Назначение главнокомандующим М.И. Кутузова и бой за Шевардинский редут. Назначение кутузова главнокомандующим


Отечественная война 1812 года. Назначение Кутузова главнокомандующим

11 (23) августа 1812 года

Неприязнь Барклая и Багратиона друг к другуПосле соединения двух армий, которого все ждали с замиранием сердца, продолжающаяся тактика отступления, выбранная командованием армии, вызывала еще больший вопрос. Под удар попадал М.Б. Барклай-де-Толли. Недовольство главнокомандующим достигло такого предела, что его – «немца» – стали подозревать в измене: «Вся Россия, оскорбленная вражеским нашествием, небывалым в продолжение целого столетия, не верила, чтобы такое событие было возможно без измены или, по крайней мере, без непростительных ошибок главного вождя».

Обостряла ситуацию и явная неприязнь, которую Барклай и Багратион испытывали друг к другу. «Генерал Барклай и князь Багратион очень плохо уживаются, последний справедливо недоволен», – писал Александру I граф Шувалов. Более того, Багратион действительно стал общаться с Барклаем как с подозреваемым в измене. По словам Багратиона, Барклай поместил к нему подполковника Лезера, чтобы тот доносил ему о Багратионе и, что вполне вероятно, этот Лезер исполнял также шпионские обязанности в пользу французов. Однако эта история не получила дальнейшего развития и закончилась уже через три дня после отставки Барклая.

Вопрос о новом главнокомандующемВ этой обстановке всеобщего недовольства перед императором ставят вопрос о назначении нового главнокомандующего. На имя императора приходят письма, в петербургском и московском обществе все только и говорят что о необходимости перемен. Граф Шувалов писал государю: «Если ваше величество не даст обеим армиям одного начальника, то я удостоверяю своей честью и совестью, что все может быть потеряно безнадежно... Армия недовольна до того, что и солдат ропщет, армия не питает никакого доверия к начальнику, который ею командует...». Ф.В. Ростопчин сообщал Александру о том, что «армия и Москва доведены до отчаяния слабостью и бездействием военного министра, которым управляет Вольцоген».

Даже сестра императора Екатерина Павловна писала своему брату о важности этого шага: «Ради бога не берите командования на себя, потому что необходимо без потери времени иметь вождя, к которому войско питало бы доверие, а в этом отношении вы не можете внушить никакого доверия. Кроме того, если бы неудача постигла лично вас, это оказалось бы непоправимым бедствием вследствие чувств, которые были бы возбуждены».

Глас общий взывает к Кутузову

Портрет князя М.И. Кутузова-Смоленского. Худ. Р.М.Волков, 1812-1830 гг.

Ставился вопрос – если не Александр I, то кто возглавит армию? Почти все отвечали на него одинаково – Михаил Илларионович Кутузов, старый екатерининский генерал, который совсем недавно блестяще завершил войну с Турцией. К тому моменту он уже был избран командующим Петербургского ополчения, за него проголосовало и большинство на выборах главы Московского ополчения, но совмещать эти две должности ему было никак нельзя.

Ф.В. Ростопчин писал императору: «Москва желает, чтобы командовал Кутузов и двинул ваши войска». И.П. Оденталь сообщал о том, как Кутузов воспринимался в Петербурге: «Глас общий взывает: пустите героя вперед с регулярными! Все уцелеет, и до задних оруженосцев дело не дойдет. Им достанется токмо возсылать к богу усердные благодарения за победы, за истребление врага». Историк и участник событий А.И. Михайловский-Данилевский рассказывал: «В Петербурге народ следил за каждым шагом Кутузова, каждое его слово передавалось приверженными ему людьми и делалось известно; в театрах, когда произносились драгоценные для русских имена Дмитрия Донского и Пожарского, взоры всех были обращены на Кутузова».

Казалось бы, выбор был очевидным. Но император не хотел так сразу единолично назначать Кутузова главнокомандующим (здесь сыграла свою роль личная неприязнь императора к военачальнику).

5 августа по его повелению был собран чрезвычайный комитет, которому предстояло решить вопрос о выборе нового главнокомандующего. В нем приняли участие граф Салтыков, генерал Вязмитинов, граф Аракчеев, генерал Балашов, князь Лопухин и граф Кочубей. Перед ними стояла щекотливая проблема: народ и армия поддерживали Кутузова, но они прекрасно знали и то, что сам император Кутузова «терпеть не мог», и что последний в этом отношении отвечал ему взаимностью. Но, несмотря на это, после многочасовых обсуждений резолютивная часть протокола была сформулирована следующим образом: «После сего рассуждая, что назначение общего главнокомандующего армиями должно быть основано: во-первых, на известных опытах в военном искусстве, отличных талантах, на доверии общем, а равно и на самом старшинстве, почему единогласно убеждаются предложить к сему избранию генерал-от-инфантерии князя Кутузова».

Для императора это, впрочем, не стало сюрпризом. Еще 29 июля, как бы готовясь к этому назначению, Александр I возвел Кутузова в достоинство Светлейшего Князя, как говорилось в Высочайшем указе, «в изъявление особенного благоволения к усердной службе и ревностным трудам графа Михаила Илларионовича, способствовавшего к окончанию войны с Оттоманскою Портою и к заключению полезного мира, пределы Империи распространившего».

8 августа император официально утвердил решение комитета: «Князь Михаил Илларионович! Настоящее положение военных обязательств Наших действующих армий, хотя и предшествуемо было начальными успехами, но последствия оных не открывают еще той быстрой деятельности, с каковою надлежало бы действовать на поражение неприятеля. Соображая сии последствия и извлекая истинные тому причины, Я нахожу нужным назначение над всеми действующими армиями одного Главнокомандующего, которого избрание, сверх воинских дарований, основывалось бы и на самом старшинстве. Известные военные достоинства ваши, любовь к Отечеству и неоднократные опыты отличных ваших подвигов, приобретают вам истинное право на сию Мою доверенность. Избирая вас для сего важного дела, Я прошу Всемогущего Бога, да благословит деяния ваши к славе Российского Оружия, и да оправдает тем счастливые надежды, которые Отечество на вас возлагает».

Михаилу Илларионовичу Кутузову шел 68-й год. В тот вечер он говорил в тесном кругу своих родных: «Я не оробел, и с помощью Божией надеюсь успеть, но, слушая Государя, я был растроган новым назначением моим».

Отъезд из Петербурга11 августа Кутузов должен был покинуть Петербург и отправиться в действующую армию. Около его дома на Дворцовой набережной Невы толпился народ. В 9 часов утра, новый главнокомандующий сел в карету, но от большого скопления людей карета двигалась очень медленно, почти шагом. Он слушал молебен в Казанском Соборе: «Во все продолжение оного стоял он на коленях, вся церковь с ним. Он заливался слезами, воздевая руки к распорядителю судеб, вся церковь рыдала. По окончании молитвы всяк хотел подхватить русскую надежду под руки… Народ теснился вокруг почтенного старца, прикасался его платья, умолял его: «Отец наш, останови лютого врага, низложи змия!». Выходя из церкви, князь Кутузов сказал священникам: «Молитесь обо мне; меня посылают на великое дело!»

Символично, что именно в Казанском соборе через восемь месяцев были погребены останки этого великого полководца, посвятившего свою жизнь служению Отечеству.

Код для размещения ссылки на данный материал:

1812.nsad.ru

Назначение Кутузова главнокомандующем

Тактика отступления была в этот момент единственно правильной тактикой, но она не была популярна ни в стране, ни в армии. Войска рвались в бой. Под Смоленском солдаты без команды бросались в штыки, командиры жаловались, что «не в силах удержать порыва людей». Все указывали на суворовского ученика — старого военачальника Михаила Илларионовича Голенищева-Кутузова (1745—1813 гг.), как на единственного человека, достойного занять пост главнокомандующего.

Гениальный полководец Кутузов с екатерининских времён был прославлен боевыми подвигами. Ему было в 1812 г. уже 67 лет. Участие во взятии Измаила принесло ему громкую славу. «Он шёл на левом крыле, но был правой моей рукою»,— говорил о нём Суворов. Несколько раз он был тяжело ранен в боях. Летом 1774 г. в бою под Алуштой турецкая пуля пробила ему левый висок и вышла у правого глаза (зрячим у Кутузова стал только один глаз). Кутузов был широко популярен в войсках и известен всей стране.

С начала войны Кутузов не получил ответственного назначения, но петербургское и московское дворянство почти одновременно демонстративно выдвинуло его на пост начальника ополчения. Кутузов пользовался большой популярностью и среди солдат, они верили ему, любили простое, отеческое обхождение суворовского ученика, ненавистника прусской парадной муштры и заботливого к солдатским нуждам командира. Александр, скрепя сердце, назначил его главнокомандующим. «Я должен был остановить выбор на том, кого наметил голос народа. Я умываю руки»,— писал Александр сестре. Кутузов был назначен главнокомандующим 8 (20) августа, вскоре после сдачи Смоленска. Его назначение встречено было всеобщим ликованием. «Приехал Кутузов бить французов»,— говорили в армии и в народе.

Перед Кутузовым стояла чрезвычайно сложная задача: победить противника, превосходившего русскую армию по численности и притом глубоко вторгшегося в страну. Он детально разработал план контрнаступления для нанесения противнику решительного поражения. Великий русский полководец стремился поддержать именно народный характер войны и ценой любых жертв сохранить боеспособность армии, не допуская разгрома её превосходившими силами противника. Оставив резервы в своём личном командовании, Кутузов неустанно заботился об организации и обучении новых сил.

histerl.ru

Как император Александр «назначил» главнокомандующим Кутузова

Как император Александр «назначил» главнокомандующим Кутузова

В книге А.В. Краско о генерале Витгенштейне сказано:

«8 августа русские войска оставили Смоленск. В тот же день царь назначил главнокомандующим 1-й армией М.И. Кутузова, с именем которого в народе связывались надежды на победу над врагом».

В одной этой фразе содержится целый ряд ошибок, которые являются типичными и переходят из одной книги в другую. Во-первых, не царь назначил, а во-вторых, не главнокомандующим 1-й армией.

Попробуем разобраться…

К сожалению, приходится признать, что после Смоленска в русской армии участь «чухонца» Барклая была решена. Окончательно и бесповоротно. Но вот кем его было заменить?

Император Александр еще со времен Аустерлица не любил М.И. Кутузова, но политик в нем всегда брал верх над простым человеком. А посему, испытывая крайнюю неприязнь к Михаилу Илларионовичу, он поручил решить вопрос о главнокомандующем специально созданному для этого Чрезвычайному комитету.

В Чрезвычайный комитет вошли шесть человек: генерал-фельдмаршал граф Н.И. Салтыков (председатель Государственного Совета), генерал от инфантерии С.К. Вязьмитинов (военный комендант Санкт-Петербурга), князь П.В. Лопухин, граф А.А. Аракчеев, граф В.П. Кочубей и А.Д. Балашов (министр полиции).

На свое заседание Чрезвычайный комитет собрался 5 (17) августа 1812 года. Дело было в доме графа Салтыкова, и в тот день обсуждалось несколько кандидатур: генерала от кавалерии графа Л.Л. Беннигсена, генерала от кавалерии графа П.А. Палена (он уже много лет находился в отставке), генерала от инфантерии князя П.И. Багратиона и генерала от кавалерии А.П. Тормасова. При этом М.И. Кутузов был назван лишь пятым, но именно его кандидатура в конечном итоге была признана единственно достойной такого высокого назначения.

Члены Чрезвычайного комитета долго сомневались в своем выборе. Все понимали, что имя Кутузова будет более всего неприятно императору, прежде всего из-за печально памятной «аустерлицкой конфузии».

И все же Чрезвычайный комитет решился представить свою рекомендацию императору. В документе говорилось, что «бывшая доселе недеятельность в военных операциях происходит оттого, что не было над всеми действующими армиями положительной единоначальной власти».

Относительно М.Б. Барклая де Толли было сказано, что «главнокомандующий 1-й Западной армией, соединяя вместе с сим постом и звание военного министра, имеет по сему случаю распорядительное влияние на действия прочих главнокомандующих; но как он будучи в чине моложе их, то, может быть, и сие самое стесняет его в решительных им предписаниях».

После этого утверждалось, что «назначение общего главнокомандующего армиями должно быть основано, во-первых, на известных опытах в военном искусстве, отличных талантах, на доверии общем, а равно и на самом старшинстве», а посему Чрезвычайный комитет единогласно предлагал генерала от инфантерии князя М.И. Кутузова. При этом Барклаю предлагалось «остаться при действующих армиях под командой князя Кутузова, но в таком случае сложить звание и управление Военного министерства». В противном же случае он мог «сдать командование 1-й Западной армией, кому от князя Кутузова приказано будет», а потом «возвратиться по должности военного министра в Санкт-Петербург».

В завершение, однако, говорилось, что «в обоих случаях, если бы военный министр Барклай де Толли согласился остаться в действующей армии или возвратился бы в Санкт-Петербург, то все же следует уволить его от звания военного министра, предоставя в обоих случаях полное управление сим министерством управляющему уже и ныне департаментами оного генерал-лейтенанту князю Горчакову».

Историк С.Ю. Нечаев пишет:

«Обстоятельства назначения М.И.Кутузова главнокомандующим принято представлять так: народ и дворянство потребовало, и император Александр в конце концов согласился. Однако эта версия документально ничем не подтверждается. Скорее всего, главную роль в этом назначении сыграли совсем другие причины».

Да, в армии бушевали «антибарклаевские» настроения, возглавляемые князем Багратионом. Это очевидно. Но члены «генеральской оппозиции» вовсе не просили императора о назначении М.И. Кутузова. Они лишь требовали немедленного отстранения «изменника» Барклая. Но и самого князя Багратиона назначить главнокомандующим было нельзя, ибо мнение о нем императора было однозначным. Его он выразил в одном из своих писем:

«Хотя я не вынес большого удовлетворения и от того немногого, что выказал в мое присутствие Барклай, но все же считаю его менее несведущим в стратегии, чем Багратион, который ничего в ней не смыслит».

А чего, например, стоила кандидатура масона и цареубийцы графа Петера-Людвига фон дер Палена? Мало того, что ему было 67 лет. Мало того, что это был человек «вероломный и безнравственный», так он еще и почти двадцать лет не встречался на поле боя с неприятелем.

А урожденный Левин-Август фон Беннигсен (в России Леонтий Леонтьевич), начинавший службу в ганноверской пехоте и не раз битый Наполеоном? Чем он был менее «немцем», чем Барклай де Толли, не имевший, кстати, к немцам ни малейшего отношения?

Конечно же, по сравнению со всеми ними Кутузов был, как выражается Н.А. Троицкий, «исконно русский барин, из древнего русского дворянского рода», а посему «почтенным аристократам Чрезвычайного комитета должна была импонировать феодальная состоятельность Кутузова».

К тому же М.И. Кутузов незадолго до этого получил титул Светлейшего князя, о чем не мог и мечтать тот же Александр Петрович Тормасов, исключительно русский и вполне заслуженный генерал…

Итак, представление Кутузова на пост главнокомандующего состоялось 5 (17) августа 1812 года, однако император Александр, недолюбливавший «старую лисицу» Кутузова за склонность к интриганству и угодливость, колебался еще три дня и только 8 (20) августа утвердил постановление Чрезвычайного комитета.

Чуть позднее император написал своей сестре Екатерине Павловне:

«Вот вам, дорогой друг, мой обстоятельный ответ, который я должен вам дать. Нечего удивляться, когда на человека, постигнутого несчастьем, нападают и терзают его. Что лучше, чем руководствоваться своими убеждениями? Именно они заставили меня назначить Барклая главнокомандующим 1-й армией за его заслуги в прошлых войнах против французов и шведов. Именно они говорят мне, что он превосходит Багратиона в знаниях. Грубые ошибки, сделанные сим последним в этой кампании и бывшие отчасти причиной наших неудач, только подкрепили меня в этом убеждении, при котором меньше, чем когда-либо, я мог считать его способным быть во главе обеих армий, соединившихся под Смоленском <…>

В Петербурге я нашел всех за назначение главнокомандующим старика Кутузова – к этому взывали все. Так как я знаю Кутузова, то я противился его назначению, но когда Ростопчин в своем письме ко мне от 5 августа известил меня, что и в Москве все за Кутузова, не считая ни Барклая, ни Багратиона годными для главного начальства, и когда Барклай, как нарочно, делал глупость за глупостью под Смоленском, мне не оставалось ничего иного, как уступить единодушному желанию – и я назначил Кутузова. И в настоящую еще минуту я думаю, что при обстоятельствах, в которых мы находились, мне нельзя было не выбрать из трех генералов, одинаково мало подходящих в главнокомандующие, того, за кого были все».

М.И. Кутузов

Генерал А.И. Михайловский-Данилевский рассказывает:

«В Петербурге народ следил за каждым шагом Кутузова, каждое его слово передавалось приверженными ему людьми и делалось известно; в театрах, когда произносились драгоценные для русских имена Дмитрия Донского и Пожарского, взоры всех были обращены на Кутузова».

Все это так, но на самом деле устранение Барклая де Толли вовсе не было уступкой императора Александра «единодушному желанию». Историк А.Г. Тартаковский уверен, что подобными ссылками на то, к чему якобы «взывали все», император лишь прикрывал «закулисное, но достаточно жесткое давление враждебной ему [Барклаю. – Авт.] генеральской оппозиции».

Как бы то ни было, в самом факте назначения Михаила Илларионовича главнокомандующим и по сей день для историков остается много неясного. Известно, например, что император писал Барклаю де Толли, что Кутузова он назначил главнокомандующим вопреки собственным убеждениям.

Известно также, что в начале августа 1812 года император встретился с Жаном-Батистом Бернадоттом (бывшим наполеоновским маршалом, усыновленным королем Швеции и ставшим в 1810 году наследником престола) и сделал ему несколько предложений, в том числе предложение о назначении главнокомандующим над русскими войсками. При этом Бернадотт должен был высадить все шведские войска в портах Прибалтики, объединить их там с наличными русскими войсками и подкреплениями, а потом во главе всей этой армии (около 150 000 человек) ударить в тыл Наполеону. Одновременно к Бернадотту переходило бы и главнокомандование над всеми русскими войсками, и все остальные русские армии автоматически становились бы второстепенными.

С точки зрения военной идея эта выглядела многообещающей. По крайней мере, на бумаге. Но вот по самолюбию русского генералитета, да и всего русского общества, ударить она могла самым невероятным образом. К счастью, Бернадотт отказался от этой идеи. Он вызвался действовать против Наполеона с одним условием – что ему будет передана во временное управление Финляндия, недавно завоеванная Россией у Швеции. Но на это император Александр не пошел, справедливо полагая, что бывший наполеоновский маршал просто хочет заполучить Финляндию обратно.

Как отмечает генерал М.И. Богданович, «Кутузов уступал Барклаю де Толли в административных способностях и князю Багратиону в деятельности». Тем не менее назначение получил именно всегда медлительный и осторожный старик, который по всем возрастным меркам того времени вполне мог находиться на пенсии, окруженный почетом и славой ученика и сподвижника А.В. Суворова. При этом император Александр сказал генерал-адъютанту Е.Ф. Комаровскому:

– Общество желало его назначения, и я его назначил. Что же касается меня, то я умываю руки.

* * *

Какова же была главная причина этого назначения?

Как пишет генерал М.И. Богданович, «имя Кутузова, природного русского, было русское, что в Отечественную войну 1812 года имело большую важность».

Карл фон Клаузевиц отмечает:

«В армии по этому поводу была великая радость. До сих пор, по мнению русских, дела шли очень плохо; таким образом, всякая перемена позволяла надеяться на улучшение. Между тем относительно боевой репутации Кутузова в русской армии не имелось единодушного мнения: наряду с партией, считавшей его выдающимся полководцем, существовала другая, отрицавшая его военные таланты; все, однако, сходились на том, что дельный русский человек, ученик Суворова, лучше, чем иностранец, а в то время это становилось особенно необходимым».

Этот же авторитетный военный специалист подчеркивает:

«Кутузов был старше Барклая на 15 лет; он приближался к семидесятому году жизни и не обладал той физической и духовной дееспособностью, которую нередко можно еще встретить у военных в этом возрасте. В этом отношении он, следовательно, уступал Барклаю <…> В молодости Кутузов был хорошим рубакой и отличался при этом большой духовной изощренностью и рассудительностью, а также склонностью к хитрости. Этих качеств уже достаточно, чтобы стать хорошим генералом. Но он проиграл Наполеону несчастное Аустерлицкое сражение и никогда этого не мог забыть. Теперь ему пришлось стать во главе всех боевых сил, руководить на беспредельных пространствах несколькими сотнями тысяч против нескольких сотен тысяч противника и при крайнем напряжении национальных сил русского государства спасти или погубить в целом это государство. Это были такие задачи, которые его умственный взор не привык охватывать».

Как бы то ни было, император Александр принял окончательное решение 8 (20) августа, и М.И. Кутузов тут же получил уведомление о своем назначении главнокомандующим. Но, естественно, не 1-й армией, как пишет А.В. Краско, а общим над всеми армиями главнокомандующим.

И еще раз подчеркнем, ибо это очень важно: Кутузов не сменил Барклая де Толли, а занял пост, который был до этого вакантным.

Но что удивительно, с назначением Кутузова на должность единого главнокомандующего вопрос о единоначалии в русской армии так и не был закрыт. Да, юридически Михаил Илларионович стал единым главнокомандующим, однако фактически он управлял только войсками 1-й и 2-й Западных армий, а также резервами. Произошло это потому, что император Александр через голову Кутузова отправлял приказы П.Х. Витгенштейну, А.П. Тормасову и П.В. Чичагову. Более того, иногда эти приказы прямо противоречили приказам Кутузова. Видимо, таким образом император решил «отомстить», продемонстрировать свое внутреннее несогласие с навязанным ему назначением. К чему все это приведет, мы скоро увидим…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

military.wikireading.ru

Назначение М. И. Кутузова главнокомандующим

Назначение М. И. Кутузова главнокомандующим

48

1812 г. июля 19.— Из письма И. П. Одвнталя А. Я. Булгакову о настроении в Петербурге в пользу назначения М. И. Кутузова главнокомандующим.

…Вот уже 11 часов утра, а из армий нет никаких известий. В таком случае лучше не делать никаких догадок. Божусь вам, что сам себе дал слово никак не толковать и даже не думать о сей медленности. Ухожу от тех, которые бы могли меня на то наводить. Чувствую токмо и про себя разумею, что г. Голенищев-Кутузов здесь. Опять повторяю мольбу: «продли токмо бог жизнь его и здравие. Его выбрало здешнее дворянское сословие начальником вновь набираемых защитников отечества. Натурально ему от сего отказаться было неможно. Но ежели не последует по высочайшей воле полезнейшего для него, а следовательно и для России, назначения, то накажет праведный и всемогущий судья тех, которые отъемлют у нас избавителя. Вчерась на сего почтенного, заслугами покрытого мужа не мог я взирать без слез. Глас общий взывает: пустите героя вперед с регулярными! Все уцелеет, и до задних оруженосцев дело не дойдет. Им достанется токмо возсылать к богу усердные благодарения за победы, за истребление врага..

Р. Ст., 1912, № 7, стр. 140–141.

49

1812 г. августа 6.— Из письма Ф. В. Ростопчина Александру I из Москвы по поводу желания московского населения назначения М. И. Кутузова главнокомандующим. Москва, 6 августа, 1812 г.

Государь! Ваше доверие, занимаемое мною место и моя верность дают мне право говорить вам правду, которая, может быть, встречает препятствие, чтобы доходить до вас. Армия и Москва доведены до отчаяния слабостью и бездействием военного министра, которым управляет Вольцоген. В главной квартире спят до 10 часов утра, Багратион почтительно держит себя в стороне, с виду повинуется и, повидимому, ждет какого-нибудь плохого дела, чтобы предъявить себя командующим обеими армиями. По возбудившей подозрение записке, найденной в бумагах Себастиани, выслали четырех флигель-адъютантов вашего величества. Влодек здесь ждет вас, Любомирский в Петербурге, Браницкий и Потоцкий в Гжатске. Они не могут быть все четверо изменниками, зачем же наказаны они столь позорным образом? Отчего же Вольцоген или кто другой сообщал вести неприятелям? Москва желает, чтобы командовал Кутузов и двинул ваши войска. Иначе, государь, не будет единства в действиях, тогда как Наполеон сосредоточивает все в своей голове. Он сам должен быть в большом затруднении, но Барклай и Багратион могут ли проникнуть в его намерения…

Решитесь, государь, предупредить великие бедствия. Повелите мне сказать этим людям, чтобы они ехали к себе в деревни до нового приказа. Обязуюсь направить их злобу на меня одного: пусть эта ссылка будет самовластием с моей стороны. Вы воспрепятствуете им работать на вашу погибель, а публика с удовольствием услышит о справедливой мере, принятой против людей, заслуживших должное презрение.

Я в отчаянии, что должен вам послать это донесение, но его требуют от меня моя честь и присяга.

Р. А., 1892, № 8, стр. 444.

50

1812 г. августа 16. — Из письма И. П. Оденталя А. Я. Булгакову из Петербурга об отношении петербургского населения к М. Я. Кутузову.

…Вчерась обедал я вместе с бойким казанским протопопом. Он до слез тронул меня и всех присутствовавших рассказом об отъезде Михаила Ларионовича. Будущий избавитель наш в дорожном экипаже в воскресенье пред самою обеднею при великом стечении народа приехал служить молебен в Казанский собор. Во все продолжение оного стоял он на коленях, вся церковь с ним. Он заливался слезами, воздевая руки к распорядителю судеб, вся церковь рыдала. По окончании молитвы всяк хотел подхватить русскую надежду под руки. Два протопопа собора воспользовались сим счастьем. Народ теснился вокруг почтенного старца, прикасался его платья, умолял его: «Отец наш, останови лютого врага, низложи змия!» Несчастным считаю себя, что не зрел сего величественного и умилительного шествия.

Кутузов! Ты восторжествовал над кознями. С обетом народа, с твоим умом, с твоею опытностью, с любовью к отечеству ты восторжествуешь и над страшным врагом. Гони вон строптивых, мнимых героев, сделай в начальстве другой распорядок, расставь непобедимых так, чтоб коварство везде обретало себе оплот (sic!)..

Р. Ст., 1912, № 8, стр. 170.

51

Из воспоминаний И. М. Снегирева о разговоре Ф. Опочинина с М. И. Кутузовым.

.. Когда кн. Кутузову поручили начальство над армиею в 1812 г. и когда он, задумавшись, сидел облокотясь, зять его — Ф. Опочинин спросил его: «О чем вы задумались? Верно, о том, как разбить Наполеона?» — «Нет, мой друг, я не о том думаю, как бы разбить его, на это надобна такая же армия, как его, а о том, как бы его обмануть».

Р. Ст., 1912, № 9, стр. 372.

52

1812 г. августа 19. — Письмо М. И. Кутузова его дочери А. М. Хитрово из-под Гжатска о возможности перенесения театра военных действий в район Тарусы.

Друг мой, Аннушка и с детьми, здравствуй!

Это за меня пишет Кудашев; у меня немного болят глаза и я их берегу. Какое несчастье, дорогой друг, быть так близко от вас и не иметь возможности вас обнять, но обстоятельства очень трудные. Я вполне уверен, что с помощью бога, который никогда меня не оставлял, поправлю дела к чести России.

Но нужно сказать откровенно, что мне не нравится ваше пребывание около вашей Тарусы; вам могут наделать беды, так как что такое представляет собою одна бедная женщина с детьми? Поэтому я хочу, чтобы вы уехали подальше от театра войны. Уезжайте же, дорогой друг, но я требую, чтобы сказанное мною было хранимо вами в глубочайшей тайне, потому что, если оно получит огласку, мне эхо сильно повредит. Если бы Николаю не удалось получить согласие губернатора на выезд, то вы могли бы уехать одни; тогда я улажу дело с губернатором, напирая на то, что ему (Николаю) следовало бы сопровождать свою жену и детей, но вы, мои дети, уезжайте непременно. Мое здоровье довольно хорошо, и я полн надежды; не будьте же удивлены, что я немного отошел назад без боя: это чтобы усилить себя подкреплениями, как можно больше. Детей целую. Боже тебя благослови и их, кланяйся Николаю, все его дела поправятся; кажется, и Балашов очень За него принялся.

Верный друг Михаила Голенищев-Кутузов.

ЖМНП, 1912, № 1, стр. 31.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Как Кутузов стал главнокомандующим?. Отечественная война 1812 года

Как Кутузов стал главнокомандующим?

После того как две русские армии соединились, встал вопрос о главнокомандующем. Багратион был искусен в бою, любим солдатами, но слишком горяч. Барклай-де-Толли считался опытнее и мудрее, но его критиковали в армии и в народе за отступление, ему не доверяли из-за нерусской фамилии.

Одному Богу известно, что переживал Барклай-де-Толли, когда при объезде полков его приветствия оставались без ответа. В терпении и молчании переносил оскорбления этот великий полководец, жертвуя своим самолюбием и своей репутацией ради спасения армии, а значит, России.

М. И. Кутузов (1745–1813)

Прибытие М. И. Кутузова в Царёво-Займище. Художник С. Герасимов. 1953 г.

Александр Павлович не вступился за своего министра, хотя продолжал его высоко ценить и, конечно же, помнил о плане 1807 года. Царю хотелось отвести от себя всеобщее недовольство неудачным ходом войны.

О, вождь несчастливый! Суров был жребий твой:

Всё в жертву ты принёс земле тебе чужой.

Непроницаемый для взгляда черни дикой,

В молчанье шёл один ты с мыслию великой,

И, в имени твоём звук чуждый невзлюбя,

Своими криками преследуя тебя,

Народ, таинственно спасаемый тобою,

Ругался над твоей священной сединою.

А. С. Пушкин. Полководец.

Дворянские общества Петербурга и Москвы предложили поставить во главе русской армии Кутузова. Царь недолюбливал этого генерала, но был вынужден подчиниться общему гласу.

М. Б. Барклай-де-Толли (1761–1818)

8 августа Кутузова назначили главнокомандующим.

Старый генерал поставил условие: оставление армии братом царя, наследником-цесаревичем Константином Павловичем. «Ведь я не смогу ни наказать его, если он плохо себя поведёт, ни наградить, если он хорошо себя проявит», — объяснил царю Кутузов.

Спустя три дня генерал отстоял молебен в Казанском соборе Петербурга и выехал к армии.

Казалось бы, что может изменить приход в армию одного человека? Это не батарея новых орудий и не кавалерийский полк, и всё же приход Кутузова усилил русскую армию. Все верили в его мудрость и твердость. Солдаты ликовали. Сразу родилась поговорка: «Приехал Кутузов бить французов».

Генерал Михаил Илларионович Кутузов был одним из самых старых и самых опытных полководцев русской армии, богатым помещиком и родовитым дворянином. Его боевой опыт составлял полвека, а генералом он стал раньше, чем Наполеон лейтенантом. Кутузов бывал во многих сражениях и не раз смотрел смерти в лицо, дважды был тяжело ранен, в 28 лет лишился правого глаза, выбитого турецкой пулей. Кутузов воевал вместе с Суворовым, который считал его своим первым сподвижником. Кроме того, Кутузов показал себя не только опытным и мудрым военачальником, но и блистательным дипломатом. В начале 1812 года он победоносно закончил войну с Турцией и заключил в Бухаресте выгодный для России мирный договор.

16 августа Кутузов прибыл в ставку русской армии. Он одобрил приказ Барклая-де-Толли об отступлении, но твёрдо решил дать Наполеону генеральное сражение. Сражение было ненужным со стратегической точки зрения, однако не дать его он не мог по соображениям моральным и политическим. В отличие от Наполеона он знал, что такое сражение не решит исхода войны, но этого желала армия, этого ждали в народе. Надо было нанести по противнику сильный удар.

Общий вид поля боя под Москвой со стороны села Бородино. 6 сентября 1812 года. Художник А. Адам. 1830-с гг.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Назначение Кутузова главнокомандующим: 5 августа Александр поручил решить вопрос о главнокомандующем

Назначение Кутузова главнокомандующим

5 августа Александр поручил решить вопрос о главнокомандующем специально созданному для этого Чрезвычайному комитету. В него вошли шесть человек самых близких к царю: председатель Государственного совета и Комитета министров фельдмаршал Н. И. Салтыков, всесильный фаворит А. А. Аракчеев, министр полиции генерал-адъютант А. Д. Балашов, генерал от инфантерии С. К. Вязьмитинов, князь П. В. Лопухин и граф В. П. Кочубей. (Трое первых из них были главными и наиболее авторитетными деятелями Государственного совета.) Тем не менее состав комитета определялся не столько должностями его членов, сколько личной близостью к Александру. От старика Салтыкова, в прошлом главного воспитателя Александра и его брата Константина, до сравнительно молодых Лопухина и Кочубея все члены комитета были друзьями царя. Они обсудили пять кандидатур – Беннигсена, Багратиона, Тормасова и шестидесятисемилетнего графа Палена – организатора убийства императора Павла, вот уже одиннадцать лет находящегося в отставке и проживавшего в своем курляндском имении. Пятым был назван Кутузов, и его кандидатура была признана единственно достойной столь высокого назначения. Чрезвычайный комитет немедленно представил свою рекомендацию императору. 8 августа 1812 года М. И. Кутузов был принят императором и получил рескрипт о его назначении главнокомандующим. Позднее Александр писал своей сестре Екатерине: «В Петербурге я увидел, что решительно все были за назначение главнокомандующим старика Кутузова: это было общее желание. Зная этого человека, я вначале противился его назначению, но когда Ростопчин письмом от 5 августа сообщил мне, что вся Москва делает, чтоб Кутузов командовал армией, находя, что Барклай и Багратион оба неспособны на это… мне оставалось только уступить единодушному желанию, и я назначил Кутузова.

Я должен был остановить свой выбор на том, на кого указал общий глас». К командующим армиями Тормасову, Багратиону, Барклаю и Чичагову тотчас же были направлены рескрипты одинакового содержания: «Разные важные неудобства, происшедшие после соединения двух армий, возлагают на меня необходимую обязанность назначить одного над всеми оными главного начальника. Я избрал для сего генерала от инфантерии князя Кутузова, которому и подчиняю все четыре армии. Вследствие чего предписываю вам с армиею состоять в точной его команде. Я уверен, что любовь ваша к Отечеству и усердие к службе откроют вам и при сем случае путь к новым заслугам, которые мне весьма приятно будет отличать подлежащими наградами». Получив назначение, Кутузов написал письмо Барклаю и от себя лично. В этом письме он уведомлял Михаила Богдановича о своем скором приезде в армию и выражал надежду на успех их совместной службы. Барклай получил письмо 15 августа и ответил Кутузову следующим образом: «В такой жестокой и необыкновенной войне, от которой зависит сама участь нашего Отечества, все должно содействовать одной только цели и все должно получить направление свое от одного источника соединенных сил. Ныне под руководством Вашей Светлости будем мы стремиться с соединенным усердием к достижению общей цели, – и да будет спасено Отечество!»

Назначение Кутузова главнокомандующим

  1. Из «Записок» Ф. П. Толстого Федор Петрович Толстой, родственник М. И. Кутузова, оставил любопытные записки, в которых сообщал, что после приезда в Петербург Михаил Илларионович часто бывал в доме своего троюродного брата Логина Ивановича Голенищева-Кутузова. (Федор Петрович был родней и мужу старшей дочери М. И. Кутузова, Прасковье, – сенатору Матвею Федоровичу Толстому.) Для жены Логина Ивановича Кутузова, Надежды
  2. Письмо Кутузова маршалу Бертье от 8 октября 1812 года Свою оценку действий народа в период войны дал и М. И. Кутузов в письме начальнику генерального штаба французской армии маршалу Луи Александру Бертье, князю Невшательскому и Ваграмскому, написанное 8 октября 1812 года: «Князь! Полковник Бертеми, которого я разрешил пропустить до своей главной квартиры, вручил мне письмо, которое ваша светлость поручили ему передать мне. Обо всем, что
  3. Смерть Кутузова А между тем Кутузов чувствовал себя все хуже и 6 апреля остановился в Бунцлау, не имея возможности следовать за армией. Александр первые три дня оставался рядом с больным, но потом вынужден был покинуть Кутузова и вместе с Фридрихом Вильгельмом отправился дальше, в Дрезден. Оба монарха оставили Кутузову своих лейб-медиков – Виллие и Гуфеланда, почитавшегося лучшим врачом Европы. Но их
  4. Последние дни Отечественной войны 1812 года Приближался момент отъезда Александра I к армии, но прежде, чем он должен был наступить, следовало избрать один из двух вариантов продолжения войны: либо, изгнав Наполеона за Вислу, остановиться, либо идти дальше, освобождая завоеванную французами Европу. Александр был сторонником второго варианта, считая, что войну можно будет закончить в Париже. Вместе с тем Александр знал, что Кутузов,
  5. Приключения купца Петра Жданова Третьей гильдии московский купец Петр Жданов после того, как окончился пожар, взяв жену и двоих детей, попытался выйти из захваченной врагом столицы, но был задержан шайкой мародеров, разлучен с семьей и возвращен в город. После побоев и издевательств мародеры бросили Жданова на улице, и он с трудом добрался до дома Нарышкиной, где, как ему сказали, выдают пропуска на выезд и выход из Москвы.
  6. Приезд Кутузова в армию 17 августа 1812 года, в три часа дня, новый главнокомандующий всеми русскими армиями генерал от инфантерии князь Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов прибыл в деревню Царево-Займище, где располагалась штаб-квартира Барклая-де-Толли. Барклай сдал командование внешне спокойно. Однако самолюбие его, конечно же, было уязвлено. Впоследствии, рассказывая о передаче Кутузову всех прерогатив,
  7. Фрагмент письма Кутузова жене от 26 ноября 1812 года 26 ноября 1812 года Кутузов писал Екатерине Ильиничне: «Я, слава Богу, здоров, мой друг, и все гонимся за неприятелем так же, как от Москвы до Смоленска, и мертвыми они теряют еще более прежняго; так что на одной версте от столба до столба сочли неубитых мертвых сто семнадцать тел… Эти дни морозы здесь двадцать два градуса, и солдаты все переносят без ропота, говоря: „французам хуже нашего,
  8. Юго-Восточный округ 1. Район Выхино-Жулебино разделен МКАД на две части – Выхино и Жулебино. Выхино располагается западнее МКАД, примыкая на севере к Вешнякам, на юге – к Кузьминкам. Название произошло от деревни Выхонь, известной с XVII века. Имя сохранилось в названии станции метро и железнодорожной платформы. Жулебино – название деревни, принадлежавшей в XV веке боярину А. Т. Жулебе-Остееву. 2. Район
  9. Что это такое? В русской военно-исторической литературе «Тарутинским маневром», или «Тарутинским маршем-маневром» называют скрытное движение армии Кутузова от Москвы до села Тарутино, расположенного в восьмидесяти километрах к юго-западу от столицы. 2 сентября армия вышла на Рязанскую дорогу и 4 сентября у Боровского перевода переправилась на правый берег реки Москвы. 5 сентября Кутузов повернул
  10. Недипломатическая тирада В конце сентября 1812 года, когда русские войска еще находились в Тарутинском лагере, Наполеон прислал туда своего представителя – генерала Жака Александра Лористона – с наказом во что бы то ни стало заключить мир. Опытный дипломат, бывший послом Наполеона в Петербурге в 1811 году, Лористон не сумел добиться ни малейшего успеха. В ходе переговоров Кутузов спросил его о здоровье
  11. Возрождение русско-прусского союза Новый 1813 год начался с того, что вместе с русскими против Наполеона начала действовать и двадцатитысячная прусская армия, ставшая союзницей России с 8 декабря 1812 года, когда прусский генерал Йорк фон Вартбург подписал в Таурогене соглашение о совместных действиях, а 18 января подписали перемирие австрийцы. Остановившись в конце января в Плоцке, Александр превратил свою Главную
  12. Потомство Михаила Илларионовича Голенищева-Кутузова В первой четверти XIX века на историческую сцену России вышла блистательная когорта богатырей – героев войны 1812 года, множество незаурядных политиков и администраторов, оставивших яркий след в истории России. Невозможно рассказать обо всех, но все же наиболее выдающиеся из этих людей пройдут по страницам нашей книги. Можно спорить, самые ли достойные представлены здесь? Не забыт ли
  13. Отставка Барклая-де-Толли После огромных потерь, понесенных русской армией на Бородинском поле, остатки 1-й и 2-й армий были слиты воедино. Командующий 2-й армией князь П. И. Багратион умирал в деревне Симы, командующий 1-й армией Барклай-де-Толли практически остался не у дел, исполняя отдельные поручения Кутузова. К тому же 19 сентября 1812 года на пути к селу Тарутино Барклай заболел и подал Кутузову рапорт об
  14. Глава 2. Назначение наказания (Strafzumessung)Глава 2. Назначение наказания
  15. Большое недоразумение А теперь вернемся к концу августа 1812 года, когда только что закончилось Бородинское сражение. В донесении Александру, написанном в ночь на 27 августа прямо на позиции при Бородино, когда еще не было известно о понесенных потерях, Кутузов сообщал: «Войска Вашего Императорского Величества сражались с неимоверною храбростию. Батареи переходили из рук в руки и кончилось тем, что неприятель
  16. Глава 1. Понятие, сущность и назначение уголовного процесса.Глава 1. Понятие, сущность и назначение уголовного
  17. 4.5.3.2.2. Решение задач многокритериальной оптимизации при построении расписаний с использованием неопределенных весовых коэффициентов Решение задач многокритериальной оптимизации с векторным критерием [26] вида F = L F;a;
> max» (4-80) i=l l l где / - количество различных критериев функционирования, подчас затруднено в силу сложности назначения весовых коэффициентов а-. Полу- чение значение а- как вещественного числа, чаще всего, затруднительно в плане субъективного характера этой оценки, имеющей экспертную приро- 248 ду
  • Москва накануне Бородинского сражения Пока французы приближались к границам московской губернии, в Москве вовсю развернулись работы по превращению города в стратегическую базу России. Там завершалось создание рекрутских депо, где готовились новобранцы, пополнялись арсеналы, создавались склады-магазины с обмундированием, фуражом и провиантом. Мастеровые Москвы изготавливали порох, сабли, пушечные ядра, патроны и пули, шанцевый
  • ПОСТАНОВЛЕНИЕ377 ТУРКБЮРО ЦК РКП(б) ОБ УКРЕПЛЕНИИ ФЕРГАНЫ ПАРТИЙНЫМИ РАБОТНИКАМИ 24 октября 1920 г. 1) Признать, впредь до нового решения по вопросу о распределении работников, что половина всех прибывающих в распоряжение Туркбюро работников из Центра должна откомандировываться на работу в Фергану. 2) Из прибывшей последней партии свердловцев откомандировать в Фергану 30 товарищей, включив в это количество уже назначенных и не останавливаясь перед перераспределением уже получивших назначение. 3)
  • Рекомендуем ознакомится: http://knigi.link

    worldunique.ru

    Назначение главнокомандующим М.И. Кутузова и бой за Шевардинский редут

    Непопулярная ни в русской армии, ни в обществе отступательная стратегия Михаила Богдановича Барклая де Толли, оставление неприятелю значительной территории вынудили государя Александра I учредить пост главнокомандующего всеми русскими армиями и 8 (20) августа назначить на нее 66-летнего генерала Михаила Илларионовича Голенищева-Кутузова. Армия получила известие о назначении Кутузова 15 (27) августа.

    Чрезвычайный комитет по выбору главнокомандующего единогласно поддержал кандидатуру Кутузова. На совещании также были обсуждены кандидатуры Беннигсена, Палена, Тормасова и других. Почти одновременно с совещанием специального комитета из Москвы пришло письмо Ростопчина, где тот сообщил императору, что Москва желает во главе армии Кутузова. Полководец, обладал огромным боевым опытом и был популярен в обществе и армии. Кутузов был поставлен императором не только во главе действующей армии, кроме того ему подчинили резервы, ополчение и гражданскую администрацию на затронутых войной территориях империи. Александр недолюбливал Кутузова, но был вынужден уступить мнению армии и дворянства.

    Назначив Кутузова главнокомандующим, император не дал ему указаний о дальнейшем ведении войны, никакого плана военных действий. Фактически ни Александра, ни у его ближайшего окружения не было представления о действительном положении дел. Кутузов получил полную самостоятельность в определении дальнейшей стратегии. Не имея полной картины о положении дел, Кутузов первоначально планировал остановить наступление вражеских войск и не допустить их до Москвы.

    В штабы 1-й, 2-й, 3-й Западных и Дунайской армий из Петербурга были посланы курьеры с известием о назначении главнокомандующего. Вечером 17 (29) августа полководец прибыл в расположение 1-й и 2-й армий. Когда французский император узнал о появлении в русском стане главнокомандующего, так хорошо знакомого ему по кампании 1805 года, то он произнес фразу, которая в итоге стала пророческой: «Кутузов не мог приехать для того, чтобы продолжить отступление». Михаил Кутузов был встречен в армии с большим воодушевлением. Родилась даже поговорка: «Приехал Кутузов бить французов». Солдаты и офицеры считали, что теперь боевые действия примут совсем иной характер. В армии говорили о скором генеральном сражении с врагом и о том, что отступлению пришел конец.

    Однако Кутузов посчитал позицию у Царево-Займище слабой и приказал отводить армию. 19 (31) августа основные силы двух русских армий покинули позицию у Царева-Займище и утром 22 августа (3 сентября) вышли к селу Бородино. Для боя было выбрано обширное поле у села Бородино. Позиция позволяла одновременно перекрыть Старую и Новую Московские дороги.

    Бой за Шевардинский редут

    Прологом Бородинского сражения стал бой за Шевардинский редут 24 августа (5 сентября). Полевое укрепление располагалось на крайнем левом фланге русской позиции. В бой с французской армией вступили 27-я пехотная дивизия генерал-майора Дмитрия Петровича Неверовского и 5-й егерский полк. Кроме того, во второй линии был дислоцирован 4-й кавалерийский корпус 2-й армии под началом генерал-майора Карла Карловича Сиверса. Всего в составе этих сил, которые находились под общим командованием генерал-лейтенанта Андрея Ивановича Горчакова, было 8 тыс. человек пехоты, 4 тыс. конницы при 36 пушках.

    У недостроенного пятиугольного земляного укрепления разгорелся яростный бой. Шевардинский редут атаковали три пехотные дивизии 1-го корпуса маршала Луи Никола Даву и кавалерийские корпуса генералов Этьена Нансути и Луи-Пьера де Монбрена. Неприятель с ходу попытался овладеть укреплением. Всего на Шевардино наступало около 30 тыс. штыков, 10 тыс. сабель, и обрушился огонь 186 орудий. Таким образом, в начале Шевардинского боя французское командование имели полное превосходство в числе солдат и пушек.

    Постепенно в сражение втягивались все новые и новые подразделения. Ружейно-пушечная перестрелка переходила ожесточённые и кровавые рукопашные схватки. Полевое укрепление трижды за день переходил из рук в руки. Дважды французы врывались в редут, но пехота Неверовского выбивала их. Пользуясь превосходством в числе, французские войска после яростного четырехчасового боя к 8 часам вечера все же захватили почти полностью разрушенный редут. Однако удержать его за собой не смогли. Багратион, который осуществлял руководство боем, организовал ночную контратаку. Он возглавил 2-ю гренадерскую и 2-ю сводно-гренадерскую дивизии и отбил укрепление. Французы понесли значительные потери.

    В ходе упорного боя Шевардинский редут был практически полностью разрушен. Русское командование поняв, что укрепление уже не может решать задачи по сдерживанию противника, отдало приказ вывести части 2-й армии к Семеновским флешам. Русские войска покинули редут и увезли пушки (только три орудия с разбитыми лафетами стали трофеями французов).

    Великая армия Наполеона потеряла в Шевардинском сражении около 5 тыс. человек, приблизительно такие же потери понесла русская армия. Бой за Шевардинский редут дал возможность русской армии выиграть время для окончания инженерных работ на бородинской позиции, позволил командованию уточнить данные по группировке сил противника и направлению их главного удара.

    Дмитрий Петрович Неверовский.

    topwar.ru