Эхо 1968 года: противоречивые итоги подавления "Пражской весны". Пражская весна 1968 года причины ход итоги


"Пражская весна" 1968 года и вывод войск СССР из Чехословакии. Справка

В ночь на 21 августа 1968 года в Чехословакию были введены войска пяти стран Варшавского Договора (СССР, Болгарии, Венгрии, ГДР и Польши). Операция, получившая кодовое название "Дунай", преследовала цель прекратить происходивший в ЧССР процесс реформ, инициированных первым секретарем ЦК КП Чехословакии Александром Дубчеком – "Пражскую весну".

В ночь на 21 августа 1968 года в Чехословакию были введены войска пяти стран Варшавского Договора (СССР, Болгарии, Венгрии, ГДР и Польши). Операция, получившая кодовое название "Дунай", преследовала цель прекратить происходивший в ЧССР процесс реформ, инициированных первым секретарем ЦК КП Чехословакии Александром Дубчеком – "Пражскую весну".

С геополитической точки зрения для СССР возникла опасная ситуация в одной из ключевых стран Восточной Европы. Перспектива выхода ЧССР из Варшавского Договора, в результате которого произошел бы неизбежный подрыв восточноевропейской системы военной безопасности, была для СССР неприемлема.

В течение 36 часов армии стран Варшавского Договора установили полный контроль над чехословацкой территорией. 23-26 августа 1968 года в Москве состоялись переговоры между советским и чехословацким руководством. Их итогом явилось совместное коммюнике, в котором сроки вывода советских войск ставились в зависимость от нормализации обстановки в ЧССР.

16 октября 1968 года между правительствами СССР и ЧССР был подписан договор об условиях временного пребывания советских войск на территории Чехословакии, согласно которому часть советских войск оставалась на территории ЧССР "в целях обеспечения безопасности социалистического содружества". В соответствии с договором была создана Центральная группа войск (ЦГВ). Штаб ЦГВ был размещен в городке Миловице недалеко от Праги. В договоре фиксировались положения об уважении суверенитета ЧССР и невмешательстве в ее внутренние дела. Подписание договора стало одним из главных военно-политических итогов ввода войск пяти государств, удовлетворивших руководство СССР и ОВД.

17 октября 1968 года начался поэтапный вывод союзных войск с территории Чехословакии, который завершился к середине ноября.

В результате ввода войск в ЧССР произошла кардинальная смена курса чехословацкого руководства. Был прерван процесс политических и экономических реформ в стране. В 1969 года на апрельском пленуме ЦК КПЧ первым секретарем был избран Густав Гусак. В декабре 1970 года ЦК КПЧ принял документ "Уроки кризисного развития в партии и обществе после XIII съезда КПЧ", осуждавший в целом политический курс Александра Дубчека и его окружения.

Во второй половине 1980-х годов начался процесс переосмысления чехословацких событий 1968 г. В "Заявлении руководителей Болгарии, Венгрии, ГДР, Польши и Советского Союза" от 4 декабря 1989 года и в "Заявлении Советского правительства" от 5 декабря 1989 года решение о вводе союзных войск в Чехословакию было признано ошибочным как необоснованное вмешательство во внутренние дела суверенного государства.

10 декабря 1989 года после победы "бархатной революции" (бескровное свержение коммунистического режима в результате уличных акций протестов в ноябре–декабре 1989 года), президент Чехословакии Густав Гусак ушел в отставку, и было сформировано новое коалиционное правительство национального согласия, в котором коммунисты и оппозиция получили одинаковое количество мест. Была осуществлена "реконструкция" парламента, где Коммунистическая партия Чехословакии потеряла большинство. 28–29 декабря 1989 года реорганизованный парламент избрал своим председателем Александра Дубчека.

26 февраля 1990 года было подписано соглашение о полном выводе из Чехословакии советских войск.

Соглашение предусматривало, что вывод войск пройдет в три этапа: 1-й этап – 26 февраля 1990 года – 31 мая 1990 года; 2-й этап – 1 июня 1990 года – 31 декабря 1990 года; 3-й этап – 1 января 1991 года – 30 июня 1991 года.

Вывод начался в день подписания соглашения. Последний эшелон отправился из Миловиц 19 июня 1991 года. Уже 21 июня он пересек государственную границу СССР. 27 июня 1991 года ЧССР покинул последний командующий ЦГВ – генерал-полковник Эдуард Воробьев.

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников

ria.ru

Советская оккупация. Вторжение в Чехословакию. 1968 год - Оккупанты

В 1968 году советские танки вошли в Прагу. Подавление «Пражской весны» стало одной из самых бессмысленных внешнеполитических акций СССР и одной из самых вредных для имиджа русских за рубежом.

В 1960-х годах Коммунистическая партия Чехословакии переживала разделение на два лагеря - консервативный во главе со сталинистом, головой КПЧС и президентом страны Антонином Новотны и "реформаторский", который представлял первый секретарь КП Словакии Александр Дубчек.

В январе 1968 года партийный съезд КПЧС избрал первым секретарем Дубчека. Дубчек начал реформы: децентрализацию власти, допуск рабочих к власти, либерализацию СМИ и тому подобное. Он хотел совместить советское "социалистическое строительство" с европейской социал-демократией. Называл это "социализмом с человеческим лицом".

В марте 1968 года президентом страны стал герои Второй мировой, легендарный командующий Чехословацкой бригадой Людвиг Свобода. Он поддержал реформы Дубчека. Так началась "Пражская весна".

Либерализация в Чехословакии вызвало недовольство коммунистических лидеров в других странах. В Кремле боялись, что это приведет к ослаблению военной мощи Варшавского договора (оборонительный пакт между странами соцлагеря), ведь границы ЧССР граничили с Западной Германией, которая была членом НАТО.

Ночью 21 августа 1968 войска стран Варшавского договора начали вторжение в братскую республику. 300000 солдат и 7000 танков приехали бороться с "контрреволюцией". Так началась операция "Дунай" - единственная неучебное военная акция Варшавского договора.

События 1968 года в Чехословакии, ПрагаКолонна танков на пути в Прагу.

События 1968 года в Чехословакии, ПрагаРаздавленный автобус, которым перекрывали путь движения танков.

f01

События 1968 года в Чехословакии, Прага

100272169-e9nkiflq9g0

События 1968 года в Чехословакии, Прага

BvmET0UIcAAitPN

Утро 21 августа. Советские войска на улицах Праги. Верхом на бронетехнике. В это время десант уже захватил здания правительства. В 10 утра работники КГБ загрузили партийное, правительственное и парламентское руководство Чехословакии в десантные БТРы, довезли на аэродром, посадили в десантный самолет и отправили в Москву.

Армия Чехословакии получила приказ не сопротивляться вторжению. Но с самого утра население начало уничтожать и зарисовывать уличные знаки. Дезориентированные советские войска не сразу смогли захватить радио, вокзал и редакции газет. У радиостанции еще утром собралась большая толпа, забаррикадировав улицу. Полетел коктейль Молотова, в ответ - пули.

Сцена у здания радио. Дым и огонь, политый пеной огнетушителя танк, экипаж быстро покидает машину, один танкист прикрывает тех, кто выбирается. На него бросается демонстрант: "Ну давай, стреляй!"

За все время вторжения погибло 108 мирных жителей. Из них в первый день - 58 Большинство из них - здесь, у здания радио

СнимокАкт самосожжения, совершённый Рышардом Сивецем на «Стадионе Десятилетия» в знак протеста против оккупации Чехословакии. Вслед за Р. Сивецем ещё несколько человек выразили свой протест самосожжением.

Советские танки и артиллерия обживаются на набережной Влтавы

Стихийный митинг. Плакат "Никогда с СССР!" - Римейк с коммунистического официозного слогана "Навеки с СССР!"

Демонстрация в Праге.

После обеда столкновения окончательно прекратились, началось общение. Жители городов убеждали солдат, что не надо им "интернациональной помощи", у них есть своя социалистическая партия и правительство.

Привычная сцена для Праги и Братиславы конца августа 1968. "Вот почитайте, здесь обращение нашего правительства ...» - «У нас приказ!"

Один из многочисленных самодельных плакатов. Был еще вариант: "Техника большая, а культуры нет"

Плакат на витрине магазина женского белья

Карловы Вары, 21 августа. Группа студентов на грузовике.

Прага, 22 августа. Советская бронетехника в окружении жителей города.

Когда стало известно о вторжении, правительство ЧССР приказало армии не оказывать сопротивления. Ни один солдат не нарушил этого приказа и не стрелял. Зато ходили на митинги. На плакате: "Никто вас не звал, оккупанты"

Прага, 29 августа. Студенты жгут советские газеты на Вацлавской площади.

Никто из чешских политиков так и не решился создать "революционное правительство". Съезд КПЧС поддержал Дубчека. Шокированный Кремль согласился оставить его команду у власти, пообещав вывести армию. В сентябре 1968-го советские танки оставили Прагу. Но не Чехословакию. В стране осталась так называемая "Центральная группа войск" СССР - 150000 солдат. За год Дубчека и Слободу отправили в отставку. К власти в КПЧС пришли "ястребы", которые стали закручивать гайки. "Пражская революция" была побеждена.

И эта победа стала началом конца, в первую очередь в сфере имиджа СССР. С прекрасной страны светлых людей, которые победили нацизм и запустили человека в космос, Союз снова стал тюрьмой народов. Европейские "левые" окончательно отвернулись от Востока, сосредоточившись на собственных проблемах. Дальнейшее продвижение "пролетарской революции" в мире, которое продолжалось с 1917 года, остановилось.

Видео ввода войск в Чехословакию

Операция "Дунай" была для СССР самой масштабной военной кампанией со времен Второй мировой войны. И она стала концом для Советского Союза. В Кремле больше не говорили ни о каких реформах. Начался длительный период "застоя" - бюрократический аппарат костенел, процветала коррупция, вместо реальных действий появилась практика ритуальных речей и отписок. Последний лидер КПСС М.Горбачев делал попытки что-то изменить, но было поздно.

20 августа 1969 г., в годовщину событий в Чехословакии, группа советских диссидентов сделала следующее заявление:

"21 августа прошлого года произошло трагическое событие: войска стран Варшавского пакта вторглись в дружественную Чехословакию.

Эта акция имела целью пресечь демократический путь развития, на который встала вся страна. Весь мир с надеждой следил за послеянварским развитием Чехословакии. Казалось, что идея социализма, опороченная в сталинскую эпоху, будет теперь реабилитирована. Танки стран Варшавского договора уничтожили эту надежду. В эту печальную годовщину мы заявляем, что мы по-прежнему не согласны с этим решением, которое ставит под угрозу будущее социализма.

Мы солидарны с народом Чехословакии, который хотел доказать, что социализм с человеческим лицом возможен.

Эти строки продиктованы болью за нашу родину, которую мы желаем видеть истинно великой, свободной и счастливой.

И мы твёрдо убеждены в том, что не может быть свободен и счастлив народ, угнетающий другие народы.

— Т. Баева, Ю. Вишневская, И. Габай, Н. Горбаневская, З. М. Григоренко, М. Джемилев, Н. Емелькина, С. Ковалев, В. Красин, А. Левитин (Краснов), Л. Петровский, Л. Плющ, Г. Подъяпольский, Л. Терновский, И. Якир, П. Якир, А. Якобсон"

serzzze.livejournal.com

Пражская весна 1968 года кратко, суть понятия - Политика

Пражская весна 1968 года в Чехословакии

Пражская весна - период бурных демократических преобразований в Чехословакии (Чехия + Словакия) в 1968 году. В то время, в связи с увеличивающимся спадом в экономике и постоянным подавлением инакомыслия в компартии Чехословакии возникло реформаторское крыло, основным лозунгом которого провозглашался "социализм с человеческим лицом". В январе 1968г. был смещен президент страны и 1-й секретарь ЦК Чехословакии А.Новотный. Главой компартии был избран представитель либерального крыла компартии А.Дубчек, а президентом стал Л.Свобода. Уже в апреле была опубликована обновленная программа компартии страны, в которой провозглашался курс на демократизацию и экономические реформы. Именно этот период развития Чехословакии и вошел в историю как "пражская весна". К участию в управлении страной привлекались представители других партий и движений, за оппозицией теперь признавалось право на существование, была отменена цензура. В отличие от похожих событий 1956г. в Венгрии, в Чехословакии сохранялся порядок и гражданский мир. Радикальные перемены вызвали крайне негативную реакцию со стороны руководства тогдашней СССР. В июле главы компартий СССР, ГДР, Болгарии, Венгрии и Польши предупредили руководителей Чехословакии, что проводимые ими реформы обернутся "контрреволюцией". На встрече, проходившей с 29 июля по 2 августа в городе Чиерна-над-Тисой, советское руководство потребовало от Дубчека свернуть развивающийся процесс реформ. Но политическое давление не дало ожидаемых результатов и 21 августа на территорию Чехословакии пятью странами, участницами Варшавского договора, были введены войска. Фактически, руководство КПЧ было арестовано и доставлено в Москву. Там их вынудили подписать соглашение о размещении на постоянной основе советских войск на территории Чехословакии. По возвращении в Прагу А.Дубчек в течение некоторого времени еще сохранял свой пост, но постепенно он и его единомышленники были отстранены от власти. Началась чистка рядов КПЧ. В дальнейшем многие реформаторы и представители творческой интеллигенции такие как З.Млынарж, М.Форман, Я.Прохазка, П.Когоут и др. вынуждены были эмигрировать из страны. Таким образом прерванная "пражская весна" похоронила надежды в отношении возможного реформирования социализма тех времен. Весь демократический мир решительно осудил ввод войск Варшавского договора в Чехословакию. Тогда же, 25 августа на Красной площади в Москве в защиту "пражской весны" небольшой группой смельчаков диссидентов, состоявшей из восьми человек, была проведена протестная демонстрация под лозунгом "за вашу и нашу свободу".

История: Гуситское движение в Чехии

Ответ на вопрос события пражской весны

navoprosotveta.net

Пражская весна (1968) - это... Что такое Пражская весна (1968)?

«Пра́жская весна́» (чеш. «Pražské jaro», словацк. «Pražská jar») — период политической либерализации в Чехословакии с 5 января по 20 августа 1968, закончившийся вводом в страну войск стран Организации Варшавского договора (кроме Румынии).

История

С приходом к руководству Коммунистической партией Чехословакии Александра Дубчека, Чехословакия начала демонстрировать все бо́льшую независимость от СССР.

Политические реформы Дубчека и его соратников (О. Шик, И. Пеликан, З. Млынарж и др.), которые стремились создать «социализм с человеческим лицом», не представляли собой полного отхода от прежней политической линии, как это было в Венгрии в 1956, однако рассматривались руководителями СССР и ряда соцстран (ГДР, Польша, Болгария) как угроза партийно-административной системе Советского Союза и стран Восточной и Центральной Европы, а также целостности и безопасности «советского блока».

Была существенно ослаблена цензура, повсеместно проходили свободные дискуссии, началось создание многопартийной системы. Было заявлено о стремлении обеспечить полную свободу слова, собраний и передвижений, установить строгий контроль над деятельностью органов безопасности, облегчить возможность организации частных предприятий и снизить государственный контроль над производством. Кроме того, планировалась федерализация государства и расширение полномочий органов власти субъектов ЧССР — Чехии и Словакии.

Часть правящей коммунистической партии — особенно на высшем уровне — выступала, однако, против какого бы то ни было ослабления партийного контроля над обществом, а поэтому обратилась к советскому руководству за помощью в отстранении реформаторов от власти. По мнению правящих кругов СССР, Чехословакия находилась в самом центре оборонительной линии организации Варшавского договора, и её возможный выход из него был недопустим во время холодной войны. Политика ограниченного государственного суверенитета в странах социалистического блока, допускающая в том числе применение военной силы, если это было необходимо, получила на Западе название «доктрины Брежнева», по имени советского руководителя, который впервые её провозгласил публично, хотя её проводили и раньше со времен Сталина.

Доктрина оставалась в силе до тех пор, пока в 1980-е годы при Михаиле Горбачёве её не сменил иной подход, который в шутку назвали «доктриной Синатры» (имея в виду песню Фрэнка Синатры «My Way» — «Мой путь»).

Возможные причины ввода войск

По официальной версии, СССР помешал Чехословацким реформаторам вывести страну из ОВД и повести по капиталистическому пути.

Конец весны

23 марта 1968 на съезде коммунистических партий в Дрездене прозвучала критика реформ в Чехословакии, 4 мая Брежнев принял делегацию во главе с Дубчеком в Москве, где остро критиковал положение в ЧССР, 15 июля руководители коммунистических партий направили открытое письмо ЦК КПЧ, 29 июля Дубчек снова встретился в Чьерной-над-Тисоу с Брежневым, 17 августа Дубчек встретился в Комарно с Яношем Кадаром, который указал Дубчеку на то, что ситуация становится критической.

Период политического либерализма в Чехословакии закончился уже через несколько дней, с вводом в страну более 300 тыс. чел. и около 7 тыс. танков стран Варшавского договора в ночь с 20 на 21 августа (отсюда две даты, встречающиеся в различных источниках).[1] Накануне ввода войск Маршал Советского Союза Гречко проинформировал министра обороны ЧССР Мартина Дзура о готовящейся акции и предостерег от оказания сопротивления со стороны чехословацких вооруженных сил. Из Польши был введен советско-польский контингент войск по направлениям: Яблонец, Острава, Оломоуц и Жилина. Из ГДР вводился советско-немецкий контингент войск по направлениям: Прага, Хомутов, Пльзень, Карловы Вары. Из Венгрии входила советско-венгерско-болгарская группировка по направлениям: Братислава, Тренчин, Банска Бистрица и др. Наиболее крупный контингент войск был выделен от СССР.

Чехословацкая армия не оказала сопротивления. Вторжение произошло накануне съезда Коммунистической партии Чехословакии, на котором, как ожидалось, реформы должны были получить решительную поддержку. Съезд партии всё-таки был проведён — он состоялся на одном из местных заводов — и его участники на самом деле высказали поддержку начатым реформам, но это уже не имело никакого значения.

Протесты против оккупации Чехословакии и последствия оккупации

Демонстрация в Хельсинки против ввода войск ОВД в Чехословакию

Со стороны западных стран последовала только устная критика того, что произошло, — в условиях ядерного противостояния западные страны были неспособны что-либо противопоставить советской военной мощи в Центральной Европе.

Парадоксальным образом, силовая акция в Чехословакии в 1968 ускорила приход в отношениях между Востоком и Западом периода т. н. «разрядки напряженности», основанной на признании существовавшего в Европе территориального статус кво и проведение Германией при канцлере Вилли Брандте т. н. «новой восточной политики».

В Советском Союзе некоторые представители интеллигенции протестовали против ввода советских войск в Чехословакию[2].

Демонстрация 25 августа 1968 года

В частности, на Красной Площади прошла демонстрация 25 августа 1968 года в поддержку независимости Чехословакии. Демонстранты развернули плакаты с лозунгами «At’ zije svobodne a nezavisle Ceskoslovensko!» («Да здравствует свободная и независимая Чехословакия!»), «Позор оккупантам!», «Руки прочь от ЧССР!», «За вашу и нашу свободу!», «Свободу Дубчеку!»[3][4][5][6]. Демонстрация была подавлена, лозунги были квалифицированы как клеветнические, демонстранты были осуждены [7][8].

Митинг памяти Палаха

Демонстрация 25 августа не была единичным актом протеста против ввода советских войск в Чехословакию.

«Есть основания предполагать, что число этих случаев гораздо больше, чем удалось узнать», пишет Хроника, и приводит несколько примеров[9]:

25 января 1969 г., в день похорон Яна Палаха, две студентки Московского университета вышли на площадь Маяковского с плакатом, на котором были написаны два лозунга: «Вечная память Яну Палаху» и «Свободу Чехословакии». Они простояли на площади, позади памятника Маяковскому, около 12 минут. Постепенно вокруг них начала собираться молчащая толпа. Затем к девушкам подошла группа молодых людей без повязок, назвавших себя дружинниками. Они отобрали и разорвали плакат, а студенток, посоветовавшись, отпустили.

Листовки

21 августа в московских писательских домах на Аэропорте и в Зюзино, а также в общежитии МГУ на Ленинских горах появились листовки с протестом против пребывания союзных войск в ЧССР. Один из трех текстов листовок подписан «Союз коммунаров». [10]

Заявления

20 августа 1969 г. группа диссидентов сделала следующее заявление[10]:

21 августа прошлого года произошло трагическое событие: войска стран Варшавского пакта вторглись в дружественную Чехословакию.

Эта акция имела целью пресечь демократический путь развития, на который встала вся страна. Весь мир с надеждой следил за послеянварским развитием Чехословакии. Казалось, что идея социализма, опороченная в сталинскую эпоху, будет теперь реабилитирована. Танки стран Варшавского договора уничтожили эту надежду. В эту печальную годовщину мы заявляем, что мы по-прежнему не согласны с этим решением, которое ставит под угрозу будущее социализма.

Мы солидарны с народом Чехословакии, который хотел доказать, что социализм с человеческим лицом возможен.

Эти строки продиктованы болью за нашу родину, которую мы желаем видеть истинно великой, свободной и счастливой.

И мы твердо убеждены в том, что не может быть свободен и счастлив народ, угнетающий другие народы.

— Т. Баева, Ю. Вишневская, И. Габай, Н. Горбаневская, З. М. Григоренко, М. Джемилев, Н. Емелькина, С. Ковалев, В. Красин, А. Левитин (Краснов), Л. Петровский, Л. Плющ, Г. Подъяпольский, Л. Терновский, И. Якир, П. Якир, А. Якобсон

Последствия оккупации

В самой Чехословакии результатом стала большая волна эмиграции (около 300 000 человек).

При вторжении 72 гражданина Чехословакии погибли, сотни ранены.

В 1969 году в Праге студенты Ян Палах и Ян Зайиц с интервалом в месяц совершили самосожжение в знак протеста против советской оккупации.

В 1969 году А. Дубчека на посту Генерального секретаря ЦК КПЧ сменил Г. Гусак, в Чехословакии начался период нормализации.

Выход Албании из Варшавского договора

Подавление Пражской весны усилило разочарование многих представителей западных левых кругов в теории марксизма-ленинизма и способствовало росту идей «еврокоммунизма» среди руководства и членов западных коммунистических партий — впоследствии приведшему к расколу во многих из них.

Десять лет спустя Пражская весна дала имя аналогичному периоду китайской политической либерализации, известному как «Пекинская весна».

В художественной литературе

Примечания

См. также

Ссылки

Поддержка действий вооруженных сил Варшавского договора

Осуждение действий вооруженных сил Варшавского договора

dic.academic.ru

Чехословакия 1968 год. Страшное преступление советских оккупантов ФОТО

В два часа ночи 21 августа 1968 г. советский пассажирский самолет Ан-24 запросил аварийную посадку в пражском аэропорту Рузине. Диспетчеры дали добро, самолет приземлился, из него высадились военнослужащие 7-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, дислоцированной в Каунасе. Десантники под угрозой применения оружия захватили все объекты аэродрома и начали прием транспортных самолетов Ан-12 с подразделениями десантников и военной техникой. Транспортные Ан-12 садились на полосу каждые 30 секунд. Так началась тщательно разработанная СССР операция по оккупации Чехословакии и закончилась т.н. «Пражская весна» — процесс демократических реформ, проводимых компартией Чехословакии под руководством Александра Дубчека.

В операции по захвату Чехословакии, которая получила название «Дунай», участвовали армии четырех социалистических стран: СССР, Польши, Венгрии и Болгарии. Армия ГДР тоже должна была войти на территорию Чехословакии, но в последний момент советское руководство побоялось аналогии с 1939 г. и немцы границу не пересекли. Основной ударной силой группировки войск стран Варшавского договора стала Советская Армия — это были 18 мотострелковых, танковых и воздушно-десантных дивизий, 22 авиационных и вертолётных полка, общей численностью по разным данным от 170 до 240 тысяч человек. Одних только танков было задействовано около 5000. Были созданы два фронта — Прикарпатский и Центральный, а численность объединенной группировки войск достигала полумиллиона военнослужащих. Вторжение было по обычной советской привычке преподнесено, как помощь братскому чехословацкому народу в борьбе с контрреволюцией.

Никакой контрреволюцией в Чехословакии, понятное дело, и не пахло. Страна полностью поддерживала коммунистическую партию, с января 1968 г. начавшую политические и экономические реформы. По числу коммунистов на 1000 человек Чехословакия занимала первое место в мире. С началом реформ была существенно ослаблена цензура, повсеместно проходили свободные дискуссии, началось создание многопартийной системы. Было заявлено о стремлении обеспечить полную свободу слова, собраний и передвижений, установить строгий контроль над деятельностью органов безопасности, облегчить возможность организации частных предприятий и снизить государственный контроль над производством. Кроме того, планировалась федерализация государства и расширение полномочий органов власти субъектов ЧССР — Чехии и Словакии. Всё это, конечно, беспокоило руководство СССР, которое проводило в отношении своих вассалов в Европе политику ограниченного суверенитета (т.н. «доктрина Брежнева»). Команду Дубчека многократно пытались уговорить остаться на коротком поводке у Москвы и не стремиться построить социализм по западным стандартам. Уговоры не помогали. Кроме того, Чехословакия оставалась страной, где СССР так и не смог разместить ни свои военные базы, ни тактическое ядерное оружие. И этот момент был, пожалуй, главной причиной столь несоразмерной масштабу страны воинской операции — кремлевскому Политбюро нужно было заставить чехословаков подчиняться себе любой ценой. Руководство Чехословакии, чтобы избежать кровопролития и разрушения страны, отвело армию в казармы и предоставило возможность советским войскам беспрепятственно распорядиться судьбой чехов и словаков. Единственным видом сопротивления, с которым столкнулись оккупанты, был гражданский протест. Особенно ярко это проявилось в Праге, где безоружные жители города устроили настоящую обструкцию захватчикам.

В три часа ночи 21 августа (это тоже была среда) советскими солдатами был арестован премьер-министр Черник. В 4:50 колонна танков и БТР направилась к зданию ЦК КПЧ, там был застрелен двадцатилетний житель Праги. В кабинете Дубчека советские военные арестовали его самого и семерых членов ЦК. В семь утра танки направились на Виноградскую, 12, где располагалось Радио Праги. Жители успели построить там баррикады, танки стали прорываться, была открыта стрельба по людям. В то утро у здания Радио погибли семнадцать человек, еще 52 были ранены и доставлены в больницу. После 14:00 арестованное руководство КПЧ было посажено на самолет и вывезено на Украину при содействии президента страны Людвига Свободы, который как мог боролся с марионеточным правительством Биляка и Индры (благодаря Свободе Дубчеку сохранили жизнь, а потом перевезли в Москву). В городе был введен комендатский час, в темное время солдаты открывали огонь по любому движущемуся объекту.

01. Вечером по европейскому времени Совет Безопасности ООН провел в Нью-Йорке экстренное собрание, на котором принял резолюцию осуждающую вторжение. СССР наложил на нее вето.

02. По городу начали ездить грузовики со студентами, держащими в руках национальные флаги. Все ключевые объекты города были взяты под контроль советскими войсками.

03. У Национального музея. Воинскую технику тут же окружали жители города и вступали с солдатами в разговоры, часто очень острые, напряженные. В отдельных районах города была слышна стрельба, в больницы постоянно везли раненых.

04.

05.

06. Утром молодежь начала строить баррикады, атаковать танки, забрасывала их камнями, бутылками с горючей смесью, пыталась поджигать военную технику.

07.

08. Надпись на автобусе: Советский культурный центр.

09.

10. Один из раненых в результате стрельбы солдат по толпе.

11. По всей Праге начались массовые акции саботажа. Чтобы затруднить ориентацию в городе для военных пражане начали уничтожать уличные указатели, сбивать таблички с названиями улиц, номера домов.

12.

13. Cоветские солдаты ворвались в церковь Святого Мартина в Братиславе. Сначала они стреляли по окнам и башне средневековой церкви, потом сломали замки и проникли внутрь. Был вскрыт алтарь, ящик для пожертвований, разбит орган, церковные принадлежности, уничтожены картины, сломаны лавки, кафедра. Солдаты залезли в крипт с захоронениями и разбили там несколько могильных плит. Эту церковь грабили в течение всего дня, разными группами военнослужащих.

14. Подразделения советских войск входят в г. Либерец

15. Погибшие и раненые после штурма военными пражского Радио.

16. Посторонним вход строго запрещен

17.

18.

19. Стены домов, витрины магазинов, заборы стали площадкой для беспощадной критики в адрес оккупантов.

20. «Беги домой, Иван, ждет тебя Наташа», «Оккупантам ни капли воды, ни ломтя хлеба», «Браво, ребята! Гитлер», «СССР, убирайся домой», «Дважды оккупированы, дважды научены», «1945 — освободители, 1968 — оккупанты», «Мы боялись Запада, на нас напали с Востока», «Не руки вверх, а голову выше!», «Космос вы покорили, а нас — нет», «Слону ежа не проглотить», «Не называйте это ненавистью, назовите это познанием», «Да здравствует демократия. Без Москвы» — вот только несколько примеров такой настенной агитации.

21. «У меня был солдатик, я его любила. У меня были часы — Красная Армия забрала их»

22. На Староместской площади.

23.

24.

25. Помню современное интервью с пражанкой, которая 21-го вместе с подругами по университету вышла в город посмотреть на советских военных. «Мы думали там какие-то страшные оккупанты, а на самом деле на бронетранспортерах сидели совсем молодые ребята с крестьянскими лицами, немного испуганные, постоянно хватающиеся за оружие, не понимаюющие что они здесь делают и почему толпа так агрессивно на них реагирует. Им-то командиры сказали, что надо идти и спасать чешский народ от контрреволюции».

26.

27.

28.

29.

30.

31.

32.

33.

34.

35.

36.

37.

38.

39. Самодельная листовка из тех, что пытались раздавать советским солдатам.

40. Сегодня у здания пражского Радио, где 21 августа 1968 г. погибли люди, защищавшие радиостанцию, прошла церемония памяти, были возложены венки, транслировалась та утренная передача из 68-го, когда радио сообщило о нападении на страну. Диктор читает текст, а фоном слышна стрельба на улице.

41.

42.

43.

44.

45.

46.

47.

48.

49. На месте у Национального музея, где установлен памятник совершившему самосожжение студенту Яну Палаху, горят свечи.

50.

51. В начале Вацлавской площади устроены выставка — на большом экране показывают документальный фильм о событиях «Пражской весны» и августа 1968 г., стоит БМП с характерной белой чертой, машина скорой помощи тех лет, стоят стенды с фотографиями и репродукциями пражских граффити.

52.

53.

54.

55.

56.

57. 1945: мы целовали ваших отцов > 1968: вы проливаете нашу кровь и забираете нашу свободу.

По современным данным, в ходе вторжения было убито 108 и ранено более 500 граждан Чехословакии, в подавляющем большинстве мирных жителей. Только в первый день вторжения было убито или смертельно ранено 58 человек, в том числе семь женщин и восьмилетний ребёнок.

Итогом операции по смещению руководства КПЧ и оккупации страны стало размещение в Чехословакии советского воинского контингента: пяти мотострелковых дивизий, общей численностью до 130 тысяч человек, 1412 танков, 2563 бронетранспортеров и оперативно-тактические ракетные комплексы «Темп-С» с ядерными боеголовками. К власти было приведено лояльное Москве руководство, в партии была проведена чистка. Реформы «Пражской весны» были завершены только после 1991 г.

Фотографии: Josef Koudelka, Libor Hajsky, CTK, Reuters, drugoi

pashaodessa.livejournal.com

противоречивые итоги подавления "Пражской весны"

Ровно 40 лет назад в Чехословакию вошли советские войска и войска других соцстран, что означало подавление «Пражской весны». Это событие до сих пор отчасти определяет отношения России не только с Чехией, но и с Западом в целом. Но рисовать его исключительно чёрной для чехов краской было бы не совсем верно – тем более, что у него были и комичные стороны. Да и России есть, что вспомнить этой стране…

В ночь с 20 на 21 августа 1968 года в Чехословакию были введены 18 советских дивизий и по две дивизии армий ГДР, Польши, Венгрии и Болгарии. Разворачивавшиеся в Чехословакии экономические и политические реформы, получившие название «Пражской весны, были свёрнуты под внешним давлением. Многие руководители Чехословакии лишились своих постов, и ещё на 21 год страна, как и её соседи, осталась частью социалистического содружества.

Читайте: ПРО: США предложили Чехии совершить геополитическое самоубийство .

Корни «Пражской весны» уходят в послевоенное время. Тогда Красная Армия не только освободила Чехословакию от нацистов, а чехов – от насильственного онемечивания, но и помогла чехам избавиться от угрожавших их государству «пятой колонны» в лице местных немцев. В боях за освобождение Чехословакии погибли 140 тысяч советских воинов. После войны, чтобы спасти страну от голода, СССР посылал ей вагоны с зерном – и это притом, что хлеба не хватало самой советской стране.

В то же время в Чехословакии началось насаждение социализма советского образца. В условиях начавшейся «холодной войны» у СССР вряд ли была другая возможность, нежели включать страну в свою сферу влияния. Другое дело, что сами чехи и словаки в массе своей не хотели строить такой социализм. К тому же хотя страна была самой экономически развитой в соцлагере (за исключением ГДР), она постепенно отставала от своих капиталистических соседей – ФРГ и Австрии.

«Пражская весна» началась с экономической реформы, однако к марту 1968 года волна изменений достигла политики. Сменилось руководство страны, а новый глава КПЧ Александр Дубчек фактически не препятствовал активизации общественной жизни, которая впоследствии местами вылилась в критику социализма. Хотя чехословацкие руководители и не говорили о выходе из соцлагеря, вероятность превращения страны сначала в полусоциалистическую наподобие Югославии, а затем и в нейтральную капиталистическую как соседняя Австрии, была огромной. Чехословацкое руководство всё активнее контактировало с югославами и австрийцами.

Читайте: ПРО: США и Чехия хотят плюнуть в лицо России .

Руководители других соцстран сразу усмотрели в реформах угрозу социализму – тем более с каждым днём усиливалась западная пропаганда. Но, вопреки речам чешских русофобов, наиболее активно по части подавления «Пражской весны» вёл себя не Советский Союз. Первым о силовом вмешательстве заявил руководитель ГДР Вальтер Ульбрихт, затем – лидеры Польши Владислав Гомулка и Болгарии Тодор Живков. И лишь потом к силовому варианту склонились руководители Советского Союза – причём Леонид Ильич Брежнев отнюдь не был самым воинственным из них.

Для давления на чехословацкое руководство в стране ещё в июле остались советские войска, которые не покинули страну после учений соцстран «Шумава» на границе ЧССР и ФРГ. Сама военная операция 21 августа оказалась практически бескровной – по официальным данным, погибли 72 гражданина Чехословакии и 13 советских военных. Командование армии ЧССР отдало приказ не сопротивляться, хотя случаи стрельбы из-за угла по советским солдатам были. После этого в стране «на всякий случай» остались советские войска, которые были выведены только в 1991 году – уже после падения социализма.

Любопытно, но трагические события имели и комичную сторону. Так, очевидцы событий рассказали обозревателю «Правды.Ру», что советские войска сбивали по всей Чехословакии надписи «Pozor!», считая, что это русское слово было написано латинскими буквами. В действительности по-чешски и по-словацки это значит «Осторожно!», и так чехословацкие города лишились надписей, предупреждающих об опасных местах. Восстановление указателей заняло определённое время.

После подавления «Пражской весны» были «закручены гайки». Усилилась цензура, произошли чистки органов власти и многих организаций, в том числе и неполитических. Однако людей не расстреливали и не отправляли в Сибирь – максимум сажали в тюрьмы, отправляли истопниками в котельные или агрономами в колхозы. Детей из «неблагонадёжных» семей лишали права на получение высшего образования. Личности высших руководителей, в том числе и многолетнего лидера страны Густава Гусака, согласовывали с СССР. Советско-чехословацкие отношения укрепились.

Большинство современных чехов забывает, что Чехословакия немало приобрела от нахождения в соцлагере. Её товары имели устойчивый рынок сбыта, а из СССР она получала дешёвое сырье, на котором работали созданные промышленные предприятия Словакии. Прямых вложений в страну из СССР (в отличие от Болгарии и ГДР) практически не было, но были косвенные. Покупая сырьё по дешёвке, ЧССР продавала свои трамваи и технику по полной цене, и отсюда образовался огромный советский долг Чехословакии – 5,4 миллиарда долларов. Уровень жизни граждан ЧССР из-за этого в начале 1970-х гг. вырос – правда, ненадолго.

Но жители Чехословакии видели всё иначе. Если раньше враждебного отношения к русским не было (хотя и дружбы особой тоже не было), то после 1968 года они появились. Оказавшимся вЧССР советским гражданам  постоянно хамили, показывали неправильную дорогу, а то и вовсе обзывали «оккупантами». Чехи и словаки чувствовали, что их жизненный уровень постепенно падает, в то время как в соседней и родственной для многих Австрии – растёт. Экономическая пропасть между Чехословакией и Австрией, до войны находившихся на одном уровне, росла. Так что таким парадоксальным образом события «Пражской весны» укрепили советско-чехословацкие отношения, но испортили российско-чешские.

Едва Советский Союз «разжал захват», социализм в Чехословакии был обречён. После «Бархатной революции» 1989 года события года 1968 рисовались исключительно в чёрных тонах. Президент Чехии Вацлав Гавел и его соратники обвиняли Россию во всех смертных грехах, замалчивая выгоды, которые имела от сотрудничества с СССР социалистическая Чехословакия. Во многом этим обусловлено и вступление Чехии (а позже и Словакии) в НАТО, и нынешнее желание некоторых чешских руководителей разместить ПРО.

В то же время чешские «любители» истории умалчивают о тех сторонах, где пострадавшей стороной выступала Россия. Так, чехословацких легионеров, которые в 1917-1920 гг. участвовали в Гражданской войне в России, в Чехии считают героями. Между тем они отличились по части насилия над мирным населением и награбили золото на сумму в миллиарды современных долларов. Уже в 1990-е гг. приют в Чехии находили и чеченские боевики. В этот же ряд стоит поставить и ПРО, размещение которого премьер-министр Мирослав Тополанек прямо аргументирует мифической «русской угрозой».

Однако проблемы между Россией и Чехией нельзя назвать неразрешимыми. На это в ходе визита в Прагу указывал и Владимир Путин, и с ним согласился чешский президент Вацлав Клаус. После 2003 года, когда он сменил Гавела, отношения двух стран вышли из ступора. Но размещение радара ПРО может отбросить их далеко назад. Так что перед чешским руководством стоит выбор: либо ворошить призраки прошлого, либо развивать отношения с Россией. Во втором случае выгода будет обоюдной, но для Чехии, представляется, она будет даже большей.

www.pravda.ru

«В Праге шла обычная война...»

«Историческая правда» публикует воспоминания советских солдат, воевавших в Чехословакии в 1968 году.

21 августа 1968 года началась Операция «Дунай» — ввод войск Варшавского договора (кроме Румынии) в Чехословакию, начавшийся и положивший конец реформам Пражской весны. С чисто военной точки зрения, "Дунай" стал образцом стратегии и тактики. Подобного профессионализма мир еще не знал – средняя по размерам европейская страна была захвачена в рекордно короткие сроки с минимальными потерями. По современным данным, в ходе вторжения было убито 108 и ранено более 500 граждан Чехословакии, боевые потери советских войск за время операции составили 12 человек погибшими и 25 ранеными и травмированными (небоевые потери за этот же период — 84 погибших и умерших, 62 раненых).  Сегодня «Историческая правда» публикует воспоминания ветеранов этого славного боевого похода, который – по чисто политическим соображениям – сегодня оценивается  весьма негативно. Между тем, десятки тысяч советских солдат, многие из которых были фронтовиками Великой Отечественной, просто выполняли приказ, защищая свою страну. Они шли в страну, которая всю войну исправно поставляла орудие вермахту, шли и искренне верили в слова отцов-командиров о новом фашистском заговоре. И делали все, что бы избавить нас от опасности новой войны, за что, конечно же, им нужно сказать "спасибо". 

* * * Иван Павловский (в 1968 году - командующий союзническими войсками, оккупировавшими Чехословакию): 

- Назначение я получил 16 или 17 августа, за три-четыре дня до начала операции. Первоначально во главе союзных войск предполагали поставить маршала Якубовского. Вдруг меня вызывает министр обороны Гречко: «Ты назначаешься командующим соединениями, которые будут входиты Чехословакию». 

Я вылетел в Легницу (на территории Польши), в штаб-квартиру Северной группы войск. Там застал Якубовского. Он показал на карте, какие дивизии и с какого направления выходят. Начало операции было назначено на 21 августа в ноль один час. Гречко предупредил: «Команда будет из Москвы, твое дело следить, чтобы ее выполняли». 

В назначенный час войска пошли. И тут опять звонок Гречко: «Я сейчас говорил с Дзуром (министр национальной обороны ЧССР) и предупредил, что если чехи, не дай бог, откроют огонь по нашим войскам, это может кончиться плохо. Попросил дать команду чехословацким частям, чтобы никуда не двигались, никакого открытия огня, чтобы сопротивления нам не оказывали». 

После того как пошли войска, примерно через час, опять звонок Гречко: «Как дела?». Докладываю: такие-то дивизии там-то. Кое-где люди выходят на дороги, устраивают завалы. Наши войска обходят препятствия... 

Мы расположились в здании Генерального штаба, спали на стульях и на полу. Дали комнату, где я сидел со своими телефонами и радистами.  

В советском посольстве порекомендовали встретиться с Президентом ЧССР Людвиком Свободой. Я взял с собой венгерского генерала, нашего, немецкого... Я сказал: «Товарищ президент, вы знаете, в Чехословакию вошли войска государств — участников Варшавского договоpa. Я пришел доложиться по этому вопросу. И поскольку Вы генерал армии и я генерал армии, мы оба военные, Вы понимаете, нас к этому вынудила обстановка». Он ответил: «Я понимаю...». 

Президент говорил по-русски. Он бывал в Советском Союзе, командовал чехословацким батальоном, развернул его в бригаду, потом в корпус, в мае 1945 года ввел корпус в Прагу. Я спросил, есть ли претензии к нашим войскам. Он ответил, что особых претензий нет. Вот только по ночам бывает стрельба трассирующими пулями, и это нехорошо. 

Честно говоря, я бы не сказал, что отношение населения к нам было дружелюбным. Несмотря на то, что наша армия освободила Прагу, что мы вместе с чехословацкими войсками участвовали в боевых действиях против гитлеровцев, каждый чех вправе был иметь на нас обиду. Чего мы пришли туда? Мы разбрасывали с самолета листовки, разъясняли, что вошли с мирными намерениями. Но вы сами понимаете, если я, непрошенный гость, приду к вам домой и начну распоряжаться, это не очень понравится. 

* * *  Лев Горелов (в 1968 - командир 7-й гвардейской дивизии ВДВ): 

- В уставах ВДВ нет такого, не предназначено, чтоб драться в городах. В уставах общевойсковых, пехота где, там тоже ничего нет - "особенности ведения боевых действий"... 

Что делать? Ребята с деревень, некоторые и в домах-то не были, не знают что такое многоэтажный дом. 

 Собрал я ветеранов, которые в отставке, которые когда-то брали населенные пункты во время войны. Пишем временное наставление по взятию дома. Дома, как дома, не в мировом масштабе, а как крупный дом брать. Выводим дивизию, полки, а полки стояли раздельно, а в каждом городе, есть микрорайоны. Так вот мы с рассветом, до тех пор, пока люди придут с работы мы там тренировались - взятие населенного пункта отрабатывали. А это тактика другая: штурмовой отряд, отряд обеспечения, огневое обеспечение, отделения прикрытия - это целая новая тактика для десантников, да и для всех. Брать населенный пункт - это создавать штурмовые группы надо. Тренирую месяц, говорят: "Комдив с ума сошел, что такое, всех вывели, с утра до ночи, до прихода рабочего класса, штурмуют..." 

Что нас спасло от кровопролития? Почему в Грозном мы потеряли 15 тысяч наших ребят молодых, а в Праге нет? А вот почему: там были готовы отряды, готовые заранее, Смарковский руководил, идеолог. Они сформировали отряды, но оружие не выдавали, оружие по тревоге - приходи, бери оружие. Так мы знали, наша разведка знала, где эти склады. Мы захватили склады в первую очередь, а потом брали ЦК, Генеральный штаб, и так далее, правительство. Первую часть сил мы бросили на склады, потом всё остальное. 

Короче говоря, в 2 часа 15 минут я приземлился, а в 6 часов Прага была в руках десантников. Чехи утром проснулись - к оружию, а там стоит наша охрана. Всё. 

- То есть, сопротивления не было?  

- Только в ЦК. Значит, в ЦК 9 человек чехов убили наши. Дело в том, что они прошли через подвалы и вышли на противоположной стороне, коридор длинный, вы знаете, служебные эти помещения. И караул наш стоял в кабинете Дубчика, а пулеметчик сидел метров за 50 до этого кабинета и увидел - эти идут, бегут с автоматами. Прицелился и дал очередь. Он тогда из пулемета всю ленту разрядил, их убивает, и чехов потом вертолетом увезли. Где похоронили, не знаю. 

 * * *Геннадий Зайцев (в 1968 году - руководитель группы 7-го Управления КГБ СССР при проведении операции "Дунай"):

- Каким образом удалось захватить отнюдь не маленькую европейскую страну в кратчайший срок и с минимальными потерями? Значительную роль в таком ходе событий сыграла нейтральная позиция чехословацкой армии, (а это порядка 200 тыс. человек, вооруженных в то время современной военной техникой). Хочу подчеркнуть, что генерал Мартин Дзур в той очень непростой ситуации сыграл ключевую роль. Но главной причиной малого числа жертв стало поведение советских солдат, которые проявили в Чехословакии поразительную выдержку. 

Убежден, что в тот период иного выхода из кризиса просто не существовало. На мой взгляд, итоги "Пражской весны" весьма поучительны. Если бы не жесткие действия СССР и его союзников, то чешское руководство, мгновенно миновав стадию "социализма с человеческим лицом", оказалось бы в объятиях Запада. Варшавский блок лишился бы стратегически важного государства в центре Европы, НАТО оказалось бы у границ СССР. Давайте же будем до конца честны: операция в Чехословакии подарила мир двум поколениям советских детей. Или не так? Ведь "отпустив" Чехословакию, Советский Союз неизбежно столкнулся бы с эффектом карточного домика. Вспыхнули бы волнения в Польше и Венгрии. Затем наступил бы черед Прибалтики, а после нее и Закавказья". 

* * * Евгений Котляров (в 1968 - лейтенант, командир группы глубинной разведки взвода Отдельного разведывательного батальона 14 гвардейской мотострелковой дивизии): 

- Сигнал на начало операции мы получили 20 августа 1968 года ровно в 24-00. Началась операция "Дунай"... Блокировав подразделения пограничных войск и пропустив авангард дивизии, батальон двинулся по своему маршруту через крупный населенный пункт Мост к юго-западной границе Чехословакии с ФРГ, к населенному пункту Железна Руда. 

Разведка осуществлялась путем поиска на машинах ГАЗ-69 и ГАЗ-69А, которые были на вооружении офицеров КГБ и моей группы соответственно. Обнаружив заставу или погранотряд, мы подъезжали к нему, не ближе, чем на 50 метров. Офицер КГБ договаривался о встрече и шел к пограничникам на переговоры. Мы же на нашем автомобиле оставались на месте, но уже под прицелом орудий. И так было каждый раз, пока мы не выполнили свою работу... 

Что хотелось подчеркнуть, если в начале движения по территории Чехословакии население, проснувшись, приветствовало нас из своих окон, то уже днем 21 августа картина наблюдалась противоположная. Население собиралось вдоль улиц, на площадях на демонстрации и митинги, а к вечеру того же дня были и отдельные столкновения... 

 * * * Владимир Андреев (старший офицер оперативного отдела 8-й Краснознаменной танковой дивизии Прикарпатского военного округа): 

- Вечером 23 августа 1968 года я получил боевой приказ убыть с группой офицеров в г. Годонин и предъявить ультиматум командованию танкового полка ЧНА, которое отказалось выполнять распоряжение Министра обороны ЧНА генерала Дзура: "Не оказывать сопротивления союзным войскам"... Командование чешского полка отказалось выполнять предлагаемые условия. Офицеры ЧНА вели себя высокомерно, среди них оказалось много сторонников мятежников. И только когда по нашему докладу в город прибыло два наших танковых батальона 27-го гвардейского танкового полка, командование чехословацкого полка приняло условия нашего ультиматума... 

В ходе переговоров было обнаружено, что один танковый батальон чешского полка был выведен из расположения части и находился в 3-х километрах от гарнизона, в готовности в любой момент вступить в бой с советскими воинскими частями. Командование чешского полка, по распоряжению нашего командования, было арестовано. 

 * * * Владимир Ткаченко (в 1968 году командир танка 274 мотострелкового полка): 

- Утром 24 августа 1968 года началось "светопреставление": масса людей, более тысячи человек обступили наши БТРы и танки. Раздавались крики, свист, вой заводских сирен, призывы в мегафоны, отдельные истерические выкрики - "стреляй меня", оскорбления. Нас забрасывали камнями, бутылками, металлическими предметами. Группа молодчиков пыталась перевернуть БТР и прорваться к складам с вооружением. Пришлось открывать предупредительный огонь. 

К вечеру разъяренная толпа стала расходиться, но отдельные группы продолжали делать попытки прорваться в склад. 

* * *Айткали Исенгулов (в 1968 г.- ст. лейтенант, зам. командира 144-й роты специального назначения):  - Конечно, народ встретил ввод войск недружелюбно, особенно молодежь. Везде были плакаты об агрессивном характере этой политической акции. Особенно неприятный случай со мной произошел в городе Кадане, где по нашей машине был произведен выстрел и ранен водитель машины, но принятыми быстрыми мерами затора в колонне не было. Но мы все почувствовали, что провокации могут быть повторены, приняли необходимые меры безопасности. 

Твердо могу сказать, что ни одного случая применения оружия по гражданскому персоналу не было. Отношение к ним солдат и сержантов, офицеров и генералов было доброжелательное, но твердое. Установка - на провокацию не поддаваться, но решительно ее пресекать - выполнялась неукоснительно. Одурманенная молодежь в сшитых из флагов ЧССР одеждах бросалась под машины, но, ни один из них не был задавлен или покалечен. 

На наших руках нет крови граждан ЧССР, и этим я горжусь до сих пор.  

* * *  Владимир Зезекало (в 1968 – рядовой 82-го мотострелкового полка):  Где-то к полуночи, на скорости проходили первый чешский город, по-моему, это был Яблонов. Для жителей наше появление было неожиданностью, и встречали нас довольно радушно, приветствовали, предлагали фрукты, пиво, в кузова бросали цветы. Но чем дальше мы продвигались в глубь страны, тем заметней была смена настроений у жителей. Стали появляться плакаты с призывом убираться домой, бросали в нас овощами, бутылками и прочими предметами... К 8 часам утра вошли в пригород Праги. Тут обстановка уже была напряженной. Улицы были забиты толпами людей с плакатами, жители перекрывали улицы и перекрестки, стучали палками по технике, кричали, ругались... Где-то в 11 часов колонна резко остановилась. Прямо над головой раздался резкий звук, и в брезенте нашей автомашины появилось несколько отверстий. Тут стало ясно, что по нам стреляют. Все повыскакивали из кузовов, попрятались за машины и сразу открыли огонь из автоматов по чердаку и окнам верхних этажей дома напротив. Видно было, что колонна атакована сразу в нескольких местах, впереди появились столбы черного дыма, похоже, жгли технику. 

Наша группа, человек десять, выскочила из-за машин и побежала на другую сторону, к подъезду дома напротив. 

Поскольку стрельба не прекращалась, офицеры начали собирать группу, которая должна была ворваться в дом напротив, с тем, чтобы ликвидировать стрелявших. Я вызвался добровольцем. Вот сейчас, спустя столько лет вспоминаю, что же я чувствовал в тот момент. Но страха не было, это точно. Было любопытство и какой-то азарт, может потому, что я был молодой и не верил, что со мной может что-либо случиться. 

Огонь не прекращался, и где-то посредине улицы меня будто ударило палкой по ногам, и я лежу на асфальте. Боли в тот момент я не чувствовал, хотя и понимал, что ранен. Я продолжал вести ответный огонь по окнам здания, откуда непрерывно шла стрельба из автоматического оружия. Через какое-то время посмотрел на ноги и стало страшновато увидеть там, что-нибудь совсем паршивое. На левой ноге сапог пробит, но ничего не видно. На правой разодрана штанина в районе колена, пропитана кровью и вокруг ноги на асфальте так же начала собираться лужа крови. И вот тут мне стало страшно, лежу на асфальте, стрельба не прекращается, а я такая легкая мишень, но видно, что по мне больше никто прицельно не стрелял. 

Опомнившись, я забрался под припаркованную к тротуару легковую машину... Через некоторое время ко мне добрался фельдшер, наложил жгут, сделал перевязку и укол обезболивающего прямо поверх брюк. Потом подогнали бронетранспортер, погрузили меня туда, там уже было несколько человек раненых, и повезли в полевой госпиталь... 

 * * * Николай Мешков (старший сержант мотострелкового полка пп 50560): 

- Командир полка полковник Клевцов, боевой командир, участник Великой Отечественной войны, а также участник Венгерских событий, сказал: "Я научен горьким опытом Венгерских событий, из-за приказов "не стрелять" полегло много солдат. А нам отдан приказ защищать социалистические завоевания в ЧССР и мы их защитим с оружием в руках, и на каждый выстрел с их стороны, мы ответим тем же". 

Первые 50 километров прошли без происшествий. Проезжая где-то в 2 часа ночи какой-то населенный пункт, где была расположена одна из воинских частей ЧССР, мы увидели, что солдаты выводили танки и машины по боевой тревоге. Первые пулеметные очереди мы услышали, не доходя до Праги примерно 40 километров. Каждый из нас сразу нашел свою каску, половина солдат спустилась внутрь БТР. Все солдаты присоединили рожок к своему автомату и поставили на боевой взвод. Солдатские шутки отошли в сторону. 

Город встретил нас настороженно. Вокруг никаких указательных знаков, улочки узкие. Везде 10-15-этажные здания. Танк в таком месте казался спичечным коробком. Почти через километр на пути машин встала первая преграда - баррикада из машин и автобусов, все советского производства. Наша колонна остановилась. Из какого-то здания, сверху начался обстрел из автоматического оружия. Пули зацокали по броне БТР, нас как ветром сдуло внутрь машины. В ответ мы тоже открыли огонь из автоматов. Никто не пострадал. Головному танку был отдан приказ: выстрелить холостым зарядом, чтобы очистить дорогу. Выстрел прогремел внезапно, нарушив тишину раннего утра. Баррикада из машин разлетелась, некоторые машины перевернулись и загорелись. Колонна двинулась дальше. 

... Дорога проходила вдоль реки, а слева находились высотки. Дорога была очень узкой, два танка, находясь на ней, не смогли бы разъехаться. Километра через полтора, на повороте, появилась толпа вооруженных людей, которые прикрывались малыми детьми. Они открыли по нам огонь. Передний танк начал уходить вправо, чтобы не наехать на детей, проломил парапет и упал в реку. Никто из экипажа не выбрался, все погибли, но ценой своих жизней они спасли детишек. Затем люди стали разбегаться по домам, а мы огнем оттесняли вооруженных боевиков. Трое из них погибли, а у нас было два раненых и погибший экипаж... 

Еще по пути до Праги было две баррикады из машин и автобусов, и также вся техника была советской, где они ее столько набрали? Вперед колонны выдвинулся БАТ с очистителем и разгреб баррикады, как кучу мусора. Нас еще трижды обстреливали с домов... Позади загорелся БТР, метров через 40 еще один, солдаты выскакивали из машин. На БТР с окон была сброшена смесь в целлофане, когда при ударе целлофан разрывался, смесь сразу же возгоралась как бензин, командиры сказали, что этот огонь потушить невозможно... Добравшись с потерями до резиденции правительства около 7 утра и окружив ее со всех сторон, мы не увидели ни одного десантника, их не было. Как потом выяснилось, они по каким-то причинам задержались почти на три часа, и добирались к месту назначения кто на чем мог. В общем, колонна мотоциклов, на которой они прибыли, составляла 100 единиц. Но их сразу отвели на другие рубежи, их задание выполнила наша часть. 

На северной стороне располагался полк немцев, рядом с ними венгры, а чуть дальше поляки. 

К 8 утра город проснулся как по команде, оглушенный взрывами, стрельбой автоматов и пулеметов. Все войска союзников вошли в город на 6 часов раньше, чем нас ждали. 

Город зажил военной жизнью, появились военные патрули. Стрельба в городе не прекращалась, а нарастала с каждым часом. Мы уже хорошо различали, где бьет наш пулемет, а где чужой, выстрелы наших пушек и взрывы чужих снарядов. Только веер пуль нельзя было различить, он в полете одинаков. Появились первые пикетчики, студенты. Они устроили забастовку, потом пошли на штурм, мы еле сдерживали натиск. Произошел захват гаубицы, мы взводом отбили пушкарей. 

... В памяти остался случай: из толпы выходили чехи, хорошо говорившие по-русски, и предлагали нам убираться с их земли по-хорошему. Толпа из 500-600 человек стала стеной, как по команде, нас отделяло метров 20. Из задних рядов на руках они подняли четырех человек, которые осматривались по сторонам. Толпа притихла. Они что-то показывали руками друг другу, а потом мгновенно выхватили короткоствольные автоматы, и прогремели 4 длинные очереди. Мы не ожидали такого подвоха. 9 человек упали замертво. Шестеро было ранено, стрелявшие чехи мгновенно исчезли, толпа остолбенела. Впереди стоящий солдат, у которого убили друга, разрядил обойму в толпу. Все разошлись, унося своих убитых и раненых. Так первая смерть пришла к нашим "пушкарям". В дальнейшем мы стали умнее, всех бастующих брали в кольцо, и проверяли каждого на предмет оружия. Не было ни одного случая, чтобы мы его не изъяли, по 6-10 единиц каждый раз. Людей с оружием мы передавали в штаб, там с ними разбирались. 

Неделя боев и стрельб оставила свой отпечаток. Однажды, проснувшись утром, я заглянул в зеркало и увидел, что у меня седые виски. Переживания и смерть товарищей дали о себе знать... Где-то на пятый день утром, в километре от нас ударил шквальным огнем пулемет. Пули зацокали по стенам, осыпая струйки песка. Все упали на землю и прикрыли головы руками, начали передвигаться ползком. Поступила команда подавить огневую точку. Пулемет бил, не давая поднять головы, пули, рикошетя о брусчатку, издавали жужжащий звук, от которого замирало сердце. Я почувствовал что-то горячее в правой ноге, переполз за угол, снял сапог. Он был порван, вся портянка в крови. Пуля рассекла сапог и разрезала кожу на ноге, по сути, царапина. Перемотал пакетом и сделал укол. Боли как таковой не было, повезло. Принял боевое крещение. Ребята из второй роты, а они были гранатометчики, подавили огневую точку. С одного залпа гранатомета 4-этажное здание, откуда велся огонь, стало 3-этажным, один этаж осел полностью. После такого выстрела охватывает гордость за мощь нашего оружия. 

... Где-то на двадцатый день военных действий бои начали утихать, происходили только мелкие стычки, хотя были и убитые и раненые. 

Еще опишу один случай. В один из дней сентября 1968 года нашу роту послали на разгрузку продовольствия для армии. Пришло 4 железнодорожных холодильника, груженных тушками свинины и говядины, 2 вагона масла, колбасы, тушенки и круп. Перед разгрузкой наши врачи проверили продукты на пригодность, оказалось все мясо и остальное продовольствие отравлено, хотя все пломбы и документы сопровождения целы. Эшелон перегнали дальше от города, в поле. Военные выкопали траншеи. Мы в химзащите выгрузили продовольствие в ямы, полили дизельным топливом и подожгли. Все сравняли с землей... Шла настоящая война...

* * * Александр Засецкий (в 1968 году - командир радиовзвода, лейтенант): 

- Чешский народ встретил нас по-разному: взрослое население - спокойно, но настороженно, а вот молодежь - агрессивно, враждебно и вызывающе. Она была здорово "обработана" враждебной пропагандой. В Праге тогда было полно выходцев с Запада, их потом ловили и выдворяли. От молодежи, в основном, были нападения, стрельба, поджоги машин и танков. На наших танках над моторным отсеком крепились две бочки с горючим, так они прыгали на танк, пробивали бочки и поджигали их. Танк горел. Потом был приказ - бочки снять. Были конечно и людские потери. Со мной на вертолете работал радист Лёня Пестов, жаль не знаю из какой части. Через несколько дней, когда его не было видно, спросил - где Лёня? Говорят погиб. Вертолеты, на которых мы летали, обстреливали многократно. Некоторые сбивали. Гибли люди. Помню, сбили вертолет с журналистами. Двое журналистов и пилот погибли. 

Хотя иные моменты тогдашней боевой жизни вспоминаю с удовольствием. Рядом с нашим расположением находилась усадьба, был большой роскошный сад. Осень. Всё созрело, плодов уйма. Чтобы не было искушения полакомиться из сада, командиром была организована охрана этой усадьбы. Когда немного всё успокоилось, приезжает пожилой чех на трехколесном автомобильчике и просит разрешения собрать в саду урожай. "Если что осталось" - как он выразился. Каково же было его удивление, когда он увидел, что всё цело, всё в полном порядке, а ему в помощь для уборки выделили отделение солдат. Растроганный пожилой чех расплакался и долго благодарил. 

* * * Валентин Выпохорохнюк (в 1968 – рядовой разведывательного батальона 24-й мотострелковой дивизии, заряжающий танка ПТ-76):

- В ночь на 30 августа мы пересекли государственную границу, в составе батальона по подвозу горючего частям, движущимся на марше в сторону г. Праги. Сразу была поставлена боевая задача и получено оружие и боеприпасы. При движении на марше неоднократно приходилось применять оружие, как группе сопровождения, так и нам для обеспечения безопасности передвижения бензовозов... Автомобили-бензовозы с топливом были самыми привлекательными целями. От нас зависело, в полной мере передвижение техники, и поэтому случаи нападения и обстрелов колонны и одиночных заправщиков были наиболее частыми. Неоднократно принимались попытки поджога автомобилей на марше и в городских районах горючей смесью и гранатами, что порой и достигалось, и нам приходилось заниматься тушением пожара.

* * * Валерий Демьяновский (в 1968 - старший водитель 20-й танковой дивизии): 

- Мне определено было место в авангарде, и "комдивовская" белая "Волга" М-21 04-54 АГ не очень-то вписывалась в ряды БТР, танков и штабных автобусов на базе ЗИЛ-157. Со мной в машину сели два корреспондента АПН Зворыкин, Соколов и рядовой Мельниченко Николай. К вечеру по телефону был получен условный сигнал, всё пришло в движение, и комдив дал приказ "Вперёд"!.. 

Помню, как пересекали границу ЧССР, обезоруженные чешские пограничники молча сидели на посту, равнодушно смотря на вереницы армейской техники. После границы узкая, извилистая лесная дорога проходила мимо маленьких деревень, и удивленные жители, разбуженные ревом танковых моторов, молча, смотрели на происходящее. Так мы подошли к г. Либерец. Впереди меня шли танк ПТ-76 и два штабных автобуса. Спуск в город был узким и выходил на площадь. Я немного увеличил дистанцию, чтобы камни из-под колёс не разбили лобовое стекло. Было около трёх часов ночи. 

Многолюдная толпа стояла вдоль дороги. Колонна пересекла площадь, и один из автобусов остановился на выходе. Полетели в него доски, камни, я остановился, и остановилась колонна за мной. Вначале я подумал, что он застрял, но видимо заглох мотор, и когда он завёлся, выпустив шлейф дыма, и тронулся с места, проезд моментально заняла толпа молодых кричащих парней, размахивающих кто доской, кто ломом, выкрикивая что-то типа: "Иван, иди сюда, мы тебе покажем..." 

Они видимо думали, что в машине едет высокое начальство, я же в свою очередь подумал, что вверенная мне боевая единица М-21, против лома не устоит. Помня приказ комдива "Никакой задержки в пути, сломался танк, БТР, любая техника, которая мешает продвижению, вперёд - в кювет её! Задержка на марше - ПРЕСТУПЛЕНИЕ!" Вышел я из машины с автоматом наизготовку, закричал, чтобы все разошлись по домам, но мне в ответ вылетел из какого-то окна, то ли молоток, то ли утюг, звон в ночном городе сильный, и толпа подошла поближе. И тогда я выпустил в воздух длинную предупредительную автоматную очередь! 

Мне показалось, что она подействовала отрезвляюще... но не на тех, кто стоял с ломами в руках. Крикнул Николаю, если будут нападать, бей по ходу. За эти сто метров, я набрал приличную для "Волги" скорость, Николай, высунувшись из окна, выпустил несколько трассирующих, юнцы отпрянули, но Николаю всё ж досталось - была рассечена щека чем-то острым. Выскочили мы с площади, а наша колонна уже ушла, сзади слышна стрельба нешуточная, куда ехать не знаю. Хорошо, что траки на булыжнике оставляют зазубрины, так я по ним и догнал наших. Танк ПТ-76 и два ГАЗ-69 разведбатовские. Они тоже поучаствовали в инциденте в каком-то селе, и офицер в звании капитана сказал просто: "Есть боевой Устав - на огонь огнём! Друг дружку не бросать, танк вперёд, при обстреле - держим круговую оборону." Рука у него была забинтована, но голос бодрый и вселяющий уверенность. Такой маленькой колонной мы и прошли несколько десятков километров... 

* * * Иван Кириллов (в 1968 – рядовой отдельного полка связи): 

- В первый день ввода войск содружества в ЧССР была суматоха: колонны войск запрудили дороги, чьи - то реактивные самолёты сверху на сверхнизкой высоте пролетали, и в окнах домов лопались стекла ссыпаясь рассыпчатым блестящим на солнце бисером вниз, под ноги местным жителям, стояли чьи - то зенитные установки и солдаты вертели ими, не зная стрелять или нет. Чьи они были непонятно... Плохо видно было - далеко.

На улицах толпы народа, проезжать было тяжело. Ехали мы в центр Братиславы, чтобы у дома радио заглушить транслирующие их радиостанции. Что мы и делали ещё с территории Венгрии. А там к нам прилетал в Венгрию на вертолете (впервые увидел) маршал Василевский со свитой. Построили весь полк буквально перед самым заходом в ЧССР перед границей, он и говорит: 

- Товарищи солдаты, на вас выпала высокая честь защитить идеалы социалистического строительства в соседнем государстве ЧССР. Наши отцы и деды освободили от фашизма братьев славян, а теперь происки империалистов и их пособников националистов хотят произвести там переворот. Этого мы не допустим! С честью и достоинством выполняйте свои воинские обязанности, и смотрите - враг не дремлет! Все вы с оружием, но оружие применять только по мере необходимой защиты мирных граждан, объектов взятых под охрану, вверенной вам техники, своих командиров и себя! Дополнительно о применении оружия вам доведут командиры в ЧССР. 

По дороге и в самой Братиславе неприличные жесты руками и наверно оскорбления сыпались из уст от всех отовсюду на нас. Да, еще сегодня танкисты, возле которых мы мимо проезжали, рассказали о том, что в их танк попала бутылка с зажигательной смесью. Хорошо, что бутылка попала сбоку на танк, а не на трансмиссию, где располагается моторный отсек, а то б они сгорели. А мы думаем, почему один танк на перекрестке весь закопченный. 

 Стрелять вначале не разрешалось, но разрешили и нам после решительных действий воинов ННА - Национальной Народной Армии из ГДР. И Войско Польское тоже твердо действовало против провокаторов. Может и грубо, но по-иному действовать было нельзя. 

* * * Вячеслав Подопригор (в 1968 - бывший старшина 1-й радио-релейной роты 3-й отдельной бригады связи): 

- В Праге мы неоднократно подвергались обстрелу. Под давлением мятежников-экстремистов жители города оказывали нам всяческое сопротивление. Кто отказывался это делать, того избивали или поливали лицо серной кислотой... В одном населенном пункте при проходе колонны наших танков кто-то из толпы поджег на одном из танков бочку с горючим, от бочки загорелся двигатель. От огня вот-вот мог взорваться боекомплект. А это гибель многих мирных жителей, стоящих на обочине дороги. Предвидя это, командир танка старший сержант бросился в толпу, упрашивая людей быстро отойти от машины. Через несколько минут прогремел взрыв огромной силы. Командир танка и остальные члены экипажа погибли. Погибло несколько местных жителей. Многие жители были ранены. 

Командир дивизии Г.П. Яшкин лично собирал представителей местной власти, убеждал их в правоте миссии Советских Вооруженных Сил. В одном из городов во время проведения митинга кто-то выстрелил в него из толпы. К счастью, все обошлось благополучно, пуля прошла мимо... 

* * * 

Валерий Лунев (в 1968 - гв. мл.сержант, наводчик орудия 31-го Гвардейского отдельного танкового батальона, 27-й гв. МСД): 

В ночь на 21 августа нас подняли по тревоге, приказали расчехлить пушки, снять с транспортной блокировки, и мы вышли на марш. Нам сказали, что мы должны помочь вместе с другими братскими странами чехословацкому народу и народной армии отстоять завоевания социализма и не допустить туда прихода американцев. И хотя нам объявили, что чехословацкая армия сопротивляться не будет, у нас были полные боекомплекты, если силы контрреволюции и международной реакции предпримут провокации. Командир батальона приказал (а он был участником Великой Отечественной войны) на огонь отвечать огнем. Когда подошли к границе, шлагбаум был поднят, и никто нам не оказал никакого сопротивления. Часть танков нашего батальона были брошены на блокирование чехословацких воинских частей. А часть, в том числе и мой, продолжили совершать марш... Через два дня часть нашего батальона выстроилась в боевую линию под Карловыми Варами, опустив пушки вниз, расконсервировав кумулятивные и бронебойные снаряды и стали ожидать. По рации были слышны переговоры, из которых стало понятно, что части танкового чехословацкого полка хотят прорваться к границе с ФРГ, и мы будем первым им заслоном. Все ждали боя, но при помощи авиации танки были повернуты на старое место расположения и там разоружены. Бой не состоялся. 

Сами чехи активного вооруженного сопротивления почти не оказывали, но нередко выстраивались поперек дороги огромной толпой, блокировали движение техники, бросали в нас всякой дрянью, и кричали различные ругательства. Однако стоило кому-то зазеваться - на него тут же нападали из-за угла. Был случай, когда нашей колонне преградила путь огромная толпа из детей, кричавших: "Фашисты! Оккупанты - уходите домой! Дубчек - ДА! Брежнев - НИКОГДА! 

С первых дней дороги были завалены листовками с антисоветскими высказываниями, все заборы и дороги исписаны провокационными лозунгами. И еще особенно раздражало, что стоит несколько минут поработать в эфире, как уже слышно: "Оккупанты - уходите домой!" Нас поражало, что только перейдем на запасную, а они уже на ней... Хотя я лично не припомню случая, чтобы советский солдат сделал что-то плохое чехам. Вот по соседству с нами стояли немцы, которые ходили "чуть ли ни с закатанными рукавами"... Сначала кто-то пытался организовать что-то вроде баррикад из легковушек на их пути. Но немцы не растерялись и просто переехали их танками, даже не обернувшись. И вообще, где видели косой взгляд, чуть что - вступали в драку. Да и поляки тоже спуску не давали. Про остальных не знаю. Но чехи в них ничего не бросали и тем более не стреляли, боялись...

www.istpravda.ru