Крылатая ракета С-5 (СССР). С 5 ракета


Крылатая ракета С-5 (СССР)

Еще в самом начале работ над морской крылатой ракетой П-5 В.Н.Челомею пришла идея создать на ее базе мощную фронтовую крылатую ракету. Осенью 1958 г. на полигоне Капустин Яр Челомей показал Хрущеву картинку, где крылатая ракета стартовала с грузовика. Хрущеву идея понравилась, и уже 1 мая 1959 г. по Красной площади проехали два ЗИЛовских грузовика с огромными зелеными цилиндрами. Первый пуск комплекса С-5 состоялся лишь 21 июля 1960 г. К работе над комплексом, кроме главного ОКБ-52 было привлечено много НИИ и заводов. Так, обычную боевую часть проектировал ГСКБ-47, систему управления - НИИ-923 ГКАТ, заряды стартового двигателя - НИИ-125, пусковую установку - завод №476 ГКАТ, а серийные ракеты изготавливали заводы №242 и №99, и т.д.

Ракета С-5 была создана на базе ракеты П-5 и внешне напоминала ее. Система наведения ракеты инерциальная. НИИ-125 разработало для С-5 заряд стартового ускорителя СПРД-34М-6 с шашкой длиной 2160 мм и диаметром 122 мм. Старт ракеты С-5 производился из транспортно-пускового контейнера под углом к горизонту 15°. Стартовый вес ракеты 5400 кг, максимальная дальность стрельбы 500 км, минимальная 80 км. Автошасси для комплекса было поручено создать заводу ЗИЛ. За основу ЗИЛовцы взяли четырехосный плавающий тягач ЗИЛ-135Б, первый образец которого был изготовлен в октябре 1958 г. Шасси, модернизированное под С-5, получило индекс ЭИЛ-135К. Автомобиль ЗИЛ-135К был оснащен двумя карбюраторными двигателями ЗИЛ-375 мощностью по 180 л.с. каждый. ЗИЛ-135К с заряженными контейнерами мог по шоссе развивать скорость 60–65 км/час. В 1960–1962 гг. на ЗИЛе было изготовлено 9 шасси ЗИЛ-135К. Но Постановлением Совмина № 830–354 от 7 сентября 1961 г. серийное производство ЗИЛ-135К было передано Брянскому автозаводу, который должен был в 1961 г. изготовить 6 шасси, а в 1962 г. - 55 шасси.

 

Второй пуск ракет С-5 проводился в конце июля 1960 г. на полигоне Капустин Яр в присутствии Н.С. Хрущева и министра обороны Р.Я.Малиновского. Восьмиколесный ЗИЛ-135К лихо проехал мимо трибуны с высокими гостями, а затем, круто развернувшись, двинулся по целине на отведенное ему место старта. Пока начальство следило за другими «номерами» программы, стартовая команда, во главе которой был Сергей Хрущев (сын премьера), лихорадочно готовила ракету к пуску. И, как на зло, в момент запуска маршевого двигателя дважды отходил бортразъём, соединявший ракету с пусковой. Наконец бортразъём защелкнулся, и ракета с ревом ушла в огромную черную грозовую тучу.

 

Несмотря на успех испытаний, ракета нажила много врагов среди генералитета, которые предпочитали баллистические ракеты и гусеничные шасси. Главным аргументом против С-5 считалась его уязвимость от огня ПВО баллистическую ракету-де сбить невозможно, а крылатую, летящую с околозвуковой скоростью, уничтожить ничего не стоит. Были даже проведены «испытания» - установили несколько батарей ЗСУ-4-23 «Шилка» на точно выверенной трассе полета. Момент старта сообщили расчетам по радио, поэтому появление ракеты не оказалось неожиданным, ее встретила стена огня, и, конечно, ее сбили. Понятно, что это была «липа», хотя в принципе ни одна крылатая ракета не застрахована от воздействия средств ПВО. Например, в ходе «Бури в пустыне» иракские «Шилки» сбивали «Томагавки». В.Н.Челомей, в свою очередь, доказывал, что при одном и том лее стартовом весе (5,4 т) ракета С-5 летит на 500 км, а баллистическая ракета Р-11 - на 150 км, обе имеют одинаковое круговое вероятное отклонение (3 км), но заряд С-5 в несколько раз мощнее. Кроме того, обращение с керосином, примененном в качестве топлива в С-5, несравненно проще и безопаснее, чем с кислотой в Р-11.

 

Как писал С.Н. Хрущев: «Ракета С-5 существовала только благодаря незримой поддержке отца». Государственные испытания комплекса С-5 были закончены в октябре 1961 г. после пяти запусков ракеты. Наконец Постановлением Совмина № 1182 - 52 от 30 декабря 1961 г. комплекс С-5 был официально принят на вооружение Советской армии. Для пущей секретности ракета получила «несекретный индекс» 4К95, а пусковая установка па шасси ЗИЛ-135-2П-30. Кроме того, комплекс С-5 иногда именовали ФКР-2. Почти сразу после принятия С-5 начались работы по созданию новых комплексов на его базе. Хотя установка 2П-30 была достаточно мобильна, у конструкторов возникла мысль сделать еще более мобильную пусковую установку, которая могла бы скрытно доставляться вертолетом в любой район, в том числе туда, куда не могла пройти ни колесная, ни гусеничная техника. Противник мог получить ракетный удар из района, в котором он не предполагал наличия ракет.

 

5 февраля 1962 г. Постановлением Совмина №135-66 была утверждена разработка вертолетного варианта С-5В. Для вертолетных пусковых установок (ВПУ) ЗИЛ разработал специальное четырехколесное шасси с газотурбинным двигателем. ВПУ, получившая индекс 9П116, имела очень оригинальную конструкцию. Несущей конструкцией был контейнер с ракетой С-5 диаметром 1,8 м, к которому крепилась кабина, газотурбинный двигатель, колеса и т.д. Все четыре колеса имели приводы от электродвигателей типа ДТ-15 мощностью 22 кВт, размещенных вместе с редукторами в самих колесах. Задние колеса жестко (без рессор) закрепляли к корпусу пусковой установки. Передние, управляемые, колеса установлены на вертикально расположенных шкворнях и также жестко закреплены на корпусе. Электромоторы, как и приводы вертикального наведения пусковой, питались от генератора, соединенного с газотурбинным двигателем ГТД-350 мощностью 350 л.с. 9П116 предназначалась для передвижения на небольшие расстояния порядка 20–30 км от места десантирования. Высота пусковой установки по кабине - 3263 мм. Вес установки (без ракеты) - около 5,5 т. В кабине помещалось 2 человека.

 

В 1963 г. на четырех таких шасси на заводе №475 были смонтированы пусковые контейнеры. В ОКБ M.Миля на базе вертолета Ми-10 был создан ракетный вертолетный комплекс 9К74. Сам вертолет получил индекс Ми-10РВК. Взлетный вес его достиг 44,6 т. Пусковая установка 9П116 могла быть доставлена вертолетом на дальность до 200 км и после приземления могла быть подготовлена к пуску в течение 5 минут. Испытания выявили ряд существенных недостатков комплекса 9К74. Среди них была большая «парусность» вертолета с 9П116 и снос его ветром, дальность полета вертолета оказалась меньше расчетной и т. д. Постановлением Совмина от 11 ноября 1965 г. работы по вертолетной пусковой установке были прекращены. 19 февраля 1962 г. Постановлением Совмина №178-84 была утверждена разработка комплекса С-5Т с химической боевой частью «Туман-1», со сроком предъявления на совместные испытания в III квартале 1964 г. Головным разработчиком был назначен НИИ-4.03 Госкомитета по химии.

 

Головка с «Туманом» должна была снаряжаться отравляющим веществом типа «Р-55» или «60». Ракета С-5Т с веществом «60» должна заражать не менее 300 гектаров с концентрацией 0,03 г/м 2при средних метеоусловиях (от -20 °C до +20 °C). Химические боевые части были взаимозаменяемы со штатными боевыми частями ракет С-5 (ТК11 и 3II23). Транспортировка пусковой установки с ракетой С-5Т могла осуществляться со скоростью не более 35–40 км/час по шоссе и 20–25 км/час по грунтовой дороге. Первый пуск ракеты С-5Т состоялся 9 октября 1964 г.

 

Согласно Постановлениям Совмина №707-292 от 28 июня 1960 г. и №55–22 от 9 января 1963 г. разрабатывался комплекс С-5М, отличавшийся от С-5 в основном системой управления. В счетно-решающее устройство, связанное с радиовысотомером, кроме ряда других изменений, был внесен блочек, вычисляющий вторую производную, что позволило ракете огибать препятствия по высоте и выходить на эффективную высоту подрыва специальной боевой части ТК-11 (1000 м ±150 м). Новый комплекс С-5М получил армейский индекс 2К17М, а ракета - 9М78, а слегка модернизированные пусковые установки 2П-30 стали называться 9П123. Первый пуск ракеты С-5М состоялся 7 августа 1964 г. на полигоне Капустин Яр. С 1 августа по 20 октября 1964 г. прошли Государственные совместные испытания С-5М. В ходе Государственных испытаний пусковая установка 9П123 прошла 3500 км, а перед этим на заводских испытаниях - еще 1500 км. Во время испытаний провели шесть пусков ракет С-5М. В отчете же были приведены данные только четырех пусков на дальность 423 км. Высота полета задавалась 400, 280 и 200 м.

 

Испытания показали, что С-5М может совершать полет в гористой местности на высотах от 200 до 800 м и устойчиво огибать препятствия, на равнине же высота полета может быть от 200 до 1000 м. Время предстартовой подготовки у С-5М составило 39 минут, для сравнения, у С-5 - 63 минуты. Для своего времени комплексы С-5 с боевыми частями ТК-11 и С-5Т с «Туман-1» были мощными средствами воздействия на противника и могли успешно решать тактические, оперативно-тактические, а в некоторых случаях и стратегические задачи. Созданные советскими конструкторами устройства (транспортно-пусковой контейнер, автомат выдвижения крыла и др.) на десятилетия опередили зарубежные разработки.

www.dogswar.ru

С-5

Неуправляемая авиационная ракета С-5 (АРС-57) разработана в ОКБ-16 под руководством А.Э.Нудельмана в конце 1950-х годов. За основу конструкции были взяты немецкие ракеты R4/M и "Шланге". Оперение ракеты було решено выполнить складывающимя, что позволило компактно разместить направляющие трубы, собранные в один блок. Ракета ринята на вооружение Постановлением СМ СССР №541-335 от 22 марта 1955 года.

Ракета С-5 имеет точёный стальной корпус, к передней части которого крепится боевая часть с взрывателем. В задней части корпуса находится сопло с оперением. Лепестки стабилизатора шарнирно складываются вперёд по полёту, охватывая в сложенном виде сопло (при хранении и снаряжении фиксируются бумажным кольцом). При пуске лепестки раскрываются под действием пружины и набегающего потока воздуха. Профиль лепестков обеспечивает раскрутку ракеты в полёте (для стабилизации полёта) до 1500 об/мин. Силовая установка состоит из ракетного твердотопливного двигателя. Для увеличения скорости горения топлива двигатель имеет канал звездообразной формы. Продолжительность работы двигателя составляет 1,1 с (за это время С-5 пролетает примерно 300 м, после чего продолжает баллистический полёт). Подрыв БЧ производится контактным взрывателем В-5М (В-5М1), срабатывающим при попадании в цель. На случай промаха установлен временной самоликвидатор. Применяется с блоков ОРО-57К, УБ-16-57, УБ-32-57, Б-32-О и их модификаций.

Простая и надёжная ракета С-5 послужила основой для целого семейства НАР различного назначения, различающихся, в основном, устройством БЧ. Ракеты семейства С-5 поставлялись на экспорт во многие страны мира и использовались в военных конфликтах (арабо-израильских, между Ираном и Ираком, в Афганистане). Были случаи использования блоков НАР на земле в качестве реактивной артиллерии.

Модификации

  • С-5 (АРС-57) - базовая. Принята на вооружение в 1955 году.
  • С-5К (КАРС-57) - бронебойная с БЧ кумулятивного действия. Оснащается механическим взрывателем В-586. Предназначена для борьбы с танками, БТР и другой бронетехникой. Пробивает броню до 130 мм. Принята на вооруженние в 1960 году.
  • С-5К1 - модернизированная.
  • С-5КО - многоцелевая с БЧ комбинированного кумулятивно-осколочного действия. Снабжена 10 стальными кольцами с надрезами для регулярности дробления (при взрыве образуется до 220 осколков массой по 2 г)
  • С-5Кор - корректируемая (проект).
  • С-5КП - с пьезоэлектрическим взрывателем. Для образования осколков на корпус навита стальная проволока.
  • С-5КПБ - доркаботанная.
  • С-5М - с БЧ фугасного действия. Предназначена для поражения живой силы и слабозащищённых целей. Принята на вооружение в 1959 году.
  • С-5М1 - модернизированная.
  • С-5МО - с БЧ усиленного осколочного действия. Снабжена 20 стальными кольцами с надрезами (при взрыве образуется до 360 осколков).
  • С-5О (ОАРС-57) - осветительная. Предназначена для ночной подсветки атакуемого объекта и фоторазведки (время горения 18,3 с). Оснащается дистанционным взрывателем И-71 (время срабатывания 17 с). Разработана совместно с НИИ-22.
  • С-5О1 - модернизированная. Отличается наличием парашюта.
  • С-5П (АСР-57СП, ПАРС-57) - противолокационная. Снаряжается дипольными отражателями для постановки пассивных помех. Оснащается дистанционным взрывателем. Разработана совместно с НИИ-22. Принята на вооружение в 1964 году.
  • С-5П1 - модернизированная.
  • С-5С - начинённая стреловидными поражающими элементами (1100 штампованных стальных стрел длиной 40 мм). Снабжена дистанционным взрывателем. Предназначена для поражения живой силы.
  • С-5СБ - доработанная.

Технические характеристики

Габариты, мм:

длина диаметр размах оперения

830 57 230
Стартовая масса, кг 3,86
Масса боевой части, кг 1,08
Круговое вероятное отклонение, % от дальности 0,35
Дальность пуска, м:

максимальная минимальная

2000 -
Диапазон высот применения, м 100-15000

Литература

  1. Марковский В.Ю. Оружие "вертушек". // Авиамастер. - 1998. - №4. - С. 46-57.
  2. Марковский В.Ю., Перов К. Наследники "эрэсов". // Крылья Родины. - 1994. - №10. - С. 21-23.
  3. Широкорад А.Б. История авиационного вооружения. - Мн.: "Харвест", 1999. - С. 248-255.

aviaros.narod.ru

К-5 (ракета) — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

У этого термина существуют и другие значения, см. К-5.

К-5 (РС-1У — реактивный снаряд первый управляемый[2] или Изделие ШМ, по классификации МО США и НАТО: AA-1 Alkali — «Щелочь») — советская управляемая ракета класса «воздух-воздух» с радиокомандной системой наведения. Разработана в ОКБ-2 МАП СССР, под руководством Д. Л. Томашевича. Разработка К-5 началась в 1951 году.

История разработки

Работы по созданию первой системы управляемого ракетного вооружения для истребителей-перехватчиков начались в КБ-1 почти за год до выхода официального постановления Совета Министров СССР от 1 апреля 1952 года. К-5 изначально задумывалось как достаточно компактное оружие, чтобы его можно было разместить на истребителе МиГ-15, причём предполагалось что истребитель будет нести четыре ракеты, что должно было обеспечить большую вероятность поражения цели. В несекретных документах ракета получила обозначение «ШМ».

НИИ-17 занялся разработкой радиолокационной станции (РЛС) для системы вооружения К-5. В очень короткий срок, на базе РЛС РП-1У «Изумруд» для всепогодных модификаций истребителей МиГ-15 и МиГ-17, была создана РЛС РП-2У «Изумруд-2», которая в различных модификациях устанавливалась на МиГ-17, МиГ-19 и первых серийных Як-25.

Первый автономный пуск «ШМ» с МиГ-17П (СП-6) состоялся 8 октября 1953 года в районе полигона Владимировка, в Астраханской области. Пуски «ШМ» по самолётам-мишеням начались в марте 1955 года, и уже 8-го числа была поражена первая мишень. После принятия на вооружение в 1956 году система получила наименование С-1-У, самолёт — МиГ-17ПФУ, а сама ракета — РС-1У (сокр. реактивный снаряд первый, управляемый). Четыре ракеты РС-1У (изделия «М») размещались на пусковых устройствах АПУ-3 с замками-держателями 369-Ш.

В соответствии с декабрьским правительственным Постановлением 1954 года 40 ракетоносцев МиГ-17ПФУ (СП-15) выпустили в 1956 году на заводе № 21 в Горьком. В 1956 году провели войсковые испытаний, завершив их с положительными результатами. Ещё одним носителем новой системы вооружения стал двухдвигательный перехватчик Як-25. Количество этих перехватчиков было крайне мало — упоминается лишь одна группа ракетоносцев Як-25, базировавшаяся на восточном побережье Каспийского моря, у Красноводска.

Для истребителя МиГ-19 была разработана усовершенствованная ракета К-5М, с увеличенной площадью крыльев, улучшенной устойчивостью, увеличенными топливным зарядом и запасами сжатого газа для рулевых приводов и большей боевой частью. К-5М представили на испытания весьма оперативно — уже весной 1956 года во Владимировке состоялись её первые пуски с истребителя МиГ-19 (СМ-2М).

После принятия системы на вооружение по постановлению ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 1343—619сс от 28 ноября 1957 года она получила обозначение С-2-У, ракета — РС-2У. На горьковском заводе № 21 носитель запустили в серию под обозначением МиГ-19ПМ («изделие 65»), выпустив 369 самолётов с 1956 по 1960 год.

Уже во второй половине 1950-х годов система К-5 рассматривалась как устаревшая и не планировалась к применению на перспективных самолётах. Однако, обстоятельства сложились так, что с некоторыми доработками она стала основой вооружения Су-9 — наиболее скоростного и высотного советского перехватчика первой половины 1960-х годов. Этот вариант К-5 получил обозначение К-51 (изделие «ИС»), но в ряде документов использовалось обозначение К-5МС.

Ещё до оформления Постановления решением Военно-промышленной комиссии № 12 от 3 марта 1958 года было задано переоборудование под комплекс К-51 одного из первых серийных Т-3 (заводской № 0103), а также изготовление на заводе № 153 ещё трёх ракетоносцев с представлением на испытания в мае-июле. В мае 1958 года лётчик-испытатель В. И. Ильин поднял в воздух первый носитель системы К-51 — самолёт Т-43-2, переделанный для этих испытаний из ПТ-8. Под крылом суховского носителя ракеты размещались на пусковых устройствах АПУ-19 (внутренняя пара) и АПУ-20 (внешняя пара). В ходе летных испытаний К-51 в составе Т-3 удалось подтвердить возможность применения ракет в диапазоне высот от 7 до 20 км, а также выполнить автономные пуски на высотах до 23 км. В соответствии с Постановлением от 10 октября 1960 года № 1108—460 авиационно-ракетный комплекс перехвата Т-3-51 с принятием на вооружение получил обозначение Су-9-51, самолёт — Су-9, РЛС ЦД-30 — РП-9, ракета К-51 — РС-2УС. Вскоре после принятия на вооружение в составе Су-9, РЛС ЦД-30 в варианте ЦД-З0Т (РП-21) нашла применение и на более крупносерийном самолёте — МиГ-21ПФ. После того как разработка Р-3 с радиолокационной ГСН затянулась, было решено вооружить МиГ-21 ракетами РС-2УС. Этими ракетами были вооружены модификации МиГ-21ПФМ и МиГ-21С.

В 1963 году проводились испытания по применению ракеты РС-2УС по наземным целям. Такой вариант применения был признан возможным, но нецелесообразным из-за малой точности ракеты и слабой боевой части.[1]

Ракеты семейства К-5 выпускались также и в Китае, где их производство под наименованием PL-1 осуществлялось в соответствии с переданной в конце 1950-х годов лицензией. В конце 1990-х годов на основе РС-2У в Польше была создана ракета-мишень для тренировки расчётов зенитных ракетных комплексов.[3]

Модификации и носители

  • К-5 (РС-1У) — базовый серийный вариант. МиГ-17ПФУ был вооружён четырьмя ракетами РС-1УС, как и Як-25К.
  • К-5М (РС-2У) — усовершенствованные ракеты для истребителей МиГ-19ПМ и МиГ-19ПМЛ.
  • К-5С — К-5 с увеличенной боевой частью, в серию не пошла.
  • К-5МС (К-51, РС-2УС) — последний серийный вариант К-5, этими ракетами вооружались Су-9, МиГ-21ПФМ и МиГ-21С.
  • К-55 (Р-55, «изделие 67») — модернизированный вариант РС-2УС с помехозащищённой тепловой ГСН и дополнительной БЧ в хвостовой части, разрабатывался ОКБ «Звезда» с 1957 года.[1]
  • Китайская Народная Республика PL-1 (кит. трад. 霹靂一號, упр. 霹雳一号, пиньинь: Pī lì yī hào, палл.: Пи ли и хао, буквально Удар грома 1) — китайская копия К-5 производившаяся по лицензии.

Тактико-технические характеристики

Модификация РС-1У РС-2У РС-2УС Р-55 изделие «ШС» AA-1 Alkali изделие «И» AA-1A Alkali[4] изделие «ИС» AA-1A Alkali изделие «67» AA-1B Alkali[4]Принятие на вооружение Самолёты-носители/боекомплект Пусковое устройство Зона поражения по дальности, км Зона поражения по высоте, км Скорость поражаемой цели, км/ч Длина ракеты, м Диаметр корпуса, мм Размах крыла, м Стартовая масса, кг Время управляемого полёта, сек. Максимальная скорость, м/с Допустимая перегрузка при пуске, g Перегрузка перехватываемой цели, g Боевая часть Система наведения Взрыватель Двигательная установка
1956 1957 1960 1972[4]
МиГ-17ПФУ/4, Як-25К/?, МиГ-19ПМ/4[4] МиГ-19ПМ/4 МиГ-19ПМУ/4[4], Су-9/2-4, МиГ-21ПФМ/Р/МФ/? МиГ-21ПФМ/С/?, Су-9/2-4 (Миг-21бис[4], Су-9, Су-15[1])
АПУ-3[5] АПУ-4[5] АПУ-4[4], АПУ-19 (внутренние) и АПУ-20 (внешние)[5], АПУ-7[4] АПУ-68УМ[4]
2-3 2-5,2 (реально 1,5-3,5[5], 2,5-3,5[4]) 2-6[5] (2,5-3,5[4]) 1,2-10[1] (1,2-2,8[4])
5-10 0,7-16 (2,5-16,5[4]) 5-20[5](2,5-16,5/20,5[6])[4] 0-22[1]
1600
2,35 2,45 (2,494[4]) 2,5[4] 2,76[4]
200
0,55 0,65 0,654[4] 0,65[4]
74,3 82,6 (82,2[5]) 82,7[4] 91,1[4]
800[4]
ОФБЧ 9,25 кг (11,35[5]) 13 кг (13,5[5]) 13 кг Две ОФБЧ (передняя и хвостовая), 8,6 кг[4]
по радиолучу самолётной РЛС ИК ГСН C-59[7]
неконтактный радиовзрыватель РВ-1У[5] неконтактный радиовзрыватель РВ-2У[5] неконтактый оптический НОВ-55[7] «Роза»ИК-диапазона[7][8]
РДТТ тягой 1340 кгс[5]

Операторы

Бывшие

Источники

Примечания

  1. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 [http://www.ktrv.ru/docs/history.doc История ОАО "Корпорация Тактическое Ракетное Вооружение"] (рус.). Оф. сайт ОАО "Корпорация Тактическое Ракетное Вооружение" (2009). Проверено 18 декабря 2011. [http://www.webcitation.org/66R0IC5pQ Архивировано из первоисточника 25 марта 2012].
  2. ↑ Мясников Виктор. [http://nvo.ng.ru/armament/2012-06-01/10_rockets.html Сверхзвуковые ракеты находят цель] (рус.). Независимое военное обозрение (1 июня 2012). Проверено 1 июня 2012. [http://www.webcitation.org/68kNbxag8 Архивировано из первоисточника 28 июня 2012].
  3. ↑ Коровин В. Ракеты "Факела" / Под общ. ред. В. Г. Светлова. — М.: РИА "Глория-Арт", 2003. — С. 154.
  4. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 Gordon, 2004, с. 15-22.
  5. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Марковский, Перов, 2005, с. 4-7.
  6. ↑ При использовании на МиГ-19ПМ и Су-9, соответственно.
  7. ↑ 1 2 3 Gordon, 2004, с. 23.
  8. ↑ Крылья родины, №8, 1995, с. 16-18.

Литература

  • Широкорад А. Б. История авиационного вооружения. Краткий очерк / Под общей ред. А. Е. Тараса. — Мн.: Харвест, 1999. — 560 с. — (Библиотека военной истории). — 11 000 экз. — ISBN 985-433-695-6.
  • Марковский В. Перов К. Советские авиационные ракеты «воздух-воздух». — М.: Экспринт, 2005. — 47 с. — ("Экспринт: Авиационный фонд").
  • Ангельский Р., Коровин В. Отечественные управляемые ракет «воздух-воздух» // Авиация и Космонавтика. — 2002. — № 1. — С. 5-11.
  • Марковский В., Перов К. Ракета находит цель. Советские авиационные ракеты «воздух-воздух» (рус.) // Крылья Родины. — М., 1995. — № 8. — С. 16-18. — ISSN [http://www.sigla.ru/table.jsp?f=8&t=3&v0=0130-2701&f=1003&t=1&v1=&f=4&t=2&v2=&f=21&t=3&v3=&f=1016&t=3&v4=&f=1016&t=3&v5=&bf=4&b=&d=0&ys=&ye=&lng=&ft=&mt=&dt=&vol=&pt=&iss=&ps=&pe=&tr=&tro=&cc=UNION&i=1&v=tagged&s=0&ss=0&st=0&i18n=ru&rlf=&psz=20&bs=20&ce=hJfuypee8JzzufeGmImYYIpZKRJeeOeeWGJIZRrRRrdmtdeee88NJJJJpeeefTJ3peKJJ3UWWPtzzzzzzzzzzzzzzzzzbzzvzzpy5zzjzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzztzzzzzzzbzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzvzzzzzzyeyTjkDnyHzTuueKZePz9decyzzLzzzL*.c8.NzrGJJvufeeeeeJheeyzjeeeeJh*peeeeKJJJJJJJJJJmjHvOJJJJJJJJJfeeeieeeeSJJJJJSJJJ3TeIJJJJ3..E.UEAcyhxD.eeeeeuzzzLJJJJ5.e8JJJheeeeeeeeeeeeyeeK3JJJJJJJJ*s7defeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeSJJJJJJJJZIJJzzz1..6LJJJJJJtJJZ4....EK*&debug=false 0130-2701].
  • Gordon Yefim. Soviet/Russian Aircraft Weapons. Since World War Two. — Hinkley, England: Midland Publishing, 2004. — 207 p. — ISBN 1-85780-188-1.

Ссылки

  • [http://www.airwar.ru/weapon/avv/k5.html Уголок Неба // К-5]
  • [http://www.airwar.ru/weapon/avv/k5m.html Уголок Неба // К-5М]
  • [http://www.airwar.ru/weapon/avv/k51.html Уголок Неба // К-5МС]
  • [http://www.missiles.ru/k5.htm Семейство управляемых снарядов класса «воздух-воздух» К-5] на сайте missiles.ru
  • [http://www.aviation.ru/missile/#RS-2U RS-2U — Air-to-Air missile] на сайте aviation.ru

Напишите отзыв о статье "К-5 (ракета)"

Отрывок, характеризующий К-5 (ракета)

Когда перепуганная мама спросила – а как же доктор? Женщина, спокойно посмотрев ей в глаза, ласково ответила, что по её мнению, маме уже давно пора рожать живых (!) детей... И начала мягко и осторожно массировать маме живот, как бы понемножку готовя её к «скорому и счастливому» деторождению... И вот, с лёгкой руки этой чудесной незнакомой акушерки, около шести часов утра, у мамы легко и быстро родился её первый живой ребёнок, которым, на своё счастье, и оказалась я. – А ну, посмотри-ка на эту куколку, мама! – весело воскликнула акушерка, принося маме уже умытый и чистенький, маленький кричащий сверток. А мама, увидев впервые свою, живую и здоровую, маленькую дочь... от радости потеряла сознание...

Когда ровно в шесть часов утра доктор Ингелявичус вошёл в палату, перед его глазами предстала чудесная картинка – на кровати лежала очень счастливая пара – это была моя мама и я, её живая новорожденная дочурка... Но вместо того, чтобы порадоваться за такой неожиданный счастливый конец, доктор почему-то пришёл в настоящее бешенство и, не сказав ни слова, выскочил из палаты... Мы так никогда и не узнали, что по-настоящему происходило со всеми «трагично-необычными» родами моей бедной, настрадавшейся мамы. Но одно было ясно наверняка – кому-то очень не хотелось, чтобы хоть один мамин ребёнок появился живым на этот свет. Но видимо тот, кто так бережно и надёжно оберегал меня всю мою дальнейшую жизнь, на этот раз решил не допустить гибели ребёнка Серёгиных, каким-то образом зная, что в этой семье он наверняка окажется последним... Вот так, «с препятствиями», началась когда-то моя удивительная и необычная жизнь, появление которой, ещё до моего рождения, готовила мне, уже тогда достаточно сложная и непредсказуемая, судьба.... А может, это был кто-то, кто тогда уже знал, что моя жизнь кому-то и для чего-то будет нужна, и кто-то очень постарался, чтобы я всё-таки родилась на этой земле, вопреки всем создаваемым «тяжёлым препятствиям»...

Время шло. На дворе уже полностью властвовала моя десятая зима, покрывшая всё вокруг белоснежным пушистым покровом, как бы желая показать, что полноправной хозяйкой на данный момент является здесь она. Всё больше и больше людей заходило в магазины, чтобы заранее запастись Новогодними подарками, и даже в воздухе уже «пахло» праздником. Приближались два моих самых любимых дня – день моего рождения и Новый Год, между которыми была всего лишь двухнедельная разница, что позволяло мне полностью насладиться их «празднованием», без какого-либо большого перерыва... Я целыми днями крутилась «в разведке» возле бабушки, пытаясь разузнать, что же получу на свой «особый» день в этом году?.. Но бабушка почему-то не поддавалась, хотя раньше мне никогда не составляло большого труда «растопить» её молчание ещё до своего дня рождения и узнать какой такой «приятности» я могу ожидать. Но в этом году, почему-то, на все мои «безнадёжные» попытки, бабушка только загадочно улыбалась и отвечала, что это «сюрприз», и что она совершенно уверена, что он мне очень понравится. Так что, как бы я ни старалась, она держалась стойко и ни на какие провокации не поддавалась. Деваться было некуда – приходилось ждать... Поэтому, чтобы хоть чем-то себя занять и не думать о подарках, я начала составлять «праздничное меню», которое бабушка в этом году разрешила мне выбирать по своему усмотрению. Но, надо честно сказать, это не была самая лёгкая задача, так как бабушка могла делать настоящие кулинарные чудеса и выбрать из такого «изобилия» было не так-то просто, а уж, тем более – поймать бабушку на чём-то невыполнимом, было вообще делом почти что безнадёжным. Даже самым привередливым гурманам, думаю, нашлось бы, чем у неё полакомиться!.. А мне очень хотелось, чтобы на этот раз у нас «пахло» чем-то совершенно особенным, так как это был мой первый «серьёзный» день рождения и мне впервые разрешалось приглашать так много гостей. Бабушка очень серьёзно ко всему этому отнеслась, и мы сидели с ней около часа, обсуждая, что бы такое особенное она могла бы для меня «наворожить». Сейчас, конечно же, я понимаю, что она просто хотела сделать мне приятное и показать, что то, что важно для меня – точно так же важно и для неё. Это всегда было очень приятно и помогало мне чувствовать себя нужной и в какой-то степени даже «значительной», как если бы я была взрослым, зрелым человеком, который для неё достаточно много значил. Думаю, это очень важно для каждого из нас (детей), чтобы кто-то в нас по-настоящему верил, так как все мы нуждаемся в поддержании нашей уверенности в себе в это хрупкое и сильно «колеблющееся» время детского созревания, которое и так почти всегда являет собой бурный комплекс неполноценности и крайнего риска во всём, что мы пытаемся пробовать, пытаясь доказать свою человеческую ценность. Бабушка это прекрасно понимала, и её дружеское отношение всегда помогало мне без боязни продолжать мои «сумасшедшие» поиски себя в любых попадавшихся жизненных обстоятельствах. Наконец-то закончив составлять вместе с бабушкой свой «деньрожденческий стол», я отправилась на поиски папы, у которого был выходной день и который (я почти была в этом уверена) находился где-то в «своём углу», за своим любимым занятием... Как я и думала, уютно устроившись на диване, папа спокойно читал какую-то очень старую книгу, одну из тех, которых брать мне пока ещё не разрешалось, и до которых, как я понимала, я пока что ещё не доросла. Серый кот Гришка, свернувшись тёплым калачиком у папы на коленях, от избытка переполнявших его чувств довольно жмурился, вдохновенно мурлыча за целый «кошачий оркестр»... Я подсела к папе на краешек дивана, как делала очень часто, и тихонечко стала наблюдать за выражением его лица... Он был где-то далеко, в мире своих дум и грёз, следуя за ниточкой, которую, видимо очень увлечённо плёл автор, и в то же время, наверняка уже расставлял получаемую информацию по полочкам своего «логического мышления», чтобы потом пропустить через своё понимание и восприятие, и уже готовенькую отправить в свой огромный «мысленный архив»... – Ну и что же мы там имеем? – потрепав меня по голове, тихо спросил папа. – А наша учительница сегодня сказала, что никакой души вовсе нет, а все разговоры о ней – это просто выдумки священников, чтобы «подорвать счастливую психику советского человека»... Почему они лгут нам, пап? – на одном дыхании выпалила я. – Потому, что весь этот мир, в котором мы здесь живём, построен именно на лжи... – очень спокойно ответил отец. – Даже слово – ДУША – понемногу уходит из оборота. Вернее – его «уходят»... Смотри вот, раньше говорили: душещипательный, душа в душу, душегрейка, душераздирающий, душевный, открыть душу, и т.д. А теперь это заменяется – болезненный, дружно, телогрейка, отзывчивый, потребность... Скоро в русском языке совсем души не останется... Да и сам язык стал другой – скупой, безликий, мёртвый... Знаю, ты не заметила, Светленькая, – ласково улыбнулся папа. – Но это только потому, что ты уже родилась с ним таким, каким он является сегодня... А раньше он был необычайно ярким, красивым, богатым!.. По-настоящему душевным... Теперь уже и писать иногда не хочется, – папа на несколько секунд умолк, думая о чём-то своём и тут же возмущённо добавил. – Как я могу выразить своё «я», если мне присылают список (!), какие слова можно употреблять, а какие являются «пережитком буржуазного строя»... Дикость... – Тогда, что – лучше учиться самому, чем ходить в школу? – озадачено спросила я. – Нет, мой маленький человек, в школу идти нужно. – И не дав мне возможности возразить, продолжил. – В школе тебе дают «зёрна» твоего фундамента – математику, физику, химию биологию, и т.д., которым дома тебя учить у меня просто не нашлось бы времени. А без этих «зёрен», к сожалению, ты не сможешь вырастить свой «умственный урожай»... – папа улыбнулся. – Только сперва ты обязательно должна будешь эти «зёрнышки» хорошенько «просеять» от шелухи и гнилых семян... А какой уж потом получится твой «урожай» – будет зависеть только от тебя самой... Жизнь сложная штука, видишь ли... И не так-то просто иногда бывает держаться на поверхности... не уходя на дно. Но деваться-то некуда, правда же? – папа опять потрепал меня по голове, он был почему-то грустным... – Вот и думай – быть ли одной из тех, кому говорят, как тебе надо жить или быть одной из тех, которые сами думают и ищут свой путь... Правда, за это бьют по головушке весьма основательно, но зато, ты всегда будешь носить её гордо поднятой. Вот и думай хорошенько, перед тем как решишь, что тебе больше нравится... – А почему, когда я говорю в школе то, что думаю, учительница называет меня выскочкой? Это так обидно!.. Я никогда не стараюсь первой отвечать, наоборот – предпочитаю, когда меня не трогают... Но если спрашивают, я же должна ответить, правда, ведь? А им почему-то очень часто мои ответы не нравятся... Как же быть, пап? – Ну, это, опять же, тот же самый вопрос – хочешь ли быть сама собой или хочешь говорить то, что от тебя требуется и жить спокойно? Ты, опять же, должна выбирать... А не нравятся твои ответы потому, что они не всегда совпадают с теми, которые у них уже подготовлены, и которые всегда для всех одинаковы. – Как это – одинаковые? Я ведь не могу думать, как они хотят?.. Люди не могут думать одинаково?! – Ошибаешься, моя Светлая... Именно это-то они и хотят – чтобы все мы думали и действовали одинаково... В этом-то вся мораль... – Но это неправильно, пап!.. – возмутилась я. – А ты посмотри повнимательнее на своих школьных друзей – часто ли они говорят не то, что написано? – я смутилась... он был опять же, как всегда, прав. – Это потому, что их родители учат их быть всего лишь примерными и послушными учениками и получать хорошие отметки. Но они не учат их думать... Возможно, потому, что не очень-то думали сами... Или может ещё потому, что в них уже слишком глубоко вжился страх... Вот и шевели своими извилинками, моя Светленькая, чтобы найти для себя то, что является для тебя более важным – твои отметки, или твоё собственное мышление. – А разве можно бояться думать, пап?.. Ведь наших мыслей никто не слышит?.. Чего же тогда бояться? – Слышать-то не услышат... Но каждая созревшая мысль формирует твоё сознание, Светленькая. А когда твои мысли меняются, то меняешься с ними и ты... И если мысли у тебя правильные, то они могут очень и очень кому-то не понравиться. Далеко не всем людям нравится думать, видишь ли. Очень многие предпочитают сваливать это на плечи другим, таким как ты, а сами остаются лишь «исполнителями» чужих желаний на всю свою оставшуюся жизнь. И счастье для них, если те же «думающие» не бьются в борьбе за власть, потому что тогда в игру идут уже не настоящие человеческие ценности, а ложь, бахвальство, насилие, и даже преступление, если они хотят избавиться от думающих с ними «невпопад»... Поэтому, думать может быть очень опасно, моя Светлая. И всё зависит лишь от того, будешь ли ты этого бояться или предпочтёшь страху свою человеческую честь... Я взобралась к папе на диван и свернулась рядом с ним калачиком, подражая (очень этим недовольному) Гришке. Рядом с папой я всегда чувствовала себя очень защищённо и умиротворённо. Казалось, ничто плохое не может до нас добраться, как и ничто плохое не может со мной случиться, когда я нахожусь рядом с ним. Чего, конечно же, нельзя было сказать про взъерошенного Гришку, так как он тоже обожал проводимые с папой часы и не выносил, когда кто-либо в эти часы вторгался... Он шипел на меня очень недружелюбно и всем своим видом показывал, что лучше бы мне было поскорее отсюда убраться... Я рассмеялась и решила оставить его спокойно наслаждаться таким дорогим для него удовольствием, а сама пошла чуточку поразмяться – поиграть на дворе с соседскими ребятами в снежки.

o-ili-v.ru

5 - cтратегическая крылатая ракета

Крылатая ракета П-5, созданная в ОКБ-52 под руководством В. Н. Челомея, стала первой ракетой с автоматическим раскрывающимся после старта крылом . Все разработанные ранее КР (как отечественные так и зарубежные) требовали предстартовой подготовки: сборки ракеты, раскрывание крыла и т.д. Все эти мероприятия увеличивали время подготовки к старту, а следовательно время нахождения ПЛ в надводном положении.

Ракета П-5 - фото пуска с подводной лодки пр. 659

КР со сложенным крылом размещалась в контейнере небольшого диаметра, длина которого ненамного превышала длину самой ракеты. Такой ракетный контейнер мог быть размещен и на НК, и на ПЛ, и на колесном или гусеничном шасси. Герметичный ракетный контейнер, заполненный азотом исключал влияние внешней среды на ракету. Существует несколько версий того, как Челомею пришла идея ракеты с раскрывающимся в полёте крылом. По одной версии его осенило, когда он рывком раскрыл створки окна в гостинице, по другой - когда увидел птицу, вылетающую из дупла, и т.д. Сейчас уже не возможно установить так ли это было в действительности или это просто красивый вымысел. Достоверно известно лишь то, что над автоматом раскрыва крыла (АРК) конструкторы работали с 1951 года, и только через 5 лет удалось создать удовлетворительно работающий автомат.

Подводная лодка проекта 644 с двумя пусковыми установками ракет П-5

Крылатая ракета П-5 имела нормальную самолётную аэродинамическую - схему оживальную схему носовой и хвостовой части корпуса, нижнее расположение подфюзеляжного воздухозаборника маршевого двигателя, верхнее расположение стреловидного крыла, цельноповоротное горизонтальное оперение, смещенное к низу хвостовой части корпуса, нижерасположенное вертикальное оперение (киль) с рулем направления. Крыло конструктивно выполнялось складывающимся при размещении в контейнере пусковой установки и автоматически раскрывающимся после старта при помощи мощного гидравлического автомата АРК-5.Стрельба осуществлялась из пускового контейнера поднятого на 15° по отношению к горизонту. Старт осуществлялся при помощи двух мощных твердотопливных ускорителей общей тягой 36,6 т. Сразу же после выхода ракеты из контейнера раскрывались крылья. Через 2 секунды отработавшие ускорители сбрасывались и ракета двигалась при помощи маршевого турбореактивного двигателя КРД-26 общей тягой 2250 кг. ТРД КРД-26 был разработан в НИИ-26 под руководством Сорокина. Скорость полёта незначительно превышала скорость звука.

Дальность и скорость полёта зависели от температуры окружающего воздуха. Так, при предельных температурах, допускаемых таблицами стрельбы, +40 и -24° С дальность составляла 650 и 431 км, а средняя скорость 338 и 384 м/с соответственно. При нормальных же условиях (+20 °С) дальность была 574 км, а средняя скорость - 345 м/с. Система управления ракеты включала в себя автопилот АП-70А с автоматом курса и гировертикалью, счетчик времени полета, а также барометрический высотомер, который ограничивал минимальную высоту полета ракеты приблизительно 400 м. Правда, уже в 1959 году начались опыты с ракетой П-5СН, оборудованной радиовысотомером РВ-5М. Но в серию пошли П-5 с барометрическим высотомером. Следовательно, после старта ракета не имела связи с подводной лодкой («выстрелил и забыл»).При стрельбе на полную дальность расчетное вероятное отклонение по дальности и боковое составляли + 3000 м (При стрельбе на максимальную дальность 80% ракет должны были попадать в круг радиусом 3 км, а остальные - вне его.). Естественно, что при столь малой точности, стрельба на максимальную дальность ракетой снаряженной обычной БЧ не имела ни какого смысла.

Пуск ракеты П-5 с подводной лодки пр. 651

Вес боевой части был 800-1000 кг. Боевая часть фугасная или специальная РДС-4. Первоначально тротиловый эквивалент спецзаряда составлял 200, а затем 650 кт. Первый этап лётных испытаний СКР П-5 проводился с 4 августа 1957 года по март 1958 года в Балаклаве. Стрельба производилась с плавучего стенда 4А из контейнера СМ-49. Первый пуск 28 августа 1957 года был неудачен, второй тоже, третий и четвертый оказались успешными.Согласно постановлению СМ № 1457-809 от 8 августа 1955 года началось переоборудование дизельной торпедной ПЛ пр.613 (С-146) в опытную ПЛ для испытания КР комплекса П-5. Для установки ракеты и аппаратуры обеспечения с лодки сняли запасные торпеды, торпедопогрузочное оборудование и артиллерийское вооружение. Транспортно-пусковой ракетный контейнер установили на палубе надстройки в диаметральной плоскости, в корму от ограждения рубки. В положении «по-походному» контейнер располагался горизонтально, а в боевом положении - поднимался на угол 15°.

Ракета П-5 в музее Челомея в г. Реутов

Управление всеми механизмами контейнера, связанными с приведением его из походного положения в стартовое и обратно, осуществлялась дистанционно с пульта управления, расположенного в первом отсеке подводной лодки. Стрельба производилась в надводном положении при волнении моря до 4-5 баллов и при скорости хода подводной лодки до 8-10 узлов. Ракета хранилась полностью снаряжённая с пристыкованными твердотопливными ускорителями и не требовала после погрузки в контейнер никакого обслуживания. Стрельба в нос осуществлялась поверх ограждения рубки. В надстройке в районе действия газовых струй от стартовых двигателей крылатой ракеты устанавливался отбойник. Контейнер диаметром в свету 1,65 м и длиной около 12 м имел с обоих торцов открывающиеся крышки с резиновыми уплотнениями и кремальерными затворами, обеспечивающими герметичность контейнера до предельной глубины погружения. Подъем контейнера и его стопорение, открытие и закрытие крышек, крепление ракеты «по-походному» производились при помощи корабельной системы гидравлики. Первые два пуска ракет П-5 с подводной лодки С-146 были проведены в Белом море вблизи Северодвинска 22 и 29 ноября 1957 года. Всего с 28 августа 1957 года до января 1959 года состоялся 21 пуск СКР П-5. В мае-июне 1962 года лодка С-146 была проверена на взрывостойкость. Испытания показали, что амортизация контейнера недостаточна, и ее было рекомендовано усилить. После испытаний Главком ВМФ приказал восстановить лодку С-146 по проекту 613. Согласно постановлению СМ № 685-313 от 19 июня 1959 года комплекс П-5 был принят на вооружение ВМФ.

Воздухозаборник маршевого двигателя и крыло ракеты П-5

Первым серийным лодками вооруженными КР П-5 стали ДПЛ пр.644 переоборудованные из ДПЛ пр.613. Технический проект модернизации торпедной ПЛ пр.613 разрабатывался в ЦКБ-18 на основании постановления СМ от 25 августа 1955 года. Система управления стрельбой «Север-А644У» спроектирована в НИИ-303 (главный конструктор С. Ф. Фармаковский). Модернизация лодки происходила без изменения прочного корпуса.Контейнеры для хранения и пуска ракет были спарены в одном блоке и устанавливались на палубе надстройки, в корму от ограждения рубки. Стрельба велась против движения лодки. Подводной лодке следовало для стрельбы ракетами лечь на обратный курс. Это неудобство было вызвано невозможностью расположить контейнеры с ракетами в нос от ограждения рубки из-за сравнительно малых размеров ПЛ. При подготовке к старту контейнерный блок поднимался на угол 15° при помощи гидроподъемника, действовавшего от корабельной системы гидравлики. С обоих торцов каждый контейнер закрывался крышками, имевшими резиновое уплотнение. Открытие и закрытие крышек осуществлялось с помощью гидравлических приводов. В стартовом положении контейнеры удерживались гидравлическими стопорами. Крылатые ракеты хранились в контейнерах полностью заправленными, с боевой частью и с пристыкованным стартовым агрегатом. От передвижения внутри контейнера они удерживались устройством крепления по-походному, управляемым дистанционно изнутри лодки, и с задним раскреплением, которое снималось автоматически при старте.

Двигатель ракеты П-5

Использование ракетного комплекса П-5 на подводной лодке проекта 644 возможно при волнении моря до 4-5 баллов, при скорости лодки до 15 узлов и скорости ветра любого направления до 10 м/с. Залповая стрельба не предусматривалась. При пуске одной ракеты, вторая оставалась в контейнере с закрытыми крышками. Недостаточный боезапас (всего две КР) и малая автономность (как у ДПЛ проекта 613) были неудовлетворительными и совместным решением ВМФ и МСП в апреле 1957 года ЦКБ-112 было поручено создать проект подводной лодки пр.665 с четырьмя ракетами П-5 в неподвижных контейнерах, установленных наклонно к палубе, под углом, равным стартовому. За основу вновь была ДПЛ пр.613. Ракеты П-5 размещались в четырех стационарных контейнерах, установленных симметрично диаметральной плоскости, с постоянным углом возвышения 14°, жестко скрепленных между собой и корпусом подводной лодки. Контейнеры располагались в нос от прочной рубки в общем с ней ограждении. Стационарная установка контейнеров, исключавшая необходимость их подъема перед запуском крылатых ракет, по сравнению с подъемными оказалась более надежной в действии, имела меньший вес, сокращала время подготовки к старту, упрощала устройства для подвода кабелей и труб, обеспечивала более высокую точность установки контейнеров относительно корпуса подводной лодки.

Открытый контейнер ПУ на ПЛРК пр. 651

Ступенчатое взаиморасположение контейнеров, реализованное впервые в практике подводного кораблестроения, сокращенное расстояние между ними, упрощало конструкцию погрузочных устройств и позволяло разместить контейнеры с меньшим возвышением над прочным корпусом. Стрельба при надводном положении подводной лодки могла производиться одиночными ракетами и залпом по цели двумя или даже четырьмя ракетами при любых комбинациях последовательности их выхода из контейнеров. По проекту 665 было переделано шесть подводных лодок.В дальнейшем были разработаны и строились специализированные ПЛ вооруженные ракетами П-5 ДПЛРК пр.651, АПЛРК пр.659 и пр.675. Еще до принятия на вооружения ракеты П-5 в ОКБ-52 начались работы по различным модернизациям этой ракеты. Так, в 1959 году был сделан эскизный проект ракеты П-5РГ с радиолокационной головкой самонаведения (РГС) для стрельбы по надводным кораблям. В 1962 году проводились летные испытания ракет П-5 с противорадиолокационным покрытием ХВ-10, некий прообраз «стелс».

ПЛРК пр. 651 с ракетами П-5 на борту

Ракета П-5 имела и ряд недостатков: надводный старт ракеты, малая точность стрельбы (что при стрельбе по площадям частично компенсировалось наличием спецбоеприпаса), полет ракеты мог происходить только над ровной местностью (без гор и возвышенностей), имелись также ограничения по направлению и скорости ветра.Частично эти недостатки были устранены при модернизации П-5, проведенной в ОКБ-52 в 1958-1962 годах. Система управления ракеты «Берег» (автопилот АП-70Д) была дополнена доплеровским измерителем пути и сноса ракеты в полете, что в значительной мере ослабило ее зависимость от метеорологических условий и улучшило в 2-3 раза точность стрельбы. В состав бортовой аппаратуры управления был введен высокоточный радиовысотомер РВ-5М, что позволило снизить высоту полета ракеты над морем до 250 м. Модернизированная ракета получила индекс П-5Д и прошла летные испытания с сентября 1959 года по июль 1961 года. Постановлением СМ от 2 марта 1962 года комплекс П-5Д был принят на вооружение.

Подводная лодка К-24 пр. 651 с ракетами П-5

Для испытаний комплекса П-5Д подводная лодка С-162 проекта 644 была переоборудована в проект 644-Д. Эти работы начинались на заводе «Красное Сормово» в августе 1960 года и закончились на достроечной базе в г. Северодвинске в январе 1961 года. В октябре-декабре 1961 года были проведены государственные совместные испытания комплекса П-5Д на С-162 в объёме девяти пусков. По их результатам комплекс П-5Д был рекомендован к принятию на вооружение.

Пусковые установки на ПЛРК пр. 651 с ракетами П-5 в боевом положении

Подводная лодка пр. 665 с ракетами П-5

Тактико-технические характеристики ракеты П-5

Масса 4300 кг
Дальность стрельбы 500 км
Скорость полёта 1250 км/ч
Боевая часть ФугаснаяЯдерная — типа РДС-4, 200 кт (позднее 650 кт)Масса БЧ — 800—1000 кг
Маршевый двигатель ТРД КРД-26. Тяга — 2,25 т
Ускорители 2×РДТТОбщая тяга — 36,6 тВремя работы — 2 сек.

Похожие материалы

Load More...
Добавить комментарий

oruzhie.info

К-5 (ракета) - это... Что такое К-5 (ракета)?

У этого термина существуют и другие значения, см. К-5.

К-5 (РС-1У — реактивный снаряд первый управляемый[2] или Изделие ШМ, по классификации МО США и НАТО: AA-1 Alkali — «Щелочь») — советская управляемая ракета класса «воздух-воздух» с радиокомандной системой наведения. Разработана в ОКБ-2 МАП СССР, под руководством Д. Л. Томашевича. Разработка К-5 началась в 1951 году.

История разработки

Работы по созданию первой системы управляемого ракетного вооружения для истребителей-перехватчиков начались в КБ-1 почти за год до выхода официального постановления Совета Министров СССР от 1 апреля 1952 года. К-5 изначально задумывалось как достаточно компактное оружие, чтобы его можно было разместить на истребителе МиГ-15, причём предполагалось что истребитель будет нести четыре ракеты, что должно было обеспечить большую вероятность поражения цели. В несекретных документах ракета получила обозначение «ШМ».

НИИ-17 занялся разработкой радиолокационной станции (РЛС) для системы вооружения К-5. В очень короткий срок, на базе РЛС РП-1У «Изумруд» для всепогодных модификаций истребителей МиГ-15 и МиГ-17, была создана РЛС РП-2У «Изумруд-2», которая в различных модификациях устанавливалась на МиГ-17, МиГ-19 и первых серийных Як-25.

Первый автономный пуск «ШМ» с МиГ-17П (СП-6) состоялся 8 октября 1953 года в районе полигона Владимировка, в Астраханской области. Пуски «ШМ» по самолетам-мишеням начались в марте 1955 года, и уже 8-го числа была поражена первая мишень. После принятия на вооружение в 1956 году система получила наименование С-1-У, самолет — МиГ-17ПФУ, а сама ракета — РС-1У (сокр. реактивный снаряд первый, управляемый). Четыре ракеты РС-1У (изделия «М») размещались на пусковых устройствах АПУ-3 с замками-держателями 369-Ш.

В соответствии с декабрьским правительственным Постановлением 1954 года 40 ракетоносцев МиГ-17ПФУ (СП-15) выпустили в 1956 году на заводе № 21 в Горьком. В 1956 году провели войсковые испытаний, завершив их с положительными результатами. Ещё одним носителем новой системы вооружения стал двухдвигательный перехватчик Як-25. Количество этих перехватчиков было крайне мало — упоминается лишь одна группа ракетоносцев Як-25, базировавшаяся на восточном побережье Каспийского моря, у Красноводска.

Для истребителя МиГ-19 была разработана усовершенствованная ракета К-5М, с увеличенной площадью крыльев, улучшенной устойчивостью, увеличенными топливным зарядом и запасами сжатого газа для рулевых приводов и большей боевой частью. К-5М представили на испытания весьма оперативно — уже весной 1956 года во Владимировке состоялись ее первые пуски с истребителя МиГ-19 (СМ-2М).

После принятия системы на вооружение по постановлению ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 1343—619сс от 28 ноября 1957 года она получила обозначение С-2-У, ракета — РС-2У. На горьковском заводе № 21 носитель запустили в серию под обозначением МиГ-19ПМ («изделие 65»), выпустив 369 самолетов с 1956 по 1960 год.

Уже во второй половине 1950-х годов система К-5 рассматривалась как устаревшая и не планировалась к применению на перспективных самолетах. Однако, обстоятельства сложились так, что с некоторыми доработками она стала основой вооружения Су-9 — наиболее скоростного и высотного советского перехватчика первой половины 1960-х годов. Этот вариант К-5 получил обозначение К-51 (изделие «ИС»), но в ряде документов использовалось обозначение К-5МС.

Ещё до оформления Постановления решением Военно-промышленной комиссии № 12 от 3 марта 1958 года было задано переоборудование под комплекс К-51 одного из первых серийных Т-3 (заводской № 0103), а также изготовление на заводе № 153 ещё трех ракетоносцев с представлением на испытания в мае-июле. В мае 1958 года летчик-испытатель В. И. Ильин поднял в воздух первый носитель системы К-51 — самолет Т-43-2, переделанный для этих испытаний из ПТ-8. Под крылом суховского носителя ракеты размещались на пусковых устройствах АПУ-19 (внутренняя пара) и АПУ-20 (внешняя пара). В ходе летных испытаний К-51 в составе Т-3 удалось подтвердить возможность применения ракет в диапазоне высот от 7 до 20 км, а также выполнить автономные пуски на высотах до 23 км. В соответствии с Постановлением от 10 октября 1960 года № 1108—460 авиационно-ракетный комплекс перехвата Т-3-51 с принятием на вооружение получил обозначение Су-9-51, самолет — Су-9, РЛС ЦД-30 — РП-9, ракета К-51 — РС-2УС. Вскоре после принятия на вооружение в составе Су-9, РЛС ЦД-30 в варианте ЦД-З0Т (РП-21) нашла применение и на более крупносерийном самолете — МиГ-21ПФ. После того как разработка Р-3 с радиолокационной ГСН затянулась, было решено вооружить МиГ-21 ракетами РС-2УС. Этими ракетами были вооружены модификации МиГ-21ПФМ и МиГ-21С.

В 1963 году проводились испытания по применению ракеты РС-2УС по наземным целям. Такой вариант применения был признан возможным, но нецелесообразным из-за малой точности ракеты и слабой боевой части.[1]

Ракеты семейства К-5 выпускались также и в Китае, где их производство под наименованием PL-1 осуществлялось в соответствии с переданной в конце 1950-х годов лицензией. В конце 1990-х годов на основе РС-2У в Польше была создана ракета-мишень для тренировки расчётов зенитных ракетных комплексов.[3]

Модификации и носители

  • К-5 (РС-1У) — базовый серийный вариант. МиГ-17ПФУ был вооружен четырьмя ракетами РС-1УС, как и Як-25К.
  • К-5М (РС-2У) — усовершенствованные ракеты для истребителей МиГ-19ПМ и МиГ-19ПМЛ.
  • К-5С — К-5 с увеличенной боевой частью, в серию не пошла.
  • К-5МС (К-51, РС-2УС) — последний серийный вариант К-5, этими ракетами вооружались Су-9, МиГ-21ПФМ и МиГ-21С.
  • К-55 (Р-55, «изделие 67») — модернизированный вариант РС-2УС с помехозащищённой тепловой ГСН и дополнительной БЧ в хвостовой части, разрабатывался ОКБ «Звезда» с 1957 года.[1]
  • PL-1 (кит. трад. 霹靂一號, упр. 霹雳一号, пиньинь: Pī lì yī hào, палл.: Пи ли и хао, буквально Удар грома 1) — китайская копия К-5 производившаяся по лицензии.

Тактико-технические характеристики

Модификация РС-1У РС-2У РС-2УС Р-55 изделие «ШС»AA-1 Alkali изделие «И»AA-1A Alkali[4] изделие «ИС»AA-1A Alkali изделие «67»AA-1B Alkali[4] Принятие на вооружение Самолёты-носители/боекомплект Пусковое устройство Зона поражения по дальности, км Зона поражения по высоте, км Скорость поражаемой цели, км/ч Длина ракеты, м Диаметр корпуса, мм Размах крыла, м Стартовая масса, кг Время управляемого полёта, сек. Максимальная скорость, м/с Допустимая перегрузка при пуске, g Перегрузка перехватываемой цели, g Боевая часть Система наведения Взрыватель Двигательная установка
1956 1957 1960 1972[4]
МиГ-17ПФУ/4, Як-25К/?,МиГ-19ПМ/4[4] МиГ-19ПМ/4 МиГ-19ПМУ/4[4], Су-9/2-4,МиГ-21ПФМ/Р/МФ/? МиГ-21ПФМ/С/?, Су-9/2-4(Миг-21бис[4], Су-9, Су-15[1])
АПУ-3[5] АПУ-4[5] АПУ-4[4],АПУ-19 (внутренние) иАПУ-20 (внешние)[5],АПУ-7[4] АПУ-68УМ[4]
2-3 2-5,2 (реально 1,5-3,5[5],2,5-3,5[4]) 2-6[5] (2,5-3,5[4]) 1,2-10[1] (1,2-2,8[4])
5-10 0,7-16 (2,5-16,5[4]) 5-20[5](2,5-16,5/20,5[6])[4] 0-22[1]
1600
2,35 2,45 (2,494[4]) 2,5[4] 2,76[4]
200
0,55 0,65 0,654[4] 0,65[4]
74,3 82,6 (82,2[5]) 82,7[4] 91,1[4]
800[4]
ОФБЧ 9,25 кг (11,35[5]) 13 кг (13,5[5]) 13 кг Две ОФБЧ (передняяи хвостовая), 8,6 кг[4]
по радиолучу самолётной РЛС ИК ГСН C-59[7]
неконтактныйрадиовзрыватель РВ-1У[5] неконтактныйрадиовзрыватель РВ-2У[5] неконтактыйоптический НОВ-55[7] «Роза»ИК-диапазона[7][8]
РДТТ тягой 1340 кгс[5]

На вооружении

 СССР К-5  КНР копия К-5, обозначаемая PL-1  Чехословакия РС-2У и РС-2УС.

Источники

Примечания

  1. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 История ОАО "Корпорация Тактическое Ракетное Вооружение"  (рус.). Оф. сайт ОАО "Корпорация Тактическое Ракетное Вооружение" (2009). Архивировано из первоисточника 25 марта 2012. Проверено 18 декабря 2011.
  2. ↑ Мясников Виктор Сверхзвуковые ракеты находят цель  (рус.). Независимое военное обозрение (1 июня 2012). Архивировано из первоисточника 28 июня 2012. Проверено 1 июня 2012.
  3. ↑ Коровин В. Ракеты "Факела" / Под общ. ред. В. Г. Светлова. — М.: РИА "Глория-Арт", 2003. — С. 154.
  4. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 Gordon, 2004, с. 15-22
  5. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Марковский, Перов, 2005, с. 4-7
  6. ↑ При использовании на МиГ-19ПМ и Су-9, соответственно.
  7. ↑ 1 2 3 Gordon, 2004, с. 23
  8. ↑ Крылья родины, №8, 1995, с. 16-18

Литература

  • Широкорад, А. Б. История авиационного вооружения. Краткий очерк / Под общей ред. А. Е. Тараса. — Минск: Харвест, 1999. — 560 с. — (Библиотека военной истории). — 11 000 экз. — ISBN 985-433-695-6
  • Марковский В. Перов К. Советские авиационные ракеты «воздух-воздух». — М.: Экспринт, 2005. — 47 с. — ("Экспринт: Авиационный фонд").
  • Ангельский Р., Коровин В. Отечественные управляемые ракет «воздух-воздух» // Авиация и Космонавтика. — 2002. — № 1. — С. 5-11.
  • Марковский В., Перов К. Ракета находит цель. Советские авиационные ракеты «воздух-воздух» (рус.) // Крылья Родины. — М., 1995. — № 8. — С. 16-18. — ISSN 0130-2701.
  • Gordon Yefim Soviet/Russian Aircraft Weapons. Since World War Two. — Hinkley, England: Midland Publishing, 2004. — 207 p. — ISBN 1-85780-188-1

Ссылки

dic.academic.ru

первенец ракетно-ядерной эры » Военное обозрение

2 февраля 1956 года впервые в мировой истории отправилась в полет баллистическая ракета с атомной боеголовкой

В истории отечественных вооруженных сил были две знаменитых операции, носившие название «Байкал». Об одной из них, «Байкал-79», стало известно практически сразу и всему миру: такое название носила операция по свержению режима Хафизуллы Амина в Афганистане 27 декабря 1979 года. О проведении второй, именовавшейся просто «Байкал», даже в СССР знали немногие — только те, кто имел непосредственное отношение к организации и проведению этой операции. А между тем, именно с нее нужно отсчитывать начало ракетно-ядерной эры. 2 февраля 1956 года с полигона Капустин Яр в сторону Каракумов запустили ракету Р-5М с ядерной боеголовкой — впервые не только в нашей стране, но и в мире.

Пролетев расчетное расстояние в 1200 километров, ракета попала в цель, хоть и с почти предельным отклонением. Сработал взрыватель, пошла цепная реакция — и на месте попадания возник характерный атомный гриб. Иностранные средства слежения за ядерными испытаниями в Советском Союзе, конечно, отметили этот факт, подсчитав даже мощность подорванного заряда — 80 килотонн в тротиловом эквиваленте. Но никому за рубежом и в голову не могло прийти, что это было не просто испытание, а проверка первой в мире баллистической ракеты с ядерным зарядом…

Боевой расчет ракеты Р-5М. Фото из издания Минобороны «Полигон Капустин Яр. 70 лет испытаний и пусков. Рассекреченные фотографии»

Рождение «пятерки»

Своим рождением на свет ракета Р-5М обязана, в конечном счете, неудачей, которая постигла Сергея Королева и его ракетчиков во время работы над ракетой Р-3. Впрочем, вины самих разработчиков в том было немного: и тогда, и сейчас господствовала точка зрения, что в условиях середины 1950-х не было никаких шансов на успех в создании баллистической ракеты с дальностью полета 3000 километров. Попросту не было ни опыта, ни материалов, ни оборудования для создания кислородно-керосиновых двигателей, позволяющих забросить боеголовку на такое расстояние.

«Тройка» так и не вышла на старт, но стала прародительницей «пятерки». Работы над ракетой Р-5 начались сразу после того, как разработчики приняли решение отказаться от доводки экспериментальной Р-3 до начала испытаний. К 30 октября 1951 года эскизный проект Р-5 был готов. Те, кто разбирался в тогдашней ракетной технике, хорошо понимали, что в облике новой БРДД, то есть баллистической ракеты дальнего действия, прослеживаются черты всех ее предшественниц — и Р-1, и Р-2, и конечно же Р-3. Но вместе с тем были и существенные отличия, которые позволили довести до реализации проект первой отечественной баллистической ракеты с ядерной боеголовкой. В частности, из нее исчез герметический приборный отсек, что дало существенную экономию веса, изменился вид головной части, а самое главное, конструкторы отказались от термоизоляции кислородного отсека. Да, из-за этого приходилось подпитывать запас окислителя перед стартом, но зато опять-таки снижался вес, а значит, увеличивалась дальность — чего, собственно, и требовалось достичь.

Правительственное постановление о начале опытно-конструкторских работ над «пятеркой» вышло 13 февраля 1952 года. А ровно через год появилось новое постановление Совмина СССР — уже о проведении летно-конструкторских испытаний Р-5. Первый старт «пятерки» с полигона Капустин Яр состоялся 15 марта 1953 года, а последние — в феврале 1955-го. В общей сложности были запущены 34 ракеты, причем неудачными оказались всего три пуска из первых серий испытаний. Уже был готов задел для первых 12 серийных ракет, уже началась работа над ними — но тут проект остановили. Постановление правительства от 16 апреля 1955 года признало работы по Р-5 завершенными, серийное производство приказано было свернуть, а все усилия перенаправить на создание модернизированной Р-5 с ядерной боевой частью.

Советский ДАР

«Пятерка» была хороша всем, кроме одного: она несла обычную боевую часть с максимальным боезарядом в одну тонну взрывчатки. Между тем, к этому времени стало совершенно ясно, что в условиях разгорающейся «холодной войны» преимущество над противостоящей стороной получит тот, кто сумеет создать ракету с ядерной боеголовкой. И такие люди нашлись в Советском Союзе.

Идею оснастить ракету атомной боеголовкой выдвинули сами ракетчики, а воплощать их задумку поручили советским атомщикам. И они вполне справились с этой задачей: уже в октябре 1953 года, когда Р-5 только-только начинала серию испытаний, представители КБ-11 — нынешнего Российского федерального ядерного центра «Всероссийский научно-исследовательский институт экспериментальной физики», а тогда главного создателя атомного щита СССР, — предложили использовать новый боеприпас РДС-4 в качестве боеголовки для «пятерок». И 17 декабря того же года работы по воплощению этого предложения в жизнь были одобрены очередным постановлением правительства.

Эта разработка получила имя ДАР — «Дальняя атомная ракета». А первое упоминание ракеты Р-5М появляется уже через полгода, в апреле 1954-го. К этому времени работы над новинкой уже вовсю кипели и в подмосковном НИИ-88, и в нижегородском КБ-11. Ведь по первоначальным планам испытания модернизированной «пятерки» должны были начаться в октябре того же года, а закончиться зачетными пусками и государственными испытаниями — в том числе и с ядерной боеголовкой! — в ноябре 1955-го. Но как всегда, реальность внесла свои коррективы в эти сроки. На государственные испытания Р-5М вышла только в январе 1956 года. К тому же времени был готов и первый ядерный боеприпас, который новой ракете предстояло забросить на расстояние в 1200 километров.

Подготовка ракеты Р-5М к запуску на полигоне Капустин Яр. Фото с сайта defendingrussia.ru

«Наблюдали «Байкал»!»

Но прежде чем поставить на стартовый стол первую в мире баллистическую ракету с ядерной боеголовкой, нужно было проверить в деле все тонкости стыковки «специзделия» с носителем. Для этого использовали макеты атомной БЧ — и с ними же осуществили первые четыре пуска в рамках госиспытаний. Первый состоялся 11 января 1956 года. Ракета благополучно пролетела положенное ей расстояние и столь же благополучно попала в цель в пределах «эллипса рассеивания» — то есть не слишком отклонилась от заданного курса и от запланированного места падения.

Этот результат очень вдохновил разработчиков. Ведь он подтверждал не только верность выбранного решения оснастить ракету более короткой и тупой носовой частью, на чем настаивали оружейники, которым требовалось обеспечить не слишком высокую скорость сближения ракеты с землей. Прежде всего, успешный пуск доказывал, что серьезно усложнившаяся система управления Р-5М, в которой практически все элементы были сдублированы, а некоторые и дважды, работает без серьезных сбоев. Но и без накладок не обошлось, хотя они не оказали серьезного влияния на итоги запуска. Однако обнаруженный флаттер воздушный рулей заставил разработчиков принимать срочные меры, и на следующих ракетах конструкцию рулей частично изменили, а систему управления ими сделали более жесткой.

Примечательно, что для того, чтобы убедиться в надежности продублированных систем управления, на трех следующих ракетах перед стартом специально «портили» некоторые важные элементы. И ничего! Как и первая «государственная» Р-5М, три следующие тоже стартовали без сбоев и попали в цель. А это означало, что можно наконец приступить к последнему, самому важному этапу испытаний — запуску ракеты с настоящим ядерным боезарядом, пусть и уменьшенной мощности.

Запуск ракеты Р-5М на полигоне Капустин Яр. Фото с сайта РКК «Энергия»

О том, в какой обстановке прошли эти испытания, хорошо рассказал в своей книге «Ракеты и люди» один из создателей отечественной ракетной отрасли — академик Борис Черток. Вот что он писал: «Королев нервничал по поводу задержек с подготовкой ракеты. Он никак не хотел допустить, чтобы руководивший подготовкой головной части с боевым зарядом Николай Павлов (заместитель начальника Главного управления проектирования и испытания атомных боеприпасов Минсредмаша. — Прим. авт.) доложил Митрофану Неделину (в тот момент — заместитель министра обороны СССР по специальному вооружению и ракетной технике. — прим. авт.), председателю Государственной комиссии, что заряд подготовлен к вывозу, а задержка пуска идет по вине ракетчиков. Я на правах заместителя технического руководителя отвечал за подготовку ракеты на технической позиции. <…> Ночью я доложил Королеву, что при испытаниях автомата стабилизации есть замечание, предлагаю заменить усилитель-преобразователь и повторить горизонтальные испытания, что потребует еще три-четыре часа. Он ответил: «Работайте спокойно. У них тоже отказала нейтронная пушка». Моих познаний в ядерной технике не хватало, чтобы осознать, какой выигрыш во времени мы получаем. Наконец, все готово и подтверждена дата старта 2 февраля. Всех, кроме боевого расчета, со старта убрали».

Первый в стране — и в мире! — запуск баллистической ракеты с ядерной боевой частью получил название «Байкал». Судя по всему, как это было принято в то время и в той отрасли, название выбирали, исходя из того, чтобы оно как можно меньше ассоциировалось с местом проведения испытаний. На всякий случай: мало ли, кто и кому случайно проболтается о «Байкале» — вот и пусть разведка потенциального противника ищет неизвестно что в сибирской тайге! Но название операции было и кодовым словом, которым наблюдатели должны были подтвердить, что запущенная с полигона Капустин Яр ракета долетела до места падения в Приаральских Каракумах и что боезаряд сработал как надо. И потому участники испытаний, все на нервах, ждали и не могли дождаться, когда в телефонной трубке раздастся наконец доклад «Наблюдали «Байкал»…

И снова — цитата из воспоминаний Бориса Чертока: «Пуск прошел без всяких накладок. Ракета Р-5М впервые в мире пронесла через космос головную часть с атомным зарядом. Пролетев положенные 1200 км, головка без разрушения дошла до Земли в районе Аральских Каракумов . Сработал ударный взрыватель и наземный ядерный взрыв ознаменовал в истории человечества начало ракетно-ядерной эры. Никаких публикаций по поводу этого исторического события не последовало. Американская техника не имела средств обнаружения ракетных пусков. Поэтому факт атомного взрыва был отмечен ими как очередное наземное испытание атомного оружия. Мы поздравили друг друга и уничтожили весь запас шампанского, который до этого тщательно оберегался в буфете столовой руководящего состава».

«Айвенго» промолчал

Но было еще одно кодовое слово, которое сопровождало первые в мире испытания баллистической ракеты с ядерной боеголовкой — и которого, в отличие от «Байкала», никому услышать не хотелось. В отличие от четырех первых ракет, на пятой, с реальным спецбоеприпасом, была установлена аппаратура подрыва ракеты — АПР. Создавать ее пришлось, исходя из того, что оснащенная атомной боевой частью ракета в случает отклонения от курса или отказа двигателей представляет куда большую опасность, чем ракета с обычной взрывчаткой. Допускался даже вариант, при котором в случае боевого применения при техническом сбое ракета могла упасть на своей территории, а не на территории противника — и нужно было разработать и испытать систему ее уничтожения до срабатывания спец-БЧ.

Слово одному из ближайших сподвижников Сергея Королева — Рефату Аппазову, принимавшему участие в операции «Байкал» и отвечавшему как раз за новенькую АПР, установленную на ракете Р-5М. О том, какие эмоции он испытывал 2 февраля 1956 года, профессор рассказал в своей книге воспоминаний «Следы в сердце и в памяти»: «День старта мог быть и перенесен, если погодные условия не позволили бы вести уверенное наблюдение с пункта АПР. Но прогноз синоптиков оказался точным: небо ясное, небольшой морозец способствовал поддержанию бодрого боевого настроения. <…> Обстановка была более напряженной, чем во время подготовки обычных ракет, почти не было заметно посторонних разговоров и лишних хождений вокруг да около. Сергей Павлович, как всегда, подзывал привычным движением то одного, то другого, давал указания, задавал последние вопросы, спрашивал, не появились ли какие-то сомнения, просил немедленно докладывать о малейших замеченных неполадках. На предстартовом заседании Государственной комиссии руководители всех служб полигона и систем ракеты доложили о полной готовности, и было принято решение о пуске ракеты.

За час до старта наш расчёт АПР (аварийного подрыва ракеты) отбыл на своё рабочее место, но перед этим состоялось одно очень узкое совещание, состоящее всего из трёх человек, участникам которого сообщили слово-пароль, при произнесении которого должна была подрываться ракета. Таким словом оказалось «Айвенго». Почему именно это слово, кто его выбрал и какое отношение к предстоящей работе имел этот средневековый рыцарь — я так и не узнал. Скорей всего, это была фантазия самого Сергея Павловича, либо его заместителя по испытаниям Леонида Воскресенского, человека с весьма неординарным мышлением. <…> Схема приведения в действие системы АПР была такова. При появлении опасных отклонений я произносил слово-пароль, телефонист тут же повторял его в трубку, соединявшую наш пункт с бункером, а в бункере Л. А. Воскресенский нажимал на кнопку, передающую эту команду по линии радиосвязи на летящую ракету. Не знаю, как остальные, но я чувствовал очень сильное волнение, видимо, осознавая свою особую роль в предстоящей операции. Скажу откровенно, мне было страшновато…»

Фото с сайта militaryrussia.ru

Но «Айвенго» промолчал: ракета почти не отклонилась от заданной цели. Вспоминает Рефат Аппазов: «Сто пятнадцать», — слышу голос секундометриста и думаю: «Скоро конец». «Сто двадцать», — и вот долгожданное мгновение: двигатель выключен, огонёк в поле зрения теодолита погас. Можно дышать, двигаться, разговаривать. Оторвавшись от теодолита, первым делом протер очки. Мы пожали друг другу руки, поздравили с успехом и стали ждать транспорт, который бы доставил нас до старта. <…> Как только мы прибыли на место, он (Сергей Королев. — Прим. авт.) отвёл меня чуть в сторону от большого своего окружения и спросил, как далеко от цели могла отклониться головная часть. Я ответил, что всё должно быть в пределах эллипса рассеивания, так как никаких ненормальностей в полёте заметно не было».

Русский «Хитрец»

Успешное завершение государственных испытаний — это, как правило, достаточное основание для того, чтобы новый образец был принят на вооружение. Так произошло и с ракетой Р-5М: постановлением Совмина СССР от 21 июня 1956 года первая в мире баллистическая ракета с ядерной боеголовкой (индекс ГРАУ — 8К51, первоначально — 8А62М) была принята на вооружение инженерных бригад Резерва Верховного главнокомандования — так в то время назывались подразделения будущих РВСН. Впрочем, этот документ лишь зафиксировал статус-кво, поскольку первая часть, вооруженная модернизированными «пятерками», встала на боевое дежурство еще в мае.

О появлении у Советского Союза нового, невиданного доселе оружия мир узнал осенью 1957 года. 7 ноября несколько транспортных установок с Р-5М приняли участие в параде по случаю 40-летия Октябрьской революции — именно так, по традиции, советское руководство демонстрировало иностранным дипломатам новые образцы вооружения. Внушительного размера ракеты (длина — 20,8 м, диаметр — 1,65 м, стартовый вес — 29,1 т) проехали по Красной площади, убеждая мир, что у Советской Армии есть сильнейшие средства доставки атомного оружия. Новинка получила индекс НАТО Shyster — то есть хитрец, крючкотвор, стряпчий по темным делам.

Ракеты Р-5М на параде в Москве 7 ноября 1957 года. Фото с сайта kollektsiya.ru

В этом выразилось то изумление, которое пережил Запад, узнав о существовании «пятерок» нового образца. А Р-5М действительно была весьма прогрессивным для своего времени оружием. Время полной подготовки к старту — 2-2,5 часа, время нахождения в боевом положении на стартовом столе — один час, мощность боеприпаса — 0,3 мегатонны. При дальности полета в 1200 километров эти ракеты, расположенные у западных границ Советского Союза, могли достичь многих важных объектов в Западной Европе. Но — не всех. И потому уже в феврале 1959 году два дивизиона 72-й гвардейской инженерной бригады РВГК под командованием полковника Александра Холопова были переброшены в ГДР.

Это перемещение проходило в обстановке такой секретности, что о нем не знало даже руководство «дружественной социалистической страны»: вряд ли бы немецкому коммунистическому правительству пришлось по вкусу известие о размещении на территории страны советских атомных ракет. Один дивизион разместился под городом Фюрстенбергом, второй — поблизости от военного аэродрома Темплин. Но, впрочем, оставались они там недолго: осенью того же года оба дивизиона вернулись к месту дислокации бригады в город Гвардейск Калининградской области. К тому времени на вооружение уже приняли новую ракету Р-12 с большей дальностью полета, и необходимость размещать Р-5М за пределами Советского Союза отпала.

Ракета Р-5М в парке имени Героя Советского Союза генерал-лейтенанта Галактиона Алпаидзе в г. Мирный. Фото с сайта russianarms.ruР-5М у входа в Центральный музей Вооруженных сил СССР. Фото с сайта militaryrussia.ru

Ракеты Р-5М оставались на вооружении достаточно долго — вплоть до 1966 года. В общей сложности завод в Днепропетровске (будущее КБ «Южное») выпустил 48 ракет этой модификации, из которых наибольшее число — 36 — стояли на боевом дежурстве в 1960-1964 годах. Постепенно в частях, вооруженных Р-5М, их заменили на Р-12, а первые советские баллистические ракеты с ядерной БЧ начали занимать места на постаментах в разных уголках страны. Долгое время одна из них возвышалась над входом в столичный Музей Вооруженных сил, другие были частью экспозиции музея Сергея Королева в Житомире, памятником в Мирном и в Филиале Центрального музея РВСН в городе Балобанове… Но какая бы судьба не была им уготована, они навсегда заняли свое место в истории не только отечественных ракетных войск, но и в истории всего человечества — как символ начала ракетно-ядерной эры.

С использованием материалов:http://militaryrussia.ruhttp://www.kap-yar.ruhttp://www.russianarms.ruhttp://rocketpolk44.narod.ruhttp://www.famhist.ruhttp://www.energia.rudefendingrussia.ruhttp://www.buran.ruhttp://mil.ruhttp://www.epizodsspace.narod.ruhttp://www.globalsecurity.org

topwar.ru

С-5 ракета - Википедия

У этого термина существуют и другие значения, см. С-5. Разработчик Принятие на вооружение Производитель Основные эксплуатанты
С-5
С-5М

НИИ-1

апрель 1955 года

СССР

ВВС СССР

↓Все технические характеристики

 Изображения на Викискладе

С-5 — советская неуправляемая авиационная ракета, разработанная в НИИ-1 НКБ,[1] совместно с ОКБ-16 НКОП[2] и НИТИ(Б) (взрыватели),[3] и предназначенная для уничтожения техники и живой силы противника. На вооружение ВВС СССР поступила в апреле 1955 года.

Данными ракетами оснащались различные виды боевых самолётов и вертолётов. Пуск ракет производится из подвешиваемых на носителе пусковых устройств.

Содержание

  • 1 Модификации
  • 2 Тактико-технические характеристики С-5М
  • 3 См. также
  • 4 Примечания
  • 5 Литература
  • 6 Ссылки

Модификации[ | ]

Пусковое устройство УБ-32М для 32 НАР С-5

encyclopaedia.bid