Казаки-некрасовцы. Некрасовские казаки


Казаки-некрасовцы

Некра́совцы (некрасовские казаки, казаки-некрасовцы, игнат-казаки) — потомкидонских казаков , которые после подавления Булавинского восстания ушли с Дона в сентябре 1708 года. Названы в честь своего лидера Игната Некрасова. Более 240 лет казаки-некрасовцы жили вне России отдельной общиной по «заветам Игната», определяющим устои жизни общины.

Один из рус­ских чиновников (В. П. Ива­нов-Желудков), посетивший Майнос(Турция) в 1865 г. рассказы­вая о необычайной честно­сти, царившей в поселении некрасовцев: «Все единогласно уверяли .меня, что валяйся у Некрасовца мешок червонцев под ногами, он даже од­ного не возьмет, на том основании, что на своей земле ничего брать нельзя». Так же интересно его свидетель­ство о том, что атаманы и во время службы, несут ответственность за проступки наравне с другими членами общины: «Что атамана можно высечь и секут, это не подлежит сомнению и вовсе не выходит из ряда обыден­ных событий майносской жизни. Точно также кладут ничком и точно также за­ставляют поклониться в зем­лю и поблагодарить словами: «Спаси Христос, что поучи­ли!»; затем ему вручается бу­лава, символ его власти, которую на время наказания отбирает какой нибудь старик. Вручив булаву, все валятся атаману в ноги, вопя: «Прости Хряста ради, господин атаман!» - Бог простит! Бог простит! - отвечает, почесы­ваясь, избранник народный, и все входит в прежний порядок».

ЗАВЕТЫ ИГНАТА(свод правил возведённых в ранг закона казаками-некрасовцами)

1. Царизму не покоряться. При царях в Россию не возвращаться.2. С турками не соединяться, с иноверными не сообщаться. Общение с турками только по нужде (торговля, война, налоги). Ссоры с турками запрещены.3. Высшая власть – казачий круг. Участие с 18 лет.4. Решения круга исполняет атаман. Ему строго подчиняются.5. Атаман избирается на год. Если провинился - смещается раньше срока.6. Решения круга для всех обязательны. За исполнением следят все.7. Весь заработок сдают в войсковую казну. Из нее каждый получает 2/3 заработанных денег. 1/3 идет в кош.8. Кош делится на три части: 1 часть - войско, вооружение. 2 часть - школа, церковь. 3 часть - помощь вдовам, сиротам, старикам и др. нуждающимся.9. Брак может быть заключён только между членами общины. За брак с иноверцами – смерть.10. Муж жену не обижает. Она с разрешения круга может покинуть его, а мужа круг наказывает.11. Наживать добро обязан только трудом. Настоящий казак свой труд любит.12. За разбой, грабёж, убийство – по решению круга, - смерть.13. За разбой и грабёж на войне – по решению круга, - смерть.14. Шинков, кабаков – в станице не держать.15. Казакам в солдаты дороги нет.16. Держать, сохранять слово. Казаки и дети должны гутарить по-старому.17. Казак казака не нанимает. Денег из рук брата не получает.18. В посты песен мирских не петь. Можно лишь старинны.19. Без разрешения круга, атамана казак из станицы отлучиться не может.20. Сиротам и престарелым помогает только войско, дабы не унижать и не унижаться.21 Личную помощь хранить в тайне.22. В станице не должно быть нищих.23. Все казаки держаться истинно – православной старой веры.24. За убийство казаком казака, убийцу живым закапывать в землю.25. Торговлей в станице не заниматься.26. Кто торгует на стороне – 1/20 прибыли в кош.27. Молодые почитают старших.28. Казак должен ходить на круг после 18 лет. Если не ходит - берут штраф два раза, на третий - секут. Штраф устанавливает атаман и старшина.29. Атамана избирать после Красной горки на год. Есаулом избирать после 30 лет. Полковником или походным атаманом – после 40 лет. Войсковым атаманом – только после 50 лет.30. За измену мужа, ему бьют 100 плетей.31. За измену жены - закапывать её по шею в землю.32. За кражу бьют до смерти.33. За кражу войскового добра - секут и горячий котел на голову.34. Если спутался с турками – смерть.35. За измену войску, богохульство – смерть.36. Если сын или дочь подняли руку на родителей – смерть. За обиду старшему – плети. Младший брат на старшего руки не подъемлет, круг плетьми накажет.37. На войне в Русских не стрелять. Против крови не ходить.38. Стоять за малых людей.39. С Дона выдачи нет.40. Кто не исполняет заветов Игната, тот погибнет.41. Если в войске не все в шапках, то в поход идти нельзя.42. За нарушения атаманом заветов Игната - наказать и отстранить от атаманства. Если после наказания атаман не благодарит Круг «за науку» - высечь его повторно и объявить бунтовщиком.43. Атаманство может длиться лишь три срока – власть портит человека.44. Не держать тюрем.45. Не выставлять в поход заместителя, а тех, кто это делает за деньги – казнить смертью как труса и предателя.46. Виновность за любое преступление устанавливает Круг.47. Священника, не исполняющего волю Круга – изгнать.

Знамя некрасовцев.

6 июля 1707 года царь отправил указ полковнику князю Юрию Долгорукову навести порядок на Дону: «…сыскать всех беглых и за провожатыми и з жёнами и з детьми выслать по-прежнему в те ж городы и места, откуда кто пришел». А ведь самодержец наверняка прекрасно знал неписаный закон казаков: «С Дона выдачи нету». 2 сентября 1707 года Юрий Долгоруков с двумя сотнями солдат прибыл в Черкасск. Атаман войска Донского Лукьян Максимов и старшины формально согласились с царским указом, но выполнять его не спешили. Тогда князь решил сам начать отлов беглецов.Однако, вельможа не понимал, что он не на Рязанщине, и для поимки беглецов раздробил свои силы на несколько отрядов. В ночь с 8 на 9 октября 1707 года казаки под предводительством Кондрата Булавина убили самого Долгорукова, 16 офицеров и подьячих, солдат же обезоружили и отпустили на все четыре стороны. Так началось знаменитое Булавинское восстание.12 апреля 1708 года царь повелел майору лейб-гвардии Василию Долгорукову, родному брату убитого князя Юрия, подавить Булавинское восстание. Любопытна инструкция Петра по обращению с донскими казаками: «Понеже сии воры все на лошадях и зело лехкая конница, того для невозможно будет оных с регулярною конницею и пехотою достичь и для того только за ними таких же послать по разсуждению. Самому же ходить по тем городкам и деревням (из которых главной Пристанной городок на Хопре), которые пристают к воровству и оные жечь без остатку, а людей рубить, а завотчиков на колесы и колья, дабы сим удобнее оторвать охоту к приставанию воровства у людей, ибо сия сарынь кроме жесточи не может унята быть. Протчее полагается на разсуждение господина маеора».5–6 июля состоялся упорный бой у стен крепости Азов, в ходе которого казаки атамана Лукьяна Хохлача были наголову разбиты и бежали. Сам Хохлач сдался в плен.7 июля в Черкасске казацкие старшины во главе с Иваном Зерщиковым произвели переворот. Кондрат Булавин был убит, а по другой версии – застрелился.

По описаниям, Игнат Некрасов был крепкого телосложения.

Успешным оказался лишь рейд атамана Игната Некрасова вдоль Волги на Камышин и Царицын. Узнав о гибели Булавина, Некрасов привёл своих людей в район Переволочны (между Доном и Волгой).А позже, некрасовцам пришлось перейти на сторону Османской империи.

 

Переселение на Кубань

После поражения Булавинского восстания осенью 1708 года часть донских казаков во главе с атаманом Некрасовым ушла за границу — на Кубань — территорию Крымского ханства[1]. Всего вместе с Некрасовым ушло, по различным данным от 2 тыс. (500—600 семей) до 8 тыс. казаков с женами и детьми. Объединившись с ушедшими на Кубань ещё в 1690-х годах казаками-старообрядцами образовали первое казачье войско на Кубани, принявшее подданство крымских ханов и получившее довольно широкие привилегии. К казакам стали присоединяться беглые с Дона и простые крестьяне[источник не указан 1238 дней]. Казаков этого войска называли некрасовцами, хотя оно было и неоднородным.

Сначала некрасовцы поселились на Средней Кубани (на правом берегу реки Лаба, недалеко от её устья), в урочище у современной станицы Некрасовской. Но вскоре большинство, включая Игната Некрасова, переселилось наТаманский полуостров (недалеко от Темрюка), основав три городка — Блудиловский, Голубинский и Чирянский.

Некрасовцы долгое время совершали отсюда набеги на приграничные русские земли. После 1737 года (со смертью Игната Некрасова) положение на границе начало стабилизироваться. В 1735—1739 гг. Россия несколько раз предлагала некрасовцам вернуться на родину. Не добившись результата, императрица Анна Иоанновна направила на Кубань донского атамана Фролова с войсками. Не имея возможности противостоять русским войскам, некрасовцы начали переселение в турецкие владения на Дунае. После взятия Анапы русским отрядом генералаИ. В. Гудовича в 1791 году последние кубанские «игнат-казаки» ушли в Бессарабию и Болгарию.

 

Дунайская община

В 1740—1778 гг. с разрешения турецкого султана некрасовцы перебрались на Дунай. На территории Османской империи султаны подтвердили казакам-некрасовцам все привилегии, которыми они пользовались на Кубани у крымских ханов. На Дунае они поселились в Добрудже в плавнях по соседству с липованами, которые и теперь живут[2] в современной Румынии.

На Дунае казаки-некрасовцы в основном расселились в Дунавцах и Сарикёй, а также в селениях Слава Черкасская,Журиловка, Некрасовка и др.[3]. После разгрома в 1775 году Запорожской Сечи в тех же местах появились и запорожцы. Споры за лучшие рыболовные места между некрасовцами и запорожцами стали доходить до вооружённых столкновений и в результате большая часть некрасовцев была вынуждена покинуть Дунай и переселиться дальше на юг.

Оставшиеся в Добрудже некрасовцы были в значительной мере поглощены значительно преобладающими по численности липованами и ассимилированы в среде липован и прибывающих в тот район выходцев-староверов из России, по большей части утратили язык своих предков, обычаи, фольклор, предания и песни об Игнате, его «заветы». Однако продолжать называться некрасовцами им было выгодно, ввиду предоставления турецкими властями ряда привилегий. Их прозвали «дунаками».[источник не указан 1336 дней].

Майносская община

После взятия запорожцами некрасовского Дунавца и переселения туда запорожского коша из Сеймена, в 1791 г. ушедшие с Дуная некрасовцы разделились на две группы. Одна из них осела на побережье Эгейского моря, в Эносев восточной Фракии, другая — в азиатской Турции на озере Майнос (озеро Куш), в 25 км от портового городаБандырма. К началу XIX века образовались две группы некрасовцев — дунайская и майносская. Из Эноса значительно поредевшая в результате эпидемий община некрасовцев в 1828 году переселилась на Майнос и полностью влилась в майносскую общину.

К середине XIX века произошло имущественное расслоение общины, наметились и религиозные разноречия, и во второй половине 1860-х гг. часть майносцев (157 семей) в результате раскола общины ушла и основала поселение на острове Мада (на Бейшехирском озере). Их судьба оказалась трагичной — в результате эпидемии, «подморной» земли и зараженной воды в озере, к 1895 году на Маде оставалось всего 30 дворов, а к 1910 г. в селении осталось только 8 семей. Таким образом общины казаков-некрасовцев, живущих по «заветам», остались только на Майносе (большая) и на Маде (меньшая).

В 1860-х годах начали проявляться некоторые тенденции ухудшения взаимоотношений между некрасовцами и турецкими властями, которые впоследствии привели к невозможности проживания общины на территории Турции. В начале XX века завершился религиозный, культурный и имущественный раскол общины на фоне ухудшения положения некрасовцев в Турции (усиление налогового гнёта, воинской повинности и отъема части земель на оз. Майнос в пользу мухаджиров), окончательно была утрачена вера в возможность отыскать мифический «Город Игната».

К 1911 году в поселениях на Майносе и Маде оставалось менее 1000 казаков-некрасовцев. В письме Кавказского наместника Н. А. Бугрову от 26 октября 1910 г. говорилось о 175 семьях с. Эски-Казаклар, с общим количеством в 729 человек обоего пола. В 1911 г. в ходе обследования некрасовского поселения оказалось, «что большая половина их желает переселиться в Россию, а именно 418 человек, из которых 202 мужескаго пола и 216 женскаго пола».

Возвращение в Россию

Первая волна

Незначительное количество некрасовцев-майносцев — «молодых людей, предназначенных турками к отбыванию воинской повинности», выехало в Россию в 1911 г. с целью избежать службы в армии Турции, что было самой первой неофициальной волной переселенцев. Несмотря на завет Некрасова «при царе в Расею не возвращаться», с разрешения российского правительства и турецких властей началась их реэмиграция в Россию. Разрешения селиться на Дону или Кубани некрасовцы не получили, а были направлены в Грузию. Первая официальная волна реэмигрантов была незначительной. На забронированные в Грузии ещё с 1911 г. земельные участки для группы возвращенцев из 45 семей в 1912 г. из с. Майнос выехало всего 35 семей. Всего за 1912—1913 гг. выехало 70—80 семей. Основав два селения, Успенское и Воскресенское, казаки прожили там всего несколько лет. Послепровозглашения независимости Грузии и установления власти меньшевистского правительства (начало 1918 г.) они все были вынуждены снова переселяться, на этот раз на Кубань, в станицу Прочноокопскую. Весной 1919 годаКубанская законодательная Рада зачислила 246 казаков-некрасовцев (в возрасте от 1 до 71 года) в состав кубанского казачества, и им были выделены земельные наделы примерно в 30 км от Приморско-Ахтарскойстаницы, где к уже к лету 1920 года некрасовцы основали хутора Некрасовский и Новонекрасовский, впоследствии слившиеся в один — Новонекрасовский. Около 170—200 семей оставалось в Турции.

В 1925 г. последние три семьи с Мады приехали в Советский Союз и поселились в Новонекрасовском хуторе. В 1927 г. 170 семей (507 человек) некрасовцев деревни Майнос, несмотря на разрешение, так и не приехали в СССР.

Исследования Александры Москетти-Соколовой в работе «Историко-культурные связи казаков-некрасовцев и липован» и новые архивные документы, рассмотренные в монографии кандидата исторических наук Д. В. Сень — «„Войско Кубанское Игнатово Кавказское“: исторические пути казаков-некрасовцев (1708 г.-конец 1920-х гг.)», свидетельствуют, что какого-либо массового переселения некрасовцев после 1914 г. и до 1962 г. не было. Казачий словарь-справочник (составители А. И. Скрылов, Г. В. Губарев.), изданный в 1970 году в США, и изданная на его основе в 2007 году «Энциклопедия казачества» (Москва, издательство «Вече») называют число некрасовцев, вернувшихся на родину до 1958 г., в 7200 человек, очевидно, принимая за некрасовцев староверов-липован («дунаков»), в том числе более 2 тысяч семей, прибывших в 1947 году из Румынии в Советский Союз и поселившихся в Ейском районе.

Вторая волна

22 сентября 1962 года из Турции, селения Коджа-Гёль (до 1938 — Бин-Эвле или Эски-Казаклар, по-некрасовски Майнос) в Россию вернулись 215 живших там семей некрасовцев общим числом 985 человек. Всего к 1962 году в Россию и СССР переехало около 1500 некрасовцев, из них чуть более 1200 майносцев. Сейчас их потомки проживают в посёлке Новокумский Левокумского района Ставропольского края[4].

В 1963 году несколько десятков семей некрасовцев и «дунаков», общим числом в 224 человека, отказавшихся выезжать в Советский Союз, были приняты в США. В Турции осталась только одна семья.

Современное состояние

Возвратившись в Россию, казаки-некрасовцы сохраняли старый уклад, хотя и начали работать в совхозах. Они носили нательные кресты и бороды. Крестили детей, венчали молодоженов и отпевали покойников (читалисорокоуст). Чтили христианские праздники Рождество и Пасху. Однако их дети ходили в советские школы, учились в вузах и служили в армии. Юрисдикционно принадлежали в основном к белокриницкому согласию. Происходила медленная ассимиляция некрасовцев советским обществом, что привело к постепенной адаптации некрасовцев.

 

  • Этнодеревня казаков-некрасовцев и духовных молокан.

Первое этническое подворье МБУ «ЦТРК казаков-некрасовцев и духовных молокан» в посёлке Новокумском Ставропольского края, где проживают вернувшиеся из Турции более полувека назад казаки-некрасовцы и христиане-молокане, проводит обзорные экскурсии. Здесь вы познакомитесь с устройством подворья и красочным убранством людской избы казаков–некрасовцев и жилищем духовных молокан, с их традиционными ремёслами и традиционными праздниками. Хранители культур во время экскурсий раскроют вам красоту жизни своих народов, фольклор, обычаи, единство духовных и народных традиций казаков-некрасовцев и духовных молокан. Народные умельцы откроют вам тайну бисероплетения традиционных казачьих украшений. Также, научат вас мастерить тряпичную куклу безшовным способом, проявляя фантазию и творчество.[5]

Примечания

Заметки игумена Кирилла (Сахарова) о выставках, посвященных казакам-некрасовцам

Выставка, а точнее даже две выставки, открылись 14 мая в Доме причта Рогожской Слободы. Названия выставок: «Некрасовцы – путь на Родину» и «Эхо времени. Кто такие казаки- некрасовцы». Накануне в Министерстве культуры прошло торжественное открытие «Дней казаков-некрасовцев в Москве». Это мероприятие совпало по времени с отчётно-выборным собранием на нашем приходе. Оно проходило с участием благочинного и несколько затянулось. Тем не менее, я рискнул поехать, стремясь попасть хотя бы к концу. Когда подъехали к зданию Министерства раздался звонок: «Все уже закончилось, участники расходятся». Водитель на обратном пути: «Как жаль, что мы не успели!» Я: «Слава Богу, что мы удержались, не пошли только для того, чтобы отметиться и встретить кого-либо из знакомых, уже выходящих с мероприятия». 

Делегацию некрасовцев встречали хлебом-солью у входа в Покровский кафедральный собор (в нём они пропели пасхальный тропарь). После официальных приветствий и выступлений в Доме причта началась экскурсия. Приехав пораньше, я уже всё осмотрел. Отмечу то, что наиболее запомнилось. «Они обрели Родину» - название одной из нескольких статей, посвящённых вернувшимся из Турции соотечественникам. Кандалы и пара книг, направленных против ревнителей древнего благочестия (Феофилакта Лопатинского и Димитрия Туптало) – как свидетельства гонений, подвигших покинуть Родину (первая книга – из Библиотеки редких книг и рукописей РПСЦ, вторая – из Собрания Рогожской казачьей станицы; обе книги написаны в 1745 году). Известная гравюра со сравнительным изображением предметов литургического обихода и формы перстосложения до реформы и после нее. Над гравюрой небольшая скульптура под названием «Дума казака» - как, мол, поступить, как определиться - очень наглядно. Неожиданное фото – «Некрасовцы во главе с атаманом на первой демонстрации в Советском Союзе 7 ноября 1962 года». Первыми священниками некрасовцев, когда они уже поселились в Ставропольском крае, были о. Трифон и о. Феофан. Последний был рукоположен Константинопольским Патриархом Афинагором и служил сначала в Русской Православной Церкви в Стамбуле. Письмо Хрущеву с ходатайством об открытии церкви (от 21 апреля 1963 года). Церковь была открыта только в ноябре 1964 года, через месяц после снятия генсека. Турки после выезда старообрядцев их церкви опечатали и не позволяли ничего вывозить (позднее за деньги часть храмовых принадлежностей вывести всё-таки удалось). Поразила фотография храма некрасовцех в Турции – уж больно он был ветхим и неказистым. Если бы не крест на нём, можно было подумать, что это хозяйственная постройка. Стенд с текстом заветов атамана Игната (запомнилось: «В земле какого царя живем, тому царю и служим»). В Оттоманской империи старообрядцы получили право поселяться, где захотят (в основном они жили около озера Майнос). В 1739 г. султан издал фирман о привилегиях для некрасовцев. Атаману была вручена золотая булава. Вначале старообрядцы платили только военный налог, но с введением в 1908 году всеобщей воинской повинности старообрядцев стали призывать в турецкую армию

 

(на выставке было немало фотографий молодых некрасовцев в турецкой военной форме).

Картина, на которой на фоне Босфорского залива изображены инок Павел Белокриницкий и митрополит Амвросий. Фотография с обретения мощей митрополита Амвросия (кисть его руки сохранилась нетленной). Большого объема схема об апостольском преемстве от Апостола Андрея через митрополита Амвросия и до наших дней (составлена по трудам свт. Арсения Уральского). Много предметов быта некрасовцев и информации на эту тему. Запомнилось о чистоте и удобстве их жилищ. Из кухни – о «пышечках» - лакомстве из печёного теста в сахарном сиропе с арахисом. «Обязательны на поминальном столе баранина, курятина, несколько видов рыбы» - странно. 

По старинному обычаю на службах у некрасовцев поют только мужчины. Здесь же под руководством нынешнего священника некрасовцев о. Евлампия пели и женщины. Пели бодро, зычно и отчётливо. Ближайший помощник батюшки пропел по-гречески «Святыи Боже» (по окончании пения митрополит заметил: «Святитель Амвросий радуется, слыша пение на родном языке»). Сундуки, казаны, образцы посуды и одежды (женская одежда мне показалась слишком вычурной и «накрученной» - наверное, сказалось турецкое влияние; низкий стол, перед которым можно сидеть только на коленях – тоже, по-видимому, от турок). Осматривая предметы быта, Владыка указывал посохом на заинтересовавшиеся его вещи, прося рассказать об их назначении. «У меня в деревне домик и это мне бы подошло» - сказал он о скромном домотканом коврике и деревянных сандалиях («ходули» - «по-некрасовски»). По отношению ко мне Владыка как всегда был приветлив и благожелателен: «Отец Кирилл, а Вы у некрасовцев не были? По-моему, Вы весь мир объехали». К сожалению, как поведал экскурсовод, нынешние некрасовцы практически не занимаются ремеслами, главные их усилия направлены на возделывание огородов. 

После окончания экскурсии вниманию присутствующих был предложен видеоматериал о первом круглом столе старообрядцев разных согласий. 

Потомки выехавших в Турцию казаков – участников Булавинского восстания завершили своё пребывание в столице. Два с половиной века прожили они в Турции, спасаясь от репрессий. Тридцать тысяч участников восстания были убиты, семь тысяч повешены. Вернулись они из Турции только в 1962 году уже при Советской власти. В Турции жили неплохо. Занимались здесь виноградарством и рыболовством (после их отъезда в тех местах, где они жили, рыбачить стало некому). Очень скучали по России. Ностальгия особенно накатывала, когда дул «восточный ветер». Когда возвращались на пароходе в Советский Союз, впервые соприкоснулись с электричеством и увидели кинофильм. На новом месте, в Ставропольском крае, сразу начались сложности. Учителя запрещали детям ходить в церковь, срывали с них кресты. Священника некрасовцев о. Феофана вызывали по этому поводу в школу. 

Некрасовцы говорили: «Если бы не вера, мы бы рассыпались». В постперестроечный период они столкнулись с безработицей, которая провоцировала пьянство. Молодёжь стала уезжать в города. Количество прихожан храмов снижаться. «Корни наши кончаются. Пришли сюда спасаться, а всё погибло. Для тела здесь всего много, а для души нет» - сетовали потомки казаков. Власти, уже после снятия Хрущёва, помогли построить две церкви, небольшого, конечно, размера. Интересно, что когда старообрядцы приехали на отведённые им земли и услышали удары в било, то подумали, что звонят к церковной службе, а оказалось, что это был сигнал к обеду в колхозной столовой. Кстати, обещали их поселить на Кубани и Дону, а привезли в Ставропольский край. Образовалось два посёлка. Расстояние между ними – 30 км (обещано же было, что они будут рядом, так что можно будет переговариваться через речку). Сказать, что некрасовцы по Турции не скучают, а точнее не скучали, было бы лукавством. 

Большой интерес у участников традиционного вечера духовных песнопений на Рогожском вызвало богослужебное пение некрасовцев, прежде всего распевы избранных стихов кафизм на утрени. В Институте искусствознания прошёл просмотр нескольких видеофильмов о некрасовцах. Особенно заполнился фильм об их поездке в Турцию летом 1994 года. Было трогательно видеть, как они осматривали свои бывшие дома, вспоминали как всё в них было расположено раньше. На кладбище у единственного сохранившегося надгробия священник совершил заупокойную литию. Я поинтересовался: куда исчезли могилы, неужели турки разрушили кладбище. Оказалась, что нет, просто прошло много времени и всё само по себе пришло в упадок. В одном месте бывшего кладбища одна из участниц поездки, припадая к земле, вспоминая близкого родственника, громко плакала. Турки довольно гостеприимно и благожелательно встретили приехавших. Устроили «байрам» - угощение за низкими столиками, причём по турецкому обычаю мужчины и женщины сидели отдельно. С турками обнимались, «лопотали» на их языке, вместе танцевали. Во время ритмичных скромных танцев пощёлкивали пальцами, использовали губные гармошки и деревянные ложки. Впечатление сюрреализма происходящего усиливал фон завываний мул, призывавших правоверных мусульман к молитве. Одна женщина особенно тепло общалась с приезжими. Оказалась, что она русская, замужем за турком – поэтому осталась в Турции. 

Другой видеофильм был посвящён песням и плясовым мелодиям некрасовцев. Во время ритмичных приплясов использовалась морская ракушка, издававшая протяжный звук (я сначала подумал, что это следствие технического дефекта в трансляции фильма). С помощью такого звука, кстати, созывали на свадьбы. Слыша гиканья мужчин и визги женщин, подумал: «Наверное, Аввакум был бы не восторге от этой картины. Но попробуй запрети, «засуши» - последние прихожане разбегутся». Ещё в видеофильмах заполнилось как с песнями, приплясывая, по случаю какого-то семейного торжества входят в дом. Посиделки престарелых женщин на Красную горку с духовными беседами и протяжным пением пасхальных стихер. Катание по земле макетов пасхальных яиц (одна бабуля ловя «яйцо» рухнула как вратарь в футбольном матче под бурю эмоций зрителей). Приготовление пищи (варка кур, щук), застолье. Фрагмент пасхальной службы. Бросилось в глаза присутствие большого количества безбородых мужчин. Крестились с поклоном в ответ на каждение. После каждого стиха пасхального Евангелия трижды ударяли в небольшие колокольчики (мужчины держали их в руках), священник служил в белом облачении (мы, по «новообрядной инерции», используем красное). Младенцев, после того как их причастили, взрослые не крестили, как это делается у нас. Христосуясь с хоругвеносцами, священник что-то клал им в карман. 

Последний видеосюжет был о современной аранжировке якобы танца некрасовцев. Двухметровые, усатые, в красных шароварах «аскеры» (воины – по-турецки) воинственно плясали под восточную музыку. Реплики некрасовцев: «Весело, но это не наше, непохоже». «У нас парень танцуя никогда не брал девушку за руку, тем более за талию – только за платок в руке. Мужчины нарочито на танец женщин не приглашали». « Барабанов у нас не было. Это больше похоже на пляски кубанских казаков» и т.д. и т.п. 

В последний день пребывания некрасовцев в Москве по соседству с нашим храмом в НИИ природного и культурного наследия имени Д. Лихачёва подводили итоги. Красной нитью проходила следующая мысль: есть ли перспектива продления бытия культуры некрасовцев или остаётся только, изучая её, провожать её «в последний путь?» Как сочетать современность с хранением традиций»? Были обозначены проблемы: упущенная возможность с организацией воскресной школы, почти полное отсутствие финансирования и пр. 

Понравился наш сайт? Присоединяйтесь или подпишитесь (на почту будут приходить уведомления о новых темах) на наш канал в МирТесен!

pravoslavnoe-hristianstvo.mirtesen.ru

Некрасовские казаки Википедия

Некрасовские казаки. 1895

Некра́совцы (некрасовские казаки, казаки-некрасовцы, игнат-казаки) — потомки донских и хопёрских казаков, которые, после подавления Булавинского восстания, ушли с Дона в сентябре 1708 года. Названы в честь своего лидера Игната Некрасова. Более 240 лет казаки-некрасовцы жили вне России, на территории Османской империи, приняв подданство султана.

Переселение на Кубань

После поражения Булавинского восстания осенью 1708 года часть донских казаков во главе с атаманом Некрасовым ушли за границу — на Кубань — территорию Крымского ханства[1]. Всего вместе с Некрасовым ушло, по различным данным от 2 тыс. (500—600 семей) до 8 тыс. казаков с женами и детьми. Объединившись с ушедшими на Кубань ещё в 1690-х годах казаками-старообрядцами образовали первое казачье войско на Кубани, принявшее подданство крымских ханов и получившее довольно широкие привилегии. Казаков этого войска называли некрасовцами, хотя оно было и неоднородным.

Сначала некрасовцы поселились на Средней Кубани (на правом берегу реки Лаба, недалеко от её устья), в урочище у современной станицы Некрасовской. Но вскоре большинство, включая Игната Некрасова, переселилось на Таманский полуостров (недалеко от Темрюка), основав три городка — Блудиловский, Голубинский и Чирянский.

Некрасовцы долгое время совершали отсюда набеги на приграничные русские земли. После 1737 года (со смертью Игната Некрасова) положение на границе начало стабилизироваться. В 1735—1739 гг. Россия несколько раз предлагала некрасовцам вернуться на родину. Не добившись результата, императрица Анна Иоанновна направила на Кубань донского атамана Фролова с войсками. Не имея возможности противостоять русским войскам, некрасовцы начали переселение в турецкие владения на Дунае. После взятия Анапы русским отрядом генерала И. В. Гудовича в 1791 году последние кубанские «игнат-казаки» ушли в Бессарабию и Болгарию.

Дунайская община

В 1740—1778 гг. с разрешения турецкого султана некрасовцы перебрались на Дунай. На территории Османской империи султаны подтвердили казакам-некрасовцам все привилегии, которыми они пользовались на Кубани у крымских ханов. На Дунае они поселились в Добрудже в плавнях по соседству с липованами, которые и теперь живут[2] в современной Румынии.

На Дунае казаки-некрасовцы в основном расселились в Дунавцах и Сарикёй, а также в селениях Слава Черкасская, Журиловка, Некрасовка и др.[3]. После разгрома в 1775 году Запорожской Сечи в тех же местах появились и запорожцы. Споры за лучшие рыболовные места между некрасовцами и запорожцами стали доходить до вооружённых столкновений и в результате большая часть некрасовцев была вынуждена покинуть Дунай и переселиться дальше на юг.

Оставшиеся в Добрудже некрасовцы были в значительной мере поглощены значительно преобладающими по численности липованами и ассимилированы в среде липован и прибывающих в тот район выходцев-староверов из России, по большей части утратили язык своих предков, обычаи, фольклор, предания и песни об Игнате, его «заветы». Однако продолжать называться некрасовцами им было выгодно, ввиду предоставления турецкими властями ряда привилегий. Их прозвали «дунаками».[источник не указан 2176 дней].

Майносская община

После взятия запорожцами некрасовского Дунавца и переселения туда запорожского коша из Сеймена, в 1791 г. ушедшие с Дуная некрасовцы разделились на две группы. Одна из них осела на побережье Эгейского моря, в Эносе в восточной Фракии, другая — в азиатской Турции на озере Майнос (озеро Куш), в 25 км от портового города Бандырма. К началу XIX века образовались две группы некрасовцев — дунайская и майносская. Из Эноса значительно поредевшая в результате эпидемий община некрасовцев в 1828 году переселилась на Майнос и полностью влилась в майносскую общину.

К середине XIX века произошло имущественное расслоение общины, наметились и религиозные разноречия, и во второй половине 1860-х гг. часть майносцев (157 семей) в результате раскола общины ушла и основала поселение на острове Мада (на Бейшехирском озере). Их судьба оказалась трагичной — в результате эпидемии, «подморной» земли и зараженной воды в озере, к 1895 году на Маде оставалось всего 30 дворов, а к 1910 г. в селении осталось только 8 семей. Таким образом общины казаков-некрасовцев, живущих по «заветам», остались только на Майносе (большая) и на Маде (меньшая).

В 1860-х годах начали проявляться некоторые тенденции ухудшения взаимоотношений между некрасовцами и турецкими властями, которые впоследствии привели к невозможности проживания общины на территории Турции. В начале XX века завершился религиозный, культурный и имущественный раскол общины на фоне ухудшения положения некрасовцев в Турции (усиление налогового гнёта, воинской повинности и отъема части земель на оз. Майнос в пользу мухаджиров), окончательно была утрачена вера в возможность отыскать мифический «Город Игната».

К 1911 году в поселениях на Майносе и Маде оставалось менее 1000 казаков-некрасовцев. В письме Кавказского наместника Н. А. Бугрову от 26 октября 1910 г. говорилось о 175 семьях с. Эски-Казаклар, с общим количеством в 729 человек обоего пола. В 1911 г. в ходе обследования некрасовского поселения оказалось, «что большая половина их желает переселиться в Россию, а именно 418 человек, из которых 202 мужескаго пола и 216 женскаго пола».

Возвращение в Россию

Первая волна

Незначительное количество некрасовцев-майносцев — «молодых людей, предназначенных турками к отбыванию воинской повинности», выехало в Россию в 1911 г. с целью избежать службы в армии Турции, что было самой первой неофициальной волной переселенцев. Несмотря на завет Миши Харина «при царе в Расею не возвращаться», с разрешения российского правительства и турецких властей началась их реэмиграция в Россию. Разрешения селиться на Дону или Кубани некрасовцы не получили, а были направлены в Грузию. Первая официальная волна реэмигрантов была незначительной. На забронированные в Грузии ещё с 1911 г. земельные участки для группы возвращенцев из 45 семей в 1912 г. из с. Майнос выехало всего 35 семей. Всего за 1912—1913 гг. выехало 70—80 семей. Основав два селения, Успенское и Воскресенское, казаки прожили там всего несколько лет. После провозглашения независимости Грузии и установления власти меньшевистского правительства (начало 1918 г.) они все были вынуждены снова переселяться, на этот раз на Кубань, в станицу Прочноокопскую. Весной 1919 года Кубанская законодательная Рада зачислила 246 казаков-некрасовцев (в возрасте от 1 до 71 года) в состав кубанского казачества, и им были выделены земельные наделы примерно в 30 км от Приморско-Ахтарской станицы, где к уже к лету 1920 года некрасовцы основали хутора Некрасовский и Новонекрасовский, впоследствии слившиеся в один — Новонекрасовский. Около 170—200 семей оставалось в Турции.

В 1925 г. последние три семьи с Мады приехали в Советский Союз и поселились в Новонекрасовском хуторе. В 1927 г. 170 семей (507 человек) некрасовцев деревни Майнос, несмотря на разрешение, так и не приехали в СССР.

Исследования Александры Москетти-Соколовой в работе «Историко-культурные связи казаков-некрасовцев и липован» и новые архивные документы, рассмотренные в монографии кандидата исторических наук Д. В. Сень — «„Войско Кубанское Игнатово Кавказское“: исторические пути казаков-некрасовцев (1708 г.-конец 1920-х гг.)», свидетельствуют, что какого-либо массового переселения некрасовцев после 1914 г. и до 1962 г. не было. Казачий словарь-справочник (составители А. И. Скрылов, Г. В. Губарев.), изданный в 1970 году в США, и изданная на его основе в 2007 году «Энциклопедия казачества» (Москва, издательство «Вече») называют число некрасовцев, вернувшихся на родину до 1958 г., в 7200 человек, очевидно, принимая за некрасовцев староверов-липован («дунаков»), в том числе более 2 тысяч семей, прибывших в 1947 году из Румынии в Советский Союз и поселившихся в Ейском районе.

Вторая волна

22 сентября 1962 года из Турции, селения Коджа-Гёль (до 1938 — Бин-Эвле или Эски-Казаклар, по-некрасовски Майнос) в Россию вернулись 215 живших там семей некрасовцев общим числом 985 человек. Всего к 1962 году в Россию и СССР переехало около 1500 некрасовцев, из них чуть более 1200 майносцев. Сейчас их потомки проживают в посёлке Новокумский Левокумского района Ставропольского края[4].

В 1963 году несколько десятков семей некрасовцев и «дунаков», общим числом в 224 человека, отказавшихся выезжать в Советский Союз, были приняты в США. В Турции осталась только одна семья.

Современное состояние

Возвратившись в Россию, казаки-некрасовцы сохраняли старый уклад, хотя и начали работать в совхозах. Они носили нательные кресты и бороды. Крестили детей, венчали молодоженов и отпевали покойников (читали сорокоуст). Чтили христианские праздники Рождество и Пасху. Однако их дети ходили в советские школы, учились в вузах и служили в армии. Юрисдикционно принадлежали в основном к белокриницкому согласию. Происходила медленная ассимиляция некрасовцев советским обществом, что привело к постепенной адаптации некрасовцев.

В литературе

Резались атаганами. Со стороны турков замечены были копья, дотоле у них не бывалые; эти копья были русские: некрасовцы сражались в их рядах.— А. С. Пушкин, «Кирджали»
Было странно видеть - среди конских бунчуков - христианские кресты над бандами игнатов-некрасовцев, которым Турция дала политическое убежище, принудив за это участвовать в своих войнах. За спиной каждого игната была привязана половина мерзлой свиной туши.— В.С.Пикуль, «Фаворит»

А.С. Пушкин, "Путешествие в Арзрум" ......это бьли некрасовцы.

Музеи

  • Государственное бюджетное учреждение культуры Ставропольского края "Ставропольский краевой музей изобразительных искусств" Новокумский филиал

В экспозиции представлены фотографии и предметы, связанные с религиозной стороной жизни Некрасовцев, материалы по истории Донского казачества и Булавинского восстания (1706-1709), архивные фотографии жизни некрасовцев в Турции и пос. Новокумском, а также подлинные предметы переселенцев, привезенные из Турции (ансамбли костюмов и отдельные предметы и аксессуары; домашняя утварь и предметы мебели, предметы детских игр; фотографии)

  • Этнодеревня казаков-некрасовцев и духовных молокан.

Первое этническое подворье МБУ «ЦТРК казаков-некрасовцев и духовных молокан» в посёлке Новокумском Ставропольского края, где проживают вернувшиеся из Турции более полувека назад казаки-некрасовцы и христиане-молокане, проводит обзорные экскурсии. Здесь вы познакомитесь с устройством подворья и красочным убранством людской избы казаков–некрасовцев и жилищем духовных молокан, с их традиционными ремёслами и традиционными праздниками. Хранители культур во время экскурсий раскроют вам красоту жизни своих народов, фольклор, обычаи, единство духовных и народных традиций казаков-некрасовцев и духовных молокан. Народные умельцы откроют вам тайну бисероплетения традиционных казачьих украшений. Также, научат вас мастерить тряпичную куклу безшовным способом, проявляя фантазию и творчество.[5]

См. также

Примечания

Ссылки

wikiredia.ru

некрасовцы - это... Что такое Казаки-некрасовцы?

Некра́совцы (некрасовские казаки, казаки-некрасовцы, игнат-казаки) — потомки донских казаков, которые после подавления Булавинского восстания ушли с Дона в сентябре 1708 года. Названы в честь предводителя, Игната Некрасова.

Более 240 лет казаки-некрасовцы жили вне России отдельной общиной по "заветам Игната", определяющим устои жизни общины.

Переселение на Кубань

После поражения Булавинского восстания осенью 1708 года часть донских казаков во главе с атаманом Некрасовым ушла на Кубань — территорию, принадлежавшую в то время Крымскому ханству. Всего вместе с Некрасовым ушло около 8 тыс. человек (по различным данным от 2 тыс. казаков с женами и детьми, 500-600 семей, до 8 тыс. человек). Объединившись с ушедшими на Кубань ещё в 1690-х годах казаками-старообрядцами образовали первое Кубанское казачье войско принявшее подданство крымских ханов и получившее довольно широкие привилегии. К казакам стали присоединяться беглые с Дона и простые крестьяне. Казаков этого Кубанского войска называли некрасовцами, хотя оно было и неоднородным.

Сначала некрасовцы поселились на Средней Кубани (на правом берегу реки Лаба, недалеко от её устья), в урочище у современной станицы Некрасовской. Но вскоре большинство, включая Игната Некрасова, переселилось на Таманский полуостров, основав три городка - Блудиловский, Голубинский и Чирянский.

Некрасовцы долгое время совершали отсюда набеги на приграничные российские земли. После 1737 года (со смертью Игната Некрасова) положение на границе начало стабилизироваться. В 1735—1739 гг. Россия несколько раз предлагала некрасовцам вернуться на родину. Не добившись результата, императрица Анна Иоанновна направила на Кубань донского атамана Фролова. Не имея возможности противостоять российским войскам, некрасовцы начали переселение в турецкие владения на Дунае.

В период 1740 г.-1778 г., по разрешению турецкого султана, некрасовцы перебрались на Дунай. На территории Османской империи султаны подтвердили казакам-некрасовцам все привилегии, которыми они пользовались на Кубани у крымских ханов. На Дунае они поселились в районе Добруджа, в плавнях Дуная, по соседству с липованами. В современной Румынии, и теперь живут липоване[1]. На Дунае казаки-некрасовцы в основном расселились в Дунавцах и Сары Кей, а также в селениях Слава Черкасская, Журиловка, Некрасовка и др.[2]. После разгрома в 1775 г. Запорожской Сечи в тех же местах появились и запорожцы. В спорах за лучшие рыболовные места между некрасовцами и запорожцами стало доходить до вооружённых столкновений. А после взятия запорожцами некрасовского Дунавца и переселения туда запорожского коша из Сеймена, в 1791 г. большая часть некрасовцев покинула Дунай и переселилась в азиатскую Турцию на озеро Майнос и Энос у берегов Эгейского моря . Таким образом, к началу XIX века образовались две группы некрасовцев — дунайская и майносская. Некоторая часть некрасовцев дунайской ветви, оставшаяся верной "заветам Игната", пополнила в последствии поселения некрасовцев на Майносе, а оставшиеся в Добрудже, были полностью поглощены значительно преобладающими по численности липованами и ассимилированы в их среде и прибывающих в тот район выходцев-староверов из России, утратили язык своих предков, обычаи, фольклор, предания и песни об Игнате, его «заветы». Хотя продолжать называться некрасовцами им было выгодно, ввиду предоставления турецкими властями ряда привилегий. Некрасовцы с Майноса их называли «дунаки» или «хохлы» и за своих не признавали. Эгейский Энос как отдельное поселение некрасовцев также перестала существовать, в 1828 г. переселившись на Майнос и полностью влившись в майноскую общину. К середине XIX века произошло имущественное расслоение общины, наметились и религиозные разноречия, и во второй половине 1860-х г. часть майносцев (157 семей) в результате раскола общины ушла и основала поселение на острове Мада (на Бейшеирском озере). Их судьба оказалась трагичной - в результате эпидемии, "подморной" земли и зараженной воды в озере, к 1895 году на Маде оставалось всего 30 дворов, а к 1910 г. в селении осталось только 8 семей. Таким образом община казаков-некрасовцев живущих по "заветам" осталась только на Майносе и малая часть на Маде.

Возвращение в Россию

В начале XX века снова наметился раскол общины на фоне ухудшения положения некрасовцев в Турции, и в 1912-1913 гг, несмотря на завет Некрасова "при царе в Расею не возвращаться", с разрешения российского правительства, началась их реэмиграция в Россию. Первая официальная волна реэмигрантов была незначительной 70-80 семей. Около 170-200 семей осталось в Турции.

Разрешения селиться на Дону или Кубани некрасовцы не получили, а были направлены в Грузию. Основав два селения — Успенское и Воскресенское, — казаки прожили там всего несколько лет, а после провозглашения независимости Грузии и установления власти меньшевистского правительства (начало 1918 г.), они были вынуждены снова переселяться, на этот раз на Кубань, в станицу Прочноокопскую, а весной 1919 г. Кубанская законодательная Рада зачислила 246 казаков-некрасовцев в состав кубанского казачества и им были выделены земельные наделы примерно в 30 км от Приморско-Ахтарской станицы где к уже к лету 1920 г. некрасовцы основали хутора Некрасовский и Новонекрасовский, в последствии слившиеся в один - Новонекрасовский. 22 сентября 1962 года из Турции, селения Кёджа-Гель (до 1938 - Бин-Эвле или Эски-Казаклар, по-некрасовски Майнос) в Россию вернулись 215 живших там семей некрасовцев общим числом 985 человек. Всего к 1962 г. в Россию и СССР переехало примерно чуть более 1300 майносцев (казаков-некрасовцев). В 1963 г. году несколько десятков некрасовцев и "дунаки", общим числом в 224 человека, отказавшиеся выезжать в Советский Союз, были приняты в США. В Турции осталась только одна семья некрасовцев.

См. также

Ссылки

Примечания

  1. ↑ Добруджа в ЭСБЕ на сервере Catchina3000.ru
  2. ↑ Энциклопедия казачества. Москва «Вече», 2007, стр. 275

Wikimedia Foundation. 2010.

dic.academic.ru

Некрасовцы - это... Что такое Некрасовцы?

Некра́совцы (некрасовские казаки, казаки-некрасовцы, игнат-казаки) — потомки донских казаков, которые после подавления Булавинского восстания ушли с Дона в сентябре 1708 года. Названы в честь предводителя, Игната Некрасова. Более 240 лет казаки-некрасовцы жили вне России отдельной общиной по «заветам Игната», определяющим устои жизни общины.

Переселение на Кубань

После поражения Булавинского восстания осенью 1708 года часть донских казаков во главе с атаманом Некрасовым ушла на Кубань — вольные русские земли. Всего вместе с Некрасовым ушло, по различным данным от 2 тыс. (500—600 семей) до 8 тыс. казаков с женами и детьми. Объединившись с ушедшими на Кубань ещё в 1690-х годах казаками-старообрядцами образовали первое казачье войско на Кубани, принявшее подданство крымских ханов и получившее довольно широкие привилегии. К казакам стали присоединяться беглые с Дона и простые крестьяне[источник?]. Казаков этого войска называли некрасовцами, хотя оно было и неоднородным.

Сначала некрасовцы поселились на Средней Кубани (на правом берегу реки Лаба, недалеко от её устья), в урочище у современной станицы Некрасовской. Но вскоре большинство, включая Игната Некрасова, переселилось на Таманский полуостров (недалеко от Темрюка), основав три городка — Блудиловский, Голубинский и Чирянский.

Некрасовцы долгое время совершали отсюда набеги на приграничные русские земли. После 1737 года (со смертью Игната Некрасова) положение на границе начало стабилизироваться. В 1735—1739 гг. Россия несколько раз предлагала некрасовцам вернуться на родину. Не добившись результата, императрица Анна Иоанновна направила на Кубань донского атамана Фролова. Не имея возможности противостоять русским войскам, некрасовцы начали переселение в турецкие владения на Дунае. После взятия Анапы русским отрядом генерала И. В. Гудовича в 1791 году последние кубанские «игнат-казаки» ушли в Бессарабию и Болгарию.

Дунайская община

В 1740—1778 гг. с разрешения турецкого султана некрасовцы перебрались на Дунай. На территории Османской империи султаны подтвердили казакам-некрасовцам все привилегии, которыми они пользовались на Кубани у крымских ханов. На Дунае они поселились в Добрудже в плавнях по соседству с липованами, которые и теперь живут[1] в современной Румынии.

На Дунае казаки-некрасовцы в основном расселились в Дунавцах и Сарикёй, а также в селениях Слава Черкасская, Журиловка, Некрасовка и др.[2]. После разгрома в 1775 году Запорожской Сечи в тех же местах появились и запорожцы. В спорах за лучшие рыболовные места между некрасовцами и запорожцами стало доходить до вооружённых столкновений. Оставшиеся в Добрудже были полностью поглощены значительно преобладающими по численности липованами и ассимилированы в среде липован и прибывающих в тот район выходцев-староверов из России, утратили язык своих предков, обычаи, фольклор, предания и песни об Игнате, его «заветы». Хотя продолжать называться некрасовцами им было выгодно, ввиду предоставления турецкими властями ряда привилегий. Их прозвали «дунаками» или «хохлами»[источник не указан 98 дней].

Майносская община

После взятия запорожцами некрасовского Дунавца и переселения туда запорожского коша из Сеймена, в 1791 г. большая часть некрасовцев покинула Дунай и переселилась дальше на юг, разделившись на две группы. Одна из них осела на побережье Эгейского моря, в Эносе в восточной Фракии, другая — в азиатской Турции на озере Майнос (озеро Куш), в 25 км от портового города Бандырма. К началу XIX века образовались две группы некрасовцев — дунайская и майносская. Из Эноса некрасовцы в 1828 году переселились на Майнос и полностью влились в майноскую общину.

К середине XIX века произошло имущественное расслоение общины, наметились и религиозные разноречия, и во второй половине 1860-х г. часть майносцев (157 семей) в результате раскола общины ушла и основала поселение на острове Мада (на Бейшехирском озере). Их судьба оказалась трагичной — в результате эпидемии, «подморной» земли и зараженной воды в озере, к 1895 году на Маде оставалось всего 30 дворов, а к 1910 г. в селении осталось только 8 семей. Таким образом община казаков-некрасовцев живущих по «заветам» осталась только на Майносе и малая часть на Маде. В 1860-х годах начали проявляться некоторые тенденции ухудшения взаимоотношений между некрасовцами и турецкими властями, которые впоследствии к привели к невозможности проживания общины на территории Турции. В начале XX века завершился религиозный, культурный и имущественный раскол общины на фоне ухудшения положения некрасовцев в Турции (усиление налогового гнёта, воинской повинности и отъема части земель на оз. Майнос в пользу мухаджиров), окончательна была утрачена вера в возможность отыскать мифический «Город Игната».

К 1911 году в поселениях на Майносе и Маде оставалось менее 1000 казаков-некрасовцев. В письме Кавказского наместника Н. А. Бугрову от 26 октября 1910 г. говорилось о 175 семьях с. Эски-Казаклар, с общим количеством в 729 человек обоего пола. В 1911 г. в ходе обследования некрасовского поселения оказалось, «что большая половина их желает переселиться в Россию, а именно 418 человек, из которых 202 мужескаго пола и 216 женскаго пола».

Возвращение в Россию

Первая волна

Незначительное количество некрасовцев-майносцев — «молодых людей, предназначенных турками ко отбыванию воинской повинности», выехало в Россию в 1911 г. с целью избежать службы в армии Турции, что было самой первой неофициальной волной переселенцев. Несмотря на завет Некрасова «при царе в Расею не возвращаться», с разрешения российского правительства и турецких властей началась их реэмиграция в Россию. Разрешения селиться на Дону или Кубани некрасовцы не получили, а были направлены в Грузию. Первая официальная волна реэмигрантов была незначительной. На забронированные в Грузии ещё с 1911 г. земельные участки для группы возвращенцев из 45 семей в 1912 г. из с. Майнос выехало всего 35 семей. Всего за 1912—1913 гг. выехало 70—80 семей. Основав два селения, Успенское и Воскресенское, казаки прожили там всего несколько лет. После провозглашения независимости Грузии и установления власти меньшевистского правительства (начало 1918 г.) они все были вынуждены снова переселяться, на этот раз на Кубань, в станицу Прочноокопскую. Весной 1919 года Кубанская законодательная Рада зачислила 246 казаков-некрасовцев (в возрасте от 1 до 71 года) в состав кубанского казачества, и им были выделены земельные наделы примерно в 30 км от Приморско-Ахтарской станицы, где к уже к лету 1920 года некрасовцы основали хутора Некрасовский и Новонекрасовский, впоследствии слившиеся в один — Новонекрасовский. Около 170—200 семей оставалось в Турции.

В 1925 г. последние три семьи с Мады приехали в Советский Союз и поселились в Новонекрасовском хуторе. В 1927 г. 170 семей (507 человек) некрасовцев деревни Майнос, несмотря на разрешение, так и не приехали в СССР.

Исследования Александры Москетти-Соколовой в работе «Историко-культурные связи казаков-некрасовцев и липован» и новые архивные документы, рассмотренные в монографии кандидата исторических наук Д. В. Сень — «„Войско Кубанское Игнатово Кавказское“: исторические пути казаков-некрасовцев (1708 г.-конец 1920-х гг.)», свидетельствуют, что какого-либо массового переселения некрасовцев после 1914 г. и до 1962 г. не было. Казачий словарь-справочник (составители А. И. Скрылов, Г. В. Губарев.), изданный в 1970 году в США, и изданная на его основе в 2007 году «Энциклопедия казачества» (Москва, издательство «Вече») называют число некрасовцев, вернувшихся на родину до 1958 г., в 7200 человек, очевидно, принимая за некрасовцев староверов-липован («дунаков»), в том числе более 2 тысяч семей, прибывших в 1947 году из Румынии в Советский Союз и поселившихся в Ейском районе.

Вторая волна

22 сентября 1962 года из Турции, селения Коджа-Гёль (до 1938 — Бин-Эвле или Эски-Казаклар, по-некрасовски Майнос) в Россию вернулись 215 живших там семей некрасовцев общим числом 985 человек. Всего к 1962 году в Россию и СССР переехало около 1500 некрасовцев, из них чуть более 1200 майносцев. Сейчас их потомки проживают в посёлке Новокумский Левокумского района Ставропольского края[3].

В 1963 году несколько десятков семей некрасовцев и «дунаков», общим числом в 224 человека, отказавшихся выезжать в Советский Союз, были приняты в США. В Турции осталась только одна семья.

Современное состояние

Возвратившись в Россию, казаки-некрасовцы сохраняли старый уклад, хотя и начали работать в совхозах. Они носили нательные кресты и бороды. Крестили детей, венчали молодоженов и отпевали покойников (читали сорокоуст). Чтили христианские праздники Рождество и Пасху. Однако их дети ходили в советские школы, учились в вузах и служили в армии. Юрисдикционно принадлежали в основном к белокриницкому согласию. Происходила медленная ассимиляция некрасовцев советским обществом, что привело к постепенной адаптации некрасовцев.

В литературе

Резались атаганами. Со стороны турков замечены были копья, дотоле у них не бывалые; эти копья были русские: некрасовцы сражались в их рядах.— А. С. Пушкин, «Кирджали»

См. также

Примечания

Ссылки

  • Летопись казаков-некрасовцев на сайте Tumilevich.ru Монографии Тумилевича, материалы: аудиозаписи, фотоматериалы, письменные: -предания и сказки казаков-некрасовцев.
  • История казаков-некрасовцев. По книге: Тумилевич Ф. В. Сказки казаков-некрасовцев.
  • Быт казаков-некрасовцев. По книге: Тумилевич Ф. В. Сказки казаков-некрасовцев.
  • Энциклопедия казачества. Москва, издательство «Вече», 2007 г. ISBN 978-5-9533-2096-2
  • Казачий словарь справочник. составители А. И. Скрылов, Г. В. Губарев. Электронная версия словаря-справочника.
  • «Историко-культурные связи казаков-некрасовцев и липован.», Александра Москетти-Соколова.
  • Монография «Войско Кубанское Игнатово Кавказское»: исторические пути казаков-некрасовцев (1708 г. — конец 1920-х гг.), Сень Д. В., Краснодар. Изд-во КубГУ., 2001. ISBN 5-8209-0029-4
  • Летописные записи на полях книги «Праздники» Атамана Саничева В. П.
  • Публикация «Дневник паломника», Александра Феноген
  • «Казачий Стан. Заветы Игната.»
  • «Казачья Сеть — Некрасовцы»
  • «Мир Словарей, Исторический Словарь — Некрасовцы»
  • сайт Вольная станица, Общий Сход — Некрасовские казаки на побережье Эгейского моря и в азиатской Турции
  • «Казаки-некрасовцы: некоторые аспекты адаптации на территории Крымского ханства в XVIII веке» — автор Д. В. Сень
  • Главный интеренет портал Кавказа, форум по Некрасовцам
  • В. Б. Виноградов «Средняя Кубань. Земляки и соседи. КУБАНСКИЕ КАЗАКИ»
  • Казаки-некрасовцы на Кубани и в Черноморье
  • Наша стихия — Земля (О казаках-некрасовцах, единственной старообрядческой общины Дагестана, в селе Некрасовка Кизлярского района)

dic.academic.ru

Некрасовцы — Энциклопедия Казачества

Некрасовские казаки. 1895

Некра́совцы (некрасовские казаки, казаки-некрасовцы, игнат-казаки) — потомки донских казаков, которые после подавления Булавинского восстания ушли с Дона в сентябре 1708 года. Названы в честь предводителя, Игната Некрасова. Более 240 лет казаки-некрасовцы жили вне России отдельной общиной по «заветам Игната», определяющим устои жизни общины.

Переселение на Кубань

После поражения Булавинского восстания осенью 1708 года часть донских казаков во главе с атаманом Некрасовым ушла за границу — на Кубань — территорию Крымского ханства[1]. Всего вместе с Некрасовым ушло, по различным данным от 2 тыс. (500—600 семей) до 8 тыс. казаков с женами и детьми. Объединившись с ушедшими на Кубань ещё в 1690-х годах казаками-старообрядцами образовали первое казачье войско на Кубани, принявшее подданство крымских ханов и получившее довольно широкие привилегии. К казакам стали присоединяться беглые с Дона и простые крестьянеОшибка выражения: неопознанный символ пунктуации «[»Ошибка выражения: неопознанный символ пунктуации «[». Казаков этого войска называли некрасовцами, хотя оно было и неоднородным.

Сначала некрасовцы поселились на Средней Кубани (на правом берегу реки Лаба, недалеко от её устья), в урочище у современной станицы Некрасовской. Но вскоре большинство, включая Игната Некрасова, переселилось на Таманский полуостров (недалеко от Темрюка), основав три городка — Блудиловский, Голубинский и Чирянский.

Некрасовцы долгое время совершали отсюда набеги на приграничные русские земли. После 1737 года (со смертью Игната Некрасова) положение на границе начало стабилизироваться. В 1735—1739 гг. Россия несколько раз предлагала некрасовцам вернуться на родину. Не добившись результата, императрица Анна Иоанновна направила на Кубань донского атамана Фролова с войсками. Не имея возможности противостоять русским войскам, некрасовцы начали переселение в турецкие владения на Дунае. После взятия Анапы русским отрядом генерала И.В.Гудовича в 1791 году последние кубанские «игнат-казаки» ушли в Бессарабию и Болгарию.

Дунайская община

В 1740—1778 гг. с разрешения турецкого султана некрасовцы перебрались на Дунай. На территории Османской империи султаны подтвердили казакам-некрасовцам все привилегии, которыми они пользовались на Кубани у крымских ханов. На Дунае они поселились в Добрудже в плавнях по соседству с липованами, которые и теперь живут[2] в современной Румынии.

На Дунае казаки-некрасовцы в основном расселились в Дунавцах и Сарикёй, а также в селениях Слава Черкасская, Журиловка, Некрасовка и др.[3]. После разгрома в 1775 году Запорожской Сечи в тех же местах появились и запорожцы. Споры за лучшие рыболовные места между некрасовцами и запорожцами стали доходить до вооружённых столкновений и в результате большая часть некрасовцев была вынуждена покинуть Дунай и переселиться дальше на юг.

Оставшиеся в Добрудже некрасовцы были полностью поглощены значительно преобладающими по численности липованами и ассимилированы в среде липован и прибывающих в тот район выходцев-староверов из России, утратили язык своих предков, обычаи, фольклор, предания и песни об Игнате, его «заветы». Однако продолжать называться некрасовцами им было выгодно, ввиду предоставления турецкими властями ряда привилегий. Их прозвали «дунаками».Ошибка выражения: неопознанный символ пунктуации «[»Ошибка выражения: неопознанный символ пунктуации «[».

Майносская община

После взятия запорожцами некрасовского Дунавца и переселения туда запорожского коша из Сеймена, в 1791 г. ушедшие с Дуная некрасовцы разделились на две группы. Одна из них осела на побережье Эгейского моря, в Эносе в восточной Фракии, другая — в азиатской Турции на озере Майнос (озеро Куш), в 25 км от портового города Бандырма. К началу XIX века образовались две группы некрасовцев — дунайская и майносская. Из Эноса значительно поредевшая в результате эпидемий община некрасовцев в 1828 году переселилась на Майнос и полностью влилась в майносскую общину.

К середине XIX века произошло имущественное расслоение общины, наметились и религиозные разноречия, и во второй половине 1860-х гг. часть майносцев (157 семей) в результате раскола общины ушла и основала поселение на острове Мада (на Бейшехирском озере). Их судьба оказалась трагичной — в результате эпидемии, «подморной» земли и зараженной воды в озере, к 1895 году на Маде оставалось всего 30 дворов, а к 1910 г. в селении осталось только 8 семей. Таким образом общины казаков-некрасовцев, живущих по «заветам», остались только на Майносе (большая) и на Маде (меньшая).

В 1860-х годах начали проявляться некоторые тенденции ухудшения взаимоотношений между некрасовцами и турецкими властями, которые впоследствии привели к невозможности проживания общины на территории Турции. В начале XX века завершился религиозный, культурный и имущественный раскол общины на фоне ухудшения положения некрасовцев в Турции (усиление налогового гнёта, воинской повинности и отъема части земель на оз. Майнос в пользу мухаджиров), окончательна была утрачена вера в возможность отыскать мифический «Город Игната».

К 1911 году в поселениях на Майносе и Маде оставалось менее 1000 казаков-некрасовцев. В письме Кавказского наместника Н. А. Бугрову от 26 октября 1910 г. говорилось о 175 семьях с. Эски-Казаклар, с общим количеством в 729 человек обоего пола. В 1911 г. в ходе обследования некрасовского поселения оказалось, «что большая половина их желает переселиться в Россию, а именно 418 человек, из которых 202 мужескаго пола и 216 женскаго пола».

Возвращение в Россию

Первая волна

Незначительное количество некрасовцев-майносцев — «молодых людей, предназначенных турками ко отбыванию воинской повинности», выехало в Россию в 1911 г. с целью избежать службы в армии Турции, что было самой первой неофициальной волной переселенцев. Несмотря на завет Некрасова «при царе в Расею не возвращаться», с разрешения российского правительства и турецких властей началась их реэмиграция в Россию. Разрешения селиться на Дону или Кубани некрасовцы не получили, а были направлены в Грузию. Первая официальная волна реэмигрантов была незначительной. На забронированные в Грузии ещё с 1911 г. земельные участки для группы возвращенцев из 45 семей в 1912 г. из с. Майнос выехало всего 35 семей. Всего за 1912—1913 гг. выехало 70—80 семей. Основав два селения, Успенское и Воскресенское, казаки прожили там всего несколько лет. После провозглашения независимости Грузии и установления власти меньшевистского правительства (начало 1918 г.) они все были вынуждены снова переселяться, на этот раз на Кубань, в станицу Прочноокопскую. Весной 1919 года Кубанская законодательная Рада зачислила 246 казаков-некрасовцев (в возрасте от 1 до 71 года) в состав кубанского казачества, и им были выделены земельные наделы примерно в 30 км от Приморско-Ахтарской станицы, где к уже к лету 1920 года некрасовцы основали хутора Некрасовский и Новонекрасовский, впоследствии слившиеся в один — Новонекрасовский. Около 170—200 семей оставалось в Турции.

В 1925 г. последние три семьи с Мады приехали в Советский Союз и поселились в Новонекрасовском хуторе. В 1927 г. 170 семей (507 человек) некрасовцев деревни Майнос, несмотря на разрешение, так и не приехали в СССР.

Исследования Александры Москетти-Соколовой в работе «Историко-культурные связи казаков-некрасовцев и липован» и новые архивные документы, рассмотренные в монографии кандидата исторических наук Д. В. Сень — «„Войско Кубанское Игнатово Кавказское“: исторические пути казаков-некрасовцев (1708 г.-конец 1920-х гг.)», свидетельствуют, что какого-либо массового переселения некрасовцев после 1914 г. и до 1962 г. не было. Казачий словарь-справочник (составители А. И. Скрылов, Г. В. Губарев.), изданный в 1970 году в США, и изданная на его основе в 2007 году «Энциклопедия казачества» (Москва, издательство «Вече») называют число некрасовцев, вернувшихся на родину до 1958 г., в 7200 человек, очевидно, принимая за некрасовцев староверов-липован («дунаков»), в том числе более 2 тысяч семей, прибывших в 1947 году из Румынии в Советский Союз и поселившихся в Ейском районе.

Вторая волна

22 сентября 1962 года из Турции, селения Коджа-Гёль (до 1938 — Бин-Эвле или Эски-Казаклар, по-некрасовски Майнос) в Россию вернулись 215 живших там семей некрасовцев общим числом 985 человек. Всего к 1962 году в Россию и СССР переехало около 1500 некрасовцев, из них чуть более 1200 майносцев. Сейчас их потомки проживают в посёлке Новокумский Левокумского района Ставропольского края[4].

В 1963 году несколько десятков семей некрасовцев и «дунаков», общим числом в 224 человека, отказавшихся выезжать в Советский Союз, были приняты в США. В Турции осталась только одна семья.

Современное состояние

Возвратившись в Россию, казаки-некрасовцы сохраняли старый уклад, хотя и начали работать в совхозах. Они носили нательные кресты и бороды. Крестили детей, венчали молодоженов и отпевали покойников (читали сорокоуст). Чтили христианские праздники Рождество и Пасху. Однако их дети ходили в советские школы, учились в вузах и служили в армии. Юрисдикционно принадлежали в основном к белокриницкому согласию. Происходила медленная ассимиляция некрасовцев советским обществом, что привело к постепенной адаптации некрасовцев.

В литературе

Резались атаганами. Со стороны турков замечены были копья, дотоле у них не бывалые; эти копья были русские: некрасовцы сражались в их рядах.— А. С. Пушкин, «Кирджали»

Музеи

  • Этнодеревня казаков-некрасовцев и молокан в Левокумском районе Ставропольского края.[5]

См. также

Примечания

Ссылки

  • Фотография одежды некрасовцев // io.ua
  • Летопись казаков-некрасовцев на сайте Tumilevich.ru Монографии Тумилевича, материалы: аудиозаписи, фотоматериалы, письменные: -предания и сказки казаков-некрасовцев.
  • История казаков-некрасовцев. По книге: Тумилевич Ф. В. Сказки казаков-некрасовцев. [недоступная ссылка — проверено 10.3.2014]
  • Быт казаков-некрасовцев. По книге: Тумилевич Ф. В. Сказки казаков-некрасовцев. [недоступная ссылка — проверено 10.3.2014]
  • Энциклопедия казачества. Москва, издательство «Вече», 2007 г. ISBN 978-5-9533-2096-2
  • Казачий словарь справочник. составители А. И. Скрылов, Г. В. Губарев. Электронная версия словаря-справочника.
  • «Историко-культурные связи казаков-некрасовцев и липован.», Александра Москетти-Соколова.
  • Монография «Войско Кубанское Игнатово Кавказское»: исторические пути казаков-некрасовцев (1708 г. — конец 1920-х гг.), Сень Д. В., Краснодар. Изд-во КубГУ., 2001. ISBN 5-8209-0029-4
  • Летописные записи на полях книги «Праздники» Атамана Саничева В. П.
  • Публикация «Дневник паломника», Александра Феноген
  • «Казачий Стан. Заветы Игната.»
  • «Казачья Сеть — Некрасовцы»
  • «Мир Словарей, Исторический Словарь — Некрасовцы»
  • сайт Вольная станица, Общий Сход — Некрасовские казаки на побережье Эгейского моря и в азиатской Турции
  • «Казаки-некрасовцы: некоторые аспекты адаптации на территории Крымского ханства в XVIII веке» — автор Д. В. Сень
  • Главный интеренет портал Кавказа, форум по Некрасовцам
  • В. Б. Виноградов «Средняя Кубань. Земляки и соседи. КУБАНСКИЕ КАЗАКИ»
  • Казаки-некрасовцы на Кубани и в Черноморье
  • Наша стихия — Земля (О казаках-некрасовцах, единственной старообрядческой общины Дагестана, в селе Некрасовка Кизлярского района)

Шаблон:Stub-meta

www.kazak-wiki.ru

Некрасовцы — WiKi

Переселение на Кубань

После поражения Булавинского восстания осенью 1708 года часть донских казаков во главе с атаманом Некрасовым ушли за границу — на Кубань — территорию Крымского ханства[1]. Всего вместе с Некрасовым ушло, по различным данным от 2 тыс. (500—600 семей) до 8 тыс. казаков с женами и детьми. Объединившись с ушедшими на Кубань ещё в 1690-х годах казаками-старообрядцами образовали первое казачье войско на Кубани, принявшее подданство крымских ханов и получившее довольно широкие привилегии. Казаков этого войска называли некрасовцами, хотя оно было и неоднородным.

Сначала некрасовцы поселились на Средней Кубани (на правом берегу реки Лаба, недалеко от её устья), в урочище у современной станицы Некрасовской. Но вскоре большинство, включая Игната Некрасова, переселилось на Таманский полуостров (недалеко от Темрюка), основав три городка — Блудиловский, Голубинский и Чирянский.

Некрасовцы долгое время совершали отсюда набеги на приграничные русские земли. После 1737 года (со смертью Игната Некрасова) положение на границе начало стабилизироваться. В 1735—1739 гг. Россия несколько раз предлагала некрасовцам вернуться на родину. Не добившись результата, императрица Анна Иоанновна направила на Кубань донского атамана Фролова с войсками. Не имея возможности противостоять русским войскам, некрасовцы начали переселение в турецкие владения на Дунае. После взятия Анапы русским отрядом генерала И. В. Гудовича в 1791 году последние кубанские «игнат-казаки» ушли в Бессарабию и Болгарию.

Дунайская община

В 1740—1778 гг. с разрешения турецкого султана некрасовцы перебрались на Дунай. На территории Османской империи султаны подтвердили казакам-некрасовцам все привилегии, которыми они пользовались на Кубани у крымских ханов. На Дунае они поселились в Добрудже в плавнях по соседству с липованами, которые и теперь живут[2] в современной Румынии.

На Дунае казаки-некрасовцы в основном расселились в Дунавцах и Сарикёй, а также в селениях Слава Черкасская, Журиловка, Некрасовка и др.[3]. После разгрома в 1775 году Запорожской Сечи в тех же местах появились и запорожцы. Споры за лучшие рыболовные места между некрасовцами и запорожцами стали доходить до вооружённых столкновений и в результате большая часть некрасовцев была вынуждена покинуть Дунай и переселиться дальше на юг.

Оставшиеся в Добрудже некрасовцы были в значительной мере поглощены значительно преобладающими по численности липованами и ассимилированы в среде липован и прибывающих в тот район выходцев-староверов из России, по большей части утратили язык своих предков, обычаи, фольклор, предания и песни об Игнате, его «заветы». Однако продолжать называться некрасовцами им было выгодно, ввиду предоставления турецкими властями ряда привилегий. Их прозвали «дунаками».[источник не указан 2124 дня].

Майносская община

После взятия запорожцами некрасовского Дунавца и переселения туда запорожского коша из Сеймена, в 1791 г. ушедшие с Дуная некрасовцы разделились на две группы. Одна из них осела на побережье Эгейского моря, в Эносе в восточной Фракии, другая — в азиатской Турции на озере Майнос (озеро Куш), в 25 км от портового города Бандырма. К началу XIX века образовались две группы некрасовцев — дунайская и майносская. Из Эноса значительно поредевшая в результате эпидемий община некрасовцев в 1828 году переселилась на Майнос и полностью влилась в майносскую общину.

К середине XIX века произошло имущественное расслоение общины, наметились и религиозные разноречия, и во второй половине 1860-х гг. часть майносцев (157 семей) в результате раскола общины ушла и основала поселение на острове Мада (на Бейшехирском озере). Их судьба оказалась трагичной — в результате эпидемии, «подморной» земли и зараженной воды в озере, к 1895 году на Маде оставалось всего 30 дворов, а к 1910 г. в селении осталось только 8 семей. Таким образом общины казаков-некрасовцев, живущих по «заветам», остались только на Майносе (большая) и на Маде (меньшая).

В 1860-х годах начали проявляться некоторые тенденции ухудшения взаимоотношений между некрасовцами и турецкими властями, которые впоследствии привели к невозможности проживания общины на территории Турции. В начале XX века завершился религиозный, культурный и имущественный раскол общины на фоне ухудшения положения некрасовцев в Турции (усиление налогового гнёта, воинской повинности и отъема части земель на оз. Майнос в пользу мухаджиров), окончательно была утрачена вера в возможность отыскать мифический «Город Игната».

К 1911 году в поселениях на Майносе и Маде оставалось менее 1000 казаков-некрасовцев. В письме Кавказского наместника Н. А. Бугрову от 26 октября 1910 г. говорилось о 175 семьях с. Эски-Казаклар, с общим количеством в 729 человек обоего пола. В 1911 г. в ходе обследования некрасовского поселения оказалось, «что большая половина их желает переселиться в Россию, а именно 418 человек, из которых 202 мужескаго пола и 216 женскаго пола».

Возвращение в Россию

Первая волна

Незначительное количество некрасовцев-майносцев — «молодых людей, предназначенных турками к отбыванию воинской повинности», выехало в Россию в 1911 г. с целью избежать службы в армии Турции, что было самой первой неофициальной волной переселенцев. Несмотря на завет Миши Харина «при царе в Расею не возвращаться», с разрешения российского правительства и турецких властей началась их реэмиграция в Россию. Разрешения селиться на Дону или Кубани некрасовцы не получили, а были направлены в Грузию. Первая официальная волна реэмигрантов была незначительной. На забронированные в Грузии ещё с 1911 г. земельные участки для группы возвращенцев из 45 семей в 1912 г. из с. Майнос выехало всего 35 семей. Всего за 1912—1913 гг. выехало 70—80 семей. Основав два селения, Успенское и Воскресенское, казаки прожили там всего несколько лет. После провозглашения независимости Грузии и установления власти меньшевистского правительства (начало 1918 г.) они все были вынуждены снова переселяться, на этот раз на Кубань, в станицу Прочноокопскую. Весной 1919 года Кубанская законодательная Рада зачислила 246 казаков-некрасовцев (в возрасте от 1 до 71 года) в состав кубанского казачества, и им были выделены земельные наделы примерно в 30 км от Приморско-Ахтарской станицы, где к уже к лету 1920 года некрасовцы основали хутора Некрасовский и Новонекрасовский, впоследствии слившиеся в один — Новонекрасовский. Около 170—200 семей оставалось в Турции.

В 1925 г. последние три семьи с Мады приехали в Советский Союз и поселились в Новонекрасовском хуторе. В 1927 г. 170 семей (507 человек) некрасовцев деревни Майнос, несмотря на разрешение, так и не приехали в СССР.

Исследования Александры Москетти-Соколовой в работе «Историко-культурные связи казаков-некрасовцев и липован» и новые архивные документы, рассмотренные в монографии кандидата исторических наук Д. В. Сень — «„Войско Кубанское Игнатово Кавказское“: исторические пути казаков-некрасовцев (1708 г.-конец 1920-х гг.)», свидетельствуют, что какого-либо массового переселения некрасовцев после 1914 г. и до 1962 г. не было. Казачий словарь-справочник (составители А. И. Скрылов, Г. В. Губарев.), изданный в 1970 году в США, и изданная на его основе в 2007 году «Энциклопедия казачества» (Москва, издательство «Вече») называют число некрасовцев, вернувшихся на родину до 1958 г., в 7200 человек, очевидно, принимая за некрасовцев староверов-липован («дунаков»), в том числе более 2 тысяч семей, прибывших в 1947 году из Румынии в Советский Союз и поселившихся в Ейском районе.

Вторая волна

22 сентября 1962 года из Турции, селения Коджа-Гёль (до 1938 — Бин-Эвле или Эски-Казаклар, по-некрасовски Майнос) в Россию вернулись 215 живших там семей некрасовцев общим числом 985 человек. Всего к 1962 году в Россию и СССР переехало около 1500 некрасовцев, из них чуть более 1200 майносцев. Сейчас их потомки проживают в посёлке Новокумский Левокумского района Ставропольского края[4].

В 1963 году несколько десятков семей некрасовцев и «дунаков», общим числом в 224 человека, отказавшихся выезжать в Советский Союз, были приняты в США. В Турции осталась только одна семья.

Современное состояние

Возвратившись в Россию, казаки-некрасовцы сохраняли старый уклад, хотя и начали работать в совхозах. Они носили нательные кресты и бороды. Крестили детей, венчали молодоженов и отпевали покойников (читали сорокоуст). Чтили христианские праздники Рождество и Пасху. Однако их дети ходили в советские школы, учились в вузах и служили в армии. Юрисдикционно принадлежали в основном к белокриницкому согласию. Происходила медленная ассимиляция некрасовцев советским обществом, что привело к постепенной адаптации некрасовцев.

В литературе

  Резались атаганами. Со стороны турков замечены были копья, дотоле у них не бывалые; эти копья были русские: некрасовцы сражались в их рядах.— А. С. Пушкин, «Кирджали»  
  Было странно видеть - среди конских бунчуков - христианские кресты над бандами игнатов-некрасовцев, которым Турция дала политическое убежище, принудив за это участвовать в своих войнах. За спиной каждого игната была привязана половина мерзлой свиной туши.— В.С.Пикуль, «Фаворит»  

А.С. Пушкин, "Путешествие в Арзрум" ......это бьли некрасовцы.

Музеи

  • Государственное бюджетное учреждение культуры Ставропольского края "Ставропольский краевой музей изобразительных искусств" Новокумский филиал

В экспозиции представлены фотографии и предметы, связанные с религиозной стороной жизни Некрасовцев, материалы по истории Донского казачества и Булавинского восстания (1706-1709), архивные фотографии жизни некрасовцев в Турции и пос. Новокумском, а также подлинные предметы переселенцев, привезенные из Турции (ансамбли костюмов и отдельные предметы и аксессуары; домашняя утварь и предметы мебели, предметы детских игр; фотографии)

  • Этнодеревня казаков-некрасовцев и духовных молокан.

Первое этническое подворье МБУ «ЦТРК казаков-некрасовцев и духовных молокан» в посёлке Новокумском Ставропольского края, где проживают вернувшиеся из Турции более полувека назад казаки-некрасовцы и христиане-молокане, проводит обзорные экскурсии. Здесь вы познакомитесь с устройством подворья и красочным убранством людской избы казаков–некрасовцев и жилищем духовных молокан, с их традиционными ремёслами и традиционными праздниками. Хранители культур во время экскурсий раскроют вам красоту жизни своих народов, фольклор, обычаи, единство духовных и народных традиций казаков-некрасовцев и духовных молокан. Народные умельцы откроют вам тайну бисероплетения традиционных казачьих украшений. Также, научат вас мастерить тряпичную куклу безшовным способом, проявляя фантазию и творчество.[5]

См. также

Примечания

Ссылки

ru-wiki.org

Некрасов Игнат Фёдорович (1660-1737)

Некрасов Игнат Фёдорович (1660-1737)

Игнат НекрасовНекрасов Игнат - донской казак (атаман Есауловской станицы), сподвижник атамана К. Булавина в борьбе с царским режимом за независимость Дона. Ему и Драному Булавин поручал самые серьезные боевые операции против карательных войск Петра I. Драный и Некрасов взяли Черкасск 7 июня 1708 г. Некрасов вместе с Павловым осадил Царицын и приступом взял его. Расправившись с воеводой, боярами и прибыльщиками (налоговыми чиновниками), он ввел казачье самоуправление в Царицыне. Затем Некрасов направил свои войска по суше к Тамбову и Пензе. Сам же с небольшим числом восставших двинулся к станице Голубинской. По пути, узнав о гибели Булавина, он посылает грозное письмо к старшинам Черкасска с требованием ответа, за какую вину они убили Булавина: «... И есть ли вы не изволите оповестить, за какую ево вину убили и его стариков не освободите, и если не будут отпущены, то мы всеми реками и собранным войском будем немедленно совокупясь к вам итти в Черкасск ради оговорки и публичного розыску...».

Некрасов собрал значительные силы в Паншине и Есауловской, намереваясь идти на Черкасск. Это обеспокоило В. Долгорукого, который, не скрывая опасности, писал 5 августа полковнику Дедюту: «... А на Дону Некрасов збирает великие войска воровские. Боже сохрани от него, ежели зберетца, не плоше Булавина».  Некрасов, находясь в станице Голубинской, ждал прихода Н. Голого с отрядами повстанцев. Чтобы не допустить соединения отрядов Голого и Некрасова, В. Долгорукий и Шидловский со своими полками напали на станицу Есауловскую, а Хованский - на городок Паншин. В ожесточенном бою Некрасов потерпел поражение. Чтобы спасти участников движения от поголовного уничтожения, он уводит булавинцев (в сентябре 1708 г.) на Кубань. Правительство считало национально-освободительное движение на Дону подавленным.

С уходом Некрасова на Кубань начинается новый этап борьбы, превратившейся в движение казаков - некрасовцев. По своему этническому составу оно было более единым, чем булавинское, и продолжительным (с 1709 по 1737 год). В процессе нового этапа освободительного движения с царским режимом Некрасов создал устойчивую казачью общину, потомки которой являются нашими современниками. Единомышленники Некрасова верили в него и шли за ним. Уход Некрасова на Кубань (бывшая турецкая территория) был вынужденным. Ушли с ним казаки идейно сильные, убежденные в правоте своей борьбы за казачью волю с царем, боярами, помещиками, князьями. Официальное сообщение В. Долгорукого царю гласит, что «ушло 2000 человек». Другие свидетельства говорят, что ушло 600 семей; третьи, например Ригельман, утверждают, что с Некрасовым ушло 8000 душ обоего пола. Сами некрасовцы считают, что «Игнат увел 40 тысяч казаков, кроме малого, кроме старого».

Петра I понимал, что борьба казачьего народа за волю не закончена, национально-освободительное движение стало более организованным, идеология свободы охватывало все большие круги казаков Дона, потому он официально обратился с запросом в Константинополь к султану, чтобы тот выдал Игната Некрасова и его сподвижников (И. Лоскута, И. Павлова, С. Беспалого, С. Ворыча и др.). Азовский губернатор И.А. Толстой в специальном донесении царю от 12 января 1709 г. сообщает о переговорах с Турцией: «О Некрасове в Царь-град к брату своему писал я прежде сего... А ныне по письму Вашего величества домогатца того стану всячески, чтобы оного вора отдали». Переговоры о выдаче Некрасова не дали положительных результатов.

Некрасовцы, пришедшие на Кубань к устью реки Лабы, обосновались на правом берегу в нескольких селениях. Позже большая часть, во главе с И. Некрасовым, поселилась на Таманском полуострове, между Копылом и Темрюком, где некрасовцы основали три городка: Блудиловский, Голубинский и Чирянский. Собрав силы, И. Некрасов в 1711 г. с большим конным отрядом казаков пошел в Саратовскую и Пензенскую губернии, где поднял крестьян против бояр, помещиков, воевод. Расправившись с феодалами, он ушел на Кубань. Ушли с ним и многие крестьяне этих губерний. Такое «воровское дело» возмутило царя. Петр I приказал Казанскому и Астраханскому губернатору Апраксину наказать Некрасова. Апраксин с регулярными войсками, яицкими казаками, калмыками пришел на Кубань 29 августа 1711 г., разорил жителей Кубани и многие некрасовские городки уничтожил. В ответ на поход Апраксина И. Некрасов в 1713 Г. ходил под Харьков. Разорил многие помещичьи усадьбы, побил воевод. Не удовлетворившись этим, он подготавливал восстание на Дону. С этой целью рассылал «прелестные» (прельщающие) письма на Дон, Хопер, в Харьковскую, Пензенскую, Саратовскую, Тамбовскую губернии.

В 1715 г. Некрасов организовал отряд лазутчиков в количестве 40 человек и послал их на Дон, в украинские города под предводительством беглого крестьянина Сокина. Под видом нищих и монашествующей братии они проникали во многие губернии, распространяли письма-воззвания Некрасова, высматривали расположение царских войск, подговаривали население к побегу на Кубань. В 1717 г. И. Некрасов с большим конным отрядом совершил поход на Волгу, Медведицу, Хопер. П.П. Короленко пишет: «Некрасов вымещал злобу против правительства». Во время походов на Дон Heкрасов особенно расправлялся с «домовитыми» и «старожилыми» казаками, как с изменниками булавинскому движению. Правительство считало борьбу некрасовцев «воровским делом», а учение раскольников о равенстве – ересью. Начиная с 1720 г. Некрасов систематически высылал своих лазутчиков на Дон и в Россию.

Чтобы пресечь брожение среди населения и не допустить в Россию некрасовских посланцев, Петр I в 1720 г. издает указ, по которому лазутчики Некрасова карались смертной казнью, а с ними и те, кто их укрывал. Тех же, кто о них знал и не доносил, били кнутом, резали носы, уши и ссылали на вечное поселение в Сибирь. Против уходящих с Дона были высланы заградительные отряды. В 1727 г. И. Некрасов послал на Дон и в южные окраины России отряд лазутчиков из 200 казков. Их деятельность была настолько эффективной, что целые станицы и села поднимались и уходили на Кубань. Начиная с 1719 по 1727 г. из России бежало более 200 тысяч казаков, крепостных крестьян. А с 1727 по 1741 г. бежало 300 тысяч. Конечно, из этого числа беглых немало пришло и к некрасовцам. Документы о булавинском и нeкpacовcком движении (письма, сводки, донесения) писались сторонниками правительства, поэтому в большинстве своем они тенденциозны, особенно в оценке движения и в описании фактов. Более объективными документами были письма вождей этого движения, но их сохранилось немного. В этом отношении очень важны и приобретают большое значение народные рассказы, предания, песни. В них почти документально выражены истинно народные понятия и суждения о событиях.

После 1737 г. походы И. Некрасова на Дон и южные окраины России прекратились. Поэтому конец этого года можно предположительно считать годом смерти Игната Некрасова.   В царствование Екатерины II, когда Россия покорила Кубань и горцев, в отношении казаков некрасовцев приказ был один — истребить поголовно. Русская армия с особой тщательностью и рвением преследовала уходящих по лесам и Камышевым плавням-болотам некрасовцев. На них устраивали настоящую охоту, окружая плавни и посадив засады. Горели подожженные карателями камыши. По колено, по грудь в воде отходили ночами по камышам казаки, унося на руках детей и оружие.    Позже об этих временах в станице Ново-Некрасовской Ставропольского края будет записано со слов казака Мантоева: "Через плавни и Кубань шли ночами в камышах, а следом войско Екатерины. Если дите какое заплачет, то матери приказывали бросить в воду. Женщины закрывали рты младенцам, а они задыхались, умирали, так мертвых младенцев и несли на руках. Если ребенок кричал, а мать не отдавала ребенка, ее с ним топили, чтобы не выдать криком остальных. Много людей утонуло в кубанских плавнях. Многие матери сошли с ума, когда детей топили и бросали в воду".    Двести пятьдесят лет прожили казаки-некрасавцы в Турции, куда ушли с Кубани. Они сохранили язык, казачью православную веру, обычаи, культуру и традиции. Они до конца исполнили завет Игната Некрасова - не покоряться, при царизме в Россею не возвертаться". И только в 60-х годах прошлого века вернулись они на Родину и были поселены в Ставропольском крае (на момент переселения община казаков некрасовцев насчитывала 700 семей).

 Видео о казаках некрасовцах

www.kazaki.by