Дата невская битва. Невская битва дата


Невская битва 23 июля 1240 — История России

 

 

Невская битва - сражение между русскими и шведскими войсками на реке Неве. Целью вторжения шведов был захват устья реки Невы, что давало возможность овладеть важнейшим участком пути «из варяг в греки», находившимся под контролем Великого Новгорода. Воспользовавшись туманом, русские неожиданно напали на шведский лагерь и разгромили врага; только наступление темноты прекратило битву и позволило спастись остаткам шведского войска Биргера, который был ранен Александром Ярославичем. Князь Александр Ярославич за проявленное в битве полководческое искусство и мужество был прозван Невским. Военно-политическое значение Невской битвы состояло в предотвращении угрозы вражеского нашествия с севера и в обеспечении безопасности границ России со стороны Швеции в условиях Батыева нашествия.

 

НОВГОРОДСКАЯ ПЕРВАЯ ЛЕТОПИСЬ СТАРШЕГО ИЗВОДА

Придоша Свѣи в силѣ велицѣ, и Мурмане, и Сумь, и ѣмь в кораблихъ множьство много зѣло; Свѣи съ княземь и съ пискупы своими; и сташа в Невѣ устье Ижеры, хотяче всприяти Ладогу, просто же реку и Новъгородъ и всю область Новгородьскую. Но еще преблагыи, премилостивыи человѣколюбець богъ ублюде ны и защити от иноплеменьникъ, яко всуе трудишася без божия повелѣния: приде бо вѣсть в Новъгородъ, яко Свѣи идуть къ Ладозѣ. Князь же Олександръ не умедли ни мало с новгородци и с ладожаны приде на ня, и побѣди я силою святыя Софья и молитвами владычица нашея богородица и приснодѣвица Мария, мѣсяца июля въ 15, на память святого Кюрика и Улиты, в недѣлю на Сборъ святыхъ отець 630, иже в Халкидонѣ; и ту бысть велика сѣча Свѣемъ. И ту убиенъ бысть воевода ихъ, именемь Спиридонъ; а инии творяху, яко и пискупъ убьенъ бысть ту же; и множество много ихъ паде; и накладше корабля два вятшихъ мужь, преже себе пустиша и к морю; а прокъ ихъ, ископавше яму, вметаша в ню бещисла; а инии мнози язвьни быша; и в ту нощь, не дождавше свѣта понедѣльника, посрамлени отъидоша.

Новгородець же ту паде: Костянтинъ Луготиниць, Гюрята Пинещиничь, Намѣстъ, Дрочило Нездыловъ сынъ кожевника, а всѣхъ 20 мужь с ладожаны, или мне, богь вѣстъ. Князь же Олександръ съ новгородци и с ладожаны придоша вси здрави въ своя си, схранени богомь и святою Софьею и молитвами всѣхъ святыхъ.

 

НАКАНУНЕ НЕВСКОГО СРАЖЕНИЯ

1238 г. стал переломным в судьбе Александра Ярославича. В битве с татарами на реке Сити решалась судьба не только великого князя, всей Русской земли, но и его отца, и его самого. После гибели Юрия Всеволодовича именно Ярослав Всеволодович, как старший в роду, стал великим князем владимирским. Александру отец определил все тот же Новгород. Тогда же, в 1238 г., семнадцатилетний Александр женился на княжне Прасковье, дочери полоцкого князя Брячислава. Тем самым Александр приобрел в лице полоцкого князя союзника на западных рубежах Руси. Венчание происходило на родине матери и деда, в городе Торопце, а свадебный обед состоялся дважды — в Торопце и в Новгороде. Александр демонстрировал свое уважение к городу, где он впервые вышел на самостоятельный княжеский путь.

Поворотными для Александра этот год и последующий были и в другом смысле. Нашествие татаро-монголов и жесточайшее разорение ими русских земель как бы подчеркнули уже давно развивающийся политический распад Руси, ее все возрастающую военную слабость. Разгром Батыем русских земель закономерно совпал с усилением агрессии против Руси всех ее соседей. Им казалось, что теперь стоит предпринять лишь небольшое усилие, и можно будет прибрать к своим рукам все, что осталось за чертой татаро-монгольского завоевания.

Литовцы захватили Смоленск, тевтонские рыцари, разорвав прежний мир, начали наступление на Псков. Сначала они овладели крепостью Изборск, а потом осадили и сам Псков. Взять его не удалось, но городские ворота открыли рыцарям их сторонники из числа псковского боярства. Одновременно датчане атаковали земли чуди (эстов) на берегу Финского залива, находившиеся под властью Новгорода. Последний оплот свободной и независимой еще Руси — новгородские земли — был поставлен на грань катастрофы. По существу, Александру Ярославичу и стоящему за его спиной великому князю противостоял блок западных стран, ударными силами которого были «слуги Божьи» из немецких земель. В тылу же лежала разоренная татарами Русь. Юный князь оказался в центре восточноевропейской политики. Наступал решающий этап борьбы русских за оставшиеся еще независимыми земли.

Первыми открытый удар по новгородским владениям нанесли давние враги Новгорода шведы. Они придали походу крестовый характер. Грузились на корабли под пение религиозных гимнов, католические священники благословили их в путь. В начале июля 1240 г. флот шведского короля Эрика Леспе направился к русским берегам. Во главе королевского войска стояли ярл Ульф Фаси и зять короля ярл Биргер. По некоторым данным, С обоими ярлами шло несколько тысяч человек Вскоре шведы бросили якоря в том месте, где река Ижора впадает в Неву. Здесь они раскинули свой стан и начали рыть боевые рвы, предполагая, видимо, закрепиться надолго и в дальнейшем заложить крепость, свой опорный пункт в ижорской земле, как они это уже сделали в землях еми и суми.

В древнем предании сохранилось обращение шведского вождя к новгородскому князю: «Если хочешь противиться мне, то я уже пришел. Приди и поклонись, проси милости, и дам ее, сколько захочу. А если воспротивишься, попленю и разорю всю и порабощу землю твою и будешь ты мне рабом и сыновья твои». Это был ультиматум. Шведы требовали от Новгорода безусловного повиновения. Они были убеждены в успехе своего предприятия. По их понятиям, сломленная татарами Русь не могла оказать им серьезного сопротивления. Однако события разворачивались вовсе не так, как предполагали шведские крестоносцы. Еще на входе в Неву их шнеки были замечены местными ижорскими дозорщиками. Ижорский старейшина Пелгусий тут же дал знать в Новгород о появлении противника и позднее сообщал Александру о месте пребывания и количестве шведов.

А.Н. Сахаров. «Александр Невский: Имя Россия. Исторический выбор 2008» 

 

АЛЕКСАНДР НЕВСКИЙ ВО ВРЕМЯ БИТВЫ

Сражавшийся во главе дружины переяславцев князь Александр Ярославич с высоты своего боевого коня сумел высмотреть «королевича» Биргера, защищенного мечами нескольких рыцарей. Русский ратоборец направил своего коня прямо на вражеского предводителя. Туда же развернулась и княжеская ближняя дружина.

«Королевич» Биргер как королевский полководец в ходе Невской битвы подтвердил, вне всякого сомнения, репутацию древнего рода Фолькунгов. В русских летописях нет упоминаний о его личной «шаткости» в проигранном сражении до той минуты, когда он получил тяжелое ранение в лицо. Биргер сумел сплотить вокруг себя личную дружину, часть рыцарей-крестоносцев и попытался отразить дружное нападение русской конницы.

То обстоятельство, что крестоносцы стали успешно отбиваться от нападавших на них русских конников у златоверхого шатра, и заставило князя Александра Ярославича усилить здесь натиск. В противном случае шведы, начавшие получать подкрепления со шнеков, могли отбить нападение и тогда исход битвы становился труднопредсказуемым.

О том часе летописец скажет: «Была брань крепка зело и сеча зла». В самый разгар яростной сечи сошлись два предводителя противоборствующих сил — новгородский князь и будущий правитель Шведского королевства Биргер. То был рыцарский поединок двух полководцев средневековья, от исхода которого зависело очень многое. Таким и изобразил его на своем историческом полотне замечательный художник Николай Рерих.

Девятнадцатилетний Александр Ярославич смело направил коня на выделявшегося в рядах рыцарей-крестоносцев закованного в латы Биргера, восседавшего на коне. И тот и другой славились искусностью в рукопашных единоборствах. Русские воины почти никогда не носили шлемов с забралами, оставляя лицо и глаза неприкрытыми. Только вертикальная стальная стрела предохраняла лицо от удара мечом или копьем. В рукопашном бою это давало большое преимущество, поскольку воин лучше видел поле битвы и своего противника. В таком шлеме бился на невских берегах и князь Александр Ярославич.

Ни биргеровские оруженосцы, ни ближние княжеские дружинники не стали мешать поединку двух военачальников. Умело отбив удар Биргера тяжелым копьем, новгородский князь изловчился и метко ударил своим копьем в смотровую щель опущенного забрала шлема предводителя шведов. Острие копья вонзилось в лицо «королевича» и кровь стала заливать ему лицо, глаза. Шведский полководец покачнулся в седле от удара, но на коне удержался.

Оруженосцы и слуги Биргера не дали русскому князю повторить удар. Они отбили тяжелораненого хозяина, рыцари-крестоносцы вновь сомкнули строй у златоверхого шатра и рукопашные схватки здесь продолжились. Биргера поспешили увести на флагманский шнек. Королевское войско осталось без испытанного предводителя. Ни ярл Ульф Фаси, ни воинственные католические епископы в рыцарских доспехах не смогли заменить его.

Русский летописец так описал рыцарский поединок новгородского князя Александра Ярославича и шведского полководца: «...Изби множество бещисленно их, и самому королеви возложити печать на лице острым своим копием».

А.В. Шишов. Александр Невский 

 

О ЗНАЧЕНИИ НЕВСКОЙ ПОБЕДЫ

Потери новгородцев были весьма незначительны, всего с ладожанами двадцать человек. Так недорого обошлась славная победа! Нам невероятными представляются эти известия, «да и немудрено, — замечает историк, — им дивились современники и даже очевидцы». Но чего не может совершить беззаветная удаль и самоотверженная любовь к родине, одушевленная надеждой на небесную помощь! Успех русских много зависел от быстроты, неожиданности нападения. В страшном замешательстве и переполохе разноплеменные враги, обманувшись в своей надежде на богатую добычу и раздраженные неудачей, может быть, бросились избивать друг друга и продолжали кровопролитный бой между собою и на другом берегу Ижоры. Но более всего, без сомнения, победа зависела от личных достоинств вождя, который «бе побеждая везде, а непобедим николиже». Недаром современники и потомство дали Александру Ярославичу славное имя Невского. Его орлиный взгляд, его мудрая сообразительность, его юный энтузиазм и распорядительность во время боя, его геройская отвага и разумно принятые меры предосторожности, а главное — небесное содействие ему всего вернее обеспечили успех дела. Он сумел воодушевить войско и народ. Самая личность его производила чарующее впечатление на всех, кто его видел. Незадолго до славной Невской победы в Новгород приходил магистр ливонский Андрей Вельвен, «хотя видети мужество и дивный возраст блаженного Александра, якоже древле царица южская прииде к Соломону видети премудрость его. Подобно тому и сей Андрияш, яко узре святаго великаго князя Александра, зело удивился красоте лица его и чудному возрасту, наипаче же видя Богом дарованную ему премудрость и непременный разум, и не ведяше како нарещи его и в велице недоумении бысть. Егда же возвратился от него, и прииде восвояси, и начат о нем поведати со удивлением. Прошед, рече, многи страны и языки, и видех много цари и князи, и нигде же такова красотою и мужеством не обретох ни в царех царя, ни в князех князя, яко же великий князь Александр». Для объяснения тайны этого обаяния недостаточно указания только на отвагу и предусмотрительность. Одновременно с этими качествами в нем было нечто высшее, что неотразимо влекло к нему: на челе его сияла печать гения. Как яркий светильник, горел в нем явно для всех дар Божий. Этим-то даром Божиим все любовались в нем. Прибавим к этому его искреннее благочестие. Подобно слову Божию о Немвроде, он также был воин «пред Господом». Вдохновенный вождь, он умел вдохновлять народ и войско. Всего ярче отражается светлый образ невского героя в летописях, писанных большею частью современниками. Каким теплым чувством, каким, можно сказать, благоговением дышат их безыскусственные рассказы! «Как дерзну я, худой, недостойный и многогрешный, написать повесть об умном, кротком, смысленном и храбром великом князе Александре Ярославиче!» — восклицают они. Изображая его подвиги, они сравнивают его с Александром Великим, с Ахиллом, с Веспасианом — царем, пленившим землю иудейскую, с Сампсоном, с Давидом, по мудрости — с Соломоном. Это не риторическая прикраса. Все это подсказано глубоко искренним чувством. Подавленный страшным нашествием татар, русский народ инстинктивно искал утешения, отрады, жаждал того, что хотя несколько могло бы поднять и ободрить упавший дух, оживить надежды, показать ему, что не все еще погибло на святой Руси. И он нашел все это в лице Александра Ярославича. Со времени Невской победы он сделался светлой путеводной звездой, на которой с горячей любовью и упованием сосредоточил свои взоры русский народ. Он стал его славой, его надеждой, его утехой и гордостью. Притом он был еще так молод, так много предстояло ему еще впереди.

Римляне побеждены и посрамлены! — радостно восклицали новгородцы, — не свея, мурмане, сумь и емь — римляне и в этом выражении, в этом названии побежденных врагов римлянами народный инстинкт верно угадал смысл нашествия. Народ прозревал здесь посягательство Запада на русскую народность и веру. Здесь, на берегах Невы, со стороны русских дан был первый славный отпор грозному движению германства и латинства на православный Восток, на святую Русь.

М.М. Хитров. Александр Невский – Великий князь 

 

ИСТОРИКИ ОБ АЛЕКСАНДРЕ НЕВСКОМ

Н.М. Карамзин:  «Добрые россияне включили Невского в лик своих ангелов-хранителей и в течение веков приписывали ему, как новому небесному заступнику отечества, разные благоприятные для России случаи: столь потомство верило мнению и чувству современников в рассуждении сего князя! Имя Святого, ему данное, гораздо выразительнее Великого: ибо Великими называют обыкновенно счастливых: Александр же мог добродетелями своими только облегчить жестокую судьбу России, и подданные, ревностно славя его память, доказали, что народ иногда справедливо ценит достоинства государей и не всегда полагает их во внешнем блеске государства.»

Н.И. Костомаров: «Духовенство более всего уважало и ценило этого князя. Его угодливость хану, уменье ладить с ним... и тем самым отклонять от русского народа бедствия и разорения, которые постигли бы его при всякой попытке к освобождению и независимости, — все это вполне согласовывалось с учением, всегда проповедуемым православными пастырями: считать целью нашей жизни загробный мир, безропотно терпеть всякие несправедливости... покоряться всякой власти, хотя бы иноплеменной и поневоле признаваемой».

С.М. Соловьев: «Соблюдение Русской земли от беды на востоке, знаменитые подвиги за веру и землю на западе доставили Александру славную память на Руси и сделали его самым видным историческим лицом в древней истории от Мономаха до Донского». 

histrf.ru

Невская битва — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Не́вская би́тва (15 июля 1240) — сражение на реке Неве между новгородским войском под командованием князя Александра Ярославича и шведским войском. Александр Ярославич за победу и личную храбрость в бою получил почётное прозвище «Невский».

Предпосылки

В первой половине XIII века шведы и новгородцы совершали карательные походы против финских племён сумь и емь, что и послужило причиной их затяжных конфликтов. Шведы пытались крестить эти племена и обезопаситься от грабительских набегов на свои земли. Также шведы предпринимали неоднократные грабительские рейды по берегам Невы или непосредственно в новгородские земли. В конце XII в. Швеция, ослабевшая в результате длительного периода политической нестабильности, привлекала большое количество искателей лёгкой наживы. В течение долгого времени карело-финские племена тревожили шведов набегами, а в 1187 г. вместе с новгородским войском сожгли древнюю столицу Швеции Сигтуну.

В этом противостоянии обе стороны и русская, и шведская, стремились поставить под свой контроль Ижорскую землю[4][5] — территорию, прилегающую к реке Неве, а также Карельский перешеек.

В декабре 1237 года папа римский Григорий IX провозгласил второй крестовый поход в Финляндию, а в июне 1238 года датский король Вальдемар II и магистр объединённого ордена Герман фон Балк договорились о разделе Эстонии и военных действиях против Руси в Прибалтике с участием шведов[6]. Русские земли в эти годы были ослаблены монгольским нашествием.

Перед битвой

Летом 1240 года шведские корабли прибыли в устье реки Невы. Высадившись на берег, шведы и их союзники раскинули свои шатры в том месте, где Ижора впадала в Неву. Новгородская первая летопись старшего извода сообщает об этом так:

Придоша Свѣи в силѣ велицѣ, и Мурмане, и Сумь, и ѣмь в кораблихъ множьство много зѣло; Свѣи съ княземь и съ пискупы своими; и сташа в Невѣ устье Ижеры, хотяче всприяти Ладогу, просто же реку и Новъгородъ и всю область Новгородьскую.

Согласно этому сообщению в составе войска шведов были норвежцы (мурмане) и представители финских племен (сумь и ѣмь), в войске находились также католические епископы. Границы Новгородской земли охранялись «сторожами»: в районе Невы, по обоим берегам Финского залива, находилась «морская стража» ижорян. На рассвете июльского дня 1240 года старейшина Ижорской земли Пелгусий, находясь в дозоре, обнаружил шведскую флотилию и спешно послал доложить обо всем Александру.

Ливонский поход на Русь начался в августе, чем может объясняться, с одной стороны, выжидательная позиция шведов, а с другой — незамедлительная реакция Александра[6]. Получив известие о приближении противника, князь Александр Ярославич принял решение действовать своими силами, не запрашивая помощь у отца[7]. Согласно «Житию», Александр выступил с малой дружиной (двором), и многие новгородцы не успели присоединиться, так как поспешил князь выступить. Также в битве участвовали ладожские ополченцы[8], присоединившиеся по пути[3]. По принятому обычаю воины собрались у собора Святой Софии и получили благословение от архиепископа Спиридона. Александр воодушевил дружину речью, фраза которой дошла до наших дней и стала крылатой[7][9]:

Братья! Не в силах Бог, а в правде! Вспомним слова псалмопевца: сии в оружии, и сии на конех, мы же во имя Господа Бога нашего призовем... Не убоимся множества ратных, яко с нами Бог.

Отряд Александра продвигался сушей вдоль Волхова до Ладоги, затем повернул к устью Ижоры. Войско в основном состояло из конных воинов, но в нём были и пешие силы, которые для того, чтобы не терять время, также передвигались на лошадях.

Ход битвы

15 июля 1240 года началось сражение. Сообщение Первой новгородской летописи старшего извода достаточно кратко:

И ту убиенъ бысть воевода ихъ, именемь Спиридонъ; а инии творяху, яко и пискупъ убьенъ бысть ту же; и множество много ихъ паде; и накладше корабля два вятшихъ мужь, преже себе пустиша и к морю; а прокъ ихъ, ископавше яму, вметаша в ню бещисла; а инии мнози язвьни быша; и в ту нощь, не дождавше свѣта понедѣльника, посрамлени отъидоша.

Александр «на лице самого короля оставил след острого копья своего…»[7]. Кирпичников А. Н.[3] трактует это сообщение как нарушение дружиной Александра строя отряда шведского короля уже при первом конном копейном столкновении. В русском войске помимо княжеского отряда были как минимум 3 отряда знатных новгородцев, имевших свои дружины, и ладожский отряд[3]. В «Житии», которое имеется в младшем изводе Новгородской первой летописи, упоминаются шесть воинов, совершивших подвиги во время сражения (из них трое дружинников князя и трое новгородцев):

Гаврило Олексич, «увидев королевича, влекомого под руки, въехал до самого корабля по сходням, по которым бежали с королевичем», поднялся на борт, был сброшен вниз, но потом снова вступил в бой. Сбыслав Якунович, вооружённый только одним топором, бросился в самый центр вражеского войска, а за ним ловчий Александра — Яков Полочанин размахивал своим длинным мечом. Отрок Савва проник в центр шведского лагеря, «ворвался в большой королевский златоверхий шатер и подсек столб шатёрный»[7]; потеряв опору, шатёр свалился на землю. Новгородец Миша со своей дружиной сражался в пешем строю и потопил три вражеских корабля. Шестой упомянутый воин — слуга Александра Ярославича Ратмир — сражался пешим против нескольких шведов, был ранен и погиб.

Сражение длилось до наступления вечера; к ночи противники разошлись. Шведы потерпели поражение, и к утру отступили на уцелевших кораблях, и переправились на другой берег.

Уходу остатков шведского войска не препятствовали. Сказались ли здесь рыцарские приемы ведения боя, позволявшие во время передышки хоронить своих, или новгородцы сочли дальнейшее кровопролитие напрасным, или Александр Ярославич не хотел рисковать своим понесшим потери войском — нельзя исключить ни одно из этих объяснений.
[3]

Потери русского войска составили до 20 состоятельных воинов (к этому числу следует прибавить их погибших дружинников[3]), тогда как шведы «накладше корабля два вятшихъ мужь, преже себе пустиша и к морю; а прокъ ихъ, ископавше яму, вметаша в ню бещисла»[8] (таким образом общее число погибших шведов измерялось либо также десятками, либо даже сотнями[3]). Кроме того, по сообщению «Жития», на другом берегу Невы на следующий день местные жители обнаружили много непогребенных тел шведов.

Результат битвы

Одержав победу над шведами, русские войска остановили их продвижение на Ладогу и Новгород и тем самым предупредили опасность скоординированных действий Швеции и Ордена в ближайшем будущем.

Однако из-за страха перед тем, что после победы роль Александра в ведении дел может возрасти, новгородские бояре стали строить князю всевозможные козни. Александр Невский уехал к отцу, но уже через год новгородские жители снова пригласили князя для продолжения войны с Ливонским орденом, подошедшим к Пскову.

Летописи

Это Новгородская первая летопись старшего извода, несколько вариантов агиографической Повести о житии Александра Невского, написанной не позднее 80-х годов XIII века, а также более поздняя Новгородская первая летопись младшего извода, зависимая от двух указанных выше источников. В 1240 году действительно состоялся поход на Русь небольшого скандинавского отряда (в рамках крестового похода в Финляндию)[10]

По предположению Н. И. Костомарова, шведскую армию действительно мог возглавлять зять короля Биргер Магнуссон[11], но он стал ярлом Швеции только в 1248 году, а в 1240 году ярлом был Ульф Фаси, который и командовал походом. При этом Биргер не участвовал в походе[1], хотя встречается и противоположная точка зрения[2]. Однако, исследование останков Биргера в 2002 году показало, что на его правой глазнице обнаружены явственные следы прижизненных повреждений, напоминающих следы от удара оружием. Хотя он участвовал в многочисленных сражениях, в которых мог получить подобную травму, это перекликается с тем, что Александр Невский в этой битве самому королю возложил печать на лице острым своим копием.

Критика источников

Сражение не упоминается ни в одном из западных источников. Известно, что в Швеции была гражданская война с 1222 по 1248, когда ярл Биргер получил власть. Хотя летописи упоминают норвежцев как союзников шведов, на деле обе страны были на грани войны, в том числе из-за присоединения в 1225 Вермланда.[12] Враждебные настроения исчезают только в 1249 после заключения мира в Лёдёсе.[13] В подобной междоусобице Швеция вряд ли была способна на масштабное вторжение и скорее всего в русских летописях речь идёт о мелкой пограничной стычке, которую князь Александр преувеличил в политических целях.[14] Вся начальная военная карьера и репутация князя Александра была позднее подстроена под его «святые деяния».[15]

Некоторые исследователи подвергают сомнению достоверность свидетельств о Невской битве[16].

Память о Невской битве

Александро-Невская лавра

В 1710 году Петр I в память о Невской битве основал в устье Чёрной речки (ныне река Монастырка) в Санкт-Петербурге Александро-Невской монастырь[17][18]. В то время ошибочно считалось, что битва проходила именно на этом месте[17]. Возведение монастыря осуществлялось по проекту Доменико Трезини. В дальнейшем ансамбль монастыря развивался по замыслу других архитекторов[18].

30 августа 1724 года из Владимира сюда были перевезены останки Александра Ярославича. В 1797 году, при императоре Павле I, Александро-Невскому монастырю была присвоена степень лавры. В архитектурный ансамбль Александро-Невской лавры входят: Благовещенская церковь, Фёдоровская церковь, Троицкий собор и другие. Ныне Александро-Невская лавра — государственный заповедник, на территории которого расположен Музей городской скульптуры с некрополем XVIII века (Лазаревское кладбище) и некрополем мастеров искусств (Тихвинское кладбище). В лавре похоронены Михаил Васильевич Ломоносов, Александр Васильевич Суворов, Денис Иванович Фонвизин, Николай Михайлович Карамзин, Иван Андреевич Крылов, Михаил Иванович Глинка, Модест Петрович Мусоргский, Пётр Ильич Чайковский, Фёдор Михайлович Достоевский и многие другие деятели, вошедшие в историю России.

Церковь Александра Невского в Усть-Ижоре

В честь победы в Невской битве в Усть-Ижоре в 1711 году была построена деревянная церковь[19].

До начала нового столетия церковь несколько раз горела и несколько раз была восстановлена. В 1798 году на средства местных жителей был воздвигнут каменный храм с колокольней и чугунной решёткой.

В 1934 году храм был закрыт и использовался как склад. Во время блокады Ленинграда колокольня храма была взорвана, потому что служила ориентиром для немецкой артиллерии[19].

В 1990 году начались работы по реставрации храма, а в 1995 году, 12 сентября он был освящён. При храме находится небольшое прицерковное кладбище, где 6 декабря 2002 года был установлен и освящён памятник-часовня с поясным (бронзовым) образом Александра Невского.[20]

Церковь располагается в Колпинском районе Санкт-Петербурга по адресу: пос. Усть-Ижора, Шлиссельбургское шоссе, 217.

Экранизация

На монетах и почтовых марках

<center>

См. также

Напишите отзыв о статье "Невская битва"

Примечания

  1. ↑ 1 2 3 4 Похлёбкин В. В. Внешняя политика Руси, России и СССР за 1000 лет в именах, датах, фактах. Москва. «Международные отношения». 1995 г.[www.kirjazh.spb.ru/biblio/pohleb/pohleb2.htm#2]
  2. ↑ 1 2 3 4 Пашуто В. Т. Александр Невский. М.: Молодая гвардия, 1974. – 160 с.
  3. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 [www.bibliotekar.ru/rusNevskiy/2.htm Электронная библиотека Библиотекарь.Ру]. Две великих битвы Александра Невского. Проверено 21 сентября 2008. [www.webcitation.org/65IgGpioF Архивировано из первоисточника 8 февраля 2012].
  4. ↑ Барсов Н. П. [www.runivers.ru/bookreader/book10415/#page/89/mode/1up Материалы для историко-географического словаря России]. — Вильна: типография А. Сыркина, 1865. — 228 с.
  5. ↑ [www.runivers.ru/bookreader/book9668/#page/334/mode/1up Географическо-статистический словарь Российской Империи]. — Санкт-Петербург: типография В. Безобразова и компании, 1865. — Т. 2. — 898 с.
  6. ↑ 1 2 Ужанков А. [www.pravoslavie.ru/archiv/mezhdvukhzol.htm#2 Меж двух зол. Исторический выбор Александра Невского]
  7. ↑ 1 2 3 4 [www.bibliotekar.ru/rus/79.htm Житие Александра Невского]
  8. ↑ 1 2 [krotov.info/acts/12/pvl/novg07.htm Новгородская первая летопись старшего извода. В лето 6748]
  9. ↑ [novodev.narod.ru/izhora/izhora.html Воскресная школа Воскресенского Новодевичьего монастыря]. Церковь святого благоверного князя Александра Невского в Усть-Ижоре. Проверено 22 сентября 2008. [www.webcitation.org/65IgHvK4m Архивировано из первоисточника 8 февраля 2012].
  10. ↑ Анисимов Е. В. История России от Рюрика до Путина. Люди. События. Даты. Изд. 2-е, доп., 2010 год, 592 стр., ISBN 978-5-388-00696-7
  11. ↑ [www.magister.msk.ru/library/history/kostomar/kostom08.htm Н.И. Костомаров. Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей]. КНЯЗЬ АЛЕКСАНДР ЯРОСЛАВИЧ НЕВСКИЙ. [www.webcitation.org/684jkmdL6 Архивировано из первоисточника 31 мая 2012].
  12. ↑ [www.smb.nu/svenskakrig/1225.asp] Värmlandståget 1225.Ulf Sundberg. 1999. Svenskt Militärhistoriskt Bibliotek.
  13. ↑ [www.smb.nu/svenskakrig/freder/1249.asp] Freden i Lödöse 1249. Ulf Sundberg. 1997. Svenskt Militärhistoriskt Bibliotek
  14. ↑ [www.uta.fi/laitokset/historia/sivut/ylhitutsem2001/Maki-PetaysMari.pdf] The image of Alexander Nevskij in the battle of Ivan IV against the infidels. Mari Mäki-Petäys. XX valtakunnallinen yleisen historian tutkijaseminaari. 2001. Tampere.
  15. ↑ [www.ort.fi/fi/uutispalvelu/artikkelit.php?we_objectID=1018] Tampereen ortodoksisen kirkon 100-vuotisjuhlassa pidetty juhlapuhe 6.11.1999. Jukka Korpela. Suomen ortodoksinen kirkkokunta
  16. ↑ Александр Нестеренко. «Александр Невский» Издательство: Олма-Пресс. Серия: Альтернатива. История, которую мы не знаем ISBN 5-224-05360-9
  17. ↑ 1 2 [encspb.ru/object/2804035469 Энциклопедия Санкт-Петербурга]. Невская битва 1240. Проверено 21 сентября 2008.
  18. ↑ 1 2 Чеснокова А. Н. Парадный въезд в новую страницу // Невский проспект. — Л.: Лениздат, 1985. — С. 7-9. — 208 с. — (Туристу о Ленинграде).
  19. ↑ 1 2 [encspb.ru/object/2804009872 Энциклопедия Санкт-Петербурга*]. Александра Невского в Усть-Ижоре церковь. Проверено 22 сентября 2008.
  20. ↑ [kolpino-city.ru/city/history/4/217/ Создание памятника Александру Невскому на месте «Невской битвы»]. Мой мир@Mail.Ru(недоступная ссылка — история) (12 ноября 2008). Проверено 25 января 2016. [archive.is/hJjjg Архивировано из первоисточника 17 апреля 2013].

Ссылки

  • [a-nevsky.ru Сайт об Александре Невском]
  • [russia.rin.ru/guides/6865.html Невская битва]
  • [historydoc.edu.ru/catalog.asp?cat_ob_no=14056&ob_no= Невская битва. 15 июля 1240. Схема]
  • [rulers.narod.ru/nevsky/neva.gif Схема битвы]
  • [historydoc.edu.ru/catalog.asp?cat_ob_no=12189&ob_no=14058 Схема битвы (2)]
  • [archive.is/20130417130805/www.sgu.ru/rus_hist/?wid=1249 «Князь Александр наносит рану шведскому военачальнику.» Автор: Кившенко А.]
  • [vbrg.ru/articles/istorija_vyborga/istoricheskie_lichnosti_nashego_goroda/aleksandr_nevskijj/ В. И. Охотникова «Повесть о житии Александра Невского»]
  • [my.mail.ru/mail/izora/microposts?postid=609441909C6DD73E&answer=1#page=video/mail/izora/12%23video=/mail/izora/12/51 о. Анатолий (настоятель храма Александра Невского) Отвечает на вопрос — Почему в Усть Ижоре два памятника Александру Невскому]
  • [www.avtoveche.spb.ru/s_ijora.html Поверье — Легенды: «Предтеча Невской битвы» и «Небесная помощь в день Невской битвы». Автор: Селезнёв А. А.]
  • [polit.ru/analytics/2010/08/12/nevskaja_bitva.html Л. Усыскин. Первое происшествие на Неве]
  • [www.youtube.com/watch?v=HPIHujWMb_0&feature=youtu.be Лекция посла Швеции Томаса Бертельмана на философском факультете МГУ]
  • [my.mail.ru/video/mail/izora/12/144.html#video=/mail/izora/12/148 «Невская битва», читает Народный артист РСФСР А. Ю. Толубеев]

Отрывок, характеризующий Невская битва

– То то смеху, – сказал он, возвращаясь. – Два хранцуза пристали. Один мерзлый вовсе, а другой такой куражный, бяда! Песни играет. – О о? пойти посмотреть… – Несколько солдат направились к пятой роте.

Пятая рота стояла подле самого леса. Огромный костер ярко горел посреди снега, освещая отягченные инеем ветви деревьев. В середине ночи солдаты пятой роты услыхали в лесу шаги по снегу и хряск сучьев. – Ребята, ведмедь, – сказал один солдат. Все подняли головы, прислушались, и из леса, в яркий свет костра, выступили две, держащиеся друг за друга, человеческие, странно одетые фигуры. Это были два прятавшиеся в лесу француза. Хрипло говоря что то на непонятном солдатам языке, они подошли к костру. Один был повыше ростом, в офицерской шляпе, и казался совсем ослабевшим. Подойдя к костру, он хотел сесть, но упал на землю. Другой, маленький, коренастый, обвязанный платком по щекам солдат, был сильнее. Он поднял своего товарища и, указывая на свой рот, говорил что то. Солдаты окружили французов, подстелили больному шинель и обоим принесли каши и водки. Ослабевший французский офицер был Рамбаль; повязанный платком был его денщик Морель. Когда Морель выпил водки и доел котелок каши, он вдруг болезненно развеселился и начал не переставая говорить что то не понимавшим его солдатам. Рамбаль отказывался от еды и молча лежал на локте у костра, бессмысленными красными глазами глядя на русских солдат. Изредка он издавал протяжный стон и опять замолкал. Морель, показывая на плечи, внушал солдатам, что это был офицер и что его надо отогреть. Офицер русский, подошедший к костру, послал спросить у полковника, не возьмет ли он к себе отогреть французского офицера; и когда вернулись и сказали, что полковник велел привести офицера, Рамбалю передали, чтобы он шел. Он встал и хотел идти, но пошатнулся и упал бы, если бы подле стоящий солдат не поддержал его. – Что? Не будешь? – насмешливо подмигнув, сказал один солдат, обращаясь к Рамбалю. – Э, дурак! Что врешь нескладно! То то мужик, право, мужик, – послышались с разных сторон упреки пошутившему солдату. Рамбаля окружили, подняли двое на руки, перехватившись ими, и понесли в избу. Рамбаль обнял шеи солдат и, когда его понесли, жалобно заговорил: – Oh, nies braves, oh, mes bons, mes bons amis! Voila des hommes! oh, mes braves, mes bons amis! [О молодцы! О мои добрые, добрые друзья! Вот люди! О мои добрые друзья!] – и, как ребенок, головой склонился на плечо одному солдату. Между тем Морель сидел на лучшем месте, окруженный солдатами. Морель, маленький коренастый француз, с воспаленными, слезившимися глазами, обвязанный по бабьи платком сверх фуражки, был одет в женскую шубенку. Он, видимо, захмелев, обнявши рукой солдата, сидевшего подле него, пел хриплым, перерывающимся голосом французскую песню. Солдаты держались за бока, глядя на него. – Ну ка, ну ка, научи, как? Я живо перейму. Как?.. – говорил шутник песенник, которого обнимал Морель. Vive Henri Quatre, Vive ce roi vaillanti – [Да здравствует Генрих Четвертый! Да здравствует сей храбрый король! и т. д. (французская песня) ] пропел Морель, подмигивая глазом. Сe diable a quatre… – Виварика! Виф серувару! сидябляка… – повторил солдат, взмахнув рукой и действительно уловив напев. – Вишь, ловко! Го го го го го!.. – поднялся с разных сторон грубый, радостный хохот. Морель, сморщившись, смеялся тоже. – Ну, валяй еще, еще! Qui eut le triple talent, De boire, de battre, Et d'etre un vert galant… [Имевший тройной талант, пить, драться и быть любезником…] – A ведь тоже складно. Ну, ну, Залетаев!.. – Кю… – с усилием выговорил Залетаев. – Кью ю ю… – вытянул он, старательно оттопырив губы, – летриптала, де бу де ба и детравагала, – пропел он. – Ай, важно! Вот так хранцуз! ой… го го го го! – Что ж, еще есть хочешь? – Дай ему каши то; ведь не скоро наестся с голоду то. Опять ему дали каши; и Морель, посмеиваясь, принялся за третий котелок. Радостные улыбки стояли на всех лицах молодых солдат, смотревших на Мореля. Старые солдаты, считавшие неприличным заниматься такими пустяками, лежали с другой стороны костра, но изредка, приподнимаясь на локте, с улыбкой взглядывали на Мореля. – Тоже люди, – сказал один из них, уворачиваясь в шинель. – И полынь на своем кореню растет. – Оо! Господи, господи! Как звездно, страсть! К морозу… – И все затихло. Звезды, как будто зная, что теперь никто не увидит их, разыгрались в черном небе. То вспыхивая, то потухая, то вздрагивая, они хлопотливо о чем то радостном, но таинственном перешептывались между собой.

Х Войска французские равномерно таяли в математически правильной прогрессии. И тот переход через Березину, про который так много было писано, была только одна из промежуточных ступеней уничтожения французской армии, а вовсе не решительный эпизод кампании. Ежели про Березину так много писали и пишут, то со стороны французов это произошло только потому, что на Березинском прорванном мосту бедствия, претерпеваемые французской армией прежде равномерно, здесь вдруг сгруппировались в один момент и в одно трагическое зрелище, которое у всех осталось в памяти. Со стороны же русских так много говорили и писали про Березину только потому, что вдали от театра войны, в Петербурге, был составлен план (Пфулем же) поимки в стратегическую западню Наполеона на реке Березине. Все уверились, что все будет на деле точно так, как в плане, и потому настаивали на том, что именно Березинская переправа погубила французов. В сущности же, результаты Березинской переправы были гораздо менее гибельны для французов потерей орудий и пленных, чем Красное, как то показывают цифры. Единственное значение Березинской переправы заключается в том, что эта переправа очевидно и несомненно доказала ложность всех планов отрезыванья и справедливость единственно возможного, требуемого и Кутузовым и всеми войсками (массой) образа действий, – только следования за неприятелем. Толпа французов бежала с постоянно усиливающейся силой быстроты, со всею энергией, направленной на достижение цели. Она бежала, как раненый зверь, и нельзя ей было стать на дороге. Это доказало не столько устройство переправы, сколько движение на мостах. Когда мосты были прорваны, безоружные солдаты, московские жители, женщины с детьми, бывшие в обозе французов, – все под влиянием силы инерции не сдавалось, а бежало вперед в лодки, в мерзлую воду. Стремление это было разумно. Положение и бегущих и преследующих было одинаково дурно. Оставаясь со своими, каждый в бедствии надеялся на помощь товарища, на определенное, занимаемое им место между своими. Отдавшись же русским, он был в том же положении бедствия, но становился на низшую ступень в разделе удовлетворения потребностей жизни. Французам не нужно было иметь верных сведений о том, что половина пленных, с которыми не знали, что делать, несмотря на все желание русских спасти их, – гибли от холода и голода; они чувствовали, что это не могло быть иначе. Самые жалостливые русские начальники и охотники до французов, французы в русской службе не могли ничего сделать для пленных. Французов губило бедствие, в котором находилось русское войско. Нельзя было отнять хлеб и платье у голодных, нужных солдат, чтобы отдать не вредным, не ненавидимым, не виноватым, но просто ненужным французам. Некоторые и делали это; но это было только исключение. Назади была верная погибель; впереди была надежда. Корабли были сожжены; не было другого спасения, кроме совокупного бегства, и на это совокупное бегство были устремлены все силы французов. Чем дальше бежали французы, чем жальче были их остатки, в особенности после Березины, на которую, вследствие петербургского плана, возлагались особенные надежды, тем сильнее разгорались страсти русских начальников, обвинявших друг друга и в особенности Кутузова. Полагая, что неудача Березинского петербургского плана будет отнесена к нему, недовольство им, презрение к нему и подтрунивание над ним выражались сильнее и сильнее. Подтрунивание и презрение, само собой разумеется, выражалось в почтительной форме, в той форме, в которой Кутузов не мог и спросить, в чем и за что его обвиняют. С ним не говорили серьезно; докладывая ему и спрашивая его разрешения, делали вид исполнения печального обряда, а за спиной его подмигивали и на каждом шагу старались его обманывать. Всеми этими людьми, именно потому, что они не могли понимать его, было признано, что со стариком говорить нечего; что он никогда не поймет всего глубокомыслия их планов; что он будет отвечать свои фразы (им казалось, что это только фразы) о золотом мосте, о том, что за границу нельзя прийти с толпой бродяг, и т. п. Это всё они уже слышали от него. И все, что он говорил: например, то, что надо подождать провиант, что люди без сапог, все это было так просто, а все, что они предлагали, было так сложно и умно, что очевидно было для них, что он был глуп и стар, а они были не властные, гениальные полководцы. В особенности после соединения армий блестящего адмирала и героя Петербурга Витгенштейна это настроение и штабная сплетня дошли до высших пределов. Кутузов видел это и, вздыхая, пожимал только плечами. Только один раз, после Березины, он рассердился и написал Бенигсену, доносившему отдельно государю, следующее письмо: «По причине болезненных ваших припадков, извольте, ваше высокопревосходительство, с получения сего, отправиться в Калугу, где и ожидайте дальнейшего повеления и назначения от его императорского величества». Но вслед за отсылкой Бенигсена к армии приехал великий князь Константин Павлович, делавший начало кампании и удаленный из армии Кутузовым. Теперь великий князь, приехав к армии, сообщил Кутузову о неудовольствии государя императора за слабые успехи наших войск и за медленность движения. Государь император сам на днях намеревался прибыть к армии. Старый человек, столь же опытный в придворном деле, как и в военном, тот Кутузов, который в августе того же года был выбран главнокомандующим против воли государя, тот, который удалил наследника и великого князя из армии, тот, который своей властью, в противность воле государя, предписал оставление Москвы, этот Кутузов теперь тотчас же понял, что время его кончено, что роль его сыграна и что этой мнимой власти у него уже нет больше. И не по одним придворным отношениям он понял это. С одной стороны, он видел, что военное дело, то, в котором он играл свою роль, – кончено, и чувствовал, что его призвание исполнено. С другой стороны, он в то же самое время стал чувствовать физическую усталость в своем старом теле и необходимость физического отдыха. 29 ноября Кутузов въехал в Вильно – в свою добрую Вильну, как он говорил. Два раза в свою службу Кутузов был в Вильне губернатором. В богатой уцелевшей Вильне, кроме удобств жизни, которых так давно уже он был лишен, Кутузов нашел старых друзей и воспоминания. И он, вдруг отвернувшись от всех военных и государственных забот, погрузился в ровную, привычную жизнь настолько, насколько ему давали покоя страсти, кипевшие вокруг него, как будто все, что совершалось теперь и имело совершиться в историческом мире, нисколько его не касалось. Чичагов, один из самых страстных отрезывателей и опрокидывателей, Чичагов, который хотел сначала сделать диверсию в Грецию, а потом в Варшаву, но никак не хотел идти туда, куда ему было велено, Чичагов, известный своею смелостью речи с государем, Чичагов, считавший Кутузова собою облагодетельствованным, потому что, когда он был послан в 11 м году для заключения мира с Турцией помимо Кутузова, он, убедившись, что мир уже заключен, признал перед государем, что заслуга заключения мира принадлежит Кутузову; этот то Чичагов первый встретил Кутузова в Вильне у замка, в котором должен был остановиться Кутузов. Чичагов в флотском вицмундире, с кортиком, держа фуражку под мышкой, подал Кутузову строевой рапорт и ключи от города. То презрительно почтительное отношение молодежи к выжившему из ума старику выражалось в высшей степени во всем обращении Чичагова, знавшего уже обвинения, взводимые на Кутузова. Разговаривая с Чичаговым, Кутузов, между прочим, сказал ему, что отбитые у него в Борисове экипажи с посудою целы и будут возвращены ему. – C'est pour me dire que je n'ai pas sur quoi manger… Je puis au contraire vous fournir de tout dans le cas meme ou vous voudriez donner des diners, [Вы хотите мне сказать, что мне не на чем есть. Напротив, могу вам служить всем, даже если бы вы захотели давать обеды.] – вспыхнув, проговорил Чичагов, каждым словом своим желавший доказать свою правоту и потому предполагавший, что и Кутузов был озабочен этим самым. Кутузов улыбнулся своей тонкой, проницательной улыбкой и, пожав плечами, отвечал: – Ce n'est que pour vous dire ce que je vous dis. [Я хочу сказать только то, что говорю.] В Вильне Кутузов, в противность воле государя, остановил большую часть войск. Кутузов, как говорили его приближенные, необыкновенно опустился и физически ослабел в это свое пребывание в Вильне. Он неохотно занимался делами по армии, предоставляя все своим генералам и, ожидая государя, предавался рассеянной жизни. Выехав с своей свитой – графом Толстым, князем Волконским, Аракчеевым и другими, 7 го декабря из Петербурга, государь 11 го декабря приехал в Вильну и в дорожных санях прямо подъехал к замку. У замка, несмотря на сильный мороз, стояло человек сто генералов и штабных офицеров в полной парадной форме и почетный караул Семеновского полка. Курьер, подскакавший к замку на потной тройке, впереди государя, прокричал: «Едет!» Коновницын бросился в сени доложить Кутузову, дожидавшемуся в маленькой швейцарской комнатке. Через минуту толстая большая фигура старика, в полной парадной форме, со всеми регалиями, покрывавшими грудь, и подтянутым шарфом брюхом, перекачиваясь, вышла на крыльцо. Кутузов надел шляпу по фронту, взял в руки перчатки и бочком, с трудом переступая вниз ступеней, сошел с них и взял в руку приготовленный для подачи государю рапорт. Беготня, шепот, еще отчаянно пролетевшая тройка, и все глаза устремились на подскакивающие сани, в которых уже видны были фигуры государя и Волконского. Все это по пятидесятилетней привычке физически тревожно подействовало на старого генерала; он озабоченно торопливо ощупал себя, поправил шляпу и враз, в ту минуту как государь, выйдя из саней, поднял к нему глаза, подбодрившись и вытянувшись, подал рапорт и стал говорить своим мерным, заискивающим голосом. Государь быстрым взглядом окинул Кутузова с головы до ног, на мгновенье нахмурился, но тотчас же, преодолев себя, подошел и, расставив руки, обнял старого генерала. Опять по старому, привычному впечатлению и по отношению к задушевной мысли его, объятие это, как и обыкновенно, подействовало на Кутузова: он всхлипнул. Государь поздоровался с офицерами, с Семеновским караулом и, пожав еще раз за руку старика, пошел с ним в замок. Оставшись наедине с фельдмаршалом, государь высказал ему свое неудовольствие за медленность преследования, за ошибки в Красном и на Березине и сообщил свои соображения о будущем походе за границу. Кутузов не делал ни возражений, ни замечаний. То самое покорное и бессмысленное выражение, с которым он, семь лет тому назад, выслушивал приказания государя на Аустерлицком поле, установилось теперь на его лице. Когда Кутузов вышел из кабинета и своей тяжелой, ныряющей походкой, опустив голову, пошел по зале, чей то голос остановил его. – Ваша светлость, – сказал кто то. Кутузов поднял голову и долго смотрел в глаза графу Толстому, который, с какой то маленькою вещицей на серебряном блюде, стоял перед ним. Кутузов, казалось, не понимал, чего от него хотели. Вдруг он как будто вспомнил: чуть заметная улыбка мелькнула на его пухлом лице, и он, низко, почтительно наклонившись, взял предмет, лежавший на блюде. Это был Георгий 1 й степени.

На другой день были у фельдмаршала обед и бал, которые государь удостоил своим присутствием. Кутузову пожалован Георгий 1 й степени; государь оказывал ему высочайшие почести; но неудовольствие государя против фельдмаршала было известно каждому. Соблюдалось приличие, и государь показывал первый пример этого; но все знали, что старик виноват и никуда не годится. Когда на бале Кутузов, по старой екатерининской привычке, при входе государя в бальную залу велел к ногам его повергнуть взятые знамена, государь неприятно поморщился и проговорил слова, в которых некоторые слышали: «старый комедиант». Неудовольствие государя против Кутузова усилилось в Вильне в особенности потому, что Кутузов, очевидно, не хотел или не мог понимать значение предстоящей кампании. Когда на другой день утром государь сказал собравшимся у него офицерам: «Вы спасли не одну Россию; вы спасли Европу», – все уже тогда поняли, что война не кончена. Один Кутузов не хотел понимать этого и открыто говорил свое мнение о том, что новая война не может улучшить положение и увеличить славу России, а только может ухудшить ее положение и уменьшить ту высшую степень славы, на которой, по его мнению, теперь стояла Россия. Он старался доказать государю невозможность набрания новых войск; говорил о тяжелом положении населений, о возможности неудач и т. п. При таком настроении фельдмаршал, естественно, представлялся только помехой и тормозом предстоящей войны. Для избежания столкновений со стариком сам собою нашелся выход, состоящий в том, чтобы, как в Аустерлице и как в начале кампании при Барклае, вынуть из под главнокомандующего, не тревожа его, не объявляя ему о том, ту почву власти, на которой он стоял, и перенести ее к самому государю. С этою целью понемногу переформировался штаб, и вся существенная сила штаба Кутузова была уничтожена и перенесена к государю. Толь, Коновницын, Ермолов – получили другие назначения. Все громко говорили, что фельдмаршал стал очень слаб и расстроен здоровьем.

wiki-org.ru

Невская битва - это... Что такое Невская битва?

Карта 1239—1245 Невская битва (фрагмент иконы «Александр Невский со сценами жития», XIX век) Б. Чориков. «Победа Александра Невского над шведами»

Не́вская би́тва (15 июля 1240) — сражение на реке Неве между новгородским войском под командованием князя Александра Ярославича и шведским отрядом. Александр Ярославич за победу и личную храбрость в бою получил почётное прозвище «Невский».

Источники

Источники, рассказывающие о Невской битве, очень немногочисленны. Это Новгородская первая летопись старшего извода, несколько вариантов агиографической Повести о житии Александра Невского, написанной не позднее 80-х годов XIII века, а также более поздняя Новгородская первая летопись младшего извода, зависимая от двух указанных выше источников.

В скандинавских источниках упоминания о крупном поражении нет, хотя в 1240 году действительно состоялся поход на Русь небольшого скандинавского отряда (в рамках крестового похода в Финляндию)[2].

Битва

Предыстория

В первой половине XIII века шведы и новгородцы совершали карательные походы против финских племён сумь и емь, что и послужило причиной их затяжных конфликтов. Шведы пытались крестить эти племена, и обезопаситься от грабительских набегов на свои земли. Также шведы предпринимали неоднократные грабительские рейды по берегам Невы или непосредственно в новгородские земли[3]. В конце XII в. Швеция, ослабевшая в результате длительного периода политической нестабильности, привлекала большое количество искателей лёгкой наживы. В течение долгого времени карело-финские племена тревожили шведов набегами, а в 1187 г. вместе с новгородским войском сожгли древнюю столицу Швеции Сигтуну[4].

В этом противостоянии обе стороны и русская, и шведская, стремились поставить под свой контроль Ижорскую землю[5][6] — территорию, прилегающую к реке Неве, а также Карельский перешеек.

Русская колонизация угро-финских была иной, нежели немецкая или шведская. С некоторой долей условности её можно назвать мягкой, в то время как «западная» была значительно более жесткой. Немцы и шведы на захваченных землях строили замки и крепости, живущая в которых знать делала местное население крепостными и заставляла христианизироваться. Туземцев, которые позже отходили от католичества, вешали, жгли на кострах и т. д.[7].

В то же время, слабое заселение северных земель позволяло русским внедряться почти безболезненно. Русские не превращали туземцев в своих крепостных или рабов, а накладываемая на них дань была невелика. Необходимо отметить, что новгородцы в XI—XIII веках принципиально не строили крепостей и замков в районе реки Невы, в Карелии и Южной Финляндии. К тому же, русская православная церковь вела миссионерскую деятельность не очень активно и только мирными средствами[8].

Перед битвой

Летом 1240 года шведские корабли прибыли в устье реки Невы. Высадившись на берег, шведы и их союзники раскинули свои шатры в том месте, где Ижора впадала в Неву. Новгородская первая летопись старшего извода сообщает об этом так:

Придоша Свѣи в силѣ велицѣ, и Мурмане, и Сумь, и ѣмь в кораблихъ множьство много зѣло; Свѣи съ княземь и съ пискупы своими; и сташа в Невѣ устье Ижеры, хотяче всприяти Ладогу, просто же реку и Новъгородъ и всю область Новгородьскую.

Согласно этому сообщению в составе войска шведов были норвежцы (мурмане) и представители финских племен (сумь и ѣмь), в войске находились также католические епископы. По предположению Н. И. Костомарова, шведскую армию мог возглавлять зять короля Биргер Магнуссон[9]. Впрочем, шведские источники не содержат каких-либо упоминаний ни о самой битве, ни об участии в ней Биргера. Интересно, что жена Биргера приходилась Александру Невскому как минимум четвероюродной племянницей[10].

Границы Новгородской земли охранялись «сторожами»: в районе Невы, по обоим берегам Финского залива, находилась «морская стража» ижорян. На рассвете июльского дня 1240 года старейшина Ижорской земли Пелгусий, находясь в дозоре, обнаружил шведскую флотилию и спешно послал доложить обо всем Александру. В «Житие Александра Невского» говорится о видении Пелгусия, в котором он узнал святых мучеников Бориса и Глеба, плывущих по морю на корабле, и слышал как Борис сказал: «Брат Глеб, вели грести, да поможем сроднику своему князю Александру»[11].

Получив известие о приближении противника, князь Александр Ярославич принял решение действовать своими силами, не запрашивая помощь у отца[11]. Согласно «Житию», Александр выступил с малой дружиной (двором), и многие новгородцы не успели присоединиться, так как поспешил князь выступить. Также в битве участвовали ладожские ополченцы[12], присоединившиеся по пути[1].

По принятому обычаю воины собрались у собора Святой Софии и получили благословение от архиепископа Спиридона. Александр воодушевил дружину речью, фраза которой дошла до наших дней и стала крылатой[11][13]:

Братья! Не в силах Бог, а в правде! Вспомним слова псалмопевца: сии в оружии, и сии на конех, мы же во имя Господа Бога нашего призовем... Не убоимся множества ратных, яко с нами Бог.

Отряд Александра продвигался сушей вдоль Волхова до Ладоги, затем повернул к устью Ижоры. Войско в основном состояло из конных воинов, но в нём были и пешие силы, которые для того, чтобы не терять время, также передвигались на лошадях.

Ход битвы

15 июля 1240 года началось сражение. Сообщение Первой новгородской летописи старшего извода достаточно кратко:

И ту убиенъ бысть воевода ихъ, именемь Спиридонъ; а инии творяху, яко и пискупъ убьенъ бысть ту же; и множество много ихъ паде; и накладше корабля два вятшихъ мужь, преже себе пустиша и к морю; а прокъ ихъ, ископавше яму, вметаша в ню бещисла; а инии мнози язвьни быша; и в ту нощь, не дождавше свѣта понедѣльника, посрамлени отъидоша.

Александр «на лице самого короля оставил след острого копья своего…»[11]. Кирпичников А. Н.[1] трактует это сообщение как нарушение дружиной Александра строя отряда шведского короля уже при первом конном копейном столкновении. В русском войске помимо княжеского отряда были как минимум 3 отряда знатных новгородцев, имевших свои дружины, и ладожский отряд[1].

В «Житии», которое имеется в младшем изводе Новгородской первой летописи, упоминаются шесть воинов, совершивших подвиги во время сражения (из них трое дружинников князя и трое новгородцев):

Гаврило Олексич, «увидев королевича, влекомого под руки, въехал до самого корабля по сходням, по которым бежали с королевичем», поднялся на борт, был сброшен вниз, но потом снова вступил в бой. Сбыслав Якунович, вооружённый только одним топором, бросился в самый центр вражеского войска, а за ним ловчий Александра — Яков Полочанин размахивал своим длинным мечом. Отрок Савва проник в центр шведского лагеря, «ворвался в большой королевский златоверхий шатер и подсек столб шатерный»[11]; потеряв опору, шатёр свалился на землю. Новгородец Миша со своей дружиной сражался в пешем строю и потопил три вражеских корабля. Шестой упомянутый воин — слуга Александра Ярославича Ратмир — сражался пешим против нескольких шведов, был ранен и погиб.

Сражение длилось до наступления вечера; к ночи противники разошлись. Шведы потерпели поражение, и к утру отступили на уцелевших кораблях, и переправились на другой берег.

Уходу остатков шведского войска не препятствовали. Сказались ли здесь рыцарские приемы ведения боя, позволявшие во время передышки хоронить своих, или новгородцы сочли дальнейшее кровопролитие напрасным, или Александр Ярославич не хотел рисковать своим понесшим потери войском — нельзя исключить ни одно из этих объяснений.

[1]

Потери русского войска составили до 20 состоятельных воинов (к этому числу следует прибавить их погибших дружинников[1]), тогда как шведы «накладше корабля два вятшихъ мужь, преже себе пустиша и к морю; а прокъ ихъ, ископавше яму, вметаша в ню бещисла»[12] (таким образом общее число погибших шведов измерялось либо также десятками, либо даже сотнями[1]). Кроме того, по сообщению «Жития», на другом берегу Невы на следующий день местные жители обнаружили много непогребенных тел шведов.

Результат битвы

Одержав победу над шведами, русские войска остановили их продвижение на Ладогу и Новгород и тем самым предупредили опасность скоординированных действий Швеции и Ордена в ближайшем будущем.

Однако из-за страха перед тем, что после победы роль Александра в ведении дел может возрасти, новгородские бояре стали строить князю всевозможные козни. Александр Невский уехал к отцу, но уже через год новгородские жители снова пригласили князя для продолжения войны с Ливонским орденом, подошедшим к Пскову.

Память о Невской битве

Архитектура

Александро-Невская лавра

В 1710 году Петр I в память о Невской битве основал в устье Чёрной речки (ныне река Монастырка) в Санкт-Петербурге Александро-Невской монастырь[14][15]. В то время ошибочно считалось, что битва проходила именно на этом месте[14]. Возведение монастыря осуществлялось по проекту Доменико Трезини. В дальнейшем ансамбль монастыря развивался по замыслу других архитекторов[15].

30 августа 1724 года из Владимира сюда были перевезены останки Александра Ярославича. В 1797 году, при императоре Павле I, Александро-Невскому монастырю была присвоена степень лавры. В архитектурный ансамбль Александро-Невской лавры входят: Благовещенская церковь, Фёдоровская церковь, Троицкий собор и другие. Ныне Александро-Невская лавра — государственный заповедник, на территории которого расположен Музей городской скульптуры с некрополем XVIII века (Лазаревское кладбище) и некрополем мастеров искусств (Тихвинское кладбище). В лавре похоронены Михаил Васильевич Ломоносов, Александр Васильевич Суворов, Денис Иванович Фонвизин, Николай Михайлович Карамзин, Иван Андреевич Крылов, Михаил Иванович Глинка, Модест Петрович Мусоргский, Пётр Ильич Чайковский, Фёдор Михайлович Достоевский и многие другие деятели, вошедшие в историю России.

Церковь Александра Невского в Усть-Ижоре

В честь победы в Невской битве в Усть-Ижоре в 1711 году была построена деревянная церковь[16].

До начала нового столетия церковь несколько раз горела и несколько раз была восстановлена. В 1798 году на средства местных жителей был воздвигнут каменный храм с колокольней и чугунной решёткой.

В 1934 году храм был закрыт и использовался как склад. Во время блокады Ленинграда колокольня храма была взорвана, потому что служила ориентиром для немецкой артиллерии[16].

В 1990 году начались работы по реставрации храма, а в 1995 году, 12 сентября он был освящён. При храме находится небольшое прицерковное кладбище, где 6 декабря 2002 года был установлен и освящён памятник-часовня с поясным (бронзовым) образом Александра Невского.[17]

Церковь располагается в Колпинском районе Санкт-Петербурга по адресу: Усть-Ижора, пр. 9-го января, 217.

Экранизация

На монетах и почтовых марках

«Бой Александра Невского с ярлом Биргером» (картина Н. К. Рериха)

Критика

В настоящее время достоверность свидетельств о Невской битве подвергается сомнению[18]. В качестве доводов приводятся следующие:

  • Упоминание о битве отсутствует в Ипатьевской летописи, равно как и в шведских источниках.
  • В Лаврентьевской летописи упоминание о битве помещено в записи за 1263 г и является заимствованием Жития. За 1240 г упоминания о битве нет.
  • Шведские источники утверждают, что Биргер не покидал Швеции в год битвы.
  • Шведские источники не упоминают о гибели какого-либо епископа в год битвы.
  • Описание раны в лицо, возможно, заимствовано из Жития Довмонта Новгородского.
  • Нет объяснения противоречивому поведению шведов, которые не продвигались вглубь территории противника и не построили укреплённого лагеря.
  • Нет объяснения странному поведению Александра, не уведомшего о нападении Ярослава и не собравшего новгородского ополчения.
  • Не ясно, почему после битвы шведы остались на поле боя и смогли похоронить погибших.
  • Отсутствует информация о захваченных в плен шведах.
  • Неправдоподобной выглядит информация о затоплении трёх шведских кораблей.
  • Не ясно, кто убил шведов на другом берегу реки.
  • Погибший военачальник шведов носит русское имя Спиридон.
  • Выдвигается гипотеза о совместном нападении Александра и карелов на лагерь шведских купцов.

Доктор филологических наук Александр Ужанков, указывает на встречу в Стенби[19] (Стенсби), резиденции датского короля Вальдемара II, произошедшую 7 июня 1238 года при участии папского легата Вильгельма Моденского, в которой принимали участие сам король и ландмейстер уже объединившегося с Орденом меченосцев Тевтонского ордена Герман фон Балк. В ходе этой встречи был заключён договор по Эстонии, согласно которому треть завоёванных земель доставалась Ордену, а остальное — Дании. Также обсуждался план совместного нападения на Русь датчан, тевтонцев и шведских рыцарей. Эта встреча стала прямым следствием многочисленных призывов папы Григорий IX к походам против «язычников», в буллах которого русские (rutheni) прямо именуются «врагами» (inimici) и «неверными». Если учесть, что готовился совместный поход, то вполне объяснима выжидательная позиция шведов, которые ждали прибытия тевтонцев, но были разбиты 15 июля 1240 года, до их прихода. Тевтонцы же ударили вскоре после этого, в августе-сентябре, взяли Изборск, Псков и построили деревянную крепость Копорье. Таким образом, по мнению учёного, есть основания утверждать, что быстрый удар Александра Ярославовича и Невская битва предотвратила совместное выступление Тевтонского ордена и Швеции и ещё большие потери.

Что касается отсутствия в Ипатьевской летописи упоминания о Невской битве и неточное упоминание в Лаврентьевской, то, как отметил учёный, в Лаврентьевской летописи лишь в двух предложениях рассказано о разорении ханом Батыем Киева в том же 1240 году, а в Новгородской первой летописи старшего извода о нём вообще ничего не сказано, но это же не означает, что его не было, или что разорение одного из крупнейших городов Европы — незначительное событие[19]. Иными словами, отсутствие данных о битве в других русских летописях ещё ни о чём не говорит. Местное летописание часто сосредотачивалось именно на местных событиях, уделяя не так много внимания происходящему в других княжествах.

Косвенным подтверждением участия ярла Биргера в битве и того удара, который, согласно Житию, Александр нанёс шведскому «королю», является посмертная реконструкция облика ярла, на которой отчётливо виден большой шрам.

См. также

Примечания

Ссылки

dic.academic.ru

Дата невская битва

15 июля 1240 года состоялась Невская битва, надолго отбившая у шведов желание покорить Северо-Западную Русь

В 30-е годы XIII века над Русью нависла грозная опасность с Запада. Немецкие захватчики, осуществляя широкую насильственную колонизацию и христианизацию прибалтийских племен, приближались к русским границам. В то же время шведы, подчинив себе финские племена сумь и емь, не оставляли давних притязаний на новгородские земли – Приневье и Приладожье. Главным организатором походов с целью захвата русских земель был глава католической церкви – римский папа, который стремился объединить силы Ордена, епископов Риги и Дерпта, а также Швеции и Дании.Воспользовавшись тем, что после разорения Северо-Восточной Руси монголами Новгороду и Пскову неоткуда было ждать помощи, шведские и немецкие рыцари активизировали свою экспансию в Северо-Западной Руси, рассчитывая на легкую победу. Шведы первыми сделали попытку захватить русские земли. Уже в 1238 году шведский король получил от римского папы благословение на крестовый поход против новгородцев. Всем, кто соглашался принять участие в походе, было обещано отпущение грехов.В 1239 году шведы и немцы вели переговоры, намечая план похода: шведы, захватившие к тому времени Финляндию, должны были наступать на Новгород с севера, от р. Нева, а немцы – через Изборск и Псков. Шведское правительство короля Эриха Картавого выделило для похода войско под предводительством ярла (князя) Ульфа Фаси и зятя короля – Биргера.

В это время в Новгороде княжил молодой князь Александр Ярославич (др.-рус. Алеѯ,андръ Ѧ,рославичь) – сын великого князя Владимирского Ярослава Всеволодовича. Это был умный, энергичный и храбрый человек, а главное, настоящий патриот своей Родины. Он уже получил известность как искусный политик и понимал, что ослабленные русские княжества не имели сил для борьбы на два фронта. Поэтому князь поддерживал мирные отношения с татарами, обеспечивая себе безопасный тыл в случае борьбы с немецко-шведской агрессией.

Новгородцы знали о планах шведов, как и о том, что шведы похвалялись перекрестить их, точно язычников, в латинскую веру (католичество). Шведы представлялись им страшнее монголов, потому что шли насаждать чуждую веру.

Летом 1240 года шведское войско под командой Биргера «в силе велице, пыхая духом ратном», появилось на р. Нева на кораблях, которые стали в устье р. Ижора. Войско состояло из шведов, норвежцев, представителей финских племен, намеревавшихся идти прямо к Ладоге, чтобы оттуда спуститься к Новгороду. В неприятельском войске находились и католические епископы, они шли с крестом в одной руке и мечом в другой. Высадившись, шведы и их союзники раскинули свои шатры при впадении Ижоры в Неву. С причаливших судов были переброшены мостики, на берег сошла шведская знать, в том числе Биргер и Ульф Фаси в сопровождении епископов. За ними высадились и рыцари. Биргер, уверенный в победе, послал к князю Александру с заявлением: «Если можешь мне сопротивляться, то я уже здесь, воюю твою землю».

Новгородские границы охранялись в то время «сторожами». Они находились и на морском побережье, где службу несли местные племена. Так, в районе Невы, по обоим берегам Финского залива, находилась «морская сторожа» ижорян, несшая охрану путей к Новгороду с моря. Социальная верхушка этого небольшого народа уже владела землей и приняла христианство. Однажды на рассвете июльского дня 1240 года старейшина Ижорской земли Пелгусий, находясь в дозоре, обнаружил шведскую флотилию и спешно послал доложить обо всем Александру.

Получив известие о появлении неприятеля, новгородский князь решил внезапно атаковать его. Времени на организацию войска не было, да и созыв веча мог затянуть дело и привести к срыву внезапности готовящейся операции. Поэтому Александр не стал дожидаться, пока придут отцовские дружины или соберутся ратники с новгородских волостей. Он решил выступить против шведов со своей дружиной, усилив ее лишь новгородскими добровольцами. По старинному обычаю, собрались у святой Софии, помолились, приняли благословение от своего владыки Спиридона и выступили в поход. Шли вдоль Волхова до Ладоги, где к Александру присоединился отряд ладожан, подручников Великого Новгорода. Из Ладоги рать Александра повернула влево, устремившись к устью реки Ижора.

Шведский стан, разбитый в устье Ижоры, не охранялся, поскольку шведы не подозревали о близости русских. Неприятельские шнеки качались, привязанные к берегу, по всему побережью белели шатры, и между ними – златоверхий шатер Биргера. 15 июля в 11 часов утра новгородцы внезапно атаковала шведов. Их нападение было столь неожиданным, что шведы не успели «опоясать мечи на чресла свои».

Войско Биргера было захвачено врасплох. Лишенное возможности построиться для боя, оно не могло оказать организованного сопротивления. Смелым натиском русская дружина прошла через неприятельский лагерь и погнала шведов к берегу. Пешие ополченцы, продвигаясь вдоль берега Невы, не только рубили мостки, соединявшие шведские корабли с сушей, но даже захватили и уничтожили три неприятельские шнеки.

Новгородцы сражались «в ярости мужества своего». Александр лично «изби множество бесчисленное римлян (то есть шведов) и самому королю возложи печать на лице острым своим мечом». Княжий подручник Гаврило Олексич, погнался за Биргером до самого корабля, верхом ворвался на шведскую ладью, был сброшен в воду, остался жив и снова вступил в бой, уложив на месте епископа и другого знатного шведа по имени Спиридон. Другой новгородец, Сбыслав Якунович, с одним лишь топором в руке смело врезался в самую гущу врагов, косил их направо и налево, очищая путь, точно в лесной чаще, за ним размахивал своим длинным мечом княжий ловчий Яков Полочанин. За этими молодцами наступали прочие дружинники. Княжий отрок Савва, пробившись к центру лагеря противника, подрубил высокий столб шатра самого Бигрера: шатер свалился. Отряд новгородских добровольцев потопил три шведских корабля. Остатки разбитого войска Биргера бежали на уцелевших кораблях. Потери новгородцев были незначительными, составив только 20 человек, тогда как шведы нагрузили три судна телами лишь начальных людей, а прочих оставили на берегу.

Победа над шведами имела большое политическое значение. Она показала всем русским людям, что они еще не утратили прежней доблести и могут постоять за себя. Шведам не удалось отрезать Новгород от моря, захватить побережье Невы и Финского залива. Отразив шведское нападение с севера, русское войско сорвало возможное взаимодействие шведских и немецких феодалов. Для борьбы с немецкой агрессией теперь были надежно обеспечены правый фланг и тыл псковского театра военных действий.

В тактическом отношении следует отметить роль «сторожи», которая обнаружила противника и своевременно сообщила Александру о его появлении. Важное значение имел фактор внезапности при нападении на лагерь Биргера, войско которого было захвачено врасплох и не могло оказать организованного сопротивления. Летописец отмечал необыкновенную храбрость русских воинов. За эту победу Александра Ярославича нарекли «Невским». В это время ему шел лишь двадцать второй год.

Однако победа на Неве вызвала зависть со стороны тогдашних новгородских демократов. Эта пятая колонна европейских завоевателей начала плести интриги против Александра. Победитель шведов должен был на время покинуть Новгород и уехать к отцу, который дал ему на княжество Переяславль-Залесский – город, в котором Ярослав сам когда-то княжил, и где родился Александр. Но уже через год новгородские жители снова пригласили князя для продолжения войны с Ливонским орденом, войска которого подошли к Пскову. Впоследствии Александр приумножил славу русского воинства, одержав победу в Ледовом побоище .

Самым холодным за всю историю метеонаблюдений этот день был в1989году, когда средняя дневная температура в Москве составила +4,5 градуса Цельсия, а самым тёплым – в1951году. В тот день температура поднялась до +33,2 градуса.

how.qip.ru

Невская битва Википедия

Не́вская би́тва — сражение на реке Неве между новгородским войском под командованием князя Александра Ярославича и шведским войском 15 июля по юлианскому календарю (22 июля по пролептическому григорианскому календарю) 1240 года. В дальнейшем Александр Ярославич получил прозвище «Невский» по названию реки и битвы[4][5][6].

Устье реки Ижоры

Предпосылки

В первой половине XIII века происходили многочисленные столкновения между различными карельскими, финскими, балтийскими и славянскими племенами, которые жили вперемежку и то нападали друг на друга, то объединялись, чтобы вместе защищаться или нападать на другие племена. Шведы пытались обратить в свою веру, тем самым подчинив их своей власти, карельские, финские, балтийские и славянские племена, а также обложить их данью, ими предпринимались неоднократные грабительские рейды по берегам Невы и непосредственно в новгородские земли. В отдельные периоды истории, например, в конце XII в. и сама Швеция, ослабевшая в результате внутриусобных конфликтов, подвергалась набегам карельских и финских племен, а в 1187 году вместе с новгородским войском они сожгли древнюю столицу Швеции Сигтуну.

В этом противостоянии обе стороны, и русская, и шведская, стремились поставить под свой контроль территорию, прилегающую к реке Неве, связывающей Балтийское море и Ладожское озеро, а также Карельский перешеек.

В декабре 1237 года папа римский Григорий IX провозгласил второй крестовый поход в Финляндию, а в июне 1238 года датский король Вальдемар II и магистр объединённого ордена Герман фон Балк договорились о разделе Эстонии и военных действиях против Руси на территориях, прилегающих к Балтийскому морю, с участием шведов[7]. Русские земли в эти годы были ослаблены монгольским нашествием.

Перед битвой

Летом 1240 года шведские корабли прибыли в устье реки Невы. Высадившись на берег, шведы и их союзники раскинули свои шатры в том месте, где Ижора впадала в Неву. Новгородская первая летопись старшего извода сообщает об этом так:

Придоша Свѣи в силѣ велицѣ, и Мурмане, и Сумь, и ѣмь в кораблихъ множьство много зѣло; Свѣи съ княземь и съ пискупы своими; и сташа в Невѣ устье Ижеры, хотяче всприяти Ладогу, просто же реку и Новъгородъ и всю область Новгородьскую.

Согласно этому сообщению в составе войска шведов были норвежцы и представители финно-угорских племен сумь и емь, в войске находились также католические епископы. Границы Новгородской земли охранялись «сторожами»: в районе Невы, по обоим берегам Финского залива, находилась новгородская «морская стража» из финно-угорского племени ижора. На рассвете июльского дня 1240 года старейшина Ижорской земли Пелгусий, находясь в дозоре, обнаружил шведскую флотилию и спешно послал доложить обо всем Александру.

Ливонский поход на Русь начался в августе, чем может объясняться, с одной стороны, выжидательная позиция шведов, а с другой — незамедлительная реакция Александра[7]. Получив известие о приближении противника, князь Александр Ярославич принял решение действовать своими силами, не запрашивая помощь у отца[8]. Согласно «Житию», Александр выступил с малой дружиной (двором), и многие новгородцы не успели присоединиться, так как поспешил князь выступить. Также в битве участвовали ополченцы из новгородской крепости Ладоги, присоединившиеся по пути.

По принятому обычаю воины собрались у собора Святой Софии и получили благословение от архиепископа Спиридона. Александр воодушевил дружину речью, фраза которой дошла до наших дней и стала крылатой[8][9]:

Братья! Не в силах Бог, а в правде! Вспомним слова псалмопевца: сии в оружии, и сии на конех, мы же во имя Господа Бога нашего призовем... Не убоимся множества ратных, яко с нами Бог.

Отряд Александра продвигался сушей вдоль Волхова до Ладоги, затем повернул к устью Ижоры. Войско в основном состояло из конных воинов, но в нём были и пешие силы, которые для того, чтобы не терять время, также передвигались на лошадях.

Ход битвы

Невская битва (фрагмент иконы «Александр Невский со сценами жития», XIX век)

15 июля 1240 года началось сражение. Сообщение Первой новгородской летописи старшего извода достаточно кратко:

И ту убиенъ бысть воевода ихъ, именемь Спиридонъ; а инии творяху, яко и пискупъ убьенъ бысть ту же; и множество много ихъ паде; и накладше корабля два вятшихъ мужь, преже себе пустиша и к морю; а прокъ ихъ, ископавше яму, вметаша в ню бещисла; а инии мнози язвьни быша; и в ту нощь, не дождавше свѣта понедѣльника, посрамлени отъидоша.

Александр «на лице самого короля оставил след острого копья своего…»[8]. Кирпичников А. Н.[3] трактует это сообщение как нарушение дружиной Александра строя отряда шведского короля уже при первом конном копейном столкновении. В русском войске помимо княжеского отряда были как минимум 3 отряда знатных новгородцев, имевших свои дружины, и ладожский отряд[3].

Б. Чориков. «Победа Александра Невского над шведами»

В «Житии», которое имеется в младшем изводе Новгородской первой летописи, упоминаются шесть воинов, совершивших подвиги во время сражения (из них трое дружинников князя и трое новгородцев):

Гаврило Олексич, «увидев королевича, влекомого под руки, въехал до самого корабля по сходням, по которым бежали с королевичем», поднялся на борт, был сброшен вниз, но потом снова вступил в бой. Сбыслав Якунович, вооружённый только одним топором, бросился в самый центр вражеского войска, а за ним ловчий Александра — Яков Полочанин размахивал своим длинным мечом. Отрок Савва проник в центр шведского лагеря, «ворвался в большой королевский златоверхий шатер и подсек столб шатёрный»[8]; потеряв опору, шатёр свалился на землю. Новгородец Миша со своей дружиной сражался в пешем строю и потопил три вражеских корабля. Шестой упомянутый воин — слуга Александра Ярославича Ратмир — сражался пешим против нескольких шведов, был ранен и погиб.

Сражение длилось до наступления вечера; к ночи противники разошлись. Шведы потерпели поражение, и к утру отступили на уцелевших кораблях, и переправились на другой берег.

Уходу остатков шведского войска не препятствовали. Сказались ли здесь рыцарские приемы ведения боя, позволявшие во время передышки хоронить своих, или новгородцы сочли дальнейшее кровопролитие напрасным, или Александр Ярославич не хотел рисковать своим понесшим потери войском — нельзя исключить ни одно из этих объяснений.

[3]

Потери русского войска составили до 20 состоятельных воинов (к этому числу следует прибавить их погибших дружинников[3]), тогда как шведы «накладше корабля два вятшихъ мужь, преже себе пустиша и к морю; а прокъ ихъ, ископавше яму, вметаша в ню бещисла»[10] (таким образом общее число погибших шведов измерялось либо также десятками, либо даже сотнями[3]). Кроме того, по сообщению «Жития», на другом берегу Невы на следующий день местные жители обнаружили много непогребенных тел шведов.

Результат битвы

«Бой Александра Невского с ярлом Биргером» (картина Н. К. Рериха)

Одержав победу над шведами, русские войска остановили их продвижение на Ладогу и Новгород и тем самым предупредили опасность скоординированных действий Швеции и Ордена в ближайшем будущем.

Однако из-за страха перед тем, что после победы роль Александра в ведении дел может возрасти, новгородские бояре стали строить князю всевозможные козни. Александр Невский уехал к отцу, но уже через год новгородские жители снова пригласили князя для продолжения войны с Ливонским орденом, подошедшим к Пскову.

Летописи

Это Новгородская первая летопись старшего извода, несколько вариантов агиографической Повести о житии Александра Невского, написанной не позднее 80-х годов XIII века, а также более поздняя Новгородская первая летопись младшего извода, зависимая от двух указанных выше источников. В 1240 году действительно состоялся поход на Русь небольшого скандинавского отряда (в рамках крестового похода в Финляндию)[11]

По предположению Н. И. Костомарова, шведскую армию действительно мог возглавлять зять короля Биргер Магнуссон[12], но он стал ярлом Швеции только в 1248 году, а в 1240 году ярлом был Ульф Фаси, который и командовал походом. При этом Биргер не участвовал в походе[1], хотя встречается и противоположная точка зрения[2]. Однако, исследование останков Биргера в 2002 году показало, что на правой глазнице его черепа обнаружены явственные следы прижизненных повреждений, напоминающие следы от удара оружием. Хотя ярл участвовал в многочисленных сражениях, в которых мог получить подобную травму, и у себя на родине, это перекликается с тем, что Александр Невский в этой битве самому королю возложил печать на лице острым своим копием[13].

Критика источников

Сражение не упоминается в шведских источниках, в частности, в составленной в 1320-х годах рифмованной «Хронике Эрика»[14]. Известно, что в Швеции с 1222 по 1248 год была гражданская война, когда ярл Биргер получил власть. Хотя летописи упоминают норвежцев как союзников шведов, на деле обе страны были на грани войны, в том числе из-за присоединения в 1225 году Вермланда[15]. Враждебные настроения исчезают только в 1249 году после заключения мира в Лёдёсе[16]. В подобной междоусобице Швеция вряд ли была способна на масштабное вторжение и, возможно, что в русских летописях речь идёт об одной из многочисленных приграничных стычек, которую князь Александр преувеличил, а шведы промолчали о ней, в политических целях[17]. Некоторые историки, подвергают сомнению достоверность свидетельств о Невской битве[18][19].

Память о Невской битве

Александро-Невская лавра

В 1710 году Петр I в память о Невской битве основал в устье Чёрной речки (ныне река Монастырка) в Санкт-Петербурге Александро-Невской монастырь[20][21]. В то время ошибочно считалось, что битва проходила именно на этом месте[20]. Возведение монастыря осуществлялось по проекту Доменико Трезини. В дальнейшем ансамбль монастыря развивался по замыслу других архитекторов[21].

Памятный камень на берегу

30 августа 1724 года из Владимира сюда были перевезены останки Александра Ярославича. В 1797 году, при императоре Павле I, Александро-Невскому монастырю была присвоена степень лавры. В архитектурный ансамбль Александро-Невской лавры входят: Благовещенская церковь, Фёдоровская церковь, Троицкий собор и другие. Ныне Александро-Невская лавра — государственный заповедник, на территории которого расположен Музей городской скульптуры с некрополем XVIII века (Лазаревское кладбище) и некрополем мастеров искусств (Тихвинское кладбище). В лавре похоронены Михаил Васильевич Ломоносов, Александр Васильевич Суворов, Денис Иванович Фонвизин, Николай Михайлович Карамзин, Иван Андреевич Крылов, Михаил Иванович Глинка, Модест Петрович Мусоргский, Пётр Ильич Чайковский, Фёдор Михайлович Достоевский и многие другие деятели, вошедшие в историю России.

Церковь Александра Невского в Усть-Ижоре

В честь победы в Невской битве в Усть-Ижоре в 1711 году была построена деревянная церковь[22].

До начала нового столетия церковь несколько раз горела и несколько раз была восстановлена. В 1798 году на средства местных жителей был воздвигнут каменный храм с колокольней и чугунной решёткой.

В 1934 году храм был закрыт и использовался как склад. Во время блокады Ленинграда колокольня храма была взорвана, потому что служила ориентиром для немецкой артиллерии[22].

В 1990 году начались работы по реставрации храма, а в 1995 году, 12 сентября он был освящён. При храме находится небольшое прицерковное кладбище, где 6 декабря 2002 года был установлен и освящён памятник-часовня с поясным (бронзовым) образом Александра Невского.[23]

Церковь располагается в Колпинском районе Санкт-Петербурга по адресу: пос. Усть-Ижора, Шлиссельбургское шоссе, 217.

В художественной литературе

  • Ян В. Г. Юность полководца. Историческая повесть // В кн.: Ян В. Г. К последнему морю. Юность полководца. — М.: Правда, 1981. — С. 317-507.
  • Субботин А. А. За землю Русскую. Исторический роман. — М.: Изд-во ДОСААФ СССР, 1988. — 718 с.: ил. — (Библиотека «Отчизны верные сыны»).

В кино

На монетах и почтовых марках

См. также

Примечания

  1. ↑ 1 2 3 4 Похлёбкин В. В. Внешняя политика Руси, России и СССР за 1000 лет в именах, датах, фактах. — М.: Международные отношения, 1995.
  2. ↑ 1 2 3 4 Пашуто В. Т. Александр Невский. — М.: Молодая гвардия, 1974. — С. 62—67.
  3. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 Электронная библиотека Библиотекарь.Ру. Две великих битвы Александра Невского. Проверено 21 сентября 2008. Архивировано 8 февраля 2012 года.
  4. ↑ Пашуто В. Т. Александр Невский. — М.: Молодая гвардия, 1974. — С. 67: За мужество, проявленное в битве, народ прозвал Александра Ярославича «Невским».
  5. ↑ Шенк Ф. Б. Александр Невский в русской культурной памяти: святой, правитель, национальный герой (1263—2000). — М.: Новое литературное обозрение, 2007. — С. 40: Прозвище «Невский» Александр Ярославич получил благодаря битве на Неве 15 июля 1240 г.
  6. ↑ Сиренов А. В. О прозвищах древнерусских князей // Петербургский исторический журнал. — 2017. — № 2 (14). — С. 188: В любом случае, в начале XVI в. только два древнерусских князя носили прозвища, данные им книжниками по названиям рек и битв — это Александр Невский и Дмитрий Донской. Один из них защищал от захватчиков Родину с запада, а другой — с востока.
  7. ↑ 1 2 Ужанков А. Меж двух зол. Исторический выбор Александра Невского
  8. ↑ 1 2 3 4 Житие Александра Невского
  9. ↑ Воскресная школа Воскресенского Новодевичьего монастыря. Церковь святого благоверного князя Александра Невского в Усть-Ижоре. Проверено 22 сентября 2008. Архивировано 8 февраля 2012 года.
  10. ↑ Новгородская первая летопись старшего извода. В лето 6748
  11. ↑ Анисимов Е. В. История России от Рюрика до Путина. Люди. События. Даты. Изд. 2-е, доп., 2010 год, 592 стр., ISBN 978-5-388-00696-7
  12. ↑ Н.И. Костомаров. Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей. КНЯЗЬ АЛЕКСАНДР ЯРОСЛАВИЧ НЕВСКИЙ. Архивировано 31 мая 2012 года.
  13. ↑ «Король без имени»: Биргер Магнуссон
  14. ↑ Данилевский И. Н. Александр Невский: Парадоксы исторической памяти // «Цепь времён»: проблемы исторического сознания. — М.: Ин-т всеобщей истории РАН, 2005. — С. 119—132
  15. ↑ [1] Värmlandståget 1225.Ulf Sundberg. 1999. Svenskt Militärhistoriskt Bibliotek.
  16. ↑ [2] Архивная копия от 19 мая 2007 на Wayback Machine Freden i Lödöse 1249. Ulf Sundberg. 1997. Svenskt Militärhistoriskt Bibliotek
  17. ↑ [3] The image of Alexander Nevskij in the battle of Ivan IV against the infidels. Mari Mäki-Petäys. XX valtakunnallinen yleisen historian tutkijaseminaari. 2001. Tampere.
  18. ↑ Александр Нестеренко. «Александр Невский» Издательство: Олма-Пресс. Серия: Альтернатива. История, которую мы не знаем ISBN 5-224-05360-9
  19. ↑ Борис Кагарлицкий. Александр Нестеренко. Александр Невский // Критическая Масса. — 2006-01-01.
  20. ↑ 1 2 Энциклопедия Санкт-Петербурга. Невская битва 1240. Проверено 21 сентября 2008.
  21. ↑ 1 2 Чеснокова А. Н. Парадный въезд в новую страницу // Невский проспект. — Л.: Лениздат, 1985. — С. 7-9. — 208 с. — (Туристу о Ленинграде).
  22. ↑ 1 2 Энциклопедия Санкт-Петербурга*. Александра Невского в Усть-Ижоре церковь. Проверено 22 сентября 2008.
  23. ↑ Создание памятника Александру Невскому на месте «Невской битвы». Мой мир@Mail.Ru  (недоступная ссылка — история) (12 ноября 2008). Проверено 25 января 2016. Архивировано 17 апреля 2013 года.

Ссылки

wikiredia.ru

Невская битва — Википедия

Не́вская би́тва (15 июля 1240) — сражение на реке Неве между новгородским войском под командованием князя Александра Ярославича и шведским войском. Александр Ярославич за победу и личную храбрость в бою получил почётное прозвище «Невский».

Устье реки Ижоры

В первой половине XIII века шведы и новгородцы совершали карательные походы против финских племён сумь и емь, что и послужило причиной их затяжных конфликтов. Шведы пытались крестить эти племена и обезопаситься от грабительских набегов на свои земли. Также шведы предпринимали неоднократные грабительские рейды по берегам Невы или непосредственно в новгородские земли. В конце XII в. Швеция, ослабевшая в результате длительного периода политической нестабильности, привлекала большое количество искателей лёгкой наживы. В течение долгого времени карело-финские племена тревожили шведов набегами, а в 1187 г. вместе с новгородским войском сожгли древнюю столицу Швеции Сигтуну.

В этом противостоянии обе стороны и русская, и шведская, стремились поставить под свой контроль Ижорскую землю[4][5] — территорию, прилегающую к реке Неве, а также Карельский перешеек.

В декабре 1237 года папа римский Григорий IX провозгласил второй крестовый поход в Финляндию, а в июне 1238 года датский король Вальдемар II и магистр объединённого ордена Герман фон Балк договорились о разделе Эстонии и военных действиях против Руси в Прибалтике с участием шведов[6]. Русские земли в эти годы были ослаблены монгольским нашествием.

Летом 1240 года шведские корабли прибыли в устье реки Невы. Высадившись на берег, шведы и их союзники раскинули свои шатры в том месте, где Ижора впадала в Неву. Новгородская первая летопись старшего извода сообщает об этом так:

« Придоша Свѣи в силѣ велицѣ, и Мурмане, и Сумь, и ѣмь в кораблихъ множьство много зѣло; Свѣи съ княземь и съ пискупы своими; и сташа в Невѣ устье Ижеры, хотяче всприяти Ладогу, просто же реку и Новъгородъ и всю область Новгородьскую. »

Согласно этому сообщению в составе войска шведов были норвежцы (мурмане) и представители финских племен (сумь и ѣмь), в войске находились также католические епископы. Границы Новгородской земли охранялись «сторожами»: в районе Невы, по обоим берегам Финского залива, находилась «морская стража» ижорян. На рассвете июльского дня 1240 года старейшина Ижорской земли Пелгусий, находясь в дозоре, обнаружил шведскую флотилию и спешно послал доложить обо всем Александру.

Ливонский поход на Русь начался в августе, чем может объясняться, с одной стороны, выжидательная позиция шведов, а с другой — незамедлительная реакция Александра[6]. Получив известие о приближении противника, князь Александр Ярославич принял решение действовать своими силами, не запрашивая помощь у отца[7]. Согласно «Житию», Александр выступил с малой дружиной (двором), и многие новгородцы не успели присоединиться, так как поспешил князь выступить. Также в битве участвовали ладожские ополченцы[8], присоединившиеся по пути[3].

По принятому обычаю воины собрались у собора Святой Софии и получили благословение от архиепископа Спиридона. Александр воодушевил дружину речью, фраза которой дошла до наших дней и стала крылатой[7][9]:

« Братья! Не в силах Бог, а в правде! Вспомним слова псалмопевца: сии в оружии, и сии на конех, мы же во имя Господа Бога нашего призовем... Не убоимся множества ратных, яко с нами Бог. »

Отряд Александра продвигался сушей вдоль Волхова до Ладоги, затем повернул к устью Ижоры. Войско в основном состояло из конных воинов, но в нём были и пешие силы, которые для того, чтобы не терять время, также передвигались на лошадях.

Невская битва (фрагмент иконы «Александр Невский со сценами жития», XIX век)

15 июля 1240 года началось сражение. Сообщение Первой новгородской летописи старшего извода достаточно кратко:

« И ту убиенъ бысть воевода ихъ, именемь Спиридонъ; а инии творяху, яко и пискупъ убьенъ бысть ту же; и множество много ихъ паде; и накладше корабля два вятшихъ мужь, преже себе пустиша и к морю; а прокъ ихъ, ископавше яму, вметаша в ню бещисла; а инии мнози язвьни быша; и в ту нощь, не дождавше свѣта понедѣльника, посрамлени отъидоша. »

Александр «на лице самого короля оставил след острого копья своего…»[7]. Кирпичников А. Н.[3] трактует это сообщение как нарушение дружиной Александра строя отряда шведского короля уже при первом конном копейном столкновении. В русском войске помимо княжеского отряда были как минимум 3 отряда знатных новгородцев, имевших свои дружины, и ладожский отряд[3].

Б. Чориков. «Победа Александра Невского над шведами»

В «Житии», которое имеется в младшем изводе Новгородской первой летописи, упоминаются шесть воинов, совершивших подвиги во время сражения (из них трое дружинников князя и трое новгородцев):

Гаврило Олексич, «увидев королевича, влекомого под руки, въехал до самого корабля по сходням, по которым бежали с королевичем», поднялся на борт, был сброшен вниз, но потом снова вступил в бой. Сбыслав Якунович, вооружённый только одним топором, бросился в самый центр вражеского войска, а за ним ловчий Александра — Яков Полочанин размахивал своим длинным мечом. Отрок Савва проник в центр шведского лагеря, «ворвался в большой королевский златоверхий шатер и подсек столб шатёрный»[7]; потеряв опору, шатёр свалился на землю. Новгородец Миша со своей дружиной сражался в пешем строю и потопил три вражеских корабля. Шестой упомянутый воин — слуга Александра Ярославича Ратмир — сражался пешим против нескольких шведов, был ранен и погиб.

Сражение длилось до наступления вечера; к ночи противники разошлись. Шведы потерпели поражение, и к утру отступили на уцелевших кораблях, и переправились на другой берег.

« Уходу остатков шведского войска не препятствовали. Сказались ли здесь рыцарские приемы ведения боя, позволявшие во время передышки хоронить своих, или новгородцы сочли дальнейшее кровопролитие напрасным, или Александр Ярославич не хотел рисковать своим понесшим потери войском — нельзя исключить ни одно из этих объяснений. »
[3]

Потери русского войска составили до 20 состоятельных воинов (к этому числу следует прибавить их погибших дружинников[3]), тогда как шведы «накладше корабля два вятшихъ мужь, преже себе пустиша и к морю; а прокъ ихъ, ископавше яму, вметаша в ню бещисла»[8] (таким образом общее число погибших шведов измерялось либо также десятками, либо даже сотнями[3]). Кроме того, по сообщению «Жития», на другом берегу Невы на следующий день местные жители обнаружили много непогребенных тел шведов.

Результат битвы[править]

«Бой Александра Невского с ярлом Биргером» (картина Н. К. Рериха)

Одержав победу над шведами, русские войска остановили их продвижение на Ладогу и Новгород и тем самым предупредили опасность скоординированных действий Швеции и Ордена в ближайшем будущем.

Однако из-за страха перед тем, что после победы роль Александра в ведении дел может возрасти, новгородские бояре стали строить князю всевозможные козни. Александр Невский уехал к отцу, но уже через год новгородские жители снова пригласили князя для продолжения войны с Ливонским орденом, подошедшим к Пскову.

Это Новгородская первая летопись старшего извода, несколько вариантов агиографической Повести о житии Александра Невского, написанной не позднее 80-х годов XIII века, а также более поздняя Новгородская первая летопись младшего извода, зависимая от двух указанных выше источников. В 1240 году действительно состоялся поход на Русь небольшого скандинавского отряда (в рамках крестового похода в Финляндию)[10]

По предположению Н. И. Костомарова, шведскую армию действительно мог возглавлять зять короля Биргер Магнуссон[11], но он стал ярлом Швеции только в 1248 году, а в 1240 году ярлом был Ульф Фаси, который и командовал походом. При этом Биргер не участвовал в походе[1], хотя встречается и противоположная точка зрения[2]. Однако, исследование останков Биргера в 2002 году показало, что на его правой глазнице обнаружены явственные следы прижизненных повреждений, напоминающих следы от удара оружием. Хотя он участвовал в многочисленных сражениях, в которых мог получить подобную травму, это перекликается с тем, что Александр Невский в этой битве самому королю возложил печать на лице острым своим копием.

Критика источников[править]

Сражение не упоминается ни в одном из западных источников. Известно, что в Швеции была гражданская война с 1222 по 1248, когда ярл Биргер получил власть. Хотя летописи упоминают норвежцев как союзников шведов, на деле обе страны были на грани войны, в том числе из-за присоединения в 1225 Вермланда.[12] Враждебные настроения исчезают только в 1249 после заключения мира в Лёдёсе.[13] В подобной междоусобице Швеция вряд ли была способна на масштабное вторжение и скорее всего в русских летописях речь идёт о мелкой пограничной стычке, которую князь Александр преувеличил в политических целях.[14] Вся начальная военная карьера и репутация князя Александра была позднее подстроена под его «святые деяния».[15]

Некоторые исследователи подвергают сомнению достоверность свидетельств о Невской битве[16].

Память о Невской битве[править]

Александро-Невская лавра[править]

В 1710 году Петр I в память о Невской битве основал в устье Чёрной речки (ныне река Монастырка) в Санкт-Петербурге Александро-Невской монастырь[17][18]. В то время ошибочно считалось, что битва проходила именно на этом месте[17]. Возведение монастыря осуществлялось по проекту Доменико Трезини. В дальнейшем ансамбль монастыря развивался по замыслу других архитекторов[18].

Памятный камень на берегу

30 августа 1724 года из Владимира сюда были перевезены останки Александра Ярославича. В 1797 году, при императоре Павле I, Александро-Невскому монастырю была присвоена степень лавры. В архитектурный ансамбль Александро-Невской лавры входят: Благовещенская церковь, Фёдоровская церковь, Троицкий собор и другие. Ныне Александро-Невская лавра — государственный заповедник, на территории которого расположен Музей городской скульптуры с некрополем XVIII века (Лазаревское кладбище) и некрополем мастеров искусств (Тихвинское кладбище). В лавре похоронены Михаил Васильевич Ломоносов, Александр Васильевич Суворов, Денис Иванович Фонвизин, Николай Михайлович Карамзин, Иван Андреевич Крылов, Михаил Иванович Глинка, Модест Петрович Мусоргский, Пётр Ильич Чайковский, Фёдор Михайлович Достоевский и многие другие деятели, вошедшие в историю России.

Церковь Александра Невского в Усть-Ижоре[править]

В честь победы в Невской битве в Усть-Ижоре в 1711 году была построена деревянная церковь[19].

До начала нового столетия церковь несколько раз горела и несколько раз была восстановлена. В 1798 году на средства местных жителей был воздвигнут каменный храм с колокольней и чугунной решёткой.

В 1934 году храм был закрыт и использовался как склад. Во время блокады Ленинграда колокольня храма была взорвана, потому что служила ориентиром для немецкой артиллерии[19].

В 1990 году начались работы по реставрации храма, а в 1995 году, 12 сентября он был освящён. При храме находится небольшое прицерковное кладбище, где 6 декабря 2002 года был установлен и освящён памятник-часовня с поясным (бронзовым) образом Александра Невского.[20]

Церковь располагается в Колпинском районе Санкт-Петербурга по адресу: Усть-Ижора, пр. 9-го января, 217.

Экранизация[править]

На монетах и почтовых марках[править]

<center>

  1. ↑ 1,01,11,21,3 Похлёбкин В. В. Внешняя политика Руси, России и СССР за 1000 лет в именах, датах, фактах. Москва. «Международные отношения». 1995 г.[1]
  2. ↑ 2,02,12,22,3 Пашуто В. Т. Александр Невский. М.: Молодая гвардия, 1974. – 160 с.
  3. ↑ 3,03,13,23,33,43,53,63,7 Электронная библиотека Библиотекарь.Ру. Две великих битвы Александра Невского. Проверено 21 сентября 2008. Архивировано из первоисточника 8 февраля 2012.
  4. ↑ Барсов Н. П. Материалы для историко-географического словаря России. — Вильна: типография А. Сыркина, 1865. — 228 с.
  5. ↑ Географическо-статистический словарь Российской Империи. — Санкт-Петербург: типография В. Безобразова и компании, 1865. — Т. 2. — 898 с.
  6. ↑ 6,06,1 Ужанков А. Меж двух зол. Исторический выбор Александра Невского
  7. ↑ 7,07,17,27,3 Житие Александра Невского
  8. ↑ 8,08,1 Новгородская первая летопись старшего извода. В лето 6748
  9. ↑ Воскресная школа Воскресенского Новодевичьего монастыря. Церковь святого благоверного князя Александра Невского в Усть-Ижоре. Проверено 22 сентября 2008. Архивировано из первоисточника 8 февраля 2012.
  10. ↑ Анисимов Е. В. История России от Рюрика до Путина. Люди. События. Даты. Изд. 2-е, доп., 2010 год, 592 стр., ISBN 978-5-388-00696-7
  11. ↑ Н.И. Костомаров. Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей. КНЯЗЬ АЛЕКСАНДР ЯРОСЛАВИЧ НЕВСКИЙ. Архивировано из первоисточника 31 мая 2012.
  12. ↑ [2] Värmlandståget 1225.Ulf Sundberg. 1999. Svenskt Militärhistoriskt Bibliotek.
  13. ↑ [3] Freden i Lödöse 1249. Ulf Sundberg. 1997. Svenskt Militärhistoriskt Bibliotek
  14. ↑ [4] The image of Alexander Nevskij in the battle of Ivan IV against the infidels. Mari Mäki-Petäys. XX valtakunnallinen yleisen historian tutkijaseminaari. 2001. Tampere.
  15. ↑ [5] Tampereen ortodoksisen kirkon 100-vuotisjuhlassa pidetty juhlapuhe 6.11.1999. Jukka Korpela. Suomen ortodoksinen kirkkokunta
  16. ↑ Александр Нестеренко. «Александр Невский» Издательство: Олма-Пресс. Серия: Альтернатива. История, которую мы не знаем ISBN 5-224-05360-9
  17. ↑ 17,017,1 Энциклопедия Санкт-Петербурга. Невская битва 1240. Проверено 21 сентября 2008.
  18. ↑ 18,018,1 Чеснокова А. Н. Парадный въезд в новую страницу // Невский проспект. — Л.: Лениздат, 1985. — С. 7-9. — 208 с. — (Туристу о Ленинграде).
  19. ↑ 19,019,1 Энциклопедия Санкт-Петербурга*. Александра Невского в Усть-Ижоре церковь. Проверено 22 сентября 2008.
  20. ↑ Создание памятника Александру Невскому на месте «Невской битвы». Мой мир@Mail.Ru(недоступная ссылка — история) (12 ноября 2008). Проверено 25 января 2016. Архивировано из первоисточника 17 апреля 2013.

wp.wiki-wiki.ru

Битва на реке Неве: причины и последствия

15 июля 1240 года состоялась эпохальная битва на реке Неве. Русские войска под командованием князя Александра Ярославовича одержали разгромную победу над шведской армией. После этого события Александр получил знаменитое прозвище Невский. Это имя известно каждому россиянину и по сей день.

битва на реке неве

Предыстория

Битва на реке Неве 1240 г. не началась спонтанно. Ей предшествовал целый ряд важных политических и исторических событий.

В первой половине 13 века шведы, объединившись с новгородцами, совершали регулярные набеги на финские племена. Они называли их карательными походами, целью которых было подчинить своей воле все больше людей. Больше всего от шведов страдали племена сумь и емь. Это и стало причиной затяжных конфликтов. Шведы опасались удара со стороны финнов, поэтому стремились окрестить их и сделать своими союзниками.

На этом завоеватели не остановились. Они периодически осуществляли грабительские рейды по землям вдоль Невы, а также непосредственно на новгородской территории. Швеция была существенно ослаблена внутриусобными конфликтами, поэтому она стремилась привлечь как можно больше воинов и знати на свою сторону. Не гнушались они уговорами перетянуть на свою сторону и любителей легкой наживы. На протяжении длительного времени финно-карельские войска совершали набеги на шведские земли, а в 1187 году и вовсе объединились с новгородцами. Они сожгли Сигтуну - древнюю столицу Швеции.

Это противостояние продолжалось долго. Каждая его сторона, и шведская, и русская, стремилась установить свою власть на Ижорской земле, которая располагалась вдоль Невы, а также на Карельском перешейке.

Знаковой датой, предшествующей такому знаменитому событию, как битва на реке Неве, стало провозглашение второго крестового похода на Финляндию папой Римским Григорием IX в декабре 1237 года. В июне 1238 года король Дании Вольдемар II и магистр объединенного ордена Герман фон Балк договорились о разделе эстонского государства, а также о начале военных действий против Руси в Прибалтике с привлечением шведов. Именно этим и была спровоцирована битва на реке Неве. Дата, события которой известны и сейчас, стала отправной точкой в истории Руси и ее отношений с соседними государствами. Бой показал способность нашего государства дать отпор мощной армии врага. Следует учитывать тот факт, что битва на реке Неве произошла в сложное время. Русские земли только начали оправляться после многолетнего монгольского нашествия и силы войска были существенно ослаблены.

Битва на реке Неве: источники

Сведения о столь давних событиях историкам приходится собирать буквально по крупицам. Многих исследователей интересует такого события, как битва на реке Неве, дата. Кратко сражение описывается в хронологических документах. Конечно, такие источники немногочисленны. Одним из наиболее известных можно назвать Новгородскую первую летопись. Также информацию можно почерпнуть и из повести о житии Александра Невского. Предполагается, что она была написана современниками тех событий не позднее восьмидесятых годов XIII века.

Если рассматривать скандинавские источники, то в них не содержится подробных сведений о таких знаменательных сражениях, как битва на реке Неве и Ледовое побоище. Можно лишь прочитать о том, что небольшой шведский отряд потерпел поражение в рамках финляндского крестового похода.

Также доподлинно не известно, кто возглавлял скандинавское войско. Основываясь на русских источниках, ученые говорят о том, что это был зять короля Биргер Магнуссон.

битва на реке неве датаНо ярлом Швеции он стал только в 1248 году, а на момент сражении им являлся Ульф Фаси, который, скорее всего, и возглавлял поход. При этом Биргер в нем не участвовал, хотя существует и противоположное мнение. Так, результаты археологических раскопок свидетельствуют о том, что Биргер получил ранение в лицевую часть головы при жизни. Это совпадает со сведениями о том, что Александр Невский ранил в глаз самого короля.

Битва на реке Неве: дата

битва на реке неве 1240 г

Исторические события вплоть до XVI века не были зафиксированы в определенных официальных источниках. Очень часто историки не могут установить точный день или даже приблизительный период, когда произошло то или иное сражение. Но это не относится к такому важному событию, как битва на реке Неве. В каком году она произошла? На этот вопрос историки знают точный ответ. Этот бой датируется 15 июля 1240 года.

События перед битвой

Ни одно сражение не начинается спонтанно. Произошел и ряд событий, повлекших такой сложный момент, как битва на реке Неве. Год, в который она произошла, начался для шведов объединением с новгородцами. Летом их корабли прибыли в устье Невы. Шведы и их союзники высадились на побережье и раскинули свои шатры. Это происходило в месте, где Ижора впадает в Неву.

Состав войска был разношерстным. В него входили шведы, новгородцы, норвежцы, представители финских племен и, конечно, католические епископы. Границы Новгородских земель находились под защитой морской охраны. Ее обеспечивали ижоряне в устье Невы, по обеим сторонам Финского залива. Именно старейшина этой охраны Пелгусий на рассвете июльского дня и обнаружил, что шведская флотилия уже близко. Об этом гонцы поспешили сообщить князю Александру.

Ливонский поход шведов на Русь начался только в августе, что говорит о том, что они занимали выжидательную позицию, а также о незамедлительной и молниеносной реакции князя Александра. Получив известие о том, что противник уже близко, он решил действовать самостоятельно, не прибегая к помощи своего отца. Александр Ярославович выступил в бой с малой дружиной. Битва на реке Неве стала шансом для молодого князя проявить себя как полководца. Поэтому многие войска не успели присоединиться к нему. На стороне Александра выступали и ладожские ополченцы, которые примкнули к нему по пути.

Согласно существовавшим тогда обычаям, вся дружина собралась у собора Святой Софии, где была благословлена архиепископом Спиридоном. Тогда же Александр произнес напутственную речь, цитаты из которой известны и сейчас: "Не в силе Бог, а в правде!"

Отряд двигался по суше вдоль Волхова до самой Ладоги. Оттуда он повернул к устью Ижоры. По большей части войско состояло из конных воинов, но была и пехота. Чтобы сэкономить время в пути, эта часть отряда также передвигалась на лошадях.

Хронология битвы

Сражение началось 15 июля 1940 года. Известно, что в русском войске, помимо княжеской дружины, участвовали еще как минимум три отряда знатных новгородских полководцев, а также ладожане.

битва на реке неве дата события

В "Житии" упоминаются имена шести воинов, которые совершили геройские поступки в ходе битвы.

Гаврило Олексеич поднялся на вражеский корабль, откуда был сброшен раненым, но несмотря на это вновь поднялся на борт и продолжал сражаться. Сбыслав Якунович был вооружен только топором, но тем не менее бросился в самую гущу боя. Не менее отважно сражался и ловчий Александра Яков Полочанин. Отрок Савва ворвался во вражеский лагерь и подсек шатер шведов. Миша из Новгорода принял участие в пешем сражении и потопил три корабля противника. Ратмир, слуга Александра Ярославовчиа, отважно сражался с несколькими шведами, после чего был ранен и погиб на поле боя.

Сражение продолжалось с утра и до вечера. К ночи противники разошлись. Шведы, поняв, что потерпели сокрушительное поражение, отступили на своих уцелевших кораблях и переправились на противоположный берег.

Известно, что русское войско не преследовало врага. Причина этого неизвестна. Возможно, сказался рыцарский обычай не препятствовать во время передышки хоронить своих бойцов. Может быть, Александр не видел необходимости добивать кучку оставшихся шведов и не пожелал рисковать своим войском.

Потери русского отряда составили ХХ знатных воинов, а также сюда следует прибавить их дружинников. Среди шведов же погибших было гораздо больше. Историки говорят о десятках, если не сотнях убитых воинов.

Итоги

Битва на реке Неве, дата которой запомнилась на века, позволила предупредить опасность наступления Швеции и Ордена на Русь в ближайшем будущем. Войско Александра решительно пресекло их вторжение на Ладогу и Новгород.

битва на реке неве и ледовое побоище

Однако новгородские бояре стали опасаться, что власть Александра над ними возрастет. Они начали строить молодому князю различные козни, в результате вынудив его уехать к своему отцу Ярославу. Однако очень скоро они попросили его вернуться, чтобы продолжить битву с Ливонским орденом, который подошел к Пскову.

Память о сражении

Для того, чтобы не забывать о далеких событиях на Неве, потомки Александра стремились увековечить воспоминания о них. Так, были созданы монументальные архитектурные памятники, которые неоднократно реставрировались. Помимо этого, образ Александра Невского нашел свое отображение и на монетах и юбилейных марках.

Александро-Невская лавра

битва на реке неве год

Это монолитное здание было воздвигнуто Петром I в 1710 году. Александро-Невский монастырь был построен в устье Черной реки в Санкт-Петербурге. В тот период ошибочно предполагалось, что битва происходила именно в этом месте. Вдохновителем и создателем лавры стал Доменико Трезини. Впоследствии работу продолжили другие архитекторы.

В 1724 году сюда были перевезены останки Александра Ярославовича. Сейчас территория лавры является государственным национальным заповедником. В ансамбль входят несколько церквей, музей и кладбище. На нем покоятся такие знаменитые люди, как Михаил Ломоносов, Александр Суворов, Николай Карамзин, Михаил Глинка, Модест Мусоргский, Петр Чайковский, Федор Достоевский.

Церковь Александра Невского в Усть-Ижоре

Данное здание было воздвигнуто в честь победы в битве 1240 года. Дата постройки - 1711 год. Церковь несколько раз сильно горела и восстанавливалась. В конце XVIII века силами прихожан был построен каменный храм с чугунными решетками и колокольней.

В 1934 году церковь была закрыта и долгое время использовалась как склад. Во время Ленинградской блокады башня храма была взорвана, так как служила ориентиром для немецкой артиллерии.

В 1990 году начались работы по реставрации церкви, а спустя несколько лет она была освящена. При храме есть небольшое кладбище, а также памятник-часовня с образом Александра Невского.

Печать монет и марок

битва на реке неве дата кратко

Периодически изображение Александра Ярославовича используется и в печатном деле. Так, в 1995 году была выпущена памятная монета с его изображением. В юбилейные после битвы годы выпускаются и знаменательные марки, которые представляют большой интерес для филателистов.

Экранизации

В 2008 году в прокат вышел авторский фильм "Александр. Невская битва". В нем рассказывается о начале правления молодого князя в Новгороде. В финале фильма разворачиваются батальные сцены битвы на Неве.

В ленте снялись такие актеры, как Антон Пампушный, Светлана Бакулина и Игорь Ботвин. Режиссер - Игорь Каленов.

fb.ru