие последствия могло повлечь за собой массированное применение Т-34 в первые недели войны» (там же, с. 67).

К моему недоумению, М. Барятинский, в отличие от меня практически полностью процитировавший те же самые страницы книги Кареля, последнюю — и во многом ключевую! — фразу решил опустить, прокомментировав все остальное следующим образом: «Как видим, отзывы достаточно сдержанные, уважительные, но спокойные. Без истерики по поводу «неуязвимых русских чудо-танков», сеющих ужас и панику» («Т-34 в бою», с. 187). Честно скажу: меня подобная выборочность насторожила. Удивили меня и комментарии М. Барятинского в отношении положительных отзывов о советских танках «Клейста, Шнейдера, Гудериана и других» и «дежурного перечня из надерганных из разных источников и вырванных из контекста цитат» (там же, с. 188). Оказывается, Клейст писал хвалебные слова о Т-34, сидя во Владимирской тюрьме (соответственно, находился под давлением), фон Миллентин вообще не писал, а Шнейдер и Гудериан «в бою с Т-34 никогда не участвовали»… Что ж, лично я цитат не «дергал», а честно использовал то, что нашел в собственной библиотеке: воспоминания Шнейдера, Клейста и Миллентина в ней, к сожалению, отсутствуют. Зато хватает мемуаров других немецких офицеров и генералов. Так вот: вне зависимости от того, кто из них у кого сидел (скажем, фон Люк провел в советских лагерях несколько лет), писали они в принципе одно и то же. Большая часть этих воспоминаний в советское время характеризовались как «тенденциозные» и «реваншистские». Так, чтобы опровергнуть слова своего бывшего оппонента, маршал Еременко после выхода «Воспоминаний солдата» Гудериана не поленился и целую отдельную книгу сочинил. А то, что М. Барятинский написал об отзывах Гудериана, я считаю просто некорректным.

Чтобы не быть голословным, процитирую с. 378 «Воспоминаний солдата»: «…в ноябре 1941 г. видные конструкторы, промышленники и офицеры управления вооружения приезжали в мою танковую армию для ознакомления с русским танком Т-34, превосходящим наши боевые машины… Предложения офицеров-фронтовиков выпускать точно такие же (!) танки, как Т-34, для выправления в наикратчайший срок чрезвычайно (!) неблагоприятного положения германских бронетанковых сил не встретили у конструкторов никакой поддержки. Конструкторов смущало, между прочим, не отвращение к подражанию, а невозможность выпуска с требуемой быстротой важнейших деталей Т-34, особенно алюминиевого дизельного мотора. Кроме того, наша легированная сталь, качество которой снижалось отсутствием необходимого сырья, также уступала легированной стали русских». Отметим: здесь речь идет об отставании не абы каком, а технологическом. И хотя сам Гудериан, будучи командующим танковой группой (армией), в бой против Т-34 не ходил (согласимся: «не царское это дело»), но мнение он озвучивает не свое, а офицеров-фронтовиков.

Теперь приведу фрагменты немецкой «Инструкции для всех частей Восточного фронта по борьбе с русским Т-34», выпущенной 26 мая 1942 года командованием мобильных войск (Schnellen Тгuppen) Вермахта: «…Т-34 быстрее, более маневренный, имеет лучшую проходимость вне дорог, чем наши Pz.III и Pz.IV. Его броня сильнее. Пробивная способность его 7,62-см орудия превосходит наши 5-см и 7-см орудия. Удачное расположение наклонных бронелистов увеличивает вероятность рикошета… Борьба с Т-34 нашей пушкой 5 см KwK 38 возможна только на коротких дистанциях стрельбой в бок или корму танка… необходимо стрелять так, чтобы снаряд был перпендикулярен поверхности брони» («22 июня. Анатомия катастрофы», с. 202). Заметим, что упомянутые советы германским солдатам увидели свет весной 1942 года — как раз тогда, когда, по словам М. Зефирова и Д. Дегтева, Т-34 якобы полностью утратили свое преимущество в бронировании, а по мнению М. Барятинского, «в значительной степени потеряли боеспособность».

Сравнивая написанное о Т-34 Г. Гудерианом — пожалуй, главным немецким экспертом в данной области, — с тем, что написали М. Барятинский, М. Зефиров и Д. Дегтев, я, признаться, задаю себе вопрос: а об одном ли и том же танке идет речь? Да нет, вроде все правильно: Т-34-76…

Но тогда возникает иной вопрос: почему современные российские историки нахваливают Pz.III и Pz.IV, когда самый, казалось бы, заинтересованный в том же немецкий полководец, всегда весьма скупо хваливший что-либо русское, прямо говорит о Т-34: «превосходящий наши боевые машины»? Да еще и приводит, прямо скажем, обидную просьбу своих подчиненных к германским конструкторам — скопировать столь вроде бы несовершенный танк. И ведь таки скопировали! Но об этом чуть позже…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

military.wikireading.ru

Мифы о Т-34

Всего было три значительных этапа развития Т-34: 1940, 1943 и 1944 год. Подавляющее большинство дошедших до нас танков - последней модификации, Т-34-85.

Первая модификация - с маленькой башней. В этом теснейшем пространстве умудрялись помещаться два человека - командир танка и заряжающий. Отличительная особенность - утопленное внутрь шарнирное гнездо пулемета и также полуутопленный люк механика-водителя. Оба предмета уходили внутрь при ударе об них снаряда. Обзор в этой башне был минимальный, танк фактически был "слепым", чем умело пользовались немцы.

Вторая модификация - с увеличенной башней и измененным гнездом пулемета и люком, теперь защищенных от вырывания внутрь.

Свечная подвеска, доставшаяся от американских танков "Кристи", была довольно сложна в технологическом и конструктивном плане. Сложен в изготовлении был также и корпус с посадочными местами под пружину каждого катка.

Коробка передач была без синхронизаторов, поэтому в обязанности стрелка входило помогать водителю переключать передачи. По причине затрудненности переключения многие водители, особенно во время боя, ездили только на первой передаче, что приводило к быстрому износу двигателя.

Форма траков была упрощена для удобства литья, из-за чего танк часто буксовал.

Боковая наклонная броня была отличительной особенностью Т-34. Позже ни на одном из танков ее не использовали - она признана неэффективной и съедающей много драгоценного пространства.

Выносные баки были также довольно сомнительным нововведением, несмотря на то, что в них был не бензин, а солярка. Кстати, преимущества дизеля в бою не столь очевидно, и танки Т-34 горели ничуть не меньше, чем немецкие бензиновые. Дело в том, что при попадании снаряда в солярке происходила детонация и взрыв. Последние немецкие танки времен войны были оборудованы автоматической системой пожаротушения, и отсек двигателя был отгорожен от экипажа герметичной переборкой.

Дизель В-2 отличался наличием гипертрофированного вентилятора охлаждения. Чрезмерно  большой вентилятор компенсировал просчеты конструкторов в системе охлаждения. По этой причине высоту корпуса танка конструктора были вынуждены подгонять под высоту дизеля, что, несомненно, ухудшало боевые качества машины.

Как говорилось выше, башня была очень тесной. Дело в том, что она проектировалась под 45-мм пушку, вместо которой в итоге поставили 76-мм. Система вентиляции, также расчитанная на сорокапятку, не справлялась с отводом пороховых газов, и экипажу было буквально нечем дышать.

По поводу распространенных сказок о том, что немецкие инженеры так и не смогли повторить дизель В-2, достаточно сказать, что топливная арматура на дизелях была немецкой, фирмы "Bosh".

История с тяжелой приемкой и пробегом Харьков-Москва имела свои предпосылки. У танка было огромное количество детских болезней, которые военные требовали устранить. Но Кошкин, как партаппаратчик,задумал и совершил практически аферу. Он собрал два танка из лучших деталей, используя импортные подшипники. За танками ехала техничка. Тем не менее, один танк все-таки до Москвы не доехал. Но пробег впечатлил руководство и танк был принят с условием исправления всех недостатков.

Устранение недостатков на Т-34 тоже целая история. Чего стоит высказывание Сталина о продукции завода "Красное Сормово":  "сормовский уродец". Да и сразу после войны военные не хотели хорошо говорить о тридцатьчетверке. Только в семидесятых годах, не без помощи журнала "Техника-молодежи", появилась легенда о славном инженере Кошкине и легендарной тэ-тридцатьчетверке.

Только последняя модификация, Т-34-85 была более-менее доведена до ума. Появилась просторная башня с мощной пушкой. Коробка передач была модернизирована, управляемость на порядок улучшилась. Вместо ста километров ресурса танки теперь можно было использовать на 500-км операциях. Словом, к конце войны, ценою тысяч жизней сгоревших танкистов, был наконец получен танк мечты - тот самый легендарный Т-34-85.

Но, тем не менее, параллельно шла работа над другой, более совершенной модификацией - Т-44, которая так и не успела повоевать. На Т-44, кстати, уменьшили высоту корпуса, отказались от боковых наклонных листов, вынесли боковые баки назад и увеличили башню, т.е. устранили почти все недостатки Т-34 за исключением, разве что, устаревшей свечной подвески.

то, чем должен был быть Т-34 в самом начале - избавленный от детских болезней, танк последних дней войны, Т-44

www.leanok.ru

Был ли Т-34 лучшим танком? » Военное обозрение

Дух танкиста - крепче стали! Остальное все - фигня! Нас учил товарищ Сталин, Что - крепка у нас броня!

Бронированные гусеничные машины всегда занимали в советском обществе особое место. Танки в СССР делать умели, и ими гордились. Юркие и проворные «быстроходные телеги» БТ, гонявшие самураев при Халхин-Голе, мобильные крепости КВ и ИС, «зверобои» СУ/ИСУ-152, бескрайние арсеналы послевоенных Т-54/55, один из лучших танков ХХ века Т-72 «Урал»… Про танки слагали песни и снимали фильмы, они стояли на пьедесталах в каждом русском городе, и каждый гражданин Страны Советов знал, что «броня крепка, и танки наши быстры». Среди множества конструкций, рожденных советскими танкостроителями, особое место занимает «танк Победы» Т-34, чей приоритет безоговорочно признавали даже зарубежные специалисты:

«Исключительно высокие боевые качества. Мы ничего подобного не имели», - писал после первых встреч с Т-34 генерал-майор фон Мелентин. «Самый лучший танк в мире», - озвучил свое мнение генерал-фельдмаршал фон Клейст. «Получены тревожные донесения о качестве русских танков. Превосходство материальной части наших танковых сил, имевшее место до сих пор, было потеряно и перешло к противнику», - так отзывался о результатах танковых боев на Восточном фронте создатель танковых войск, генерал-полковник Гейнц Гудериан.

Не менее высокая оценка была дана Т-34 британскими специалистами: «Конструкция танка свидетельствует о четком понимании важнейших боевых качеств бронетехники и требований войны… Создание и серийное производство таких совершенных танков в столь огромном количестве представляет собой инженерно-техническое достижение самого высокого уровня…»

Кубок конструкторов

После всесторонних испытаний Т-34 на Абердинском полигоне американские военные не спешили рассыпаться в комплиментах и сделали вполне предсказуемые выводы, которые легли в основу феерического доклада начальника 2-го управления Главразведуправления Красной Армии генерал-майора В. Хлопова:

Средний танк T-34, после пробега в 343 км, полностью вышел из строя, его дальнейший ремонт невозможен…

Химический анализ брони показал, что броневые плиты советского танка имеют поверхностную закалку, основная масса броневой плиты представляет собой мягкую сталь. Американцы считают, что, качество брони можно улучшить, увеличив глубину закалки… Неприятным открытием стала для них [американцев] водопроницаемость корпуса Т-34. В сильные дожди в танк через щели натекает много воды, что ведет к выходу из строя электрооборудования…

Тесное боевое отделение. Много претензий вызвал механизм поворота башни: электромотор слаб, перегружен и страшно искрит. Американцы рекомендуют заменить механизм поворота башни на гидравлическую систему или вообще на ручной привод…Подвеска "Кристи" признана неудачной. Подвеска свечного типа была испытана в США еще в 30-е годы, и американская армия от нее отказалась…

Танк, с американской точки зрения, признан тихоходным (!) - Т-34 преодолевает препятствия хуже, чем любой из американских танков. Всему виной – неоптимальная трансмиссия. Несмотря на большую тяговооруженность танка, ходовая часть не позволяет реализовать весь заложенный потенциал.

Сварка бронеплит корпуса Т-34 грубая и небрежная. Мехобработка деталей, за редким исключением, очень плохая. Особенно американцев возмутила безобразная конструкция кулисы передач - после долгих мучений они заменили оригинальную конструкцию на собственную деталь. Было отмечено, что все механизмы танка требуют слишком много настроек и регулировок.

Гонки по непроходимой грязи. Вперед вырвались "Шерман" и "Першинг" с более соврешенной трансмиссией.

В это же время, янки педантично отметили все положительные стороны танка Т-34, среди которых оказалось несколько неожиданных моментов:

Выбор углов наклона броневых листов корпуса и башни указывает на превосходную снарядостойкость…Замечательные прицелы. Смотровые приборы не отделаны, но весьма удовлетворительные. Общие пределы обзорности хорошие.Пушка Ф-34 очень понравилась, надежна, очень простой конструкции, легко устанавливается и удобна в обслуживании.Алюминиевый дизель В-2 очень легок для своих размеров [еще бы! В-2 разработывался как авиационный двигатель]. Чувствуется стремление к компактности. Единственной проблемой двигателя назван преступно плохой воздухоочиститель - американцы назвали конструктора саботажником.

В США была отправлена машина из «особой серии» - один из пяти специально собранных «эталонных» Т-34, но американцы пришли в ужас от низкого качества деталей танка, обилия «детских болезней» и совершенного нелепых, на первый взгляд, конструкторских ошибок. Чтож, это был продукт крупносерийного производства. В трудное военное время, в условиях эвакуации и всеобщего бардака, нехватки рабочих рук, оборудования и материалов. Настоящим достижением было не качество брони, а ее количество. Пятьдесят тысяч Т-34 – примерно столько танков наштамповали заводы СССР к моменту окончания Великой отечественной войны.

Танки ждут на фронте!

Все достоинства и недостатки Т-34 были хорошо известны в СССР задолго до испытаний в США. Именно потому госприемка так долго отказывалась принимать «сырой» танк на вооружение, а на протяжении всей войны разрабатывались детальные проекты нового среднего танка: Т-34М, Т-43, Т-44, в которых шаг за шагом исправлялись недостатки оригинальной «тридцатьчетверки». Сам Т-34 в процессе производства тоже непрерывно модернизировался – в 1943 году появилась новая трехместная башня-«гайка», четырехступенчатую КПП заменили на пятиступенчатую – танк стал развивать на шоссе более 50 км/ч. Увы, сдвинутая вперед башня не позволяла усилить лобовую броню, передние катки и так были перегружены. В результате Т-34-85 так и пробегали до конца войны с 45 мм лбом. Недостаток удалось исправить только в послевоенном Т-44: двигатель развернули поперек корпуса, боевое отделение сместилось ближе к центру, толщина лобовой брони сразу возросла до 100 мм.

В то же время, для 1941 года Т-34 был революционной машиной: - длинноствольное 76 мм орудие (по сравнению с зарубежными образцами танкового вооружения)- рациональные углы наклона брони- тяговитый дизель мощностью 500 л.с.- широкие гусеницы и отличная проходимостьНи у одной армии мира тогда не было на вооружении столь совершенных боевых машин.

Боевой зачет

Средний танк T-III. Выпущено 5000 единиц.Средний танк T-IV, самый массовый танк Вермахта. Выпущено 8600 единиц.Средний танк Pz.Kpfw.38(t) производства Чехословакии. На вооружении Вермахта поступило 1400 единиц.Танк «Пантера». Выпущено 6000 единиц.Великий и ужасный «Тигр». Выпущено 1350 единиц.Cчет «Королевских Тигров» шел на сотни: немцы успели выпустить всего 492 машины.С точки зрения арифметики, на вооружении Вермахта находилось около 23 000 «настоящих» танков (я нарочно не учел танкетку Т-I, легкий танк Т-II с противопульной броней и 20 мм орудием и сверхтяжелый танк «Маус»).

А на войне, как на войне...

С точки зрения обывателя, стальная лавина из 50 000 лучших в мире танков Т-34 должна была смести весь этот немецкий хлам и победоносно завершить войну 9 мая 1942 года (к слову, только в 1942 году советская промышленность произвела для фронта 15 тысяч Т-34). Увы, реальность оказалась обескураживающей – война продолжалась долгих четыре года и унесла миллионы жизней советских граждан. Что касается потерь нашей бронетехники, то историки приводят цифры от 70 до 95 тысяч танков и САУ.Получается…Т-34 незаслуженно присвоено звание «лучшего танка»? Факты красноречиво свидетельствуют, что Т-34 не был «рабочей лошадкой» Красной Армии, Т-34 был «пушечным мясом»…Что происходит, товарищи?

Погрешность в расчетах

Танки редко воюют с танками. Несмотря на красочные описания дуэлей «Т-34 vs Пантера» или «Тигр vs ИС-2», половина потерь бронетехники стали результатом работы противотанковой артиллерии. Легендарные советские«сорокопятки», 37 мм немецкие «колотушки», грозные 88 мм зенитки, с надписью на лафете «Стрелять только по КВ!» - вот они, настоящие истребители танков. Именно с этой позиции нужно смотреть на применение Т-34.

Выстрелы к советскому 57 мм противотанковому орудию ЗИС-2. На все случаи жизни.

К концу войны положение танкистов стало катастрофическим – немцам удалось создать простое и дешевое противотанковое средство, идеальное для боя в городских условиях. Темп выпуска «Фаустпатронов» доходил до 1 миллиона в месяц! «Фаустпатрон» не являлся таким грозным оружием для нашего непревзойденного танка Т-34. Во время наступления я очень серьёзно разговаривал с личным составом и выяснил, что фаустпатрон являлся жупелом, которого отдельные танки боялись, но повторяю, что в Берлинской операции фаустпатрон не являлся таким страшным оружием, как представляют некоторые.»

Ценой хвастливым словам командующего 2-й гвардейской танковой армией маршала бронетанковых войск С.И. Богданова стали тысячи сгоревших танкистов, не доживших до Победы всего несколько дней. В наше время реактивный противотанковый гранатомет продолжает оставься одним из самых страшных противников бронетехники – чрезвычайно скрытное, мобильное и неуловимое оружие, которое, как показывает практика, способно уничтожить любой танк, несмотря на хитроумную многослойную защиту.

Второй злейший враг танков – мины. На них подорвались 25% бронированных гусеничных машин. Часть машин были уничтожены огнем с воздуха. При знакомстве с цифрами статистики становится понятно, что танковое побоище под Прохоровкой всего лишь редкое стечение обстоятельств.

Фердинанд

Дискуссии о количестве немецкой бронетехники часто обходят стороной самоходные артиллерийские установки на шасси немецких танков. На самом деле, немцам удалось создать в этой области ряд эффективных противотанковых средств. Например, малоизвестный для широкой публики «Насхорн» (нем. носорог) – 88 мм пушка «Насхорна» пробивала любой советский танк на дистанции 1,5 километра. 500 САУ этого типа доставили немало бед Красной Армии – известны случаи, когда «Носорог» сжигал роту Т-34.

Вот выползает из укрытия одиозный «Фердинанд» - чудо немецкого гения, тяжелый истребитель танков массой 70 тонн. Огромная бронированная коробка с экипажем из шести человек не могла развернуться на тяжелом бездорожье и ползла на противника по прямой. Несмотря на насмешливое отношение к «Фердинанду», до конца войны так и не был решен вопрос с его 200 мм лбом – «Федя» не пробивался никакими обычными средствами. 90 машин превратились в настоящее пугало, каждая уничтоженная немецкая САУ отражалась в отчетах как «Фердинанд».

Все знают про 1400 чешских танков Pz.Kpfw.38(t). А многие ли знают об истребителе «Хетцер» на шасси этого танка? Ведь их было выпущено более 2000! Легкая, проворная машина, при массе 15 тонн обладала приемлемой защищенностью, подвижностью и огневой мощью. «Хетцер» был настолько крут, что его производство продолжалось после войны, и он стоял на вооружении Швейцарской армии до 1972 года.

Хетцер

Среди многочисленных конструкций немецких САУ, самой совершенной и сбалансированной была «Ягдпантера». Несмотря на малое количество – всего 415 машин – «Ягдпантеры» задали жару и Красной Армии, и союзникам.В итоге мы видим, что немцам для ведения боевых действий тоже требовалось огромное количество бронетехники, потери наших танкистов уже не кажутся столь невероятны. И с той, и с другой стороны для танков и САУ было достаточно задач: укрепления, техника, артиллерийские позиции, оборонительные рубежи, живая сила… Все это нужно было уничтожать, давить, разрушать, преодолевать, защищать, контратаковать и прикрывать.

Средние танки были чрезвычайно популярным видом боевой техники – они выгодно отличались умеренной массой и рациональным сочетанием боевых качеств. Аналогами «тридцатьчетверки» чаще всего называют немецкие танки Т-IV и Т-V «Пантера», а также американский М4 «Шерман». С него, пожалуй, и начнем.

Универсальный солдат

По характеристикам «Шерман» очень близок Т-34-85 – до сих пор не утихают жаркие споры о том, кто был лучше. Силуэт Т-34-85 ниже на 23 сантиметра. Зато у «Шермана» верхняя лобовая деталь корпуса толще на 6 мм… Стоп! Мы так ничего не добьемся, нужно подходить к делу аналитически.

Серьезные исследования говорят, что 76 мм пушка «Шермана» благодаря использованию БПС обладала большей бронепробиваемостью, но уступала 85 мм орудию Т-34 по фугасному воздействию. Паритет!У Т-34 толще бортовая броня, бронелисты имеют рациональный угол наклона. С другой стороны, наклон бронелистов имеет смысл, когда калибр снаряда равен толщине брони. Потому 75 мм пушка «Пантеры» пробивала как фольгу и наклонный 45 мм борт нашего танка, и 38 мм прямой борт «американца». Я уже не говорю о «фаустпатронах»…О боевых возможностях «Шерманов» ярче всего говорит тот факт, что ленд-лизовские «иномарки» поступали на вооружение только Гвардейских дивизий. Кроме комфортного боевого отделения, «Шерман» обладал менее известными достоинствами: например, в отличии от других средних танков, он был вооружен крупнокалиберным пулеметом. Танкистам нравился точный и удобный гидравлический привод башни – их выстрел всегда был первым. А еще «Шерман» был более тихим (Т-34 гремел так, что было слышно за километры).

Кроме 49 тысяч танков, выпущенных во множестве модификаций (каждая - под конкретную задачу), на базе «Шерманов» было создано 2 типа реактивных систем залпового огня, 6 самоходных артиллерийских установок и 7 типов мостоукладчиков, тягачей и ремонтно-эвакуационных машин. Т-34 тоже не прост: на шасси советского танка были созданы убойный истребитель танков СУ-100, мощное штурмовое орудие СУ-122, три вида тягачей, мостоукладчик ТМ-34 и самоходный кран СПК-5. Паритет!

Как мы видим, различия минимальны, каждый танк хорош по-своему. Единственное, чего нет у «Шермана» - той яркой и трагической боевой истории: африканская песочница, зимние забавы в Арденнах и ограниченное появление на Восточном фронте не могут сравниться с четырехлетней кровавой кашей, что выпала на долю сурового Т-34.

Рядовой Панцерваффе

Летом 1941 года у немецкого Т-IV все складывалось скверно – советские снаряды прошивали его 30-мм борта, как кусок картона. В то же время, «обрубок» его короткоствольного 75 мм орудия KwK.37 не мог пробить советский танк даже в упор.Радиостанция и оптика Carl Zeiss это конечно хорошо, но что будет, если на Т-IV, например, грохнется трансмиссия? О, это будет вторая часть Марлезонского балета! Коробку передач будут вытаскивать через погон снятой башни. А вы говорите, у вас на работе проблемы…У Т-34 таких фокусов не возникало – задняя часть танка разбиралась, открывая доступ в МТО.

Справедливо будет отметить, что уже к 1942 г. техническое превосходство снова вернулось к немцам. С новой 75 мм пушкой KwK.40 и усиленной броней Т-IV превратился в грозного противника.Увы, Т-IV совсем не подходит на звание лучшего. Какой лучший танк может быть без победоносной истории?! Да и собрали их слишком мало: супер-промышленность Третьего Рейха кое-как осилила 8686 танков за 7 лет серийного производства. Может быть, и правильно сделали…еще Суворов учил, что воевать нужно не числом, а умением.

Проект-катастрофа

Ну и напоследок, легендарная «Пантера». Скажем прямо: немецкая попытка создать новый средний танк в разгар войны полностью провалилась. «Пантера» получилось громоздкой и сложной, вследствие чего она потеряла главное качество Среднего танка – массовость. 5976 машин оказалось слишком мало для войны на два фронта.

С технической точки зрения, «Пантера» на голову превосходила Т-34, но это было куплено слишком дорогой ценой – 45 тонн массы покоя и вечные эксплуатационные проблемы. При этом, по странному стечению обстоятельств, «Пантера» оказалась недовооружена: тощий ствол 75 мм орудия кажется явным диссонансом на фоне массивного корпуса танка. (Недостаток обещали исправить на «Пантере-II», установив нормальную 88 мм пушку).Да, «Пантера» была сильна и опасна, но ее стоимость и трудоемкость производства приближались к параметрам танка «Тигр». При этом возможности остались на уровне обычного среднего танка.

Итоги

Лучшего танка, как вы уже поняли, не существует. Слишком много параметров и условий в этой задаче. Конструкция Т-34 безусловно несла в себе новизну, при этом, еще один Кубок конструкторов стоит вручить труженикам уральских заводов – они совершили подвиг, начав массовое (правильнее - сверхмассовое) производство танков в самые тяжелые времена для нашей Родины. Что касается боевой эффективности - тут Т-34 вряд ли попадет даже в десятку лучших. Любой «Насхорн» заткнет «тридцатьчетверку» за пояс по количеству нанесенного ущерба в расчете на один танк. Здесь безусловный лидер – непобедимый «Тигр».

Т-34, Сербия, 1996 год.

Однако существует еще один, самый важный - стратегический зачет. Согласно этому конкурсу, каждый танк нужно рассматривать как элемент содействия успехам армии в геополитическом масштабе. И здесь Т-34 стремительно возносится на вершину – благодаря своим танкам Советский Союз победил фашизм, что определило дальнейшую историю всего мира.

topwar.ru

Как немцы с Т-34 знакомились

Вот как Пикуль описывает "знакомство" немцев с нашими Т-34 в книге "Барбаросса": 

"Наконец, с фронта стали поступать панические известия о появлении русского Т-34, от которого снаряды отскакивают, как бобы от стенки. Гудериан предупредил ОКХ, что превосходство Т-34 над немецкими танками "проявляется в резкой форме", а генерал Гот, дабы избежать потерь, приказал своим танкистам избегать боевого соприкосновения с русскими Т-34... 

Фронтовики рассказывали Паулюсу: - К нему никак не подобраться, и, чтобы он притих, нужно дать ему под хвост из приличного калибра. Только с кормовых "жалюзи" он еще уязвим! Лобовые же попадания Т-34 воспринимает так, будто в него залепили хлебным мякишем... 

На танкодроме, где стоял трофейный Т-34, Паулюс доказывал, что не стоит раньше времени отчаиваться: - Русские еще не освоили массовое производство... Вызванный из лабораторий Нибелунгверге, приехал и знаменитый немецкий танкостроитель - Фердинанд Порше. - Это правда, - сказал он, - Т-34 у противника еще недостаточно. Но вы, Паулюс, не забывайте предупреждений Бисмарка: русские долго запрягают, зато они быстро ездят... 

Немецких специалистов больше всего поразил двигатель - дизель в 500 лошадиных сил, целиком сделанный из алюминия... Паулюс (на основании данных абвера) сказал, что Т-34 подвергался в Москве очень суровой критике, его даже не хотели запускать в серийное производство. Если это так, комиссии предстоит выявить слабые места в конструкции танка. -Увы... их не существует! - отвечал Порше. - Но русские-то раскритиковали свою машину. 

Это вызвало смех главного конструктора: - Милый Паулюс, вы что, первый день на свете живете? Должны бы знать, что у подлинных талантов всегда немало завистников, желающих опорочить его достижения. Только этим, и ничем другим, я объясняю критику этой машины. Паулюс спрыгнул с брони танка на землю: немецкую противотанковую пушку калибром в 76 мм уже выкатывали на прямую наводку. Все попрятались в укрытие, издали наблюдая. Первый снаряд, рикошетируя, вырвал из брони ярчайший сноп искр, второй... Второй, ударившись в броню, сделал "свечку", и высветленная траектория полета составила точную геометрическую вертикаль - в небо! 

- Я не думал, - сказал Порше, выбираясь из блиндажа, - что русская металлургия способна повергнуть нашу. Как представитель фирмы Круппа, я свидетельствую её поражение. 

Т-34 достался немцам неповрежденным... Паулюса поразила убогая простота внутри машины: не было кресел, обитых красною кожей, нигде не сверкал никель, но в глубоком лаконизме машины чуялось нечто сосредоточенное ради единой цели - боевого удара. Немецкие Т- III и Т - IV создавались из расчета, что их качества будут выше устаревших советских танков. Но перед Т - 34 машины вермахта предстали жалкими таксами перед породистым бульдогом. 

Комиссия обнаружила: Т-34 имел удельное давление на один квадратный сантиметр в 650 граммов, что и объясняло его высокую подвижность (немецкий же Т-IV давил на почву усиленной массой сразу в один килограмм, что в непролазной слякоти русских дорог обещало большие неприятности). 

- В мире много прекрасных женщин, - сказал Порше. - Однако на конкурсах красоты выигрывает единственная и неповторимая. Так же с танком! Т-34 пока не имеет аналогов в мире: он уникален, и скопировать его невозможно. Если же мы попробуем это сделать, мы сразу упремся в непрошибаемую стенку технических проблем, которые для Германии останутся неразрешенными... 

Яковцев Яков. Озаглавленный отрывок из книги "В боях на московском направлении... Операция "Тайфун"".

http://timeallnews.ru/index.php?newsid=22304

Понравился наш сайт? Присоединяйтесь или подпишитесь (на почту будут приходить уведомления о новых темах) на наш канал в МирТесен!

myhistori.ru

Мценское сражение: танковый шок для немцев

Мценское сражение: танковый шок для немцев

В августе 1941 года подполковника Катукова, командира 20-й танковой дивизии, потерявшей все танки под Дубно, неожиданно вызвали в Москву, в Главное автобронетанковое управление, и сообщили о назначении командиром танковой бригады, формировавшейся в Сталинграде.

Столь резкий переход от мехкорпусов и дивизий к бригадам мог произойти только в одном случае — при полной и безвозвратной потере этих мехкорпусов и дивизий. Через три месяца войны советские танковые войска создавались заново, с бригад в 30—50 машин, которые строились на Сталинградском тракторном заводе.

Сталинград. Четвертая танковая бригада

Экипажи для бригады Катукова набирались из состава 15-й танковой дивизии. Выжившие в боях на границе танкисты многому научились, оценили технику немцев и поняли, как они действуют. Они сразу начинали обмен опытом, совместный анализ противника, предлагали различные решения…

По общему мнению, немцы воевали грамотно. Сначала мотопехота проводила разведку боем, потом по выявленным огневым точкам наносился артиллерийский или авиационный налет, затем полуразрушенная система обороны прорывалась мощным танковым ударом.

Но такая педантичность была предсказуема. Против нее танкисты Катукова придумали «ложный передний край» и тактику «танковых засад» и теперь жаждали взять реванш у врага за летний разгром.

Орел. Разведка боем

Мценское сражение: танковый шок для немцев

План командующего 2-й танковой группой генерал-полковника Гейнца Гудериана состоял в наступлении на Орел, а потом на Серпухов. А от него — на Москву. Сильного сопротивления немцы не ждали. Считалось, что под Киевом сдались остатки Красной армии, так что у Сталина просто нет солдат, чтобы защищать столицу.

В сущности, так оно и было. 30 сентября танки Гудериана прорвали наспех выстроенную оборону курсантов Харьковского военного училища. 1 октября 4-я танковая дивизия генерала фон Лангермана взяла Севск. 3 октября танки 4-й дивизии вошли в Орел. Там еще ходили трамваи, когда на улицах оказались немецкие танки. Орел никто не защищал.

В эти дни Гудериан сделал в своем дневнике такую запись:

«Советский танк Т-34 является типичным примером отсталой большевистской технологии. Этот танк не может сравниться с лучшими образцами наших танков, изготовленных нами и неоднократно доказывавшими свое преимущество».

3 октября 4-я танковая бригада прибыла в Мценск с приказом двигаться к Орлу и защищать город. Всего у Катукова было 46 танков, включая батальон легких БТ-7. Но бригада прибывала по железной дороге постепенно, поэтому часть танков, прибывших первыми, комбриг отправил в Орел на разведку.

Шесть «тридцатьчетверок» и два КВ, вошедшие днем в город, пропали там навсегда. Ночью советские танкисты отквитали потери, разгромив на шоссе у села Ивановское несколько немецких колонн и уничтожив 14 средних и легких танков, два тягача с противотанковыми орудиями, пять автомашин с пехотой и одну легковую штабную машину.

Утром прибыл Катуков с основными силами бригады. Он устроил подчиненным разнос за потери, но все же разведка ответила на два главных вопроса. Во-первых, выяснила, что в Орле были немцы. Во-вторых, тактика «танковых засад» работала.

Узнав о потере Орла, Ставка изменила приказ: теперь бригада Катукова должна была не пустить немцев в Мценск до подхода гвардейского корпуса генерала Лелюшенко. Комбриг приказал своим танкам занять оборону на реке Оптуха, в пяти километрах северо-восточнее Орла. Катуков знал, что на них движется целая танковая дивизия — и придет она точно в подготовленную им засаду.

Оптуха. Превосходство «тридцатьчетверок»

Мценское сражение: танковый шок для немцев

Немецкие мотоциклисты из состава 4-й танковой дивизии буксуют под Мценском

5 октября командир 4-й танковой дивизии фон Лангерман в основном был занят тем, что проклинал Россию. Осенняя грязь лишала его возможности маневра, оставалось просто двигаться на Мценск по шоссе, зная, что где-то впереди его ждет оборона русских. Вскоре разведчики обнаружили пехотный батальон русских, окопавшийся на берегу какой-то речушки. Пехота провела разведку боем, выявила систему обороны, и ее принялись утюжить бомбардировщики. Потом фон Лангерман бросил в атаку 40 легких танков при поддержке пехоты.

Он смотрел в бинокль и внезапно вспомнил, что Орел атаковала советская бронетехника, а сейчас перед ним только советская пехота. Возник вопрос: «А где же тогда их танки?»

Все, что видел на поле боя фон Лангерман, было неправдой. Немецкая разведка боем «вскрыла» лишь его ложный передний край — пустые окопы, по которым бегал дюжий пехотный старшина с пулеметом и стрелял за весь батальон. Люфтваффе отработало впустую. И теперь танки фон Лангермана шли не добивать контуженых в разбитых блиндажах, как обычно, а в полную для них неизвестность. Немцы с ходу заняли ложные позиции пехоты, потом ворвались на настоящие. Катуков видел в бинокль, как их танки утюжат окопы батальона, расстреливая бойцов из пулеметов. Он дал сигнал своим «тридцатьчетверкам»: в бой!

В этот момент история танков изменилась.

После войны генерал-лейтенант Эрих Шнейдер писал:

«Несмотря на некоторые конструктивные недостатки, немецкие танки вполне оправдали себя в первые годы войны. Даже небольшие танки типов I и II, участие которых в войне не было предусмотрено, показывали себя в боях не хуже других до тех пор, пока в начале октября 1941 года восточнее Орла перед немецкой 4-й танковой дивизией не появились русские танки Т-34 и не показали нашим привыкшим к победам танкистам свое превосходство в вооружении, броне и маневренности.

Танк Т-34 произвел сенсацию. Этот 26-тонный русский танк был вооружен 76,2-мм пушкой, снаряды которой пробивали броню немецких танков с 1500—2000 м, тогда как немецкие танки могли поражать русские с расстояния не более 500 м, да и то лишь в том случае, если снаряды попадали в бортовую и кормовую части танка Т-34».

Генерал-майор Мюллер-Гиллебранд прямо говорит, что «появление танков Т-34 в корне изменило тактику действий танковых войск.

Если до сих пор к конструкции танка и его вооружению предъявлялись определенные требования, в частности подавлять пехоту и поддерживающие пехоту средства, то теперь в качестве главной задачи выдвигалось требование на максимально дальней дистанции поражать вражеские танки, чтобы создавать предпосылки для последующего успеха в бою.

В это же время появились новые конструкции танков, на базе которых позже были введены танки типов V («Пантера») и VI («Тигр»)».

Эта внезапно «изменившаяся тактика действий танковых войск» дорого стоила дивизии фон Лангермана в тот день. Танкисты Катукова работали группами, концентрируя свой огонь на одной цели. Немецкие танки загорались один за другим. Их экипажи никто не готовил к танковым дуэлям, и маленькие танки, в основном Pz Kpfw I и Pz Kpfw II, совсем не годились для схваток с Т-34. Вскоре лучшая танковая дивизия вермахта бежала, бросив на разрушенных советских позициях 18 своих сгоревших танков.

Первый Воин

Мценское сражение: танковый шок для немцев

Экипаж Дмитрия Лавриненко

Повторять танковые засады на одном месте было бы глупо, и вечером бригада Катукова отступила до села Первый Воин. Там была отличная позиция: с высоток у села открывался хороший обзор на юг, откуда шли немцы, а кустарники и рощи позволяли спрятаться.

Рано утром 6 октября со стороны Орла показались немецкие колонны.

Они легко заметили пехотный батальон капитана Кочеткова, занявший позиции на одной из высоток, и атаковали его. Их танки уже почти поднялись на высотку, когда Катуков бросил на помощь пехоте четыре «тридцатьчетверки» под командованием старшего лейтенанта Дмитрия Лавриненко.

Группа Лавриненко продемонстрировала новый вид танкового боя — «танки против танков», где нужно было «наносить удар и прятаться». «Тридцатьчетверки» появились из леса и ударили в борт передовой группе немецких танков. Прежде чем те пришли в себя и развернулись, «тридцатьчетверки» скрылись в маленьком овражке и через несколько минут появились левее, из-за пригорка, зайдя немцам в тыл. Снова сконцентрированный удар в корму немцев — и еще несколько вражеских танков дымятся, а их экипажи, кто уцелел, разбегаются по кустам...

Потеряв за несколько минут 15 танков, 4-я дивизия вермахта снова побежала. Почему немцы во второй раз попались в одну ловушку? Потому что идея Катукова была им глубоко чужда. В Германии понимали танки как инструмент блицкрига, специальную технику для глубоких прорывов по тылам противника… При чем тут вообще засады? Немцы о засадах и не думали, попадая в них раз за разом.

Рубеж Ильково — Головлево — Шеино

Утром 9 октября 50 пикировщиков «Штука» 15 минут забрасывали бомбами пустые окопы ложного переднего края Катукова. Зенитчики бригады сбили пять из них, а шестой всех удивил, угодив под снаряд полевой пушки и рассыпавшись горящими обломками над окопами пехоты. «Вижу прямо танки — двадцать! — крикнул Катукову сидевший на дереве наблюдатель. — Танки справа — шестнадцать!»

Фон Лангерман нанес свой главный удар на Шеино, пытаясь обойти оборону бригады с фланга. Около Шеино в засаде находилась группа «тридцатьчетверок» под командованием Дмитрия Лавриненко и рота танков БТ-7 под командованием лейтенанта Самохина.

Бой там завязался тяжелый. Катуков послал им на помощь танки под командованием лейтенанта Воробьева, старшего лейтенанта Бурды и старшего сержанта Фролова. Они обошли колонну немцев с фланга и незаметно вышли им в борт на расстояние прямого выстрела. Внезапно оказавшись под перекрестным огнем и потеряв за несколько минут 11 танков, танкисты 4-й дивизии опять бежали. Однако радость от третьей победы была недолгой. Катукову протянули трубку, на проводе был Лелюшенко.

«Немцы прорвались на Болоховском шоссе, — сообщил генерал. — И моему корпусу, и твоей бригаде теперь грозит окружение. Но приказ прежний: защищать Мценск».

Мценск. Чертов мост

Мценское сражение: танковый шок для немцев

Чертов мост, взорванный при отступлении

Утром 10 октября немцы вели себя странно: небольшие группы танков и пехоты вяло атаковали передний край обороны Катукова, расположенный на южных окраинах Мценска. Вскоре выяснилось, что они отвлекали внимание: главный удар был нанесен фон Лангерманом на левом фланге, где оборонялся батальон Тульского военного училища. Увидев перед собой массу немецких танков, курсанты бежали с позиций.

В 11 часов Катукову сообщили, что немцы в Мценске, на площади колхозного рынка. К полудню командиры частей начали сообщать комбригу, что держатся из последних сил, и просили подкреплений. Но Катуков отправил свой единственный резерв, тройку тяжелых КВ, в город. С каждым часом ситуация становилась все более угрожающей.

«Свежая танковая дивизия противника, которая движется по Болоховскому шоссе, сейчас в 30 километрах от города, — доложили разведчики в три часа дня. — Автомобильный мост под сильным обстрелом, брод восточнее города занят немцами. Для отступления остается только железнодорожный мост, но мы не уверены, что техника по нему пройдет».

Организовывать переправу Катуков отправил своих штабистов, больше свободных людей не было. Саперы на мосту успели лишь наспех постелить настил. Доски выдерживали вес техники, но постоянно разъезжались и в щели проваливались колеса и ноги лошадей. Лошадей офицеры штаба добивали и скидывали с моста в реку, а технику тащили на руках.

В два часа ночи началась переправа двух последних батальонов. Преследовавшие их немцы заняли здание вокзала рядом с мостом, и к артиллерийскому обстрелу моста добавился пулеметный и снайперский огонь. Уже рассвело, когда переправился последний танк бригады и Катуков дал приказ взорвать мост. «Самый длинный день», как назвал в своих мемуарах Катуков 10 октября 1941 года, наконец-то закончился

.

Итоги. Первая гвардейская

Мценское сражение: танковый шок для немцев

Полковник Катуков беседует с командиром экипажа бронеавтомобиля БА-10

4-й танковой дивизии фон Лангермана понадобилось девять суток, чтобы пройти 60 километров от Орла до Мценска. За это время дивизия потеряла в боях 133 танка и до полка пехоты. Впрочем, нужно учитывать, что поле боя постоянно оставалось за немцами, технику они восстанавливали и себе в потери не засчитывали, так что в советских и германских документах картина боя сильно различается. Собственные потери бригады составили 23 танка и 555 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести.

Если о потерях можно спорить, то резкое изменение мнения Гудериана о Т-34 после боев под Орлом — это факт. В середине октября он уже не рассуждает в дневнике о «типичным примере отсталой большевистской технологии», а пишет о советском танке доклад в Берлин, в котором требует изменить все германское танкостроение:

«Я в понятных терминах охарактеризовал явное преимущество Т-34 перед нашим Pz.IV и привел соответствующие заключения, которые должны были повлиять на наше будущее танкостроение».

Этого Гудериану показалось мало. В ноябре он собрал под Орлом совещание германских конструкторов, на котором присутствовал легендарный Фердинанд Порше. Гудериан привез его на поле боя у Первого Воина и предложил поговорить о советских танках с танкистами 4-й дивизии. Те выразились ясно: сделайте нам «тридцатьчетверку».

Создать Т-34 у немцев не получилось (у них не было танковых дизельных двигателей и русской легированной стали), но они создали другой хороший средний танк - PzKpfw V «Panther», в котором повторили многие идеи Т-34.

Но все это мало помогло самому Гудериану, которого Гитлер счел лично виновным в провале наступления на Москву. 26 декабря легендарный «Хайнс» был снят с должности и отправлен в резерв. 4-я танковая дивизия, перезимовав в Подмосковье, потеряла все танки, а ее командир, генерал фон Лангерман, погиб через год под Сталинградом.

Карьера полковника Михаила Катукова резко пошла в гору. В ноябре он стал генералом и получил орден Ленина из рук генерала Власова, тогда командующего 20-й армией. В мае 1945-го танки маршала Катукова первыми ворвались в Берлин.

Мценское сражение: танковый шок для немцев

Генерал Власов вручает Катукову орден Ленина

За бои под Мценском 4-я танковая бригада была отмечена в сводке и награждена особо: 11 ноября она первой в танковых частях РККА была удостоена звания «гвардейская», получила гвардейское знамя и новый номер: 1-я гвардейская танковая бригада. С нее началось формирование Танковой гвардии Красной армии.

www.maximonline.ru

Миф о неуязвимых "чудо-танках" » Военное обозрение

Одним из мифов Великой Отечественной войны о «чудо-танках», неуязвимых, всё сметающих со своего пути, был миф о новых танках Советского Союза – Т-34, КВ, в начальный период войны. Даже были выдвинуты предположения, что, чтобы подбить их, немецким вооруженным силам пришлось задействовать авиацию, так как обычные противотанковые средства не справлялись. Отсюда вытекал другой миф – причиной поражения в начале войны стал недостаток «чудо-танков». Вину, естественно, возложили на советское руководство, которое якобы не поняло их значение до войны, и лично Сталина.

Приводились примеры, когда КВ (Клим Ворошилов) возвращались из боя с десятками вмятин от снарядов врага, но без пробоин, такие факты действительно имели место. Ещё больший интерес вызвали воспоминания немцев; одними из самых знаменитых стали воспоминания командира 2-й танковой группы Г. Гудериана на основе его сообщения о «неуязвимости» Т-34 для немецких пушек, о тяжёлом бое 4-й танковой дивизии в октябре 1941 года южнее Мценска – её атаковали Т-34 танковой бригады Катукова. В итоге создали миф, в том числе и в англо-американской литературе, о «непобедимых» танках Т-34, которые молниеносно преодолевают склоны, болота, их не берут снаряды, они сеют смерть и разрушение. Хотя понятно, что танки того времени двигались по пересечённой местности со скоростью не более 10-15 км в час.

Хотя понятно, что если немецкую колонну атаковали в походном строю и застали врасплох, то здесь вина немецких командиров, её командира генерал-майора В. фон Лангемана унд Эрленкампа. Он не организовал разведку, чтобы загодя развернуть колонну в боевой порядок. 4-я танковая дивизия имела достаточно средств для организации противотанковой обороны: 50-мм пушки Pak-38, 88-мм зенитные пушки, корпусные орудия. Но немцы дали застать себя врасплох и, чтобы не признавать свои ошибки, свалили свою вину на «ужасные» русские «чудо-танки». Гудериан поддержал доклад Лангемана, чтобы не подрывать свою репутацию.

Интересно, до этого Гудериан утверждал, что: «… советский танк «Т-34» является типичным примером отсталой большевистской технологии. Этот танк не может сравниться с лучшими образцами наших танков, изготовленных верными сынами рейха и неоднократно доказавшими своё преимущество…».

Т-34 образца 1940 года.

Первые бои новых советских танков с вермахтом

Вермахт встретился в бою с новыми советскими танками в самом начале войны. При нормальной разведке, отлаженном взаимодействии танковых частей с артиллерией и пехотой для немцев наши новые танки не стали бы неожиданностью. Немецкая разведка доложила о новых танках в апреле 1941 года, правда ошиблась в оценке бронезащиты: КВ оценивали в 40 мм, а было от 40 до 75 мм, а Т-34 - в 30 мм, а основное бронирование было 40-45 мм.

Один из боёв с новыми танками – это столкновение 7-й танковой дивизии 3-й танковой группы Гота 22 июня у мостов через Неман у города Алитус (Олита) с 5-й советской танковой дивизией, у неё было 50 новейших Т-34, не считая других танков. Немецкая дивизия была в основном вооружена чешскими танками «38 (t)», их было 167, Т-34 было всего 30 единиц. Бой был тяжёлым, немцам не удалось расширить плацдарм, но наши Т-34 не смогли их выбить, немцы подтянули артиллерию, развили наступление во фланг и тыл, и под угрозой окружения наша дивизия отошла. То есть уже в первый день вермахт «познакомился» с советскими новейшими танками, и никакой катастрофы.

Другой бой произошёл в районе городка Радзехув 23 июня, столкнулись подразделения 4-го мехкорпуса и подразделения 11-й немецкой танковой дивизии. Немецкие танки прорвались в городок и там столкнулись с нашими Т-34. Бой был тяжёлый, но силы были неравны - немецкий танковый полк, усиленный артиллерией, и два наших танковых батальона без артиллерии, наши отошли. По советским данным, немцы потеряли 20 танков, 16 противотанковых орудий, наши потери – 20 танков БТ, шесть Т-34. Тридцатьчетвёрки были подбиты 88-мм зенитками. В дальнейших боях немецкие танкисты при поддержке 88-мм зениток, воспользовавшись хорошей оборонительной позицией, подбили, по их данным, 40-60 советских танков, по нашим данным, отряд 4-го мехкорпуса потерял 11 танков, подбив ещё 18 танков врага. В бою 25 июня 88-мм зенитные орудия уничтожили 9 КВ, советские данные подтверждают это число.

24 июня 6-я танковая дивизия вермахта корпуса Рейнгардта встретилась со 2-й советской танковой дивизией 3-го мехкорпуса. У советской дивизии было 30 КВ, 220 БТ и несколько десятков Т-26, у дивизии Ландграфа - 13 командирских танков (без пушек), 30 панцеров IV, 47 панцеров II, 155 чешских Panzer 35(t). Но у немцев были разнообразные артиллерийские орудия, в итоге немцы смогли отбиться от 30 КВ, а потом перейти в наступление вместе с 1-й танковой дивизией, окружив и уничтожив 2-ю советскую танковую дивизию.

Вермахт с первых дней столкнулся с новыми советскими танками, но это его не остановило, у него было оружие, способное бить КВ и Т-34. Большинство из них были подбиты 105-мм орудиями (10,5 см) и 88-мм зенитками, это подтверждает и Ф. Гальдер.

Основное средство борьбы с «чудо-танками»

Зенитки и полевые 10,5-см орудия играли главную роль в борьбе с КВ и Т-34 в начале войны, но затем основную роль стали играть 50-мм Пак-38, ее приняли на вооружение в 1940 году. Бронебойный снаряд этой противотанковой пушки пробивал 78-мм гомогенную броню на дистанции 500 метров, и это позволяло поражать КВ и Т-34 в благоприятных условиях. Основная проблема была - поразить лобовую броню Т-34, снаряды рикошетили, поразить её можно было только под определённым углом.

На 1 июня 1941 года у вермахта было 1047 этих пушек, по мере наращивания их производства, их стали получать противотанковые подразделения, их роль в борьбе с КВ и Т-34 постоянно росла. По данным НИИ-48 1942 года, на Пак-38 пришлось 51,6% опасных попаданий от общего числа попаданий.

50 мм пушка ПАК-38.105-мм немецкая лёгкая полевая гаубица.Орудие из знаменитой серии немецких зениток 8,8 cm FlaK 18, 36 и 37. Считается одним из лучших зенитных орудий Второй мировой войны. Успешно использовалось не только как средство ПВО, но и как противотанковая пушка, так как стандартная противотанковая артиллерия немцев в 1941 году оказалась слаба для советских тяжелых танков.

Проблемы КВ и Т-34

При попадании снаряда и крупнокалиберных пуль в КВ башня могла заклинить, заклинивание бронированных колпаков. Двигатель КВ имел малый запас мощности, поэтому мотор часто перегружался и перегревался, выход из строя главных и бортовых фрикционов. Кроме того, «Клим Ворошилов» был медлителен, маломанёврен. Дизель В-2 к началу войны был «сырым», его общий ресурс не превышал 100 моточасов на стенде, на танке 40-70 часов. Например: немецкие бензиновые «майбахи» работали 300-400 часов, наши ГАЗ-203 (на танках Т-70) и М-17Т (стоял на БТ-5, БТ-7, Т-28, Т-35) до 300 часов.

У Т-34 броню с расстояния 300-400 метров пробивали бронебойные снаряды 37-мм противотанковых пушек, борта пробивали и 20-мм бронебойные снаряды. При прямом попадании снаряда проваливался передний люк водителя и «яблоко» пулемётной установки, слабые гусеницы, выход из строя главных и бортовых фрикционов. Шаровая установка танкового пулемёта Дектярёва рассчитывалась на пули и осколки, 37-мм снаряды она не держала. Проблемой был и передний люк танка.

Но нельзя сказать, что большинство новых танков «сломались», не доехав до боя, или были брошены из-за поломок. В целом примерно половина танков гибла в бою, вермахт вполне успешно их бил. Остальные «не боевые потери» вполне объяснимы, для отступающей армии поломки, повреждения танков, которые можно было исправить в другой ситуации (при стабильном фронте или при наступлении), вынуждали их взрывать и бросать. Также это верно и для танков, у которых при отступлении кончилось топливо. Танковые части вермахта, отступая в 1943-1945 годы, теряли примерно столько же техники из-за невозможности её эвакуировать.

Гитлеровцы осматривают подбитый КВ-1 с доп. броневыми экранами.

Другие методы вермахта

Командование вермахта, столкнувшись с новыми советскими танками, старалось усилить противотанковые возможности армии. Массово переделывали 75-мм французское полевое орудие образца 1897 года в противотанковую пушку – тело орудия накладывали на лафет ПАК-38. Но эффект был небольшим, гарантий поразить советские танки в лоб не было, поэтому старались бить в борт. Но, чтобы успешно поразить танки, надо было бить с дистанции 180-250 метров. Кроме того, к ней почти не было бронебойных снарядов, только кумулятивные и осколочно-фугасные. Недостатком при стрельбе кумулятивными снарядами была низкая начальная скорость снаряда – порядка 450 м/сек, от этого усложнился расчёт упреждения.

Советские танки били 75-мм пушками немецких танков T‑IV (Pz. IV) с помощью кумулятивных боеприпасов. Это был единственный снаряд немецкого танка, способный поразить Т-34 и КВ.

По-настоящему эффективным оружием против КВ и Т-34 стали немецкие 75-мм противотанковые пушки с кинетическими бронебойными и подкалиберными снарядами, пушки ПАК-40, Пак-41 (её выпускали недолго и небольшими партиями). Пак-40 стала основой немецкой противотанковой обороны: в 1942 году выпустили 2114 единиц, в 1943 году – 8740, в 1944 году - 11 728. Эти пушки могли подбить Т-34 на дистанции 1200 метров. Правда, была проблема кругового обстрела, после нескольких выстрелов сошники настолько глубоко зарывались в землю, что развернуть пушку можно было только с помощью тягача.

То есть вермахт был вынужден против новых советских танков использовать тяжелые, малоподвижные пушки, которые были уязвимы для обходных манёвров бронетехники, авиации, артиллерии врага.

ПАК-40 немецкое 75-мм противотанковое орудие.

Итог

Миф о «русских супертанках» имеет крайне отрицательную информацию – он возвышает технику, принижает людей. Мол, русские имели «чудо-танки», но не смогли их толком использовать и в итоге отступали до Москвы.

Хотя ясно, что даже хорошо защищенные танки имели свои слабости и были уязвимы для противника. Это верно и для новейших немецких танков – «тигров», «пантер». Были зенитки, тяжелые корпусные орудия, можно было бить танки в борт противотанковыми пушками. Кроме того, танки выбивала авиация и тяжелая артиллерия, которая наносила удары перед наступлением войск. Довольно быстро и вермахт, и Красная Армия повысили основной калибр противотанковых и танковых пушек до 75-мм.

Не надо создавать и другой миф – «о слабости советских новых танков». Новые советские танки имели недостатки «детского возраста», путём модернизации они устранялись, и Т-34 не даром считается лучшим танком Второй мировой войны.

Т-34 1941 года выпуска в Бронетанковом музее в Кубинке.

Источники:Гудериан Г. Воспоминания солдата. Смоленск, 1999.Желтов И. Г. и др. Неизвестный Т-34. М., 2001.Исаев А. В. Антисуворов. Десять мифов Второй мировой. М., 2004.Исаев А. В. Дубно 1941. Величайшее танковое сражение Второй мировой. М., 2009.Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии 1933-1945 гг. М., 2002.http://militera.lib.ru/tw/ibragimov/index.htmlhttp://armor.kiev.ua/Tanks/WWII/KV/KV_MK5_95.php

topwar.ru