Петровская полевая пушка: как она устроена? Петровская полевая пушка


Полевая пушка | Журнал Популярная Механика

Денис Минаков занимается реконструкцией с далекого 1998 года, а петровской эпохой увлекается последние шесть лет. Начинал с солдата троицкого драгунского полка, но на фестивале в крепости Дюнамюнде под Ригой, где одним из блоков была петровская баталия, увидел действие артиллерии и был поражен. Интересен сам процесс обслуживания, заряжания и перекатывания пушки, но когда пушка с огромным грохотом стреляет, поднимая в воздух клубы дыма, это самая эффектная часть реконструкции. Поэтому, когда Денис узнал, что продается петровская полковая однофунтовая полевая пушка, он не стал раздумывать. Теперь он пушкарь и в добавок к пехотному костюму у него появился и артиллерийский.

Александр Грек

29 декабря 2016 12:00

Петровская полевая пушка — знаковое орудие. Именно с подобных орудий и началась настоящая история российской артиллерии, царицы полей. Почти столетие, со времени царя Михаила Федоровича до Петра I, русская артиллерия представляла собой устаревший зоопарк разнообразных калибров, конструкций и стран происхождения. С организацией, заведенной еще в 1547 году Иваном Грозным. При нем, наряду со стрельцами, на службе находились артиллеристы, называвшиеся пушкарями. Неся в мирное время одинаковую службу со всеми стрельцами, пушкари на время войны брали боевые орудия из крепостей. Хозяйственной частью артиллерии, которая называлась тогда Огнестрельным нарядом, или Большим нарядом, управлял Пушкарский приказ, в котором по назначению государя заседали бояре и дьяки. Перед открытием войны для командования артиллерией назначался «пушкарский голова». На нем лежала обязанность составлять перед войной корпус артиллеристов. Изначально пушкарями в России были иностранцы, но постепенно они заменялись русскими. В мирное время пушкари жили в селениях, получивших название пушкарских слобод. Точных сведений о качественном и количественном состоянии артиллерии у нас нет: в 1737 году в грандиозном московском пожаре погиб архив Пушкарского приказа, ведавшего всеми артиллерийскими делами в начальный период правления Петра I. Но кое-что мы все же знаем.

Бесстрашный огнестрельный мастер

Петр с самого начала осознавал роль артиллерии в будущих войнах и еще во время своего первого путешествия за границу в 1697 году получил в Кенигсберге удостоверение, что «везде за исправного, осторожного, благоискусного и бесстрашного огнестрельного мастера и художника признаваем быть может». В это путешествие с ним ездил и имеретинский царевич Александр Арчилович — впоследствии первый в истории России генерал-фельдцейхмейстер (должность, заменившая пушкарского голову). Тем не менее первый практический экзамен как «огнестрельному мастеру» Петру пришлось сдавать под Нарвой. Для осады этой крепости в 1700 году собрана была артиллерия из Новгорода, Пскова и других городов — около 150 орудий. Здесь проявился весь хаос, существовавший в русской артиллерии. Интересен сам перечень орудий, многие из которых имели собственные имена и были скорее произведениями искусства, чем грозным оружием: Лев, Медведь, Свиток, Скороспел, Соловей, Рокомышская, Барс, Грановитая.

Как сообщает военный преподаватель Михайловской артиллерийской академии полковник А. Нилус в «Истории материальной части артиллерии» 1904 года, когда в военном совете 6 ноября положили приступить к пробиванию бреши, то оказалось, что ядер и пороху мало. Из мортир можно было стрелять только камнями, потому что не было бомб, соответствовавших их калибру. Снаряды для пушек тоже не соответствовали калибрам: с трудом можно было откалибровать кружалами хотя бы по 100 ядер на орудие.

www.popmech.ru

Петровская полевая пушка: как она устроена

Пушку времен Северной войны возле торгового центра "Фама" видели все. Говорят, что ее делали в Нарве почти полгода по весьма достоверным историческим эскизам времен Северной войны. По крайней мере так озвучил председатель совета фирмы OÜ Fama Invest Олег Углов. К сожалению не было сказано, на чьей стороне воевали такие пушки. Логичнее предположить, что на шведской.

Хотя, возможно и на стороне русских были такие пушки. Как пишут историки, в течение нескольких лет перед началом Северной войны большое количество артиллерийских орудий приобреталось в Швеции, и даже было получено в дар от Карла XI в знак признательности Петру за участие в борьбе христиан против «неверных».

Но сегодня мы с вами узнаем подробно, как устроена русская полевая пушка, прабабушка современной российской артиллерии.

Денис Минаков занимается реконструкцией с далекого 1998 года, а петровской эпохой увлекается последние шесть лет. Начинал с солдата троицкого драгунского полка, но на фестивале в крепости Дюнамюнде под Ригой, где одним из блоков была петровская баталия, увидел действие артиллерии и был поражен. Интересен сам процесс обслуживания, заряжания и перекатывания пушки, но когда пушка с огромным грохотом стреляет, поднимая в воздух клубы дыма, это самая эффектная часть реконструкции. Поэтому, когда Денис узнал, что продается петровская полковая однофунтовая полевая пушка, он не стал раздумывать. Теперь он пушкарь и в добавок к пехотному костюму у него появился и артиллерийский.

Петровская полевая пушка — знаковое орудие. Именно с подобных орудий и началась настоящая история российской артиллерии, царицы полей. Почти столетие, со времени царя Михаила Федоровича до Петра I, русская артиллерия представляла собой устаревший зоопарк разнообразных калибров, конструкций и стран происхождения. С организацией, заведенной еще в 1547 году Иваном Грозным. При нем, наряду со стрельцами, на службе находились артиллеристы, называвшиеся пушкарями. Неся в мирное время одинаковую службу со всеми стрельцами, пушкари на время войны брали боевые орудия из крепостей. Хозяйственной частью артиллерии, которая называлась тогда Огнестрельным нарядом, или Большим нарядом, управлял Пушкарский приказ, в котором по назначению государя заседали бояре и дьяки. Перед открытием войны для командования артиллерией назначался «пушкарский голова». На нем лежала обязанность составлять перед войной корпус артиллеристов. Изначально пушкарями в России были иностранцы, но постепенно они заменялись русскими. В мирное время пушкари жили в селениях, получивших название пушкарских слобод. Точных сведений о качественном и количественном состоянии артиллерии у нас нет: в 1737 году в грандиозном московском пожаре погиб архив Пушкарского приказа, ведавшего всеми артиллерийскими делами в начальный период правления Петра I. Но кое-что мы все же знаем.

Бесстрашный огнестрельный мастер

Петр с самого начала осознавал роль артиллерии в будущих войнах и еще во время своего первого путешествия за границу в 1697 году получил в Кенигсберге удостоверение, что «везде за исправного, осторожного, благоискусного и бесстрашного огнестрельного мастера и художника признаваем быть может». В это путешествие с ним ездил и имеретинский царевич Александр Арчилович — впоследствии первый в истории России генерал-фельдцейхмейстер (должность, заменившая пушкарского голову). Тем не менее первый практический экзамен как «огнестрельному мастеру» Петру пришлось сдавать под Нарвой. Для осады этой крепости в 1700 году собрана была артиллерия из Новгорода, Пскова и других городов — около 150 орудий. Здесь проявился весь хаос, существовавший в русской артиллерии. Интересен сам перечень орудий, многие из которых имели собственные имена и были скорее произведениями искусства, чем грозным оружием: Лев, Медведь, Свиток, Скороспел, Соловей, Рокомышская, Барс, Грановитая.

Как сообщает военный преподаватель Михайловской артиллерийской академии полковник А. Нилус в «Истории материальной части артиллерии» 1904 года, когда в военном совете 6 ноября положили приступить к пробиванию бреши, то оказалось, что ядер и пороху мало. Из мортир можно было стрелять только камнями, потому что не было бомб, соответствовавших их калибру. Снаряды для пушек тоже не соответствовали калибрам: с трудом можно было откалибровать кружалами хотя бы по 100 ядер на орудие.

Нилус оценивает потери орудий в Нарвском сражении как положительный момент. «Потребовалось изготовлять новую артиллерию, — пишет он, — к чему император Петр Великий и его бомбардиры были уже приготовлены основательным изучением иностранных артиллерий, германской и голландской, влияние которых явно отразилось на вновь созданной Петром нашей новой артиллерии, которая уже не только не уступала, но во многом даже превзошла иностранную».

Довершила изъятие музейных экспонатов масштабная потеря артиллерии в 1706 году во время отступления русской армии из Гродно в условиях весенней распутицы. Из 103 орудий различных систем полевой и полковой артиллерии в Киев в мае смогли добраться только 40. Даже «легкие» трехфунтовые пушки оказались чрезвычайно неманевренными, тяжелыми и громоздкими.

Артиллерийский вес

Александр Арчилович, взятый в плен под Нарвой, умер в Швеции, не успев ни в чем проявить своей страстной любви к артиллерии. Вторым генерал-фельдцейхмейстером был назначен граф Брюс, тот самый, которого воспел Пушкин в «Полтаве». Именно он под руководством Петра и создал новую русскую артиллерию. Был установлен «артиллерийский вес»: чугунное ядро диаметром 2 дюйма было принято за 1 фунт (491,4 г), калибры пушек обозначены в артиллерийском весе, а все части вновь спроектированных орудий и лафетов были впервые указаны в калибрах. Этими двумя средствами были, наконец, установлены нормы калибров и система орудий, ограничившие прежний произвол литейщиков.

После того как в 1705 году к битве со шведами при Гемауертгофе наша артиллерия опоздала к бою (по саркастическому выражению Петра, «пушки наши неприятель назавтрее нашел»), Петр сильно озаботился подвижностью войск и ввел новый род полевой артиллерии — конную, о создании которой никто до него и не задумывался. Под эту артиллерию были специально разработаны и отлиты облегченные четырех-, трех-, двух-, полуторафунтовые и однофунтовые пушки. В архиве лейб-гвардии Преображенского полка найден указ Петра «об уборе артиллеристов конными», о снабжении их верховыми лошадьми, седлами и проч. В таком виде конные роты принимали участие в сражениях при Гуммельсгофе (1702) и при Лесной (1708). В эти годы они сопровождали драгунские полки. Фридрих Великий, создавший свою легендарную конную артиллерию почти на полвека позже Петра, признавался, что идею ее он заимствовал у русских, драгуны и казаки которых, сопровождаемые артиллерией, причинили ему немало вреда неожиданным действием картечью.

Кроме того, Петр усовершенствовал технические заведения, необходимые для изготовления большого количества орудий и снарядов, и увеличил их число: к пороховому заводу в Москве были прибавлены новые: Петербургский Охтенский и Сестрорецкий. Основаны оружейные заводы в Сестрорецке и Туле. Кроме Московского пушечного двора, были заложены арсеналы для литья медных орудий в Казани и Петербурге. Чугуноплавильные заводы были учреждены в Олонецкой губернии (Петрозаводский и Кончеозерский) и на Урале. Не было ни одной отрасли артиллерийского дела, к которой Петр не приложил бы своих личных забот. Он лично составил «Руководство для употребления артиллерии», которое и ныне хранится в Эрмитаже.

Вышеупомянутый преподаватель Михайловской артиллерийской академии полковник А. Нилус писал: «Нельзя не признать, что в течение нескольких лет Петр I двинул артиллерию вперед на целое столетие, опередил Европу и придал артиллерии характер не ему со-вре-мен-ного, а следующего периода, к которому и должна была бы быть отнесена его деятельность».

Орудие ближнего боя

Именно поэтому маленькую однофунтовую петровскую полковую пушку можно считать прабабушкой современной российской артиллерии. Дальность ее боя не превышала 300 метров, и для ведения огня петровским артиллеристам требовалось немало храбрости и хладнокровия. Стреляла эта пушка в основном картечью — тремя десятками свинцовых пуль. Залп батареи из четырех орудий вызывал целый град из 120 пуль, что заменяло собой залп строя солдат из 100−150 человек.

Из-за небольших размеров быстрота обслуживания однофунтовой пушки была по тем временам рекордной: хорошо обученный расчет мог производить до четырех залпов в минуту, выкашивая каждым почти шеренгу наступающих. За это время вражеская пехота преодолевала около 100 м. Поэтому слаженная батарея с достаточным запасом боеприпасов была почти неприступна. Кроме того, эти малютки могли поддерживать пехоту в наступлении, двигаясь в порядках наступающих, — до Петра этого никто не делал. Четыре человека — как раз орудийный расчет — вполне справлялись с орудием.

Вообще с петровских времен до наших дней дошло немного, и то, как воевали наши прадеды, во многом приходится домысливать. И ставить эксперименты. Это и называется исторической реконструкцией. И благодаря ей мы можем хотя бы приблизительно почувствовать то, что чувствовали наши предки.

На фото: Денис Минаков

И интересный документальный фильм по теме:

Рекомендуется к просмотру: 

www.stena.ee

Артиллерия Петра I

Впоследствии образцы для производства орудийных стволов полковой артиллерии неоднократно изменялись, «новый манир» вводился несколько раз как в 1701 и 1706 годах, так и в 1708 году. Хотя всё это время 3-фунтовые орудия укорачивались, утончались и облегчались, но они по-прежнему продолжали оставаться довольно тяжёлыми и, как следствие этого - маломанёвренными, из-за чего для полковой артиллерии приходилось отливать пушки меньших калибров. Вообще, после Нарвского разгрома, как только для Российского государства миновала угроза шведского вторжения и Карл XII «переключился» на Речь Посполитую и Саксонию, было резко сокращено производство орудий, в том числе и полковых. Если в 1701 г. всего сделали – 268 «стволов», то в 1702 г. на Московском пушечном дворе вылили уже только 130, из них 70 осадных и 10 полковых полуторафунтовых пушек, а в 1703 г. и того меньше –36, из которых 32 осадных. И лишь в последующие годы удалось увеличить выпуск артиллерийских орудий разных систем, в 1704 г. изготовили— 101, из них 32 осадных, для полковой же артиллерии — 12 однофунтовых и две двухфунтовых пушки. Последующие военные события, приобретающие всё больший размах, и не всегда удачно складывающиеся для русской стороны, потребовали нового наращивания производства артиллерии. Ещё одна масштабная потеря артиллерии произошла в 1706 г. во время отступления русской армии из Гродно в условиях весенней распутицы. Из 103 орудий различных систем полевой и полковой артиллерии в Киев в мае месяце смогли добраться только 40. Даже «лёгкие» 3-фунтовые пушки оказались чрезвычайно неманёвренными, тяжёлыми и громоздкими.

Исходя из опыта этого «похода» более чётко определилась необходимость разработки новых, значительно облегчённых по сравнению с прошлыми полковых артиллерийских систем. После 1706 г., на втором этапе развития русской артиллерии, произошло существенное изменение её материальной части, главным образом оно заключалось в — приведении к единообразию всех орудийных систем, повышении манёвренности, скорострельности и надёжности.

В 1705–1710 гг. в производстве орудий снова стали преобладать полковые системы. В 1705 г. было отлито 100 орудий, из них 35 осадных, а 3-фунтовых пушек в одном только Новгороде — 21, в 1706 г. — 219 орудий, из них 111 мортир и 12 осадных.

В рамках программы реформирования русской артиллерии и усовершенствования её материальной части В. Д. Корчмин предложил в декабре 1705 г. новую конструкцию короткой 3-фунтовой полковой пушки, а также и 6-фунтовой мортирки, которая предназначалась для стрельбы гранатами и картечью. Корчминские мортирки лично смотрел сам Пётр, они ему понравились, и он одобрил их дальнейшее производство. Первоначально предполагалось устанавливать такие мортирки, отлитые из бронзы, по две на одном лафете. Впоследствии мортирки аналогичной конструкции, но уже не бронзовые, а кованные из железа или отлитые из чугуна намеревались крепить на одном лафете с 3-х фунтовой пушкой, для усиления картечного огня полковой артиллерии, так как считалось, что последняя не удовлетворяет предъявляемым к ней требованиям. Правда, мортирки вполне могли вести успешный огонь и 6-фунтовыми гранатами. Подобные эксперименты с артиллерийскими орудиями проводились в русской армии и раньше, Идею подобных артиллерийских систем Корчмин, очевидно, позаимствовал от шведов. После сдачи Митавы в сентябре 1705-го года в качестве трофеев российской армией было взято множество орудий самых разных образцов, в том числе и полковые 3-х фунтовые пушки с двумя 6-ти фунтовыми мортирками на одном лафете, а также и «батарейка» с тремя 4-х фунтовыми «мартирцами» на одном станке. Вероятно эти трофейные орудия, слегка модифицированные, тут же были взяты на вооружение нашими войсками. Доподлинно известно, что в сентябре 1705-го года Преображенский полк получил чугунный дробовик «…на станку, по сторонам по малинкому мартирцу, чугунные ж». Тогда же гвардейские артиллеристы получили и целую «батарейку» из 4-х медных мортирок на одном лафете.

fishki.net

Петровская полевая пушка: как она устроена?

Петровская полевая пушка — знаковое орудие. Именно с подобных орудий и началась настоящая история российской артиллерии, царицы полей.

Почти столетие, со времени царя Михаила Федоровича до Петра I, русская артиллерия представляла собой устаревший зоопарк разнообразных калибров, конструкций и стран происхождения. С организацией, заведенной еще в 1547 году Иваном Грозным.

При нем, наряду со стрельцами, на службе находились артиллеристы, называвшиеся пушкарями. Неся в мирное время одинаковую службу со всеми стрельцами, пушкари на время войны брали боевые орудия из крепостей.

Хозяйственной частью артиллерии, которая называлась тогда Огнестрельным нарядом, или Большим нарядом, управлял Пушкарский приказ, в котором по назначению государя заседали бояре и дьяки.

Перед открытием войны для командования артиллерией назначался «пушкарский голова». На нем лежала обязанность составлять перед войной корпус артиллеристов.

Изначально пушкарями в России были иностранцы, но постепенно они заменялись русскими. В мирное время пушкари жили в селениях, получивших название пушкарских слобод.

Точных сведений о качественном и количественном состоянии артиллерии у нас нет: в 1737 году в грандиозном московском пожаре погиб архив Пушкарского приказа, ведавшего всеми артиллерийскими делами в начальный период правления Петра I. Но кое-что мы все же знаем.

Бесстрашный огнестрельный мастер

Петр с самого начала осознавал роль артиллерии в будущих войнах и еще во время своего первого путешествия за границу в 1697 году получил в Кенигсберге удостоверение, что «везде за исправного, осторожного, благоискусного и бесстрашного огнестрельного мастера и художника признаваем быть может».

В это путешествие с ним ездил и имеретинский царевич Александр Арчилович — впоследствии первый в истории России генерал-фельдцейхмейстер (должность, заменившая пушкарского голову).

Тем не менее первый практический экзамен как «огнестрельному мастеру» Петру пришлось сдавать под Нарвой.

Для осады этой крепости в 1700 году собрана была артиллерия из Новгорода, Пскова и других городов — около 150 орудий. Здесь проявился весь хаос, существовавший в русской артиллерии.

Интересен сам перечень орудий, многие из которых имели собственные имена и были скорее произведениями искусства, чем грозным оружием: Лев, Медведь, Свиток, Скороспел, Соловей, Рокомышская, Барс, Грановитая.

Как сообщает военный преподаватель Михайловской артиллерийской академии полковник А. Нилус в «Истории материальной части артиллерии» 1904 года, когда в военном совете 6 ноября положили приступить к пробиванию бреши, то оказалось, что ядер и пороху мало. Из мортир можно было стрелять только камнями, потому что не было бомб, соответствовавших их калибру.

Снаряды для пушек тоже не соответствовали калибрам: с трудом можно было откалибровать кружалами хотя бы по 100 ядер на орудие.

Нилус оценивает потери орудий в Нарвском сражении как положительный момент.

«Потребовалось изготовлять новую артиллерию, — пишет он, — к чему император Петр Великий и его бомбардиры были уже приготовлены основательным изучением иностранных артиллерий, германской и голландской, влияние которых явно отразилось на вновь созданной Петром нашей новой артиллерии, которая уже не только не уступала, но во многом даже превзошла иностранную».

Довершила изъятие музейных экспонатов масштабная потеря артиллерии в 1706 году во время отступления русской армии из Гродно в условиях весенней распутицы. Из 103 орудий различных систем полевой и полковой артиллерии в Киев в мае смогли добраться только 40. Даже «легкие» трехфунтовые пушки оказались чрезвычайно неманевренными, тяжелыми и громоздкими.

Артиллерийский вес

Александр Арчилович, взятый в плен под Нарвой, умер в Швеции, не успев ни в чем проявить своей страстной любви к артиллерии. Вторым генерал-фельдцейхмейстером был назначен граф Брюс, тот самый, которого воспел Пушкин в «Полтаве». Именно он под руководством Петра и создал новую русскую артиллерию.

Был установлен «артиллерийский вес»: чугунное ядро диаметром 2 дюйма было принято за 1 фунт (491,4 г), калибры пушек обозначены в артиллерийском весе, а все части вновь спроектированных орудий и лафетов были впервые указаны в калибрах. Этими двумя средствами были, наконец, установлены нормы калибров и система орудий, ограничившие прежний произвол литейщиков.

После того как в 1705 году к битве со шведами при Гемауертгофе наша артиллерия опоздала к бою (по саркастическому выражению Петра, «пушки наши неприятель назавтрее нашел»), Петр сильно озаботился подвижностью войск и ввел новый род полевой артиллерии — конную, о создании которой никто до него и не задумывался.

Под эту артиллерию были специально разработаны и отлиты облегченные четырех-, трех-, двух-, полуторафунтовые и однофунтовые пушки.

В архиве лейб-гвардии Преображенского полка найден указ Петра «об уборе артиллеристов конными», о снабжении их верховыми лошадьми, седлами и проч. В таком виде конные роты принимали участие в сражениях при Гуммельсгофе (1702) и при Лесной (1708). В эти годы они сопровождали драгунские полки.

Фридрих Великий, создавший свою легендарную конную артиллерию почти на полвека позже Петра, признавался, что идею ее он заимствовал у русских, драгуны и казаки которых, сопровождаемые артиллерией, причинили ему немало вреда неожиданным действием картечью.

Кроме того, Петр усовершенствовал технические заведения, необходимые для изготовления большого количества орудий и снарядов, и увеличил их число: к пороховому заводу в Москве были прибавлены новые: Петербургский Охтенский и Сестрорецкий. Основаны оружейные заводы в Сестрорецке и Туле.

Кроме Московского пушечного двора, были заложены арсеналы для литья медных орудий в Казани и Петербурге. Чугуноплавильные заводы были учреждены в Олонецкой губернии (Петрозаводский и Кончеозерский) и на Урале.

Не было ни одной отрасли артиллерийского дела, к которой Петр не приложил бы своих личных забот. Он лично составил «Руководство для употребления артиллерии», которое и ныне хранится в Эрмитаже.

Вышеупомянутый преподаватель Михайловской артиллерийской академии полковник А. Нилус писал: «Нельзя не признать, что в течение нескольких лет Петр I двинул артиллерию вперед на целое столетие, опередил Европу и придал артиллерии характер не ему со-вре-мен-ного, а следующего периода, к которому и должна была бы быть отнесена его деятельность».

Орудие ближнего боя

Именно поэтому маленькую однофунтовую петровскую полковую пушку можно считать прабабушкой современной российской артиллерии. Дальность ее боя не превышала 300 метров, и для ведения огня петровским артиллеристам требовалось немало храбрости и хладнокровия.

Стреляла эта пушка в основном картечью — тремя десятками свинцовых пуль. Залп батареи из четырех орудий вызывал целый град из 120 пуль, что заменяло собой залп строя солдат из 100−150 человек.

Из-за небольших размеров быстрота обслуживания однофунтовой пушки была по тем временам рекордной: хорошо обученный расчет мог производить до четырех залпов в минуту, выкашивая каждым почти шеренгу наступающих. За это время вражеская пехота преодолевала около 100 м.

Поэтому слаженная батарея с достаточным запасом боеприпасов была почти неприступна.

Кроме того, эти малютки могли поддерживать пехоту в наступлении, двигаясь в порядках наступающих, — до Петра этого никто не делал. Четыре человека — как раз орудийный расчет — вполне справлялись с орудием.

Вообще с петровских времен до наших дней дошло немного, и то, как воевали наши прадеды, во многом приходится домысливать. И ставить эксперименты.

Это и называется исторической реконструкцией. И благодаря ей мы можем хотя бы приблизительно почувствовать то, что чувствовали наши предки.

 

Автор: Александр Грек

tehnowar.ru

Артиллерия в эпоху Петра I

Малолетнему Петру его отец Алексей Михайлович незадолго до смерти подарил миниатюрную пушку калибром в 1/2 гривны (27 мм) и весом 9 кг, которая позже стала одной из любимых игрушек царевича. В 1684 году эта пушка участвовала в «боях» за потешную земляную крепость Пресбург. В составе Преображенского полка была сформирована бомбардирская рота, которая и стала родоначальницей петровской полевой артиллерии. Сам Петр «служил» бомбардиром в этой роте.

Бомбардирская рота участвовала в обоих Азовских походах. В ходе второго из них, в 1696 году, под Азов было доставлено 260 осадных и полковых орудий, не считая судовых пушек.

Пётр I

18 июня 1698 года четыре залпа из 25 пушек, которыми командовал полковник де Граге, обратили в бегство четыре мятежных стрелецких полка у Воскресенского монастыря (вблизи Нового Иерусалима).

Выехавший в начале 1698 года за границу Петр взял с собой 30 любимых бомбардиров, часть из которых он оставил учиться.

В большом количестве заказывались за границей и артиллерийские орудия. Так, например, в январе 1698 года было заказано в Любеке 30 пушек, 12 гаубиц и 24 мортиры. Интересно, что самым крупным поставщиком артиллерии была Швеция. Карл XII подарил Петру 300 пушек, которые прибыли в Россию летом 1697 года. Среди них было 150 3-фунтовых (фн) пушек весом 25 — 28 пудов и 150 3,5-фн пушек весом 36 — 41 пуд. Через новгородского воеводу Апраксина был сделан заказ на

280 чугунных пушек лучшему стокгольмскому литейщику Эренкрейцу, из которых не менее 100 были доставлены в 1699 году в Новгород.

Ряд изменений Петр произвел и в управлении артиллерией. 19 мая 1700 года Пушкарский приказ был преобразован в Приказ артиллерии, во главе нового приказа был поставлен царевич Имеретинский Александр Арчилович, который стал первым генерал-фельдцейхмейстером.

Осадная артиллерия русских на первом этапе Северной войны в основном состояла из старых орудий.   Так, крупнейшие осадные пушки (40-фн пищали) «Лев» и «Медведь» отлили еще в 1590 году при царе Федоре Иоанновиче. Орудия были самых разнообразных систем и калибров. Пушки (пищали) были в 40,29,24,20,18,17,15,10 фунтов и т.д., гаубицы 1-пудовые, мортиры 2- и 3-пудовые. Тяжелые пищали были «штучного» изготовления и имели имена собственные: «Свиток» — 40 фн, «Соропея» — 28 фн, «Барс» — 17 фн, было два «Соловья» в 20 и в 15 фн и т.д. Собранные к этим орудиям 44 000 снарядов даже невозможно было подогнать под все эти калибры.

Полковая артиллерия в отличие же от осадной была вполне современной. Под Нарвой было 50 (по другим сведениям — 64) полковых пушек калибра около 3 фн. Лафеты многих орудий были ветхими и разрушались после 3 — 4 выстрелов «понеже все было старо и неисправно», писал Петр в своем дневнике.

По шведским данным после Нарвского разгрома было захвачено 177 русских орудий, а по нашим данным — 145. Удалось спасти только 14 орудий, бывших при Преображенском и Семеновском полках. В плен попал и генерал-фельдцейхмейстер Александр Арчилович.

Однако вопреки мнению большинства историков Петр после Нарвы не остался без артиллерии. Простой арифметический расчет показывает, что у него одних новых полевых шведских пушек осталось не менее 350 против 50 полковых пушек, потерянных под Нарвой. Да и знаменитый Петровский указ о снятии части колоколов в монастырях и городах в значительной мере был следствием паники. С особым рвением стал снимать колокола думный дьяк Андрей Виниус, который заведовал Сибирским приказом, а после Нарвы еще получил звание «Надзирателя артиллерии». Виниус предложил Петру даже снять медную кровлю с царских дворцов, а их покрыть «добрым луженым железом, будет красовито и прочно». За первую половину 1701 года в Москву навезли около 90 000 пудов колокольной меди, а за весь 1701 год израсходовали всего 8000 пудов. Дело было не только в нерадении — из колокольной меди лить пушки без добавок нельзя, а добавок-то и не хватало (здесь, как и в документах того времени, пушки именуются медными, фактически же в петровские времена пушки лились из артиллерийского металла: 100 частей меди и 12 частей олова). Впрочем, и нерадения хватало. Виниус писал Петру «пущая остановка, Государь, от пьянства мастеров, которых ни лаской, ни битьем от той страсти отучить невозможно».

Позже, в связи с перемещением правительственных учреждений в Петербург, Приказ артиллерии разделился на две части. Московская часть продолжала называться Артиллерийским Приказом и в 1720 году была переименована в Артиллерийскую канцелярию, а в 1722 году - в Артиллерийскую «кантору». Петербургская часть переименована была также в Артиллерийскую канцелярию, преобразованную в 1722 году в Главную артиллерийскую канцелярию.

Петр систематически издавал указы, направленные на введение единообразия в артиллерии. Например, в 1716 году Петр издал указ о размерах артиллерийских орудий, в частности, 30-фн орудия должны были быть длиной в 18 клб, 24-фн - в 19 клб, 18-фн - в 20 клб, 12-фн - в 21 клб, 8-, 6- и 4-фн — в 22 клб.

17 января 1724 года Петр ввел «ГОСТ» на пушечный порох: 3золотника (12,8 г) пороха должны выбрасываться из пробной мортирки на расстояние не менее 73 футов (22,2 м).

Но, несмотря на все грозные указы Петра, стандартизации в русской артиллерии достигнуть так и не удалось. Так, вес 24-фн медных пушек, отлитых в 1701 году, колебался от 111 до 233 пудов, то есть в два с лишним раза, а 12-фн медных пушек — от 107 до 178 пудов. Диаметры дульных отверстий орудий одного калибра в фунтах могли отличаться на несколько миллиметров.

Для транспортировки орудия требовалось от 2 до 4 лошадей. Нормальный боекомплект 3-фн и 4-фн пушек состоял из 120 ядер и 30 картечей. Боеприпасы легких пушек перевозили на двухколесном зарядном ящике, а для гаубиц и мортир использовались бомбовые ящики — четырехколесные длинные фуры со снарядными клетками и длинной двускатной крышей. Дальность горизонтальной стрельбы для 3-фн пушек не превышала 100 саженей (213 метров). На некоторых 3-фн полковых пушках крепилось к боевой оси по две 6-фн мортирки для стрельбы картечью, иногда мортирка крепилась к дульной части ствола. Каждый артиллерийский полк имел по 2 орудия, Семеновский — 6, а Преображенский — 8.

В 1723 году Петр собственноручно определил содержать всего в полках 80 3-фн медных пушек.

Ряд историков утверждает, что «Петр ввел конную артиллерию, которой еще не имела ни одна армия Европы». На самом же деле прислуга полковых орудий действительно ездила верхом; мало того, перед сражением у деревни Лесная на марше целые пехотные полки передвигались на лошадях. Но посадить прислугу верхом и создать конную артиллерию — далеко не одно и то же. А в петровское время даже в драгунских полках после окончания боевых действий артиллерийские лошади изымались. Настоящая же конная артиллерия в русской армии была создана только в 1796 году.

До 1706 года все орудия перевозились крестьянами, которые набирались перед началом кампании. С 1706 года создаются специальные фурштатские команды для перевозки артиллерии, которые явились, конечно, шагом вперед по сравнению с «земской повинностью», но, с другой стороны, были еще суррогатом по сравнению с организацией XIXвека, когда и полевая, и осадная артиллерия постоянно имела полный комплект штатных лошадей.

1 — 2-пудовые и 1-пудовые медные гаубицы полевой артиллерии имели длину ствола 6 — 8 калибров, цилиндрическую или коническую камору, стреляли бомбами или картечью. Дальность стрельбы гаубиц горизонтальная — около 500 саженей (107 м), под углом 45° — около 840 саженей (1800 м).

В осадной артиллерии в петровское время наряду с 5-пудовыми имелись огромные 9-пудовые мортиры, в крепостной артиллерии встречались и 7-пудовые.

Сложности с заряжанием и возкой 9-пудо-вых мортир заставили прекратить их производство, и после Петра и до начала XX века самыми крупными и гладкоствольными мортирами в русской осадной и крепостной артиллерии остались 5-пудовые мортиры.

Кроме тяжелых мортир, в петровское время в России были приняты на вооружение 6-фн (104 мм) «Кугорновы» (изобретенные голландским инженером Кугорном (1641 — 1704 гг.) мортиры. Они своими цапфами вставлялись в подцапфенники деревянного основания (сосновой колоды), для переноски мортиры к концам основания крепились откидные ручки. Вес такого орудия — около 15 кг, а основания — 26,6 кг, то есть оно легко могло переноситься вручную. Подъемный механизм имел сектор с отверстиями, к которому крепилось ухо мортиры, отлитое заодно с ее дульной частью.

Дальность стрельбы 6-фн гранатой составляла около 400 шагов, вес взрывчатого вещества в гранате 1/3 фн (130 г). Интересно, что подобные мортиры состояли в русской армии до первой мировой войны, последний заказ на них был выдан в 1915 году.

Наряду с обычными орудиями изготавливались и оригинальные изделия. Например, в 1722 году на Олонецких заводах отлили чугунное орудие с прямоугольным сечением канала (80 х 230 мм). По одной версии это был камнемет для стрельбы мелким камнем, по другой — пушка заряжалась тремя горизонтально расположенными 3-фн ядрами, завернутыми в холст на деревянном поддоне — шпингле и обвязанными веревками.

От петровских времен дошли до нас две скорострельные казнозарядные чугунные пушки с вертикальным клиновым затвором. Запирание и отпирание замка производилось приспособлением, помещенным в приливе орудия. Обе пушки были отлиты на Олонецких заводах в 1711 году, калибр одной — 1 фн, другой — 3 фн. Распространения эти пушки не получили из-за плохой обтюрации замка (то есть прорыва пороховых газов между клином и клиновым отверстием и забивания канала остатками сгоревшего пороха).

Немаловажную роль в совершенствовании пушечного дела сыграли ракеты. В русской армии они появились как сигнальное средство во второй половине XVII века. По свидетельству генерала П. Гордона, Петр занимался ими «с младых ногтей». Еще в 1680 году было основано специальное ракетное заведение. Царь самолично изготовлял ракеты, придумывал составы «огненных снарядов» и фейерверков. История сохранила до наших дней государевы записки об осветительных составах, белых и синих огнях, «золотом дожде», специальных зажигательных фитилях. А петровская зажигательная ракета образца 1717 года просуществовала в армии без изменений полтора столетия!

Русская артиллерия внесла существенный вклад в победы русских войск. Под Полтавой Петру удалось обеспечить многократное превосходство в артиллерии.

Уже в самом начале царствования Петра уделялось много внимания подготовке артиллеристов. В 1698 году при Преображенском полку была учреждена первая артиллерийская школа России, которую возглавил «капитан от бомбардира» Скорняков-Писарев. Преподавателями были офицеры того же полка. Там изучали арифметику, геометрию, фортификацию и артиллерию. Окончившие школу производились в унтер-офицеры и направлялись в войска. При ней была также создана школа для солдатских детей, в которой обучали грамоте, счету и бомбардирскому делу.

Еще одна артиллерийская офицерская школа была открыта в 1698 году, при пушечном дворе. Правда, она просуществовала всего год.

В 1701 — 1721 годах последовало открытие не менее трех артиллерийских школ. Выпускникам их по царскому указу было велено «в иной чин, кроме артиллерии, не отлучаться».

Принадлежностями бомбардиров и канониров были банники, прибойники, пыжов-ники, пальники, шуфлы и протравники. Первые служили для очистки канала ствола от порохового нагара после каждого выстрела — овчинную щетку банника приходилось смачивать водой, чтобы снять его толстый слой. В орудийный комплект входило два банника на деревянном древке, прикрепляемых при перевозке к лафету. Прибойник часто выполняли на обратной стороне древка, а предназначался он для забивания снаряда и заряда в ствол. Пыжовник, похожий на штопор на длинной ручке, применялся для извлечения из канала остатков пыжей и картузов. Пальником с прикрепленным к нему фитилем производили поджигание (запаливание) заряда. Шуфлой — длинной деревянной лопаткой — вкладывали в ствол холщовые картузы с порохом, а иногда и ядра. Ну, а протравник — длинная мерная игла для протыкания картуза — бережно хранилась бомбардиром в специальной суме.

Последовательность действий при производстве выстрела можно представить по «Руководству для употребления артиллерии». Ствол очищался банником от нагара, затем при помощи шуфлы в него помещались картуз, лыковые или травяные пыжи, перемежаемые деревянной пробкой, и ядро. Содержимое уплотнялось (не очень сильно, чтобы порох не пережимался!) пробойником, протравником прокалывался картуз. В запальное отверстие сыпали затравочный порох. Закрепленный на пальнике фитиль подносили к запалу, и... Пушка со страшным грохотом, окутавшись клубами сладковатого сизого дыма, откатывалась назад.



biofile.ru

Петровская полевая пушка: как она устроена

Денис Минаков занимается реконструкцией с далекого 1998 года, а петровской эпохой увлекается последние шесть лет. Начинал с солдата троицкого драгунского полка, но на фестивале в крепости Дюнамюнде под Ригой, где одним из блоков была петровская баталия, увидел действие артиллерии и был поражен. Интересен сам процесс обслуживания, заряжания и перекатывания пушки, но когда пушка с огромным грохотом стреляет, поднимая в воздух клубы дыма, это самая эффектная часть реконструкции. Поэтому, когда Денис узнал, что продается петровская полковая однофунтовая полевая пушка, он не стал раздумывать. Теперь он пушкарь и в добавок к пехотному костюму у него появился и артиллерийский. Петровская полевая пушка — знаковое орудие. Именно с подобных орудий и началась настоящая история российской артиллерии, царицы полей. Почти столетие, со времени царя Михаила Федоровича до Петра I, русская артиллерия представляла собой устаревший зоопарк разнообразных калибров, конструкций и стран происхождения. С организацией, заведенной еще в 1547 году Иваном Грозным. При нем, наряду со стрельцами, на службе находились артиллеристы, называвшиеся пушкарями. Неся в мирное время одинаковую службу со всеми стрельцами, пушкари на время войны брали боевые орудия из крепостей. Хозяйственной частью артиллерии, которая называлась тогда Огнестрельным нарядом, или Большим нарядом, управлял Пушкарский приказ, в котором по назначению государя заседали бояре и дьяки. Перед открытием войны для командования артиллерией назначался «пушкарский голова». На нем лежала обязанность составлять перед войной корпус артиллеристов. Изначально пушкарями в России были иностранцы, но постепенно они заменялись русскими. В мирное время пушкари жили в селениях, получивших название пушкарских слобод. Точных сведений о качественном и количественном состоянии артиллерии у нас нет: в 1737 году в грандиозном московском пожаре погиб архив Пушкарского приказа, ведавшего всеми артиллерийскими делами в начальный период правления Петра I. Но кое-что мы все же знаем.Бесстрашный огнестрельный мастерПетр с самого начала осознавал роль артиллерии в будущих войнах и еще во время своего первого путешествия за границу в 1697 году получил в Кенигсберге удостоверение, что «везде за исправного, осторожного, благоискусного и бесстрашного огнестрельного мастера и художника признаваем быть может». В это путешествие с ним ездил и имеретинский царевич Александр Арчилович — впоследствии первый в истории России генерал-фельдцейхмейстер (должность, заменившая пушкарского голову). Тем не менее первый практический экзамен как «огнестрельному мастеру» Петру пришлось сдавать под Нарвой. Для осады этой крепости в 1700 году собрана была артиллерия из Новгорода, Пскова и других городов — около 150 орудий. Здесь проявился весь хаос, существовавший в русской артиллерии. Интересен сам перечень орудий, многие из которых имели собственные имена и были скорее произведениями искусства, чем грозным оружием: Лев, Медведь, Свиток, Скороспел, Соловей, Рокомышская, Барс, Грановитая.

Как сообщает военный преподаватель Михайловской артиллерийской академии полковник А. Нилус в «Истории материальной части артиллерии» 1904 года, когда в военном совете 6 ноября положили приступить к пробиванию бреши, то оказалось, что ядер и пороху мало. Из мортир можно было стрелять только камнями, потому что не было бомб, соответствовавших их калибру. Снаряды для пушек тоже не соответствовали калибрам: с трудом можно было откалибровать кружалами хотя бы по 100 ядер на орудие.

Нилус оценивает потери орудий в Нарвском сражении как положительный момент. «Потребовалось изготовлять новую артиллерию, — пишет он, — к чему император Петр Великий и его бомбардиры были уже приготовлены основательным изучением иностранных артиллерий, германской и голландской, влияние которых явно отразилось на вновь созданной Петром нашей новой артиллерии, которая уже не только не уступала, но во многом даже превзошла иностранную».

Довершила изъятие музейных экспонатов масштабная потеря артиллерии в 1706 году во время отступления русской армии из Гродно в условиях весенней распутицы. Из 103 орудий различных систем полевой и полковой артиллерии в Киев в мае смогли добраться только 40. Даже «легкие» трехфунтовые пушки оказались чрезвычайно неманевренными, тяжелыми и громоздкими.

Артиллерийский вес

Александр Арчилович, взятый в плен под Нарвой, умер в Швеции, не успев ни в чем проявить своей страстной любви к артиллерии. Вторым генерал-фельдцейхмейстером был назначен граф Брюс, тот самый, которого воспел Пушкин в «Полтаве». Именно он под руководством Петра и создал новую русскую артиллерию. Был установлен «артиллерийский вес»: чугунное ядро диаметром 2 дюйма было принято за 1 фунт (491,4 г), калибры пушек обозначены в артиллерийском весе, а все части вновь спроектированных орудий и лафетов были впервые указаны в калибрах. Этими двумя средствами были, наконец, установлены нормы калибров и система орудий, ограничившие прежний произвол литейщиков.

После того как в 1705 году к битве со шведами при Гемауертгофе наша артиллерия опоздала к бою (по саркастическому выражению Петра, «пушки наши неприятель назавтрее нашел»), Петр сильно озаботился подвижностью войск и ввел новый род полевой артиллерии — конную, о создании которой никто до него и не задумывался. Под эту артиллерию были специально разработаны и отлиты облегченные четырех-, трех-, двух-, полуторафунтовые и однофунтовые пушки. В архиве лейб-гвардии Преображенского полка найден указ Петра «об уборе артиллеристов конными», о снабжении их верховыми лошадьми, седлами и проч. В таком виде конные роты принимали участие в сражениях при Гуммельсгофе (1702) и при Лесной (1708). В эти годы они сопровождали драгунские полки. Фридрих Великий, создавший свою легендарную конную артиллерию почти на полвека позже Петра, признавался, что идею ее он заимствовал у русских, драгуны и казаки которых, сопровождаемые артиллерией, причинили ему немало вреда неожиданным действием картечью.

Кроме того, Петр усовершенствовал технические заведения, необходимые для изготовления большого количества орудий и снарядов, и увеличил их число: к пороховому заводу в Москве были прибавлены новые: Петербургский Охтенский и Сестрорецкий. Основаны оружейные заводы в Сестрорецке и Туле. Кроме Московского пушечного двора, были заложены арсеналы для литья медных орудий в Казани и Петербурге. Чугуноплавильные заводы были учреждены в Олонецкой губернии (Петрозаводский и Кончеозерский) и на Урале. Не было ни одной отрасли артиллерийского дела, к которой Петр не приложил бы своих личных забот. Он лично составил «Руководство для употребления артиллерии», которое и ныне хранится в Эрмитаже.

Вышеупомянутый преподаватель Михайловской артиллерийской академии полковник А. Нилус писал: «Нельзя не признать, что в течение нескольких лет Петр I двинул артиллерию вперед на целое столетие, опередил Европу и придал артиллерии характер не ему современного, а следующего периода, к которому и должна была бы быть отнесена его деятельность».

Орудие ближнего боя

Именно поэтому маленькую однофунтовую петровскую полковую пушку можно считать прабабушкой современной российской артиллерии. Дальность ее боя не превышала 300 метров, и для ведения огня петровским артиллеристам требовалось немало храбрости и хладнокровия. Стреляла эта пушка в основном картечью — тремя десятками свинцовых пуль. Залп батареи из четырех орудий вызывал целый град из 120 пуль, что заменяло собой залп строя солдат из 100-150 человек.

Из-за небольших размеров быстрота обслуживания однофунтовой пушки была по тем временам рекордной: хорошо обученный расчет мог производить до четырех залпов в минуту, выкашивая каждым почти шеренгу наступающих. За это время вражеская пехота преодолевала около 100 м. Поэтому слаженная батарея с достаточным запасом боеприпасов была почти неприступна. Кроме того, эти малютки могли поддерживать пехоту в наступлении, двигаясь в порядках наступающих, — до Петра этого никто не делал. Четыре человека — как раз орудийный расчет — вполне справлялись с орудием.

Вообще с петровских времен до наших дней дошло немного, и то, как воевали наши прадеды, во многом приходится домысливать. И ставить эксперименты. Это и называется исторической реконструкцией. И благодаря ей мы можем хотя бы приблизительно почувствовать то, что чувствовали наши предки.

Александр Грек

Ссылка.

sozero.livejournal.com

Петровская полевая пушка: как она устроена?

Петровская полевая пушка — знаковое орудие. Именно с подобных орудий и началась настоящая история российской артиллерии, царицы полей.

Почти столетие, со времени царя Михаила Федоровича до Петра I, русская артиллерия представляла собой устаревший зоопарк разнообразных калибров, конструкций и стран происхождения. С организацией, заведенной еще в 1547 году Иваном Грозным.

При нем, наряду со стрельцами, на службе находились артиллеристы, называвшиеся пушкарями. Неся в мирное время одинаковую службу со всеми стрельцами, пушкари на время войны брали боевые орудия из крепостей.

Хозяйственной частью артиллерии, которая называлась тогда Огнестрельным нарядом, или Большим нарядом, управлял Пушкарский приказ, в котором по назначению государя заседали бояре и дьяки.

Год оружия: Что изменилось в российской торговле оружием в 2016 году?

Перед открытием войны для командования артиллерией назначался «пушкарский голова». На нем лежала обязанность составлять перед войной корпус артиллеристов.

Изначально пушкарями в России были иностранцы, но постепенно они заменялись русскими. В мирное время пушкари жили в селениях, получивших название пушкарских слобод.

Точных сведений о качественном и количественном состоянии артиллерии у нас нет: в 1737 году в грандиозном московском пожаре погиб архив Пушкарского приказа, ведавшего всеми артиллерийскими делами в начальный период правления Петра I. Но кое-что мы все же знаем.

Бесстрашный огнестрельный мастер

Петр с самого начала осознавал роль артиллерии в будущих войнах и еще во время своего первого путешествия за границу в 1697 году получил в Кенигсберге удостоверение, что «везде за исправного, осторожного, благоискусного и бесстрашного огнестрельного мастера и художника признаваем быть может».

В это путешествие с ним ездил и имеретинский царевич Александр Арчилович — впоследствии первый в истории России генерал-фельдцейхмейстер (должность, заменившая пушкарского голову).

Тем не менее первый практический экзамен как «огнестрельному мастеру» Петру пришлось сдавать под Нарвой.

Для осады этой крепости в 1700 году собрана была артиллерия из Новгорода, Пскова и других городов — около 150 орудий. Здесь проявился весь хаос, существовавший в русской артиллерии.

Интересен сам перечень орудий, многие из которых имели собственные имена и были скорее произведениями искусства, чем грозным оружием: Лев, Медведь, Свиток, Скороспел, Соловей, Рокомышская, Барс, Грановитая.

Как сообщает военный преподаватель Михайловской артиллерийской академии полковник А. Нилус в «Истории материальной части артиллерии» 1904 года, когда в военном совете 6 ноября положили приступить к пробиванию бреши, то оказалось, что ядер и пороху мало. Из мортир можно было стрелять только камнями, потому что не было бомб, соответствовавших их калибру.

Во что капиталисты превратили советский автомат: заграничные метаморфозы АК

Снаряды для пушек тоже не соответствовали калибрам: с трудом можно было откалибровать кружалами хотя бы по 100 ядер на орудие.

Нилус оценивает потери орудий в Нарвском сражении как положительный момент.

«Потребовалось изготовлять новую артиллерию, — пишет он, — к чему император Петр Великий и его бомбардиры были уже приготовлены основательным изучением иностранных артиллерий, германской и голландской, влияние которых явно отразилось на вновь созданной Петром нашей новой артиллерии, которая уже не только не уступала, но во многом даже превзошла иностранную».

Довершила изъятие музейных экспонатов масштабная потеря артиллерии в 1706 году во время отступления русской армии из Гродно в условиях весенней распутицы. Из 103 орудий различных систем полевой и полковой артиллерии в Киев в мае смогли добраться только 40. Даже «легкие» трехфунтовые пушки оказались чрезвычайно неманевренными, тяжелыми и громоздкими.

Артиллерийский вес

Александр Арчилович, взятый в плен под Нарвой, умер в Швеции, не успев ни в чем проявить своей страстной любви к артиллерии. Вторым генерал-фельдцейхмейстером был назначен граф Брюс, тот самый, которого воспел Пушкин в «Полтаве». Именно он под руководством Петра и создал новую русскую артиллерию.

Был установлен «артиллерийский вес»: чугунное ядро диаметром 2 дюйма было принято за 1 фунт (491,4 г), калибры пушек обозначены в артиллерийском весе, а все части вновь спроектированных орудий и лафетов были впервые указаны в калибрах. Этими двумя средствами были, наконец, установлены нормы калибров и система орудий, ограничившие прежний произвол литейщиков.

После того как в 1705 году к битве со шведами при Гемауертгофе наша артиллерия опоздала к бою (по саркастическому выражению Петра, «пушки наши неприятель назавтрее нашел»), Петр сильно озаботился подвижностью войск и ввел новый род полевой артиллерии — конную, о создании которой никто до него и не задумывался.

Под эту артиллерию были специально разработаны и отлиты облегченные четырех-, трех-, двух-, полуторафунтовые и однофунтовые пушки.

В архиве лейб-гвардии Преображенского полка найден указ Петра «об уборе артиллеристов конными», о снабжении их верховыми лошадьми, седлами и проч. В таком виде конные роты принимали участие в сражениях при Гуммельсгофе (1702) и при Лесной (1708). В эти годы они сопровождали драгунские полки.

Фридрих Великий, создавший свою легендарную конную артиллерию почти на полвека позже Петра, признавался, что идею ее он заимствовал у русских, драгуны и казаки которых, сопровождаемые артиллерией, причинили ему немало вреда неожиданным действием картечью.

Кроме того, Петр усовершенствовал технические заведения, необходимые для изготовления большого количества орудий и снарядов, и увеличил их число: к пороховому заводу в Москве были прибавлены новые: Петербургский Охтенский и Сестрорецкий. Основаны оружейные заводы в Сестрорецке и Туле.

Кроме Московского пушечного двора, были заложены арсеналы для литья медных орудий в Казани и Петербурге. Чугуноплавильные заводы были учреждены в Олонецкой губернии (Петрозаводский и Кончеозерский) и на Урале.

Не было ни одной отрасли артиллерийского дела, к которой Петр не приложил бы своих личных забот. Он лично составил «Руководство для употребления артиллерии», которое и ныне хранится в Эрмитаже.

Вышеупомянутый преподаватель Михайловской артиллерийской академии полковник А. Нилус писал: «Нельзя не признать, что в течение нескольких лет Петр I двинул артиллерию вперед на целое столетие, опередил Европу и придал артиллерии характер не ему со-вре-мен-ного, а следующего периода, к которому и должна была бы быть отнесена его деятельность».

Орудие ближнего боя

Именно поэтому маленькую однофунтовую петровскую полковую пушку можно считать прабабушкой современной российской артиллерии. Дальность ее боя не превышала 300 метров, и для ведения огня петровским артиллеристам требовалось немало храбрости и хладнокровия.

Стреляла эта пушка в основном картечью — тремя десятками свинцовых пуль. Залп батареи из четырех орудий вызывал целый град из 120 пуль, что заменяло собой залп строя солдат из 100−150 человек.

Из-за небольших размеров быстрота обслуживания однофунтовой пушки была по тем временам рекордной: хорошо обученный расчет мог производить до четырех залпов в минуту, выкашивая каждым почти шеренгу наступающих. За это время вражеская пехота преодолевала около 100 м.

Поэтому слаженная батарея с достаточным запасом боеприпасов была почти неприступна.

Российско-белорусские отношения должны быть полностью переформатированы

Кроме того, эти малютки могли поддерживать пехоту в наступлении, двигаясь в порядках наступающих, — до Петра этого никто не делал. Четыре человека — как раз орудийный расчет — вполне справлялись с орудием.

Вообще с петровских времен до наших дней дошло немного, и то, как воевали наши прадеды, во многом приходится домысливать. И ставить эксперименты.

Это и называется исторической реконструкцией. И благодаря ей мы можем хотя бы приблизительно почувствовать то, что чувствовали наши предки.

Автор: Александр Грек

stockinfocus.ru