Станислав Петров. Человек, предотвративший ядерную войну. Станислав евграфович петров


Петров, Станислав Евграфович — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Дата рожденияМесто рожденияПринадлежностьРод войскЗваниеНаграды и премии
Станислав Евграфович Петров

1939(1939)

Владивосток[1], РСФСР

СССР СССР Россия Россия

Войска ПВО

Подполковник в отставке

<imagemap>: неверное или отсутствующее изображение

• Награда Ассоциации граждан мира• Дрезденская премия

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Петров.

Станисла́в Евгра́фович Петро́в (род. 1939) — советский офицер, который 26 сентября 1983 года предотвратил потенциальную ядерную войну, когда из-за ложного срабатывания системы предупреждения о ракетном нападении поступило сообщение об атаке со стороны США.

Подполковник в отставке.

26 сентября 1983

В ночь на 26 сентября 1983 года подполковник Станислав Петров был оперативным дежурным командного пункта Серпухов-15, находящегося в 100 км от Москвы. В это время холодная война находилась на своём пике: три с половиной недели назад Советским Союзом был сбит дважды нарушивший границу южнокорейский пассажирский «Боинг-747». В командный пункт поступала информация от принятой на вооружение годом раньше космической системы раннего предупреждения «Око». В случае ракетного нападения немедленно ставилось в известность руководство страны, которое и принимало решение об ответно-встречном ударе. 26 сентября во время дежурства Петрова компьютер сообщил о запуске ракет с американской базы. Однако, проанализировав обстановку («запуски» были произведены лишь из одной точки и состояли всего из нескольких МБР), подполковник Петров решил, что это ложное срабатывание системы.

Последующее расследование установило, что причиной послужила засветка датчиков спутника солнечным светом, отражённым от высотных облаков. Позднее в космическую систему были внесены изменения, позволяющие исключить такие ситуации.

Из-за военной секретности и политических соображений действия Петрова стали известны широкой общественности только в 1993 году, когда генерал-полковник Ю. В. Вотинцев (во время описываемых событий — командующий Войсками противоракетной и противокосмической обороны ПВО МО СССР[2]) опубликовал краткое изложение этих событий[3].

После выхода в отставку живёт и работает в подмосковном Фрязино.

Награды

  • 19 января 2006 года в Нью-Йорке в главном офисе ООН Станиславу Петрову была вручена специальная награда международной общественной организации «Ассоциация граждан мира». Она представляет собой хрустальную статуэтку «Рука, держащая земной шар» с выгравированной на ней надписью «Человеку, который предотвратил ядерную войну».
  • 24 февраля 2012 года в Баден-Бадене Станиславу Петрову вручена премия в области немецких СМИ за 2011 год.
  • 17 февраля 2013 года стал лауреатом Дрезденской премии, присуждаемой за предотвращение вооруженных конфликтов (25 000 евро).

Упоминания в произведениях

  • В 2014 году вышел посвящённый Станиславу Петрову документально-художественный фильм датского режиссёра «Человек, который спас мир»[4].
  • Вольная версия биографии Станислава Петрова излагается в первой серии американского научно-фантастического сериала Pioneer One.

См. также

Напишите отзыв о статье "Петров, Станислав Евграфович"

Примечания

  1. ↑ [www.gazeta.ru/social/2013/02/26/4981721.shtml «Газета.Ru», Дарья Загвоздина, «Детям говорили, что у отца трудная работа».]
  2. ↑ [wwii-soldat.narod.ru/200/ARTICLES/BIO/votintsev_yv.htm Солдаты XX века — Вотинцев Юрий Всеволодович]
  3. ↑ Вотинцев Ю. В. [arta46.narod.ru/libr/wotin/wotin_3.htm Неизвестные войска исчезнувшей сверхдержавы] / Военно-исторический журнал. — № 10, 1993.
  4. ↑ [themanwhosavedtheworldmovie.com Официальный сайт фильма «Человек, который спас мир»]
  5. ↑ [www.dw.de/dw/article/0,,15766472,00.html Немецкую премию получил бывший советский офицер]

Литература

  • Александр Рогоза [www.msk.kp.ru/daily/26139.3/3028054/ Подполковник Ракетных войск Станислав Петров: Я спас мир? Это был рабочий эпизод] // Комсомольская правда : газета. — 2013. — № 39 (26138). — С. 10. — ISSN [www.sigla.ru/table.jsp?f=8&t=3&v0=0233-433X&f=1003&t=1&v1=&f=4&t=2&v2=&f=21&t=3&v3=&f=1016&t=3&v4=&f=1016&t=3&v5=&bf=4&b=&d=0&ys=&ye=&lng=&ft=&mt=&dt=&vol=&pt=&iss=&ps=&pe=&tr=&tro=&cc=UNION&i=1&v=tagged&s=0&ss=0&st=0&i18n=ru&rlf=&psz=20&bs=20&ce=hJfuypee8JzzufeGmImYYIpZKRJeeOeeWGJIZRrRRrdmtdeee88NJJJJpeeefTJ3peKJJ3UWWPtzzzzzzzzzzzzzzzzzbzzvzzpy5zzjzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzztzzzzzzzbzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzvzzzzzzyeyTjkDnyHzTuueKZePz9decyzzLzzzL*.c8.NzrGJJvufeeeeeJheeyzjeeeeJh*peeeeKJJJJJJJJJJmjHvOJJJJJJJJJfeeeieeeeSJJJJJSJJJ3TeIJJJJ3..E.UEAcyhxD.eeeeeuzzzLJJJJ5.e8JJJheeeeeeeeeeeeyeeK3JJJJJJJJ*s7defeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeSJJJJJJJJZIJJzzz1..6LJJJJJJtJJZ4....EK*&debug=false 0233-433X].

Ссылки

  • Юрий Васильев. [www.flb.ru/info/27637.html Тот, который не нажал]. Московские новости (27 апреля 2004). Проверено 19 марта 2011.
  • [top.rbc.ru/society/16/11/2012/825477.shtml Россиянин премирован за предотвращение ядерной войны.]
  • [lenta.ru/news/2006/01/20/petrov/ Награждение Станислава Петрова специальной премией.]
  • [www.popmech.ru/article/2642-ballisticheskie-prizraki/ Статья «Баллистические призраки».] в журнале «Популярная механика».
  • [trv-science.ru/2014/03/11/nauka-reshaet-fundamentalnye-zadachi/ Наука решает фундаментальные задачи… 11 марта 2014 года. ТрВ № 149, c. 11, «Наука и общество» Михаил Родкин.]
  • [www.gazeta.ru/social/2013/02/26/4981721.shtml «Газета. Ru», Дарья Загвоздина, «Детям говорили, что у отца трудная работа».]

Отрывок, характеризующий Петров, Станислав Евграфович

– Честное слово!

Уже был второй час ночи, когда Пьер вышел oт своего друга. Ночь была июньская, петербургская, бессумрачная ночь. Пьер сел в извозчичью коляску с намерением ехать домой. Но чем ближе он подъезжал, тем более он чувствовал невозможность заснуть в эту ночь, походившую более на вечер или на утро. Далеко было видно по пустым улицам. Дорогой Пьер вспомнил, что у Анатоля Курагина нынче вечером должно было собраться обычное игорное общество, после которого обыкновенно шла попойка, кончавшаяся одним из любимых увеселений Пьера. «Хорошо бы было поехать к Курагину», подумал он. Но тотчас же он вспомнил данное князю Андрею честное слово не бывать у Курагина. Но тотчас же, как это бывает с людьми, называемыми бесхарактерными, ему так страстно захотелось еще раз испытать эту столь знакомую ему беспутную жизнь, что он решился ехать. И тотчас же ему пришла в голову мысль, что данное слово ничего не значит, потому что еще прежде, чем князю Андрею, он дал также князю Анатолю слово быть у него; наконец, он подумал, что все эти честные слова – такие условные вещи, не имеющие никакого определенного смысла, особенно ежели сообразить, что, может быть, завтра же или он умрет или случится с ним что нибудь такое необыкновенное, что не будет уже ни честного, ни бесчестного. Такого рода рассуждения, уничтожая все его решения и предположения, часто приходили к Пьеру. Он поехал к Курагину. Подъехав к крыльцу большого дома у конно гвардейских казарм, в которых жил Анатоль, он поднялся на освещенное крыльцо, на лестницу, и вошел в отворенную дверь. В передней никого не было; валялись пустые бутылки, плащи, калоши; пахло вином, слышался дальний говор и крик. Игра и ужин уже кончились, но гости еще не разъезжались. Пьер скинул плащ и вошел в первую комнату, где стояли остатки ужина и один лакей, думая, что его никто не видит, допивал тайком недопитые стаканы. Из третьей комнаты слышались возня, хохот, крики знакомых голосов и рев медведя. Человек восемь молодых людей толпились озабоченно около открытого окна. Трое возились с молодым медведем, которого один таскал на цепи, пугая им другого. – Держу за Стивенса сто! – кричал один. – Смотри не поддерживать! – кричал другой. – Я за Долохова! – кричал третий. – Разними, Курагин. – Ну, бросьте Мишку, тут пари. – Одним духом, иначе проиграно, – кричал четвертый. – Яков, давай бутылку, Яков! – кричал сам хозяин, высокий красавец, стоявший посреди толпы в одной тонкой рубашке, раскрытой на средине груди. – Стойте, господа. Вот он Петруша, милый друг, – обратился он к Пьеру. Другой голос невысокого человека, с ясными голубыми глазами, особенно поражавший среди этих всех пьяных голосов своим трезвым выражением, закричал от окна: «Иди сюда – разойми пари!» Это был Долохов, семеновский офицер, известный игрок и бретёр, живший вместе с Анатолем. Пьер улыбался, весело глядя вокруг себя. – Ничего не понимаю. В чем дело? – Стойте, он не пьян. Дай бутылку, – сказал Анатоль и, взяв со стола стакан, подошел к Пьеру. – Прежде всего пей. Пьер стал пить стакан за стаканом, исподлобья оглядывая пьяных гостей, которые опять столпились у окна, и прислушиваясь к их говору. Анатоль наливал ему вино и рассказывал, что Долохов держит пари с англичанином Стивенсом, моряком, бывшим тут, в том, что он, Долохов, выпьет бутылку рому, сидя на окне третьего этажа с опущенными наружу ногами. – Ну, пей же всю! – сказал Анатоль, подавая последний стакан Пьеру, – а то не пущу! – Нет, не хочу, – сказал Пьер, отталкивая Анатоля, и подошел к окну. Долохов держал за руку англичанина и ясно, отчетливо выговаривал условия пари, обращаясь преимущественно к Анатолю и Пьеру. Долохов был человек среднего роста, курчавый и с светлыми, голубыми глазами. Ему было лет двадцать пять. Он не носил усов, как и все пехотные офицеры, и рот его, самая поразительная черта его лица, был весь виден. Линии этого рта были замечательно тонко изогнуты. В средине верхняя губа энергически опускалась на крепкую нижнюю острым клином, и в углах образовывалось постоянно что то вроде двух улыбок, по одной с каждой стороны; и всё вместе, а особенно в соединении с твердым, наглым, умным взглядом, составляло впечатление такое, что нельзя было не заметить этого лица. Долохов был небогатый человек, без всяких связей. И несмотря на то, что Анатоль проживал десятки тысяч, Долохов жил с ним и успел себя поставить так, что Анатоль и все знавшие их уважали Долохова больше, чем Анатоля. Долохов играл во все игры и почти всегда выигрывал. Сколько бы он ни пил, он никогда не терял ясности головы. И Курагин, и Долохов в то время были знаменитостями в мире повес и кутил Петербурга. Бутылка рому была принесена; раму, не пускавшую сесть на наружный откос окна, выламывали два лакея, видимо торопившиеся и робевшие от советов и криков окружавших господ. Анатоль с своим победительным видом подошел к окну. Ему хотелось сломать что нибудь. Он оттолкнул лакеев и потянул раму, но рама не сдавалась. Он разбил стекло. – Ну ка ты, силач, – обратился он к Пьеру. Пьер взялся за перекладины, потянул и с треском выворотип дубовую раму. – Всю вон, а то подумают, что я держусь, – сказал Долохов. – Англичанин хвастает… а?… хорошо?… – говорил Анатоль. – Хорошо, – сказал Пьер, глядя на Долохова, который, взяв в руки бутылку рома, подходил к окну, из которого виднелся свет неба и сливавшихся на нем утренней и вечерней зари. Долохов с бутылкой рома в руке вскочил на окно. «Слушать!»

wiki-org.ru

Станислав Петров. Человек, предотвративший ядерную войну » Военное обозрение

19 мая 2017 года в подмосковном Фрязино ушел из жизни отставной советский офицер Станислав Евграфович Петров, который в ночь с 25 на 26 сентября 1983 года фактически предотвратил ядерную войну, которая могла начаться из-за ложного срабатывания системы предупреждения о ракетном нападении. Система сообщила об атаке со стороны США. Станислав Петров стал одним из главных героев холодной войны, про него писали книги и даже сняли документально-художественный фильм, его награждали в штаб-квартире ООН. При этом сам он никогда не считал себя героем. В интервью журналистам «Комсомольской правды» он говорил: «Я спас мир? Нет, ну какой я герой!» Тот случай в сентябре 1983 года он называл рабочим эпизодом, который был очень трудным, но в котором ему удалось хорошо сработать.

Перенесемся в тот 1983 год. Холодная война в самом разгаре, начинается новый ее виток. 8 марта, выступая перед Национальной ассоциацией евангелистов США во Флориде, американский президент Рональд Рейган назвал Советский Союз «империей зла». 4 апреля в районе Малой Курильской гряды 6 американских штурмовиков A7 вошли в воздушное пространство СССР на глубину от 2 до 30 километров и провели условное бомбометание по территории острова Зелёный, сделав несколько заходов для атаки наземных целей. 1 сентября того же года советский истребитель-перехватчик сбивает южнокорейский пассажирский «Боинг-747», самолет отклонился от обычной трассы полета на 500 километров, дважды нарушив воздушное пространство СССР.

Холодная война в любой момент могла превратиться в горячую, именно в такой обстановке в ночь с 25 на 26 сентября 1983 года на боевое дежурство заступил подполковник Станислав Евграфович Петров. Он был оперативным дежурным на командном пункте системы предупреждения ракетного нападения в секретной части Серпухов-15. Для обычных людей здесь находился Центр по наблюдению за небесными светилами, однако в действительности никто здесь за небесными светилами не наблюдал. Под вывеской центра скрывался один из самых секретных объектов Минобороны Советского Союза. Годом ранее на боевое дежурство как раз заступила система «Око-1» — спутниковая система обнаружения пусков межконтинентальных баллистических ракет. Данная система входила в состав космического эшелона системы предупреждения о ракетном нападении.

В 0 часов 15 минут на командном пункте системы предупреждения ракетного нападения (СПРН) в секретной части Серпухов-15 компьютер неожиданно выдал информацию: с территории США была запущена межконтинентальная баллистическая ракета — ее цель Советский Союз. Как вспоминал впоследствии Станислав Евграфович: «Машина показывала, что достоверность информации высшая». «Сирена орала как оглашенная, сверху на экране высветились большие красные буквы СТАРТ. Это означает, что МБР точно пошла. Я посмотрел вниз на свой боевой расчет. В это время кто-то даже поднялся со своих мест, они стали оборачиваться на меня. Пришлось повысить голос, для того чтобы все немедленно заняли снова свои посты. Необходимо было проверить поступившую информацию. Не могло оказаться так, что это на самом деле была баллистическая ракета с боеголовками на борту…», — отмечал Петров.

Имеющаяся система предупреждения о ракетном нападении позволяла отслеживать чужие запуски баллистических ракет и гражданских ракет-носителей. Запуск отслеживался уже в момент выхода ракеты из шахты. Все уровни проверки подтверждали: ракета выпущена. «Собственно, что требовалось от людей? Машина давала нам все вводные, предоставляла «доказательную базу», а дежурный на командном пункте согласно инструкции должен был докладывать наверх. Уже там решался вопрос об ответных пусках», — вспоминал офицер. Однако Станислав Петров сомневался, при настоящей атаке на СССР ракеты должны были стартовать сразу с нескольких баз, а не с одной, как показывала система.

— Все данные, которые обрабатывались нашим компьютером, дублировались и вышестоящему начальству. Там были в удивлении: почему от дежурного смены не поступает подтверждения? Через пару минут на КП раздался звонок, звонили по правительственной связи. Подняв трубку, я доложил звонившему дежурному: «Я выдаю вам ложную информацию». Дежурный коротко ответил: «Понял». Станислав Петров до сих пор благодарен этому человеку, который не нагнетал обстановку, не срывался, а общался с ним четко, без лишних вопросов и произнесенных фраз. В тот момент это было особенно важно. В это время система оповестила всех на КП об очередном запуске. Теперь она отмечала, что пошла вторая баллистическая ракета. Снова крупно загорелись буквы «СТАРТ». После этого в течение трех минут последовало еще три сообщения и надпись «СТАРТ» сменилось на еще более зловещею «РАКЕТНОЕ НАПАДЕНИЕ».

Пуск ракеты Minuteman III

Эти мгновения стали одними из самых сложных не только в офицерской карьере Петрова, но и всей его жизни. За очень ограниченное время ему необходимо было проанализировать большое количество различных факторов, после чего постараться принять верное решение. Принятие неверного решения в этих условиях грозило началом настоящей ядерной войны, которая могла поставить крест на всем нашем мире. Поэтому подполковник Петров поднял на уши все доступные ему службы. Специалисты по визуальному контролю, которые всматривались в экраны видеоконтрольных устройств — ВКУ (стоит отметить, что «визуальщиками» были обычные солдаты) ничего не видели. На экранах ВКУ должен был отображаться яркий «хвост» из сопла стартовавшей ракеты. О том, что не могут обнаружить якобы стартовавшие ракеты, сообщали и специалисты надгоризонтальной радиолокации.

С момента запуска баллистической ракеты противником до принятия решения об осуществлении ответного запуска у руководства СССР имелось не более 28 минут. Лично у Станислава Петрова было 15 минут, для того чтобы принять единственно верное решение. Он справедливо сомневался в том, что США решили нанести ядерный удар по территории СССР — его, как и всех других офицеров, инструктировали, что при проведении настоящей ядерной атаке ракеты будут запущены с нескольких баз сразу (таких баз у американцев тогда было 9). Проанализировав всю поступившую информацию: то что запуски были произведены из одной точки, взлетело всего несколько МБР, а также то, что «визуальщики» не зафиксировали никаких следов ракет, а надогоризонтальная радиолокация не обнаружила цели, подполковник Петров принял решение, что тревога ложная. Он доложил о ложном срабатывании системы по цепочке вверх. Уже затем командующий войсками противоракетной и противокосмической обороны генерал-полковник Юрий Всеволодович Вотинцев, прибыв на КП, доложил о ложном срабатывании системы главкому и министру обороны страны Дмитрию Фёдоровичу Устинову.

Проведенное после данного происшествия расследование показало, что причиной сбоя системы стала засветка датчиков советских спутников солнечным светом, который отразился от высотных облаков. Как позднее вспоминал Станислав Петров, его сначала хотели поощрить и обещали даже представить к награде, но вместо этого объявили выговор — за незаполненный боевой журнал. А уже в 1984 году он ушел в отставку, так и не дослужившись до звания полковника. Вместе со своей семьей он поселился в подмосковном Фрязино, где получил квартиру. Вопреки слухам произошло это по сугубо личным причинам, жена Петрова серьезно заболела, поэтому он и решил уволиться со службы. При этом тот сентябрьский инцидент в Серпухове-15 оставался государственной тайной до начала 1990-х годов, о том дежурстве ничего не знала даже жена офицера.

Стоит отметить, что подобные случаи происходили не только в СССР. Согласно данным советской разведки, американские системы раннего предупреждения о ракетном нападении также давали сбои и подавали ложные сигналы тревоги, приближая человечество к чудовищной катастрофе. В одном случае американцы даже подняли по тревоге свои стратегические бомбардировщики, которые успели достичь Северного полюса, откуда планировали нанести массированный ракетный удар по территории Советского Союза. В другом случае американцы объявили тревогу, приняв за советские ракеты миграцию птичьих стай. К счастью, подобные случаи удалось вовремя распознать, поэтому до запуска в ответ баллистических ракет дело не дошло.

Возвращаясь к Станиславу Евграфовичу, можно отметить, что настоящая известность к нему пришла после того, как о нем начали писать и снимать передачи в Европе и США. К примеру, в сентябре 1998 года Карл Шумахер гробовщик по профессии и политический активист из немецкого городка Оберхаузен прочел в газете Bild небольшой материал, в котором упоминался советский офицер. В заметке газеты Bild говорилось о том, что человек, которому удалось предотвратить ядерный конфликт, живет в небольшой фрязинской квартире, его жена умерла от рака, а пенсии не хватает на жизнь. Об этом сам Шумахер рассказал журналистам «Медузы». Карл Шумахер пригласил Станислава Петрова в Германию, чтобы тот лично рассказал о данном эпизоде холодной войны местным жителям. Станислав откликнулся на поступившее предложение и, приехав в Германию, дал интервью местному телевизионному каналу. Также о его приезде написало сразу несколько местных газет.

Таким образом, история подполковника Станислава Петрова стала известна всему миру. После данной поездки о нем написали все самые крупные мировые средства массовой информации, среди которых были Spiegel, Die Welt, Die Zeit, Radio1, CBS, Daily Mail и Washington Post. Благодаря этому, то дежурство стало одним из основных символических эпизодов холодной войны, наряду с визитом в Советский Союз в 1983 году американской девочки Саманты Смит или переговорами между президентом США Рональдом Рейганом и генеральным секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачевым в 1985-86 годах. История Петрова была довольно подробно описана в книге «Мертвая рука» Дэвида Хоффмана — одном из главных мировых произведений о периоде «холодной войны».

Заслуги советского офицера были высоко оценены мировым сообществом. 19 января 2006 года в Нью-Йорке в штаб-квартире ООН Станиславу Евграфовичу Петрову была вручена хрустальная статуэтка, которая изображала руку, держащую земной шар. На статуэтке была сделана надпись: «Человеку, который предотвратил ядерную войну». 24 февраля 2012 года в Баден-Бадене ему была вручена премия в области немецких СМИ за 2011 год. А 17 февраля 2013 года Петров стал лауреатом Дрезденской премии, присуждаемой людям за предотвращение вооруженных конфликтов.

В 2014 году на экраны вышел документально-художественный фильм «Человек, который спас мир». Как позднее рассказывал сам Станислав Петров в интервью газете «Комсомольская правда», сыгравший в фильме одну из главных ролей актер Кевин Костнер прислал ему денежный перевод в размере 500 долларов — в благодарность за то, что он не поднял в небо ракеты с ядерными боеголовками на борту. Можно отметить, что в мире Петров, возможно, был даже более известным человеком, чем в родной стране.

Станислав Петров скончался в собственной квартире, где и прожил всю жизнь в возрасте 77 лет. О его смерти не написало тогда ни одно СМИ, известно о ней стало лишь спустя четыре месяца, когда ему начали звонить старые товарищи, чтобы поздравить с днем рождения и услышали от его сына эту страшную новость. Как писала уже в сентябре 2017 года «Российская газета», человек, который спас мир, умер в одиночестве. Это произошло тихо и незаметно для спасенного им мира. Так же его и похоронили: в дальней могилке обычного городского кладбища, без прощального салюта и звуков военного оркестра.

topwar.ru

40 минут до Третьей мировой

В последние месяцы резко обострились российско-американские отношения. Политологи рассуждают, как о реальности, о возможности ядерного конфликта между державами. Забывая, как много в накаленной атмосфере зависит даже от случайной искры...

Автор "Родины" был близко знаком с офицером, который в ночь с 25 на 26 сентября 1983 года предотвратил Третью мировую войну. Свои воспоминания Дмитрий Лиханов предложил нашему журналу.

25 сентября 1983 года."Спецзона"

В подмосковном Центре по наблюдению за небесными светилами на самом деле никто за небесными светилами не наблюдал. Под вывеской Центра за железобетонным забором с колючей проволокой и вооруженными солдатами на КПП скрывался один из наиболее секретных объектов Министерства обороны СССР. Именно здесь находились, образно говоря, зоркие глаза вооруженных сил страны, круглые сутки наблюдавшие за территорией США и прилегающей акваторией Мирового океана с одной только целью: вовремя засечь старт баллистической ракеты.

Центр начали строить в начале семидесятых, а на боевое дежурство поставили только десять лет спустя. И это неудивительно. Ведь помимо военного городка со школами, магазинами и жилыми домами для офицеров дорогостоящий проект предусматривал создание так называемой "спецзоны", о существовании которой гражданские жители городка догадывались по громадному белому шару, возвышающемуся над лесом наподобие чудовищного шампиньона.

И только военные знали наверняка, что "зона" связана с Москвой специальной закодированной связью, а упрятанным под "шампиньоном" 30метровым локатором - с орбитальной космической группировкой спутников-шпионов; что запуск любой американской ракеты будет зафиксирован уже на старте и в то же мгновение светящийся "хвост" из сопла увидят на мониторах подмосковного командного пункта; что гигантский компьютер М-10 в доли секунды обработает поступающую от спутников информацию, определит место старта, укажет класс ракеты, ее скорость и координаты.

Случись ядерная война, первыми об этом узнают в "спецзоне".

25 сентября. Боевой расчет

В тот вечер сорокачетырехлетний подполковник Станислав Евграфович Петров, прихватив стопку бутербродов, пахучее крошево заварки и кулек с желтым сахаром - провиант на случай ночного дежурства, вышел из подъезда дома N 18 по улице Циолковского и, придерживая рукой фуражку, - бегом к автобусной остановке, где угарно попыхивал раздрызганный служебный "пазик". Дома подполковник оставил больную жену да двух ребятишек.

По колдобистой "бетонке" автобус долго трясся до единственной остановки - "спецзоны". Сюда же постепенно подтягивался весь боевой расчет - без малого сто человек, половина из которых офицеры. В 20.00, строго по графику, боевой расчет выстроился подле флагштока, на вершине которого трепыхалось красное полотнище. Петров проверил наличие людей и, как это полагается, некомандирским своим голосом проговорил:

"Приказываю заступить на боевое дежурство по охране и обороне воздушных границ Союза Советских Социалистических Республик".

Пятьдесят метров бегом до стеклянных дверей командного пункта, несколько пролетов по лестнице, и вот он уже на ЦКП (центральном командном пункте). Тут все как обычно: мертвый штиль. Помигивают лампочки индикации, мерцают экраны видеоконтрольных устройств (ВКУ), молчат телефоны спецсвязи, а за толстенным витринным стеклом во всю стену оперативного зала призрачно светятся зеленоватым светом две электронные карты: СССР и США - поля будущих ядерных сражений.

Время от времени, когда на командном пункте проходили боевые учения и разработчики прогоняли через М-10 различные варианты имитационных программ, Петров наблюдал будущую войну, что называется, живьем. Тогда на американской карте высвечивалось место старта баллистической ракеты, а на экране ВКУ вспыхивал яркий "хвост" из ее сопла. В эти мгновения подполковник пытался представить себе, что было бы, случись это на самом деле. И тут же понимал, что любые мысли на этот счет лишены всякого смысла: если уж начнется глобальная ядерная заваруха, у него останется пара минут, чтобы раздать нужные команды, да еще минута, чтобы выкурить последнюю сигарету.

Покуда новый боевой расчет подменял предыдущий, или, говоря на сленге ЦКП, "вшивался" в работу, Петров с помощником сварганили на электрической плитке крепкого чайку и поудобнее устроились в своих командирских креслах. До выхода очередного спутника на рабочий участок оставалось около двух часов.

25 сентября. Начало сеанса связи

Подполковник Станислав Петров:

- В то время у нас в космосе была развернута орбитальная группировка космических аппаратов. Спутники кружатся в космосе вроде карусели и следят за всем, что происходит на территории Соединенных Штатов Америки, которую мы в то время называли "ракетоопасный район". Тогда у американцев имелось девять баз, на которых размещались баллистические ракеты. Вот за этими базами мы и следили.

Чаще всего американцы запускали свои ракеты с Восточного и Западного полигонов. С Западного стреляли "Трайдентами" и "Минитменами" в акваторию Тихого океана. А с Восточного пускали ракетоносители. Восточный полигон неподалеку от мыса Канаверал, так что, вполне естественно, мы отслеживали и запуски космических кораблей. Надо сказать, пуск ракеты ни с чем не перепутаешь. Сперва загорается яркая точка на старте, растет, удлиняется, а потом такой загогулиной уходит за "горбушку" Земли. За время своей службы на объекте я такие "загогулины" видел десятки, а то и сотни раз - их ни с чем не спутаешь.

Работа, в общем-то, муторная. Спутник проходит рабочий участок за шесть часов. Затем его сменяет следующий. Так что нам остается только правильно скоординировать космический аппарат на орбите. Потом снова скучаешь. Даже тошно. Послушаешь, как переговариваются операторы, да книжку иногда почитаешь - вот и все развлечения. Кстати, в тот день я оказался оперативным дежурным по ЦКП случайно. Подменил товарища.

Где-то там, на высоте 38 000 километров, советский спутник "Космос-1382" медленно подплывал к тому месту, где его надежно подхватят невидимые щупальца гигантского локатора. За мгновение до начала сеанса телеметрической связи подполковник Петров мельком взглянул на монитор ВКУ. Половинка "горбушки" все еще была ярко освещена Солнцем. На другой господствовала ночь. Между ними - линия терминатора. Именно эта линия чаще всего доставляла неприятности оперативным дежурным ЦКП. Именно на ней компьютер чаще всего давал сбои. И не только потому, что на границе ночи и дня старт ракеты едва заметен, но еще и потому, что сама система предупреждения о старте баллистических ракет, несмотря на то, что над ее созданием трудились тысячи специалистов в секретных советских КБ, все еще оставалась сырой. Американцы свою систему предупреждения поставили на боевое дежурство гораздо раньше. Наши спешили...

Подполковник Станислав Петров:

- 13 июля 1983 года на ЦКП проводились запланированные регламентные работы. На специальном компьютере, отключенном от всех оповещаемых объектов, мы целый день гоняли через имитационные системы одну боевую программу и в конце концов даже подготовили акт о приемке этой программы с внесенными доработками. Но когда попробовали прогнать программу через рабочий компьютер, из-за неисправности в одном из блоков системы обмена машина выдала ложную информацию о массовом старте баллистических ракет. Начальник штаба армии генерал Завалий отдал устное приказание снять все разработки с эксплуатации. Разработчики, а они люди штатские, категорически отказались выполнять приказ генерала и уехали с объекта. Тогда военные сняли эти разработки своими руками. Думаю, этот инцидент имел самое прямое отношение к тому, что произошло у нас в сентябре.

25 сентября. Старт "Минитмена"

На крыше КП загрохотали маховики поворотных механизмов, и трехсоттонный радар с такой силой развернул свою стальную "тарелку", что здание командного пункта совершенно отчетливо вздрогнуло. "Сто первый. Это сто второй, - послышался в динамиках внутренней радиосвязи голос главного оператора управления, - функциональный контроль и телеметрия в порядке, антенна выведена, траекторные измерения проведены. Аппаратура работает нормально".

Это значит, "Космос-1382" благополучно вышел на рабочий виток.

"Сто второй, сто третий. Говорит сто первый. - Теперь Петров отдавал приказание еще и главному оператору разведки. - Тысяча триста восемьдесят второй аппарат работает исправно. Приступить к обработке информации".

Подполковник откинулся в кресле, умиротворенно прикрыл веки. До пяти утра можно расслабиться.

Оглушительный звон зуммера вспорол дремотную тишь ЦКП. Петров взглянул на пульт, и его сердце от оглушительной порции адреналина чуть не разлетелось на куски. Перед глазами равномерно пульсировало красное пятно. Как обнаженное сердце. И одно слово: "Старт". И означать это могло только одно: там, на другом конце Земли, открылись чугунные створки шахты, и американская баллистическая ракета, изрыгая клубы отработанного топлива и огня, ринулась в небо, в сторону СССР.

Это была не учебная, а боевая тревога.

Через витринное стекло ЦКП подполковник видел теперь еще и электронную карту Америки. Бесстрастный М-10 своим нежно-зеленым компьютерным почерком подтверждал запуск баллистической ракеты с ядерной боеголовкой класса "Минитмен" с военной базы на Западном побережье США.

"Ей лететь минут сорок", - невольно пронеслось в голове Петрова. "Всему боевому расчету, - закричал он в микрофон в следующее мгновение, - проверить и доложить функционирование средств и боевых программ. Сто третий! Доложить наличие цели на визуальном направлении!"

Только сейчас он взглянул на монитор ВКУ. Все чисто. Никаких "хвостов". Зараза, может, его перекрывает линия терминатора?

"Сто первый, сто первый! - заорали динамики. - Это сто второй. Наземные средства, космические аппараты и боевые программы функционируют нормально". "Сто первый. Говорит сто третий, - послышалось следом, - визуальными средствами цель не обнаружена". "Вас понял", - ответил Петров.

Сейчас, несмотря на запреты, ему смертельно хотелось выматериться прямо в эфир. Почему он не видит ракету? Почему компьютер сообщает о старте, если все системы работают нормально? Почему? Но времени на риторические вопросы не было. Он знал, что информация о старте "Минитмена" автоматически пошла на командный пункт системы предупреждения о ракетном нападении. Оперативный дежурный КП СПРН (системы предупреждения о ракетном нападении) уже знал о старте "Минитмена". "Вижу, - кричит, - все вижу! Давай работай дальше!"

Подполковник Станислав Петров:

- И тут - новый сполох, новый старт. А у нас так: если система фиксирует один запуск ракеты, машина квалифицирует его как "старт", а если больше, то как "ракетно-ядерное нападение". "Это хреново, - думаю, - совсем хреново".

25 сентября. Третий запуск, четвертый!

В самом деле, если ракета и вправду летит на Союз, наличие цели сейчас же подтвердят надгоризонтальные и загоризонтальные средства обнаружения, после этого КП СПРН автоматически передаст информацию на оповещаемые объекты, и красные табло зажгутся в "ядерном чемоданчике" Генсека, на "крокусах" министра обороны, начальника Генерального штаба, командующих родами войск. Сразу после этого операторы запустят гироскопы советских баллистических ракет, ожидая решения высшего военно-политического руководства страны о нанесении ответного ядерного удара. Лишь только это решение состоится, главком ракетных войск по автоматической системе связи с войсками передаст закодированный вариант ответного удара и шифр для снятия блокировки с пусковых механизмов ракет, а командирам боевых комплексов останется только двумя ключами одновременно вскрыть сейфы с перфокартами программ, ввести их в компьютер баллистического оружия и нажать кнопку запуска.

И тогда начнется ядерная война. Всего через сорок минут.

Подполковник Станислав Петров:

- Проходит несколько мгновений, и тут третий запуск. А следом за ним - четвертый. Все произошло настолько стремительно, что я даже не сумел осознать, что же случилось. Я кричу: "Ё-мое, уже не могу!" Оперативный дежурный по КП СПРН - славный такой мужик - успокаивает меня. "Работай, - кричит, - спокойно работай!" Какое тут спокойно. Смотрю в зал. Боевой расчет передает информацию, а сами обернулись и смотрят в мою сторону. Честно говоря, в эти секунды решающей оказалась информация "визуальщиков", обычных солдат, которые часами сидят перед экранами в темных комнатах. Они не видели стартов американских ракет. Я тоже не видел их на своем экране. Стало ясно, что это "ложняк". Кричу оперативному дежурному: "Выдаем ложную информацию! Выдаем ложную информацию!" Но информация уже пошла.

26 сентября. "Ложняк"

"Ночью в мою квартиру на Университетский проспект позвонили с командного пункта и сообщили о том, что на объекте произошло ЧП, система выдала ложную информацию, - вспоминал в разговоре со мной бывший командующий войсками противоракетной и противокосмической обороны генерал-полковник в отставке Юрий Всеволодович Вотинцев. - Я тут же вызвал служебную машину и поехал на место. Дорога заняла примерно часа полтора. Утром, после предварительного разбирательства, доложил обо всем главкому. Главком доложил о ЧП Устинову устно, а я продиктовал для министра обороны шифровку следующего содержания:

"26 сентября 1983 года в 00 часов 15 минут из-за сбоя в программе вычислительной машины на борту космического аппарата имел место факт формирования ложной информации о старте баллистических ракет с территории США. Расследование на месте проводится Вотинцевым и Савиным".

Практически сразу стало ясно, что причина - в сбое компьютера. Но не только. В результате расследования мы вытащили на свет целый букет недоработок системы космического предупреждения о старте баллистических ракет. Главные проблемы заключались в боевой программе и несовершенстве космических аппаратов. А это основа всей системы. Все эти недоработки удалось устранить только к 1985 году, когда систему наконец поставили на боевое дежурство".

Справедливости ради надо сказать, подобные ЧП в разное время приключались и у потенциального противника. По данным советской военной разведки (ГРУ), американские системы предупреждения выдавали "ложняки" гораздо чаще наших, а последствия от них оказывались более ощутимыми. В одном случае поднятые по тревоге бомбардировщики ВМС США с ядерным оружием на борту даже достигли Северного полюса, чтобы нанести массированный удар по территории СССР. В другом американцы, приняв за советские ракеты миграцию птичьих стай, привели в боевую готовность свои баллистические ракеты. Но ни у нас, ни у них до пусковой кнопки, к счастью, дело не дошло. Соревнование высоких технологий то приближало две сверхдержавы к роковой черте, то снова разводило их на безопасное расстояние.

- А если не "ложняк"? - спрашивал я генерал-полковника Вотинцева. - Если бы в ту ночь американцы и в самом деле начали ядерную войну?

- Мы бы успели нанести ответный удар, - ответил он, - и по американским шахтам, и по их городам. Однако Москва была бы обречена. Система противоракетной обороны столицы бездействовала с 1977 по 1990 год - почти тринадцать лет. Все это время на стартовых позициях вместо противоракет под углом в шестьдесят градусов стояли ТЗК - транспортно-заряжающие контейнеры с муляжами. А вместо топлива и ядерных боеголовок в них был засыпан обычный песок...

Завещание подполковника Петрова

Последний раз мы встречались со Станиславом Евграфовичем Петровым в 1991 году. Его подвиг в сентябрьскую ночь командование не заметило. По итогам служебного расследования Петрова не наказали, но и не наградили. Подполковник жил на самом краю города Фрязино, в небольшой квартирке вместе с сыном и немощной женой. Недавно выбил себе телефон, чуть не плакал от радости...

После моей первой публикации многое изменилось в его жизни. Петрова стали приглашать на Запад в оплаченные поездки, вручали премии и награды. Датские кинематографисты Джейкоб Стаберг и Петер Антони сняли художественный фильм "Человек, который спас мир" с Кевином Кёстнером в главной роли. На голливудской тусовке в Нью-Йорке Кевин познакомил его с Робертом де Ниро и Метом Деймоном...

Готовя для "Родины" этот материал, я пытался отыскать следы офицера. Но ни в его родном Фрязино, ни в районном военкомате, ни в местной администрации, ни в совете ветеранов эту фамилию никто даже не вспомнил. А когда, наконец, разыскал его телефон через коллег из "Комсомольской правды", телефон не ответил.

Через месяц телефон откликнулся печальным голосом: "Папа умер на прошлой неделе".

Мы встретились с Дмитрием Станиславовичем Петровым все в той же, теперь совсем уже убитой квартире, где я разговаривал с его отцом 26 лет назад, на той же кухне с видом на исход лета. Сын рассказывал мне о смерти отца. Петрову сделали экстренную операцию на кишечнике, однако четырехчасовой наркоз окончательно расстроил его нервную и духовную систему. Он бредил, сражался с видениями, впадал в транс.

Дмитрий взял отпуск и месяц ухаживал за немощным отцом, кормил с ложечки детским питанием...

Человек, который спас мир, умер в одиночестве. Без исповеди и причастия, без веры и даже без сына, который в тот день ушел на работу. Умер тихо и незаметно для спасенного им мира. Так же его и хоронили. В дальней могилке городского кладбища. Без военных оркестров и прощального салюта.

Его слова, которые я записал много лет назад, звучат сегодня как завещание всем, от кого зависит мир на Земле:

- После той истории в сентябре 1983 года я стал смотреть на свою службу немного иными глазами. С одной стороны, существует боевая программа, с другой - человек. Но ни одна боевая программа не сможет заменить твой мозг, глаза, наконец, просто интуицию. И вместе с тем имеет ли право человек самостоятельно принять решение, от которого, быть может, зависит судьба нашей планеты?

rg.ru

26 сентября 1983 года подполковник Станислав Евграфович Петров

В ночь на 26 сентября 1983 года подполковник Станислав Петров был оперативным дежурным командного пункта Серпухов-15, находящегося в 100 км от Москвы. В это время холодная война находилась на своём пике: всего за три с половиной недели до того Советским Союзом был сбит дважды нарушивший границу южнокорейский пассажирский «Боинг-747». В командный пункт поступала информация от принятой на вооружение годом раньше космической системы раннего предупреждения «Око». В случае ракетного нападения немедленно ставилось в известность руководство страны, которое и принимало решение об ответно-встречном ударе. 26 сентября во время дежурства Петрова компьютер сообщил о запуске ракет с американской базы.

При одиночном запуске система квалифицирует его как «старт», при повторных уже как «ракетно-ядерное нападение». После этого наличие цели должны подтвердить надгоризонтные и загоризонтные средства обнаружения, после чего с командного пункта автоматически передаётся информация на оповещаемые объекты, красные табло зажигаются в «ядерном чемоданчике» Генерального секретаря ЦК КПСС, на «крокусах» министра обороны, начальника Генерального штаба, командующих родами войск. После этого операторы запускают гироскопы советских баллистических ракет, ожидая решения высшего военно-политического руководства страны о нанесении ответного ядерного удара. После него главком ракетных войск по автоматической системе связи с войсками должен передать закодированный вариант ответного удара и шифр для снятия блокировки с пусковых механизмов ракет, а командирам боевых комплексов останется только двумя ключами одновременно вскрыть сейфы с перфокартами программ, ввести их в компьютер баллистического оружия и нажать кнопку запуска. Подлётное время баллистической ракеты к территории СССР при пуске с мыса Канаверал, где находилась главная база МБР США, составляет 40 минут.

Однако, проанализировав обстановку («запуски» были произведены лишь из одной точки и состояли всего из нескольких МБР) и донесения «визуальщиков» — обычных солдат, которые отслеживают обстановку в воздушном и космическом пространстве на экранах в тёмных комнатах, однако в этот раз не зафиксировали стартов американских ракет, подполковник Петров решил, что это ложное срабатывание системы, и передал соответствующее оповещение по цепочке командованию. Командующий войсками противоракетной и противокосмической обороны генерал-полковник Юрий Всеволодович Вотинцев, прибыв на КП, доложил о ложном срабатывании системы главкому и министру обороны Д. Ф. Устинову

fishki.net

Станислав Петров | СССР - страна, которой нет

Станислав Евграфович Петров, кому-нибудь знакомо ли это имя? Навряд ли. Этот человек в СССР и теперь уже в России не очень известен. А между тем, в его руках была без преувеличения судьба всей нашей планеты. Да, немного не мало, именно всей планеты.

26 сентября 1983 года советский офицер, подполковник Станислав Петров, нёсший дежурство в командном пункте “Серпухов-15″ фактически предотвратил ядерную войну. В ту ночь относительно новая система раннего обнаружения пусков ракет с территории противника показала запуск нескольких межконтинентальных баллистических ракет со стороны США. Согласно уставу, Петров должен был немедленно доложить о ситуации высшему руководству страны, а именно, в то время Андропову. Однако, подполковник с начало проанализировал ситуацию, после чего решил, что реальной опасности нет, а система вероятно дала сбой. Такое решение было принято на основе того, что не логично было бы запускать всего несколько ракет и при том из одной точки. Если американцы и решились бы на ракетно ядерный удар, то наверняка это была бы очень массированная атака, а не несколько единичных пусков – говорил потом Петров.

Позже выяснилось, что это была ошибка недавно поставленной на вооружение системы обнаружения ракет. Она среагировала на солнечные блики от высоких облаков, приняв их за огненый след ракеты. Позже систему исправили, а всю историю строжайше засекретили, о ней стало известно только в 1998 году. Подполковник Петров в итоге остался без особых почестей, дослужился до законной пенсии и до сих пор ведёт спокойный образ жизни у себя дома. Единственная награда ему была вручена совсем недавно, в 2006 году, в Нью-Йорке, это была хрустальная статуэтка “рука, держащая Земной шар”.

Если бы тогда Станислав Петров отправил бы предупреждение о вероятной ядерной атаке со стороны США правящему в то время Андропову, то он с вероятность 99% отдал бы приказ о масштабном ответном ударе. В то время холодная война была в самом разгаре и возможность начала ядерной войны была действительно высока.

В России же, об этой истории предпочитают особо не вспоминать до сих пор. Ведь с одной стороны был спасён мир, а с другой нарушен устав и было не выполнено чёткое указание, согласно которому дежурный должен был предупредить о грозяшем ударе. А что если просто дрогнула рука? Что если была бы настоящая, а не ложная тревога? Да и можно представить состояние человека, который по сути выбирает между жизнью и смертью своей и всех своих близких. Но всё же, как показала история, в сложной ситуации Станислав Петров проявил себя именно как Герой, нашёл в себе силы принять очень важное решение и исправить ошибку компьютера, которая могла бы погубить мир.

back-in-ussr.ru

Станислав Евграфович Петров | KyKyRyzO

Станислав Евграфович Петров, подполковник. Находясь на боевом дежурстве в качестве руководителя центрального командного пункта в подмосковной ракетной части управляющей системой предупреждения о ракетном нападении получает 100% достоверную информацию от систем о запуске ракеты с ядерным зарядом с территории США. В течении нескольких минут приходит информация о запуске ещё нескольких ракет. Запускается проверка работоспособности системы раннего предупреждения, несколько десятков проверок завершаются положительно — сбоя и неисправностей в системе не выявлено, все узлы работают штатно.

Станислав Евграфович нарушает Устав, должностную инструкцию и совершает акт неповиновения, действия его подпадают под угрозу военного трибунала. Он отключает систему тревоги и не сообщает о принятом оповещении наверх. Информация не доходит до руководителя страны, который с вероятностью 99,9%, как человек не склонный к рефлексиям отдаст приказ о масштабном ответном ядерном ударе.

Сработала интуиция, как позднее он рассказывал: два аргумента было. Во–первых, ракетные нападения с одной базы не начинаются, взлетают со всех сразу. Во–вторых, компьютер по определению — дурак. Мало ли что он может за пуск принять.Система сообщила что все запуски американцы осуществили с одной единственной базы, а не с разных. К тому же, ни одной ракеты не было запущено с американских подводных лодок, расположенных в непосредственной близости от берегов СССР. Оперативно, следующим шагом, запрашивает специалистов по визуальному контакту и сеть надгоризонтальной радиолокации — ответ отрицательный — ничего не видим.

Петров оказался прав – расследование в течении года показало, что сложились воедино несколько маловероятных обстоятельств и оптика спутников–наблюдателей приняла солнечные блики на поверхности высоких облаков за ракетные шлейфы. Благодаря нарушению Устава сорокачетырехлетним подполковником атака советских ядерных сил на США, означавшая неизбежный конец человечества, 26 сентября 1983 года не состоялась.

На следующий день была комиссия, на радостях обещали наградить и погоны новые, но остыв передумали и сослались на то, что нашли нарушения заполнения боевого журнала. Спустя несколько лет подполковник подал в отставку — события той ночи оказались сильнейшим стрессом.

История оставалась засекреченной больше десятка лет после чего была раскрыта в 1998 году. Забытого полковника вспомнили, в благодарность за ту ночь недавно ему бесплатно провели телефон в квартиру в подмосковном Фрязине. В 2006 году в штаб–квартире ООН Станиславу Евграфовичу вручили бейсболку, а однажды денежный перевод на 500 долларов прислал актер Кевин Костнер.

Такой щедрой наградой мир отметил заслуги человека, спасшего от неминуемой смерти всё население Земли.

kykyryzo.ru

Петров, Станислав Евграфович — WiKi

26 сентября 1983 года

В ночь на 26 сентября 1983 года подполковник Станислав Петров был оперативным дежурным командного пункта Серпухов-15, находящегося в 100 км от Москвы. В это время холодная война находилась на своём пике: всего за три с половиной недели до того Советским Союзом был сбит дважды нарушивший границу южнокорейский пассажирский «Боинг-747». В командный пункт поступала информация от принятой на вооружение годом раньше космической системы раннего предупреждения «Око». В случае ракетного нападения немедленно ставилось в известность руководство страны, которое и принимало решение об ответно-встречном ударе. 26 сентября во время дежурства Петрова компьютер сообщил о запуске ракет с американской базы.

При одиночном запуске система квалифицирует его как «старт», при повторных уже как «ракетно-ядерное нападение»[5]. После этого наличие цели должны подтвердить надгоризонтные и загоризонтные средства обнаружения, после чего с командного пункта автоматически передаётся информация на оповещаемые объекты, красные табло зажигаются в «ядерном чемоданчике» Генерального секретаря ЦК КПСС, на «крокусах» министра обороны, начальника Генерального штаба, командующих родами войск. После этого операторы запускают гироскопы советских баллистических ракет, ожидая решения высшего военно-политического руководства страны о нанесении ответного ядерного удара. После него главком ракетных войск по автоматической системе связи с войсками должен передать закодированный вариант ответного удара и шифр для снятия блокировки с пусковых механизмов ракет, а командирам боевых комплексов останется только двумя ключами одновременно вскрыть сейфы с перфокартами программ, ввести их в компьютер баллистического оружия и нажать кнопку запуска. Подлётное время баллистической ракеты к территории СССР при пуске с мыса Канаверал, где находилась главная база МБР США, составляет 40 минут.

Однако, проанализировав обстановку («запуски» были произведены лишь из одной точки и состояли всего из нескольких МБР) и донесения «визуальщиков» — обычных солдат, которые отслеживают обстановку в воздушном и космическом пространстве на экранах в тёмных комнатах, однако в этот раз не зафиксировали стартов американских ракет, подполковник Петров решил, что это ложное срабатывание системы, и передал соответствующее оповещение по цепочке командованию. Командующий войсками противоракетной и противокосмической обороны генерал-полковник Юрий Всеволодович Вотинцев, прибыв на КП, доложил о ложном срабатывании системы главкому и министру обороны Д. Ф. Устинову[5].

Расследование причин ложной тревоги[5]

Последующее расследование установило, что причиной послужила засветка датчиков спутника солнечным светом, отражённым от высотных облаков.

Как рассказывал журналисту газеты «Совершенно секретно» Дмитрию Лиханову сам С. Е. Петров, 13 июля 1983 года на ЦКП проводились запланированные регламентные работы по новой боевой программе, однако когда её попробовали не в имитационном, а в рабочем режиме, из-за неисправности в одном из блоков системы обмена машина выдала ложную информацию о массовом старте баллистических ракет. «Начальник штаба армии генерал Завалий отдал устное приказание снять все разработки с эксплуатации. Разработчики, а они люди штатские, категорически отказались выполнять приказ генерала и уехали с объекта. Тогда военные сняли эти разработки своими руками. Думаю, этот инцидент имел самое прямое отношение к тому, что произошло у нас в сентябре. В результате расследования мы вытащили на свет целый букет недоработок системы космического предупреждения о старте баллистических ракет. Главные проблемы заключались в боевой программе и несовершенстве космических аппаратов. А это основа всей системы. Все эти недоработки удалось устранить только к 1985 году, когда систему наконец поставили на боевое дежурство».

Аналогичные инциденты в США

По данным советской военной разведки, американские системы раннего предупреждения также выдавали ложные сигналы тревоги, приближая мир к прямому военному конфликту. В одном случае поднятые по тревоге ядерные бомбардировщики ВМС США даже достигли Северного полюса, чтобы нанести массированный удар по территории СССР. В другом американцы объявили тревогу, приняв за советские ракеты миграцию птичьих стай. Но, к счастью, эти сигналы тревоги были вовремя распознаны и до пусков баллистических ракет дело не дошло[5].

Из-за военной секретности и политических соображений действия Петрова стали известны широкой общественности только в 1991 году, когда в еженедельнике «Совершенно секретно» был опубликован очерк журналиста Дмитрия Лиханова о подвиге С. Е. Петрова, написанный на основе интервью генерала-полковника Ю. В. Вотинцева (во время описываемых событий — командующий Войсками противоракетной и противокосмической обороны ПВО МО СССР[6]), состоявшегося в конце 1990 года. Впоследствии Ю. В. Вотинцев отразил события и в своих собственных воспоминаниях[7].

После событий

После выхода в отставку (в 1984 году) С. Е. Петров жил и работал в подмосковном Фрязино[8].

Станислав Петров умер 19 мая 2017 года в возрасте 77 лет. Журналист Дмитрий Лиханов сообщил об этом в своём аккаунте в Facebook 23 мая[9]. Новый очерк о Петрове вышел в журнале «Родина» в августе[5], 14 сентября со ссылкой на журнал информацию перепубликовала региональная немецкая газета WAZ[10], сообщившая, что в своей квартире в Подмосковье умер Станислав Петров — советский офицер, который в 1983 году мог отдать приказ о нанесении атомного удара по территории США. 16 сентября об этом написало латвийское русскоязычное интернет-издание Meduza[2], 18 числа вышли публикации в The New-York Times и Би-би-си[11].

Награды

  Станислав Евграфович Петров, Дрезден, 2013 год
  • 19 января 2006 года в Нью-Йорке в Штаб-квартире ООН Станиславу Петрову была вручена специальная награда международной общественной организации «Ассоциация граждан мира». Она представляет собой хрустальную статуэтку «Рука, держащая земной шар» с выгравированной на ней надписью «Человеку, который предотвратил ядерную войну».
  • 24 февраля 2012 года в Баден-Бадене Станиславу Петрову вручена премия в области немецких СМИ за 2011 год.
  • 17 февраля 2013 года стал лауреатом Дрезденской премии, присуждаемой за предотвращение вооружённых конфликтов (25 000 евро).

Упоминания в произведениях

  • В 2014 году вышел посвящённый Станиславу Петрову документально-художественный фильм датского режиссёра «Человек, который спас мир»[12].
  • Вольная версия биографии Станислава Петрова излагается в первой серии американского научно-фантастического сериала Pioneer One.

См. также

Примечания

Литература

Ссылки

ru-wiki.org