Книга: Павленко Н. «Полудержавный властелин». Полудержавный властелин


Полудержавный властелин. - это... Что такое Полудержавный властелин.?

 Полудержавный властелин. Полудержавный властелин.

«Полудержавный властелин» — Александр Данилович Меншиков (1673—1729), ближайший сподвижник Петра I.

Выражение иногда служит основой для однотипных фраз с соответствующей заменой принадлежности «гнезда».

Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. — М.: «Локид-Пресс». Вадим Серов. 2003.

.

  • Поймали птичку голосисту / И ну сжимать ее рукой. / Пищит бедняжка вместо свисту, / А ей твердят: Пой, птичка, пой
  • Похороны (законопроекта) по первому разряду

Смотреть что такое "Полудержавный властелин." в других словарях:

  • Павленко, Николай Иванович — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Павленко. В Википедии есть статьи о других людях с именем Павленко, Николай. Павленко Николай Иванович Дата рождения: 15 февраля 1916(1916 02 15) (96 лет) …   Википедия

  • Николай Иванович Павленко — (родился 15 февраля 1916 в станице Уманской Ейского отдела Кубанской области) российский историк и писатель, заслуженный деятель науки России, специалист по отечественной истории XVII XVIII вв. Член Союза писателей (с 1987). Содержание 1… …   Википедия

  • Николай Павленко — Николай Иванович Павленко (родился 15 февраля 1916 в станице Уманской Ейского отдела Кубанской области) российский историк и писатель, заслуженный деятель науки России, специалист по отечественной истории XVII XVIII вв. Член Союза писателей (с… …   Википедия

  • Павленко Н. — Николай Иванович Павленко (родился 15 февраля 1916 в станице Уманской Ейского отдела Кубанской области) российский историк и писатель, заслуженный деятель науки России, специалист по отечественной истории XVII XVIII вв. Член Союза писателей (с… …   Википедия

  • Павленко Н. И. — Николай Иванович Павленко (родился 15 февраля 1916 в станице Уманской Ейского отдела Кубанской области) российский историк и писатель, заслуженный деятель науки России, специалист по отечественной истории XVII XVIII вв. Член Союза писателей (с… …   Википедия

  • Павленко Николай Иванович — Николай Иванович Павленко (родился 15 февраля 1916 в станице Уманской Ейского отдела Кубанской области) российский историк и писатель, заслуженный деятель науки России, специалист по отечественной истории XVII XVIII вв. Член Союза писателей (с… …   Википедия

  • Птенцы гнезда Петрова — Из поэмы «Полтава» (1828 1829) А. С. Пушкина (1799 1837). Так поэт назвал ближайших сподвижников Петра Первого: За ним вослед неслись толпой Сии птенцы гнезда Петрова В пременах жребия земного, В трудах державства и войны Его товарищи, сыны: И… …   Словарь крылатых слов и выражений

  • Молотов, Вячеслав Михайлович — Вячеслав Михайлович Молотов Вячеслав Михайлович Скрябин …   Википедия

  • Жизнь замечательных людей. Таблица — Жизнь замечательных людей. Таблица  Основная информация о серии Жизнь замечательных людей находится на странице Жизнь замечательных людей. Здесь книги серии приведены в виде таблицы. Номер по каталогу Автор Название Год Число страниц Тираж… …   Википедия

  • Меншиков Александр Данилович — фаворит Петра I и Екатерины I , открывающий собой ряд русских временщиков XVIII столетия. Год его рождения в точности неизвестен: по Берхгольцу он родился в 1673 г., по Голикову в 1670 г. Не вполне выяснено и происхождение его: по словам одних,… …   Биографический словарь

Книги

  • Меншиков. Полудержавный властелин, Павленко Николай Иванович. Вниманию читателей предлагается биография Александра Даниловича Меншикова (1673-1729), знаменитого сподвижника Петра I, человека, совершившего, пожалуй, самую головокружительную карьеру в… Подробнее  Купить за 442 руб
  • Меншиков. Полудержавный властелин, Павленко Н.. Вниманию читателей предлагается биография Александра Даниловича Меншикова (1673-1729), знаменитого сподвижника Петра I, человека, совершившего, пожалуй, самую головокружительную карьеру в… Подробнее  Купить за 382 руб
  • Меншиков. Полудержавный властелин, Павленко Николай Иванович. Вниманию читателей предлагается биография Александра Даниловича Меншикова (1673-1729), знаменитого сподвижника Петра I, человека, совершившего, пожалуй, самую головокружительную карьеру в… Подробнее  Купить за 351 грн (только Украина)
Другие книги по запросу «Полудержавный властелин.» >>

dic.academic.ru

«Полудержавный властелин…». Был ли А. Д. Меншиков грамотным?

«Полудержавный властелин…»

Светлейший князь Александр Данилович Меншиков. Неизвестный художник. Первая четверть XVIII века.

Среди сподвижников Петра Великого, не имевших возможности похвастаться своим родословием, Александр Данилович Меншиков занимает особое место. Когда Петр приблизил его к себе, Алексашка Меншиков не владел ни клочком земли, ни одной крепостной душой. К концу же карьеры, он — светлейший князь и самый богатый подданный царя, обремененный множеством должностей, чинов и званий.

При Екатерине I и в начале царствования Петра II Меншиков (до своего падения в сентябре 1727 года) — фактически правитель России, по выражению Пушкина, «полудержавный властелин».

Самородок Меншиков внес заметный вклад в преобразования России первой четверти XVIII века. Природа наградила его талантом полководца и незаурядными способностями администратора в гражданской сфере. Он громил шведов у Калиша, внес бесценный вклад в разгром шведской армии у Лесной и особенно — у стен Полтавы, где сумел уследить начало продвижения войск Карла XII на русский лагерь, разгромил неприятельскую кавалерию и пленил у Переволочны остатки бежавших с поля боя шведов, участвовал в их изгнании из Померании.

А генерал-губернатор столичной губернии князь Меншиков внес огромный вклад в обустройство новой столицы империи. Сооруженные по его заданию дворцы и государственные здания своей пышностью и размерами превосходили все, построенное в Санкт-Петербурге прежде. Меншиков был единственным вельможей, кому Петр разрешил обнародовать указы с использованием формуляра, близкого к царскому: «Мы, Александр Меншиков, светлейший Римского и Российского государства князь и герцог Ижорский…» и так далее. Масштабы его деятельности вызывают удивление и восхищение. И это при том, что Александр Данилович нигде не учился — он попросту не владел грамотой.

Но обладая множеством достоинств, князь имел и немало пороков: был груб, беспредельно алчен, бескрайне тщеславен (что в конце концов и прервало его карьеру ссылкой в Березов).

И тем не менее достоинства Меншикова значительно превышают пороки князя. Его деятельность как сподвижника Петра I оставила заметный след в истории России.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Масоны. Молотов. Полудержавный властелин

— Модная тема сейчас — масоны, — говорю я. — Масоны в революционном движении. Говорят, даже в вашем правительстве были.

— Конечно, могут наговорить разные вещи, которые были и которых не было. Масоны, конечно, старались около правительства кого-то своего иметь.

— Даже называют конкретных людей. Например, Шверника…

— Шверника? Здорово! Маловероятно. Он для этого, по-моему, не приспособлен. Нет, не может этого быть. Щверник — русский рабочий, очень, так сказать, прямолинейный человек. А масоном быть — надо вертеться!

04.12.1981

— Прочитал статью о масонах, их роли и характере. Я до сих пор недостаточно обращал внимания, — говорит Молотов. — Они существуют, да и не только существуют, а очень опасное явление — масоны… Не обращаем внимания, а они укрепляются, они против коммунизма решительно, они за капитализм, они за религию, и они в интеллигентских кругах под разными вывесками существуют давно. Проникают довольно глубоко в мещанскую массу, в мелкобуржуазную и тянут в свою сторону… Довольно гибко действуют, и очень злостные, антикоммунистические. Но не выпячивают своих, это для них опасно. У них много загадочного…

— Сейчас много разговоров идет о масонстве. Говорят, что у нас в стране тоже есть масоны, — замечаю я.

— Наверно, есть. Подпольные. Не может не быть.

— И про вас говорят, что вы тоже масон.

— Масон давно. С 1906 года, — улыбается Молотов.

— Вы в партию вступили в 1906-м, вам шестнадцать лет было. А в каком месяце?

— А я сам не помню. Приехал на каникулы к родителям, значит, летом это.

— Существует мнение, что масоны есть и среди коммунистов.

— Могут быть, — допускает Молотов.

— И вот, говорят, в Политбюро Молотов был главным масоном.

— Главным? Да, я это между делом. Оставался коммунистом, а между делом успевал быть масоном. Где это вы копаете такие истины?

— Несколько президентов Франции, США, других стран были масонами. По аналогии называют имена некоторых бывших наших руководителей. Хрущева не приняли, потому что, говорят, недалекий.

— Нет, Хрущев не такой глупый. Он малокультурный.

— А вот вас приняли.

— Чего только не придумают! Наши противники очень мечтали о том, что Вторая мировая война нам окажется не по силам, мы обязательно провалимся, коммунизм перестанет существовать, а оказалось не так. Мы укрепили свои позиции, создали социалистический лагерь, и в этом огромная заслуга Сталина, — говорит Молотов.

— Некоторые писатели сейчас считают так. Россия такая страна, которая все равно существовала бы и не ходила бы под немцами. И что это за победа — тридцать пять миллионов потеряли! Разве победили мы?

— Это как раз такие люди говорят, из-за которых нам трудно достаются победы. Живут предрассудками. А забыли, что Русь триста лет была под татаро-монгольским игом? И не будь такого, как Сталин… Это говорят люди малосоображающие. С чужих слов.

— И еще: Молотов ничего другого тебе не скажет, он вынужден защищать свою неверную точку зрения. И вообще из него ничего вытянуть невозможно.

— Я не считаю, что все, что мы сделали при Сталине, было правильно. Но основное — это наша гордость. Если б мы получили поражение, победы долго пришлось бы ждать.

Выдержал наш строй, партия, народы наши, и прежде всего, русский народ, который Сталин называл наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза. И в этом не было проявления великодержавного шовинизма, а была историческая правда. Кто-кто, а Сталин разбирался в национальном вопросе. И правильно назвал русский народ той решающей силой, которая сломала хребет фашизму. Сталин, как никто, понимал великое историческое предназначение и тяжелую миссию русского народа. То, о чем писал Достоевский, — что ко всемирному, всечеловеческому объединению народов сердце русское может быть более других предназначено…

— Маршал Голованов мне говорил, что не встречал человека, который бы больше болел за русский народ, чем Сталин.

— Будет Россия, будет и Советский Союз, и всем будет хорошо. Не зря Сталин занялся вопросами языкознания. Он считал, что, когда победит мировая коммунистическая система — а он все дела к этому вел, — главным языком на земном шаре, языком межнационального общения станет язык Пушкина и Ленина… Исторические книги приходится читать?

— Читаю «Историю государства Российского» Карамзина, дореволюционное издание. К сожалению, сейчас не переиздают.

— Это, конечно, интересно. Но если будешь знать историю только по Карамзину, плохо. Нужны разные точки зрения. А Карамзин любит одно свое — православное.

— Да, но православие все-таки положительно послужило России.

— Безусловно. Мне пришлось в МИДе выступать по этому вопросу, перед своими, по поводу то ли статьи, то ли басни Демьяна Бедного — там у автора такое мнение, что славяне как бы сдуру бросились в Днепр принимать православие. Пришлось внутренне охладить его, что это вовсе не сдуру было сделано, а это был шаг в сторону Запада, шаг с нашей стороны в сторону людей, которые нам были наиболее нужны, чтоб не наделать ошибок в отношениях с нашими соседями. Это для России было полезное дело, и незачем нам показывать свою глупость. Не всем среди чистых большевиков, коммунистов это было понятно. Это был не только духовный, но и политический шаг в интересах развития нашей страны и нашего народа…

К Владимиру Мономаху ходили многие — евреи, христиане и прочие. Это по тому не подходило, это по другому… Магометанство не подходит потому, что «веселие Руси есть питие», — вот откудова пошло. А православие допускает и благолепие большое, значит, украшение.

В общем, конечно, это было не так фактически, а было желание быть поближе к Западу, к культуре, чем к мусульманам на Востоке. И вот повернули на Запад — там культура была выше, казалось, это единственное, что может поднять нас, — именно поворот на Запад.

Надо сказать, и Сталин не был воинственным безбожником. Конечно, прежде всего, он был революционером и продолжал линию Ленина против поповщины, — говорит Молотов.

— Мне наши полководцы рассказывали, что Сталин перед сражением, напутствуя, обычно говорил: «Ну, дай бог!» или: «Ну, помоги господь!» А писатель Владимир Солоухин, служивший во время войны в Кремле, рассказывал: «Выходит на крыльцо Иосиф Виссарионович. По левую руку — патриарх Алексий, по правую…» «Наверно, Молотов?» — спросил я. «Митрополит Крутицкий и Коломенский, — не моргнув, ответил Владимир Алексеевич. — А что ты смеешься? Он попов уважал. Сказывалось семинарское образование…»

— Много сложностей прожито. Но теперь мы стоим на твердой почве. Некоторые глупости допускают наши историки и те, которые с ними под одной крышей сидят. Основное мы выдержали, и победа наша крепкая.

Но придется, конечно, еще не раз испытать трудные времена.

15.08.1972, 11.03.1983, 04.10.1985

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Монгольские лидеры. Молотов. Полудержавный властелин

Монгольские лидеры

— Когда Хрущев отправил меня послом в Монголию, я побывал у них во всех аймаках, кроме двух, в юртах бывал. У них висят портреты Сталина, Ворошилова, мои, Калинина. Я хорошо переносил их климат, а вот Полина Семеновна неважно. Там я не болел, а захворал потом в Вене, где был полтора года. В Вене я несколько раз болел воспалением легких, но с тех пор с легкими у меня все хорошо.

Помню Чойбалсана. Малокультурный, но преданный СССР человек. После его смерти надо было кого-то назначать. Предлагали Дамбу. Посмотрел я на этого Дамбу и решил назначить Цеденбала. Он к нам хорошо относится.

13.04.1972,09.05.1972

— У Цеденбала я довольно часто бывал, когда был послом в Монголии. Особенно Полина Семеновна. Они только по-русски, по-монгольски не говорят, вот дело в чем. Жена у него рязанская. Бесцеремонная баба такая.

Только по-русски — некрасиво, потому что монголам не нравится.

Дамбу я хорошо знал. Это отсталый человек. Первый секретарь одно время. Цеденбала отстранили. Я как раз приехал, когда Цеденбал Председателем Совета Министров был, а Первым секретарем Дамбу сделали. А он хитрый такой монгол, осторожный, по-русски не говорит. Одно это уже свидетельствует о том, что он для руководства не годится, — надо читать «Правду», «Коммунист». А Цеденбал выучился в Иркутском финансовом институте и там женился на русской. Дома у него библиотека. Выпить любит. Крепко. Это у него не отстанет.

07.72.1976

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Полудержавный властелин - МК

20.02.2004 в 00:00, просмотров: 8753

Его звали Державником — за ясный государственный ум и почти неограниченную власть. Он, Алексей Николаевич Косыгин, — премьер-министр СССР, идеолог экономических реформ, советский Броз Тито — и впрямь был полудержавным властелином — от руководителя страны его отделяла всего одна ступень. На которую он так и не поднялся.

Косыгин, как некогда Пушкин, мог бы сказать: “Видел я трех царей” — Сталина, Хрущева и Брежнева. И при каждом правителе он принципиально не занимался политикой.

В памяти советских людей он остался сдержанным, угрюмым, даже мрачным человеком — на его лице никто никогда не видел улыбки. “Это потому, что дед в четыре года лишился матери и вырос без женской ласки”, — говорит внук советского реформатора Алексей Джерменович Гвишиани, сын его единственной дочери Людмилы Косыгиной-Гвишиани.

А еще Алексей Николаевич, по словам его внука, обожал манго, фирменно варил уху, преклонялся перед своей домработницей, обладал уникальными математическими способностями и всю жизнь любил только одну женщину — свою жену Клавдию.

Алексей Николаевич Косыгин — единственный из высших руководителей страны, который работал при Сталине, Хрущеве, Брежневе и о котором в народе сохранилась добрая память. Его величали Державником, потому что превыше всего для него были интересы страны. На протяжении 16 лет он был Председателем Совета Министров СССР. Его окрестили советским Броз Тито — идеологом и претворителем экономических реформ в СССР.

21 февраля Алексею Николаевичу Косыгину исполнилось бы 100 лет. Он не вел дневников, редко писал личные письма. На пенсионный период, когда обычно обращаются к мемуарам, ему не отпущено было времени. Накануне круглой даты о своем легендарном деде мы попросили рассказать его внука — Алексея Джерменовича Гвишиани, профессора, доктора физико-математических наук, заместителя генерального директора Объединенного института физики Земли РАН.

Персоналии “большого театра товарища Сталина”

— Сталин был режиссером в становлении феномена Косыгина-политика?

— Накануне войны Сталин распорядился найти за пределами Москвы перспективных молодых руководителей. В январе 39-го Косыгин был переведен из Ленинграда в Москву и назначен наркомом текстильной промышленности, а через год — в 35 лет — стал заместителем председателя Совета народных комиссаров и погрузился в совершенно новый для него “большой театр товарища Сталина”. Косыгин избегал чисто партийной работы и делового общения со спецслужбами. После успешного проведения денежной реформы 1948 года и отмены карточной системы распределения продуктов питания Косыгин становится министром финансов в правительстве Сталина.

“Надо сказать, что у некоторых руководителей партии и государства были причины для недовольства Косыгиным, — вспоминал зять Косыгина Джермен Гвишиани, действительный член Академии наук СССР. — Началось с того, что однажды на заседании Политбюро Сталин учинил разнос. “Мне прислали списки с продуктовых баз, — говорил он, — в которых указано, сколько продуктов расходуется в семье Молотова, Кагановича, Микояна… Это просто возмутительно — вместе с ними кормится и охрана, и вся обслуга. Поручим Косыгину разобраться с этим, пусть внесет предложения, чтобы ввести жесткий лимит”. Недовольство членов Политбюро пало на голову Алексея Николаевича”.

— Сталин умер, во главе страны оказался Хрущев — человек крайних суждений и авантюрных решений. Косыгин был сторонник взвешенных решений. Как они умудрялись столько лет вместе работать?

— Они оба прошли суровую школу работы со Сталиным. Я думаю, что окончательно неприятие Косыгиным Хрущева созрело в октябре 1962 года, во время Карибского кризиса. Летом по приказу Никиты Сергеевича на Кубе были установлены и замаскированы ракеты средней дальности СС-4, дальность поражения которых захватывала столицу США — Вашингтон. 19 октября военный флот США начал блокаду острова Кубы, чтобы не допустить туда новых поставок советских военнослужащих и техники. В ответ Хрущев принимает еще одно авантюрное решение: советские ракеты приводят в боевую готовность… Среди тех, кто спас мир от ядерной катастрофы, — президент США Джон Кеннеди, его брат — министр юстиции Роберт Кеннеди и другие.Только через много лет Косыгин рассказал в узком кругу, что был одним из тех, кто настоял на эвакуации ракет с Кубы.

Освободить Хрущева предложил Брежнев. Хорошо помню, как в феврале к деду на дачу приехали Леонид Ильич и Виктория Петровна Брежневы. После ужина бабушка и Виктория Петровна остались пить чай в гостиной, а дед с Леонидом Ильичом отправились на прогулку. Думаю, что тогда и был впервые поставлен перед дедом этот вопрос. Косыгин не колеблясь присоединился к оппозиции, возглавляемой Сусловым и Брежневым. Ему был поручен важнейший момент в подготовке смещения Хрущева — разговор с министром обороны Малиновским.

— Говорят, Леонид Ильич завидовал популярности Косыгина?

— Брежнев и Косыгин проработали 20 лет. Были на “ты”, называли друг друга по имени: Леонид и Алексей. Вскоре Косыгин перестал удивляться тому, что вносимые им в Политбюро проекты решений утверждаются и подписываются Брежневым без обсуждений. Используя такую ситуацию, в середине 1965 года он ликвидирует введенные Хрущевым совнархозы и вносит предложение о проведении экономической реформы. Но чего дед не мог понять и принять — отсутствия у Брежнева достаточного интереса к делу как таковому.

“Брежнев всячески старался дискредитировать деятельность Косыгина, — считал Михаил Смиртюков, 25 лет проработавший управляющим делами Совета Министров СССР. — Дело было скорее всего в зависти к растущему авторитету Косыгина, его эрудированности и профессионализму. Однажды в составе правительственной делегации Косыгин посетил Вьетнам. На обратном пути, пролетая над территорией Китайской Народной Республики, он отправил телеграмму премьеру Государственного Административного Совета Китая Чжоу Эньлаю с пожеланиями благополучия и мира всему китайскому народу. Не прошло и десяти минут, как поступила ответная телеграмма, в которой Чжоу Эньлай поблагодарил Косыгина и высказал пожелание, чтобы самолет с советской правительственной делегацией приземлился в Пекине. Косыгин согласился. В то время отношения между Советским Союзом и КНР, во многом по вине Хрущева, были весьма напряженными. Встреча Косыгина и Чжоу Эньлая в Пекине прошла успешно. Об этом поздно вечером в последнем информационном выпуске новостей сообщило наше телевидение, причем с показом видеосъемки событий. Когда же на следующий день я поздравил Алексея Николаевича, он помрачнел: “Мне ночью звонил Брежнев, и ничего, кроме упрека, за сообщение по телевидению и особенно за показ видеосъемок я не получил”.

“Жена — это судьба”

— Со стороны Косыгин производил впечатление угрюмого и замкнутого человека...

— Его суровость я определил бы как собранность. А некоторую сухость в отношении с людьми я бы связал с тем, что Алексей Николаевич рос без матери. Матрона Александровна умерла, когда ему не было и четырех лет. Его, старшего брата Павлика и сестренку Марусю Николай Ильич Косыгин воспитывал один. Детство у деда было достаточно обеспеченное материально, наполненное суровой мужской дружбой и взаимовыручкой, но лишенное материнской ласки.

Когда друг семьи Теодор Ойзерман при личном знакомстве увидел Косыгина улыбающимся и заметил, что он не похож на свои портреты и фотографии, Алексей Николаевич искренне удивился: “Я никогда не задумывался над тем, как выгляжу со стороны…”

— При разработке пятилетних планов Косыгин, случалось, не прибегая к счетной технике, обнаруживал ошибки, допущенные целым коллективом… Все поражались феноменальной памяти Алексея Николаевича и его способности к вычислениям.

— Он учился в коммерческом училище, где будущих финансистов учили особым приемам устного счета. Способность быстро, в уме, оперировать числами, извлекать корни, вычислять проценты сохранилась у Косыгина на всю жизнь. Я не раз говорил, что Алексей Николаевич родился не в свое время. Ныне он бы мог стать новым Фордом или Рокфеллером...

Друг семьи Татьяна Федорова, начальник управления Московского Метростроя, вспоминала: “На одном из торжественных заседаний в Кремлевском Дворце съездов Косыгин должен был делать доклад. Когда вышел на трибуну, раскрыл папку с текстом, понял, что взял с собой очки не для близи, а для дали. И тогда он сделал доклад… по памяти, ни разу не остановившись, благо что готовил его сам”.

— Косыгин был неприхотлив в еде?

— Наоборот, прихотлив; другое дело, что он очень мало ел, никогда не переедал. У него был изо дня в день один и тот же завтрак: овсяная каша, творог, хлеб или тосты с маслом, крепкий чай. Знаю, что он очень любил уху, которую сам нередко на костре и готовил. А еще обожал… манго. Этот чудо-фрукт он впервые попробовал во время визита в Индию. Потом ему коллеги и друзья привозили манго из-за границы.

“В командировках, поездках на какой-нибудь объект или предприятие нас обычно приглашали перекусить, — вспоминал Анатолий Прохоров. — Заходим в ресторан или столовую — там уже все накрыто бог знает на сколько персон. Всего в изобилии. Алексею Николаевичу это не нравилось. “Нет, — говорил он. — Я чашку чаю — и поехали. Все!”

Любимым его напитком был чай. Причем из простого самовара, чтобы с дымком. У Косыгиных всегда ставили угольный самовар. Придешь, бывало, к Алексею Николаевичу, а он предлагает после осмотра: “Чайку, Анатолий Николаевич?” И из кипящего самовара наливает. Чай такой горячий, что и стакан в руку не возьмешь. А ему хоть бы что — пьет, да еще посмеивается: “Разве чай можно пить холодным?” К чаю обычно подавали сладкую сырковую массу, варенье или джем”.

— Алексея Николаевича и его жену Клавдию Андреевну все считали удивительно гармоничной парой. Они были дружны?

— Есть хорошее выражение: “Любовь — это не когда двое все время смотрят друг на друга, а когда они смотрят вместе вперед”. Это сказано про них. Бабушка была сибирячка, из достаточно обеспеченной семьи. Познакомились они с дедом, когда Алексей приехал в Восточную Сибирь организовывать потребительские кооперативы. В 1927 году они поженились, а через год, в Киренске, у них родилась дочь Людмила. Когда среди кооператоров начались репрессии, Алексей, оставив в Сибири большой дом и участок, приехал с женой и дочкой в Ленинград. Надо сказать, Алексей Николаевич всю жизнь обладал природным даром хорошо “ориентировать” себя по отношению к происходящим вокруг него событиям. В Ленинграде он не пошел на выделенное ему место на факультете потребительской кооперации, а решил стать инженером-текстильщиком. Когда Алексей начал учиться и в семье не стало хватать денег, подставила свое плечо Клава. Она пошла работать бухгалтером в плавающие мастерские в Кронштадте. Работа была непростая, требующая иногда многодневных плаваний, но достаточно хорошо оплачиваемая. На старших курсах института Алексей уже подрабатывал мастером на фабрике, потом очень быстро стал начальником цеха, директором. Клава ушла с работы и больше нигде никогда не работала. Всю жизнь она посвятила мужу, его интересам. Остроумная, неунывающая, смешливая, она компенсировала несколько жесткий, а иногда и угрюмый нрав Алексея, создавая ему некоторую беззаботность в доме. Косыгин всегда стремился домой, где было хорошо и весело.

Спустя годы на даче в Крыму Сталин спросит у Клавдии Андреевны, как она представляет себе роль жены, ее предназначение, и она ответит: “Жена — это судьба”.

— Врачи клиники рассказывали, когда в 66-м Клавдия Андреевна тяжело заболела, то Алексей Николаевич на долгие месяцы переселился в больницу.

— Он приезжал по вечерам, ночевал в соседней палате, а утром уезжал на работу. Бабушка умерла 1 мая в 12 часов дня. С самого утра с ней в палате был Алексей Николаевич. Клавдия Андреевна, сохранившая полную ясность сознания и присутствие духа, настояла, чтобы он ехал на Красную площадь, на трибуну Мавзолея. Она знала: нарушить неписаные правила поведения руководителей партии и Советского государства он не имеет права.

— Многие годы на правах члена семьи у вас жила Аннушка...

— Анна Николаевна Кузакова стала настоящей Ариной Родионовной для семьи Косыгиных. Она приехала с Клавдией Андреевной и Алексеем Николаевичем из Сибири. У этой удивительной женщины были тунгусские корни. У нас в семье она прожила всю жизнь: сначала помогала воспитать Людмилу, потом внуков Косыгиных — Татьяну и меня, Алексея, а потом и правнучку Катю.

“Аннушка командовала порядком в доме, — вспоминала Татьяна Федорова. — Придет, бывало, Алексей Николаевич с работы усталый, выжатый как лимон. Снимет пальто, шапку, а она ему вдогонку: “Ну, куда ты понесся, чего пол топчешь? Ведь с улицы пришел. Вот тебе тапочки, надень-ка”. Он садился на стул, снимал ботинки и виновато говорил: “Ты уж, Аннушка, прости меня, пожалуйста”. Наблюдать это было и трогательно, и забавно”.

— Как сложилась судьба Людмилы Гвишиани-Косыгиной?

— Мама окончила Московский институт международных отношений, потом долгие годы работала в Главном архивном управлении МИД СССР, затем более десяти лет, до ухода на пенсию, возглавляла Библиотеку иностранной литературы.

“Любил варить уху, священнодействовал…”

— “Тропы Косыгина” есть в Архангельском, Кисловодске и на Домбае. Он любил ходить пешком?

— Бывало, приходил с работы, на улице дождь, а он звал: “Клава, одевайся, пойдем гулять”. Особенно нравилась ему прохладная ветреная погода. Она, видимо, освежала его.

“Алексей Николаевич очень любил плавать, — вспоминал Анатолий Прохоров. — Во время отдыха на Черноморском побережье заплывал очень далеко и мог по два-три часа находиться в воде. А однажды в Марокко, где Косыгин находился с визитом, король устроил торжественный прием во дворце, расположенном на берегу Атлантического океана, и мы решили искупаться. Король тоже вроде бы с нами собрался, однако дальше, чем по щиколотку, не пошел. Накатистая волна все время норовила выбросить нас на берег. Мы ее пронырнули, поплавали в свое удовольствие, а вот выбраться на берег оказалось весьма сложно. Гребли, гребли, а волна нас снова и снова относила от берега. Серьезную угрозу представляли и камни, которые несли с собой волны. В конце концов мы выбрались на сушу. Уже в Москве Алексей Николаевич, не раз вспоминая эту историю, улыбался: “А король-то не поплыл с нами…”

— Домашние вспоминали, что Алексей Николаевич практически не смотрел телевизор, но много читал.

— Он смотрел только программу “Время”, как только начинались новости спорта — выключал телевизор. А то, что любил читать, — верно. Предпочитал мемуары крупных государственных деятелей, интересовался деятельностью Столыпина, Витте, Плевако.

— Говорят, в редкие дни отдыха Алексей Николаевич любил рыбачить?

— Когда появлялась возможность, все время рыбачил: на Москве-реке, где у него была дача, на Черном море с катеров ловил ставриду, в Прибалтике блеснил щук. После рыбалки Алексей Николаевич обязательно сам готовил уху: разводил костер, ставил на него котел. Когда вода закипала, бросал в нее рыбу, специи… Словом, священнодействовал. Это было для него большим удовольствием.

— А охотился он тоже с удовольствием?

— Часто во время визита крупного руководителя охота становилась деловым мероприятием, своеобразной “встречей без галстуков”. Это общепринятая практика. Однажды во Франции президент де Голль пригласил Алексея Николаевича пострелять фазанов. Птиц было великое множество, и задача состояла в том, чтобы, как шутил Косыгин, отстреливаться от дичи.

— В отличие от Брежнева Косыгин был равнодушен к наградам?

— Это правда, золотые медали “Серп и молот” Героя Социалистического Труда он никогда не надевал. У него была одна награда, к которой он относился с уважением — орден Боевого Красного Знамени. Он получил его за создание “дороги жизни” в Ленинграде.

“Как-то Леонид Ильич упрекнул Косыгина, что он не носит звезды героя, — вспоминал зять Косыгина, Джермен Гвишиани. — Алексей Николаевич отговорился тем, что не смог дома найти свои награды. Поскольку предстояли очередные торжества, Брежнев прислал ему муляжи и просил держать их наготове в рабочем кабинете. Кстати сказать, в воинском звании Косыгин не поднялся выше капитана запаса”.

— На протяжении тринадцати лет Алексей Николаевич оставался вдовцом. До сих пор упорно муссируются слухи, что Косыгин симпатизировал известной певице Людмиле Зыкиной.

— На одном из вечеров Алексей Николаевич произнес тост в честь певицы, этого было достаточно, чтобы поползли сплетни: Косыгин женился на Зыкиной. Когда я об этом рассказывал деду, он очень смеялся… Мало того, я не могу сказать, чтобы он слушал когда-нибудь дома ее песни. Алексей Николаевич, как и его отец, был однолюбом.

“О смерти бывшего премьера не сообщали три дня”

— В 1976 году с Косыгиным случилось несчастье, он едва не утонул.

— Одной из давних привязанностей у него была гребля. В молодые годы, во время учебы в Ленинграде, они часто плавали с друзьями на лодках по Неве. И в тот летний день Алексей Николаевич решил поплавать на спортивной лодке-одиночке по Москве-реке. Он только-только успел отплыть от мостков, как потерял сознание, лодка перевернулась... Будучи пристегнутым к сиденью, дед ушел головой в воду и захлебнулся. Тут же подоспела охрана, в которой всегда был мастер спорта по подводному плаванию. Косыгина спас майор Егоров: под водой освободил зафиксированные специальным устройством ноги Алексея Николаевича и вытащил его на берег.

По словам лечащего врача Косыгина Анатолия Прохорова, у премьера произошло небольшое кровоизлияние: в паутинной оболочке головного мозга лопнул небольшой сосудик. Хотя у него и не было активного дыхания в этот момент, вода в легкие все же набралась, со всеми вытекающими последствиями…

“Алексей Николаевич был здоровым, физически крепким человеком. Сердце его не беспокоило, хотя он переносил очень большие нервные и физические нагрузки, — вспоминал Прохоров. — Осенью 76-го у него внезапно произошел сильный инфаркт. Более двух месяцев он провел в больнице, затем долечивался в санаториях, в Барвихе под Москвой, затем в Кисловодске. Немного окрепнув, он стал исподволь увеличивать нагрузки. При этом на мои замечания, что следует поберечь сердце, отвечал: “Сердце, сердце... Если оно такое дрянное, если не может работать нормально, то и черт с ним”.

Через год — в октябре 80-го — у Алексея Николаевича случился второй обширный инфаркт. Его положили в клинику на Мичуринском проспекте. Понемногу он стал поправляться, ему были даже разрешены прогулки по территории больницы. И тут ему предложили подать заявление об отставке…”

Джермен Михайлович Гвишиани вспоминал, как Косыгину позвонил Черненко: “Алексей Николаевич, вы все болеете, есть мнение, что вам надо подать в отставку”. Косыгин спросил: “А почему Леонид Ильич мне об этом не скажет?” Последовал ответ: “Да он сам болеет…”

Алексей Николаевич вынужден был написать заявление об освобождении его от обязанностей Председателя Совета Министров СССР. На следующий день после отставки Косыгина лишили охраны, правительственной связи, служебного “ЗИЛа”…

“В свои последние дни, лежа в больнице, он попросил меня наиграть на пианино и записать на магнитофон его любимые мотивы, — вспоминал Джермен Михайлович. — Алексей Николаевич любил старые русские песни, довоенные мелодии. Эту пленку он слушал до самого конца, она лежала на его столике”.

18 декабря 1980 года у Косыгина возникла внезапная острая коронарная недостаточность с остановкой сердца. У кровати был установлен дефибриллятор. Через несколько секунд врачи приступили к реанимации. Однако запустить сердце так и не удалось...

Алексей Николаевич Косыгин скончался в больнице. О его смерти не было сообщений три дня, хотя “Голос Америки” сразу оповестил об этом весь мир. “Я был одним из тех, кто стоял у гроба, — вспоминал Николай Константинович Байбаков. — Часов в шесть вечера доступ к телу решено было прекратить: видимо, на Старой площади не хотели придавать слишком большого значения этой траурной церемонии. Но когда объявили, что печальный ритуал заканчивается, народ возмущенно зашумел. Организаторам пришлось продлить прощание еще на четыре часа”.

По свидетельству лечащего врача, до конца дней у Косыгина, в отличие от некоторых руководителей того времени, практически не было ни клинических, ни поведенческих проявлений склероза головного мозга. В свои последние дни в больнице он бредил цифрами, переживал за предстоящую пятилетку, опасаясь ее полной неудачи…

www.mk.ru

Книга: Павленко Н.. Полудержавный властелин

Павленко Н.

Никола́й Ива́нович Павле́нко (родился 15 февраля 1916 в станице Уманской Ейского отдела Кубанской области) — российский историк и писатель, заслуженный деятель науки России, специалист по отечественной истории XVII—XVIII вв. Член Союза писателей (с 1987).

Образование

Окончил педагогический техникум г. Ейска(1933), Московский государственный историко-архивный институт (МГИАИ, 1939)(перевелся с третьего курса Ростовского Педагогического института в 1936г.), аспирантуру МГИАИ. Ученик профессора А. А. Новосельского.

Кандидат исторических наук (1949, тема диссертация «Берг-коллегия. 1719—1742 гг. (Организация управления металлургической промышленностью в первой половине XVIII в.)»). Доктор исторических наук (1963, тема диссертация «История металлургии в России XVIII века: Заводы и заводовладельцы»). Профессор.

Биография

В 1933—1936 работал учителем в сельских школах Краснодарском крае, одновременно учился на заочном отделении исторического факультета Ростовского пединститута. В 1939—1946 служил в Советской армии, командовал ротой. Участник войны с Японией, награждён орденом Красной Звезды.

С 1949 работал в Институте истории, в 1969—1975 — заведующий сектором источниковедения и вспомогательных исторических дисциплин Института истории СССР. С 1954 одновременно занимался преподавательской деятельностью. Работая в Институте истории, Павленко выступил в защиту т.н. "новонаправленцев" - группы историков ставивших под вопрос неизбежность Октябрьской революции в России (Андреев И.Л. Мастер цеха историков: Николай Иванович Павленко // Преподавание истории и обществознания. 2003. № 3. ). В феврале 1975г. сектор Павленко был расформирован. После чего он покинул Институт истори СССР. В 1975—1990 — профессор Московского государственного педагогического института им. В. И. Ленина.

Соавтор учебника «История России с древнейших времен до 1861 года» (совместно с И. Л. Андреевым, В. Б. Кобриным, В. А. Фёдоровым, первое издание вышло в свет в 1989).

Почётный гражданин города Ейска. 15 февраля 2006 награждён орденом Почёта за большой вклад в развитие отечественной и мировой культуры и многолетнюю творческую деятельность.

Историк российской металлургии

Основной темой научных исследований Н.И. Павленко в 50 – 60-х гг. была история металлургической промышленности. Она как нельзя более полно отвечала потребностям развития общества и науки в тот период, когда наша страна поставила задачу выхода на первые позиции в мире по выплавке металла. Комплексная разработка темы позволяла полнее познать и объяснить суть генезиса феодализма, первоначального накопления и становление абсолютизма в России. Две его капитальные монографии по истории металлургии (в их основе лежат кандидатская и докторская диссертации) и поныне представляют не только историографический интерес. В первой книге «Развитие металлургической про¬мышленности России в первой половине XVIII в. Промышленная политика и управление», вышедшей в 1953 году, были подвергнуты анализу особенности размещения металлургических заводов, их количественный и качественный рост, существен¬но уточнены объемы и номенклатура производства, показана роль Берг-коллегии в формировании казенной промышленности, рассмотрен характер взаимоотношений государственных учреждений с частными предпринимателями, а также впервые в полном объеме были выявлены методы принуждения государства в отношении работных людей и приписных крестьян. Опубликованная почти десять лет спустя вторая монография — «История ме¬таллургии XVIII века» (1962) — является прямым продолжением первой. Пер¬воначально автор намеревался рассмотреть в ней три крупных блока вопросов: 1) история заводов и заводовладельцев, 2) промышленная политика государства, 3) формирование заводских кадров и положение работных людей и мастеровых. Однако по ходу исследования богатство выявленного им первичного архивного материала заставило ученого ограничить первоначально намеченную программу. Глубокое и всесто¬роннее решение получил только первый блок вопросов: возникновение промыш¬ленных производств, время и темпы строительства предприятий, происхождение заводовладельцев и накопленных ими капиталов. Специальному анализу было подвергнуто и изменение социального поведения промышленников, например их стремление к приобретению дворянских титулов. Внимание Павленко привлекли и вопросы общественного сознания формирующейся российской буржуазии. Вышеупомянутые книги Н. И. Павленко в содержательном плане органично дополняются рядом его статей, опубликованных либо до выхода в свет монографий, либо позже. Совокупность этих тематически объединенных работ позволила существенно продвинуть изучение мало разработанной в ту пору проблемы формирования рынка рабочей силы для металлургических ману¬фактур, точнее определить характер и соотношение принудительного и наемного труда, показать сложность процесса формирования нового класса – буржуазии. Все названные проблемы относятся к числу основных проблем социально-экономического развития России в позднем феодализме. Значительный научный интерес представляют и публикации документов по истории промышленности XVIII в., осуществленные Н. И. Павленко. В их числе — «Наказ шихтмейстеру» В. Н. Татищева, материалы совещания уральских промышленников 1734—1736 гг., инструкции заводским приказчикам A. Н. Демидова. Особо стоит отметить опубликованные в 1974 г. под редакцией Н. И. Павленко мемуары дмитровского купца И. А. Толченова. Этот «Журнал, или Записка жизни и приключений Ивана Алексеевича Толченова» является уникальным памятником истории культуры и быта России XVIII в.

Историк петровского времени

С 1970-х годов научные интересы Н. И. Павленко все заметнее концентрируются на одной, ведущей теме в проблематике истории России XVIII в.— деятельности и реформам Петра I. В 1973 г. опубликован сборник статей «Россия в период реформ Петра I », отличавшийся новизной постановки и решения избранных проблем. В 1975г. в серии «Жизнь замечательных людей» появилась книга Н.И. Павленко «Петр Первый». В 1990 г. после значительной доработки эта работа выходит под названием «Петр Великий». Труды Н. И. Павленко о Петре — итог многолетней кропотливой и вдохновен¬ной работы историка — представляют собой первую подлинно научную биографию царя. Все предыдущие работы о Петре, в том числе М.П. Погодина, Н.Г.Устрялова, М.М. Богословского, являлись скорее хрониками жизни, к тому же недовведенные хронологически до конца. У этих двух работ — одна основная, определяющая идея: Петр I — деятель мирового масштаба. В авторском введении к книге в серии ЖЗЛ специально подчеркивается, что петровские преобразования имели «громадную общенациональную значимость. Они вывели Россию на путь ускоренного экономического, политического и культурного развития и вписали имя Петра — инициатора этих преобразований — в плеяду выдающихся государственных деятелей нашей страны». Для того чтобы показать масштаб личности Петра, Павленко раскрывает все грани его таланта. Он выделяет три его страсти: безудержная тяга к морю и воде вообще, субъективная причина всей его внешней политика, сформировавшая его мировоззрение. Плавал в дождь, в снег, даже в узкой полыньи, зимой лодку ставил на сани и катался по Неве. Вторая страсть – военное дело, и, наконец, ремесла. Петр – человек обладающей гиперактивностью на протяжении всей своей жизни. Его импульсивность давала о себе знать постоянно: не мог сидеть на месте, ходил в припрыжку. Его энергии хватило, чтобы сдвинуть с места огромную страну. К тому же имел противоположные качества: рассудительность, волю, упорство – в результате не было задачи, которую он бы не мог решить. Ко всем неудачам он относился с юмором, тут же делал из них выводы и в конце концов добивался своего. Оценивая петровские реформы, позволившие народу России подняться до уровня передовых европейских стран, Н.И. Павленко не стал создавать иконописный образ царя и явил читателю психологический портрет Петра. Для понимания личности Петра решающими являются главы «Государственное тягло» и «Фортеция правды» в которых Павленко доказывает что главный смысл своей жизни и деятельности император видел в служении государству. Эту мысль Петр выразил сам в обращении к войскам перед Полтавской битвой: «О Петре ведали бы известно, что ему житие свое недорого, только бы жила Россия и Российское благочестие, слава и благосостояние» . Государь служит России, а народ государю. Служба Петру тяжела и жертвенна, но и Петр несет эту службу наравне со всеми и даже больше иных. Потому он вправе был требовать этой службы от народа, вправе был навязывать ему, избранный им курс. Петр выступал как бы в двух лицах: когда он был бомбардиром, корабельным мастером, каменщиком, капитаном, полковником, он выступал как частное лицо под именем Петра Михайлова или мастера Питера, пишущего шутливые челобитные «кесарю» Бутурлину. Не любил когда к нему обращались как к царю; не царствует, но правит. Но и в составе Великого посольства, и на пьянке, и на крещении солдатских детей он оставался самодержцем. Его воле нельзя перечить, его деятельность – это работа, это и его прямые обязанности: обеспечение порядка и обороны, внесение личного вклада в дело страны, но и личный пример подданным тоже. Петр играет идеального подданного, служащего своему государству. Он увлекает за собой, но при этом любит лезть во все дела лично, даже в самые мелочи, тем самым убивает инициативу окружающих. Своим «птенцам» он давал импульсы к деятельности, но сам постоянно жаловался на отсутствие помощников – не было человека равного ему по воле и энергии. Создается ощущение, что он был единственным человеком в стране, «заболевшим» Европой, а всех остальных заставляет полюбить её силой. Вся реформа образования и культуры направлена на воспитание таких помощников, это им царь подает пример службы. Его указы выполняют, но без него все дела встают. Он тащит все реформы и всю войну на себе. Он расставляет своих друзей на государственных постах, и служба вытесняет личные отношения. Однако Н.И. Павленко опровергает тезис Т.И. Посошкова о якобы одиночестве Петра в его реформах. Хотя и можно говорить, что в личном плане в последний год своей жизни император оказался одинок, но сами реформы имели прочную социальную базу и потому достаточно быстро прижились в российском обществе, несмотря на то, что их реализация проводилась насильственными методами. Оригинален сам жанр созданных Н. И. Павленко произведений — это не историческое исследование в привычном понимании, но и не историческая беллетристика, а правдивый живой рассказ, основанный на точном прочтении и глубоком осмыслении огромного круга источников и обобщении практически всей имеющейся литературы по Петровской эпохе. Нельзя не сказать о художественных достоинствах книг «петровского» цикла. Книги Н.И. Павленко отличаются ярким, хорошо отработанным стилем, сочным языком. Автор широко использует переписку того времени, цитирует реальные высказывания того времени, наделяя повествование подлинным языком века. Книги «петровской» серии выполнены в лучших традициях биографического жанра и позволяют уверенно говорить о жанра увлекательного исторического повествования. Н. И. Павленко не остановился на создании биографии Петра I, он обратился и к ближайшему окружению царя, к «птенцам гнезда Петрова». Первым его внимание по праву привлек светлейший князь Александр Данилович Меньшиков, в 1981 г. им была написана книга «Полудержавный властелин». В 1984 г. вышла в свет его очередная в «петровской серии» книга «Птенцы гнезда Петрова» с историческими портретами трех верных помощников Петра I — первого боевого фельдмаршала Бориса Петровича Шереметева, выдающегося дипло¬мата и государственного деятеля Петра Андреевича Толстого и кабинет-секретаря царя Алексея Васильевича Макарова. Подробно повествуя об этих по-разному одаренных природой своих героях, автор отмечает и общие для них черты: «Все они тянули лямку в одной упряжке, подчинялись одной суровой воле и поэтому должны были сдерживать свой темперамент, а порой и грубый, необуз¬данный нрав. В портретных зарисовках каждого из них можно обнаружить черты характера, свойственные человеку переходной эпохи, когда влияние просвещения еще не сказывалось в полной мере. Именно поэтому в одном человеке спокойно уживались грубость и изысканная любезность, обаяние и надменность, под внешним лоском скрывались варварство и жестокость. Другая общая черта — среди видных сподвижников царя не было лиц с убогим интеллектом, лишенных природного ума. Наконец, бросается в глаза общность их судеб: карьера почти всех героев книги трагически оборвалась» Тонкий анализ источников, их глубокое осмысление, умение видеть в неразрыв¬ном единстве частное и целое, индивидуальное и общее, отказ от односторонних и поспешных оценок позволили ученому создать подлинно научные биографии Петра I и его непосредственных помощников.

В 1990-е гг. Н.И.Павленко продолжил изучение личностей самодержцев XVIII в., наследников Петра Великого, его авторству принадлежат монографии: «Екатерина Великая», «Анна Иоанновна. Немцы при дворе», «Петр II». Необходимо сказать и о том, что столь пристальное внимание Н.И. Павленко к конкретным историческим персонажам отвечает не только его личным научным пристрастиям, но и внутренней логике развития исторической науки на современном этапе, до этого на протяжении многих десятилетий почти полностью игнорировавшей изучение влияния субъективных факторов в историческом процессе, роли личности в последнем. Интересные по замыслу и оригинальные по исполнению статьи Н.И. Павленко о людях и событиях столь любимого им XVIII века часто можно встретить на страницах строго научных изданий и предназначенных для более широкого круга читателей научно-популярных журналов «Наука и жизнь», «Знание — сила» и др. Он автор статей специального раздела «Страсти у трона» в журнале «Родина». В них воссоздаются достоверные исторические портреты женщин-императриц династии Романовых, волей случая или целеустремленно оказывавшихся на троне и в большинстве своем действиями и поступками дискредитировавших великую Российскую империю, созданную при Петре. Проявлял он и интерес к историей исторической науки. Ярким примером здесь служит книга о М.П.Погодине, историке, журналисте, коллекционере, общественном деятеле, противоречивом и незаурядном человеке. Она интересна, ведь Погодин не только автор новаторских исследований, он причастен ко многим событиям XIX века. В 2008г. в свет вышла новая книга Н.И. Павленко «Царевич Алексей», посвященная одной из самых противоречивых личностей в российской истории.

Труды

  • Развитие металлургической промышленности России в первой половине XVIII в. Промышленная политика и управление. М., 1953.
  • История металлургии в России XVIII века: Заводы и заводовладельцы. М., 1962.
  • Пётр Первый. М., 1975, 1976, 2000, 2005, 2007.
  • Александр Данилович Меншиков. М., 1984.
  • Птенцы гнезда Петрова. М., 1988, 1994.
  • Полудержавный властелин. М., 1988.
  • Петр Великий. М., 1990, 1994.
  • Страсти у трона. М., 1996.
  • Вокруг трона. М., 1998.
  • Екатерина Великая. М., 1999.
  • Соратники Петра. М., 2001 (в соавторстве с О. Ю. Дроздовой и И. Н. Колкиной).
  • Анна Иоанновна. Немцы при дворе. М., 2002.
  • Меншиков. М., 2005.
  • Петр II. М., 2006.
  • Царевич Алексей. М., 2008.

Библиография

  • Павленко Н. И. Петр Первый / Павленко Н.И. - М.: Мол. гвардия, 1975. - 384 с.: И, п.
  • Павленко Н. И. Птенцы гнезда Петрова / Павленко Николай Иванович. — М.: Мысль, 1984. — 332 с.: ил. то же — М.: Мысль, 1985. — 332 с.: ил. то же — М.: Мысль, 1988. — 348 с.: ил.
  • Павленко Н. И. Полудержавный властелин : Ист. хроника / Павленко Николай Иванович. - М.: Современник, 1988. - 384 с.
  • Павленко Н. И. Екатерина Великая / Павленко Николай Иванович. - М.: Мол. гвардия, 1999. - 495 с.: ил. то же - [3-е изд.]. - М.: Мол. гвардия, 2003. - 495 с.: ил.
  • Павленко Н. И. Петр I / Павленко Николай Иванович. - М.: Мол. гвардия, 2000. - 428 с.: ил. то же - М.: Мол. гвардия, 2003. - 428 с.: ил.
  • Павленко Н. И. Соратники Петра / Павленко Николай Петрович, Дроздова Ольга Юрьевна, Колкина Ирина Николаевна. — М.: Мол. гвардия, 2001. — 494 с.: ил. — (ЖЗЛ: сер. биогр. ; Вып. 806). — Библиогр.: С. 477—493 (596 назв.). — ISBN 523502432X: 159.00.

Ссылки

Источник: Павленко Н.

dic.academic.ru

Молотов. Полудержавный властелин читать онлайн, Чуев Феликс Иванович

Annotation

Записи известного русского поэта и публициста Феликса Чуева (1941–1999) с крупнейшим советским государственным деятелем В. М. Молотовым, с которым автор встречался на протяжении семнадцати лет. Многие страницы дневника автора публикуются впервые.

Чуев Феликс Иванович

От автора

Международные дела

Новая карта

Финны и шведы

Зря фотографию дали…

Риббентроп — Молотов

Был ли Каганович у Гитлера?

Любопытная схема

Снова секретный протокол

Без Японии

Албанская листовка

В Берлине

Шота Иванович

Четыре ошибки

Проводы стоили того…

Хотели оттянуть войну

Как Сталин относился к Гитлеру

Пошел принимать Шуленбурга

Растерялся ли Сталин?

Кто бы стал иначе действовать…

Стараются…

Других заместителей не было…

За эту Родину воевали

На фронтах

Сдать Москву?

Медали

Рассказ генерал-полковника И. М. Чистякова

Послевоенный тост Сталина

«Нам бы такого царя!»

Вечный огонь

Союзники

Какая это победа?

Спровоцировали войну

Цунами

Бутылка балтийской воды

Барахло

Помидоры

«России я не пропью!»

Англичане

Кто что читает на ночь

Бивербрук

Вышинский

Клементина Черчилль

Кому доверять?

Уилки

Южнокорейский «Боинг»

Рузвельт. Америка

Американский Хрущев

Разговор с Бережковым

Де Голль

На переговорах

Глупость

«Жертвы Ялты»

Социализм в Восточной Европе

Трумэн решил удивить

Рано взяли Берлин?

Королев

Военный космос

Лувр? Эрмитаж?

Холодная война

Создание социалистического лагеря

Репарации

Ленд-лиз

План Маршалла

Две самые трудные страны

Румыния

Пока кишки не вылезут…

Все за демократию

В мировом масштабе

Статья Гэса Холла

Желательно, но несвоевременно

Жадность

Греция

Позорный случай

Пьетро Селья

Одна неясность

Мещанская точка зрения

Ангола

Централизованная дипломатия

Еще о Литвинове

И еще о Литвинове

Карахан

Страна для социализма

Книга внука

Мао Цзэдун показал палец…

Китай

Попал в друзья к буржуазии…

Боком выходит

Босфор, Дарданеллы

Аргументировать было трудно

«Я не настоящий дипломат»

Знание языков

На том свете

Выдвиженцы

Типично русский

Договор с Ираном

Амманула-хан

Вот вам Египет

На определенном этапе

Афганистан

Варшавский договор

Выборы на Кубе

«Русскому от русского»

Зарубежные деятели

Эрнст Тельман

Бела Кун

Ракоши

Гомулка

Димитров

Рут Фишер

Мао и Чжоу

Торез

Монгольские лидеры

Готвальд

Вилли Брандт

Тито

Югославия

На пузе ползает

Фанатик

Убийственная фраза

«Мы, вятские…»

Семья

Стал большевиком

Первая ссылка

Вышибали отовсюду

Начало «Правды»

А вы умеете обед готовить?

Общество борьбы с улицей

Гапон

С февраля до октября

Член ВРК

Революция — рано?

Нигде ничего не возглавляли

«Знаю как старого большевика…»

Рядом с Лениным

Как первый кандидат в члены Политбюро…

Ленин всех вывел на простор

Не считал себя старым большевиком

Популярность Ленина

Как Сталин стал Генсеком

Претенденты на лидерство

Кто был более суровым

Вся власть Советам

Чичерин

На что вы ориентируетесь?

Не первые лица

«Предлагаю почтить…»

Почему застрелился Орджоникидзе?

«Он нас всех сохранил»

Крестинский

«Выступайте как можно резче»

Не терпел шушуканья

«Комсомолец!»

Самый молодой

Пока есть государство

Нэп — временное отступление

Непростые отношения с Крупской

Пломбированный вагон

Инесса

Временно, на определенном этапе

«Опрокинутая библиотека»

Кого и за что прощать

«Чаепитчики»

«То-ва-ри-щи!»

Пропагандисты

Теоретическое новшество Ленина

Ленин был недоволен

Единственный раз против Ленина

Ленин пишет Молотову

Отходили от Ленина

«Не знаешь, как хлеб растет»

Блистал Луначарский

Кому штаны, кому ботинки…

Мировоззрение — интеллигенция, но…

Выборы в Учредительное

«Трудноват, но… и поглубже»

«Вижу… как живого»

Коран и французы

Последние годы сложные…

Не умаляет достоинства

Сталин и его окружение

«Кавказский Ленин»

Все писал сам

Следил за литературой

Троцкистские штучки

Смерть Аллилуевой

Деликатная штука

Жалел, что согласился

«Его я знаю хорошо»

Застряли в лифте

Академик Микулин

Храм Христа Спасителя

Масоны

«Пусть Вячеслав поработает…»

«Мы русские…»

Из грязи…

Куняев упрощает

Плохой работник

Талантливы, но разбрасываются

Рокоссовский

Надо избавляться

А как при коммунизме?

Заслуги и ошибки

Новый пулемет

Суть марксизма

О Конституции

В быту

Сыновья Микояна

Сын Калинина

Стал сдавать…

«Правду охраняют батальоны лжи…»

Сталина не упоминают

Один талант, другой гений

Киров

Речи на похоронах

Пожить хотим

Ворошилов

9 мая 1978 года

Соратники

О Косыгине

Косыгина проводили

О Булганине

Буденный

Вокруг смерти Сталина

Вспомним Иосифа

Большевистская

Бажанов

«Троица»

Берия

Ульбрихт

Хрущев и XX съезд

Термин Троцкого

«Пустой барабан»

«Ага!»

Рассказы А. И. Мгеладзе

Хозрасчет

Авторитет Брежнева и любовь к Родине

«План маршала»

Зависть

Всего два имени

На манер президента

И рядовым смешно

Приветствия

«Скорей всего бухаринцы…»

Этим все сказано

Надпись на фотографии

Коллективизация

Выкачивали хлеб

Голод 1933 года

Памятник в Канаде

Нельзя было опаздывать

Это не перспектива

Письмо Фрумкина

Получилось лучше, удачнее…

Еще пороху мало

О репрессиях

«Пока государство существует…»

«Если бы задрожало руководство…»

На всякий случай забирали

Судебные процессы

А люди были разные

Помощник Молотова

Еще о тридцать седьмом

«Я пишу после каждого съезда…»

«Любимая резолюция»

Старался Шверник

Беседа с маршалом Головановым

Рассказ В. П. Друзина о «ленинградском деле»

«Скажите спасибо, что мало дали»

Книга Шахурина

«Туполевы…»

«Почему я был отстранен?»

«Полина жива!»

О выселении евреев

Процесс против Молотова?

«С точки зрения революционной»

«Распускать организацию…»

Отвечай по суду

Беспартийный — это рыхлый человек

Триста тысяч исключили…

Плохое рассуждение

Закрытое письмо

Прячут

Что такое социализм?

Первоначально

Программа тормозит

Равенство

Мирное сосуществование

Только не получается

Доллар падает

«Демократическая дребедень»

Укрепить строй

О потребительстве

«Хрущобы»

Пускай берут!

Нетрудовые доходы

Без социализма?

Какой же это социализм?

Если мы не опомнимся

«Я против спокойной жизни»

За все драться

«Я даже удивляюсь…»

Обыватели

Ворчуны

Перенаселение

Говорить правду

Западный рабочий обеспечен?

Лидер

Вперед-назад

Социализм так поправили…

Хлеб скоту

Много бездельников

Братья писатели

«Это не против рабочего класса?»

«Никто об этом думать не хочет»

«Утро стрелецкой казни»

Беседы с С. И. Малашкиным

На лошади

К деревне нужен классовый подход

Недоволен

Читаю стихи…

Хлеб

Пантелеймон Романов

Повесть Василия Быкова

Говорим о литературе

Валентин Распутин

«Нельзя сословным способом подходить…»

Горький

«А я умею бороться…»

В гостях у Стаднюка

«О большевиках есть хороший роман?»

«Тихий Дон»

Что читать?

Алексей Толстой

Туманно и очень определенно

«Было дело под Артуром»

Демьян

«Стихи люблю»

Не все говорю

Тот и классик

Критики

Вадим Козин

Начало разговора

Специфический запах

Пишут мелочи

Самый творческий возраст

Житейские дела и последние встречи

Кто может достать плащ?

Зарплата и пенсия

Открытка

Телефонный звонок

Едем из Жуковки в Москву

Арифметику знаете?

Можно не застать

Представляет интерес

Поселился Булганин

«Остров сокровищ»

Говорит по телефону…

А вот еще телефонный звонок:

Однофамилец

Когда не хочет отвечать на вопрос

Полтора человека

Всем по гербу

Генерал был?

Морозы

Заставлять мозги шевелиться

«Главного пассаж ...

knigogid.ru