За сараевское убийство. Сараевское убийство


Сараевское убийство - это... Что такое Сараевское убийство?

В этой статье не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена. Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники. Эта отметка установлена 4 декабря 2011.
Мемориальная доска на месте убийства

Сараевское убийство — убийство 28 июня 1914 эрцгерцога Франца Фердинанда, наследника австро-венгерского престола, и его жены герцогини Софии Гогенберг в Сараево сербским гимназистом Гаврилой Принципом, членом сербской террористической организации «Млада Босна». Принцип входил в группу из 5 террористов, координировавшихся Данилой Иличем.

В Сербии имелся ряд националистических организаций, которые ставили своей задачей объединение южных славян и создание «Великой Сербии». Среди офицеров сербской армии существовала тайная организация под наименованием «Чёрная рука». Целью её было освобождение сербов, находившихся под властью Австро-Венгрии. Вождём «Чёрной руки» был полковник Драгутин Дмитриевич, по кличке «Апис», начальник сербской контрразведки. Правительство Пашича его побаивалось. Сербское правительство догадывалось о заговоре и не одобряло его, но и не мешало «Чёрной руке».

Убийство стало поводом для начала Первой мировой войны.

Предыстория

По берлинскому договору 1878 года Австро-Венгрия получила мандат на оккупацию и администрирование Боснии и Герцеговины, при сохранении формального суверенитета Османской империи. Впоследствии эти территории были аннексированы Австро-Венгрией. Часть южных славян, проживавших на этих землях, не хотели жить в Австро-Венгрии и стремились присоединить эти земли к соседней Сербии, недавно получившей независимость. Было образовано тайное общество «Чёрная Рука» стремившейся к объединению южных славян и её боснийское отделение «Млада Босна».

В конце июня 1914 года Франц Фердинанд посетил Боснию для наблюдения за военными маневрами и открытия музея в Сараево. Ехал он вместе со своей женой, Софьей Хотек. Франц Фердинанд считался сторонником триализма — идеи преобразования двойственной австро-венгерской монархии в тройственную австро-венгерско-славянскую. «Млада Босна» решила убить Франца Фердинанда. Убийство было поручено группе из шести заговорщиков, причём по крайней мере трое из них, в том числе и Принцип, были больны туберкулёзом — в то время неизлечимым смертельным заболеванием.

Убийство

Схема места убийства

28 июня 1914 года эрцгерцог Франц Фердинанд приехал в Сараево по приглашению генерала Оскара Потиорека. Незадолго до 10 утра в воскресенье Франц Фердинанд с женой прибыли в Сараево на поезде. В 10:10 кортеж из шести машин (супруги Фердинанд ехали во второй, вместе с Потиореком), приветствуемый толпами народа, миновал центральное отделение полиции. Там их ждали заговорщики.

Неделько Чабринович (серб. Недељко Чабриновић) бросил гранату, но промахнулся. Вместо Франца Фердинанда граната убила шофёра третьей машины и ранила её пассажиров, а также полицейского и прохожих из толпы. Чабринович проглотил заранее полученный им яд (цианистый калий), но яд не подействовал. Возможно, вместо цианистого калия ему дали какой-то более слабый яд. Он попытался прыгнуть в реку, но был схвачен толпой, жестоко избит и передан в руки правосудия. Другие заговорщики не смогли ничего сделать из-за заслонившей машины толпы народа. Покушение как будто провалилось.

Франц Фердинанд поехал читать речь в городскую ратушу. После чтения речи один из придворных его свиты, барон Морсе (Morsey), предложил ему уехать. В ответ Потиорек сказал «Вы думаете, что Сараево кишит убийцами?» Франц Фердинанд решил поехать в больницу навестить раненых при покушении. Софи настояла на том, чтобы ехать с ним. Ехать решили по боковой набережной Аппель (Appel). Потиорек забыл сообщить шофёру Францу Урбану об изменении маршрута.

Автомобиль Франца Фердинанда Донесение русского военного агента в Австро-Венгрии полковника барона А. Г. Винекена об убийстве. 15 июня 1914 г.

Шофёр повернул на улицу Франца Иосифа. Ему объяснили, что он едет неправильно. Он начал медленно разворачивать машину. В этот момент машину заметил Гаврило Принцип, который случайным образом там оказался. Принцип подбежал к машине и выстрелил из браунинга 1910 Софии в живот, а затем Францу Фердинанду в шею. (Впоследствии он утверждал, что первой пулей собирался убить Потиорека, а не Софию). Как и Чабринович, он попытался отравиться но попытка оказалась безуспешной. Затем он попытался застрелиться, но набежавшие люди отобрали у него пистолет. Как и Чабриновича, его избили — так жестоко, что в тюрьме ему пришлось ампутировать руку.

Франц Фердинанд и его жена были перевезены в резиденцию губернатора, однако по пути умерли, сначала София, затем эрцгерцог - с перерывом в несколько минут. По словам шофёра, последними словами Франца были: «Соферль, не умирай, останься ради наших детей».

Все шестеро заговорщиков были арестованы. Они отказывались отвечать на вопросы следователей, только один из них (вероятно, Данило Илич) сломался и рассказал все детали, в том числе заявил, что оружие было представлено сербским правительством. Принципа не могли приговорить к смертной казни, поскольку ему было только 19 лет и по австро-венгерским законам он был несовершеннолетним. Он был приговорён к максимальному сроку — 20 годам тюремного заключения. Он содержался в тюрьме в Терезиенштадте в тяжёлых условиях и умер от туберкулёза 28 апреля 1918 года. Данило Илич, Велько Кубрилович и Мишко Йованович были повешены 3 февраля 1915 года. Остальные заговорщики были приговорены к длительным срокам тюремного заключения; Чабринович, как и Принцип, умер в тюрьме до окончания войны.

Последствия

После того, как стало известно об убийстве, в Сараево начался антисербский погром. Только через несколько часов порядок был восстановлен военными. Так как в убийстве была замешана Сербия, через некоторое время Австро-Венгрия предъявила Сербии Июльский ультиматум, и хотя он и был принят с единственной оговоркой (Сербия не согласилась, чтобы расследование вели сыщики из Австро-Венгрии), не удовлетворилась ответом и объявила Сербии войну. Это стало началом Первой мировой войны.

dic.academic.ru

Сараевское убийство | История Вики

Файл:Sarajevo11.jpg

Сараевское убийство — убийство 28 июня 1914 эрцгерцога Франца Фердинанда, наследника австро-венгерского престола, и его жены герцогини Софии Гогенберг в Сараево сербским гимназистом Гаврилой Принципом и Данилой Иличем, членами сербской террористической организации «Млада Босна», или «Черна Рука», стремившейся к объединению южных славян. Убийство стало поводом для начала Первой мировой войны. Шаблон:Нет ссылок

Файл:Gavrilloprincip.jpg Файл:Franz ferdinand.jpg

По берлинскому договору 1878 года Австро-Венгрия получила мандат на оккупацию и администрирование Боснии и Герцеговины, при сохранении формального суверенитета Османской империи. Впоследствии эти территории были аннексированы Австро-Венгрией. Часть южных славян живших на этих землях не хотели жить в Австро-Венгрии и стремились присоединить эти земли к соседней Сербии, недавно получившей независимость. Было образовано тайное общество «Черна Рука» стремившейся к объединению южных славян и её боснийское отделение «Млада Босна».

В конце июня 1914 Франц Фердинанд посетил Боснию для наблюдения за военными маневрами и открытия музея в Сараево . Ехал он вместе с женой Софьей Хотек. Франц Фердинанд считался сторонником триализма - идеи преобразования двойственной австро-венгерской монархии в тройственную австро-венгерско-славянскую. Третье славянское королевство было бы серьёзной угрозой для Сербии. «Млада Босна» решила убить Фердинанда. Убийство было поручено группе из шести заговорщиков, по крайней мере три из них, в том числе Принцип, были больны туберкулёзом — в то время смертельное и неизлечимое заболевание.

28 июня 1914 года эрцгерцог Франц Фердинанд приехал в Сараево по приглашению генерала Оскара Потьёрека (Oscar Potiorek). Незадолго до 10 утра в воскресенье Франц Фердинанд с женой прибыли в Сараево на поезде. В 10.10 кортеж из шести машин (супруги Фердинанд ехали во второй, вместе с Потьёреком), приветствуемый толпами народа, миновал центральное отделение полиции. Там их ждали заговорщики.

Файл:Sarajevo-assn-chart.svg

Неделько Чабринович (Недељко Чабриновић) бросил гранату, но промахнулся. Вместо Фердинанда граната убила шофёра третьей машины и ранила её пассажиров, а также полицейского и прохожих из толпы. Чабринович проглотил заранее полученный им яд (цианистый калий), но его только вырвало. Возможно, вместо цианистого калия ему дали какой-то более слабый яд. Он попытался прыгнуть в реку, но был схвачен толпой, жестоко избит и передан в руки правосудия. Другие заговорщики не смогли ничего сделать из-за заслонившей машины толпы народа. Покушение как будто провалилось.

Фердинанд поехал читать речь в городскую ратушу. После чтения речи один из придворных его свиты, барон Морсе (Morsey), предложил ему уехать. В ответ Потьёрек сказал «Вы думаете, что Сараево кишит убийцами?» Фердинанд решил поехать в больницу навестить раненых при покушении. Софи настояла на том, чтобы ехать с ним. Ехать решили по набережной Аппель. Вот только Потьёрек забыл сообщить шофёру Францу Урбану об изменении маршрута.

Шофёр повернул на улицу Франца Иосифа. Ему объяснили, что он едет неправильно. Он начал медленно разворачивать машину. В этот момент машину заметил Гаврило Принцип, покупавший в соседнем магазине сэндвич. Он подбежал к машине и выстрелил беременной Софи в живот, а затем Францу Фердинанду в шею. Как и Чабринович, он попытался отравиться, и его вырвало. Затем он попытался застрелиться, но набежавшие люди отобрали у него пистолет. Как и Чабриновича, его избили — так жестоко, что в тюрьме ему пришлось ампутировать руку.

Файл:Archduke car.jpg

Фердинанд и его жена были перевезены в резиденцию губернатора, где они умерли не более чем через час после выстрелов.

Все шестеро заговорщиков были арестованы. Они отказывались отвечать на вопросы следователей, только один из них (вероятно, Данило Илич) сломался и рассказал все детали, в том числе заявил, что оружие было представлено сербским правительством. Принципа не могли приговорить к смертной казни, поскольку ему было только 19 лет, и по австро-венгерским законам, он был несовершеннолетним. Он был приговорён к максимально возможному сроку — 20 годам тюремного заключения. Он содержался в тюрьме в тяжёлых условиях и умер от туберкулёза 28 апреля 1918 года. Данило Илич, Велько Кубрилович и Мишко Йованович были повешены 3 февраля 1915 года. Остальные заговорщики были приговорены к длительным срокам тюремного заключения; Чабринович, как и Принцип, умер в тюрьме до окончания войны.

После того, как стало известно об убийстве, в Сараево начался анти-сербский погром. Только через несколько часов порядок был восстановлен военными. Так как в убийстве была замешана Сербия, через некоторое время Австро-Венгрия предъявила Сербии Июльский ультиматум, и хотя он и был принят с единственной оговоркой, не удовлетворилась ответом и объявила Сербии войну. Это стало началом Первой мировой войны.

ru.history.wikia.com

28 июня 1914 года был убит наследник Австро-Венгерского престола эрцгерцог Франц Фердинанд

28 июня 1914 года (104 года назад) был убит наследник Австро-Венгерского престола эрцгерцог Франц Фердинанд

Сараевское убийство как повод к началу Первой мировой войны

Поводом к началу Первой мировой войны стало, как известно, убийство австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда и его супруги Софии Гогенберг сербскими террористами в Сараево.

Сараевский инцидент

Рано утром 28 июня 1914 года, после окончания военных маневров в Боснии, наследник Австро-Венгерского престола эрцгерцог Франц Фердинанд прибыл в Сараево — столицу объединённых княжеств Боснии и Герцеговины. Эрцгерцог являлся большим любителем старины и хотел посетить музей, а также осмотреть местные достопримечательности. Однако выбор даты приезда высокопоставленного туриста оказался не совсем удачен. Его могли принять за вызов: это был день Святого Вида, когда сербы отмечали годовщину битвы на Косовом поле. Там в 1389 году турки разбили сербскую армию, и страна на многие века попала под турецкое иго. Там же турецкий султан Мурад I был убит сербским воином Милошем Обиличем, ставшим национальным героем.

эрцгерцог Франц Фердинанд

Эрцгерцог Франц Фердинанд

Во всех местных газетах официально сообщалось о визите эрцгерцога Фердинанда в Боснию и его намерении 28 июня 1914 года посетить Сараево. Кроме того, 24 июня был опубликован маршрут поездки эрцгерцога по городу, с указанием времени остановок в тех или иных местах, чего практически никогда не делалось. Этим и решили воспользоваться террористы.

Шесть членов организации «Млада Босна» во главе с Данилом Иличем и Гаврилой Принципом, вооруженные револьверами и бомбами расположились на пути следования кортежа. Из шести бомбистов бомбу, запрятанную в букет, смог бросить только один Неделько Чабринович. Но бомба скатилась с машины эрцгерцога и взорвалась позади неё. В результате взрыва погиб шофёр следующей машины, ранено более 10 офицеров свиты, полицейский из оцепления и несколько уличных зевак.

Чабринович был схвачен и препровождён в полицию, остальные террористы рассыпались по городу.

Франц Фердинанд, здоровый и невредимый, отправился слушать речь мэра в городскую ратушу. Около 11 часов утра он изменил маршрут своего пребывания и вместе с женой поехал в больницу, чтобы навестить раненых при покушении. Эрцгерцог с герцогиней ехали во второй машине кортежа. В первой ехали офицеры свиты, а за машиной герцога следовал автомобиль с охраной и полицейские. Внезапно первая машина, не сообщив об изменении маршрута, свернула в какой-то переулок. Шофёр эрцгерцога последовал за ней, охрана отстала. Генерал Потиорек, ответственный за приём эрцгерцога в Сараево, потребовал, чтобы шофёр остановился, повернул обратно и дождался, когда подъедут автомобили с охраной и полицейскими.

У совершающего разворот автомобиля заглох двигатель, и тут его случайно заметил террорист Гаврила Принцип, находившийся в близлежащем магазине. Он бросился к машине и выстрелил сначала в беременную жену Фердинанда (она заслоняла собой эрцгерцога), а потом попал в шею самому Фердинанду.

Убийство эрцгерцога Франца Фердинанда

Террориста тут же схватили подоспевшие полицейские. Эрцгерцогиня София скончалась сразу по прибытии в резиденцию, в 11.45 того же утра умер и её муж.

Сначала почти никто не придал особенного значения трагическому событию в Сараево. Австрийский император Франц Иосиф (дядя Фердинанда), как видно по дневникам его дочери Мари Валери, «перенес это потрясение без особого страдания». «Для меня, — говорил он, — одной заботой стало меньше». В Вене не было траурного настроения, в Пратере играла музыка.

Разумеется, во всех столицах Европы, в том числе и в Белграде, были проведены соответствующие траурные мероприятия и церемонии. Но их провели и забыли в тот же час. Наступало время летних отпусков. Как отметил американский историк Ч. Сеймур, немногие англичане могли бы найти на карте Сараево и еще меньше они слышали об эрцгерцоге. Весть о его убийстве произвела в Лондоне впечатление не большее, чем «голос тенора в котельном цехе».

Как вспоминал русский дипломат Ю.Я. Соловьев, иностранные дипломаты Испании, Франции, даже австрийские, да «вообще никто» не придали известию о покушении в Сараево всего его рокового значения. В далеких США новость о покушении на эрцгерцога стала в газетах мимолетной сенсацией. В Государственном департаменте ее посчитали незначительной и не комментировали. Даже в сообщениях посла из Вены ничего не говорилось о возможных глубоких последствиях.

Однако ровно через месяц Австро-Венгрия объявила войну Сербии, обвинив её в организации этого покушения. Ещё через несколько дней началась Первая мировая война, в которую вступили Германия, Россия, Англия, Франция, почти вся Европа, затем Япония и Китай, в 1917 году — США.

Историография вопроса

Видный итальянский историк Луиджи Альбертини писал: «Сербский террорист стрелял не только в грудь австрийского принца, он метил в самое сердце Европы». Это, конечно, сильное преувеличение: причины Первой мировой войны носили более глубинный характер. Тем не менее, выстрел Гаврилы Принципа сыграл зловещую роль. Не случайно о сараевском заговоре написано более четырех тысяч исторических исследований, он нашёл своё отражение в известных всему миру литературных сочинениях, и интерес к этому трагическому событию не ослабевает до сих пор.

Историки старательно, до мельчайших подробностей изучили Сараевский инцидент и его последствия. Главными, конечно, были вопросы: кто и зачем убил эрцгерцога, кто стоял за убийцами, понимали ли они что делали, почему последствия покушения оказались такими трагическими и грандиозными?

За сто лет, прошедших с момента Сараевского убийства, сложился огромный историографический комплекс, посвящённый этому событию. Только в Югославии было опубликовано более 400 работ, а всего – около 3000 названий исследований и научных монографий, не считая статей, заметок, рецензий и проч. В ряде стран публиковались сборники документов и воспоминания современников. Появились и художественные произведения, основанные на фактическом материале.

Из отечественных историков первым подробно исследовавшим Сараевское «дело» был Н.П. Полетика. Первая его книга так и называлась «Сараевское убийство как дипломатический повод к войне». Однако Полетика принял за основу всего исследования ошибочную концепцию М.Н. Покровского, выставлявшую Царскую Россию главным виновником развязывания мировой войны. Опираясь на неопубликованные документы из архивов российского МИДа, а также на материалы судебного процесса над террористами в Салониках (1917), Полетика, часто вопреки фактам, старался доказать, что убийство было организовано по наущению сербских спецслужб связанной с ними тайной заговорщической организацией сербских офицеров «Черная рука». Об этом знало правительство Сербии. Оно способствовало покушению, опираясь на одобрение и поддержку русской дипломатии и разведки.

Эта версия сразу же была подвергнута убедительной критике, но её окончательное развенчание произошло лишь в 1930-50-е годы, когда в дело «Чёрной руки» были возвращены изъятые из него документы и официально опротестовано судебное решение 1917 года.

В 1970-е годы появились работы академика Ю.А. Писарева, который досконально изучил историю событий в Сараево, нашёл ряд новых источников и энергично опроверг тезис о причастности правительства Сербии, а тем более России к организации и проведению террористического акта в Сараево. Надо признать, однако, что в богато документированных исследованиях Ю.А. Писарева имеются все же «белые пятна», доказывающие, что есть и в Сараевской истории свои тайны и загадки, свои неизученные страницы.

Откликнулись на «Сараевское дело» и литераторы. Валентин Пикуль уделил Сараевскому покушению достаточно места в своем романе «Честь имею». Писатель опирался на труды Н.П. Полетики и создал настоящий авантюрный роман о приключениях «шпионов», тайнах спецслужб и др. Увлечённый темой, Пикуль позволил себе ряд серьёзных неточностей и даже искажений. Академик Ю.А. Писарев был вынужден специально выступить в прессе, чтобы читатель романа не попал в «плен» излишне вольному литературному изложению реальных исторических фактов.

«Qui prodest?» (кому выгодно)

В обширнейшей литературе о покушении в Сараево можно чётко выделить всего три версии о подготовке заговора.

Первую версию озвучил сын убитого эрцгерцога Максимилиан Гогенберг в интервью газете «Пари суар диманш» от 16 июня 1936 года. Он выдвинул гипотезу о том, что его отца ликвидировала германская секретная служба: наследник венского престола мешал осуществлению великодержавных планов Вильгельма II, не хотел войны с Россией, был женат на чешке и вообще не отличался славянофобией. Превращение Австрийской монархии в Австро-Венгерскую лишь на время и частично ослабило остроту межнациональных конфликтов в государстве. Трения с Венгрией не прекратились. Именно они заставили Франца Фердинанда обратиться к идее триализма, то есть к предоставлению автономии и южным славянам. Австро-Венгрия вскоре могла бы стать Австро-Венгро-Славией, что, безусловно, сгладило бы противоречия между славянским и германским населением страны. На этой почве эрцгерцог хотел найти общий язык с Николаем II и попытаться восстановить союз трёх императоров. Он говорил: «Я никогда не поведу войну против России. Я пожертвую всем, чтобы этого избежать, потому что война между Австрией и Россией закончилась бы или свержением Романовых, или свержением Габсбургов, или, может быть, свержением обеих династий». И далее: «Война с Россией означала бы наш конец. Если мы предпримем что-нибудь против Сербии, Россия встанет на ее сторону, и тогда мы должны будем воевать с русскими. Австрийский и русский император не должны сталкивать друг друга с престола и открывать путь революции».

Фердинанд прямо указывал и тех, кому выгодна такая война, предупреждая рвавшегося в бой начальника генерального штаба Конрада фон Гетцендорфа. «Войны с Россией надо избегать, потому что Франция к ней подстрекает, особенно французские масоны и антимонархисты, которые стремятся вызвать революцию, чтобы свергнуть монархов с их тронов».

Известно, что накануне своего визита в Сараево эрцгерцог встречался с кайзером Вильгельмом. О чём они вели беседы, никто не знал, но если Франц Фердинанд стал бы развивать перед кайзером идеи триализма и признаваться в симпатиях к дому Романовых, вряд ли Вильгельму II это понравилось. По словам современников, эрцгерцог Франц Фердинанд был известен как человек жёсткий, волевой, достаточно упрямый. Переубедить его было практически невозможно. В случае его вступления на престол, Германия могла потерять такого союзника как Австро-Венгерская империя. А вот убрать эрцгерцога с политической арены, да ещё и руками молодых сербских патриотов-националистов — отличный повод столкнуть Австрию и Россию, развязав мировую войну.

Хотя версия об убийстве Фердинанда немецкими агентами была отчасти опровергнута в научной литературе, она выглядит вполне логичной и имеет под собой известное основание: эрцгерцог был убит при полном попустительстве его охраны. Его словно намеренно подставили под пулю террориста, подробно расписав маршрут его передвижения по городу в местной прессе.

Вспомним, что при визите в Сараево престарелого австрийского императора Франца-Иосифа местные власти предприняли весьма эффективные меры безопасности: в городе производилась массовая «зачистка» (высылались неблагонадёжные элементы, был запрещён въезд без специальных пропусков, улицы патрулировали солдаты и т. д.). В этих условиях никакие бомбисты на пушечный выстрел не смогли приблизиться к правительственному кортежу, и Франц-Иосиф благополучно вернулся в Вену.

Наследника же австрийского престола, можно сказать, не охраняли вовсе. Во время визита в Сараево свита Франца Фердинанда состояла из офицеров-придворных, «паркетных шаркунов», не годившихся для охранной функции. Им в помощь Вена выделила трех (!) штатских детективов, не знавших города. Не было и обычного эскорта лейб-гвардейского эскадрона. Мобилизовали полицию Сараево, но в ней числилось не более 120 человек. Этого оказалось не достаточно для охраны высокого гостя на узких горбатых улицах, с тупиками, проходными дворами и т. д. В результате — эрцгерцог и его жена оказались отличной мишенью для одинокого террориста, который на минутку отвлёкся от покупки сэндвича в городской лавке, чтобы между делом выпустить в них семь пуль из своего пистолета.

Вторая (самая распространённая) версия прозвучала на судебном процессе в Салониках (март-июнь 1917 года). Австрийская и германская пропаганда настаивала на участии в убийстве эрцгерцога сербской тайной офицерской организации «Объединение или смерть», известной также под названием «Черная рука». Сербское правительство и русский генеральный штаб будто бы покровительствовали этому заговору.

Организуя суд, сербское правительство преследовало три цели: разгромить оппозицию в лице тайного, но могущественного офицерского союза, оздоровить обстановку в армии и заодно возложить ответственность за сараевское убийство на «Черную руку», чтобы открыть себе путь к мирным переговорам с Австро-Венгрией, которые намечались в 1917 году.

Судебный процесс велся с грубыми нарушениями законности, при закрытых дверях, подсудимые не имели защитников, военным трибуналом широко использовались лжесвидетели. После суда правительство опубликовало сборник «Тайная заговорщическая организация», включив в него только материалы обвинения, что придало изданию односторонний характер.

Бывший начальник сербской контрразведки Д. Дмитриевич (Апис), желая сохранить себе жизнь и надеясь на смягчение приговора, написал признание (документ, известный в литературе под названием «Рапорт»), в котором взял на себя всю ответственность за руководство действиями «Чёрной руки» при покушении в Сараево. Дмитриевич был расстрелян по приговору суда, а этот весьма неоднозначный документ, составленный загнанным в угол человеком, долгое время фигурировал в качестве «царицы доказательств».

По мнению современных историков, «Рапорт» Дмитриевича — ни что иное, как самооговор, причём адресованный далёким потомкам. «Рапорт» составлен с намеренными, совершенно нелепыми фактическими ошибками (например, Дмитриевич указал, что принцип стрелял не из браунинга), а все подробности подготовки преступления, сообщаемые Дмитриевичем, словно взяты из авантюрного шпионского романа. Тем не менее, именно на этом документе долгие годы строилась мифологическая версия заговора сербского и русского правительств против несчастного Франца Фердинанда.

Сегодня всем понятно, что в 1914 году ни России, ни Сербии не было выгодно ссориться с Габсбургами, а тем более — убивать наследника престола, который не хотел войны с Россией и лелеял планы предоставления славянам автономии в Австро-Венгерской империи. Для Сербии война с Австрией носила бы характер самоубийства. И её правительство, принявшее в 1914 году почти все условия Июльского ультиматума Австро-Венгрии, продемонстрировало не просто свою неготовность к войне, но и отчаянный страх перед предстоящим конфликтом.

В 1917 году ситуация в корне изменилась, и Сербии показалось очень удобным свалить всю вину на своих русских покровителей, чтобы поскорее и с наименьшими потерями выйти из войны. Большевикам тоже было важно придать легитимность мифу об антинародной политике царского правительства, обвинив его в развязывании Первой мировой. Этим оправдывалась «миролюбивая» политика большевистского правительства, заключившего позорный Брестский мир и развязавшего в России не менее кровопролитную Гражданскую войну.

Наконец, третья концепция исходит из того, что сараевское покушение — дело рук национальной революционной организации «Млада Босна» («Молодая Босния»), ответная акция террористов на насильственное присоединение в 1908 году к Австро-Венгрии Боснии и Герцеговины.

Тайное общество боснийской молодежи «Млада Босна» было создано в 1910 году, вскоре после аннексии Боснии и Герцеговины— бывших турецких провинций, в которых проживало сербское население. Французская газета «Аксьон» писала: «Покоряя огнем и мечом Боснию и Герцеговину, граф Эренталь (министр иностранных дел Австро-Венгрии), прежде чем сойти в могилу, вложил оружие в руки террористов и подготовил убийство военного шефа Австрийской империи. Покушение 1914 года — только трагический рефлекс удара 1908 года. Когда угнетен целый народ, нужно ожидать народного взрыва». Гаврила Принцип показал на суде: «Главным мотивом, который руководил мною, было стремление отомстить за сербский народ».

В организацию «Млада Босна», помимо сербов, входили хорваты и мусульмане. Она была создана по примеру «Молодой Италии» и носила заговорщический характер. В специальной литературе существовали весьма интересные версии о связях «Млады Босны» с сербской контрразведкой, и о том, что якобы глава сербских спецслужб Д. Дмитриевич (Апис) использовал молодых людей в своих целях, наняв Принципа и других для покушения на эрцгерцога. Связь «Млады Босны» с сербскими спецслужбами неоднократно опровергалась историками Югославии. О самостоятельной деятельности организации говорил в своих исследованиях и академик Писарев. Однако многие историки, приводившие убедительные доказательства контактов офицерской организации «Чёрная рука» с террористами, так и не нашли прямых указаний на то, что сербские спецслужбы так или иначе спонсировали «Младу Босну» или делали террористам «заказ» на убийство эрцгерцога.

Современной исторической наукой официально признано, что не существует также никаких доказательств прямого или косвенного участия сербского правительства в Сараевском инциденте.

Сараевское покушение было задумано и организовано исключительно силами молодых террористов «Млада Босны». Одним из исполнителей убийства был назначен 19-и летний гимназист, неуравновешенный фанатик, к тому же больной туберкулёзом Гаврила Принцип. Остальные террористы также не имели ни опыта, ни достаточной выдержки и хладнокровия, чтобы совершить удачное покушение. Некоторые из них даже не умели стрелять. Успех сараевского убийства, вне сомнения, был случайным. Полный непрофессионализм исполнителей компенсировался лишь удачным стечением обстоятельств и преступным попустительством со стороны охраны Франца Фердинанда. Если бы в деле участвовали спецслужбы (сербские, немецкие или даже русские) картина преступления была бы совершенно иной.

В связи с этим следует упомянуть о версии американского исследователя Л. Кэсселса, который, опираясь на уже упоминавшийся нами «Рапорт» Дмитриевича, полагал, что связи «Млады Босны» с «Чёрной рукой» имели место, но они носили чисто формальный характер. Само существование террористической организации молодых патриотов не могло быть секретом для спецслужб Сербии, а также и Австро-Венгрии. Возможно, что связанная с сербской контрразведкой организация «Чёрная рука», действительно, снабдила террористов оружием и ампулами с ядом на случай ареста (ни Чабриновичу, ни Принципу не удалось покончить с собой, т. к. яд оказался старым). Возможно, сербские (или иные) спецслужбы помогли группе Илича и Принципа пересечь границу, но все дальнейшие действия «Млады Босны» их покровителями никак не контролировались. По версии Кэсселса, молодые люди должны были осуществить лишь попытку покушения, т. е. напугать австрийцев, посеять панику, наделать шума и т. д. Такое поведение наталкивает, скорее, на мысль о «небольшой провокации», чем о тщательно спланированном убийстве. Неудавшееся покушение, в котором никто не пострадал, должно было доказать австрийскому эрцгерцогу, что Сербия не сдалась и будет бороться с Австрией за населённые славянами территории. Тайным руководителям акции не могло прийти в голову, что австрийского принца практически не будут охранять, что его автомобиль заглохнет в безлюдном переулке, и гимназист-психопат Г. Принцип сможет приблизиться к эрцгерцогу на расстояние вытянутой руки.

Сами члены организации «Млада Босна», осуществляя покушение на наследника австрийского престола, также не могли себе представить, что их акция приведет к общеевропейской войне.

На судебном процессе, проходившем с 12 по 22 октября 1914 года, и на следствии, молодые террористы сразу же назвали всех своих сообщников, не отрицали ни заговора на убийство Франца Фердинанда, ни своего участия в преступлении. Но, несмотря на давление, все обвиняемые по Сараевскому делу твёрдо отрицали какую бы то ни было связь своей организации с сербским правительством, а также её контакты с официальными сербскими властями.

Однако австрийская и германская пропаганда намеренно раздула инцидент в Сараево, использовав это событие в агрессивных целях. Судебный процесс как раз имел целью доказать связь террористов с сербским правительством, но подсудимые брали всё на себя, заявляя, что действовали только по идейным соображениям, из любви к своему народу.

22 октября вынесли приговор. Д. Илич, М. Йованович и В. Чубрилович приговорены «за государственную измену» к смертной казни через повешение; Я. Милович и М. Керович – к пожизненному заключению. Г. Принципу, Н. Чабриновичу и Тр. Грабежу смертную казнь заменили тюремным заключением сроком в 20 лет, ввиду их несовершеннолетия, которое в империи наступало в 20 лет. Все трое умерли в тюрьме от голода, истощения, побоев и туберкулеза. Их похоронили тайно, а могилы сравняли с землей. Принцип умер на 21 году в военной тюрьме весной 1918 года и был тайно похоронен. Но позже удалось найти его могилу, и в новой Югославии его с почетом перезахоронили. В Сараево был открыт уже после 1945 года музей имени Гаврило Принципа.

Мемориальная доска на месте убийства эрцгерцога Франца Фердинанда в Сараево

И если вновь попытаться ответить на вопрос, кому было выгодно Сараевское убийство, то все концы вновь приведут к Австро-Венгрии и её союзникам — державам Тройственного союза. Из всех «подозреваемых» участников событий только Австро-Венгрия и Германия созрели и были готовы начать войну в 1914 году. Только этим странам была выгодна ликвидация эрцгерцога Франца Фердинанда как неудобной фигуры на пути к их милитаристским планам. Отсюда - цепь провокаций, совершенных властями в Сараево, странная снисходительность к лицам, отвечавшим за безопасность эрцгерцога во время визита (они не были наказаны) и т. д. До сего дня всерьёз не изучалась возможность контакта «Млады Босны» и группы непосредственных исполнителей убийства с австрийской или немецкой контрразведкой. Не изучалась и возможность существования в организации провокатора, связанного с лицами, заинтересованными в устранении именно эрцгерцога Фердинанда, а не другого значимого лица. К сожалению, кроме подозрений родственников эрцгерцога, пока нет ни одного документа, свидетельствующего о правильности или неправильности данной версии. И сегодня, спустя сто лет, можно сказать, что тайна Сараевского убийства по-прежнему остаётся тайной. Её разгадка ещё впереди.

Так начиналась война

Как уже упоминалось, Европа практически никак не отреагировала на убийство австрийского эрцгерцога в Сараево. Однако уже 5 июля 1914 года Германия обещает поддержку Австро-Венгрии в случае конфликта с Сербией. СМИ Германии и Австро-Венгрии активно раздувают Сараевский инцидент до заговора всех держав Антанты против Габсбургов.

23 июля Австро-Венгрия, заявив, что Сербия стояла за убийством Франца-Фердинанда, объявляет ей ультиматум, в котором требует от Сербии выполнить заведомо невыполнимые условия, в том числе: произвести чистки госаппарата и армии от офицеров и чиновников, замеченных в антиавстрийской пропаганде; арестовать подозреваемых в содействии терроризму; разрешить полиции Австро-Венгрии проводить на сербской территории следствия и наказания виновных в антиавстрийских действиях. На ответ было дано всего 48 часов.

В тот же день Сербия начинает мобилизацию, однако соглашается на все требования Австро-Венгрии, кроме допуска на свою территорию австрийской полиции. Германия настойчиво подталкивает Австро-Венгрию к объявлению войны Сербии. 26 июля Австро-Венгрия объявляет мобилизацию и начинает сосредотачивать войска на границе с Сербией и Россией.

Германия начинает скрытую мобилизацию: не объявляя её официально, на призывные пункты стали рассылать повестки резервистам.

28 июля Австро-Венгрия, заявив, что требования ультиматума не выполнены, объявляет Сербии войну. Австро-венгерская тяжёлая артиллерия начинает обстрел Белграда, а регулярные войска Австро-Венгрии пересекают сербскую границу.

Россия заявляет, что не допустит оккупации Сербии. Во французской армии прекращаются отпуска.

29 июля Николай II отправил  телеграмму Вильгельму II с предложением «передать австро-сербский вопрос на Гаагскую конференцию». «Кузен Вилли» на эту телеграмму не ответил.

31 июля в Российской империи объявлена всеобщая мобилизация в армию.

В тот же день в Германии было объявлено «положение, угрожающее войной». Германия предъявляет России ультиматум: прекратить призыв в армию, или Германия объявит войну России. Франция, Австро-Венгрия и Германия объявляют о всеобщей мобилизации. Германия стягивает войска к бельгийской и французской границам.

1 августа Германия объявила войну России, в тот же день немцы безо всякого объявления войны вторглись в Люксембург. Первая мировая война началась.

Могла ли Россия избежать участия в I мировой войне?

Первая мировая война стала своеобразной точкой отсчёта в истории большинства европейских держав. Она определила пути политического развития всей европейской цивилизации на протяжении XX века, а для России её последствия в конечном итоге обернулись национальной катастрофой.

Могла ли Россия избежать этой катастрофы? Могла ли она не ввязываться в мировую бойню за интересы ведущих европейских держав и не участвовать в назревшем переделе уже поделенного мира? Этот вопрос вот уже не одно десятилетие вызывает горячие споры в среде отечественных историков. Только однозначного ответа на него по-прежнему нет.

В настоящее время как в научной среде, так и в среде разного рода аналитиков, мнения которых постоянно звучат в отечественных СМИ, существует два взгляда на проблему участия России в Первой мировой войне.

Одни исследователи полагают, что Россия в 1914 году, безусловно, могла и имела все шансы остаться в стороне от европейских конфликтов. По их мнению, в первое десятилетие XX века страна переживала небывалый экономический подъём. Она не нуждалась в новых колониальных захватах, да и уже давно присоединённым к ней территориям ничто всерьёз не угрожало. Усиление объединённой Германии также не могло вызывать особого беспокойства у правительства Российской империи. Напротив, вступив в союз с кайзером Вильгельмом II, Россия могла бы выиграть гораздо больше только на военных поставках державам Тройственного союза, не послав на фронт ни одного своего солдата. Не имея в этой войне никаких чётко выраженных национальных интересов, такая великая держава как Россия могла немного поступиться своим политическим престижем после Сараевского убийства и оставить сербов на произвол Габсбургам. Возможно, это решение позволило бы оттянуть начало общеевропейской войны, а также избежать ещё более огромных кровавых жертв.

С этой точки зрения, в мировую войну на стороне Антанты безвольного императора Николая II втянули исключительно агенты Англии и Франции, имевшие огромное влияние на русский генералитет. Именно им был выгоден такой союзник, как Россия и совершенно невыгоден русский нейтралитет в грядущей войне.

Вторая точка зрения на данные события допускает, что в 1914 году Россия могла избежать вступления в мировую войну. Но это было бы лишь отсрочкой. Победив мелких европейских союзников Антанты, державы Тройственного союза (а особенно агрессивная Германия) ни за что не остановились бы перед новым переделом мира, который не мог не затронуть интересов России в Азии, на Балканах, Ближнем и Дальнем Востоке. В этом случае, основной театр военных действий перенёсся бы из центральной Европы на Балканы. Сразу же после победы над французской армией в Европе немцы установили бы контроль над Босфором и Дарданеллами. А через черноморские проливы проходило 90% экспорта российского хлеба. России волей-неволей пришлось бы в одиночку участвовать в войне, ибо речь шла бы уже о защите своих национальных и экономических интересов от притязаний усилившейся Германии и её союзников. Возможно, это была бы уже совсем другая война, но о результатах и последствиях такого противостояния сегодня судить также сложно. Многие исследователи теперь уверяют, что Россия могла и без помощи Антанты обеспечить себе победу на Балканах. Вот только вряд ли Германия и Австро-Венгрия отказались бы от посылок пломбированных вагонов с революционерами и прочих идеологических диверсий, как это было сделано в 1917 году. Посеять политический хаос, сменить правительство, вывести Россию из войны на выгодных для себя условиях — оставалось единственным достойным выходом для уже почти проигравшей стороны. И они этот шанс использовали.

На наш взгляд, вторая точка зрения на данный вопрос более правомерна. Россия могла лишь отсрочить своё вступление в общеевропейскую войну. Однако полностью избежать участия в новом переделе мира, занимая позицию «третьего радующегося», подобно какой-нибудь маленькой Швейцарии, Голландии или даже отсталым и далёким США, ей бы никогда не удалось. В начале XX века Российская империя, со всеми её неразрешёнными внешнеполитическими проблемами и внутренними противоречиями, прочно сохраняла за собой статус одной из ведущих мировых держав. Как и всякой великой державе, ей было что терять, помимо мирового престижа и политического статуса. Вот только большинство населения этой великой державы, вооружённое популистскими лозунгами политических диверсантов-интернационалистов, тонкостей мировой политики понимать не хотело, да и не могло. Именно это глобальное внутреннее противоречие сыграло злую шутку как с царским, так и с пришедшим ему на смену Временным правительством, ввергнув Россию в многолетний хаос революций и Гражданской войны.

Компиляция Елены Широковой

По материалам:

Всегда вместе

Борис Дмитриевич Козенко, учебный материал

Литература:

  1. Полетика Н.П. Возникновение первой мировой войны. (Июльский кризис 1914 г.). М., 1964.

  2. Писарев Ю.А. Сараевское убийство 28 июня 1914 г. // ННИ. 1970. № 5;

  3. Он же. За кулисами суда в Салониках над организацией «объединение или смерть» (1917) // ННИ. 1979. № 1.;

  4. Он же. Балканы и Европа на пороге первой мировой войны // ННИ. 1989. № 3;

  5. Он же. Российская контрразведка и тайная Сербская организация «Черная рука» // ННИ. 1993. № 1.

  6. Вишняков Я.Б. Балканы – хватка «Черной руки» // Военно-исторический журнал. 1999. № 5. С. 35-39, 45.

ptiburdukov.ru

Сараевское убийство — HistoryTime

Сараевское убийство — убийство 28 июня 1914 эрцгерцога Франца Фердинанда, наследника австро-венгерского престола, и его жены герцогини Софии Гогенберг в Сараево сербским гимназистом Гаврилой Принципом, членом сербской террористической организации «Млада Босна». Принцип входил в группу из 5 террористов, координировавшихся Данилой Иличем.

В Сербии имелся ряд националистических организаций, которые ставили своей задачей объединение южных славян и создание «Великой Сербии». Среди офицеров сербской армии существовала тайная организация под наименованием «Чёрная рука». Целью её было освобождение сербов, находившихся под властью Австро-Венгрии. Вождём «Чёрной руки» был полковник Драгутин Дмитриевич, по кличке «Апис», начальник сербской контрразведки.

Полковник Апис из «Черной руки» на самом деле полковник Димитриевич сербской военной разведки. Считается, что именно он обеспечил подготовку и оружие для убийства.

В Сербии имелся ряд националистических организаций, которые ставили своей задачей объединение южных славян и создание «Великой Сербии». Среди офицеров сербской армии существовала тайная организация под наименованием «Чёрная рука». Целью её было освобождение сербов, находившихся под властью Австро-Венгрии. Вождём «Чёрной руки» был полковник Драгутин Дмитриевич, по кличке «Апис», начальник сербской контрразведки.

Полковник Апис из «Черной руки» на самом деле полковник Димитриевич сербской военной разведки. Считается, что именно он обеспечил подготовку и оружие для убийства.

28 июня 1914 года эрцгерцог Франц Фердинанд приехал в Сараево по приглашению генерала Оскара Потиорека. Незадолго до 10 утра в воскресенье Франц Фердинанд с женой прибыли в Сараево на поезде.

В 10:10 кортеж из шести машин (супруги Фердинанд ехали во второй, вместе с Потиореком), приветствуемый толпами народа, миновал центральное отделение полиции. Там их ждали заговорщики.

Неделько Чабринович бросил гранату, но промахнулся. Вместо Франца Фердинанда граната убила шофера третьей машины и ранила ее пассажиров, а также полицейского и прохожих из толпы. Чабринович проглотил заранее полученный им яд (цианистый калий), но его только вырвало. Возможно, вместо цианистого калия ему дали какой-то более слабый яд. Он попытался прыгнуть в реку, но был схвачен толпой, жестоко избит и передан в руки правосудия. Другие заговорщики не смогли ничего сделать из-за заслонившей машины толпы народа. Покушение как будто провалилось. Процессия устремилась к Ратуше, оставляя искалеченный автомобиль на месте покушения. Светко Попович, Гаврило Принцип и Трифко Грабец не смогли ничего предпринять, так как кортеж прошел мимо них на большой скорости.

Прибыв в Ратушу где он должен был выступить с речью Франц Фердинанд показал явные признаки стресса, прервав подготовленное приветствие мэра Курчича: «Господин мэр, я приехал сюда с визитом, а взамен в меня кинули бомбой. Это возмутительно». Герцогиня Софи что-то прошептала ему на ухо, и после паузы Франц Фердинанд сказал мэру: «Теперь вы можете говорить». Он успокоился и выслушал мэра.

Ему объяснили, что он едет неправильно. Он начал медленно разворачивать машину. При этом двигатель автомобиля заглох, и машина остановилась. В этот момент ее заметил Гаврило Принцип, покупавший сэндвич в находящемся напротив магазине деликатесов Морица Штиллера.

Принцип подбежал к машине и дважды выстрелил из браунинга Софии в живот, а затем Францу Фердинанду в шею. (Впоследствии он утверждал, что первой пулей собирался убить Потиорека, а не Софию). Как и Чабринович, он попытался отравиться, и его вырвало.

Затем он попытался застрелиться, но набежавшие люди отобрали у него пистолет. Как и Чабриновича, его избили — так жестоко, что в тюрьме ему пришлось ампутировать руку.

Франц Фердинанд и его жена были перевезены в резиденцию губернатора, однако по пути умерли, сначала София, затем эрцгерцог — с перерывом в несколько минут. По словам шофера, последними словами Франца были: «Софи, не умирай, останься ради наших детей».

После того, как стало известно об убийстве, в Сараево начался антисербский погром. Только через несколько часов порядок был восстановлен военными.

Все шестеро заговорщиков были арестованы. Они отказывались отвечать на вопросы следователей, только один из них (вероятно, Данило Илич) сломался и рассказал все детали, в том числе заявил, что оружие было представлено сербским правительством. Подсудимый Велько Кубрикович (который координировал доставку оружия и был агентом «Народна Одбрана») заявил суду: «Принцип посмотрел на меня и очень решительно сказал: “Если ты хочешь знать, зачем мне нужно это оружие то знай, что мы собираемся убить наследника, поэтому будь тише воды. Предашь нас, и мы вырежем всю твою семью».

Кубрикович объяснил, что он боялся организации, стоявшей за Принципом, так как знал о ее акциях в Сербии и на вопрос прокурора «почему он не действовал по закону» ответил «я боялся террора больше закона». Принцип заявил на перекрестном допросе: «Я — сербский националист и я верю в объединение всех южных славян в единое государство свободное от Австрии». Когда его спросили о том, как он намеревался реализовать свои цели, то он ответил: «С помощью беспощадного террора».

Принципа не могли приговорить к смертной казни, поскольку ему было только 19 лет, и по австро-венгерским законам он был несовершеннолетним. Он был приговорен к максимальному сроку — 20 годам тюремного заключения. Он содержался в тюрьме в Терезиенштадте в тяжелых условиях и умер от туберкулеза 28 апреля 1918 года.

Данило Илич, Велько Кубрилович и Мишко Йованович были повешены 3 февраля 1915 года. Остальные заговорщики были приговорены к длительным срокам тюремного заключения; Чабринович, как и Принцип, умер в тюрьме до окончания войны.

historytime.ru

Сараевское убийство

Причины сараевского убийства

Причины сараевского убийства

Право первой пули

«Убили, значит, Фердинанда-то нашего» – так начинается самая смешная книга о Первой мировой войне Ярослава Гашека.

В советских школьных учебниках сараевское убийство излагалось также предельно ясно: плохой наследник австрийского престола Франц Фердинанд прибыл в Сараево, где и был застрелен хорошим парнем Гаврилой Принципом, членом тайных организаций «Млада Босна» и «Черная рука».

В чем была вина эрцгерцога перед сербами, нигде не уточняется, но, как представитель царизма, права на жизнь у него явно не было. И все же каждый внимательный человек, при изучении документов той эпохи, сможет увидеть массу нестыковок в этой чересчур простой на первый взгляд истории.

Служил Гаврила террористом

Главная нестыковка состоит в том, что как раз руководству Сербии сараевское убийство в конце июня 1914 г. было очень невыгодным. Буквально за две недели до покушения в Белграде состоялся очередной дворцовый переворот и международный авторитет государства опустился практически к нулю. Только что закончились две балканские войны, совершенно опустошившие государственную казну, запасы снарядов и патронов. Совсем не так давно дружественно (по балканским меркам) настроенные к сербам болгары и албанцы сделались их злейшими врагами, а в присоединенной Македонии шла гражданская война. И установление хороших отношений с Австро-Венгрией было серьезной задачей государства.

После так называемой свиной войны между Австрией и Сербией – торгового конфликта, который произошел из-за слишком высокого качества сербской свинины, которую за Дунаем покупали гораздо охотней венгерской, – убытки понесли обе стороны. И как раз к началу 1914 г. с обеих сторон начались попытки к увеличению солидного некогда товарообмена и, что чрезвычайно важно, начали обсуждать строительство железной дороги Вена – Салоники, которая должна была проходить через сербскую территорию.

О необходимости мира понимали даже в союзе высших офицеров сербской армии «Черная рука». Ее руководящий орган 15 июня проголосовал против покушения на Франца Фердинанда. Предлог был выбран следующий: вначале надо убить тезку эрцгерцога, Фердинанда Болгарского (который был в действительности злейший враг Сербии, а также России).

Как претворяли в жизнь это решение, сказать затруднительно. Но причастность «Черной руки» к покушению на эрцгерцога так и не было доказано. Недоказанной осталась и передача ею револьвера и бомбы мальчишкам из «Млады Босны». А уж заниматься тайной переправкой австрийских граждан Принципа со товарищи в родную империю, куда они могли абсолютно спокойно отправится в любое время, «Черной руке» было совершенно точно не с руки.

Тем не менее «Млада Босна» довольно солидно подготовилась к покушению и своими силами. Основной боевой единицей был, как ни странно, мусульманин Мухаммед Мехмедбашич. Если бы он не испугался, а метнул в эрцгерцога лежавшую в его кармане бомбу, обвинять в покушении сербов было бы нелегко. Но выступил следующий террорист – Неделько Габринович. Немолодой эрцгерцог смог нейтрализовать эту угрозу, отбив летящую бомбу зонтиком.

И вот в действие вступил резервный вариант. Эрцгерцога привезли прямо к кафе, где Принцип, который слышал взрыв, отмечал успех покушения. Гаврила прервал трапезу, выхватил браунинг (а не револьвер, как писалось в газетах) и двумя выстрелами в упор убил эрцгерцога и его жену, чешскую графиню Софию Хойтек. При этом одна из пуль угодила точно в глаз дракону, вытатуированному на шее Фердинанда.

И даже если бы машина эрцгерцога не свернула в переулок Франца Иосифа, а поехала куда-то в другое место, ее поджидали еще 4 террориста… Так что роковой выстрел (или взрыв) все равно прозвучал бы тогда. И все равно началась бы война.

Кругом враги

Историки дипломатии знают и более серьезные поводы к началу войны (к примеру, Марокканский кризис), завершившиеся мирно. Нет, те кто «заказал» Франца Фердинанда, преследовали вполне конкретные цели: устранение этого человека из европейской политики. Очень многое он хотел и мог в ней изменить.

1914 год, май — престарелый император Франц Иосиф, дядя эрцгерцога, заболел тяжелейшим воспалением легких. И вполне реальным становится восхождение на престол Австрии наследника, человека вполне определенных и в некотором смысле революционных политических взглядов. Франц Фердинанд сделал в конце концов достоянием гласности свой план государственного переустройства Австро-Венгрии, который «должен положить конец многовековой приниженности славян в двуединой монархии».

Государство должно было стать федерацией большинства ее народов, а не только австрийцев и венгров. В качестве цементирующих же выдвигались такие идеи, как верность Габсбургам, католичество и противопоставление себя соседям-конкурентам – Германии и России. Причем отношения с историческими монархиями Европы должны были быть довольно дружественными, но ровными.

Союзников в осуществлении этого плана эрцгерцог найти не смог. Подавляющее большинство сильных мира сего от всей души желали ему неудач. Список его недоброжелателей до такой степени велик, что сравним, наверно, лишь с аналогичным списком применительно к Саддаму Хусейну.

Наиболее активное противодействие эрцгерцог встречал в родной Вене. Особенность габсбургской монархии это несовпадение политического центра империи Вены и ее экономического центра – столицы Богемии Праги. Антагонизм между венской и пражской элитой был очень силен. Производя 70% промышленной продукции империи, почти всю ее сталь и оружие, богемцы вполне в духе эрцгерцогских реформ требовали большего участия в управлении страной.

Венцы, конечно, этого не хотели и опасались, что породнившийся с видными чешскими аристократами эрцгерцог перераспределит теплые местечки австрийской госслужбы между своими родственниками и земляками: замок Конопиште, где эрцгерцог как правило и жил, располагался недалеко от Праги. И Стефан Цвейг, например, вспоминал, что венцы восприняли известие о гибели эрцгерцога совершенно равнодушно.

Еще более люто Франца Фердинанда ненавидели венгерские дворяне, которых он собирался сделать равноправными участниками новой федерации. Человек, собиравшийся отобрать у мадьяр завоеванное во время революции 1848 г. право угнетать румын, словаков и сербов, был в Будапеште форменной персоной нон грата.

Однако и чешская элита по отношению к идее сильной Австро-Венгрии раскололась. Ее либеральная часть выступила уже не за усиление своих позиций внутри этой империи, а за выход из нее. Говоря о временах богемского короля Отокара Пржемысла, управлявшего и Богемией, и Австрией непосредственно перед первым Габсбургом Рудольфом, лучший друг Антанты Томаш Массарик многозначительно заметил: «Были мы до Австрии, будем и после нее».

В действительности, перспектива отделить от слаборазвитой аграрной империи территорию, на которой производилось 70% всей ее промышленной продукции, 90% угля, 90% стали, 100% тяжелого вооружения, не могла не вскружить головы молодой чешской буржуазии.

Потому богемские немцы, которые составляли как-никак 38% населения провинции и панически боявшиеся чешского национализма, надеялись не на Франца Фердинанда и даже не на Франца Иосифа, а на Германскую империю. Именно в Богемии действовала партия пангерманистов, настроенная и проберлински, и антикатолически.

Еще больше врагов эрцгерцог заимел за границей. Практически как о уже решенном, после его прихода к власти, деле говорили о вторжении в Италию с целью восстановления светской власти Папы Римского. Не исключено, что именно на эту операцию Франц Фердинанд спрашивал согласия у главного участника Тройственного союза кайзера Вильгельма при встрече в начале июня 1914 г. в Конопиште. Так что посол Италии в Вене Альдровани в своих мемуарах называл эрцгерцога открытым врагом Италии совершенно заслуженно. В действительности, победоносная война против Италии, да еще под таким благовидным предлогом, могла стать решением для множество проблем сразу.

Наставляя своего подчиненного, начальника австро-венгерского генштаба Конрада фон Гетцендорфа, Франц Фердинанд недвусмысленно предостерег: «Если мы предпримем что-то против Сербии, Россия встанет на ее сторону, и тогда мы должны будем воевать с русскими. Войны с Россией следует избегать». А вот Италия, дважды – сначала в союзе с Францией, а потом с Пруссией – наносившая удары в спину Австрийской империи, была замечательным объектом для нападения.

Австрийские генералы «выпустили бы пар», Антанта и Россия не полезли бы в конфликт между союзниками, а уж сомнений в победе Австрии над Италией в войне один на один сомневаться не приходилось. Кстати, если в Белграде после известий об убийстве Франца Фердинанда объявили траур, то в Риме начались чуть ли не народные гулянья.

Впрочем, и сербская верхушка также не испытывала симпатии к эрцгерцогу. Его явное предпочтение католичеству вкупе с достаточно агрессивными устремлениями на Балканах не внушало православным сербам ни малейшего оптимизма. А перспектива самой широкой автономии южных славян в рамках Австрийской империи резко понижала шансы на добровольное вхождение хорватов и боснийцев в будущую Великую Сербию.

Больше того, в отличие от венценосного дяди, отказавшегося в свое время от покупки Сербии у князя Милана, дескать, своих сербов некуда девать, эрцгерцогу лишние славянские подданные были очень даже кстати. Опять-же полная финансовая зависимость от французского капитала, заключенный в январе 1914 г. военный союз с Россией и всевластие в стране террористов из «Черной руки» очень ограничивали свободу действий сербской верхушки. Тем не менее премьер Никола Пашич честно попытался предостеречь Франца Фердинанда от поездки в Сараево по дипломатическим каналам, но услышан не был.

Крайне враждебно относились к идеям эрцгерцога и в Санкт-Петербурге. Ориентация России на союз с Францией и постоянная борьба за влияние на Балканах не давали двум государствам шанса на мало-мальски добрососедские отношения. И хотя Франц Фердинанд поддерживал хорошие отношения с Александром III, найти общего языка с его сыном Николаем он не смог.

Эрцгерцог в общем-то недолюбливал Россию. Но незадолго до смерти он приезжал в Санкт-Петербург и пытался лично объяснить Николаю II, что «война между Австрией и Россией закончилась бы или свержением Романовых, или свержением Габсбургов, или свержением обеих династий». Николай, естественно, отмолчался. Но не молчали российские дипломаты и военные. Находящийся, по сути дела, на французской службе министр иностранных дел Извольский сделал все, чтобы спровоцировать австро-российскую войну. Тем же занимались и в военном министерстве, в частности военный атташе в Белграде Артамонов.

Руководители других держав, соседних с Австро-Венгрией, – Турции и Румынии относились к планам Франца Фердинанда и к нему самому также довольно настороженно. Стамбульские младотурки не забыли недавнюю обиду, нанесенную им эрцгерцогом: аннексию Австрией оттоманской провинции Босния и Герцеговина. А в Бухаресте уже засматривались на населенную этническими румынами Трансильванию, чье присоединение при живом наследнике было, безусловно, невозможно. Убийство в начале 1914 г. румыном Катарау епископа униатской (то есть подчиняющейся Риму) церкви подлило масла в огонь.

Еще более могущественные враги Франца Фердинанда находились в будто бы самом дружественном для него месте Европы – Берлине. Мощное движение пангерманизма, определявшее всю внешнюю политику императора Вильгельма II, абсолютно не было заинтересовано в усилении (а в действительности и в существовании) Австрийской монархии, и уж тем более полностью лишенной германского содержания.

Будущий воплотитель пангерманских идей Адольф Гитлер в «Майн кампф» зло и несправедливо отзывался о «сознательной чехизации» родной ему Австро-Венгрии: «Руководящая идея этого нового Габсбурга, в чьей семье разговаривали только по-чешски, состояла в том, что в центре Европы надо создать славянское государство, построенное на католической основе». Далее он писал: «После известия об убийстве эрцгерцога меня охватила тревога, не убит ли он немецкими студентами, которые захотели бы освободить немецкий народ от этого внутреннего врага». Кстати, сын Франца Фердинанда, Максимилиан до конца своих дней (в гитлеровском концлагере Маутхаузен) придерживался именно пангерманской версии смерти родителей.

«Он умрет на ступенях трона»

Увы, список недоброжелателей эрцгерцога не исчерпывался официальными лицами. Итальянские террористы, анархисты, уже убившие тетю Франца Фердинанда, жену Франца Иосифа, и его коллегу, собственного короля Умберто, также испытывали к наследнику австрийского престола ярко выраженную антипатию. Они готовились к покушению сами и помогали сербским друзьям.

Балканский корреспондент газеты «Киевская мысль» Лев Троцкий отмечал «карбонарский» характер боснийского террористического подполья: печатный орган «Черной руки» назывался «Пьемонт», а название «Млада Босна» было попросту позаимствовано у «дедушки европейского террора» Джузеппе Мадзини, чья «Молодая Италия» много лет сражалась против австрийских интересов.

Смешно, но когда Мадзини создал тайную республиканскую организацию «Священная фаланга», ее официальным лозунгом он провозгласил «Долой Австрию», после чего итальянские власти перестали преследовать подпольщиков.

Но убили эрцгерцога все-же боевики из «Млады Босны». А кто, собственно говоря, они были такие, что приказы вышестоящей, казалось бы, «Черной руки» могли попросту не замечать? Главный идеолог «Млады Босны» Владимир Гачинович был достаточно убежденным социалистом, читал Бакунина, Кропоткина и Нечаева, не раз встречался с видными членами РСДРП Карлом Радеком, Львом Троцким, Юлием Мартовым.

И заказ на убийство эрцгерцога вполне мог прийти в «Младу Босну» и помимо «Черной руки» – по социал-демократическим каналам. Ведь Ленин буквально мечтал, чтобы «Николаша и Франц Иосиф доставили нам (большевикам. – „Деньги“) такое удовольствие, как война между Австрией и Россией». Так что не исключено, что социал-демократические гуру подталкивали младобоснийцев к ускорению пожара мировой революции. В благодарность за помощь в этом нужном деле Ильич не слишком обоснованно отметил освободительную войну Сербии в общем неприглядном фоне кровавой империалистической бойни.

А в 1937 году Радек попытался что-то рассказать о сараевском убийстве, но выбрал уж очень неподходящее для этого место – зал суда над собой. Сталинские юристы резонно рассудили, что «троцкистская собака» попросту хочет затянуть процесс, и, к сожалению, не дали ему отклониться от темы вредительства и шпионажа.

И австрийские, и сербские расследователи сараевского убийства сделали все, чтобы скрыть малейшие проблески правды. К 1918 году в могилу по различным причинам сошли все непосредственные участники событий: Принцип, Габринович (скончались в тюрьме), Дмитриевич (расстреляли французы), Гачинович (умер от неизвестной болезни). А через год бесследно исчез катер, перевозивший из Вены в Белград по Дунаю архивные документы, связанные с сараевским убийством.

И начали гулять по книжным страницам страшные истории о поезде Франца Фердинанда, который вез его в Сараево при свечах, о его автомобиле, который погубил 8 своих последующих хозяев, о предсказаниях в никому не известном масонском журнале, что «он приговорен и умрет на ступенях трона». В действительности у эрцгерцога, имеющего столько серьезных врагов, не было ни малейшего шанса выжить в той Европе, где политические убийства были самым обыденным явлением на всем пространстве от Атлантики до Урала.

 

 

А.Борисов

ред. shtorm777.ru

ПОХОЖИЕ ЗАПИСИ

shtorm777.ru

Сараевское убийство | rusfact.ru

1 августа 1914 года началась первая мировая война. Причин у неё было множество, и нужен был лишь повод к её началу. Таким поводом послужило событие, произошедшее за месяц до этого – 28 июня 1914 года.Наследник австро-венгерского престола Франц Фердинанд Карл Людвиг Йозеф фон Габсбург был старшим сыном эрцгерцога Карла Людвига, брата императора Франца Иосифа. Престарелый император правил к тому времени уже 66-й год, успев пережить всех остальных наследников. Единственный сын и наследник Франца Иосифа кронпринц Рудольф, по одной из версий, застрелился в 1889 году в замке Майерлинг, убив перед тем свою возлюбленную баронессу Марию Вечера, а по другой версии, стал жертвой тщательно спланированного политического убийства, имитировавшего самоубийство единственного прямого наследника престола. В 1896 году умер брат Франца Иосифа Карл Людвиг, выпив воды из реки Иордан. После этого наследником престола стал сын Карла Людвига Франц Фердинанд.Франц Фердинанд был главной надеждой загнивающей монархии. В 1906 году эрцгерцог составил план преобразования Австро-Венгрии, который в случае его осуществления мог продлить жизнь Империи Габсбургов, снизив градус межнациональных противоречий. Согласно этому плану, Лоскутная Империя превращалась бы в федеративное государство Соединенные Штаты Великой Австрии, в котором образовывались 12 национальных автономий для каждой из крупных народностей, проживавших в Австро-Венгрии. Однако этому плану противился премьер-министр Венгрии граф Иштван Тиса, поскольку такое преобразование страны положило бы конец привилегированному положению венгров. Противился он настолько, что был готов убить ненавистного наследника. Он говорил об этом настолько откровенно, что появилась даже версия о том, что именно он и стал заказчиком убийства эрцгерцога.28 июня 1914 года Франц Фердинанд по приглашению наместника в Боснии и Герцеговине фельдцейхмейстера (то есть, генерала от артиллерии) Оскара Потиорека приехал в Сараево на манёвры.Сараево было главным городом Боснии. До русско-турецкой войны Босния принадлежала туркам, и по её итогам должна была отойти к Сербии. Однако в Боснию были введены австро-венгерские войска, а в 1908 году Австро-Венгрия официально присоединила Боснию к своим владениям. Таким положением, не были довольны, ни сербы, ни турки, ни русские, и тогда, в 1908-09 годах из-за этого присоединения чуть было не разразилась война, но тогдашний министр иностранных дел Александр Петрович Извольский предостерёг царя от опрометчивых действий, и война состоялась несколько позже.В 1912 году для освобождения Боснии и Герцеговины от оккупации и объединения с Сербией в Боснии была создана организация «Млада Босна». Приезд наследника был для младобоснийцев как нельзя кстати, и они решили убить эрцгерцога. Для покушения было отряжено шестеро младобоснийцев, страдавших туберкулёзом. Терять им было нечего: в ближайшие месяцы их так и так ждала смерть.Франц Фердинанд и его морганатическая супруга София-Мария-Йозефина-Альбина Хотек фон Хотков унд Вогнин прибыли в Сараево рано утром. По пути в ратушу чета подверглась первому покушению: один из этих шестерых Неделько Чабринович бросил бомбу на пути следования кортежа, но запал оказался слишком длинный, и бомба взорвалась лишь под третьей машиной. Бомбой убило шофёра этой машины и ранило её пассажиров, самой значительной персоной из которых был адъютант Пиотрека Эрих фон Мерицце, а также полицейского и прохожих из толпы. Чабринович пытался отравиться цианистым калием и утопиться в реке Миляцке, но ни то, ни другое не подействовало. Его арестовали и приговорили к 20 годам, но умер он через полтора года от того самого туберкулёза.По прибытии в ратушу эрцгерцог произнёс заготовленную речь и решил отправиться в больницу навестить раненых.Франц Фердинанд был одет в голубой мундир, черные брюки с красными лампасами, высокая фуражка с зелеными попугаичьими перьями. На Софии было белое платье и широкая шляпа с пером страуса. За руль вместо шофёра эрцгерцога Франца Урбана сел хозяин машины граф Гаррах, а слева от него, чтобы показывать дорогу, сидел Потиорек. Машина марки Gräf & Stift  мчалась по набережной Аппель. На перекрестке у Латинского моста автомобиль слегка притормозил, переключаясь на пониженную передачу, и водитель начал поворот направо. В это время, только что выпив кофе в магазине Штиллера, на улицу вышел один из той самой туберкулёзной шестёрки 19-летний гимназист Гаврило Принцип. Он как раз шёл по Латинскому мосту и увидел поворачивающий Gräf & Stift совершенно случайно. Не раздумывая ни секунды, Принцип выхватил Браунинг и первым же выстрелом продырявил живот эрцгерцогу. Вторая пуля досталась Софии. Третью Принцип хотел потратить на Потиорека, но не успел – сбежавшийся народ обезоружил юнца и начал избивать. Лишь вмешательство полиции спасло жизнь Гавриле. Как несовершеннолетнего его вместо смертной казни приговорили к тем же 20 годам, и во время заключения даже принялись лечить его от туберкулёза, продлив ему жизнь аж до 28 апреля 1918 года.

Место, на котором убили эрцгерцога, в наши дни. Вид с Латинского моста.

Раненого эрцгерцога и его супругу повезли почему-то не в госпиталь, до которого уже оставалось пара кварталов, а в резиденцию Потиорека, где под вой и причитания свиты оба скончались от кровопотери, так и не получив медицинской помощи.Дальнейшее всем известно: поскольку террористы были сербами, Австрия предъявила ультиматум Сербии. За Сербию вступилась Россия, угрожая Австрии, а за Австрию вступилась Германия. В результате через месяц началась мировая война.Франц Иосиф пережил и этого наследника, и после его смерти императором стал 27-летний Карл - сын императорского племянника Отто, умершего в 1906 году. Править ему пришлось чуть менее двух лет. Развал империи застал его в Будапеште. В 1921 году Карл попытался стать королём Венгрии. Организовав мятеж, он с верными ему войсками дошёл почти до самого Будапешта, но был арестован и 19 ноября того же года был доставлен на португальский остров Мадейра, определенный ему в качестве места ссылки. Через несколько месяцев он скоропостижно скончался якобы от воспаления лёгких.

Тот самый Gräf & Stift. Автомобиль имел четырёхцилиндровый 32-сильный двигатель, позволявший развивать 70-километровую скорость. Рабочий объём двигателя составлял 5,88 литра. Машина не имела стартёра и заводилась заводной рукояткой. Находится он в венском военном музее. На нём даже сохранилась номерная табличка с номером «A III118». Впоследствии кто-то из параноиков расшифровал этот номер как дату окончания первой мировой войны. В соответствии с этой расшифровкой, а означает «Armistice», то есть, перемирие, причём почему-то по-английски. Первые две римских единицы означают «11», третья римская и первая арабская единицы означают «ноябрь», а последняя единица и восьмёрка обозначают 1918 год – именно 11 ноября 1918 года и состоялось Компьенское перемирие, положившее конец первой мировой войне.

www.rusfact.ru

За сараевское убийство. 100 великих узников [с иллюстрациями]

За сараевское убийство

Впервые город Сараево упоминается в 1244 году, но назывался он тогда Верхбосна. В XIV веке Боснию захватили турки, которые назвали город «Сараево» (сарай – по-турецки «дворец»). В период средневекового расцвета сформировался торговый центр города «Чаршия», а на склонах гор возникли «махалы» – поселения. В 1908 году Босния и Герцеговина подпала под власть Австро-Венгрии, и восточное ядро города окружили европейские здания, в Сараево появились фабрики и заводы.

Такова в нескольких словах история города, в котором произошло событие, послужившее поводом к началу Первой мировой войны. Об этой истории написано много трудов на различных языках, но и сейчас некоторые вопросы остаются не до конца выясненными, отчего вокруг них до сих пор продолжаются научные и околонаучные споры, выдвигаются самые различные версии и предположения. Наследник австрийского престола – эрцгерцог Франц-Фердинанд – был убит при загадочных обстоятельствах: должным образом он не охранялся, да и полиция проявила непонятную нерасторопность. Но сараевское убийство не было простой случайностью. Оно явилось тем поворотным событием, которое роковым образом отразилось на всей европейской истории.

Гаврила Принцип

Подлинные документы Сараевского процесса, состоявшегося над боснийскими террористами в октябре 1914 года, до сих пор не найдены. Они были изъяты сразу же после процесса и отправлены в военный архив Австро-Венгрии, а вместо стенограмм стали фигурировать записи австрийских, хорватских и венгерских корреспондентов, присутствовавших на суде, а также следственные материалы и речь адвоката Р. Цистлера – защитника Гаврилы Принципа.

В настоящее время в науке имеются три противоположные точки зрения на убийство австрийского эрцгерцога Франца-Фердинанда. Максимилиан Гогенберг (сын убитого эрцгерцога) в июне 1936 года выдвинул версию, что его отца убили агенты секретной германской службы, так как Франц-Фердинанд мешал осуществлению великодержавных планов Вильгельма II. И хотя эта гипотеза как будто имеет под собой основание, в научной литературе она давно отвергнута. Согласно второй версии, в сараевском убийстве участвовала тайная сербская организация «Объединение или смерть», известная также под названием «Черная рука». Ее заговору будто бы покровительствовали сербское правительство и российский генеральный штаб. Однако эта версия тоже считается документально недоказанной, хотя она имеет широкое хождение в литературе. Непосредственную организацию сараевского убийства взяла на себя революционная организация «Млада Босна», которая, по одной из версий, таким образом ответила на насильственное присоединение Боснии и Герцеговины в 1908 году к монархии Габсбургов.

Все ученые сходятся на том, что никаких личных причин желать смерти наследника австрийского престола ни у кого из заговорщиков не было. Да, он не у всех вызывал симпатии, но личных страстей Франц-Фердинанд вокруг себя не вызывал, сильно задевая страсти политические. Поэтому, как отмечает историк П. Муратов, в сараевском убийстве хотели убить не столько человека, сколько идею – ту роковую политическую проблему, какую эрцгерцог собой представлял.

Австрийский престолонаследник считал, что в империи надо проводить серьезные реформы, что венгерские правящие круги оказывают сильное давление на императора Франца-Иосифа (его отца) и забрали слишком много власти. И хотя у партии Франца-Фердинанда не было своей четко разработанной программы, но основные ее идеи сводились к необходимости учитывать национальную специфику земель, входящих в состав Австро-Венгрии, и уравнять их права. Впоследствии появилась «правительственная» программа Франца-Фердинанда, в которой эти планы нашли свое отражение, но сербы не хотели мириться с включением Боснии и Герцеговины в состав империи, и в 1910–1914 годах здесь произошло несколько покушений на представителей оккупационных властей.

Члены общества «Млада Босна», созданного в 1912 году, выступали за объединение Боснии и Герцеговины с Сербией и создание независимого югославского государства. В воскресенье, 28 июня, они стояли в толпе, встречающей приехавшего на маневры эрцгерцога, на набережной реки Миляцка в Сараево. Когда показался кортеж из шести машин, 19-летний работник типографии Н. Габринович бросил бомбу во второй автомобиль, в котором ехали эрцгерцог Франц-Фердинанд с супругой. Но бомба разорвалась под третьей машиной, ранив находящихся в ней пассажиров. Н. Габриновича сразу же схватили, а эрцгерцог продолжил свой путь к городской ратуше, где должны были состояться намеченные торжества.

После приема в ратуше решено было навестить раненых офицеров в госпитале. Во время этой поездки пули Гаврилы Принципа настигли эрцгерцога Франца-Фердинанда и его супругу Софию. На судебном процессе австрийская сторона утверждала, что в заговоре участвовало правительство Сербии, однако суд не сумел документально доказать, что Г. Принцип и его сообщники были сербскими агентами.

Гаврилу Принципа приговорили к 20 годам тюремного заключения и 28 июня каждого года переводить его в тюремный карцер, где стояла только деревянная кровать без тюфяка. Такой же приговор был вынесен Н. Габриновичу, Т. Грабечу, Васо Кубриловичу и другим заговорщикам. Данило Илич, Велико Кубрилович, Н. Керович, Н. Иованович и Я. Милович приговорены к смертной казни через повешение, Митар Керович – к пожизненному тюремному заключению[61].

В декабре 1914 года Г. Принципа, Н. Габриновича и Т. Грабеча из сараевской тюрьмы перевели в крепость Терезиенштадт. Здесь Г. Принцип познакомился с доктором-психиатром М. Паппенгеймом, который сумел завоевать доверие заключенного и убедить его в том, что он – не шпион. Несколько разговоров с узником доктор записал, так как у самого Г. Принципа уже не было сил держать карандаш.

«Все время в одиночном заключении. Три дня тому назад сняли цепи. Ночью спит обычно четыре часа. Много грезит о жизни, о любви, не волнуясь. Думает обо всем, особенно о положении его страны. Кое-что слышал о войне. Слышал трагическую весть, что Сербия не существует. Моему народу приходится тяжело. Мировая война не замедлила бы прийти и без этого[62]. Был идеалистом, желавшим отомстить за народ. Мотивы – месть и любовь. Вся молодежь была в таком революционном настроении. Брошюры анархистов призывали к убийству. Теперь смотрит иначе; думает, что социальная революция возможна во всей Европе, так как вещи меняются… С ним обращаются неплохо. Все относятся корректно. Но месяц назад совершил попытку самоубийства. Хотел повеситься на полотенце. Глупо надеяться. Рана на груди и на руке. Жизнь, подобная той, которую он ведет, невозможна. В тот день (5 декабря 1914 г. – Н.И.) в 12 часов дня он не мог есть, был в плохом настроении. Внезапно пришла в голову мысль повеситься. Если бы он имел возможность, то выполнил бы. Думает о родителях и о других, но от них нет известий. Тоска. Во время покушения был ранен в голову, в спину и по всему телу. Принял цианистый калий, но был слаб, и его вырвало».

Запись 7 мая 1916 года сделана в тюремной больнице: «Все время в нервном настроении. Голоден: не получает достаточно еды. Одиночество. Здесь ни воздуха, ни солнца. В крепости разрешали прогулки. У него нет больше никаких надежд на жизнь. Больше не на что надеяться, жизнь потеряна. Два месяца нет никаких известий. Но для него все безразлично из-за его болезни и несчастий его народа».

Через полторы недели доктор записывал: «Рана хуже, выглядит плохо. Самоубийство каким-либо надежным способом невозможно. “Ждать конца”. Покорился, но в действительности не очень огорчен… Иногда в философском настроении, иногда в поэтическом, а иногда и совершенный прозаик. Думает о человеческой душе: что существеннее в человеческой жизни – инстинкт, воля или дух? Что движет человеком? Если бы он мог хотя бы 2–3 дня читать, то мог бы думать более ясно и выражаться лучше. Месяц ни с кем не говорил».

В 1916 году немецкий поэт Ф. Верфель видел в крепости Терезиенштадт другого узника – Н. Габриновича: «Я обнаружил белую, неописуемо воздушную форму, цепляющуюся фосфорически светлой рукой за железную койку. Она, казалось, была одета в лучезарное белое платье, тесно обтянутое вокруг нее. Но это не было впечатление от закутанного скелета – нет, но трепещущего бледного видения, невещественно колеблющегося в воздухе пара, словно освобожденный от тела дух готовился рассеяться в неестественно желтом блеске, наполнявшем комнату. Габринович, опираясь рукой на кровать, делал своей ногой движения, подобные движению человека, пытающегося вступить в туфли при вставании. Его изможденные колени касались друг друга. Его члены бурно трепетали, словно в нервном кризисе».

Г. Принцип, Т. Грабеч и Н. Габринович умерли в тюрьме в 1917 году от туберкулеза и недоедания. Времена военных пайков тяжело отразились на всех жителях Австро-Венгрии, и, конечно, государственных преступников никто не хотел щадить или оберегать. Их уморили медленной голодной смертью, но в гуле военных орудий Европа даже не заметила этого. «Мальчики, вызвавшие своим выстрелом войну», уже никого не интересовали.

Г. Принцип и раньше был слаб здоровьем и еще до покушения на Франца-Фердинанда болел острой формой туберкулеза. Даже при хорошем уходе и благоприятных условиях он мог только отсрочить свою смерть, двое же других были вполне здоровыми и физически нормальными людьми, однако при смерти они выглядели настоящими скелетами, потерявшими человеческий облик…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru