Последний защитник Брестской крепости (1 фото). Последний защитник брестской крепости


«Я умираю, но не сдаюсь». Когда погиб последний защитник Брестской крепости | История | Общество

22 июня 1941 года в 4 часа утра, произошло событие, перевернувшее жизнь каждого гражданина нашей страны. Вроде бы времени с того момента прошло немало, но и тайн, и недоговорённостей до сих пор осталась масса. Над частью из них мы попытались приподнять завесу.

Подземные герои 

 «АиФ» провёл специальное расследование, просмотрев архивы вермахта. Выводы оказались ошеломляющие.

«Потери очень тяжёлые. За всё время боёв — с 22 по 29 июня — мы потеряли 1121 человека убитыми и ранеными. Крепость и город Брест захвачены, бастион находится под полным нашим контролем, несмотря на жестокую смелость русских. По солдатам до сих пор стреляют из подвалов — фанатики-одиночки, но мы скоро с ними справимся».

Это выдержка из доклада в Генштаб генерал-лейтенанта Фрица Шлипера, командира 45-й пехотной дивизии вермахта — той самой, что штурмовала Брестскую крепость. Официальная дата падения цитадели — 30 июня 1941 г. Накануне немцы предприняли масштабный штурм, овладев последними укреплениями, включая Холмские ворота. Оставшиеся в живых советские бойцы, утратив своих командиров, ушли в подвалы и наотрез отказались сдаться.

Мемориальный комплекс «Брестская крепость - герой». Руины Белого дворца. Фото: РИА Новости / Ян Тихонов

Призраки-одиночки

— После захвата цитадели партизанская война в казематах шла как минимум месяц, — объясняет Александр Бобрович, историк-исследователь из Могилёва. — В 1952 г. на стене казармы у Белостокских ворот найдена надпись: «Я умираю, но не сдаюсь. Прощай, Родина. 20.VII.1941». Воевали по тактике «стреляй-беги»: делали пару точных выстрелов по немцам и уходили обратно в подвалы. 1 августа 1941 г. унтер-офицер Макс Клегель записал в своём дневнике: «В крепости погибли двое наших — полумёртвый русский зарезал их ножом. Здесь до сих пор опасно. Я слышу стрельбу каждую ночь».

...Архивы вермахта бесстрастно фиксируют героизм защитников Брестской крепости. Фронт ушёл далеко вперёд, бои шли уже под Смоленском, но разрушенная цитадель продолжала сражаться. 12 июля «русский бросился с башни на группу сапёров, держа в руках две гранаты, — четверо убиты на месте, двое умерли в госпитале от ран». 21 июля «капрал Эрих Циммер, выйдя за сигаретами, был задушен ремнём». Сколько бойцов пряталось в казематах, неясно. Не существует и единого мнения о том, кем мог быть самый последний защитник Брестской крепости. Историки Ингушетии ссылаются на показания Станкуса Антанаса, пленного офицера СС: «Во второй половине июля я видел, как из казематов выбрался офицер Красной армии. Увидев немцев, он застрелился — в его пистолете был последний патрон. При обыске тела мы обнаружили документы на имя старшего лейтенанта Умат-Гирея Барханоева». Самый поздний случай — пленение майора Петра Гаврилова, руководителя обороны Восточного форта. Он был взят в плен 23 июля 1941 г. на Кобринском укреплении: израненный человек в перестрелке убил двух немецких солдат. Позже Гаврилов рассказал, что прятался в подвалах три недели, совершая вылазки по ночам вместе с одним из бойцов, пока тот не погиб. Сколько ещё в Брестской крепости оставалось таких призраков-одиночек?

...В 1974 г. Борис Васильев, автор книги «А зори здесь тихие...», опубликовал роман «В списках не значился», получивший неменьшую известность. Герой книги, лейтенант Николай Плужников, в одиночку сражается в Брестской крепости... вплоть до апреля 1942 г.! Смертельно раненный, он узнаёт новость, что немцы разбиты под Москвой, выходит из подвала и умирает. Насколько достоверна эта информация?

— Должен заметить, что роман Бориса Васильева — сугубо художественное произведение, — разводит руками Валерий Губаренко, директор мемориального комплекса «Брестская крепость-герой», генерал-майор. — И приведённые там факты гибели последнего защитника Бреста никаких документальных подтверждений, к сожалению, не имеют.

Монумент «Мужество» мемориального комплекса «Брестская крепость-герой». Фото: РИА Новости / Александр Юрьев

Огнемёты против мужества

Между тем 15 августа 1941 года в нацистской прессе появилось фото солдат с огнемётами, «выполняющих боевую задачу в Брестской крепости», — живое доказательство того, что перестрелки в казематах шли почти два месяца после начала войны. Потеряв терпение, немцы использовали огнемёты, чтобы выкурить из убежищ последних храбрецов. Полуослепшие во тьме, без еды, без воды, истекая кровью, бойцы отказывались сдаваться, продолжая сопротивление. Жители деревень вокруг крепости утверждали: стрельба из цитадели слышалась до середины августа.

— Предположительно, финалом сопротивления советских пограничников в крепости можно считать 20 августа 1941 г., — полагает Тадеуш Крулевский, польский историк. — Чуть раньше немецкого коменданта Бреста, Вальтера фон Унру, посетил полковник генштаба Блюментритт и приказал «срочно привести крепость в порядок». Трое суток подряд, днём и ночью, используя все виды вооружений, немцы проводили тотальную зачистку Брестской крепости — наверное, в эти дни и пали её последние защитники. А уже 26 августа мёртвую крепость посетили два человека — Гитлер и Муссолини...

...Сам генерал-лейтенант Фриц Шлипер в том же докладе указал: он не может понять смысла столь ожесточённого сопротивления — «наверное, русские сражались сугубо из боязни расстрела». Шлипер дожил до 1977 года и, думается, так и не понял: когда человек бросается с гранатой на вражеских солдат, он делает это не из-за чьих-то угроз. А просто потому, что воюет за свою Родину...

Малоизвестные факты

1. Брестскую крепость штурмовали не немцы, а австрийцы. В 1938 г., после аншлюса (присоединения) Австрии к Третьему рейху, 4-я австрийская дивизия была переименована в 45-ю пехотную дивизию вермахта — ту самую, что перешла границу 22 июня 1941 г.

2. Майор Гаврилов не был репрессирован, как указано в титрах кинохита «Брестская крепость», но в 1945-м его исключили из партии… за утерю в плену партбилета!

3. Помимо крепости гитлеровцы 9 дней не могли взять Брестский вокзал. Железнодорожники, милиция и пограничники (около 100 человек) ушли в подвалы и ночами совершали вылазки на перрон, расстреливая солдат вермахта. Бойцы питались печеньем и конфетами из буфета. В итоге немцы затопили подвалы вокзала водой.

www.aif.ru

Последний защитник Брестской крепости

Рассказывает бывший эсэсовский офицер, сын крупного литовского помещика — Станкус Антанас. Военнопленный, отбыв 25 лет лагерей строгого режима, побоялся преследования соотечественников и остался жить в поселке Малая Сарань Карагандинской области:

«Дело было в середине июля 1941 года. Случилось так, что эсэсовская дивизия стояла недалеко от Брестской крепости в городе Перемышль на реке Буг, разделяющей город на две части – польскую и советскую. Одному полку этой дивизии, в которой служил Станкус Антанас, было предписано очистить Брестскую крепость от оставшихся солдат Красной Армии, защищавших ее.

Последний защитник Брестской крепости

Но Брестская крепость все ещё сопротивлялась. Все реже и реже раздавались оттуда выстрелы, все меньше и меньше оставалось бойцов. И все-таки немецкая армия ещё несла потери от метких выстрелов из развалин. Израненные защитники Брестской крепости выходили в штыковые атаки с выкриками на непонятном гортанном языке. Многие из них были с типично кавказскими лицами. И хотя каждый из них был по несколько раз ранен, дрались они, как одержимые.

Настало время, когда силы защитников Брестской крепости иссякли. Атаки прекратились. Стало очевидным, что с Брестской крепостью уже покончено, — рассказывал Станкус Антанас. – Мы шаг за шагом обследовали все казематы и подвалы крепости и везде находили только трупы и обугленные скелеты. Не слышно было ни звука. Полчища крыс шныряли под ногами, поедая трупы. Эсэсовская дивизия готовилась двинуться за наступающими в глубь СССР немецкими частями.

Наш генерал выстроил дивизию на изрытом воронками плацу, — продолжал свой рассказ бывший эсэсовец. Он поздравил всех с взятием Брестской крепости и стал вручать награды, в это самое время из подземных казематов крепости вышел высокий подтянутый офицер Красной Армии. Он ослеп от ранения и шел с вытянутой левой рукой. Правая рука его лежала на кобуре пистолета, он был в рваной форме, но шел с гордо поднятой головой, двигаясь вдоль плаца. Дивизия стояла, застыв.

Дойдя до воронки от снаряда, он повернулся лицом к западу. Неожиданно для всех немецкий генерал вдруг четко отдал честь советскому офицеру, последнему защитнику Брестской крепости, за ним отдали честь и все офицеры немецкой дивизии. Красноармейский офицер вынул из кобуры пистолет, выстрелил себе в висок. Вздох прошел по плацу. Мы стояли, пораженные увиденным, пораженные мужеством этого человека. Когда проверили документы — партийный и военный билеты, — узнали, что он уроженец ЧИАССР, старший лейтенант пограничных войск. Фамилию его я запомнил – Барханоев.

Нам приказали похоронить его с подобающими воинскими почестями. Он был погребен под оружейный салют. Не знаю, кто он по вероисповеданию, но мы поставили на его могиле столбик». («Вопросы истории». Ингушетия, выпуск 1, Магас 2004, стр. 109).

Последний защитник Брестской крепости

Барханоев Умат-Гирей Артаганович

История Второй Мировой войны не знает второго подобного случая, когда фашисты с воинскими почестями хоронили своих врагов. Установлены анкетные данные последнего защитника Брестской крепости — Барханоев Умат-Гирей Артаганович.

автор: Евгений Смирнов

источник: www.rusday.com

aeslib.ru

Последний защитник Брестской крепости

У входа в подвал стоял невероятно худой, уже не имевший возраста человек. Он был без шапки, длинные седые волосы касались плеч. Кирпичная пыль въелась в перетянутый ремнем ватник, сквозь дыры на брюках виднелись голые, распухшие, покрытые давно засохшей кровью колени. Из разбитых, с отвалившимися головками сапог торчали чудовищно раздутые черные отмороженные пальцы. Он стоял, строго выпрямившись, высоко вскинув голову, и, не отрываясь, смотрел на солнце ослепшими глазами. И из этих немигающих пристальных глаз неудержимо текли слезы.

И все молчали. Молчали солдаты и офицеры, молчал генерал. Молчали бросившие работу женщины вдалеке, и охрана их тоже молчала, и все смотрели сейчас на эту фигуру, строгую и неподвижную, как памятник. Потом генерал что-то негромко сказал.

— Назовите ваше звание и фамилию, — перевел Свицкий.

— Я — русский солдат.

Голос позвучал хрипло и громко, куда громче, чем требовалось: этот человек долго прожил в молчании и уже плохо управлял своим голосом. Свицкий перевел ответ, и генерал снова что-то спросил.

— Господин генерал настоятельно просит вас сообщить свое звание и фамилию…

Голос Свицкого задрожал, сорвался на всхлип, и он заплакал и плакал, уже не переставая, дрожащими руками размазывая слезы по впалым щекам.

Неизвестный вдруг медленно повернул голову, и в генерала уперся его немигающий взгляд. И густая борода чуть дрогнула в странной торжествующей насмешке:

— Что, генерал, теперь вы знаете, сколько шагов в русской версте?

Это были последние его слова. Свицкий переводил еще какие-то генеральские вопросы, но неизвестный молчал, по-прежнему глядя на солнце, которого не видел.

Подъехала санитарная машина, из нее поспешно выскочили врач и два санитара с носилками. Генерал кивнул, врач и санитары бросились к неизвестному. Санитары раскинули носилки, а врач что-то сказал, но неизвестный молча отстранил его и пошел к машине.

Он шел строго и прямо, ничего не видя, но точно ориентируясь по звуку работавшего мотора. И все стояли на своих местах, и он шел один, с трудом переставляя распухшие, обмороженные ноги.

И вдруг немецкий лейтенант звонко и напряженно, как на параде, выкрикнул команду, и солдаты, щелкнув каблуками, четко вскинули оружие «на караул». И немецкий генерал, чуть помедлив, поднес руку к фуражке.

А он, качаясь, медленно шел сквозь строй врагов, отдававших ему сейчас высшие воинские почести. Но он не видел этих почестей, а если бы и видел, ему было бы уже все равно. Он был выше всех мыслимых почестей, выше славы, выше жизни и выше смерти...

fishki.net

Последний защитник Брестской крепости - КАЗАРМА

Думаю книга интересная.Авторы:Юрий Стукалин, Михаил Парфенов Краткое описание от издательства Эксмо,Яуза:

Поздняя осень 1941 года. Гитлеровцы рвутся к Москве, но в их глубоком тылу, за тысячи километров от фронта, на руинах Брестской крепости, продолжают звучать выстрелы, унося жизни солдат Вермахта... 22 июня немецкое командование отводило на ее захват всего несколько часов - но организованное сопротивление удалось сломить лишь через неделю жесточайших боев, отдельные защитники крепости сражались до глубокой осени, а последний из них принял свой смертный бой 5 декабря - в тот самый день, когда Красная Армия перешла в победное наступление под Москвой.

Я её уже купил в Олимпийском на Проспекте Мира.Тут тоже не дорогоhttp://www.ukazka.ru...book767522.htmlкнига.jpg

А вот что я нашёл в инете:

Последний защитник Брестской крепостиПоследний защитник Брестской крепости - ингуш Барханоев Умат-Гирей Артаганович

Рассказывает бывший эсэсовский офицер, сын крупного литовского помещика - Станкус Антанас. Военнопленный, отбыв 25 лет лагерей строгого режима, побоялся преследования соотечественников и остался жить в поселке Малая Сарань Карагандинской области:

«Дело было в середине июля 1941 года. Случилось так, что эсэсовская дивизия стояла недалеко от Брестской крепости в городе Перемышль на реке Буг, разделяющей город на две части – польскую и советскую. Одному полку этой дивизии, в которой служил Станкус Антанас, было предписано очистить Брестскую крепость от оставшихся солдат Красной Армии, защищавших ее.

Но Брестская крепость все ещё сопротивлялась. Все реже и реже раздавались оттуда выстрелы, все меньше и меньше оставалось бойцов. И все-таки немецкая армия ещё несла потери от метких выстрелов из развалин. Израненные защитники Брестской крепости выходили в штыковые атаки с выкриками на непонятном гортанном языке. Многие из них были с типично кавказскими лицами. И хотя каждый из них был по несколько раз ранен, дрались они, как одержимые.

Настало время, когда силы защитников Брестской крепости иссякли. Атаки прекратились. Стало очевидным, что с Брестской крепостью уже покончено, - рассказывал Станкус Антанас. – Мы шаг за шагом обследовали все казематы и подвалы крепости и везде находили только трупы и обугленные скелеты. Не слышно было ни звука. Полчища крыс шныряли под ногами, поедая трупы.

Эсэсовская дивизия готовилась двинуться за наступающими в глубь СССР немецкими частями. Наш генерал выстроил дивизию на изрытом воронками плацу, - продолжал свой рассказ бывший эсэсовец.

Он поздравил всех с взятием Брестской крепости и стал вручать награды, в это самое время из подземных казематов крепости вышел высокий подтянутый офицер Красной Армии. Он ослеп от ранения и шел с вытянутой левой рукой. Правая рука его лежала на кобуре пистолета, он был в рваной форме, но шел с гордо поднятой головой, двигаясь вдоль плаца. Дивизия стояла, застыв. Дойдя до воронки от снаряда, он повернулся лицом к западу. Неожиданно для всех немецкий генерал вдруг четко отдал честь советскому офицеру, последнему защитнику Брестской крепости, за ним отдали честь и все офицеры немецкой дивизии. Красноармейский офицер вынул из кобуры пистолет, выстрелил себе в висок. Он упал лицом к Германии. Вздох прошел по плацу. Мы стояли, пораженные увиденным, пораженные мужеством этого человека.

Когда проверили документы - партийный и военный билеты, - узнали, что он уроженец ЧИАССР, старший лейтенант пограничных войск. Фамилию его я запомнил – Барханоев. Нам приказали похоронить его с подобающими воинскими почестями. Он был погребен под оружейный салют. Не знаю, кто он по вероисповеданию, но мы поставили на его могиле столбик». («Вопросы истории». Ингушетия, выпуск 1, Магас 2004, стр. 109).

История второй мировой войны не знает второго подобного случая, когда фашисты с воинскими почестями хоронили своих врагов. Установлены анкетные данные последнего защитника Брестской крепости - Барханоев Умат-Гирей Артаганович

livinghistory.ru

Последний защитник Брестской крепости

Тайны истории. Эта история о последнем защитнике Брестской крепости.

У входа в подвал стоял невероятно худой, уже не имевший возраста человек. Он был без шапки, длинные седые волосы касались плеч. Кирпичная пыль въелась в перетянутый ремнем ватник, сквозь дыры на брюках виднелись голые, распухшие, покрытые давно засохшей кровью колени. Из разбитых, с отвалившимися головками сапог торчали чудовищно раздутые черные отмороженные пальцы. Он стоял, строго выпрямившись, высоко вскинув голову, и, не отрываясь, смотрел на солнце ослепшими глазами. И из этих немигающих пристальных глаз неудержимо текли слезы.

И все молчали. Молчали солдаты и офицеры, молчал генерал. Молчали бросившие работу женщины вдалеке, и охрана их тоже молчала, и все смотрели сейчас на эту фигуру, строгую и неподвижную, как памятник. Потом генерал что-то негромко сказал.

— Назовите ваше звание и фамилию, — перевел Свицкий.

— Я — русский солдат.

Голос позвучал хрипло и громко, куда громче, чем требовалось: этот человек долго прожил в молчании и уже плохо управлял своим голосом. Свицкий перевел ответ, и генерал снова что-то спросил.

— Господин генерал настоятельно просит вас сообщить свое звание и фамилию…

Голос Свицкого задрожал, сорвался на всхлип, и он заплакал и плакал, уже не переставая, дрожащими руками размазывая слезы по впалым щекам.

Неизвестный вдруг медленно повернул голову, и в генерала уперся его немигающий взгляд. И густая борода чуть дрогнула в странной торжествующей насмешке:

— Что, генерал, теперь вы знаете, сколько шагов в русской версте?

Это были последние его слова. Свицкий переводил еще какие-то генеральские вопросы, но неизвестный молчал, по-прежнему глядя на солнце, которого не видел.

Подъехала санитарная машина, из нее поспешно выскочили врач и два санитара с носилками. Генерал кивнул, врач и санитары бросились к неизвестному. Санитары раскинули носилки, а врач что-то сказал, но неизвестный молча отстранил его и пошел к машине.

Он шел строго и прямо, ничего не видя, но точно ориентируясь по звуку работавшего мотора. И все стояли на своих местах, и он шел один, с трудом переставляя распухшие, обмороженные ноги.

И вдруг немецкий лейтенант звонко и напряженно, как на параде, выкрикнул команду, и солдаты, щелкнув каблуками, четко вскинули оружие «на караул». И немецкий генерал, чуть помедлив, поднес руку к фуражке.

А он, качаясь, медленно шел сквозь строй врагов, отдававших ему сейчас высшие воинские почести. Но он не видел этих почестей, а если бы и видел, ему было бы уже все равно. Он был выше всех мыслимых почестей, выше славы, выше жизни и выше смерти…

thatcool.ru

Последний защитник Брестской крепости

У входа в подвал стоял невероятно худой, уже не имевший возраста человек. Он был без шапки, длинные седые волосы касались плеч. Кирпичная пыль въелась в перетянутый ремнем ватник, сквозь дыры на брюках виднелись голые, распухшие, покрытые давно засохшей кровью колени. Из разбитых, с отвалившимися головками сапог торчали чудовищно раздутые черные отмороженные пальцы. Он стоял, строго выпрямившись, высоко вскинув голову, и, не отрываясь, смотрел на солнце ослепшими глазами. И из этих немигающих пристальных глаз неудержимо текли слезы.

И все молчали. Молчали солдаты и офицеры, молчал генерал. Молчали бросившие работу женщины вдалеке, и охрана их тоже молчала, и все смотрели сейчас на эту фигуру, строгую и неподвижную, как памятник. Потом генерал что-то негромко сказал.

— Назовите ваше звание и фамилию, — перевел Свицкий.

— Я — русский солдат.

Голос позвучал хрипло и громко, куда громче, чем требовалось: этот человек долго прожил в молчании и уже плохо управлял своим голосом. Свицкий перевел ответ, и генерал снова что-то спросил.

— Господин генерал настоятельно просит вас сообщить свое звание и фамилию…

Голос Свицкого задрожал, сорвался на всхлип, и он заплакал и плакал, уже не переставая, дрожащими руками размазывая слезы по впалым щекам.

Неизвестный вдруг медленно повернул голову, и в генерала уперся его немигающий взгляд. И густая борода чуть дрогнула в странной торжествующей насмешке:

— Что, генерал, теперь вы знаете, сколько шагов в русской версте?

Это были последние его слова. Свицкий переводил еще какие-то генеральские вопросы, но неизвестный молчал, по-прежнему глядя на солнце, которого не видел.

Подъехала санитарная машина, из нее поспешно выскочили врач и два санитара с носилками. Генерал кивнул, врач и санитары бросились к неизвестному. Санитары раскинули носилки, а врач что-то сказал, но неизвестный молча отстранил его и пошел к машине.

Он шел строго и прямо, ничего не видя, но точно ориентируясь по звуку работавшего мотора. И все стояли на своих местах, и он шел один, с трудом переставляя распухшие, обмороженные ноги.

И вдруг немецкий лейтенант звонко и напряженно, как на параде, выкрикнул команду, и солдаты, щелкнув каблуками, четко вскинули оружие «на караул». И немецкий генерал, чуть помедлив, поднес руку к фуражке.

А он, качаясь, медленно шел сквозь строй врагов, отдававших ему сейчас высшие воинские почести. Но он не видел этих почестей, а если бы и видел, ему было бы уже все равно. Он был выше всех мыслимых почестей, выше славы, выше жизни и выше смерти...

http://www.newsinfo.ru/article...

https://cont.ws/@user3885/629191

myhistori.ru

О подвиге защитников Брестской крепости » Военное обозрение

Нет больше победы, чем победа над собой! Главное - не пасть на колени перед врагом.Д. М. Карбышев

Оборона Брестской крепости – это Знак Третьему рейху о его дальнейшей судьбе, она показала, что в самом начале Великой Отечественной войны немцы уже проиграли. Совершили стратегическую ошибку, подписавшую приговор всему проекту Третьего рейха.

Надо было слушать своего великого предка, Отто фон Бисмарка, который говорил: «Даже самый благоприятный исход войны никогда не приведет к разложению основной силы России, которая зиждется на миллионах собственно русских... Эти последние, даже если их расчленить международными трактатами, так же быстро вновь соединяются друг с другом, как частицы разрезанного кусочка ртути. Это нерушимое государство русской нации…».

Ко Второй мировой войне крепости уже не были серьёзным препятствием для современной армии, имеющей на вооружении мощные артиллерийские системы, авиацию, удушающие газы, огнемёты. Кстати, одним из проектировщиков улучшения крепостных сооружений Брестской крепости в 1913 году был штабс-капитан Дмитрий Карбышев, несгибаемый Герой Великой Войны, которого 18 февраля 1945 года гитлеровцы превратили в ледяную глыбу. Удивительны судьбы людей – Карбышев в немецком концлагере встретился с другим героем, майором Петром Гавриловым, который с 22 июня до 23 июля возглавлял оборону защитников крепости и тяжело раненым также попал в плен. По описанию лечившего его врача Вороновича, его захватили тяжело раненым. Он был в полной командирской форме, но превратившейся в лохмотья. Весь покрытый копотью, пылью, истощённый до крайности (скелет, обтянутый кожей), он даже не мог делать глотательные движения, врачи, чтобы его спасти, кормили искусственной смесью. Немецкие солдаты, взявшие его в плен, рассказали, что этот еле живой человек, когда его застали в одном из казематов, в одиночку принял бой, стрелял из пистолета, кидал гранаты, убил и ранил нескольких человек, прежде, чем его тяжело ранили. Гаврилов выжил в концлагерях гитлеровцев, был освобожден в мае 1945 года, восстановлен в армии в прежнем звании. После того, как в стране стали узнавать о подвиге защитников Брестской крепости, Гаврилову Пётру Михайловичу в 1957 году было присвоено звание Героя Советского Союза.

Гаврилов, Пётр Михайлович.

Оборона

В крепости располагалось примерно 7-8 тыс. бойцов из разных частей: 8 стрелковых батальонов, разведывательный и артиллерийский полки, два артиллерийских дивизиона (противотанковой и противовоздушной обороны), подразделения 17-го Краснознаменного Брестского пограничного отряда, 33-го отдельного инженерного полка, часть 132-го батальона конвойных войск НКВД и некоторые другие части.

Их атаковала 45-я немецкая пехотная дивизия (численностью около 17 тыс. человек) с помощью подразделений соседних 31-й и 34-й пехотных дивизий, она была должна к 12 часам 22-го июня овладеть крепостью. В 3.15 утра вермахт открыл артиллерийский огонь, в результате артудара гарнизон понёс большие потери, были уничтожены склады, водопровод, прервана связь. В 3.45 начался штурм, скоординированного сопротивления гарнизон оказать не смог и был сразу расчленён на несколько частей. Сильное сопротивление оказали на Волынском и на Кобринском укреплениях. Наши организовали несколько контратак. К вечеру 24-го вермахт подавил сопротивление на Волынском и Тереспольском укреплениях, осталось два крупных очага сопротивления - в Кобринском укреплении и Цитадели. В Кобринском укреплении оборону держали на Восточном форте до 400 человек во главе с майором Гавриловым, они отбивали в день до 7-8 атак вермахта. 26-го июня погиб последний защитник Цитадели, 30 июня после общего штурма — пал Восточный форт. Майор Гаврилов с последними 12 бойцами, имея 4 пулемета, скрылись в казематах.

Последние защитники

После этого сопротивлялись отдельные бойцы и небольшие очаги сопротивления. Мы не знаем точно, сколько они держались: так, в казарме 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД СССР нашли надпись, датированную 20 июля: «Я умираю, но не сдаюсь! Прощай, Родина». 23-го июля в бою был захвачен майор Гаврилов. Одной из главных проблем защитников крепости было отсутствие воды, если на первых порах боеприпасы и консервы были, то доступ к реке немцы перекрыли почти сразу.

Сопротивление продолжалось и после пленения Гаврилова, немцы боялись подходить к подземельям крепости, оттуда по ночам появлялись тени, звучали автоматные очереди, рвались гранаты. По словам местных жителей, стрельба была слышна вплоть до августа, а по немецким источникам, последних защитников убили только в сентябре, когда уже пал Киев, Смоленск, вермахт готовился к штурму Москвы.

Надпись, сделанная неизвестным защитником Брестской крепости 20 июля 1941 года.

Писатель и исследователь Сергей Смирнов провёл огромную работу, во многом благодаря ему Союз и узнал о подвиге защитников крепости, о том, кто же стал последним защитником. Смирнов нашел поразительное известие – рассказ еврейского музыканта Ставского (его расстреляют гитлеровцы). О нём рассказал старшина Дурасов, который был ранен в Бресте, взят в плен и оставлен работать при госпитале. В апреле 1942 года скрипач опоздал примерно на 2 часа, когда пришёл, рассказал поразительную новость. По дороге в госпиталь его остановили немцы и увезли в крепость, там среди развалин была пробита дыра, которая уходила под землю. Вокруг стояла группа немецких солдат. Ставскому приказали спуститься вниз и предложить русскому бойцу сдаться. В ответ ему обещают жизнь, скрипач спустился, к нему вышел истощённый человек. Он сказал, что у него давно кончилась пища и патроны и он выйдет, чтобы своими глазами увидеть бессилие немцев в России. Немецкий офицер потом сказал солдатам: «Этот человек - настоящий герой. Учитесь у него, как нужно защищать свою землю…». Это был апрель 1942 года, дальнейшая судьба и имя героя остались неизвестными, как и многих сотен, тысяч безвестных героев, о которых сломалась немецкая военная машина.

Подвиг защитников Брестской крепости показывает, что русских можно убить, хоть и очень сложно, но победить, сломать их нельзя…

Источники:Героическая оборона / / Сб. воспоминаний об обороне Брестской крепости в июне —июле 1941 г. Мн., 1966.Смирнов С. Брестская крепость. М. 2000.Смирнов С. С. Рассказы о неизвестных героях. М., 1985.http://www.fire-of-war.ru/Brest-fortress/Gavrilov.htm

topwar.ru