Поляризация общества. Неизбежность социального взрыва. Поляризация общества


Поляризация общества - это... Что такое Поляризация общества?

 Поляризация общества - расслоение населения на два противоположных класса: бедных и богатых.

Социология: в 3-ех томах: словарь по книге. — М.: Социологический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова. В. И. Добреньков, А. И. Кравченко. 2003-2004.

  • Поллстеры
  • Порог (черта) бедности

Смотреть что такое "Поляризация общества" в других словарях:

  • ПОЛЯРИЗАЦИЯ СОЦИАЛЬНАЯ — англ. polarization, social; нем. Polarisi 250 erung, soziale. Разделение населения общества на ряд слоев или групп, конфликтующих между собой и сильно различающихся материальным положением, ценностными позициями и интересами, установками и… …   Энциклопедия социологии

  • ПОЛЯРИЗАЦИЯ СТАТУСНАЯ — англ. polarization, status; нем. Status polarisierung. 1. Состояние общества, когда различные статус группы при высокой солидарности внутри собственных групп занимают взаимно антагонистические позиции. 2. Соц. процессы, ведущие к состоянию… …   Энциклопедия социологии

  • ПОЛЯРИЗАЦИЯ — (polarization) Норма Закона о финансовых услугах 1986 г. (Financial Services Act 1986), предусматривающая, что финансовые посредники, такие, как банки или строительные общества, должны действовать или как консультанты, которые не могут предлагать …   Финансовый словарь

  • ПОЛЯРИЗАЦИЯ — (polarization) Правило, введенное Управлением по ценным бумагам и инвестициям Великобритании (Securities and Investment Board, SIB), согласно которому такие финансовые посредники, как банки и строительные общества, должны либо действовать как… …   Экономический словарь

  • поляризация — и; ж. 1. к Поляризовать (3 зн.). П. общества. П. демократии. 2. Физ. Изменение электрических, магнитных, световых и других свойств предметов и зависимость соответствующих процессов от их расположения и направления в пространстве. П. волн. П.… …   Энциклопедический словарь

  • ПОЛЯРИЗАЦИЯ СТАТУСНАЯ — англ. polarization, status; нем. Status polarisierung. 1. Состояние общества, когда различные статус группы при высокой солидарности внутри собственных групп занимают взаимно антагонистические позиции. 2. Соц. процессы, ведущие к состоянию… …   Толковый словарь по социологии

  • поляризация — и; ж. 1) к поляризовать 3) Поляриза/ция общества. Поляриза/ция демократии. 2) физ. Изменение электрических, магнитных, световых и других свойств предметов и зависимость соответствующих процессов от их расположения и направления в пространстве.… …   Словарь многих выражений

  • социальная поляризация — Состояние общества, в котором крупные социальные группы находятся на противоположных полюсах социально экономического и культурного спектра …   Словарь по географии

  • Цивилизация — (Civilization) Мировые цивилизации, история и развитие цивилизации Информация о понятии цивидизации, история и развитие мировых цивилизаций Содержание Содержание Цивилизация: Истоки употребления слова История мировых цивилизаций Единство природы …   Энциклопедия инвестора

  • Капитализм —         общественно экономическая формация, основанная на частной собственности на средства производства и эксплуатации наёмного труда капиталом; сменяет феодализм, предшествует социализму первой фазе коммунизма. Основные признаки К.: господство… …   Большая советская энциклопедия

sociologiya.academic.ru

ПОЛЯРИЗАЦИЯ СОЦИАЛЬНАЯ - это... Что такое ПОЛЯРИЗАЦИЯ СОЦИАЛЬНАЯ?

 ПОЛЯРИЗАЦИЯ СОЦИАЛЬНАЯ

- англ. polarization, social; нем. Polarisi - 250 erung, soziale. Разделение населения общества на ряд слоев или групп, конфликтующих между собой и сильно различающихся материальным положением, ценностными позициями и интересами, установками и манерами поведения.

Antinazi. Энциклопедия социологии, 2009

  • ПОЛЯРИЗАЦИЯ
  • ПОЛЯРИЗАЦИЯ СТАТУСНАЯ

Смотреть что такое "ПОЛЯРИЗАЦИЯ СОЦИАЛЬНАЯ" в других словарях:

  • ПОЛЯРИЗАЦИЯ СОЦИАЛЬНАЯ — усиление различия в положении обществ. групп (соц. дифференциации), доходящее до их противостояния друг другу (полярности). П.с. может возникать как форма проявления внутриклассовых, межслоевых соц. различий, напр., работников… …   Российская социологическая энциклопедия

  • Поляризация — (франц. polarisation, первоисточник: греч. pólos  ось, полюс)  процессы и состояния, связанные с разделением каких либо объектов, преимущественно в пространстве. Поляризация вакуума Поляризация волн Поляризация электромагнитных волн… …   Википедия

  • социальная поляризация — Состояние общества, в котором крупные социальные группы находятся на противоположных полюсах социально экономического и культурного спектра …   Словарь по географии

  • Социальная информация — Эта статья или раздел нуждается в переработке. Пожалуйста, улучшите статью в соответствии с правилами написания статей …   Википедия

  • СОЦИАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ — (social identity) (социальная психология) аспекты индивидуального самосознания, проистекающие от принадлежности к социальным категориям и идентификации с ними (например, жизненный путь, тендер, религия, занятие), становящиеся заметными в тех… …   Большой толковый социологический словарь

  • СОЦИАЛЬНАЯ ТРАЕКТОРИЯ РЕФОРМИРУЕМОЙ РОССИИ — Исследования Новосибирской экономико социологической школы / Ред. кол.; отв. ред. Т.И. Заславская, З.И. Калугина. Новосибирск: Наука. Сиб. предприятие РАН, 1999. 736 с. Монография отражает содержательный и методологический вклад Новосибирской… …   Социология: Энциклопедия

  • Информация социальная — Социальная информация совокупность знаний, сведений, данных и сообщений, которые формируются и воспроизводятся в обществе и используются индивидами, группами, организациями, различными социальными институтами для регулирования социального… …   Википедия

  • Поляризации — Поляризация (франц. polarisation, первоисточник: греч. pólos ось, полюс) процессы и состояния, связанные с разделением каких либо объектов, преимущественно в пространстве. Поляризация вакуума Поляризация волн Поляризация диэлектриков Поляризация… …   Википедия

  • Безработица — (Unemployment) Безработица – это такое социально экономическое явление, при котором часть взрослого трудоспособного населения, не имеет работы и активно ее ищет Безработица в России, Китае, Японии, США и странах Еврозоны, в том числе в кризисные… …   Энциклопедия инвестора

  • Мировая экономика — (World Economy) Мировая экономика это совокупность национальных хозяйств, объединенных различными видами связей Становление и этапы развития мировой экономики, ее структура и формы, мировой экономический кризис и тенденции дальнейшего развития… …   Энциклопедия инвестора

dic.academic.ru

Социальная поляризация общества

Тяжелый  для  общества  социально-экономический  результат реформ  —  поляризация  доходов  населения.  Сегодня  в  России  речь  идет  не  столько  о  дифференциации,  свойственной

любому

обществу, сколько о переходе ее в крайние, особо опасные формы.

За период с 1991 г. по 2000 г. коэффициент Джини, характеризующий степень неравномерности в распределении доходов населения,

увеличился с 0,26 до 0,41 (Приложение I, рис. 1). Неравенство в

России сопоставимо с показателями, наблюдаемыми в некоторых странах Латинской Америки, для которых характерна наиболее высокая

степень поляризации. Однако, в отличие от Латинской Америки,

где неравенство было значительным, но формировалось постепенно,

ухудшение в распределении доходов в России и других странах СНГ

произошло в течение одного десятилетия. Масштабы и быстрота этого

изменения были беспрецедентны и особенно тяжелы для населения,

что привело к крайне негативным последствиям.

Картина растущего неравенства становится более драматичной,

если мы рассмотрим социальные различия между наиболее и наименее обеспеченными группами населения. В 1991 г. в России доходы

верхних 10% населения (наиболее обеспеченных) были в 4,5 раза

выше, чем доходы нижних 10% (наименее обеспеченных). Менее чем

за десять лет это соотношение увеличилось в 3 раза и в 2000 г. составило 14,3 раза. В то время как в качестве предельного допустимого

значения коэффициента фондов, с точки зрения дезинтеграции общества, мировая практика рассматривает соотношение 10:1.

Об усилении дифференциации доходов также свидетельствует распределение общего объема денежных доходов по 20%-ным группам населения. Если в 1991 г. на долю 20% населения с высокими доходами приходился объем доходов в 3 раза больше, чем на долю беднейших 20%, то в первом квартале 2001 г. это соотношение было равно 8:1 (Приложение I, рис. 2).

Источником определения неравенства служат данные выборочного бюджетного обследования домохозяйств. Однако оно не охватывает "крайние" слои населения: самые бедные и социально уязвимые граждане (бомжи, беженцы, вынужденные переселенцы, лица, находящиеся в пенитенциарных учреждениях), численность которых в современной России составляет, по нашей оценке, 4,5—5 млн. человек,’богатые и самые богатые, численность которых приблизительно равна 5—7 млн. человек. Официальные показатели значительно занижают дифференциацию доходов. Кроме того, дооценка скрытых денежных доходов, проводимая государственной статистикой и распространяемая на все группы населения равномерно, занижает численность бедных: скрытые доходы, как правило, имеют домохозяйства с высоким уровнем материальной обеспеченности.

Поляризация доходов населения привела к социальному разлому общества, при котором возник глубокий провал между высшими элитарными стратами и основной массой населения. Этот провал образовался на том месте, где в нормальной социальной структуре располагаются средние слои. Фактически, мы можем говорить о появлении "двух

Россий", двух расходящихся в разные стороны социальных ветвей, резко отличающихся друг от друга своим поведением, предпочтениями,

ориентацией. Образовалось два уровня жизни со своими доходами и денежными единицами, два потребительских рынка, отличающихся не

только ценами, но и набором потребительских благ. Представители "двух

Россий" говорят на разных языках и плохо понимают друг друга. Это тем опаснее, что в "страну" богатых и очень богатых входит политическая элита. Различия в доходах "двух Россий", по экспертным оценкам,

достигают 100 раз (30 долл. — у бедных и 3000 долл. — у богатых).

Дифференциация доходов дополняется неравномерностью в распределении денежных накоплений. Исследования показали, что 71%

населения (бедные и малообеспеченные) располагают лишь 3,3% сбережений, в то время как 5% населения (богатые и очень богатые)

имеют 72,5% общих накоплений; 40% домохозяйств не имеют никаких денежных сбережений. Существует значительная дифференциация в накопленном материальном потенциале домохозяйств. Абсолютное большинство (77,2%) вовсе лишены имущества такого характера. В то же время 3,5% домохозяйств обладают всеми видами материального богатства [10]. Возникает так называемая биполярная или "двугорбая" структура общества. Как правило, она имеет тенденцию к дальнейшему усилению и чревата ростом социальной напряженности.

В обществе сложилась некоторая экономическая стратификация граждан, которая имеет следующую характеристику: 5% — это слой богатых и очень богатых, 12—15% — высокообеспеченные, 18—20% — "середина" (прообраз среднего класса), 20% — низкообеспеченные семьи и 35—37% — за чертой бедности, среди которых 10% — настоящие маргиналы, включающие и нищее население. Данная пирамида есть, прежде всего, результат разной адаптации людей к новым условиям жизни. В худшем положении оказываются слабые слои и группы населения — дети, инвалиды, престарелые и женщины.

Не менее, чем социально-политические, опасны экономические последствия поляризации [11]. Средние слои образуют источник платежеспособного спроса, который лежит в основе экономического роста рыночной или смешанной экономики. При отсутствии этих слоев нет массового спроса — развитие отечественного рынка прочно блокируется. Рынок при этом сегментируется: на одном конце образуется элитарный спрос преимущественно дорогих высококачественных импортных товаров, а на другом — низкосортных дешевых товаров, который опять-таки удовлетворяется преимущественно импортом. Стагнация экономики ведет к кризису инвестиционной деятельности. Капиталы, накапливаемые элитарными стратами общества, уходят за рубеж, еще более падает отечественное производство, сокращается число рабочих мест, доходы основной массы населения снижаются, процесс приобретает самовоспроизводящийся характер.

На определенной стадии этого процесса развиваются такие явления, как маргинализация и люмпенизация. Первое связано с тем, что все большее число лиц вытесняется из своей социальной ниши, преимущественно "вниз" по социальной лестнице, и теряет при этом устойчивый стиль жизни и деятельности. Все более пополняется так называемый "левый горб" биполярного распределения по имущественному достатку. Маргиналы снижают уровень профессионализма, трудовой морали и мотивации. Углубление разрыва между ними и высшими слоями лишает их жизненной перспективы. На левом "хвосте" распределения доходов населения возникает все более многочисленная группа люмпенов, т.е. лиц, находящихся на грани физиологического выживания, практически не имеющих необходимых для нормального образа жизни товаров длительного пользования, зачастую даже крыши над головой, вырабатывающих свою субкультуру, для которой характерно иждивенчество и отвращение к производительному труду.

В условиях "социального разлома" объединение людей из "двух Россий" в одну статистическую совокупность не совсем корректно; тем более что бюджетная статистика характеризует только "бедную" Россию, в которой проживает подавляющая часть россиян. В 2000 г. более чем у половины населения фактические расходы на питание и непродовольственные товары были ниже, чем это предусмотрено ПМ. Ситуация с услугами еще хуже — 80% обследованного населения не потребляют услуг даже на уровне ПМ. По всей видимости, действительность более удручающа, ведь самые обездоленные слои населения в этом обследовании не участвуют. По нашим расчетам, дифференциация доходов только этой части России в 1,5 раза выше той, которую приводит Госкомстат для всех 145 млн. россиян.

Беспрецедентная поляризация доходов является следствием влияния группы факторов:

■ дифференциация оплаты труда, которая, по данным Госкомстата РФ, превышает дифференциацию доходов в 2 раза;

■ наличие предпринимательского дохода и дохода от собственности, которые составляют около 20% в годовом денежном доходе всего

населения. При этом надо иметь в виду высокую концентрацию этих

доходов у относительно небольшой группы населения;

■ массовая безработица и вынужденная неполная занятость;

■ задержки заработной платы и трансфертов, которые заявили о

себе в первые же месяцы после начала реформ и стали уникальной

чертой российского рынка. Это явление практически неизвестно ни

индустриально развитым, ни другим постсоциалистическим странам;

■ низкий уровень социальных трансфертов, отсутствие реальных

минимальных гарантий;

■ приватизация предприятий, в ходе первого этапа которой (так

называемая "ваучерная" приватизация 1992—1994 гг.) большинство

фирм были взяты под контроль их директорами и приближенными к ним лицами. Вторая волна приватизации, в частности, по так называемой схеме "кредиты-за-акции", была непрозрачной. В результате в руках небольшой доли населения оказались громадные объемы производственного имущества, а с ним и капитал, приносящий сверхвысокие барыши.

Существенную компоненту в поляризацию доходов населения

вносят женщины. Дифференциация в оплате труда мужчин и женщин существовала всегда. Переход к рынку усилил ее. Женщины, на которых традиционно лежит забота о семье и детях, теряют свою конкурентоспособность на рынке труда. Другой причиной различий в заработках мужчин и женщин является межотраслевая дискриминация: экономические реформы привели к резкому снижению уровня оплаты труда в "феминизированных" отраслях — отраслях социальной сферы (здравоохранение, образование и т.п.).

Материал взят из книги Социальная защита населения. Российско-канадский проект (Наталья Михайловна Римашевская)

studik.net

социальная поляризация

 социальная поляризация

social polarization

Russian-english psychology dictionary. 2013.

  • социальная политика
  • социальная помощь

Look at other dictionaries:

  • социальная поляризация — Состояние общества, в котором крупные социальные группы находятся на противоположных полюсах социально экономического и культурного спектра …   Словарь по географии

  • Поляризация — (франц. polarisation, первоисточник: греч. pólos  ось, полюс)  процессы и состояния, связанные с разделением каких либо объектов, преимущественно в пространстве. Поляризация вакуума Поляризация волн Поляризация электромагнитных волн… …   Википедия

  • СОЦИАЛЬНАЯ ТРАЕКТОРИЯ РЕФОРМИРУЕМОЙ РОССИИ — Исследования Новосибирской экономико социологической школы / Ред. кол.; отв. ред. Т.И. Заславская, З.И. Калугина. Новосибирск: Наука. Сиб. предприятие РАН, 1999. 736 с. Монография отражает содержательный и методологический вклад Новосибирской… …   Социология: Энциклопедия

  • ПОЛЯРИЗАЦИЯ СОЦИАЛЬНАЯ — англ. polarization, social; нем. Polarisi 250 erung, soziale. Разделение населения общества на ряд слоев или групп, конфликтующих между собой и сильно различающихся материальным положением, ценностными позициями и интересами, установками и… …   Энциклопедия социологии

  • Социальная информация — Эта статья или раздел нуждается в переработке. Пожалуйста, улучшите статью в соответствии с правилами написания статей …   Википедия

  • СОЦИАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ — (social identity) (социальная психология) аспекты индивидуального самосознания, проистекающие от принадлежности к социальным категориям и идентификации с ними (например, жизненный путь, тендер, религия, занятие), становящиеся заметными в тех… …   Большой толковый социологический словарь

  • ПОЛЯРИЗАЦИЯ СОЦИАЛЬНАЯ — усиление различия в положении обществ. групп (соц. дифференциации), доходящее до их противостояния друг другу (полярности). П.с. может возникать как форма проявления внутриклассовых, межслоевых соц. различий, напр., работников… …   Российская социологическая энциклопедия

  • Информация социальная — Социальная информация совокупность знаний, сведений, данных и сообщений, которые формируются и воспроизводятся в обществе и используются индивидами, группами, организациями, различными социальными институтами для регулирования социального… …   Википедия

  • Поляризации — Поляризация (франц. polarisation, первоисточник: греч. pólos ось, полюс) процессы и состояния, связанные с разделением каких либо объектов, преимущественно в пространстве. Поляризация вакуума Поляризация волн Поляризация диэлектриков Поляризация… …   Википедия

  • Стратегия 2020 — Стратегия 2020  это краткое общепринятое наименование обновленного варианта Концепции долгосрочного социально экономического развития РФ до 2020 года (КДР), подготовленной по заказу российского правительства в 2011 году. Содержание 1 История …   Википедия

  • БОЛИВИЯ — (Bolivia) Общие сведения Официальное название Республика Боливия (исп. República de Bolivia, кечуа Bulivya Mamallaqta, аймара Wuliwya Suyu, англ. Republic of Bolivia). Расположена в центральной части Южной Америки. Площадь 1098,58 тыс. км2,… …   Энциклопедия стран мира

psychology_ru_en.enacademic.com

Поляризация общества...

Американское общество поляризуется, а его социальные артерии теряют эластичность. Неравенство влечет за собой все более ярко выраженную социальную стратификацию. При­вилегированную верхушку в США составляют 20 процентов населения. Это класс образованных и наделенных собствен­ностью людей, чьи доходы и богатство постоянно растут. Бо­лее того, из года в год усиливается их власть над главными

Пусть воздастся имущим

институтами продвижения наверх - элитными университета­ми, школами права и бизнеса. К среднему классу относятся 60 процентов населения. Их семейные доходы не растут, они поразительно мало выиграли от бума на фондовом рынке и обременены серьезными долгами, а их рабочие места посто­янно находятся под угрозой. Оставшиеся 20 процентов насе­ления составляют низший класс. Это те, чьим уделом остается низкоквалифицированная и плохо оплачиваемая работа, чьи дети обучаются в школах с хронически низким уровнем пре­подавания, кто практически не имеет доступа к системе меди­цинского страхования. Люди, оказавшиеся в таких условиях, в Америке имеют меньше шансов выбраться из нищеты, чем в других промышленно развитых странах. Ежегодник «Поло­жение рабочих в Америке», названный газетой «Файнэншл тайме» наиболее полным и независимым анализом американ­ского рынка труда, свидетельствует, что в США сделать это гораздо труднее, чем, например, в Канаде, ФРГ, Нидерландах, Швеции или Великобритании. Даже если кому-то это удастся, высока вероятность, что через несколько лет он снова окажет­ся в нищете4. Как бы мы ни интерпретировали эту картину, она вряд ли подтверждает заявления консерваторов, будто социальная мобильность в США настолько выше, чем в дру­гих странах, что оправдывает наличие глубочайшего неравенства.

Поляризация американского общества наиболее сильно сказывается на положении верхних и нижних социальных групп. Высший класс все больше устраняется от повседнев­ной жизни страны, используя для оправдания своей обособ­ленности антигосударственническую философию консервато­ров. На самом дне находится низший класс, у которого складывается своя культура социальной апатии, неудовлетво­ренности и отчужденности. Этот класс вынужден вести отча­янную борьбу за выживание и привык к вооруженному наси­лию, столь обезображивающему жизнь американцев. Налицо почти средневековый масштаб дифференциации между рос­кошью одного стиля жизни и убогостью другого.

Тревога по данному поводу отразилась в решении 120 американских миллиардеров, включая Уоррена Баффета -легендарного инвестора и четвертого в списке богатейших

Глава пятая

людей страны, создать общественную организацию под назва­нием «Кампания за ответственное налогообложение». После снижения налога на прирост капитала, осуществленного в 1997 году в рамках бюджетной сделки между президентом Клин­тоном и республиканским большинством Конгресса, эти люди пообещали использовать высвободившиеся у них средства для финансирования усилий в пользу прогрессивных изменений в системе налогообложения. В частности, они выступили про­тив планов новой администрации Буша окончательно отме­нить налоги на прирост капитала и на наследство. Баффет за­являл, что Соединенным Штатам угрожает опасность формирования «аристократии богатства». По его мнению, стро­ить общество, в котором все завтрашние лидеры будут детьми сегодняшних богачей, столь же абсурдно, как набирать олим­пийскую команду США для Олимпийских игр 2020 года из детей победителей Олимпиады-2000. Это не только подрыва­ет идеи демократии и равных возможностей, определяющие устои американского общества, но и губительно в экономи­ческом плане. Баффет и его сотоварищи не преуспели в осу­ществлении своего замысла, но они правы - и это давно ясно.

Важнейшим достижением современного западного обще­ства является общедоступность образования, что обеспечива­ет всем гражданам шанс на достижение приемлемых жизнен­ных стандартов и продвижение вверх по социально-экономи­ческой лестнице. На первый взгляд, в США с этим все в порядке. Американские учащиеся начальных классов демон­стрируют лучшую успеваемость, чем их зарубежные сверстни­ки; 37 процентов 18-21-летних юношей поступают в высшие учебные заведения, что является одним из наиболее высоких показателей среди развитых стран. Более того, в университе­тах США, особенно в 50 ведущих, самый высокий в мире уро­вень обучения. Преподаватели получают там достойную зар­плату, активно ведутся научные исследования. США направ­ляют на развитие своей системы высшего образования 1,4 процента ВВП , то есть вдвое больше, чем Великобритания, и значительно больше, чем ФРГ и Франция (где этот показатель составляет 1 процент). Так и должно быть.

Но присмотримся к ситуации пристальнее, применяя бо-

Пусть воздастся имущим

лее строгие критерии. В качестве основного инструмента со­циальной мобильности (имея в виду предоставление каждому молодому человеку шанса на получение среднего образова­ния, а затем академической или профессиональной квалифи­кации) образовательная система США оказывается малоэф­фективной. В старших классах средней школы американские учащиеся заметно отстают от своих ровесников из других стран, особенно по математике и естественным наукам. В ФРГ 80 процентов выпускников школ продолжают учиться с це­лью получить профессию либо академическую степень; лишь 1 процент из них остается без соответствующего диплома. В США же 46 процентов выпускников не получают ни свиде­тельства о приобретенной профессии, ни академической сте­пени; 31 процент из них (что чрезвычайно много) после окон­чания школы больше не учатся нигде5. Американцы, не закончившие колледжа, оказываются на рынке труда практи­чески без какой-либо квалификации, образования и профес­сиональной подготовки.

Те же, кто поступает в колледжи, в подавляющем боль­шинстве являются выходцами из семей с достаточно высоким социально-экономическим положением. Так было всегда. Со­гласно обзору, проведенному в 1965 году, получение высшего и специального образования на 2/3 зависело от дохода семьи; 30 лет спустя исследователи приходят к точно таким же выво­дам6. Как заявляет Николас Леманн в своем основательном исследовании «Большой тест», главным показатель интеллек­туальных способностей при поступлении в лучшие колледжи и университеты - тест на способность к обучению - фактичес­ки отражает способности не столько конкретных абитуриен­тов, сколько всего среднего класса. Американская система те­стирования укрепляет власть среднею класса над универси­тетской системой. Широко распространено частное репети­торство для подготовки к сдаче теста, в Нью-Йорке гонорары за это доходят до 29 тысяч долларов». Неудивительно, что в недавнем обследовании социальной мобильности и карьерного роста белых мужчин сделан вывод об отсутствии реальных изменений по сравнению с 1950 годом7.

Имеющиеся данные уже выглядит тревожными, Учиты-

Глава пятая

вал же рост неравенства за последние 20 лет, ясно, что буду­щие исследования ситуации в области социальной мобильно­сти дадут еще больше свидетельств в пользу беспокойства Баффета по поводу появления в США «аристократии богат­ства». За последние 25 лет существенно увеличилась стоимость университетского обучения. В среднем, затраты на обучение, проживание и пропитание студента возросли по сравнению с 1977 годом в четыре раза, в настоящее время составляя около 10 тысяч долларов в год. За этой цифрой кроется существен­ный разброс между средней стоимостью обучения в частных (более 17,5 тысячи долларов) и государственных университе­тах (7 тысяч долларов)8. Несмотря на рост расходов на обуче­ние, снижена поддержка студентов из бедных семей со сторо­ны федеральных властей и властей штатов; теперь она переориентирована на средний класс. В 1965 году основная федеральная программа помощи малоимущим студентам «Пелл грант» покрывала 85 процентов стоимости обучения в государственном университете, а в 2000 году - только 35 про­центов9. Введенная при президенте Клинтоне «Стипендия надежды» предусматривает налоговый кредит в размере до трех тысяч долларов для завершения университетского обра­зования, но в основном ее получают студенты из семей с годо­вым доходом от 30 до 90 тысяч долларов - то есть те, кто мо­жет учиться и без нее. По сравнению с 1979 годом власти штатов урезали помощь студентам колледжей в среднем на 32 процента.

В результате подобного рода «ножниц» - повышения сто­имости образования при сокращении поддержки со стороны федеральных властей и властей штатов - шансы малоимущих студентов на завершение учебы в университетах и колледжах значительно убавились. И это происходит в обществе, в кото­ром практически нет альтернативных форм профессиональ­ного и академического образования. Студентам из преуспева­ющих семей легче, чем студентам из семей с низкими доходами, брать кредиты для финансирования своего обучения. Как при­знает президент Совета колледжей Гастон Капертон, государ­ство в США «не стремится помогать малоимущим»10. В 1979 году у среднестатистического американского студента в воз-

Пусть воздастся имущим

расте от 18 до 24 лет, относящегося к верхней квартили по уровню доходов, было в четыре раза больше шансов получить диплом, чем у студента из нижней квартили. К 1994 году (пос­леднему году, за который мы располагаем данными) разрыв увеличился до десяти раз. Учитывая существующие тенден­ции, а именно, рост затрат на обучение при сокращении госу­дарственной поддержки, есть все основания полагать, что за прошедшие с тех пор восемь лет произошло дальнейшее ухуд­шение и без того плачевной ситуации. Не вызывает сомне­ний, что в последующие десятилетия показатели социальной мобильности в Америке еще более ухудшатся по сравнению с их и так невысоким уровнем.

Кроме того, следует отметить расширяющуюся пропасть между государственными и частными университетами. Госу­дарственные университеты стеснены в средствах, им все труд­нее набирать и сохранять хорошие кадры. Они попали в по­рочный круг снижения своей репутации, финансирования и притока студентов. Учебу завершают только 67 процентов сту­дентов государственных колледжей и университетов (в част­ных - 83 процента). По сравнению с Великобританией, аме­риканская система образования отличается большим неравен­ством. Если в английских частных школах, возглавляющих списки академической лиги (в 2001 году из 100 лучших школ в рейтинге «Файнэншл Тайме» 98 были частными), обучаются 7 процентов детей, то в Америке в аналогичных школах обуча­ются 11 процентов детей. Более того, 22 процентов американ­ских студентов проходят подготовку в частных колледжах и университетах, где средняя плата за обучение составляет» как упоминалось выше, более 17,5 тысячи долларов в год. Такие затраты заставляют всех студентов, в том числе из богатых семей, брать крупные кредиты. Британская же университетская система почти полностью финансируется за счет государ­ства и при всех своих слабостях имеет более справедливую систему целевых грантов для помощи малоимущим студентам.

Частные университеты представляют собой венец амери­канской системы образования. Из общего объема средств, зат­рачиваемых в США на высшее образование (а это 1,4 процен­та ВВП), 92 процента расходуются на частные университеты

Глава пятая

и колледжи11. Всемирно известна «лига плюща» на востоке страны, куда входят такие элитные частные университеты, как Гарвардский, Йельский, Корнельский и Принстонский*. Су­ществуют частные университеты аналогичного ранга на Запа­де (Стэнфордский в Калифорнии), на Юго-Западе (универси­тет Раиса в Хьюстоне, штат Техас), на Среднем Западе (Чи­кагский и Северо-Западный университеты) и на Юго-Востоке (университеты Эмори в Атланте и Дьюка в Северной Каро­лине). Два ведущих технических вуза США - Массачусетский технологический институт и Калифорнийский технологичес­кий университет - также являются частными. Все они обеспе­чивают своим выпускникам доступ на вершины американс­кой жизни. Совокупная годовая стоимость обучения в этих элитных частных заведениях достигает 35 тысяч долларов. При этом они достаточно богаты, чтобы принимать часть студен­тов без взимания полной стоимости обучения (то есть отбор не обязательно должен диктоваться доходами абитуриентов) и обеспечивать из собственных фондов гранты для поддерж­ки малоимущих студентов. Однако, за исключением самых богатых заведений, рост грантов отстает от роста платы за обучение, что ведет к сокращению возможностей такой под­держки. Даже самые богатые университеты заинтересованы в приеме хорошо обеспеченных студентов, рассчитывая на пос­ледующие пожертвования их семей в свои попечительские фонды. В США воспроизводится та же ситуация, что и Вели­кобритании, когда в ведущие университеты в основном попа­дают выпускники наиболее престижных и дорогих частных общеобразовательных школ. Большинство студентов Оксфор­дского и Кембриджского университетов получают среднее образование в Вестминстере и школе Св. Павла, а Гарвардс­кого и Йельского - в таких ведущих частных школах Амери­ки, как Андовер и Экзетер. Деньги всегда находят общий язык: богатые частые школы и университеты объединены своей эли­тарностью.

Неформальная ассоциация наиболее престижных и старых частных университе­тов Восточного побережья США получила столь своеобразное название благодаря схожести во внешнем облике. Соответствующие университетские кампусы были построены в конце XVIII века в староанглийском стиле и большинство их зданий декорировано ПЛЮЩИМ. Прим. ред,

Пусть воздастся имущим

Несмотря на публично декларируемую преданность Аме­рики идеям меритократии, богатые (как доказывает Уоррен Баффет) делают все, чтобы их дети получали привилегиро­ванный доступ в лучшие школы, лучшие университеты и наи­более влиятельные сообщества. Они в состоянии оплачивать это. Семьи Бушей, Горов и Кеннеди - это лишь три наиболее известных примера того, как богатство порождает еще боль­ше богатства и политического влияния. Например, пять по­колений семьи Бушей неизменно состояли в тайном студен­ческом клубе «Череп и кости» Йельского университета, члены которого дают обязательство на протяжении всей жизни по­могать друг другу. Среди его бывших выпускников - амери­канские президенты и известные государственные деятели. В самом существовании привилегированных приватных клубов в частных университетах нет ничего особенного. Однако стра­не, кичащейся ими, следовало бы быть более сдержанной в своих претензиях на меритократию. За фасадом 500 ведущих компаний из списка «Форчун» находится самовоспроизводя­щееся сообщество богатых семей, основанное на состояниях, сделанных их основателями.

Членство в этом суперэлитном сообществе демократично лишь в одном смысле: для вступления в него новые деньги столь же весомы, как и старые. Состоятельные семьи могут дать своим отпрыскам самое лучшее образование, что выступает предпосылкой усиления влияния их новых династий в верх­них эшелонах американского общества. В последнее десяти­летие в США сколочены умопомрачительные новые состоя­ния; жалованье топ-менеджеров компаний превышало 12 миллионов долларов в год (см. четвертую главу). Конечно, со­стояния и доходы весьма важны для бесперебойного функци­онирования капитализма. Но, как было показано выше, рост Доходов руководителей американских компаний часто сопро­вождается снижением корпоративной эффективности и коти­ровок акций. Эффективность бизнеса не зависит напрямую от размеров вознаграждения его руководства. Как доказывает профессор Корнельского университета Роберт Фрэнк, доходы высшего класса скорее определяются эффектами типа «по­бедитель получает все», когда сверхвысокое жалованье топ-

Глава пятая

менеджеров считается справедливым вознаграждением за взя­тый на себя риск и потраченные усилия12.

Сведения о новых формулах успеха в бизнесе и людях, удачно применяющих их, в эру информационных технологий распространяются очень быстро. В условиях же повсеместно­го стремления компаний к повышению своей капитализации между ними значительно возросла конкуренция за получение эксклюзивных услуг подобного рода «победителей». В резуль­тате, начиная с издательского бизнеса и заканчивая инвести­ционными банками, менеджеры с некоей «историей успеха» получили на рынке труда уникальные преимущества - и без­жалостно эксплуатировали их, добиваясь для себя головокру­жительных зарплат и опционов на акции. В книге «Будущее успеха» Роберт Рэйч показывает, как такие люди всячески ис­пользуют новую ситуацию, поднимая рыночную цену своего персонального брэнда до невероятных высот13.

Несмотря на свою иррациональность и абсурдность, сверх­высокое вознаграждение становится самовоспроизводящей­ся потребностью для топ-менеджеров. Как показывает Роберт Фрэнк, для поддержания социального статуса и конкуренции с себе подобными они нуждаются во все более крупных дохо­дах для покупки «статусных» домов и яхт14. Таким образом, повышение доходов президентов компаний определяется не деловым талантом или выдающейся работоспособностью, а стоимостью предметов роскоши, во владении которыми они нуждаются, чтобы доказать свою причастность к бизнес-эли­те. В этом мирке плата за членство в «соответствующем» гольф-клубе может превышать 30 тысяч долларов в год; надо носить часы «Патек Филипп» ценой как минимум 17,5 тысячи долла­ров; чтобы быть тут конкурентоспособным, топ-менеджер дол­жен зарабатывать не менее 1 миллиона долларов в год.

Расходы на предметы роскоши, начиная с дорогих сигар и вин и заканчивая загородными домами, растут значительно быстрее, чем все остальные расходы: например, в период 1995-1996 годов разрыв достигал четыре раз15. Как отмечалось в предыдущей главе, в законодательстве о компаниях не суще­ствует правил определения доходов их президентов. Несмот­ря на благие устремления Комиссии по ценным бумагам и

Пусть воздастся имущим

биржам, у нее нет полномочий вмешиваться в руководство корпорациями. Компании находятся в частной собственнос­ти акционеров, и если они считают необходимым платить ди­ректорам сверхвысокое жалованье, воспрепятствовать этому невозможно. В такой среде символы роскоши рассматривают­ся как предметы одноразового пользования: как только «ста­тусные» дома выполнят свою представительскую функцию, их продают или сносят; со «статусными» женами разводятся, ког­да их красота увядает.

Однако подобную иррациональность невозможно при­знать открыто. Бизнес-элита непременно должна рассказывать остальным сказки, будто создание богатства и деловой успех требуют крупных стимулов. В своем большинстве она ярост­но отстаивает «свободный рынок» и критикует любые формы государственного вмешательства в экономику как неизбежно неэффективного и самоубийственного. Доказательством эф­фективности экономики свободного рынка эта элита считает собственные сверхдоходы. Благодаря своему богатству и по­купательной способности она не нуждается в каких-либо об­щественных услугах: живет в собственных домах, особняках и ранчо с частной охраной; обслуживается в системе частного медицинского страхования; своим детям дает образование в частном порядке; путешествует на личных самолетах и яхтах. Короче говоря, отколовшись от гражданского общества, они получают возможность повысить качество своей жизни. Для них это служит неопровержимым доказательством того, что в государстве нет необходимости и что мир частной собствен­ности - в нравственном плане наилучший. Они попросту не осведомлены о положении своих сограждан.

В этом смысле суперэлита оказывается в авангарде граж­данского сепаратизма, получающего все большее распростра­нение среди привилегированной верхушки американского общества. В настоящее время около трех миллионов амери­канских супербогачей проживают в более чем 20 тысячах зак­рытых сообществ, где царит приватизированный стиль жизни16. Подобная тенденция достигает крайних форм своего воплощения в таких полностью самостоятельных и юридически зарегистрированных новых городах, как калифорнийские

Глава пятая

Хидден и Роллинг Хилз, жители которых объявили о своей политической независимости. Они освобождены от налогов штата (но не федеральных налогов), собирают собственные налоги и разработали свою систему льгот. Такие города рас­тут: в 2005 году в Грин Вэлли около Лас-Вегаса будет 60 ты­сяч жителей. Официально известные как кондоминиумы, они являются наиболее полным выражением гражданской отстра­ненности и отчужденности; их членам не нужно пользоваться общественными институтами или участвовать в публичной жизни. При этом они отнюдь не аполитичны. В Калифорнии кондоминиумы послужили организационной базой во время кампаний против школьных автобусов и за снижение налогов (так называемое «Предложение № 13»). Кондоминиумы и зак­рытые сообщества олицетворяют собой не только политичес­кое или культурное самоустранение, но и бегство от насилия американских улиц и стремление к идеальному обществу. Как пишут Эдвард Блэйкли и Мэри Гейл Снайдер, «охраняемые территории - не просто убежища от городского насилия и быстро меняющегося общества. Это те социально-простран­ственные коммуны, о которых мечтали еще американские ко­лонисты»17. Однако в результате создается община, из кото­рой исключаются все посторонние (условия членства в кондоминиуме могут оговаривать даже минимальный возраст детей и вес собак; а незваных гостей могут угостить свинцом) и которая сама изолирована от остальной страны. Вдохнови­тели и члены таких коммун фактически осуществляют граж­данский бунт, который лишь усиливает тенденции, от кото­рых они спасаются.

Несправедливость разъедает американскую цивилизацию и способствует формированию среды, в которой на смену до­верию, единению и взаимному компромиссу приходят обез­личенные рыночные контракты, становящиеся основной фор­мой общественного взаимодействия и обеспечиваемые через суд. В своей книге «Нация соперников» Патрик М. Гарри до­казывает, что взаимная отчужденность граждан создает свое­го рода «культуру юридического крючкотворства»18. За пери­од 1960-1997 годов среднегодовое число поданных в американские суды исков возросло в четыре раза; то есть они

Пусть воздастся имущим

множатся в семь раз быстрее, чем население. Конечно, судеб­ное разбирательство бывает необходимо. Для простых аме­риканцев оно остается одним из главных способов противо­стоять засилью корпораций и злоупотреблениям политиков. Проблема заключается во вторжении судов в частную жизнь. Если раньше вопросы, связанные с воспитанием детей, насле­дованием имущества умерших, отношениями между полами, решались на основе общепринятых норм и традиций, то сей­час важнейшую роль приобретают суды. Юриспруденция ста­ла одной из самых быстро растущих профессий в Америке; после 1970 года совокупные доходы юридических фирм росли в три раза быстрее, чем ВВП. Сегодня для США характерно самое большое в индустриальном мире количество юристов в расчете на 1 тысячу населения. Социальная солидарность ус­тупает дорогу соперничеству, а главными способами достиже­ния каких-то целей считаются конфронтация и судебные иски, а не компромисс и политическое действие. Теперь не приня­то даже приносить извинения после дорожно-транспортного происшествия, поскольку на суде это может быть истолкова­но как частичное признание вины19.

Как упоминалось ранее, американцы перестают быть «на­цией участников», превращаясь в индивидуалистов и судеб­ных жалобщиков. Эту тенденцию подробно исследовал Роберт Патнэм в книге «Играя в боулинг в одиночестве». По его сло­вам, граждане, родившиеся в 1920-1940 годы, верили в идеа­лы, ходили на выборы и создавали различные ассоциации. Новые поколения проявляют гораздо меньше гражданствен­ности. Патнэм выявил эту тенденцию во всех областях обще­ственной жизни США. Снижается членство в профсоюзах, политических партиях и даже школьных ассоциациях, объе­диняющих учителей и родителей, падает численность читаю­щих газеты и сужается аудитория новостных программ обще­национальных телесетей. За 1973-1994 годы посещаемость публичных собраний в местных клубах и организациях сни­зилась на 40 процентов20. В 1965 году люди проводили 7 про­центов своего времени в общественных местах, а к 1995 году этот показатель упал до 3 процентов.

Правда, выводы Патнэма нужно трактовать осторожно.

Глава пятая

В его исчерпывающем труде оказались недооценены или вов­се проигнорированы новые виды ассоциаций (например, ин­тернет-кафе и клубы тинейджеров). В то же время, как отме­чалось во второй главе, лучшие американские ценности доказали свою устойчивость. По показателю общественного доверия США значительно уступают скандинавским странам, но по-прежнему существенно опережают Францию, ФРГ и Ита­лию21. Социальный капитал Америки уменьшается, но это про­исходит относительно весьма высокого изначального уровня. Вместе с тем, поскольку в США сильны традиции опоры на собственные силы и неформальные объединения, там отсут­ствуют механизмы компенсации дефицита социального капи­тала - в отличие от стран континентальной Европы, где (как будет показано в восьмой и девятой главах) гораздо более ак­тивно функционирует публичная сфера, что позволяет под­держивать и реализовывать чувство гражданской общности. В целом, факты подтверждают выводы Патнэма, даже если он и допускает некоторые преувеличения. Рост числа кондо­миниумов и судебных исков, снижение чувства общности и участия в публичной жизни - звенья одной цепи. Американс­кая цивилизация становится все более фрагментарной, поля­ризованной и разобщенной, поскольку шок от консерватив­ной революции распространяется по всей общественной системе. Получение диплома все чаще доступно лишь студен­там из состоятельных семей; падает и без того умеренная со­циальная мобильность. Причины данных тенденций коренятся в идеологии и политике консерватизма, а распространение его принципов на рынок труда, культуру и публичную сферу уси­ливает процессы поляризации в США.

Дата добавления: 2015-07-16; просмотров: 102 | Нарушение авторских прав

И, наконец, о публичной сфере | Итак, Европа указывает путь | Сея семена упадка: триумф и слабости либерализма | Реванш консерватизма | Закладывая фундамент консерватизма | Долгое господство консерваторов | Клинтон: эйзенхауэровский республиканец | Снова наверху - надолго ли? | Освобождение корпоративного Левиафана | Деструкция стоимости |mybiblioteka.su - 2015-2018 год. (0.064 сек.)

mybiblioteka.su

Статья. Поляризация российского общества. «Богатые» и «бедные» эпохи девяностых.

Поляризация российского общества.

«Богатые» и «бедные» эпохи девяностых.

В социальной политике России в 90-е гг. XX вв. Обозначались две параллели, две социальные группы – «богатые» и «бедные». В эти «группы» могли попасть как родственники, одноклассники, сослуживцы, так и совсем незнакомые друг с другом люди, которые оказались в разных социальных условиях. Российскому обществу, властям, не удавалось решить проблему соотношения этих «групп». Проблема заключалась ещё в том, что граждане России начали отгораживаться не только друг от друга, но и от всех в целом. Дистанция между двумя «группами», в финансовом плане до такой степени увеличилась, что казалось, эти «группы» живут на разных островах нашей необъятной планеты.

В России к 1990-м гг. сложилось фактически криминальное распределение природной ренты и акцизов, на этих стабильных источниках держался российский бюджет, в эти годы бюджет лишился фактически всех стабильных доходов. По некоторым оценкам, этот природный доход делился в соотношении 15 к 85 в пользу олигархов. В 1990-е российские олигархи пользовались 100% этих доходов. Большая часть этого дохода оседала за границей, а не вкладывалась в экономику России.1 Рост неравенства среди российского населения был виден невооружённым взглядом. Экономические реформы 1992-93 гг. Ускорили процесс межслоевых социальных различий населения, расслоения на два противоположных класса: бедных и богатых, а финансовый кризис августа 1998 гг. Акцентировал социальную напряжённость.

Поляризация общества есть результат неравного распределения материальных благ, власти, образования, престижа между слоями населения. При этом просматривается динамика неравенства, показывающая социальное расслоение как отдельно взятых людей, так и социума в целом. От целого советского общества в 1990-е гг. Не осталось ничего. Реформы Б.Н. Ельцина создали новую структуру российского общества. В России произошли два ключевых события, 1992 г. – приватизация, в 1998 г. - дефолт. Эти события полностью изменили социальный образ современной России.

Упорядочение связей между социальными группами было целью Российского правительства, и цель во многом была достигнута. После распада СССР новой России досталось общество, поделённое на две неравные части: «народные массы» (рабочий народ) и те прослойки населения, которые контролируют доступ к ресурсам страны и власть. Деление общества на социальные слои внесло в молодое государство свои коррективы. Современное общество запуталось и стало изменяться, развиваться от более простого к сложному, от низкого уровня к высокому и наоборот.1

В социально-политическом журнале «Надежды и прогнозы России», описываются несколько вариантов деления россиян по уровню их материальной обеспеченности. Согласно одному из вариантов, на вершине находится слой людей обеспеченных, составляющих 3% населения страны, менее обеспеченные 7%, бедные 30%, а нищие 70%. По другому варианту, бедные и нищие слои населения составляют около 40 %, богатые около 5%, менее богатый слой населения - около 15%. По официальной статистике, люди в России с доходами ниже прожиточного уровня жизни составляют более 30% населения. Из этого можно сделать вывод: в России был запущен процесс разделения российского общества на слои, сильно различающиеся между собой материальным положением, ценностными позициями и интересами, установками на жизнь в целом. Россия, негласно, сосуществовала в системе массового обнищания.2

В 90-е гг. В России произошла поляризация населения, появились группы, которые делились на слои от богатых до бедных.3 Если сравнивать уровень неравенства в СССР, то он находился примерно на 5 месте, а в молодой России примерно на 13 месте. Население жило в бедности, зависело от государства, от выплат пособий, заработной платы и т.п. Население выживало.4 Если соотносить доходы самых богатых и самых бедных слоёв населения, 90-х, к концу 90-х это соотношение доходило до 15:1, а в отдельных регионах - 30:1. Если сравнивать с СССР, то этот коэффициент колебался от 3:1, до 6:1. Для мировой практики эти значения являлись показателями критического уровня.5

Анализируя процесс социальной поляризации населения в 90-е гг. По разным исследованиям, можно сделать вывод, что многие россияне разбогатели за счёт занимаемых должностей (имевшим доступ к государственным ресурсам страны), за счёт связей, за счёт личной предприимчивости. По оценкам независимого института социальной политики, можно было говорить о таких социальных группах, которые без поддержки государства не выжили бы.6 Были попытки новых рыночных реформ. Идеологами реформ выступили Е. Гайдар, А. Чубайс, Г. Бурбулис и др., они планировали создать в России новую рыночную экономику. Е. Гайдар стал одним из сторонников новых проектов. Его «шокотерапия» направлялась на стабильное развитие экономики. Одним из источников государственных доходов было привлечение средств от реализации программы приватизации. Первоначальной задачей правительства являлось введение жёсткой финансовой дисциплины и сокращение бюджетных расходов. По мнению большинства экспертов, показатели свидетельствуют о некоторой стабильности в экономике. Россия вводит так называемый «валютный коридор» твёрдых рамок колебаний российского рубля к доллару США.

Гайдаровская экономика полностью отстранила государственную поддержку малому бизнесу, за время, когда Е. Гайдар возглавлял реформы, количество малых предприятий в сфере производства резко сократилось.1 В середине 1990-х Гайдар признаётся в неверном истолковании самых основ демократического устройства, которое становится просто опасным. Одной из причин отставки команды Е. Гайдара становится некомпетентность в вопросах осуществления реформ. В это время доходы населения не дотягивали до прожиточного минимума.2

Девяностые стали подъёмом для российской олигархии. Журналисты, учёные, простой народ пытались понять природу происхождения капиталов и сошлись на том, что капиталы олигархов имеют криминальное происхождение. Реформы проводились не всегда тактично и не всегда адекватными средствами. В начале девяностых появляются миллиардеры, такие как Б. Березовский (держатель всех акций ЛогоВАЗа), В. Алекперов (Лукойл), М. Ходорковский (Растром) и др. Они стояли первыми в списке богатейших людей мира.3

Российское общество всегда было недовольно своей элитой, журналисты писали, что в конце 1990-х гг. Управление страной стало как «управление семейным бизнесом», это может объяснить, что многие олигархи стремились к власти и весьма преуспели в этом. Политическая демократия перерастала в олигархию. Б. Н. Ельцин «дружил» с олигархами, победа на выборах во многом была обусловлена дружбой с А. Чубайсом, Б. Березовским, Р. Абрамовичем. В лице правительства многие видели союз олигархов и власти.4 Согласно данным газеты «Аргументы и факты», в «Семью» входили Р. Абрамович, Б. Березовский, В. Юмашев, А. Волошин.5 Этими людьми формируется правительство РФ, контролирую природные и экономические ресурсы страны. Это правление - чистейшей воды олигархия. В конце 90-х гг. Обозначилась опасность того, что олигархов заменит государственная бюрократия.1

Негативной стороной российского бизнеса во время девяностых стало возрастание экономических преступлений. Преступления совершались лицами, имевшими выход на легальный, или криминальный бизнес. Распространённым преступлением стала неуплата налогов, в лучшем случае, в худшем – мошенничество.

В 90-е годы население страны, привыкшее к коллективному социуму, равенству и равноправию советского строя, оказалось не готовым перестраиваться и приспосабливаться к реалиям новой жизни, к новым событиям, происходящими в эти годы. Люди потеряли ориентир, вектор своего развития в новых условиях. Зачастую образованные, интеллигентные, культурные слои населения и в целом рабочий народ был вынужден, не найдя применения своим способностям на фоне развала промышленности и индустрии, пойти работать на рынки, чтобы прокормить семьи. На волне раскола Советского Союза порой необразованные, но предприимчивые люди вышли из тени своего подпольного бизнеса. «Барыги», «фарцовщики» стали образовывать «предпринимательский» класс «мелкого» бизнеса. В это время начинается, не без западного влияния, процветание прослойки так называемых «рэкетиров», которые пользовались превосходством физической силы, не желая работать и думать о будущем государства и населения, занимались отбором денег у тех, кому удавалось их заработать. Процветала безработица. Образовывалась в стране криминальная среда, почва для роста преступности, коррупции в новой России.

На фоне преобразований в стране, таких, как приватизация, стали образовываться крупнейшие негосударственные коммерческие организации. Как расширялся бизнес, так расширялись и криминальные структуры, оказывая влияние на экономические и политические процессы развития страны. В России существовали три уровня социальной жизни: «самые бедные», «просто бедные» и «средний слой». Социальный кризис ударил в первую очередь по слабо защищённым слоям населения – пенсионерам, безработным, студентам, инвалидам.2 По данным социологических исследований, «самые бедные» составляли примерно 50%, «просто бедные» - 30 %, а «средний слой» населения составил всего лишь 15-20% населения страны. Отсюда можно сделать вывод, что население России к концу 1996 г. Жило за чертой бедности. Развитию бедности в России способствовала ещё и инфляция, обесценивание всего того, что было накоплено поколениями.3 Власти считали, что сформировавшийся уровень бедности населения сохранится на год, два, а в результате этот уровень продержался до 2000-х гг. И в 2000 г. Была разработана методика построения нового прожиточного минимума. Он был увеличен на 20%, в расходах в 2000-м стал равен 50% на всю продуктовую корзину.1

Одной из проблем Правительства в России стала безработица. Спад объёмов производства, низкие доходы населения, высокие тарифы на электроэнергию повлияли не только на снижение качества жизни, но и на её продолжительность. Многие скрывали свои легальные доходы из-за увеличенного подоходного налога, так как платили налог и те слои населения, у которых зарплата не доходила даже до прожиточного минимума. Процветала так называемая «белая» и «чёрная» заработная плата.2

В хоте социологических исследований девяностых выяснилось, что расслоение на богатых и бедных население тревожило меньше, чем безработица, несвоевременная выплата заработной платы, задержка социальных выплат и рост цен.3 Слабость структуры российского рынка вела к увеличению разрыва между слоями населения. Богатые могли инвестировать свои вклады, не опасаясь инфляции в России, тогда как у бедных не было финансовых средств не только для того, чтобы держать свои доходы в формах, исключающих обесценивание, у них не хватало даже на прожиточный минимум. После приватизации произошло увеличение лиц без определённого места жительства. В 1990-е гг. Незащищённые государством слои населения стали подвергаться опасностям, вплоть до похищения и умышленного убийства. Процветала преступность, увеличилась безработица, пьянство, смертность населения. В России обозначилось специфическая группа населения, - пенсионеры. В середине 1990-х гг. Почти каждый четвёртый житель страны являлся пенсионером.4

Перед правительством и народом стоял ещё один вопрос – жилищный. Многие не могли оплачивать свои двух-трёх комнатные квартиры, многие не имели своего жилья, жили в общежитиях, многие имели одну комнату в коммунальной квартире. Потребности населения в жилье были не удовлетворены.5 Прогрессировала безработица, которая может быть явной, полной или частичной. Благодаря государству многим предприятиям удалось избежать массового увольнения работников, но в большинстве случаев на предприятиях накапливалась скрытая безработица, в отпусках могли находиться около 10% работающего на предприятии населения. Работники работали неполный рабочий день, на полставки. На территории Нижнего Поволжья безработица прогрессировала. Новое реформирование привело к сокращению вооружённых сил России.1 Массовым явлением для России стал процесс миграции населения.

Политологи, исследователи отмечали рост протестных настроений против резкого социального расслоения. В результате вместо улучшения и подъёма уровня благосостояния происходит всё наоборот. Одни составляющие жизненной обстановки улучшаются, другие ухудшаются, третьи - остаются неизменны.2 Протесты иногда выливались в уличные беспорядки, столкновения с правоохранительными органами, любопытно, что СМИ умалчивало о таких событиях, дабы не тревожить народ. Россия в 1990-е гг. Раскололась на «богатых», «бедных» и «середнячков». При этом первых было намного меньше, чем вторых, а «середнячки» ещё только формировались в новой России. Власть активно порождала мифы о свободе рыночных отношений, миф о гражданском обществе, дабы не заострять внимание народа на других недостатках новой России.

Библиографический список

Научно-публицистическая литература:

Абалкин Л. Смена тысячелетий и социальные альтернативы // Вопросы экономики. 2000. №12.

Ахиеве А. От прошлого к будущему. М., 1994.

Машин Г.К. Литологиям: Смена и рекрутированною элит. М., 1998.

Гайдар Е. В начале новой фазы // Коммунист. 1991. №2.

Гайдар Е. Россия и реформы // Известия. 19.08.1992.

Гайдар Е. Фашизм и бюрократия // Сегодня. 1994. № 110.

Гайдар Е.Т. Государство и эволюция. М., 1995.

Гаман-Голутвина О. Бюрократия или олигархия? // НГ-сценарии. №3. 15.03.2000.

Говорухин Ст. Великая криминальная революция. М., 1993.

Говорухин С.С. Страна воров на дороге в светлое будущее. М., 1994.

Ольденбургу И.А. Классовая сущность «симбиоза» ... // Софист. 1991. № 1.

Гордон Л.А., Клопов Э.В. Потери и обретения в России девяностых: В 2-х т. М., 2000-2001.

Гордон Л.А., Клопов Э.В. Потери и обретения в России девяностых: В 2-х т. М., 2000-2001.

Горшков М. Что с нами происходит? // НГ-сценарии, 15.05.1997.

Горшков М.К. Российское общество в условиях трансформации: мифы и реальность. М., 2003.

Илларионов А. Как Россия потеряла ХХ столетие // Вопросы экономики. 2000. №1.

Иноземцев В.Л.Социальное неравенство как проблема становления пост экономического общества. // Полис. 1999. №5. С.17-30.

Карабущенко П.Л. Системные проблемы современной российской политической элиты // Элитологические исследования, № 4 (11). 2000.

Коноплин Ю.С., Лобанов В.В. Маркетинговый анализ политического имиджа и политического товара. М., 1995; Косолапов Н.А. Анализ внешней политики: Основные направления исследований // МЭиМО, 1999. № 2.

Космарская Т. Количественные характеристики среднедоходных групп населения России // Вопросы экономики. 2001. №1.

Кротков Л. Человек без лица // Московский комсомолец, 10-17.06. 1999.

Крыштановская О.В. Финансовая олигархия в России // Известия. 10.01.1996.

Крыштановская О.В. Анатомия российской элиты. М., 2005.

Левинсон А.Г. Власть, бизнес и «Запад» // Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения. М., 1994, № 4.

Либоракина М. Социальные последствия приватизации для женщин // Вопросы экономики. 2000. №3.

Мигранян А. Долгий путь к европейскому дому // Новый мир, 1989. №7.

Морозова Г.Ф. Деградация нации - миф или реальность? // Социологические исследования. 1994. № 1.

Ноздрачев А. Статус предпринимателя // Хозяйство и право. 1994. №1.

Озлён А. Последний год России // НГ-сценарии, 10.04.1997

Пастухов В.Б. «Новые русские»: появление идеологии // Полис. 1993. № 3.

Путин В.В. Россия на рубеже тысячелетия // Российская газета. 31.12.1999. (Информационный сайт Правительства РФ – www.government.got.ru).

Руткевич М.Н. Процессы социальной деградации в российском обществе // СОЦИС. 1998. № 6.

Рынок труда в странах Содружествам Независимых Государств. 1997-1998.

Седов Л. Политическая «разруха» — в натуре и в головах // Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения. 1998. № 4.

Титов В.Н. Вещевой рынок как социальный институт// ОНС. 1999. № 6.

Умов В.И. Российский средний класс: социальная реальность и политический фантом // Полис. 1993. №4.

Уровень жизни населения России. 1996.

Акулина Е.А. Субъективный средний класс: доходы, материальное положение, ценностные ориентации // Мониторинг общественного мнения № 2 (40) март-апрель 1999.

Чернены Н.В. Бедность как социальный феномен российского общества // Социологические исследования. 1994. №3.

Чешков М. Гражданское общество и средний класс // Гражданское общество. Мировой опыт и проблемы России. М., 1998.

Экономика: Учебник /Под ред. А.С. Булатова. М., 1995.

Экономический мониторинг России, Глобальные тенденции и конъюнктура в отраслях промышленности. Рук. А.Р. Белоусов // Бюллетень № 3. 1994.

Диссертационные исследования:

Булгаков С.В. Вторичная занятность в современной России: социально-экономические функции и последствия. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата социологических наук. Саратов. 2005.

Саушкин А.В. Эффективность государственных региональных социальных программ. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата социологических наук. Саратов. 2005.

Федосеев Е.Ю. Социально-политическая структура современной российской провинции. Диссертация на соискание ученой степени доктора социологических наук. Саратов. 1998.

Периодика:

Аргументы и факты. № 30.1997.

Аргументы и факты. № 22, 1999.

Родная газета. № 14(49), 09.04. 2004.

Элита России. Журнал людей успеха. Апрель 2004.

1 Родная газета №1 (1), 18.04.2003. с.6.

1 Ильин В.И. Социальная стратификация. Сыктывкар, 1991. С.16.

2 Россия: надежды и прогнозы// социально-политический журнал. 1994.№ 3. – 6. С.10.

3 Лопухин В.А. Стратификация в современной России и новый средний класс// ОНС. 1998. № 4. С. 36.

4 См.: СОЦИС. № 3, 1997. С. 33.

5 Руткевич М.Н. Трансформация социальной структуры российского общества// СОЦИС. 1997. №7. С. 14.

6 Малева Т. Социальное государство – это пока не более чем декларация// Родная газета. № 13 (13), 25 июля 2003.

1 Палкина Н. Поддержка малых предприятий в России// Экономика и жизнь. 1992. № 39. С. 16.

2 См.: Российский статистический ежегодник. 1994 г. М., с.95;

3 См.: Аргументы и факты. 1997. № 30.

4 См.: Крыштановская О.В. Финансовая олигархия в России//Известия.10.01.1996;

5 Аргументы и факты. № 22. 1999.с.2.

1 См.: Гаман О. Бюрократия или олигархия? //№3 15.03.2000. с.9-20.

2 См.: Тарасов А.Н. Затмение//Полис. 1997.№ 6.с. 87-100.

3 См.: Гальперин В.М. Макроэкономика. СПб. 1994.

1 Родная газета. № 6. 13.02.2004. с.1.

2 Родная газета. № 6, 13.02.2004. с.1.

3 См.: Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения. 1997. №2, с. 58, №5. С.52.

4 Морозова Г.Ф. Деградация нации – миф или реальность? //Социс.1994. № 1.с.25.

5 Добреньков В.И. Социология: Т.2.Социальная структура и стратификация. М., 2000. С.12.

1 Когда человек снимает погоны// Содружества// Человек и труд 1994. № 7. С.44.

2 См.: Гордон Л.А. Социальная неудовлетворённость как свойство массового сознания в переходный период //Полис. 1998. №3.

infourok.ru

Поляризация общества. Неизбежность социального взрыва

 

Полное отсутствие опыта совместной государственной дея-

тельности общественности и правительства, понимание 5 0своего 5 0ме-

жеумочного социального положения, разочарование в настоящем и

неверие в будущее - все это лишь укрепляло в 5 0некоторых интелли-

гентских кругах самоощущение последних хранителей эстетических

ценностей.

Вл. И. Немирович-Данченко в 1936 г., в полном соответствии

с духом времени, публично покается, что в дореволюционные годы

"мы были идолопоклонниками искусства, мы и его, это искусство,

приобщали к науке и общественности, и его считали источником

энергии для здорового деяния: и хрупкую душу "Дяди Вани", и са-

мосозерцание Гамлета, и Патетическую симфонию Чайковского, и

то, как это все сделано" 5221 0.

Распространенный среди художественной интеллигенции культ

красоты, противопоставленный мерзостям обыденной жизни, направ-

лял всю ее творческую энергию на служение искусству. В силу

этого тенденции поляризации культурного развития общества еще

более усиливались: на одном полюсе скапливалось все многоцвет-

ное богатство русского искусства, на другом - сохранялись неве-

жество, безграмотность и прочие рудименты вековой отсталости.

Удивляет, однако, не сама ситуация поляризации - в той или иной

мере она, видимо, неизбежна, - а огромный разрыв между этими

непересекающимися кругами культуры.

Очевидно, что подобная ситуация не могла длиться бесконеч-

но; рано или поздно это должно было кончиться взрывом, тем бо-

лее вероятным в России, что кризисные явления в культуре усу-

гублялись разложением социально-политических структур власти.

Однако о неизбежности этого краха, мало кто задумывался всерь-

ез, хотя грозовые предчувствия время от времени волновали даже

самых верноподданных граждан империи. Это жуткое ощущение наз-

ревающей социальной бури хорошо передано в письме А. С Суворина

к В. В. Розанову (сентябрь 1899 г.): "Как и чем живет народ -

это ужас. Это рабы, ждущие Спартака" 5222 0.

От трагической дисгармонии жизни больше всех других ис-

кусств страдал русский театр. Разумеется, даже в это смутное

время его реалистические традиции потеряться не могли, но в той

жизни, с которой соприкасался театр, уже не было живительной

энергии, без которой невозможно самовозвышение его искусства.

Поиск своего собственного театрального лица в тягостной атмос-

фере военных лет был мучительным и, как правило, заканчивался

неудачей. И это - естественно. Осознав свою экономическую силу,

"чумазый" все шире внедрялся в структуру театрально-концертного

дела в стране. Его коммерческие устремления и жажда наживы оп-

ределяли не только непритязательную эстетику зрелища в годы

войны, но и общую духовную (точнее - бездуховную) атмосферу

культурной жизни. Она неумолимо перерождалась, из нее уходило

горнее и утверждалось заземленное, обыденное. Смещение иерархии

художественных ценностей в сознании платежеспособной публики

зашло так далеко, что пресса тех лет констатировала: "Теперь

уже нередко смеются над театрами различных исканий" 5223 0.

Как и в структуре личности, распад в культуре начинается с

высших, более поздних по времени образования, слоев; и вполне

закономерно, что первыми жертвами буржуазного перерождения

культуры стали наиболее изысканные эстетические течения в худо-

жественной жизни: к 1910 г. прекращается групповая деятельность

"Мира искусства", последовательно закрываются Старинный и Сво-

бодный театры, а в феврале 1917 г. оказался финансовым банкро-

том и Камерный театр. Попытка театра получить в очередной раз

ссуду в московском литературно-художественном кружке закончи-

лась не совсем ожиданным исходом: при обсуждении все выступаю-

щие говорили сочувственно-проникновенные слова о необходимости

помочь театру, но результаты баллотировки оказались единогласно

отрицательными. Театр все же сохранился, но это уже другая ис-

тория более позднего времени.

Либеральные культуртрегеры были шокированы этими новыми

явлениями в художественной жизни, но как выйти из создавшегося

положения - не ведали. Так, путь, предлагаемый редакцией "Обоз-

рения театров", был вполне в духе маниловских прожектов: "Надо

создавать в противовес театры истинной художественности и кра-

соты; воспитывать широкие демократические массы в здоровых эс-

тетических восприятиях, и тогда никакая пошлость не победит на-

шего театра" 5224 0. Кому, как, с каким репертуаром и на какие

средства "надо создавать" эти театры - редакция умалчивала. Да-

же у Манилова хватило ума спросить у Чичикова: "Но позвольте

доложить, не будет ли это предприятие, или, чтоб еще более, так

сказать, выразиться, негоция, так не будет ли эта негоция не

соответствующей гражданским постановлениям и дальнейшим видам

России?" 5225 0 Однако благонамеренная редакция предпочитала подоб-

ными вопросами себя не утруждать.

Демократическая общественность продолжала предпринимать

отчаянные усилия хоть как-то изменить положение дел. В начале

февраля 1917 г. было объявлено об очередной попытке организации

театров для народа в виде "Акционерного общества общедоступных

театров" 5226 0. В состав учредителей общества вошли К.С. Станис-

лавский, Вл.И. Немирович-Данченко, С.И. Мамонтов, А.И.

Южин-Сумбатов, В.Д. Поленов, С.А. Кусевицкий и другие. Проект,

естественно, остался неосуществленным.

Эстетическое воспитание народных масс противоречило "ви-

дам" самодержавия. Вывод большевистской "Звезды", что "театр -

как одна из серьезнейших функций общественного организма - тре-

бует для своего развития того, что весь народ - иных, более

свободных условий жизни" 5227 0, справедлив и для искусства в це-

лом. Однако именно этих столь необходимых для развития искусс-

тва "свободных условий" не было. Как писал П. П. Гайдебуров,

"всякая свободная мысль несет издавна в России ярмо цензурного

рабства. Быть может, только знаменитый эзоповский язык русского

журналиста и способность публики его понимать мешали оконча-

тельно замолкнуть голосу свободомыслия в широких слоях русского

общества" 5228 0. Действительно, изощренная способность вычитывания

истинных смыслов эзоповской речи была характерной особенностью

русского общества, но не будем забывать, что исторически тради-

ционная для России практика подцензурного "свободомыслия" фор-

мировала определенный тип личности, в мышлении которого неес-

тественным образом естественно сопрягались и мирно сосущество-

вали взаимоисключающие друг друга идеи и ценности: "Воцарится

свободное слово теперь, через год, - размышлял современник, -

что изменит оно в общей сумме нашего мировоззрения и мироощуще-

ния? (...) Мы выросли из цензуры - это правда. Но в этом именно

- наша печаль. Потому что - страшно подумать - свобода слова

нам ни к чему. Мы выросли ... карликами" 5229 0. Не следует, конеч-

но, понимать авторское "мы" расширительно, оно действительно

лишь для определенной части русского общества того времени.

Исторические задачи дальнейшего социально-экономического

развития России вступали в непримиримое противоречие с окаме-

невшими структурами царской власти, нечувствительной к живой

жизни и веяниям времени.

Общество жаждало перемен, В.Хлебников уже рассчитал год

революции, а двадцатилетний Маяковский в 1914 г. писал: "Сейчас

в мир приходит абсолютно новый цикл идей (...). Сейчас центр

тяжести главенства переместился. История в последней войне вве-

ла новую силу - сознательную жизнь толп. Явления приобретают

необычайный масштаб" 5230 0.

Поэт был прав, но, как известно, самодержцы предпочитают

слушать не пророчества поэтов, а лесть услужливых царедворцев.

Ни сами качественно новые явления, ни их масштаб, ни даже новые

идеи XX века не были услышаны людьми, в руках которых были все

бразды правления. А будущее уже необратимо стучалось в двери:

страна залезла в долги, народ голодал, солдаты устали от войны,

их окопное сознание было насквозь политизировано "противуправи-

тельственной агитацией". На стенах трехсотлетнего дома Романо-

вых история, как когда-то на пиру Валтасара, выводила свои ог-

ненные письмена; в январе все члены венценосной фамилии обрати-

лись к императору с коллективным письмом, в котором "в самых

почтительных выражениях" указали царю "на опасность, которой

подвергает Россию и династию его внутренняя политика" (М.Палео-

лог). Августейшая семья осталась слепой и глухой ко всем этим

знамениям времени. "Революция носилась в воздухе, - записывал

тем временем английский посол в Москве Дж. Бьюкенен, - и единс-

твенный спорный вопрос заключался в том, придет ли она сверху

или снизу" 5231 0. Бессмысленная министерская чехарда в эти годы не

имеет аналогов в истории России. Единственное, на что решился

царь, - он предложил иерархам православной церкви восстановить

патриаршество, выдвинув условие, что сан патриарха займет он

сам. Так как это явно противоречило церковным догматам, иерархи

предложения вежливо отклонили. Провидческими оказались слова К.

Маркса, который еще в 1870 г. писал Ф. Энгельсу после прочтения

труда В.Берви-Флеровского "Положение рабочего класса в России":

"Из его книги неопровержимо вытекает, что нынешнее положение в

России не может дальше продолжаться, что отмена крепостного

права в сущности лишь ускорила процесс разложения и что предс-

тоит грозная социальная революция" 5232 0.

Так оно, в действительности, и оказалось. После нестройных

выстрелов взбунтовавшихся солдат Волынского и Преображенского

полков, повернувших винтовки против господ-офицеров, жители

Петрограда взялись за оружие. Утром 27 февраля они овладели ар-

сеналом, разобрали 40000 винтовок. Затем последовал пожар зда-

ния судебных установлений, разгром департамента полиции с унич-

тожением всех компрометирующих документов, освобождение полити-

ческих и уголовных заключенных. Восставший народ потребовал от

Временного комитета распущенной указом царя "на перерыв" IV Го-

сударственной Думы взять власть в свои руки. Но "оппозиция его

величества" (П.Н.Милюков), захваченная революцией врасплох, бы-

ла даже не в смятении, а в прострации. В.В.Шульгин оставил зна-

менательное признание панического страха, охватившего законо-

послушных оппозиционеров с "кукишем в кармане правительству":

"Мы были рождены и воспитаны, чтобы под крылышком власти хва-

лить ее и порицать... Но перед возможным падением власти перед

бездонной пропастью этого обвала у нас кружилась голова и неме-

ло сердце..." 5233 0.

Маховик революции быстро и весело набирал мощные обороты.

Еще продолжали приходить запоздалые телеграммы из ставки царя,

но катастрофа уже свершилась. Есть какая-то ирония истории в

том, что последней стоянкой императорского вагона оказалась

станция Дно.

Под нарастающим давлением восставшего народа Временный ко-

митет решился, наконец, 28 февраля "принять правительственные

функции на себя". Исполнительный комитет Петроградского совета

рабочих и солдатских депутатов постановил в этот же день соз-

дать повсеместно районную милицию.

...Февральская революция победила. Свобода пьянила и кру-

жила голову. Радостный народ с красными бантами заполнил улицы,

проспекты и площади Петрограда. "На всех лицах, - констатировал

очевидец событий А. Н. Бенуа, - было сознание уже одержанной

победы и убеждение в том, что "вот теперь все пойдет к лучше-

му" 5234 0. Но жизнь продолжалась, и главное было впереди.

 

 



infopedia.su