На учениях под Астраханью прошли боевые стрельбы С-300 и С-400. Стрельбы с 300


Боевые стрельбы С-300 | Свой дом

Длительность:

Ключевые слова:новости, дня, телеканал, канал, звезда, вдв, спезназ, тренировка, вооруженные, силы, бронетехника, танк, russian, army, military, россия, weapon, desrucion, …

канал: Телеканал ЗВЕЗДА

/channel/UCRds47MZ1Ng7KCLseg2TkWA

Боевые стрельбы С-300

Стрельбы проходили на межвидовом полигоне Ашулук в Астраханской области. Зенитные ракетные комплексы... Дата: 2013-04-24T14:11:17.000Z Автор: Телеканал Звезда

Кадры стрельб ЗРК С-300 в Бурятии

На полигоне «Телемба» в Бурятии начались учебно-боевые стрельбы из зенитно-ракетных комплексов С-300. В... Дата: 2016-04-13T14:11:36.000Z Автор: Телеканал Звезда

Боевые стрельбы С-300 на полигоне

На полигоне Капустин Яр в Астраханской области прошли боевые стрельбы систем С-300В, дислоцированных в Армен... Дата: 2017-11-09T08:16:14.000Z Автор: Русь Матушка

С-400 «Триумф» показал свою мощь

http://tvzvezda.ru На полигоне Ашулук военнослужащие Войск воздушно-космической обороны приступили к ночным запус... Дата: 2012-08-16T12:24:12.000Z Автор: Телеканал Звезда

myvideosait.ru

Официальные фото и видео стрельб ЗРС С-300ПМУ2 в ходе иранских учений Damavand

imp_navigatorВ ходе учений были проведены стрельбы ЗРС С-300 по различным типам целей, в том числе была успешно поражена баллистическая цель.

Радиолокатор подсвета и наведения 30Н6Е2Радиолокатор обнаружения 64Н6Е2Всевысотный обнаружитель 96Л6ЕЗапуск дронов-мишеней, на первом фото известный иранский БПЛА Karrarна втором по-моему копия MQM-107А вот это, возможно пуск ракеты-мишениЗапуск зенитных ракет Ракеты и пр.ЗРС С-300Ракета ЗРС С-200 и пусковая установка системы Talash.

Фотографии от:http://www.farsnews.com/newstext.php?nn=13951214000796http://defapress.ir/fa/news/230317/تصاویر-آزمایش-موفق-سامانه-پدافندی-s-300http://www.iribnews.ir/fa/news/1539633/گزارش-اختصاصی-از-آزمایش-و-عملیاتی-شدن-سامانه-اس-300

Видео от IRIB

imp-navigator.livejournal.com

ЗРК С-300: противовоздушная оборона по-российски

ЗРК С-300 — одно из самых популярных в заголовках новостей семейств отечественного оружия. Обладание мощным комплексом, который позволяет на больших дальностях и высотах поражать аэродинамические и баллистические цели, дает любой стране и армии сильный военно-политический козырь. Однако и такое грозное оружие нуждается в защите.

Полигон ПВО «Ашулук» расположен в той части Прикаспийской низменности, где степь становится полупустыней. Своенравное море-озеро когда-то разливалось далеко за пределы нынешних берегов, и там, где сейчас учатся защищать, как говорится, наше мирное небо, было морское дно. Вода ушла, но дно никуда не делось — вот он, мелкий как мука желтый-желтый песок. Пока здесь еще все не выгорело от жестокого летнего солнца, полупустыня местами маскируется под степь: невысокие ветвистые кустики полыни добавляют ландшафту зелени. Разотрешь полынь в пальцах и чувствуешь глубокий пряный аромат, запах борьбы за жизнь там, где выжить очень тяжело. Там, где голый песок, поработали люди в военной форме.

Еще одна машина, которая следует в составе дивизиона С-300ПС. Это радиолокатор подсвета и наведения, или сокращенно РПН.

Светло-охристого цвета здесь дороги, по которым мы носились на ГАЗ-66 (это куда круче египетского пустынного сафари!), площадки для техники и валы, защищающие ракетные позиции. Когда над этими искусственными барханами вздымаются мачта низковысотного обнаружителя или светло-голубые контейнеры приготовившегося к стрельбе комплекса С-300, чувствуешь себя героем фантастического блокбастера.

Приказ на марш

На полигоне «Ашулук» проходит мероприятие под непривычным названием «Воздушно-огневая конференция» с участием высшего командного состава ВВС, старших офицеров из разных регионов РФ и союзной Белоруссии и представителей ВПК. Военные и инженеры изучают боевую технику в действии, обмениваются мнениями, определяют, что и как требуется доработать. Одна из наиболее актуальных задач на сегодня — обеспечение высокой мобильности наших войск и систем ПВО в том числе. Именно поэтому в рамках конференции демонстрировались возможности быстрой передислокации дивизиона С-300ПС с места базирования к новой позиции. Две пусковые установки по четыре ракеты — грозная сила, но пока дивизион в движении, комплекс совершенно беззащитен, стрелять с марша он не умеет, да и не все угрозы способен отразить. Кто и как его будет защищать?

Максим Балакин на старой позиции надуваются два макета, изображающие пусковые установки. Операция занимает считаные минуты. Дивизионную колонну возглавляет машина «передового разъезда». Этот специфический термин, принятый в ПВО, обозначает группу саперов, ведущих инженерную разведку пути следования колонны. Передовой разъезд обнаруживает воздушного или наземного противника, ведет разминирование минных полей, создает оцепление района биологического и радиационно-химического заражения и осуществляет топографическую привязку новой ракетной позиции.

Орлы в «Соколе»

Чтобы показать саперов ПВО в действии, передовому разъезду поставили задачу обезвредить путь следования после дистанционного минирования с вертолета. Вертолет Ми-8, пролетев над проложенной в песках дорогой, разбросал по местности учебные макеты противопехотной мины ПФМ-1С. Оружие это не очень опасное для тяжелой техники, но весьма коварное. Небольшая пластиковая мина имеет форму, отдаленно напоминающую гайку-барашек, причем одна ее половина тонкая и представляет собой стабилизирующее крыло, а другая толще и имеет полость внутри. В полость залито жидкое взрывчатое вещество. Если на мину наступить, давление жидкости повысится и его будет достаточно, чтобы привести в действие взрыватель.

Командир передового разъезда, облаченный в новейший легкобронированный защитный костюм «Сокол», проводит уничтожение обнаруженных мин накладным зарядом.

Мины пакуются в цилиндрические кассеты КФС-1С (емкостью 64 мины) и выстреливаются с вертолета (или другой платформы) пороховым вышибателем. Пока мина летит, взрыватель взводится. Выкрашенная в защитный цвет, мина отлично сливается с почвой, и обнаружить ее зрительно очень непросто. Мины такого типа существуют еще с советских времен, а вот арсенал саперов заметно обновляется. Настоящим изделием хайтека выглядит новейший селективный миноискатель ИМП-С2 — он может программироваться не только на поиск черных и цветных металлов, но также и на обнаружение боеприпасов в пластиковых корпусах (типа ПФМ-1). В приборе заметно усовершенствована эргономика — теперь сапер может держать миноискатель одной рукой и этой же рукой им управлять. Другое новшество, только-только поступившее в войска, — легкобронированный защитный костюм «Сокол». Костюм защищает от осколков весом до 1 г, калибром до 6,5 мм, двигающихся со скоростью до 900 м/с, а также от пуль из пистолетов ПМ, АПС и Browning. За счет того, что бронеэлементы костюма выполнены из высокопрочного полиэтилена, костюм более чем вдвое легче своего предшественника типа «Дублон» (16 против 40 кг). Все это говорит о том, что отечественная конструкторская мысль всерьез занялась эргономикой и комфортом для людей, выполняющих боевые задачи, и объявила войну «тяготам и лишениям» там, где без них возможно обойтись. Максим Балакин имитирующая противопехотную мину ПФМ-1С, легко сливается с почвой. Боеприпас выполнен из пластика, что также затрудняет обнаружение.

Плюс 15 километров

Разумеется, для дивизиона С-300 на марше мины — далеко не единственная угроза, особенно в ситуации непосредственного огневого соприкосновения с противником. Дивизиону требуется машина, которая могла бы работать по близким воздушным и наземным целям непосредственно во время движения. И в этом качестве выступают два зенитных ракетно-пушечных комплекса «Панцирь-С1». Этот ЗРПК, созданный в тульском «КБ приборостроения», значительно «моложе» С-300 и принят на вооружение лишь во второй половине прошлого десятилетия. Комплекс представляет собой 12-тонную башню, поставленную на автомобильное или гусеничное шасси, на которой размещены система обнаружения с локатором, а также пусковые установки для управляемых ракет 57Э6-Е (боезапас 12 штук) и спаренный зенитный автомат калибра 30 мм.

Несмотря на то что эта интересная и эффективная система разработана сравнительно недавно, ее активно совершенствуют, и на Воздушно-огневой конференции на полигоне «Ашулук» были представлены некоторые новшества. Во‑первых, инженеры тульского КБ продемонстрировали новое ракетное вооружение для «Панциря-С1». Этот перспективный снаряд можно будет поставить не только на новые, но и на уже действующие машины. «Речь идет о высокоскоростной ракете, — говорит первый заместитель исполнительного директора «КБ приборостроения» Юрий Савенков. — Это изделие будущего, которое мы предложим как на экспорт, так и нашей армии, представляет собой совершенно новую конструкцию. Ракета позволит расширить перечень целей, которые сможет поражать «Панцирь-С1». Предполагается, что новый снаряд даст возможность увеличить дальность поражения цели с нынешних 20 до 35 км». Максим Балакин следующий впереди колонны дивизиона С-300, проводит очистку пути от разбросанных с воздуха мин. Для их поиска используются щупы и миноискатели.

Кроме того, в Ашулук прямо из цеха своим ходом прибыла обновленная версия «Панциря-С» на колесной базе КамАЗ. Машина не содержала в себе радикальных новшеств, но стала ответом на пожелания военных, выработанные в ходе эксплуатации ЗРПК. Во‑первых, в обновленном «Панцире» локатор получил две фазированные антенные решетки вместо одной, причем каждая может работать в секторном режиме. Это значит, что локатор не находится в постоянном вращении, сканируя раз за разом 360-градусную панораму, а постоянно облучает некий сектор. В случае локатора с двумя ФАР, обращенными в противоположную сторону, он может держать под контролем два сектора по 90 градусов. Легко увидеть, что даже в составе дивизиона С-300, где «Панцирей» всего два, они смогут, встав перпендикулярно, перекрыть все 360 градусов. При этом секторный режим позволяет не расходовать попусту механический ресурс устройства вращения локатора, а также увеличить дальность захвата цели.

В ходе эксплуатации ЗРПК выявилась небольшая, но существенная проблема: закрепленный на башне тепловизор не вписывается в железнодорожные габариты. Поэтому при перевозке на железнодорожных платформах приходилось снимать башню и перевозить ее отдельно, что, конечно, неудобно. В новой версии башня получила выемку, в которую при транспортировке тепловизор можно убрать. Также в обновленном «Панцире» установлена новая вычислительная машина с новой системой навигации. Совершенствование бортовой вычислительной техники для машин этого типа чрезвычайно важно, так как «Панцирь-С1» — это настоящая машина сетецентрической войны. «Панцири» могут согласованно действовать в общей сети, включающей в себя до шести машин, причем каждая способна выступать в качестве командного пункта. Максим Балакин готовы совершить марш к новой позиции. Каждая установка имеет по четыре контейнера с ракетами 5В55Р.

Из пушки по БПЛА

Таким образом, производственники стараются максимально оперативно реагировать на запросы армии, однако впереди — более радикальная модернизация ЗРПК, которая сейчас условно называется «Панцирь-СМ». В этой версии продолжится совершенствование ракетного вооружения, и дальность поражения цели возрастет уже до 50 км. Конструкция зенитного автомата не изменится, но для стрельбы будет применяться боеприпас нового поколения.

«Опыт показал, что цели уменьшаются, — говорит Юрий Савенков, — поэтому необходимо, чтобы наш снаряд перед целью раскрывался, создавал облако осколков. И примерно через год мы такой снаряд покажем. Получив в свое распоряжение подобный боеприпас, расчет сможет сам выбирать, каким средством работать по пехоте, по легким БПЛА. Но понятно, что стрелять по находящемуся вблизи малоразмерному БПЛА ракетой слишком расточительно, и в этом смысле роль артиллерии будет повышаться». Максим Балакин оснащена новым локатором с двумя противоположнонаправленными ФАР, а также новым бортовым вычислителем с системой навигации.

«Панцири» прикрывают С-300 как на марше, так и в момент развертывания на новой позиции. После чего начинаются стрельбы. В ходе Воздушно-огневой конференции расчеты ПВО вели стрельбу комплексами С-300ПМ по ракете-мишени «Кабан» и комплексами 300ПС по мишени «Пищаль-Б». Эти мишени — аналоги тактических баллистических ракет. Кроме того, С-300ПС демонстрировала и возможности стрельбы по наземным целям, поразив район, где, согласно легенде учений, была обнаружена разведывательно-диверсионная группа противника.

Несущиеся по небу ракеты, выпущенные из С-300, выглядят как яркие бело-зеленоватые светящиеся пятна, за которыми тянется дымный след. Огненная феерия над пустыней только усиливает ощущение фантастичности и нереальности происходящего. Но на самом деле, хоть С-300 и нельзя отнести к наиболее современным видам российского оружия ПВО и ПРО, их эффективность все еще достаточно высока, доказательством чему стали успешно сбитые мишени.

Старт ракеты, выпущенной ЗРК С-300. Слева — еще две установки, изготовившиеся к стрельбе, их пусковые контейнеры находятся в вертикальном положении. Для отработки противодействия вероятному нападению с воздуха требуются не только зенитные ракеты, но и мишени, сопоставимые по ТТХ с видами вооружения, которые может использовать противник (баллистическая цель, аэродинамическая цель, гиперзвуковая цель).

Статья «Марш под панцирем» опубликована в журнале «Популярная механика» (№6, Июнь 2014).

www.popmech.ru

На учениях под Астраханью прошли боевые стрельбы С-300 и С-400

ПОЛИГОН АШУЛУК (Астраханская область), 7 сен — РИА Новости. Боевые стрельбы зенитных ракетных комплексов С-300 и С-400 прошли под Астраханью в ходе международных учений "Боевое содружество-2017", сообщил журналистам командующий объединенной группировкой авиации и ПВО стран — участниц СНГ генерал-лейтенант Виктор Севостьянов.

Мнение: НАТО устроит "нешуточную схватку" с Сербией из-за С-300

"Розыгрыш тактического эпизода завершен, в секторе целей нет, все мишени были уничтожены. Все задачи выполнены, нарушений безопасности не допущено", — сказал он.

По словам Севостьянова, высокий уровень подготовки показали все участники стрельб: зенитно-ракетные расчеты Армении, России, Белоруссии и Киргизии.

Авиация в ходе учений также успешно поразила все наземные цели. "Оценка за боевое применение — "отлично", — резюмировал он.

По словам Севостьянова, в розыгрыше эпизода учений на Ашулуке были задействованы 1,5 тысячи военных. В воздухе действовали более 40 самолетов, пять из них — новые Як-130 из Белоруссии, остальные — из состава Воздушно-космических сил России. На земле вели огонь семь различных типов зенитных ракетных комплексов, включая С-300ПС, С-300ПМ-1 и С-400.

"Мишенная обстановка была создана очень сложная. Было выпущено 19 мишеней, которые имитировали в буквальном смысле все: от беспилотных летательных аппаратов до баллистических ракет", — отметил Севостьянов.

Расчеты зенитного ракетного полка С-300 "Фаворит" Западного военного округа были подняты по учебной тревоге в Воронежской области.

Дивизион зенитных ракетных комплексов участвует в двусторонних учениях войск ПВО и авиации Западного военного округа.

Во время марша на один из полигонов боевые расчеты отразили нападение "вражеских диверсантов". На фото: радиолокационная станция "Всевысотный обнаружитель".

Кроме того, во время передвижения дивизиона зенитных ракетных комплексов на полигон военнослужащим пришлось преодолеть "зараженную местность".

Во время учений на полигоне расчетам ЗРК надо будет отразить авиаудар условного противника, роль которого исполнят высотные истребители МиГ-31.

Авиация "противника" в ходе учений устроит авианалет на станции слежения и объекты управления войск ПВО.

Всего во время двусторонних учений войск ПВО и авиации Западного военного округа будет задействовано 15 истребителей.

На первом этапе учений летчики эскадрильи МиГ-29СМТ Курского истребительного полка отразят авианалет на стратегически важные объекты и уничтожат авиацию условного противника.

На втором этапе учений экипажам дежурных сил эскадрильи МиГ-29СМТ предстоит отработать преодоление системы ПВО условного противника и выполнить электронные пуски по обнаруженным целям.

Кроме того, в двусторонних учениях войск ПВО и авиации принимают участие истребители Су-34 и Су-27, цель которых - преодолеть системы ПВО условного противника и нанести массированный ракетно-бомбовый удар по его объектам управления и станциям ближнего и дальнего радиуса действия.

В двусторонних учениях войск ПВО и авиации Западного военного округа принимают участие более 300 военнослужащих и свыше 150 единиц оружия и техники.

Учения в Воронежской области продлятся до 9 июня.

ria.ru

ПРАЗДНИК, КОТОРЫЙ МЫ ЗАРАБОТАЛИ. СТРЕЛЬБЫ ЗЕНИТНОГО РАКЕТНОГО КОМПЛЕКСА С-300ПМУ1

Дыма без огня не бывает

 

КРОКОДИЛЫ И ДЕВЯТКИ

Структура зенитного ракетного полка строго централизована. На единый командный пункт завязываются огневые комплексы (сколько их есть). Вся аппаратура полка распределена в специализированных контейнерах, каждый из которых имеет свой номер. Эти номера – от единицы до девяти. КП состоит из контейнеров – номера 6, 7, 8 и 9 (в обиходе ракетчиков – «девятка», «восьмерка» и т.п.), а каждый огневой комплекс включает «единицу», «двойку», «тройки» (их несколько) и «пятерку». Такая система закладывалась еще при формировании первых возимых комплексов типа С-75 или С-125 и осталась нам в наследство. Радиолокатор командного пункта официально называется «радиолокатор обнаружения» (РАО), поскольку он один по идее обрабатывает всю полусферу или какую-то ее значительную часть. Но в разговоре его так никто не называет, РАО на КП – это просто «локатор», и только. Поэтому когда кто-то из пэвэ-ошников говорит «мы работаем без локатора», это означает, что в полку каждый огневой комплекс ищет иели собственными средствами разведки, а не по данным основного средства разведки полка: «локатора».

Некоторые блоки, помимо цифровых, имеют еше и специфические имена собственные: «пятерка» – локатор на огневых комплексах – иногда называется «крокодил» из-за внешнего сходства при виде сбоку. Настраивается «крокодил» обычно на работу в указанном с КП определенном узком секторе обзора, откуда наиболее вероятно ожидать появление цели.

Стрельба дивизией – песня ракетчиков, когда на боевые порядки нескольких полков сразу идут одновременно много мишеней. Полковая боевая стрельба отличается тем, что в воздухе летит гораздо меньше мишеней и их обязательно надо сбить. На экспериментальных стрельбах обычно убивают сразу двух зайцев: полки проводят реальные пуски боевых ракет и проверяют новые или модернизированные мишени для промышленности. Здесь самым главным является выполнение условий эксперимента, а не сам факт стрельбы (ее может и не быть, например, если ставится задача только обнаруживать и сопровождать мишени). Поэтому экспериментальная стрельба не вызывает особого восторга у ракетчиков хотя бы потому, что обвинить в нарушении условий эксперимента, если нужно, всегда можно и все равно за что, а вот доказать обратное удается не всегда.

Д.А.

Я служу в ПВО России уже почти шесть лет. Московская группировка. Обычный технарь, каких большинство. Нынешнюю технику – системы С-300ПМУ1, или «трехсотки», – мы получали в феврале 1992 года в КапЯре, и с той поры, когда проводили сдаточные стрельбы по «уголку» (мишень-уголковый отражатель МР-9ИЦ), больше ездить на полигон нам не приходилось. В полку за это время успело смениться два поколения техников, нас дважды переформировывали, но полк так и оставался всерьез необстрелянным. Да и ситуация с личным составом – черт знает что. На КП на основном локаторе вместо расчета из пяти офицеров и трех прапорщиков – два офицера: один выпускник Харьковской инженерной академии ПВО, специалист по системе С-200, другой – Ульяновского танкового училища. В пункте боевого управления (ПБУ) вместо расчета из пяти офицеров, двух прапорщиков и 28 солдат – два офицера, один из которых «пиджак»-двухгодичник, и трое бойцов. На огневых комплексах картина примерно аналогичная, за исключением того, что там еще старые кадры с системы С-25 сидят: майоры, которым год-полтора до пенсии. Из «трехсотки» никто из них никогда не стрелял.

И вот в апреле 1997 года прошел слух, что нас собираются-таки послать на стрельбу. Сначала никто не поверил, поскольку такие слухи бродили и раньше. Но через две недели комполка поехал на ракетно-стрелковую конференцию (так у нас называются регулярные совещания, на которые собираются представители частей и производители ракетной техники) и оттуда привез подтверждение правоты слухов.

Народ воспрянул духом. На мрачных лицах стали появляться улыбки. А в начале мая приехала комиссия по предстрельбовой подготовке полка из штаба округа. Начала рассказывать, как инструкторы на стрельбах мотают нервы стреляющим. Спасибо, окружники: предупрежденный – вооружен.

Но время шло. На дворе – июнь, по деньгам – январь, а про нас забыли. Кроме одной поездки в учебно-тренировочный полк (УТП), где толком поработать даже не пришлось, про стрельбы ни слуху ни духу. Из УТП все вернулись злые, материли местных за плохую подготовку и содержание техники. Поработать смогли только первые два полка из семи, собравшихся в тот день на УТП. Потом вся аппаратура стала рассыпаться. Самое интересное, что в качестве учебно-тренировочного использовался обычный полк ПВО Московского округа, базирующийся в пределах первого кольца. Знай, страна, своих героев!

Улыбок при упоминании стрельб больше не было. На первое июля у нас по финансам наступал только февраль.

Каждый выкручивался как мог: кто на дачах, кто в охране, а кто и подметая рынок в городе. Ходили лишь на дежурство, в караулы и в наряды. Благо, что все это по графику.

 

Стрельбам – быть!

 

Цирк начался, когда стало известно, что один из полков нашей дивизии отбывает-таки на полигон для обеспечения стрельб. Командование решило, что полк повезет с собой свою технику, на полигоне останутся люди, которые будут за ней присматривать. Выбор пал на полк из-под Серпухова, единственный, у кого локатор стоял не на стационарной вышке, а на насыпном холме. Вот уж этим ребятам мы не завидовали! Технику им просто-напросто изнасилуют.

Остальные полки стали вынимать из ЗИПов все, что потребуется для обеспечения стрельб. Это были не за-ныканные на черный день детали, а порой единственные оставшиеся запчасти к локаторам, ЭВМ, индикаторам, пусковым установкам, несушим дежурство. Теперь полкам такие запчасти взять будет неоткуда, если вдруг, не дай бог, понадобятся: промышленность-то стоит намертво. Но ничего не попишешь: стрельбы!

За две недели до выезда на полигон нам начали выдавать деньги. Народ опять приободрился. Уложили чемоданы, закупили тушенку, минеральную воду (из расчета 1,5 л на человека в сутки) и водку. И полетели.

В Ашулуке есть аэродром, и, когда еще был Варшавский Договор, из Берлина сюда даже лета! ТУ-154 чуть ли не раз в неделю, поскольку на этом полигоне стреляли все братья по оружию из Восточной Европы из систем С-75, С-125 и т.п.

В городке нас называют «временщики». Это еще хуже чем бомж: у бомжа хоть выбор есть, а тут куда ни кинь – везде клин. В казармах, где нас разместили на ночь, не просто запущение, а самый обыкновенный развал. Больше всего запомнился высоковольтный кабель, просто брошенный на землю. Вода бывает два раза в сутки по 10–15 минут тоненькой струйкой из крана. Кто не успел, тот опоздал. Один глоток этой воды – и через полчаса отправляешься на «отсидку» в сортире. Сумки с медикаментами имелись в каждом подразделении, но в них не нашлось средств от поноса. Только у химика были какие-то красно-белые капсулы: мы их называли «суперцемент». Пары штук хватало, чтобы прекратились «срочные вызовы».

 

Синица в руках или кабан в небе

 

Как будем стрелять, было абсолютно непонятно. Сначала шла речь о «Синицах». «Синица» – это ракета С-75 с боевой частью или массогабаритным макетом. Запускают по нас, а мы должны обнаружить и сбить: что-то вроде ракетного встречного боя. Потом о «Кабане» заговорили. «Кабан» – мишень-имитатор баллистической ракеты типа «Скад», правда, меньших размеров: диаметр около 25 см, длина всего 2 м, скорость в зависимости от выбранной траектории запуска от 700 до 900 м/с. Потом стали говорить об обоих вариантах сразу. Параллельно прошел слух, что если мы не восстановим локатор к четвергу, то до стрельбы нас не допустят. Локатор, точнее, два блока локатора сожгли не мы: их угробили на стрельбе двумя неделями раньше. Стреляли по «лашкам» (это беспилотный самолет-мишень Ла-17), которые имеют такую отражающую поверхность, что если посветить просто фонариком – и то увидишь. Без главного РЛО, только одними радиолокаторами подсвета и наблюдения (РПН) отстреляться на точку было не только можно, но и нужно. Но генерал на КП хотел локатор! Пока запустили мишени, пока они вошли в сектор стрельбы, пока отвалили сопровождающие Су-27, пока мишени развернулись в секторе на боевые порядки – время около полудня, температура 40 градусов, а на обшивке контейнеров даже под маскировкой можно было жарить яичницу. Прошел сигнал о неисправности системы воздухоохлаждения, а еще через пять минут два блока РЛО задымились. Тут уж пришлось локатор волей-неволей выключить. Да так, что полк, стрелявший перед нами, отработал без него. А нам теперь этот локатор восстанавливать. В том числе и теми блоками, что привезли для себя.

Время идет. Получили ракеты. Пока получали – все было хорошо. Привезли: на одном транспортно-пусковом контейнере (ТПК) – дыра. Значит, среды инертного газа внутри как не было, возможен конденсат, окисление контактов… Выезд телег с ракетами из хранилища сопровождали мы сами и не стукались ни о ворота, ни о столбы. Остается одно: на полигоне постарались. И точно, при детальном осмотре увидели, что оторвалась заплатка, которая была закрашена краской под цвет контейнера. Делать нечего. Заряжаем ТПК на пусковую. Проводим все проверки – отказов нет. Пробуем постановку ракет на подготовку – проходит. Ну и нормально. Значит, работает. Будет маза – стрельнем. Не исключен вариант, что ракета из этого пробитого ТПК будет летать как часы, а вот соседняя в целехоньком выкинет номер типа «прогар стенки двигателя» (и соответственно самоликвидируется). А не стрельнем ее – да и хрен с ней.

 

Лихорадка нарастает

 

Два дня до стрельбы. Утром приезжают начальник полигона полковник Строков, наш комдив генерал-майор С., куча замов и полковник из Главного штаба Войск ПВО. Все расчеты собирают на КП для предстрельбового инструктажа. Начальник полигона, командир дивизии сидят как сычи и молчат. Полковник из ГШ ставит задачу: стрельба – экспериментальная. Отрабатываем по новым мишеням. Как они себя будут вести, пока неясно. Поэтому самое главное – обнаружить запущенную мишень. Только если она обнаружена, выдавать целеуказание и производить захват на сопровождение в том режиме, указанном инструктором. И если мишень будет сопровождаться устойчиво, то, возможно, поступит команда на пуск ракеты. Расход – одна ракета на мишень.

Ну, приехали. Настроение – хуже не придумаешь. Может так статься, что стрелять не придется вообще. Но кому-то надо и с новыми мишенями разбираться. Хуже всего то, что локатор все еще неисправен. Нечем чинить. Обещают, что сегодня-завтра приедет человек из нашего полка и привезет блоки. Приняв сто граммов наркомовских на грудь, засыпаем.

Просыпаюсь среди ночи от звука двигателя уазика. Сон проходит мгновенно. Влезаю в форму и ботинки и бегом к локатору. Привезли детали! Начинаем работать. После третьей перестыковки блоков и пары неудачных проверок все чувствуют, как словно искра пробежала по телу локатора – контейнер управления РЛО, он же «восьмерка», заработал. Ни с чем не сравнимая радость. Еще через час вышли в эфир и проверили, как локатор видит: пара мирных «тракторов» летела в соседнем Казахстане по коридору для гражданских авиалиний и какой-то шальной вертолет крутился неподалеку от границы. На востоке начинало светлеть, когда мы пошли спать.

 

Все, что может сломаться, – ломается

 

Перед ужином на позиции появились мужики из первого дивизиона. Оказывается, на первом хозяйстве днем инструктор заставил проводить контроль функционирования всего оборудования по полной программе, с доворотом привода антенной системы. Это он вредничал: когда известно, с какой стороны будет подлетать мишень, вращать антенну на полную катушку нет необходимости. После доворота перестал проходить тест антенны. Точнее, он проходил, но выявлял 9930 неисправных антенных элементов из 10 000. А завтра – стрельбы!

Берем руки в ноги и вместе с мужиками идем через степь к ним на позицию. Честно говоря, антенну из всех присутствующих так, как надо, никто не знал. Главный специалист остался дежурить в полку. А мы хоть и спецы широкого профиля, но нельзя же объять необъятное. Но попытаться можно. Система показывает отказ в схеме контроля антенны. Ну никак не могут одновременно выйти из строя сразу столько однотипных деталей! Складываем антенну в положение для технического обслуживания и вскрываем радиопрозрачную крышку. Часть народа промывает спиртом разъемы, чтобы быть уверенными, что ни грязи, ни пыли, ни конденсата на контактах нет. Мест, где могла возникнуть проблема, море. Куда соваться – хрен его знает. Но проверяем все подряд. Находим даже ячейку, в которой в обход разъема припаяны «сопли» – три провода, которые восстанавливают прохождение сигналов от ячейки. Все закрепляем как положено. Проводим тест – вопль радости! – теперь неисправны всего около 30 элементов. Вот это уже похоже на правду. Прощаюсь с мужиками – уже около четырех. Подъем перед стрельбой в половине шестого – надо хоть часок поспать.

 

Поехали!

 

Утро встречает прохладой – как в песне. Одна мысль, что сегодня стрельба, будит лучше холодной воды. Все спокойны и уверенны. Правда, не бриты: традиция. Если побреешься утром перед стрельбой – не отстреляешься.

Приехал командир. Включаем технику. Мне замполка по ружью говорит: «Пойдем на ПВН, там будем смотреть». Тут прибегает офицер и с выпученными глазами зовет меня в «девятку» – на пункт боевого упражнения. Бегу. Захожу и сразу наваливается тяжесть: у центрального вычислительного комплекса из пяти процессоров стоят три. Работать не можем. Командир нервничает, но старается не показывать виду. Нервы в кулак, мысленно говорю «девятке»: «Ну ты что, подруга, чего это ты, давай-ка поработаем». Выдвигаю блок, другой – на торцах ячеек светодиоды отказов не горят. Плохо дело, но пока не очень. Выдвигаю третий блок – ага, горит отказ. Говорю: «Ну вот, один есть, сейчас проверим ячейку и столкнем». Точно, неисправна именно она. Уже принесли новую. Процессор пошел. Не могу подвести ни командира, который смотрит на меня, ни всех остальных мужиков, которым сейчас стрелять. Я должен запустить весь цифровой вычислительный комплекс (ЦБК) в полную конфигурацию. Пошел еще один процессор. С последним сложнее: отказ в арифметическом устройстве. Достаю методику направленного поиска: это библия цевекашника. Нахожу похожую неисправность – не то. И тут на ум приходит, что похожее уже когда-то было и в тот момент я менял вот эту ячейку. Пробую – точно! Пошел последний процессор. ЦБК – полная конфигурация со ста процентами резерва.

Расчет уже на местах. Входят посредники, замкомандира дивизии по ружью, начбой и еще какие-то хрены. Все в полевой и в чине не ниже подполковника. На вышестоящем командном пункте (ВКП) вся шайка-лейка уже собралась. Запрашивают нас. Командир отвечает, докладывает о готовности к стрельбе. В воздухе повисает что-то смутное и тяжелое. Короткий инструктаж с ВКП по поводу стрельбы и напоминание о том, что стреляем эксперимент и что самое главное – соблюсти его условия. Встаю и смотрю на экран. А на экране бред: в центре сплошное чистое пространство с нуля и до дальности 80 км, все самолеты, которые сопровождает локатор, летают вокруг этой области.

 

Промахи

 

Запуск первой мишени. Не видим ее командным пунктом, но зато видим средствами огневых комплексов. Мишень самоликвидируется. Запускают вторую – та же картина. Только в конце траектории полета слышим по громкой возглас дежурного из «восьмерки»: «Девятый! Что там у вас? У меня отметки в индикаторной программе есть, а РОшек нет! Проверяйте себя!»

РОшки – это отметки программы регулярного обзора (РО). Ситуация складывается глупейшая: на огневых комплексах на экранах видят одну картину, а компьютер на «девятке» выдает совсем другую. Очередная мишень уходит на самоликвидацию. В «девятке» гомон. Командир дает команду на обнуление ЦБК, то есть на перезапуск всех программных средств. Инструкторы и наблюдатели докладывают о каждом шаге работы на ВКП по телефону, и каждый твердит свое. Командир перекрывает все это: «Прекратить разговоры. Все, работаем». Я спокоен, как слон. Молчу и слушаю командирский доклад на ВКП. Генерал ставит задачу на работу по «Кабану». Напоминает, что стрельба экспериментальная, в который раз предупреждает о перерасходе ракет.

Запуск мишени. Локатор берет ее практически «со стола». Целеуказание выдается на оба огневых комплекса. Стрелять будет тот, кто первым возьмет цель на сопровождение. Раньше это делает первый дивизион. Доклады на ВКП, звонки по телефонам. Один наблюдатель не отрывает трубку от уха. Чувствую: что-то не так… Наблюдаю за траекторией цели – приближается к отметке 50 км. С ВКП теребят с пуском, все напряжены (почему-то никто не вспоминает, что цель еще вне зоны обстрела). Команда на пуск. Мишень проходит отметку 50 км и забирается выше – пропадает с экранов. Ракета самоликвидируется. Доклад с огневого комплекса, доклады по громкой связи на ВКП. Разборы. С командиром говорит комдив: слышно, что не очень доволен. Тем не менее продолжаем работу. Ставится новая задача: обстрел «уголка».

Только после окончания стрельб мы стали подозревать, что же действительно происходило. Судя по всему, у ЦБК просто «глюки» шли, и он нам показывал совсем не то, что творилось в небе. Мишень снижалась, а он нас уверял, что она летела в стратосферу. Мы мишень сбивали, а он нам показывал самоподрыв. Но это потом стало понятно, а пока что все злились и не смотрели друг на друга.

«Уголок» – это попроще. Запускают ракету на высоту 40 км. Потом, когда отработает двигатель, ракета выбрасывает парашют и зависает. На ракете стоят уголковый отражатель сигнала и излучатель – имитатор полета. Если ее взять на сопровождение, то получается, что ответ от мишени раздваивается: одна отметка от отражателя на скоростях приблизительно 30–40 м/с, а другая от имитатора – 500–600 м/с. Вроде бы и висит на месте, а вроде бы и летит. Задача: обнаружить и уничтожить.

Локатор и огневые комплексы находят цель практически одновременно. Пуск ракеты назначают второму дивизиону. Высота цели 19,4 км, дальность 59 км. Разрешают пуск. Удар и глухой рокот. Доклад: «Захват и наведение нормальное… Есть промах в норме. Цель уничтожена». Всеобщее возбуждение, улыбки. Но радоваться рано, по докладу со второго у них при старте просела пусковая. Народ там резво проверяет работоспособность пушки и ее горизонтирование.

 

Промахи: продолжение

 

Дают команду на работу по «Синицам». Нам достаются ракеты с реальными БЧ, но доработанные. Захват только в автоматическом режиме. Запуск первой мишени. Обнаружили немедленно. Захват обоими дивизионами одновременно. Цель назначают первому – у него непопадание по «Кабану». Только дается команда на пуск ракеты, как следует срыв сопровождения. Повторный поиск, повторный захват вручную. Командир первого педантично запрашивает разрешение на открытие огня. Почему-то его не слышат и все считают, что ракета вышла из ТПК и мишень обстреляна, хотя пуска нет. Мишень самоликвидируется. Разборки, крик. Почему-то больше всех орет зам. по ружью. Понятно, что надо отстаивать правду, но кому нужны эмоции?

Новый пуск. Захват в автомате. Сопровождаем до упора. По мишени работает наш коллега с соседней площадки. По громкой беседуют командир дивизии с нашим: разбираются по поводу просевшей пусковой, по поводу срыва сопровождения мишени. Есть разрешение на использование еще одной ракеты.

Команда на запуск мишени. Обнаруживаем. Захват в автомате. На дальности 47 км срыв сопровождения одновременно у обоих дивизионов. Повторный поиск и захват вручную, но на дальности 22 км. При скорости цели 750 м/с и при условии, что точка самоликвидации ракеты – 15 км от нас, ракета не успеет долететь до мишени. Приплыли.

Мишень самоликвидируется. Запускают следующие. Уничтожение назначают второму. Пуск ракеты. Мишень поражена. Все. Народ встает с рабочих мест. Жмем друг другу руки. Поздравляем. Командир остается в «девятке» просматривать запись работы вместе с полигонными инструкторами. Выхожу из кабины. Никак не пойму: то ли жара, то ли холод. Вроде бы солнце светит… Поздравляю первого встречного с успешными стрельбами.

 

Финал

 

Вроде бы пожрать надо. Бреду к полевой кухне. Там «бугор» – боец в переднике. Спрашиваю насчет пожрать – отвечает, что до обеда рукой подать, а сам он сейчас жарит картошку генералу, который приедет в ближайшее время, и для полигонных. Ну хоть кипяток-то есть? «Бугор» щедрым жестом напивает кружку крепкого чаю, отрезает кусок хлеба и молча протягивает. Спасибо, дружище. Устраиваюсь за столом. Какое блаженство пить горячий чай с хлебом, когда все позади, когда больше нет необходимости чинить локатор и антенну, когда можно просто спокойно посидеть.

Все стихает. Не видно никого. Инструкторов до поросячьего визга поят в соседнем с палаткой кунге. Народ сдает технику многострадальным мужикам из соседнего полка (тем, что живут на позиции безвылазно). Бороды у них поотрастали заметные.

Не могу сидеть на позиции. Снимаю рубашку, надеваю очки и ухожу в степь. Солнце раскаляет песок. Из-под ботинок выскакивают какие-то представители местной фауны. Степь завалена осколками от ракет и мишеней. Вдоль дороги на площадку взгляд натыкается на остатки твердотопливных ускорителей от ракет С-75, а стабилизатор от «буковской» ракеты – что-то вроде указателя.

Степняки используют то, что падает с неба, по собственному усмотрению. До пусков смываются подальше с глаз долой, а после стрельб, по ночам, разбирают осколки мишеней и ракет и сдают на пункты приема драгметаллов, а может, и предприимчивым сотрудникам спецслужб – лишь бы платили и было бы чем детей кормить.

Наконец-то рассасываются последние инструкторы, уехал командир с замами. Начальник КП объявляет общий сбор на площадке перед «девяткой». По всей форме. Строимся. Замполит раздает кружки и вынимает бутылку армянского коньяка семилетней выдержки. Вот это да! Ну, замполит, ну, удружил! Разливаем драгоценную влагу и пьем в строю за стрельбы, за удачу, за чтоб им там пусто было, за… Да мало ли за что можно выпить сейчас? А потом гуляем, так как заслужили. Завтра нас посадят в самолет, и полетим мы прямо из Ашулука домой, забыв про арбузы, про рыбу, про этот трахнутый полигон, который забрал столько сил. Но этот день мы еще не раз отметим как второй день рождения – день рождения полка, который обстрелян из системы С-300. Сегодня родилось еще три расчета, еще несколько десятков офицеров могут честно называть себя офицерами ПВО. И все теперь будет потом: встреча дома, повторные поездки командира на полигон для доказательства, что мы не верблюды и что стреляли экспериментальную стрельбу, а не боевую, как ни пытались обосрать нас полигонные. Да мало ли что еще будет потом? А сейчас у нас праздник, который мы заработали…

Когда я спросил у приятеля, поедет ли он еще на полигон, – он ответил: когда едем?

Поделиться в социальных сетях:

otvaga2004.ru

Масштабные учения со стрельбами из С-300 и С-400 пройдут под Астраханью

Универсальная мобильная многоканальная зенитная ракетная система C-300ПМУ-2 "Фаворит"предназначена для обороны важнейших объектов государства и его вооруженных сил от массированных ударов современных и перспективных самолетов, стратегических крылатых ракет, тактических и оперативно-тактических баллистических ракет и других средств воздушного нападения, во всем диапазоне и скоростей их боевого применения, в том числе, при воздействии интенсивных активных и пассивных помех. 

Зенитная ракетная система С-300ПМУ-1 / Фото: dokwar.ru

Система C-300ПМУ-2 "Фаворит" является дальнейшим развитием зенитной ракетной системы С-300ПМУ-1. Боевые возможности повысились за счет создания новой ракеты 48Н6Е2, имеющей повышенную эффективность поражения баллистических целей на дальностях до 40 км с обеспечением подрыва боевого заряда цели, увеличения дальней границы зоны поражения аэродинамических целей до 200 км, в том числе при стрельбе вдогон, расширения информационных возможностей командного пункта системы по обнаружению и сопровождению баллистических целей с сохранением сектора обнаружения аэродинамических целей. 

Кроме того, повышены обнаруженческие характеристики системы при ведении автономных боевых действий за счет использования нового автономного средства целеуказания РЛС 96Л6Е, имеется возможность наряду с ракетами 48Н6Е2 использовать ракеты 48Н6Е ЗРС С-300ПМУ-1, обеспечивается возможность интегрирования системы «Фаворит» в любые системы противовоздушной обороны, в том числе и в системы ПВО стран НАТО. 

ЗРС C-300ПМУ-2 / Фото: polit.pro 

ЗРС C-300ПМУ-2 создана в 1995-1997гг. и совершенствуется кооперацией разработчиков "трехсотого" семейства (головной разработчик - НПО "Алмаз"). Система активно предлагается на внешних рынках, в российской армии в настоящее время на вооружение поступает система нового поколения С-400 "Триумф". 

Состав 

В состав ЗРС C-300ПМУ-2 входят:

  • командный пункт системы управления 83М6Е2 
  • до шести зенитных ракетных комплексов (ЗРК) 90Ж6Е2
  • зенитные управляемые ракеты (ЗУР) 48Н6Е2
  • средства технического обеспечения, аналогичные ЗРС С-300ПМУ-1

Командный пункт системы управления (КП СУ) 83М6Е2 получает и обобщает информацию о воздушной обстановке от различных источников, управляет боевыми действиями огневых дивизионов, принимает команды управления и информацию о воздушных объектах от командного пункта зоны ПВО. 

  

КП СУ 83М6Е2 / Фото: old.raspletin.ru 

В состав КП СУ 83М6Е2 входят: 

  • пункт боевого управления (ПБУ) 54К6Е2. 

ПБУ 54К6Е2 автоматически определяет: параметры траектории движения (дальность, скорость, высоту, направление), государственную принадлежность, тип и степень опасности воздушного объекта, условия ведения стрельбы каждым огневым дивизионом, оптимальное распределение целей по огневым дивизионам для их поражения с учётом условий стрельбы и располагаемого боекомплекта. 

ПБУ 54К6Е2 способен управлять ЗРК С-300ПМУ-2, С-300ПМУ-1, С-300ПМУ, С-200ВЭ в любом сочетании. ПБУ 54К6Е2 обеспечивает одновременный обстрел до 36 целей с наведением на них до 72 ЗУР. Количество одновременно обнаруживаемых целей - до 300, количество одновременно сопровождаемых трасс целей - до 100. 

  • радиолокатор обнаружения 64Н6Е2

64Н6Е2 - полностью автоматический трехкоординатный радиолокатор обзора с двухсторонней фазированной антенной решеткой S-диапазона, обеспечивает командный пункт системы высококачественной информацией о воздушных объектах в радиусе 300 км. Этой информацией через встроенные каналы связи пользуется каждый ЗРК. 

  • средства обеспечения эксплуатации

ПБУ 54К6Е2 / Фото: otvaga2004.ru

64Н6Е2 / Фото: rbase.new-factoria.ru

Каждый ЗРК 90Ж6Е2 включает:  

  • многофункциональный радиолокатор подсвета и наведения (РПН) 30Н6Е2

Радиолокатор подсвета и наведения 30Н6Е2 обеспечивает поиск, обнаружение, автоматическое сопровождение целей, осуществляет все операции, связанные с подготовкой и ведением стрельбы зенитными ракетами, а также оценивает результаты стрельбы. 

РПН 30Н6Е2 / Фото: Виталий Кузьмин

Многофункциональность локатора обеспечивается применением фазированных антенных решеток Х-диапазона и высокой автоматизацией всех процессов его функционирования на основе современных быстродействующих цифровых методов управления. 

Антенный пост РПН 30Н6Е2 может подниматься на специальную передвижную вышку 40В6М. 

ПУ типа 5П85СЕ, 5П85ТЕ / Фото: rbase.new-factoria.ru

  • до 12 пусковых установок (ПУ) типа 5П85СЕ, 5П85ТЕ

Пусковая установка вертикального старта 5П85СЕ (5П85ТЕ) обеспечивает хранение, транспортирование и пуск ракет. Содержит четыре зенитные ракеты 48Н6Е2 (48Н6Е). Ракеты находятся в герметичных контейнерах и не требуют технического обслуживания в течении 10 лет эксплуатации. 

Как и у предыдущих вариантов системы С-300 пуск ракеты осуществляется вертикально с помощью пороховой катапульты . 

Система способна осуществлять пуск ракет с темпом три ракеты в секунду, обеспечивая защиту от массированного налета средств воздушного нападения противника. 

ВВО 96Л6Е  / Фото: militaryrussia.ru

  • всевысотный обнаружитель (ВВО) 96Л6Е 

ВВО с полноповоротной по азимуту многолучевой ФАР автоматически выдает на РПН 30Н6Е2 и КП СУ 83М6Е2 информацию о воздушной обстановке по самолетам и крылатым ракетам (в том числе изготовленным по технологии "Стелс"), летящим с любого направления. 

За счёт адаптивного использования широкобазовых сигналов и многочастотной работы локатор обеспечивает высокоэффективное обнаружение как маловысотных целей, так и целей на средних и больших высотах. Для обнаружения целей на предельно малых высотах в условиях лесной и сильно пересечённой местности антенное устройство локатора может подниматься на специальную вышку- 966АА14. 

ВВО 96Л6Е предназначен для обнаружения, определения государственной принадлежности, распознавания классов, завязки и сопровождения трасс воздушных объектов, выдачи целеуказаний и трехкоординатной информации обо всех обнаруженных воздушных объектах потребителям по радиоканалу, кабельному каналу и (или) волоконнооптической линии связи. 

Порядок передачи информации потребителю организационно определяется согласованным протоколом сопряжения, а аппаратно - путем замены перепрограммируемых интерфейсных карт. ВВО 96Л6Е может быть использован в составе систем С-300ПМУ, С-300ПМУ-1, С-300ПМУ-2, в том числе при ведении боевых действий одним дивизионом, совмещая функции низковысотного обнаружителя, обзорного радиолокатора и командного пункта, а также применяется в радиотехнических и зенитно-ракетных подразделениях в качестве РЛС боевого режима.

Совершенствование аппаратуры и программно-алгоритмического обеспечения наземных средств, ввод ракеты 48Н6Е2 с модернизированным боевым снаряжением, интеграция ЗРС и СУ в единую систему ПВО, использование новых радиолокационных средств, придаваемых ЗРС, позволили:

  • повысить эффективность поражения всех типов целей, в том числе малозаметных целей на предельно малых высотах, в сложной тактической и помеховой обстановке
  • достичь эффективного разрушения (подрыва) головных частей (ГЧ) баллистических ракет на траектории их полета при применении ЗУР 48Н6Е2 за счет совершенствования алгоритмов наведения и модернизации ее боевого снаряжения
  •  поражать аэродинамические цели на дальностях до 200 км на встречных и догонных курсах без разрывов зон поражения на параметре
  • повысить автономность ведения боевых действий ЗРС в т.ч. за счет применения автономного средства целеуказания нового поколения - ВВО 96Л6Е
  • использовать, наряду с ракетами 48Н6Е2, ракеты 48Н6Е системы С-300-ПМУ1
  • расширить возможности интеграции зенитного ракетного вооружения в различные системы противовоздушной обороны, в том числе работающие в стандартах НАТО. 

Тактико-технические показатели

Дальность поражения, км : 
аэродинамических целей 3 - 200
баллистических целей (по целеуказанию) 5 - 40
низколетящих целей (H=0.05-0.1км)    5-38
Высота поражения, км :
аэродинамических целей 0.01 - 27.0
баллистических целей (по целеуказанию)   2 - 25
Максимальный курсовой параметр, км ±195
Секторы автономного обзора (угол места х азимут), град :
по низколетящим целям 1 х 90
по аэродинамическим целям 14 х 64
по баллистическим целям 10 х 32
Количество одновременно обстреливаемых целей 36
Количество одновременно наводимых ракет 72
Максимальная скорость поражаемых целей, м/с 2800
Вероятность поражения одной ракетой :
аэродинамических целей 0.8-0.95
баллистических целей (по целеуказанию)  0.8-0.97
Время реакции, с 8-10 
Время развертывания средств системы с марша, мин 5
Темп стрельбы, с 3
Боевой расчет, чел 4-6
Скорость передвижения боевых частей по шоссе, км/ч 60
Скорость передвижения боевых частей по грунтовым дорогам, км/ч 30
Ракета 48Н6Е2 

www.arms-expo.ru