На один шаг вперёд. Пути развития западных комплексов ПВО и ПРО. Пво и про


На один шаг вперёд. Пути развития западных комплексов ПВО и ПРО

Компания Lockheed Martin вместе со своим партнером MBDA разработала зенитно-ракетный комплекс MEADS. Эти две компании совместно работают над комплексом ПВО TLVS для немецкого Бундесвера

По мнению западных отраслевых экспертов, вследствие интенсивного применения противником средств нападения производители мобильных противовоздушных и противоракетных систем придают очень большое значение их функциональной гибкости.

Странам-членам НАТО и их союзникам предлагается ряд мобильных систем в сфере противовоздушной и противоракетной обороны средней и большой дальности, включая Patriot от Raytheon, MEADS (Medium Extended Air Defense System) от MBDA/Lockheed Martin и другие платформы, например, NASAMS разработки Kongsberg и Raytheon. Спрос на них в последние годы растет в связи с изменениями геополитической обстановки в Европе и других регионах земного шара.

По мнению представителя компании Lockheed Martin Марти Койна, по сути, фундаментальные требования особо и не развивались до начала этого столетия, когда началась разработка комплекса MEADS.

«Мы пока сосредоточены на полной всеракурсной угрозе, – сообщил он. – В секторе, с которым мы имеем дело, в сфере баллистических ракет ближней и средней дальности, мы должны иметь средства, которые могут поражать не только баллистические ракеты, но одновременно справляться со всеракурсной угрозой, будь то крылатые ракеты, вертолеты, самолеты или беспилотники».

Продвинутая угроза

Впрочем, «угрозы стали более продвинутыми и более портативными», — добавил Койн. Развитие ситуации с угрозами определило второе и третье фундаментальные требования, которые были встроены в MEADS, что позволило сделать комплекс максимально мобильным и дать ему гибкую сетевую архитектуру.

«Боевой опыт человечества показывает, что вы никогда не будете иметь в своем распоряжении достаточно систем для массированного удара, поэтому вы должны иметь мобильные системы. Кроме того, вы больше уже не можете полагаться на одну "узконаправленную" систему. Нужна функциональная гибкость на основе общей сети, что позволит вам менять компоненты и внедрять новые сенсоры и средства перехвата».

Четвертое фундаментальное требование касается максимальной точности поражения с первого пуска. «Это не изменилось, всё то же самое требовалось и 15 лет назад».

Акцент на данный момент делается на компонентах, интегрированных в сетевую архитектуру. Они постоянно развиваются и такие производители, как например, компания Lockheed Martin, сосредоточились на продвинутых сенсорах и исполнительных элементах и других сопутствующих подсистемах.

«Вам необходимы продвинутые сенсоры, вам необходимы мощные ракеты и тогда, по мере развития новых возможностей, вы должны быть способны интегрировать их без переделки всей системы, – сказал Койн. – Названные фундаментальные требования остаются неизменными с тем, чтобы без проблем справляться с постоянно развивающимися угрозами».

Необходимо обеспечивать адаптируемость системы для того, чтобы экономить время и деньги при интеграции новых компонентов. «Важно понимать, во что бы вы ни инвестировали и, в конечном счете, что бы вы ни развертывали, было бы адаптируемым, то есть вы не должны откатываться назад и переделывать всю систему, чтобы справиться с новыми угрозами».

В настоящее время возможности ракет могут быть усовершенствованы «умным способом» касательно маневренности и особенно дальности действия. Именно этот подход был реализован при разработке ракеты-перехватчика PAC-3 (Patriot Advanced Capability) MSE (Missile Segment Enhancement). «Именно эта концепция работы Lockheed Martin, предусматривающая также тесное взаимодействие с нашим заказчиком, помогает поддерживать технологическое лидерство и сохранять преимущество и одновременно выполнять фундаментальные требования».

Компания Lockheed Martin разработала комплекс MEADS со своим партнером MBDA; две компании работают над этим проектом в рамках созданной ими структуры MEADS International. Основные усилия направлены на разработку немецкого комплекса TLVS, который должен базироваться на MEADS. Германия является лидирующей страной НАТО в области противоракетной и противовоздушной обороны. В марте этого года MBDA и Lockheed Martin создали новое совместное предприятие, TLVS GmbH, задачей которого является выполнение немецкого контракта. Как ожидается, оно станет головным подрядчиком по новому комплексу; в настоящее время ведутся переговоры с Управлением закупок вооруженных сил.

Комплекс TLVS, полностью совместимый с любой страной НАТО, может бороться с продвинутыми баллистическими ракетами ближней и средней дальности, крылатыми ракетами и другими воздушными целями. Его открытая архитектура позволит интегрировать другие средства из других стран в региональные оборонительные системы, при этом она позволяет стрелять ракетами-перехватчиками IRIS-T немецкой разработки.

Акцент на перехвате

Помимо своей деятельности по проектам MEADS/TLVS компания Lockheed Martin производит ракету-перехватчик PAC-3 для комплекса Patriot, которая также войдет в состав комплекса TLVS.

По мнению Джо Деантона, представителя компании Raytheon Integrated Defense Systems, не только угрозы становятся более эффективными, они становятся широко распространенными. Он сказал, что не может обсуждать характеристики угроз и их эффективность по причине секретности, «но вы можете просто взглянуть на заголовки новостных агентств, чтобы оценить их распространение. В прошлом только государственные структуры имели доступ к тактическим баллистическим ракетам или БЛА. Всё изменилось. С распространением этих угроз уравнение расширяется, включая теперь еще и стоимость средств нападения».

Он заявил, что необходимо, чтобы командиры были гибкими при принятии решений о перехвате целей, заметив, что в состав комплекса Patriot входят несколько ракет-перехватчиков прямого поражения, PAC-3 и PAC-3 MSE, и семейство ракет Guided Enhanced Missile (GEM), которые стоят меньше PAC-3 и поражают цели за счет осколочно-фугасной боевой части.

«Они не подходят для всех театров, но исходя из скорости и маневренности ракеты, GEM предпочтительны во многих случаях, – сказал он, добавив, что Raytheon сотрудничала с Rafael в разработке недорогого перехватчика прямого поражения SkyCeptor, предлагаемого Польше. – Если коротко, то мы также смотрим на другие, еще более доступные по стоимости решения, которые позволят справиться с этими дешевыми, но очень опасными угрозами».

По словам Деантона, начиная с 2015 года, комплекс Patriot компании Raytheon был задействован в боевых действиях более 200 раз, перехватив более 100 тактических баллистических ракет. Raytheon «находится на пике зрелости в сфере ПРО и ПВО, при этом мы не всегда рассматриваем интегрированную ПВО и ПРО на уровне систем. Вместо этого компания рассматривает организацию обороны с точки зрения проблем, с которыми сталкиваются ее заказчики, и затем разрабатывает оптимизированные предложения, которые направлены на решение уникальных задач, стоящих перед отдельными заказчиками».

«Решение, которое мы разрабатываем, представляет собой реально оборонительный щит, который включает командование и управление, сенсоры и исполнительные механизмы, объединенные в одну интегрированную архитектуру для обеспечения оборонных потребностей наших заказчиков», — сказал Деантона.

Деантона указал на ряд технологических тенденций, появившихся в последние годы. Например «произошла революция в вычислительных возможностях, и многие компоненты определенно получили преимущество от этого». Так, например, комплекс Patriot получил новый цифровой модуль обработки данных, в котором широко использовано готовое коммерческое оборудование.

Это повышает надежность системы цифровой обработки данных и соответствующих аналоговые компоненты на порядок, что ведет к прогнозируемому увеличению на 40% общей надежности. «Что более важно, это позволяет в перспективе повышать возможности за счет обновления программного обеспечения».

Деантона также указал на интеграцию игровых технологий и технологий персональных компьютеров, заметив, что Raytheon «принимает подобного рода философию и интегрирует ее в достаточно интеллектуальную систему вооружения».

Он заметил, что Raytheon «предложила модернизацию важнейшего компонента комплекса Patriot, что позволит повысить его гибкость, это касается как США, так и их союзников, которые стоят перед растущими угрозами по всему миру». Новая предлагаемая система управления Patriot «вводит 3Д-графику в стиле видеоигр в портативную консоль, которая упаковывается в несколько дорожных кейсов, заменяя тяжелый металлический модуль, который настолько тяжел, что перевозится на грузовике. Теперь же солдаты могут работать с комплексом Patriot из палатки, офисного здания или с любого места, где есть достаточное количество электроэнергии».

По мнению представителя компании MBDA, существует несколько направлений, по которым в последние годы угроза развивалась особенно интенсивно, что оказало влияние на системы ПВО. Например, погода более не является препятствием для воздушных угроз, поэтому «очень важно для зенитных ракет иметь головки самонаведения с надежными всепогодными характеристиками». Кроме того, авиация противника все чаще получает прикрытие в виде постановщиков помех и других систем защиты, «поэтому новейшая головка самонаведения, устойчивая к глушению, должна быть обязательно».

Представитель компании добавил также, что во всё более усложняющейся воздушной обстановке зенитные ракеты должны быть способны использовать преимущества сетевых ресурсов. Наконец, перехвата вражеской платформы запуска, например, самолета, зачастую уже недостаточно, системы также должны быть способны перехватывать небольшие и высокоточные атакующие средства, которые эта платформа запускает за пределами зоны поражения ПВО».

Основной компонент комплекса NASAMS — это центр управления огнем FDC, который служит скорее в качестве узла оперативного управления

Это удар

Американская армия лелеет планы по развертыванию высокоэнергетического лазера мощностью 50 кВт на бронемашине Stryker 8x8 в 2023 году (или раньше), в связи с чем начнет испытания системы в этом году.

В ходе конференции AUSA Global Force, проходившей в марте этого года, несколько высокопоставленных армейских генералов провели с журналистами встречу, на которой обсудили стратегию армейской ПРО и ПВО. В ее рамках армия разрабатывает и испытывает высокоэнергетические лазеры по программе Mobile High-Energy Laser. Армия рассматривает это вооружение в качестве недорогого дополнения систем кинетической энергии, которое способно эффективно бороться с неуправляемыми ракетами, артиллерийскими и минометными снарядами, а также крылатыми ракетами и БЛА.

В соответствии с планом, армия провела испытания высокоэнергетических лазеров мощностью до 10 кВт и недавно установила на бронемашину Stryker в Германии лазер мощностью 5 кВт.

По словам руководителя Управления космической и противоракетной обороны сухопутных войск США, в этом году планами предусматривается демонстрация установки мощностью 50 кВт на тактическом грузовике Heavy Expanded Mobility Tactical Truck. «50 кВт помогут нам понять нашу способность масштабировать и интегрировать ее в Stryker».

По мнению командира артиллерийской школы Армии США генерала Рэдалла Макинтайра, в перспективе эти возможности будут включены в состав боевого формирования, которое включает четыре батареи. Одна из них будет иметь систему направленной энергии, а еще три комбинацию артиллерийских и ракетных систем.

«В этом случае вы получите в свое распоряжение боевое формирование с большим количеством инструментов, — добавил Макинтайр. — Три боевые батареи будут находиться в одних боевых порядках с бригадной группой, а четвертая будет осуществлять общую поддержку приоритетов дивизии и дополнит основные усилия в бою».

Макинтайр заметил, что в перспективе армия рассматривает систему мощностью 100 кВт для оснащения более крупной многозадачной платформы, которая могла бы иметь в своем составе ракетное вооружение, артиллерийские средства и лазер.

Требования к маневренности

Помимо своей деятельности в рамках проекта MEADS/TLVS компания MBDA производит ряд других систем. Ее представитель, в частности, отметил семейство ракет CAMM (Common Anti-Air Modular Missile), которые предназначены для использования на море и суше и способны бороться с крылатыми ракетами, воздушными судами, высокоточными боеприпасами и другими высокотехнологичными угрозами.

В настоящее время предлагаются ракеты двух дальностей: свыше 25 км и свыше 40 км. Они имеют высокий уровень унифицированности 90%, единственное основное отличие – это более крупный ракетный двигатель и корпус у варианта CAMM-ER. В 2017 году была завершена серия испытаний ракеты CAMM в британском флоте, где она получила обозначение Sea Ceptor. Она также стоит на вооружении британской армии, где получила имя Land Ceptor, и была выбрана еще пятью странами, включая Италию, которая собственно и разработала вариант ER.

Также он не забыл о семействе зенитных ракет ASTER, которые стоят на вооружении многих стран, как в морских, так и в наземных приложениях. Ракета ASTER 30 также способна перехватывать угрозы на больших дальностях. ASTER 15 и 30 запускаются вертикально и наводятся самостоятельно, эффективно справляясь с массированными атаками. Кроме того, семейство включает вариант ASTER 30 B1 и новейшую ракету 30 B1 NT для расширенной системы ПВО.

Помимо функциональной гибкости и маневренных качеств также немаловажно соответствовать различным требованиям к развертыванию систем. Деантона отметил, что с комплексом Patriot компания Raytheon «смотрит на общую проблему и выходит с общим решением. В США экспедиционный тип вооруженных сил, поэтому Patriot используется для защиты маневренных сил, а также важнейших объектов. Поэтому американские военные используют, например, установленные на прицепы генераторы и проходят подготовку к работе в очень суровых условиях».

«Впрочем, некоторые из стран-операторов Patriot озабочены защитой своего суверенитета и своего воздушного пространства, никаких экспедиционных задач перед ними не стоит. Поэтому они устанавливают комплексы Patriot, в том числе и радары, на стационарные площадки на специальное бетонное основание, где электричество получают от энергосистемы страны».

Койн заметил, что на дальностях, на которых работает комплекс MEADS, он должен быть способен работать в автономном сценарии, в эшелонированной обороне вместе с системами подобными THAAD, или способен защищать боевые подразделения. «Он должен быть готов к работе в минимально короткое время, чтобы обеспечить прикрытие боевых подразделений. Это очень сложное требование, но это определяется нынешними угрозами».

Технологии развиваются; в настоящее время компания Raytheon начинает разработку более эффективной радиолокационной станции кругового обзора на базе нитрида галлия, а также новых более дешевых ракет-перехватчиков

Открытые для совершенствования

Партнеры компании Kongsberg совместно с Raytheon разрабатывают NASAMS, комплекс ближней и средней дальности, который может использовать ракеты AIM-120 Advanced Medium-Range Air-to-Air Missile (AMRAAM — усовершенствованная управляемая ракета класса «воздух-воздух» средней дальности) производства американской компании. Кир Лон, представитель Kongsberg Defence and Aerospace, указал на важность открытой архитектуры и стандартов с целью быстрого внедрения быстроразвивающегося набора технологий.

По его мнению, ключевым компонентом здесь является центр управления огнем FDC (Fire Distribution Centre) комплекса NASAMS, который «представляет собой больше, чем просто средство управления огнем», служа скорее в качестве узла оперативного управления, который, в том числе, может также и управлять огнем. В FDC были реализованы самые разные каналы тактических данных и другие системы, замысел заключался в том, чтобы он был способен «интегрировать любой сенсор и любую огневую платформу».

Это ответ на «непрерывный поток новых угроз, от нанодронов до высотных беспилотных систем, новых истребителей и вертолетов, не говоря уже об оружии воздушного и наземного пуска – список можно продолжить, — заметил Лоне. – Подход, реализованный в NASAMS, должен быть гибким, изменчивым и адаптируемым с тем, чтобы справиться с широким набором угроз».

Комплекс NASAMS способен без ограничений соединяться и интегрироваться с другими платформами и системами вооружения в комбинированном пространстве, что позволяет сократить время подготовки к выполнению задачи, а также повысить эффективность за счет объединенных в сеть систем.

Деантона заметил, что с точки зрения географии, компания Raytheon видит «сильную и растущую потребность в системах противовоздушной обороны по всему миру». Он сказал, что «угрозы в Европе стимулируют рост спроса на комплекс Patriot». Румыния стала в ноябре прошлого года 14 страной-партнером, а Польша и Швеция соответственно 15 и 16 заказчиком. Кроме того, «существует огромный интерес к комплексу NASAMS в Европе и Азии».

В октябре 2017 года было объявлено о том, что Литва и Индонезия подписали контракты по комплексам NASAMS стоимостью 128 и 77 миллионов долларов соответственно. «Эти потребности хоть и связаны с желанием бороться с угрозами, но за этим стоят более глубокие и более дифференцированные факторы, а не только лишь реакция на одну глобальную угрозу».

«Суть в том, что интегрированные системы ПВО и ПРО делают больше, чем просто защищают от угрозы. Они являются по сути своей оборонительными системами, которые обеспечивают региональную стабильность за счет сдерживания агрессии».

Кроме того, реальная доступность таких систем, как например, NASAMS и Patriot, означает, что «заказчики не должны ждать десять лет, чтобы развернуть комплекс – он готов уже сегодня. Наряду с этим системы продолжают развиваться касательно возможностей. Системы в любой момент времени опережают угрозы за счет эволюционного развития».

Еще один востребованный элемент, который хотят заказчики, — это возможность взаимодействия. «Союзнические и коалиционные операции являются нормой в настоящее время, и они продолжат свое развитие в будущем. Способность к взаимодействию важна для успеха подобных операций», — отметил Деантона.

«Мировой рынок для комплексов на базе MEADS весьма многообещающий, он определяется угрозами, которые можно нейтрализовать с помощью подобного типа возможностей», — сказал Койн, заметив, что открытая архитектура привлекательна для ряда стран.

«Страны могут инвестировать столько, сколько захотят. Они могут делать это по частям. Они могут также привязать свои предыдущие инвестиции в исполнительные компоненты и сенсоры к этой открытой архитектуре. То есть, любой подход типа «один размер подходит всем» не стыкуется с комплексами с открытой архитектурой, например MEADS или TLVS на базе MEADS».

Фундаментальные требования к современным системам ПВО оформились в начале этого столетия, когда началась разработка таких систем, как например, MEADS

Прогноз распространения

Глядя на перспективу, Деантона заметил, что пока не берется прогнозировать будущее. «Правильнее сказать, что угроза будет развиваться и распространяться». Компания обязана находиться на шаг впереди. Здесь стоит отметить разработки систем на базе нитрида галлия, которые позволяют значительно снизить энергопотребление радаров и получить невероятное повышение возможностей».

С точки зрения применения «мы движемся в эпоху эшелонированной обороны. Более уже недостаточно иметь отдельную систему или сенсор или исполнительный компонент. Угроза становится более комплексной, мы видим желание интегрировать эти системы, противоракеты и сенсоры в многоуровневую интегрированную архитектуру, которая обеспечит оборону по глубине».

Наконец, Деантона отметил растущее значение киберпространства. Хотя по причине секретности он не смог более подробно остановиться на этом, но сказал, что это то, «о чем мы хорошо осведомлены и предпринимаем необходимые шаги для безупречной работы наших комплексов ПРО и ПВО в любой боевой обстановке».

Представитель компании MBDA в свою очередь заметил, что «новейшей технологией в сфере ПВО является лазерная». Они предлагают преимущества в определенных сценариях, позволяя при относительно небольших затратах бороться с малоразмерными и дешевыми коммерческими БЛА.

«Кроме того, лазерные системы предлагают также масштабируемость, варьирующуюся от сопровождения и сдерживания цели до повреждения и уничтожения цели. Наша компания участвует в ряде программ разработки лазерного вооружения, в Германии и в британской Dragonfire».

Койн согласился с этим, заметив, что идея направленной энергии в системах ПВО/ПРО 10-15 лет назад «была не услышана, просто не было путей реализации этого. А теперь есть вполне работоспособный вариант». И это снова подчеркивает важность сохранения открытой архитектуры, которая позволяет легко и просто интегрировать новые технологии. «Этот подход действительно открывает множество дверей и позволит нам оставаться впереди угроз, правда с учетом того, сколько времени и ресурсов необходимо для разработки технологии этого типа».

По материалам сайтов:www.defenseindustrydaily.comwww.defence24.commissiledefenseadvocacy.orgwww.raytheon.comwww.mbda-systems.comwww.lockheedmartin.comwww.kongsberg.commilitaryrussia.rurbase.new-factoria.rupinterest.comwww.wikipedia.org

topwar.ru

О важности ПВО и ПРО » Военное обозрение

Государственная программа перевооружения армии продолжается и постоянно поступают сообщения о поставке тех или иных видов оружия или техники. В феврале этого года сообщалось, что за последние годы доля новых вооружений выросла на 10%. Так, в 2008 году этот показатель равнялся шести процентам, а по состоянию на конец 2012-го увеличился до 16%. В дальнейшем рост доли нового оружия и техники продолжится. Согласно нынешним планам, в 2020 году в войсках будет не менее 70% новых вооружений и техники. Первой серьезной вехой в текущем перевооружении станет 2015 год. Именно на это время запланировано достижение планки в 30%.

При планировании закупок той или иной военной техники необходимо учитывать перспективы ее применения и саму необходимость конкретного вида вооружений. В текущей ситуации приоритет такого анализа становится особо актуальным, поскольку подавляющему большинству закупаемых сейчас вооружений предстоит использоваться после 2020 года. Важность этого периода в своем февральском выступлении подчеркнул начальник генерального штаба генерал-полковник В. Герасимов. По его словам, к 2030 году вероятно значительное повышение уровня существующих угроз. Кроме того, к этому времени могут появиться и новые угрозы, которые тоже необходимо принимать во внимание при составлении планов.

Как считает начальник генерального штаба, в будущем войны и соответствующие угрозы будут касаться трех вещей: топливные и энергетические ресурсы, рынки сбыта продукции, а также жизненное пространство. В борьбе за доступ к этим ресурсам и рынкам ведущие страны мира к концу двадцатых годов или даже раньше начнут активно применять свой военный потенциал. Уже сейчас наблюдаются первые вооруженные конфликты с подобными предпосылками. В связи с подобными новыми угрозами следует развивать свои вооруженные силы, поскольку Россия является крупнейшим государством на планете, а также имеет множество месторождений различных природных ресурсов.

Учитывая опыт конфликтов последнего времени, можно предположить, что особый приоритет в войнах будущего будут иметь системы противовоздушной и противоракетной обороны. В настоящее время концерн «Алмаз-Антей» продолжает сборку зенитных ракетных комплексов С-400 «Триумф», которые в будущем станут основой ПВО страны. Эти комплексы способны бороться аэродинамическими и баллистическими целями на дальностях до 400 километров. По различным оценкам, возможности ЗРК С-400 позволят эффективно защищать воздушные границы страны до конца двадцатых годов. К моменту окончания текущей Госпрограммы перевооружения – 2020 году – планируется закупить несколько десятков батарей таких зенитных комплексов.

Во второй половине текущего десятилетия к имеющимся ЗРК семейства С-300П и С-400 присоединится еще одна система аналогичного назначения. Комплекс С-500 «Прометей» («Триумфатор-М») сейчас только разрабатывается, но его создание, вероятно, уже приближается к началу испытаний. Несколько лет назад утверждалось, что первые С-500 могут стать на дежурство уже в конце 2013 года, но дальнейшие события немного скорректировали эти планы. Согласно самым новым данным, «Прометей» примут на вооружение не ранее 2015-16 годов. По имеющимся данным, характеристики этого комплекса позволят бороться с гиперзвуковыми аэродинамическими и баллистическими целями. В некоторых источниках утверждается, что С-500 сможет уничтожать баллистические цели, летящие со скоростью до 6-7 километров в секунду.

© РИА Новости, Инфографика. Илья Каныгин/Филипп Кац/Александр Волков/Денис Крюков/Мария Михайлова

Таким образом, с поступлением на вооружение комплекса С-500 войска воздушно-космической обороны значительно увеличат свои боевые возможности. Они смогут перехватывать как самолеты и крылатые ракеты противника, так и баллистические боеприпасы нескольких классов. Однако противоракетная оборона при помощи одного только комплекса С-500 может оказаться недостаточной. Для эффективной защиты от имеющихся и перспективных угроз также требуется специализированная система противоракетной обороны, которая по своим характеристикам будет соответствовать комплексам ПРО А-135 и А-235 или даже превосходить их.

14 мая пресс-секретарь президента России Д. Песков сообщил, что в настоящее время руководство страны и командование вооруженных сил обсуждает вопрос создания новых систем противоракетной обороны, а также перспективы средств прорыва ПРО противника. Естественно, подробности этих обсуждений на высшем уровне пока не стали достоянием общественности, но сам факт проведения подобного заседания говорит о многом. Вероятно, уже сейчас можно говорить о том, что в ближайшее время обсуждения выльются в начало нового проекта.

Состояние имеющихся противоракетных комплексов в настоящее время оставляет желать лучшего, а в дальнейшем оно будет лишь ухудшаться. Поэтому в самое ближайшее время требуется создать новый комплекс, который можно будет поставить на дежурство до того, как закончатся гарантийные сроки имеющихся противоракет. Очевидно, что пока рано говорить о характеристиках и сроках создания нового комплекса, но совещание в высших эшелонах власти уже позволяет делать некоторые предположения.

Последние заявления руководства страны и министерства обороны служат достаточно прозрачным намеком на то, что в дальнейшем российские производители вооружений и военной техники продолжат создание новых систем, в том числе противовоздушных и противоракетных. В свете угроз будущих десятилетий и с учетом облика войн последнего времени именно это направление оборонной промышленности способно кардинально повлиять на ход вооруженного конфликта или даже предотвратить его.

По материалам сайтов:http://rg.ru/http://ria.ru/http://lenta.ru/http://vz.ru/

topwar.ru

ПВО

Противовозду́шная оборо́на (сокр. ПВО) — комплекс мер по обеспечению защиты (обороны) от средств воздушного нападения противника.

Различают ПВО:

  • войсковую;
  • объектовую;
  • корабельную.

 

В российских условиях следует отличать Войска противовоздушной обороны Сухопутных войск (Войсковая ПВО) от войск (бригад) ПВО Военно-воздушных сил Российской Федерации(зенитные ракетные, радиотехнические, радиоэлектронной борьбы) и бригад противовоздушной обороны Войск воздушно-космической обороны, которые до 1998 года входили в самостоятельный вид Вооружённых сил: Войска противовоздушной обороны Российской Федерации.

 

Войска противовоздушной обороны России, США и других стран мира. Вооружение и техника ПВО.

Российская армия сменит «Стрелы» на «Сосны»

2018-09-14

На прошедшем недавно в Подмосковье Международном военно-техническом форуме «Армия-2018» был продемонстрирован новый зенитно-ракетный комплекс «Сосна», который должен будет заменить собой старые

Россия впервые применит комплексы С-400 "Триумф"

2018-09-03

 Россия задействует комплексы С-400 для отражения воздушных и ракетных атак в Сирии. Учитывая намерения США атаковать позиции сирийских правительственных войск и уничтожить ряд военных объектов на

"Ворчун" заступил на дежурство

2018-09-01

 Состоялась передача МО РФ полкового комплекса  ЗРС  С-400 "Триумф". Представители концерна  ВКО «Алмаз –  Антей » выполнили указанную работу раньше срока выполнения заказа. Полигон " Капустин  Яр"

«Газели» нацелят в московское небо

2018-09-01

На полигоне Сары-Шаган в Казахстане прошли испытания новой ракеты-перехватчика. Предполагается, что новый боеприпас будет поставляться для систем ПВО, защищающих столичный регион и Подмосковье.     

ЗРПК "Панцирь" научился бороться с "призраками"

2018-08-21

Многочисленные попытки атак со стороны боевиков на российскую военную базы «Хмеймим» в Сирии дали дополнительную пищу для размышления российским производителям вооружений. Боевики в Сирии, как

Перехватчик МиГ-31 - взгляд с Запада

2018-05-21

Как сообщает майский номер журнала Air Forces Monthly в статье «One of a Kind», российский тяжелый истребитель-перехватчик МиГ-31 обладает максимальной скоростью 2,8М, а его дальность полета на

Древние советские ЗРК не помогут Украине

2017-10-31

 В числе возможных покупателей советских ЗРК «Оса», от которых намерена избавиться Иордания, называют и Украину. Если это произойдет, это поставит под угрозу российско-иорданские отношения. Что

Господство в небе: Россию прикроет Прометей

2017-10-23

 В Воздушно-космических силах России обозначили сроки поступления на вооружение зенитных ракетных систем С-500 «Прометей». По словам замглавкома ВКС генерал-лейтенанта Виктора Гуменного, произойдет

tehnowar.ru

Объединённые ПВО и ПРО — мы сможем немножечко посопротивляться…

• Президент России Дмитрий Медведев поручил министерству обороны объединить все системы противовоздушной и противоракетной обороны, а также системы предупреждения о ракетном нападении под управлением единого стратегического командования.• Как сообщает «Интерфакс», объединение всех систем должно завершится к 1 декабря 2011 года. Ответственными за исполнение поручения были назначены премьер-министр Российской Федерации Владимир Путин и министр обороны Анатолий Сердюков.

• В ходе оглашения послания Федеральному собранию 30 ноября 2010 года Д.Медведев предложил объединить российские ПВО и ПРО в 2011 году. «Особое внимание нужно уделить укреплению воздушно-космической обороны страны, объединить существующие системы противовоздушной и противоракетной обороны, предупреждения о ракетном нападении и контроля воздушного пространства. Они должны действовать под единым управлением стратегического командования», — заявил Медведев.

• Между тем, Россия уже занимается формированием единой ПВО СНГ, соглашение о создании которой было заключено в 1995 году. Региональные зоны будущей единой ПВО формируются с 2007 года. На первом этапе будут сформированы три зоны ПВО: восточноевропейская, кавказская и центральноазиатская. После их создания начнется координация деятельности всех региональных систем, а также будут выработаны правила несения боевого дежурства и обмена информацией.

• Во время саммита Россия-НАТО, проходившего в Лиссабоне 20-21 ноября 2010 года, Д.Медведев предложил создать единый периметр глобальной противоракетной обороны. Речь шла о секторальной системе ПРО, в которой Россия смогла бы защищать НАТО с востока, в то время как альянс прикрывал бы российскую территорию с запада. Конкретных решений по этому вопросу пока не принято — стороны договорились провести анализ возможного сотрудничества в рамках ПРО не ранее июня 2011 года.

• А действительно ли способна российская воздушно-космическая оборона отразить удары современных средств нападения? Своё мнение по этому вопросу высказали высокие военные чины, значительную часть своей службы посвятившие выработке способов борьбы с воздушными и космическими целями. Все они члены вневедомственного экспертного совета по проблемам воздушно-космической обороны (ВКО) Российской Федерации.

Ракетно-космическая оборона у нас есть — и её нет

Анатолий КОРНУКОВ, председатель вневедомственного экспертного совета по проблемам ВКО, бывший главнокомандующий ВВС, генерал армии.• Сегодня доходит до смешного: есть зенитная ракетная бригада ВКО, но от этой аббревиатуры в бригаде в действительности есть только статус «воздушная», но нет статуса «космическая». Система С-50 в бывшем Московском округе ПВО имела надежность 0,95 — 0,98, сейчас эта цифра 0,15 — 0,20, не больше. То есть 80 самолетов агрессора из 100 пройдут без огневого воздействия. Сомневаюсь, что мы справимся с атакой оперативных ракет — нет соответствующих средств.

• Не так давно на одно только упоминание воздушно-космической обороны обладающие властью люди реагировали как бык на красную тряпку. Многие считали, что к решению этой проблемы мы придем лет через тридцать. Но надо понимать, что сегодня воздушно-космическая операция решает исход военных действий, к тому же в очень короткие сроки. Опыт последних локальных войн — тому подтверждение.

• Более того, явно прослеживается связь военных действий вообще с космосом. Американцы уже заявили: кто владеет космосом, тот владеет миром. И они в этом направлении успешно продвигаются: в феврале 2008 года уничтожен спутник, запущен космолет, испытаны воздушные корабли пятого поколения, гиперзвуковые летательные аппараты, ведутся работы над космическими платформами. Все это планируется в рамках глобального удара. Он станет возможен по любой точке Земли через два часа после принятия решения.

• У нас же средства и ПВО, и ВКО (в частности, ракетно-космической обороны — РКО) ограниченно готовы к обеспечению безопасности страны. Новые образцы необходимого оружия создаются очень медленно. На стыковочные стрельбы на полигоне готовится лишь третий комплекс С-400, а их должно быть, по крайней мере, полтора десятка. Комплексы С-300ПМ себя хорошо показали, но они умирают. Невозможно бесконечно продлевать сроки эксплуатации. Заводы по производству этой высокоточной техники находятся в плачевном состоянии. Мы отстали от наших если не потенциальных, то виртуальных противников на 30—35 лет.

• Ракетно-космическая оборона впервые появилась у нас. Мы первые в 1961 году запустили противоракету и уничтожили ею баллистическую ракету. Сегодня РКО есть, и в то же время её нет. Небольшое движение началось в 2006 году, когда вышла концепция воздушно-космической обороны, утвержденная президентом.

• В июне 2007 года прошло заседание Военно-промышленной комиссии. С докладом выступил тогда человек, далекий от рассматриваемой проблемы. Хотя решения были приняты хорошие — о создании специального органа по формированию системы ВКО, назначении ее генерального конструктора, создании и утверждении проекта ВКО, расчет средств.

• Но годы идут, а всё стоит на месте. И говорить, что мы готовы к отражению агрессии в сфере ВКО, было бы преувеличением. Мы можем только немножечко посопротивляться оставшимися системами С-300, оставшимися самолетами Су-27 и МиГ-29, поскольку большинство их стоит без двигателей и запасных частей. Картина ужасная. Тут или недопонимание ситуации, или другое слово нужно употребить…

• Мы не «ястребы» и не хотим воевать. ВКО — это система защиты, предупреждение агрессору. А наши виртуальные противники очень не любят потери. Их военно-воздушные силы прекращают боевые действия при потерях больше 5%. Так было во Вьетнаме, где потери американцев в воздухе достигали 20%.• Организационно-штатные варианты предлагались разные. В частности, создать воздушно-космические войска, включив в них ПВО и РКО. Второй вариант — передать РКО в ВВС. Пока нет ни того ни другого. Еще в 2007 году на заседании Военно-промышленной комиссии было предложено поручить руководить ВКО одному лицу. Но сегодня нет даже лица, ответственного за ПВО.

• Может быть, как предполагалось, создать Московский округ ВКО, для этого все есть. Только усилить этот округ соединениями и частями ракетно-космической обороны. А дальше — расширять по всей стране. В мае этого года прошло заседание Совета безопасности России по ВКО. Может быть, после этого дело сдвинется с мертвой точки.• У меня такое впечатление: если что-то серьезное начнется, придется бежать на командный пункт помогать руководить, поскольку никто сегодня не имеет опыта управления — слишком скоро продвигались по карьерной лестнице. Подтверждение тому — конфликт с Грузией.

Два начальника решение принять не успеют

Сергей КОЛГАНОВ, бывший начальник управления заказов, поставок и ремонта вооружения и военной техники войск ПВО, доктор технических наук, генерал-майор.• Указ президента России № 1032 о создании системы воздушно-космической обороны вышел в 1993 году, вслед за ним — совершенно секретный приказ министра обороны. Естественно, что все связанное с ВКО не может быть отнесено к оружию наступательному, главная цель этого вооружения — обеспечение суверенитета государства. Это положение зафиксировано в законе о государственной границе.

• Отвечал за охрану воздушного пространства главнокомандующий войсками ПВО — вплоть до расформирования этого вида вооруженных сил в 1997 году. Затем РКО была передана в ракетные войска стратегического назначения, остальное — в состав ВВС. И функция ВКО тихо исчезла. Сегодня лица, ответственного за суверенитет страны в воздушно-космическом пространстве, нет.

• Если агрессор использует старые межконтинентальные баллистические ракеты, максимальное время для принятия решения по ответному удару — примерно 25 минут. При использовании современных ракет – 10…25 минут. Если используют ракеты с подводных лодок, то для принятия стратегических  решений (о начале войны) остаётся 5…10 минут. Два начальника в сфере ВКО за такое время никогда не согласуют и не примут решение — нужен только один.

Мы потеряли более трёхсот супертехнологий

Анатолий СИТНОВ, бывший начальник вооружения Вооруженных сил России, генерал-полковник.• Тем, насколько решена проблема ВКО, определяется уровень развития страны и наше место в мире. Когда мы в свое время пытались вывести ядерные установки и лазеры в космос, нам говорили: нельзя заниматься милитаризацией космоса. Мы прекратили, а США начали. Мы все время начинаем, а потом догоняем. Это свидетельствует об отсутствии у нас системности и последовательности.

• Более того, мы начинаем уничтожать себя изнутри. Чтобы создать суперсовременные системы, охватывающие космос, воздух, системы управления и первичной информации, требуется, прежде всего, современная элементная база, новые материалы, новые разработки в области прикладной математики, спецхимии и так далее. Но сегодня практически все ключевые направления распались. Ни одной частной компании заниматься этими проблемами не с руки. А наука — это всегда длинные деньги, это всегда забота государства.

• Ещё в 1990-х мы ратовали за создание военно-промышленной комиссии, чтобы фундаментальные поисковые и научные исследования, в том числе в космической области, велись под эгидой государства. В СССР были головные институты Министерства обороны и промышленности. Первые разрабатывали тактико-технические требования, вторые выполняли. Сейчас вся эта система тихо разрушена.

• Кооперация по созданию средств ВКО оставляет желать лучшего, поскольку такие предприятия, как правило, не дают экспорта и дополнительной прибыли. В переходный период в первую очередь уничтожается самое дорогое, на первый взгляд малополезное для бизнеса.

• На заседании межведомственного совета мы обсуждаем роль руководящих органов страны в формировании политики в области ВКО и реализации таких программ. Когда мы давали замечания по концепции ВКО, то шёл разговор глухого со слепым. Даже к утверждению о том, что в мире с 2003 года произошел технологический скачок в создании космических средств нападения, отнеслись скептически.• И только при виде явных успехов американцев задумались: а куда у нас делась многоразовая авиационно-космическая система, разработанная на предприятии «Молния»? Куда делись ракеты академика Грушина, которые за 7 секунд «палили» до 4 тонн топлива и имели скорость, которой не достигают никакие современные ракеты, в том числе и в США?

• Мы потеряли более 300 супертехнологий в различных отраслях, и в первую очередь в противоракетной обороне и авиации. Нобелевский лауреат академик Жорес Алферов обращался к руководству страны по поводу элементной базы, мы тоже организовали обращение за подписью 38 генеральных директоров и генеральных конструкторов. Фирма «Зандер» предлагала построить у нас соответствующий комплекс. Было положительное решение, но ничего не сделано. То же самое и по новым материалам. Института графита, который возглавлял академик Костиков, сегодня нет. А графит идет на обтекатели ракет с ядерными блоками.

• Сегодня отсутствует целевое командование противоракетной армией — оно было расформировано. Некому даже сформулировать задачи воздушно-космической обороны. Это тоже ведёт к забвению ВКО. Решение проблемы переходит к дилетантам, которых сегодня очень много. «Уралвагонзаводом», который выпускает танки и машины разграждения, сегодня руководит человек, командовавший велосипедной секцией. Могу назвать множество фамилий людей, которые в ранге менеджеров приходят на замену профессионалам.

• В сфере ВКО должен быть единый орган управления, должна быть установка на создание соответствующей структуры, концентрацию промышленности именно на этом направлении. ВКО никогда прибыли не давала. Прибыль — в комплексном воздействии и реализации технологий, которые создаются в сфере ВКО и распространяются в других отраслях.

• ПРИХОДИТЬСЯ ПРИЗНАТЬ: самая востребованная сегодня система ВКО не находит должного отражения в решениях высших органов государства. Концепцию ВКО написали, но под неё не дали ни копейки, не определили, кто этим будет заниматься и по какой программе.

/По материалам lenta.ru и vremya.ru/

army-news.ru

Войска ПВО России Википедия

Войска противовозду́шной и противораке́тной оборо́ны[1] — до 1998 года самостоятельный вид вооружённых сил (Войска ПВО).[2] В 1998 г. Войска ПВО объединены с Военно-воздушными силами в новом виде вооружённых сил — Военно-воздушные силы.[2] В 2009—2010 гг. все соединения ПВО ВВС РФ (4 корпуса и 7 дивизий ПВО) переформированы в 11 бригад воздушно-космической обороны.[2] В 2011 году три бригады ПВО ВВС вошли в состав нового рода войск Вооружённых сил — Войска воздушно-космической обороны.

В 2015 г. ВВС объединены с Войсками ВКО в новом виде вооружённых сил — Воздушно-космические силы (ВКС) [3], в составе которых организационно выделен новый род войск — Войска противовоздушной и противоракетной обороны (Войска ПВО-ПРО).

Следует отличать Войска ПВО-ПРО ВКС[4] от Войск ПВО Сухопутных войск (Войсковой ПВО)[5].

Сокращённое наименование — Войска ПВО-ПРО.

Задачами Войск ПВО-ПРО являются:

  • отражение агрессии в воздушно-космической сфере и защита от ударов средств воздушно-космического нападения противника пунктов управления высших звеньев государственного и военного управления, группировок войск (сил), административно-политических центров, промышленно-экономических районов, важнейших объектов экономики и инфраструктуры на территории Московской области;
  • поражение головных частей баллистических ракет вероятного противника, атакующих важные государственные объекты на территории Московской области.[1]

История

Датой образования считается дата создания системы воздушной обороны Петрограда — 8 декабря (25 ноября) 1914 года.

В 1930 году создано Управление (с 1940 — Главное управление) ПВО.

С 1941 года — войска ПВО.

В 1948 году Войска ПВО страны были выведены из подчинения командующего артиллерией и преобразованы в самостоятельный вид вооружённых сил.[6]

В 1954 году образовано главнокомандование Войск ПВО.[7]

В 1978 году на вооружение была принята транспортируемая ЗРС С-300ПТ (она заменила более старые ЗРС С-25, С-75 и С-125). В середине 80-х комплекс прошёл ряд модернизаций, получив обозначение С-300ПТ-1. В 1982 году на вооружение войск ПВО был принят новый вариант ЗРС С-300П — самоходный комплекс С-300ПС, новый комплекс имел рекордно короткое время развертывания — 5 минут, делающее его трудноуязвимым для авиации противника.[8]

1987 год стал «чёрным» в истории Войск ПВО. 28 мая 1987 года в 18.55 самолёт Матиаса Руста совершил посадку в Москве на Красной площади. Очевидным стало серьезное несовершенство правовой основы для действий дежурных сил Войск ПВО страны и как следствие противоречия между задачами, возложенными на Войска ПВО, и ограниченными правами руководящего состава в применении сил и средств. После пролёта Руста были сняты с должностей три Маршала Советского Союза (в том числе министр обороны СССР Соколов С. Л., главнокомандующий Войсками ПВО Колдунов А. И.), около трёхсот генералов и офицеров. Такого кадрового погрома армия не знала с 1937 года.[6]

В 1991 году в связи с распадом СССР Войска ПВО СССР преобразованы в Войска ПВО Российской Федерации.

В 1993 году был принят на вооружение усовершенствованный вариант комплекса С-300ПС — С-300ПМ.[8] В 1997 году принята на вооружение ЗРС С-300ПМ2 «Фаворит».

Загрузка в С-400 на учениях 93-го гвардейского зенитного ракетного полка 4-й дивизии ПВО.

Оценивая процесс ускорения физического старения оружия и боевой техники, Комитет по обороне Государственной Думы Российской Федерации пришел к неутешительным выводам. В результате была выработана новая концепция военного строительства, где предполагалось до 2000 г. осуществить реорганизацию видов вооруженных сил, сократив их число с пяти до трех. В рамках этой реорганизации предстояло объединение в одном виде двух самостоятельных видов вооруженных сил: Военно-воздушных сил и Войск ПВО. Указом Президента Российской Федерации (РФ) от 16 июля 1997 г. № 725 «О первоочередных мерах по реформированию Вооруженных сил Российской Федерации и совершенствования их структуры» определено формирование нового вида вооруженных сил. К 1 марта 1998 г. на базе органов управления Войск ПВО и ВВС было сформировано управление Главнокомандующего ВВС и Главный штаб ВВС, а Войска ПВО и ВВС объединены в новый вид — Военно-воздушные силы.[2]

К моменту объединения в единый вид вооруженных сил в состав Войск ПВО входило: оперативно-стратегическое объединение, 2 оперативных, 4 оперативно-тактических объединения, 5 корпусов ПВО, 10 дивизий ПВО, 63 части зенитных ракетных войск, 25 истребительных авиаполков, 35 частей радиотехнических войск, 6 соединений и частей разведки и 5 частей радиоэлектронной борьбы. На вооружении имелось: 20 самолетов авиационного комплекса радиолокационного дозора и наведения А-50, более 700 истребителей ПВО, более 200 зенитных ракетных дивизионов и 420 радиотехнических подразделений с радиолокационными станциями различных модификаций.[2]

В результате проведенных мероприятий была создана новая организационная структура ВВС. Вместо воздушных армий фронтовой авиации сформированы армии ВВС и ПВО, оперативно подчиненные командующим войсками военных округов. На Западном стратегическом направлении создан Московский округ ВВС и ПВО.[2][6]

Радар 96Л6 из состава ЗРС С-400 606-го гвардейского зенитного ракетного полка 5-й дивизии ПВО.

В 2005—2006 гг. в состав Военно-воздушных сил была передана часть соединений и частей войсковой ПВО, оснащенных зенитными ракетными системами (ЗРС) С-300В и комплексами «Бук». В апреле 2007 г. на вооружение ВВС была принята зенитная ракетная система нового поколения С-400 «Триумф», предназначенная для поражения всех современных и перспективных средств воздушно-космического нападения.[2]

В начале 2008 г. в составе ВВС имелось: оперативно-стратегическое объединение (КСпН) (бывший Московский округ ВВС и ПВО), 8 оперативных и 5 оперативно-тактических объединений (корпуса ПВО), 15 соединений и 165 частей. В 2008 г. начался переход к формированию нового облика Вооруженных Сил РФ (в том числе и ВВС). В ходе проведенных мероприятий Военно-воздушные силы перешли на новую организационно-штатную структуру. Были сформированы командования ВВС и ПВО, подчиненные вновь созданным оперативно-стратегическим командованиям: Западному (штаб — г. Санкт-Петербург), Южному (штаб — г. Ростов-на-Дону), Центральному (штаб — г. Екатеринбург) и Восточному (штаб — г. Хабаровск). В 2009—2010 гг. был осуществлен переход к двухуровневой (бригадно-батальонной) системе управления Военно-воздушными силами. В результате общее количество объединений ВВС сокращено с 8 до 6, все соединения ПВО (4 корпуса и 7 дивизий ПВО) переформированы в 11 бригад воздушно-космической обороны.[2]

В декабре 2011 года 3 бригады (4-я, 5-я, 6-я) противовоздушной обороны войск оперативно-стратегического командования воздушно-космической обороны (бывшее Командование специального назначения ВВС, бывший Московский округ ВВС и ПВО) вошли в состав нового рода войск — Войск ВКО.[9]

В 2015 году Войска ВКО были объединены с ВВС и составили новый вид вооружённых сил — Воздушно-космические силы.[3]

В составе Воздушно-космических сил РФ организационно выделен новый род войск — Войска противовоздушной и противоракетной обороны (Войска ПВО-ПРО). Войска ПВО-ПРО представлены дивизиями противовоздушной обороны и соединением противоракетной обороны.[10]

В рамках дальнейшего совершенствования системы противовоздушной (воздушно-космической) обороны в настоящее время идет разработка нового поколения ЗРС С-500, в которой предполагается применить принцип раздельного решения задач уничтожения баллистических и аэродинамических целей. Основная задача комплекса — борьба с боевым оснащением баллистических ракет средней дальности, а при необходимости и с межконтинентальными баллистическими ракетами на конечном участке траектории и, в определенных пределах, на среднем участке.

День Войск ПВО страны отмечался в СССР и отмечается в Вооружённых силах России во второе воскресенье апреля.[11][9][12]

Руководители войск

Учебные заведения ПВО ВС СССР и России

Академии

Училища РТВ

Загрузка в С-400 на учениях 93-го гвардейского зенитного ракетного полка 4-й дивизии ПВО.

Училища РКО

  • Пушкинское высшее командное училище радиоэлектроники ПВО (осуществляло подготовку и для ЗРВ) — расформировано.
  • Житомирское высшее командное училище радиоэлектроники ПВО — расформировано.

Училища ЗРВ

Училища Авиации ПВО

Другие

Оперативно-стратегические объединения войск ПВО СССР и России

Заступление на боевое дежурство ЗРС С-400 «Триумф» 584-го гвардейского зенитного ракетного полка 4-й дивизии ПВО.
  • Округа ПВО — объединения войск ПВО, предназначенные для защиты от ударов с воздуха важнейших административных, промышленных центров и районов страны, группировок вооружённых сил. важных военных и других объектов в установленных границах. В вооружённых силах СССР округа ПВО созданы после Великой Отечественной войны на базе фронтов ПВО. В 1948 округа были переформированы в районы ПВО, в 1954 году вновь созданы округа ПВО.
  • Бакинский округ ПВО — образован в 1945 году на базе Бакинской армии ПВО, в 1948 преобразован в район. С 1954 года — вновь округ. Упразднён 5 января 1980 года.
  • Московский округ ПВО[13] (с 20 августа 1954 года):
  • 1-я армия ПВО-ПРО (особого назначения) (с 2015 года):[14]
    • 4-я дивизия ПВО, в/ч 52116 (Московская обл., г. Долгопрудный)
    • 5-я дивизия ПВО, в/ч 52096 (Московская обл., Ленинский р-н, дер. Петровское)
    • 9-я дивизия ПРО, в/ч 75555 (Московская обл., пгт Софрино)
    • 590-й отдельный радиотехнический узел загоризонтного обнаружения воздушных целей, в/ч 84680 (Мордовия, п. Ковылкино)
    • 54-й узел связи, в/ч 74129 (г. Москва)
    • Управление строительства и расквартирования, в/ч 58122 (г. Москва)
    • 1786-й центральная база измерительной техники, в/ч 74143 (Московская обл., г. Щелково)

Военная техника на вооружении Войск ПВО-ПРО России

Комплексы ПРО

Комплексы ПВО

Радиолокационные станции

См. также

Примечания

Литература

  • Военный энциклопедический словарь. Москва-2002.

Ссылки

wikiredia.ru

Войска ПВО и ПРО ВС России Википедия

Войска противовозду́шной и противораке́тной оборо́ны[1] — до 1998 года самостоятельный вид вооружённых сил (Войска ПВО).[2] В 1998 г. Войска ПВО объединены с Военно-воздушными силами в новом виде вооружённых сил — Военно-воздушные силы.[2] В 2009—2010 гг. все соединения ПВО ВВС РФ (4 корпуса и 7 дивизий ПВО) переформированы в 11 бригад воздушно-космической обороны.[2] В 2011 году три бригады ПВО ВВС вошли в состав нового рода войск Вооружённых сил — Войска воздушно-космической обороны.

В 2015 г. ВВС объединены с Войсками ВКО в новом виде вооружённых сил — Воздушно-космические силы (ВКС) [3], в составе которых организационно выделен новый род войск — Войска противовоздушной и противоракетной обороны (Войска ПВО-ПРО).

Следует отличать Войска ПВО-ПРО ВКС[4] от Войск ПВО Сухопутных войск (Войсковой ПВО)[5].

Сокращённое наименование — Войска ПВО-ПРО.

Задачами Войск ПВО-ПРО являются:

  • отражение агрессии в воздушно-космической сфере и защита от ударов средств воздушно-космического нападения противника пунктов управления высших звеньев государственного и военного управления, группировок войск (сил), административно-политических центров, промышленно-экономических районов, важнейших объектов экономики и инфраструктуры на территории Московской области;
  • поражение головных частей баллистических ракет вероятного противника, атакующих важные государственные объекты на территории Московской области.[1]

История[ | код]

ru-wiki.ru

Чем отличается система ПРО от системы ПВО? Ответьте кто знает)

Противовозду́шная оборо́на — комплекс мер по обеспечению защиты (обороны) от средств воздушного нападения противника. ПВО — сокращённое наименование системы противовоздушной обороны. Различают ПВО: войсковую; объектовую; корабельную. В российских условиях следует различать род сухопутных войск — Войска противовоздушной обороны и рода Военно-воздушных сил Российской Федерации, организационно входившие ранее в состав вида войск Войска противовоздушной обороны Российской Федерации. Противоракетная оборона (ПРО) — комплекс мероприятий разведывательного, радиотехнического и огневого характера, предназначенный для защиты (обороны) охраняемых объектов от ракетного оружия. Противоракетная оборона очень тесно связана с противовоздушной обороной и часто осуществляется одними и теми же комплексами. Запуск израильской противоракеты Arrow Понятие противоракетная оборона включает в себя защиту от ракетной угрозы любого плана и все средства, это осуществляющие (включая активную защиту танков, средства ПВО, борющиеся с крылатыми ракетами и проч.) , однако на бытовом уровне говоря о ПРО обычно имеют ввиду «стратегическую ПРО» — защиту от баллистической ракетной составляющей стратегических ядерных сил (МБР и БРПЛ) . Говоря о противоракетной обороне можно выделить самозащиту от ракет, тактическую и стратегическую ПРО.

Если проще, то ПВО против самолётов и других целей на высоте где-то до 20км., а ПРО против межконтинентальных балистических ракет.

ПВО формировалось и существует как система обороны от атак с воздуха ( авиация и ракеты) и, в основном, на своей территории. ПРО - современная система. Задачи пожалуй шире, чем у ПВО. Кроме военных присутствует и откровенно политическая составляющая. Инициаторы американцы и создается система, в первую очередь, для безопасности Америки. Включает космическую группировку, наземные РЛС и противоракеты. Все это располагается на территории третьих стран либо в космосе. Задачи - сбивать МБР на стадии разгона, а так же демонстрировать превосходство в военном отношении ( ракетный удар попытаются нейтрализовать, а свои силы оставить в неприкосновенности) . И страраться использовать силовое давление в политических вопросах, используя этот рычаг.

<img src="//otvet.imgsmail.ru/download/c10a56227abb857e2d62fd7a27a68007_i-240.jpg" ><img src="//otvet.imgsmail.ru/download/c10a56227abb857e2d62fd7a27a68007_i-241.jpg" > когдато было ПРО с лазерным оружием ТЕРРА3<img src="//otvet.imgsmail.ru/download/c10a56227abb857e2d62fd7a27a68007_i-242.jpg" >

ПРО - часть ПВО.

touch.otvet.mail.ru