Можайский десант. Можайский десант факты


СОБСТВЕННОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ. МОЖАЙСКИЙ ДЕСАНТ. | Официальный сайт Региональной общественной организации «Бородино–2012–2045»

Дорогие читатели! мы продолжаем собственное расследование по Можайскому десанту!

Напомню о том, что наши доблестные личные корреспонденты (А. Н. Крылов – Проза.ру, Н. Шахмагонов – член Союза писателей, В.Г. Шумский) –  продолжают трудиться и помогают… давайте будем говорить не “НАМ”…, а будущим потомкам России, тем, кому предстоит раскрыть страницы истории в учебниках или в просторах интернета… 

В своем интервью корреспонденту журнала «Вестник авиации и космонавтики» о роли и месте военно-транспортной авиации в составе Военно-воздушных сил нашей страны Главнокомандующий ВВС генерал армии А.М. Корнуков на вопрос корреспондента об уровне подготовки экипажей ВТА ответил: «…Могу сказать только, что ни одной задачи, которая ставилась по выброске десанта, в том числе и в экстремальных условиях, не было сорвано. Точность обеспечивалась высокая.Мы скоро увеличим количество экипажей, которые смогут десантировать технику с предельно малых высот. Пока это делают только специально подготовленные летчики-испытатели. Но, я думаю, у нас скоро будут экипажи, которые смогут выполнять десантирование с высоты 5—7 м. Мы уже готовим летчиков к выполнению этой задачи на базе Государственного летного испытательного центра». Действительно, в августе 2001 г. на боевой демонстрации модернизированной авиационной техники, которая проводилась на базе Государственного летного испытательного центра, экипаж 929-го ГЛИЦ МО РФ под руководством полковника А.Б. Полонского вновь с блеском продемонстрировал уже руководителям оборонно-промышленного комплекса, представителям Министерства обороны РФ, военным атташе более чем из двадцати стран ближнего и дальнего зарубежья десантирование груза с предельно малой высоты из военно-транспортного самолета Ил-76МД RA-76708, тем самым подтвердив заявление, сделанное Главнокомандующим ВВС накануне славной годовщины — 70-летия военно-транспортной авиации.

А СЕЙЧАС, ПРЕДСТАВЛЯЕМ ВАШЕМУ ВНИМАНИЮ ЗАМЕТКИ И ВЫДЕРЖКИ ИЗ ПИСЕМ, РАССКАЗОВ, РАССУЖДЕНИЙ И ДОКУМЕНТОВ НЕМЕЦКИХ “СПЕЦИАЛИСТОВ”- ПОБЕЖДЁННЫХ И НАШИХ “СПЕЦИАЛИСТОВ” ВДВ… (кстати, можете проверить по ссылочным материалам или присоединиться к нашему расследованию)

 

Мабир Ж. Война в белом аду Немецкие парашютисты наВосточном фронте 1941 — 1945 гг. — М.: Изд-во Экс-мо, 2005

на 103 странице “ Едва врач возвращается, как в окрестностях приземляются русские парашютисты. Некоторых сбрасывают в снег даже без парашюта с очень низко и медленно летящих самолетов. Большей частью они приземляются хорошо”

на странице 108

“Иногда их атакуют русские самолеты. Однажды один изних пролетает на бреющем полете над немецки-ми батареями и начинает сбрасывать парашютис-тов. И опять без парашюта! Те тотчас нападаютна продовольственный склад, расположенный нанекотором расстоянии от батареи Кагерера, и имудается вывести из строя всех охраняющих его”

К. Типпельскирх, А. Кессельринг, Г. Гудериан и др. Итоги Второй мировой войны. Выводы побеждённых

“Опыт второй мировой войны учит, что при высоте прыжка 60 м потери от повреждений при прыжке составляют 20%, даже если речь идет о войсках, специально обученных и натренированных для такого прыжка. Имеются сведения, будто бы русские сбрасывали свои специальные парашютные войска без парашютов с высоты 5-10 м в глубокий снег”

ВДВ, Составитель А.Г. Шпак. М: “Голос-Пресс” 2003. стр.50

МОЖАЙСКИЙ ДЕСАНТ

История минувшей войны хранит в себе еще много тайн, и они стираются навсегда, уходят вместе с умирающими очевидцами-фронтовиками, ибо не все успевали в боях занести на бумагу. А если сохранились какие-либо факты, то субъективные историки, “писавшие” войну под жестким контролем ЦК и ГЛАВПУРА, о многом умолчали, архивы подчищались и уничтожались в угоду существовавшей идеологии.Одна из таких тайн поведана мне доктором исторических наук, а потом участником этих событий – летчиком. Историк раскопал в архиве засекреченные документы и вышел на живого свидетеля. Так вот о чем они рассказали о том времени, когда немцы были под Москвой:Летчик:Я получил задание и производил одиночный разведывательный полет над территорией противника. Возвращаясь уже назад, вдруг заметил военную колонну, двигающуюся к Москве. На бреющем прошелся над нею, насчитав 51 танк и много машин с живой силой. Немцы перли по шоссе прямиком в город. Как только я вернулся и сообщил об этом, меня вызвали в штаб, где я был арестован как паникер, и по приказу Берии повели меня расстреливать… ремень долой, руки за спину… И тут на крыльце штаба спас меня Жуков. Он как раз прибыл принимать дела по обороне Москвы. Спрашивает у особиста, за что меня арестовали. Тот коротко докладывает: “Паникер, якобы немцы уже в черте города”. Жуков повернулся ко мне и спрашивает: “Правда?” Стою твердо на своем и все говорю как есть. Он приказывает особисту: “Немедля освободить, полетишь с ним, проверить и доложить!” Тот было заикнулся, что никогда не летал, но… Жуков был крут… Пришлось майору сесть со мной в спарку и слетать проветриться. Обернулись быстро, на полевом аэродроме нас уже ждала машина. Майор докладывает Жукову, что все подтвердилось, танков не 51, а 53, и что его обстреляли… (я летел очень низко, чтобы особист удостоверился наверняка). Жуков тут же мне вручил орден Боевого Красного Знамени…Историк:Я наткнулся на этот засекреченный материал совершенно случайно. И он меня потряс до глубины души! Даже не верилось, пока не нашел живого свидетеля, в документах была фамилия летчика.После того как выяснилось, что остановить колонну вражеских танков нечем: там не оказалось никаких заградительных отрядов и противотанковых средств, было принято решение… выбросить десант перед колонной. На ближайший аэродром с марша завернули свежий полк сибиряков, построили и предложили сделать шаг вперед добровольцам для выполнения особого задания. Суть задания тоже объяснили: придется прыгать с самолета в снег и остановить врага. Самую важную деталь тоже сказали: прыгать нужно с бреющего полета… без парашютов… потому что их нет.И вот даже не приказ, а просьба… сделать добровольцам этот шаг:Шагнул весь полк! Никто не остался на прежнем месте. Были розданы противотанковые ружья и гранаты.Далее я приведу строки из своего романа “Княжий остров”:“Немецкая колонна ходко неслась по заснеженному шоссе. Вдруг впереди появились низко летящие русские самолеты, они словно собирались приземляться, стлались над сугробами, сбросив до предела скорость, в десяти – двадцати метрах от поверхности снега, и вдруг посыпались гроздьями люди на заснеженное поле рядом с дорогой. Они кувыркались в снежных вихрях, а следом прыгали все новые и новые бойцы в белых полушубках и казались врагу, охваченному паническим ужасом, что не будет конца этому белому смерчу, этой белой небесной реке русских, падающих в снег рядом с танками за кюветом, встающих живыми и с ходу бросающихся под гусеницы со связками гранат… Они шли, как белые привидения, поливая из автоматов пехоту в машинах, выстрелы противотанковых ружей прожигали броню, горело уже несколько танков… Русских не было видно в снегу, они словно вырастали из самой земли: бесстрашные, яростные и святые в своем возмездии, неудержимые никаким оружием. Бой кипел и клокотал на шоссе. Немцы перебили почти всех и уже радовались победе, увидев догнавшую их новую колонну танков и мотопехоты, когда опять волна самолетов выползла из леса и из них хлынул белый водопад свежих бойцов, еще в падении поражая врага… Немецкие колонны были уничтожены, только несколько броневиков и машин вырвались из этого ада и помчались назад, неся смертный ужас и мистический страх перед бесстрашием, волей и духом русского солдата. После выяснилось, что при падении в снег погибло всего двенадцать процентов десанта… Остальные приняли неравный бой…Вечная память русскому воину! Помолитесь за них, люди… Помяните Можайский десант…”Я не могу представить ни немца, ни американца, ни англичанина, добровольно и без парашюта прыгающего на танки. Нынешние разорители России и нашей армии обязательно поглумятся над этим фактом истории… Чего только не напишут: дескать, солдаты боялись Сталина, боялись, что их расстреляют, что их силой заставили…Помолитесь за них, люди… Помяните Можайский десант!

Юрий Сергеев

В годы минувшей войны высадка бойцов с таких малых высот вводила противника в заблуждение. Об этом свидетельствует книга гитлеровского офицера Алькмара фон Гове «Внимание, парашютисты!». В ней он утверждает, что кроме обычной выброски десантов русские в районе Ельни и Дорогобужа применили новый, типично русский метод: транспортные самолеты с бреющего полета высыпали пехотинцев с оружием прямо в сугробы без парашютов. Глубокие снега смягчали удар, и большинство солдат не получало никаких повреждений.

Вальтер Швабедиссен, генерал, участник ПМВ и ВМВ. “Сталинские соколы “Анализ действий советской авиации 1941-1945гг.” Журнал Института ВВС США, 1960г.

Гроховский Павел Игнатьевич (1897-1946 г.г.) – выдающийся, по мнению многих современных историков, советский изобретатель, начальник Особого конструкторско-производственного бюро ВВС РККА (1930 г.), начальник и главный конструктор Экспериментального института Главного управления авиационной промышленности (1934-37 г.г.), первый в мире конструктор техники воздушно-десантных войск, автор 62 изобретений, обладатель 114 патентов в области авиации, артиллерии и бронетехники, а также полярных исследований и народного хозяйства. При этом особо следует отметить, что за спиной у этого человека было всего три класса церковно-приходской школы и курс лекций военного авиационного училища.

В 1937 году, после расстрела своего главного покровителя Тухачевского, П. И. Гроховский был снят со всех должностей и отстранен от всех работ по авиационной тематике, а в 1942 году обвинен в том, что якобы продал немцам схему “рама”, над которой работал до войны (“воздушный крейсер” Г-37/3 и которая в результате козней главного конкурента этого многообещающего проекта – А.Н.Туполева – не пошла в разработку, и умер в заключении в 1946 году. Практически ни одно из изобретений Гроховского не было запущено в серию, одни видят в этом происки конкурентов, другие – профессиональную непригодность изобретателя к конструкторской деятельности.

Г-61 — кассеты для перевозки людей под нижними крыльями самолета Р-5 (рис. 284, б). Фанерные кассеты общим объемом 4,3 м3 с целлулоидными прозрачными носками вмещали по семь человек под каждым крылом, а всего 16 человек на самолете, включая экипаж самолета. 8 декабря 1936 г. П. И. Гроховский сам испытал самолет с такой нагрузкой. Разбег был около 400 м за 30 с, скорость — 201 км/ч, потолок — до 2800 м при полетной массе 3800 кг, в том числе масса пустых кассет 200 кг.

В книге “Воздушные десанты Второй мировой войны” указывается:

“Русские применяли десантирование пехоты в снег с низко летящего самолёта при помощи так называемого контейнера Гроховского. В некоторых справочных документах имеются сведения о том, что действительно советский инженер Гроховский в 30-е годы прошлого столетия разработал приспособление, с помощью которого можно было приземляться из самолёта с низких высот и на малой скорости без парашюта. Правда, испытания давали большой процент гибели. В Осконбюро работали и над альтернативными средствами высадки. Первой была предложена десантная кабина-клеть. На эскизах нарисован большой ящик с окнами, стоящий на полозьях. Полозья снабжены резиновыми амортизаторами, подобными тем, что применялись в тогдашних самолетных шасси. Клеть весом 1000 кг вмещала 14 человек. Она должна была подвешиваться под самолетом ТБ-1, а после сброса приземляться на одном большом парашюте.

Преимущества такого подхода – возможность сброса не подготовленных для прыжка с парашютом бойцов и компактность приземления, повышающая боеспособность группы. С другой стороны – никакого способа управлять полетом клети не придумали, в то время как парашютист в определенных пределах может влиять на свое движение. В итоге решили, что людей все же лучше сбрасывать поодиночке.

Одновременно предложили оригинальную идею «авиабуса» – кабины для беспарашютного сбрасывания с бреющего полета. «Авиабус» имел вид короткого и толстого крыла и после сброса должен был немного планировать, а затем катиться на колесах («летний авиабус», Г-68) или на лыжах («зимний авиабус», Г-76). Это устройство по замыслу предназначалось для выброски первой волны десанта, обеспечивая неожиданность его появления и уменьшая риск для самолетов-носителей, которые могли не проходить непосредственно над выбранной площадкой, возможно прикрытой зенитными средствами ПВО.

В Осконбюро проектировали много «авиабусов» различной вместимости. В 1932 г. в НИИ ВВС проходили испытания меньшего по размерам грузового Г-21 на 125 кг. Два таких аппарата подвешивались под крыльями Р-5. Несколько сбросов прошли успешно. В отчете записали, что Г-21 «могут быть допущены на вооружение ВВС РККА и к серийной постройке». Отметили только, что в «авиабусе» не стоит сбрасывать взрывчатые вещества и боеприпасы. Два других грузовых «авиабуса» на 750 кг и 1 т («грузовую площадку» Г-51), забраковали так же, как и все пассажирские варианты.

Несмотря на положительный отчет НИИ ВВС об испытаниях Г-21 и все усилия Гроховского, конструктор так и не смог доказать высшему военному руководству целесообразность использования «авиабусов». Не помогла даже успешная демонстрация сброса на Центральном аэродроме на глазах у самого Сталина.

Главной причиной закрытия этой программы, на которую были затрачены немалые средства, можно считать то, что заявленных в ней целей достичь не удалось. «Авиабус» не снижал уязвимости носителя по сравнению с парашютными системами, наоборот, он подставлял самолет под огонь стрелкового оружия – ведь сброс осуществлялся с высоты не более 12-15 м (на испытаниях сбрасывали с 5-8 м). «Авиабус» не мог сесть там, где приземлится парашютист – ему требовалась большая ровная площадка. Не получалось и внезапности – очень уж недалеко планировали эти аппараты.

Гроховский, кстати, предлагал и что-то вроде морского «авиабуса» – десантную моторную лодку Г-48 для сбрасывания с ТБ-1 на бреющем полете. Лодка вмещала 14 человек и вооружалась станковым «Максимом». Опытный образец построили и испытали, но испытания оказались очень краткими; Отчет НИИ ВВС о них содержит всего одну лаконичную фразу: «При сбросе на воду разбился».

В книге немецкого автора Алькмара Гове «Внимание, парашютисты!» есть такие строки:

“Советские самолёты на бреющем полёте пролетали над покрытыми снегом полями и сбрасывали пехотинцев с оружием без парашютов прямо в глубокий снег.» Ниже шло примечание переводчика: «В 1930-х годах в СССР действительно проводились эксперименты по беспарашютному сбрасыванию десантников с минимальной высоты с легкомоторных самолётов (в частности, с помощью «кассет Гроховского»). Но в реальных боевых условиях такая методика не применялась.”

Единственный самолет, технические характеристики которого позволяли провести подобное десантирование, это Г-2 – десантно-грузовой (до 38 десантников) вариант знаменитого ТБ-3, который, в свою очередь, являлся военной модификацией АНТ-6. При максимальной скорости 190 – 208 км/час, посадочная скорость составляла около 60 км/час. Самолет мог садиться на необорудованные посадочные полосы с глубиной снежного покрова до 1 метра.

Летчики, воевавшие на ТБ-3, рассказывали, что он хорошо вел себя на высоте 2-3 метра при скорости полета 70-80 км/час, чем они иногда пользовались, сбрасывая грузы.

Профессор Хейдте в своем креативе “Парашютные войска во Второй мировой войне” пишет про опыт десантирования на Крите:

Опыт второй мировой войны учит, что при высоте прыжка 60 м (с парашютом естесно) потери от повреждений при прыжке составляют 20%, даже если речь идет о войсках, специально обученных и натренированных для такого прыжка. Имеются сведения, будто бы русские сбрасывали свои специальные парашютные войска без парашютов с высоты 5-10 м в глубокий снег.

Протоиерей Александр Тоготин (из Бронницкого храма)

МОЖАЙСКИЙ ДЕСАНТ

 «Дугласы» взметали сугробы на земле,  Прыгали солдаты в белоснежной мгле…  Им не выдавали даже парашют,  Потому что был он непригоден тут.  Кто остался целым, выдержав удар,  Тот в гранату быстро вкручивал запал.  И под танк бросался, жертвуя собой.  Это был великий под Можайском бой.  Снег от русской крови в поле заалел.  Ни один из наших там не уцелел.  Но зато и немец дальше не прошёл,  Он свою могилу под Москвой нашёл.

Николай Таликов Заместитель Генерального директора — Генерального конструктора ОАО «Авиационный комплекс имени С.В. Ильюшина»

Предельно малые высоты. Работы по десантированию грузов и военной техники из военно-транспортного самолета Ил-76 с предельно малых высот

В 1966 г. Центральным научно-исследовательским институтом Министерства обороны СССР (30 ЦHИИ МО) была издана книга «Десантно-транспортное оборудование летательных аппаратов (краткий обзор по материалам иностранной печати)». Автор книги — старший научный сотрудник этого института инженер-майор К.В. Грибовский (1). В аннотации книги указано, что «обзор представляет интерес для большого круга специалистов, связанных с работами по транспортировке грузов на ЛА, для работников конструкторских бюро промышленности и офицерского состава ВДВ и ВВС». И действительно, эта очень интересная по содержанию книга стала настольной для конструкторов ОКБ С.В. Ильюшина, которые в то время приступили к разработке военно-транспортного самолета Ил-76, причем эта книга и сегодня не потеряла своей актуальности. В настоящее время способ десантирования грузов и военной техники с предельно малых высот находится на вооружении и военно-транспортной авиации, и воздушно-десантных войск нашей страны. В связи с улучшением экономического положения в Вооруженных Силах, будем надеяться, что этот способ десантирования будет чаще применяться при решении различных задач. И не только военного характера, а, например, для доставки грузов при оказании помощи населению, пострадавшему от стихийных бедствий. Десантирование грузов может проводить как ВВС, так и авиация МЧС.

При желании памятник поставить можно.

Стоит же во Пскове памятник литературному образу Григорьева из ДВУХ КАПИТАНОВ Каверина,

а настоящий герой Г.Л. Брусилов прочно забыт…

 

А.Крылов.

www.borodino2012-2045.com

Можайский десант | SmolBattle

Привет всем. Уже несколько месяцев занимаюсь вопросом о можайском десанте и решил создать эту тему о проявленном мужестве и героизме СОВЕТСКИХ солдат на фронтах Великой Отечественной. Из разный источников собирая информацию,я пришел к вот какому выводу: можайский десант-есть проявление самопожертвования Украинских солдат защищавших подступы к Москве.И никто из них не ругал нас москалями, а шли на смерть,ради общей победы в воне с фашизмом.Вот отрывки из разных источников:

Другой пример из замолчанной истории прошлого двадцатого века. 1941 год. Битва под Москвой. Немцы прорвались по Можайскому шоссе. До окраин столичного града - 35 километров. Гитлер восторженно верещит по радио о том, что из передовых танков в бинокль видны кремлевские башни. И именно на этом шоссе у наших нет резервов. Жуков выходит к строю обычного стрелкового полка в сотне километров от места немецкого прорыва. Перед ним 2100 человек. Три батальона и взвод разведки. Артиллеристов и минометчиков «железный маршал» отослал. Выходит и говорит правду. Немцы прорвались. Остановить их некому. Спасти положение может только воздушный десант. Но… нет парашютов. Правда, только что прошли снегопады и если самолеты пойдут на бреющем (5-10 метров), то какой-то шанс есть. Выжить при падении и остановить немцев. «Приказать не могу, - говорит Жуков,— могу попросить (не характерное для Жукова поведение, - ред.). Поэтому, только добровольцы. Три шага вперед!»…

Весь полк, две тысячи сто человек шагнули вперед. Для тех, кто готов завопить о том, что нам нет дела до москалей, сообщаю, каждый шестой в этом полку, как и в действующей армии, - украинец. Самолеты взлетели. И к ужасу немецких танкистов, которые уже видели в бинокли Кремль, уже мысленно примеряли кресты, из идущих на бреющем полете самолетов посыпались черные точки. Некоторые так и остались лежать. Некоторые взорвались на гранатах или сгорели заживо от разбившихся бутылок с горючей смесью. Полк потерял при беспримерном воздушном десанте без парашютов 12% личного состава. Сами посчитайте, сколько это человек. Но, выжившие тут же заняли оборону. Без всяких окопов и укреплений. Без пушек, минометов и станковых пулеметов. И обвешавшись гранатами, бросались под немецкие танки. Выплевывая набившийся в рты снег напополам с матерной руганью, бросались в штыки на пораженную ужасом немецкую мотопехоту и пятящиеся перед самоубийственной контратакой танки…

Сохранились документы. Провиантские ведомости того полка. Интенданты со своими документами остались на аэродроме. Бойцы даже не успели получить перед боем положенную фронтовикам «наркомовскую норму» - сто граммов водки. Это я специально для тех, кто сделал из Гастелло пьяницу. Из этих двух с лишним тысяч героев, еще раз повторюсь, каждый шестой был украинцем.

......История минувшей войны хранит в себе еще много тайн, и они стираются навсегда, уходят вместе с умирающими очевидцами-фронтовиками, ибо не все успевали в боях занести на бумагу. А если сохранились какие-либо факты, то субъективные историки, "писавшие" войну под жестким контролем ЦК и ГЛАВПУРА, о многом умолчали, архивы подчищались и уничтожались в угоду существовавшей идеологии.Одна из таких тайн поведана мне доктором исторических наук, а потом участником этих событий — летчиком. Историк раскопал в архиве засекреченные документы и вышел на живого свидетеля. Так вот о чем они рассказали о том времени, когда немцы были под Москвой:

Летчик:Я получил задание и производил одиночный разведывательный полет над территорией противника. Возвращаясь уже назад, вдруг заметил военную колонну, двигающуюся к Москве. На бреющем прошелся над нею, насчитав 51 танк и много машин с живой силой. Немцы перли по шоссе прямиком в город. Как только я вернулся и сообщил об этом, меня вызвали в штаб, где я был арестован как паникер, и по приказу Берии повели меня расстреливать... ремень долой, руки за спину... И тут на крыльце штаба спас меня Жуков. Он как раз прибыл принимать дела по обороне Москвы. Спрашивает у особиста, за что меня арестовали. Тот коротко докладывает: "Паникер, якобы немцы уже в черте города". Жуков повернулся ко мне и спрашивает: "Правда?" Стою твердо на своем и все говорю как есть. Он приказывает особисту: "Немедля освободить, полетишь с ним, проверить и доложить!" Тот было заикнулся, что никогда не летал, но... Жуков был крут... Пришлось майору сесть со мной в спарку и слетать проветриться. Обернулись быстро, на полевом аэродроме нас уже ждала машина. Майор докладывает Жукову, что все подтвердилось, танков не 51, а 53, и что его обстреляли... (я летел очень низко, чтобы особист удостоверился наверняка). Жуков тут же мне вручил орден Боевого Красного Знамени...

Историк:Я наткнулся на этот засекреченный материал совершенно случайно. И он меня потряс до глубины души! Даже не верилось, пока не нашел живого свидетеля, в документах была фамилия летчика.После того как выяснилось, что остановить колонну вражеских танков нечем: там не оказалось никаких заградительных отрядов и противотанковых средств, было принято решение... выбросить десант перед колонной. На ближайший аэродром с марша завернули свежий полк сибиряков, построили и предложили сделать шаг вперед добровольцам для выполнения особого задания. Суть задания тоже объяснили: придется прыгать с самолета в снег и остановить врага. Самую важную деталь тоже сказали: прыгать нужно с бреющего полета... без парашютов... потому что их нет.И вот даже не приказ, а просьба... сделать добровольцам этот шаг…Шагнул весь полк! Никто не остался на прежнем месте. Были розданы противотанковые ружья и гранаты.

Далее я приведу строки из своего романа "Княжий остров":"Немецкая колонна ходко неслась по заснеженному шоссе. Вдруг впереди появились низко летящие русские самолеты, они словно собирались приземляться, стлались над сугробами, сбросив до предела скорость, в десяти — двадцати метрах от поверхности снега, и вдруг посыпались гроздьями люди на заснеженное поле рядом с дорогой. Они кувыркались в снежных вихрях, а следом прыгали все новые и новые бойцы в белых полушубках и казались врагу, охваченному паническим ужасом, что не будет конца этому белому смерчу, этой белой небесной реке русских, падающих в снег рядом с танками за кюветом, встающих живыми и с ходу бросающихся под гусеницы со связками гранат... Они шли, как белые привидения, поливая из автоматов пехоту в машинах, выстрелы противотанковых ружей прожигали броню, горело уже несколько танков... Русских не было видно в снегу, они словно вырастали из самой земли: бесстрашные, яростные и святые в своем возмездии, неудержимые никаким оружием. Бой кипел и клокотал на шоссе. Немцы перебили почти всех и уже радовались победе, увидев догнавшую их новую колонну танков и мотопехоты, когда опять волна самолетов выползла из леса и из них хлынул белый водопад свежих бойцов, еще в падении поражая врага... Немецкие колонны были уничтожены, только несколько броневиков и машин вырвались из этого ада и помчались назад, неся смертный ужас и мистический страх перед бесстрашием, волей и духом русского солдата. После выяснилось, что при падении в снег погибло всего двенадцать процентов десанта... Остальные приняли неравный бой...

Вечная память русскому воину! Помолитесь за них, люди... Помяните Можайский десант..."

ссылки:http://community.livejournal.com/warhistory/550122.htmlhttp://www.megansk.ru/partanalitics/1217576289

 

smolbattle.ru

Можайский десант. — Интересные факты

Советский летчик, совершавший разведывательный полет на территорией противника во время возвращения заметил колонну немецкой бронетехники, двигающую к Москве. Выяснилось, что на пути вражеских танков нет ни заградотрядов, ни противотанковых средств. Было принято решение выбросить десант перед колонной. На ближайший аэродром привезли свежий полк сибиряков. Построили, предложили добровольцам прыгнуть с самолета в снег и остановить врага. Причем предупредили сразу, что прыгать придется без парашютов, с бреющего полета прямо пред колонной. Это был не приказ, а просьба, но шаг вперед сделали все.

Далее приведем строки из романа Юрия Сергеева «Княжий остров»: «Немецкая колонна ходко неслась по заснеженному шоссе. Вдруг впереди появились низко летящие русские самолеты, они словно собирались приземляться, стлались над сугробами, сбросив до предела скорость, в десяти — двадцати метрах от поверхности снега, и вдруг посыпались гроздьями люди на заснеженное поле рядом с дорогой. Они кувыркались в снежных вихрях, а следом прыгали все новые и новые бойцы в белых полушубках и казались врагу, охваченному паническим ужасом, что не будет конца этому белому смерчу, этой белой небесной реке русских, падающих в снег рядом с танками за кюветом, встающих живыми и с ходу бросающихся под гусеницы со связками гранат… Они шли, как белые привидения, поливая из автоматов пехоту в машинах, выстрелы противотанковых ружей прожигали броню, горело уже несколько танков.

Их не было видно в снегу, они словно вырастали из самой земли: бесстрашные, яростные и святые в своем возмездии, неудержимые никаким оружием. Бой кипел и клокотал на шоссе. Немцы перебили почти всех и уже радовались победе, увидев догнавшую их новую колонну танков и мотопехоты, когда опять волна самолетов выползла из леса и из них хлынул белый водопад свежих бойцов, еще в падении поражая врага… Немецкие колонны были уничтожены, только несколько броневиков и машин вырвались из этого ада и помчались назад, неся смертный ужас и мистический страх перед бесстрашием, волей и духом советского солдата. После выяснилось, что при падении в снег погибло всего двенадцать процентов десанта. Остальные приняли неравный бой.

www.abcfact.ru

Можайский десант » Военное обозрение

В преддверии юбилея Великой Победы хочется вспомнить чудеса времён Великой Отечественной Войны. Чудеса, совершённые советскими солдатами во имя спасения нашей Родины. Героизм народов Советского Союза, о котором "забывают" рассказать или намеренно не рассказывают телеканалы и радиостанции, являлся проявлением русской души, русского характера. Как писал Владимир Карпов, участник ВОВ, герой Советского Союза, автор множества книг: "Нас поднимали навстречу смерти не только призывы "за Родину, за Сталина", каждого из нас поднимало извечное русское "Надо!". Только человек, осознающий ответственность перед миллионами сограждан, способен прыгать без парашюта, в прямом смысле этого слова.

Маршал Жуков был направлен Ставкой на самый опасный участок фронта - под Москву, где гремели жестокие бои. Немцы всё ближе подходили к русской столице. Жуков приехал в небольшой городок, где временно разместился штаб Армии, потерявший связь и контроль над войсками. Он увидел, что конвоиры выводят из здания штаба лётчика со связанными за спиной руками.

- В чём дело? - спросил он холёного майора НКВД, сопровождавшего арестованного.- Паникёр... Берия лично приказал арестовать и расстрелять без суда.- За что?- Известил штаб, что к Москве идёт по шоссе колонна немецких танков и что она уже за Можайском.- Это правда? - резко обернулся Жуков к лётчику, шедшему с поникшей головой.- Правда. Час назад я сам видел... Пятьдесят один танк, машины с пехотой.- Паникёр, товарищ генерал Армии! - зло проговорил майор и толкнул лётчика в спину.- Отставить! - приказал Жуков и тут же добавил, обращаясь к лётчику: - Садитесь в спарку и немедленно проверить. Вы полетите с ним, майор!- Товарищ генерал, я исполняю особый приказ своего начальства. Он... Он увезёт меня к немцам, - сам впал в панику чекист.- Я прикажу вас расстрелять, немедленно! - жестко и презрительно сказал Жуков. И обращаясь к лётчику: - Садитесь в мою машину и дуйте на аэродром. Я буду ждать. Немедленно вернуть пилоту ремень и личное оружие. Я ему верю.

Уже через час машина Жукова вернулась, и в штаб влетел всё тот же майор, испуганный и запыхавшийся.

- Сведения подтвердились... пятьдесят четыре танка, колонна бронемашин и грузовиков с солдатами... Идут прямым ходом на Москву... Сам считал, нас обстреляли!- Где лётчик?- На улице.- Позвать сюда!

Жуков приказал выдать лётчику бочонок водки...

- Орден получишь потом. Спасибо, браток, выручил! Непременно возьми у интенданта дубовый бочонок, обмоешь орден Красного Знамени.- Служу Советскому Союзу! Разрешите идти?- Идите, - Жуков улыбнулся, видя радость на лице спасенного им человека.

Когда лётчик в сопровождении развеселившихся солдат вышел, Жуков сурово оглядел лица присутствующих военноначальников:- Что будем делать? Немцы идут к Москве! Как вы могли не укрепить стратегически важное шоссе, танковое направление? Такую колонну трудно остановить! Невозможно выбросить им войска наперерез... Они почти в дамках. Есть бомбардировщики на аэродроме?- Есть, но израсходованы бомбы. Ни одной не осталось. Можно транспортные ТБ-3 послать в Москву на склады, - промямлил один из генералов.- Не успеть... - Жуков задумался, прошёлся по комнате и приказал. - Готовить десант!- Нет парашютов, - подал голос один из лётчиков.- Готовить десант! - опять повторил Жуков. - Когда я ехал сюда, видел на марше свежий полк сибиряков недалеко от аэродрома, задержать его, повернуть к самолётам. Едем туда.

Когда начальство прибыло к аэродрому, полк сибиряков был уже выстроен на лётном поле. Жуков невольно залюбовался, глядя на здоровых, румяных парней и мужиков в новеньких белых полушубках. Полк, увидев приближающегося Жукова, замер без команды.

- Братья!!! - зычно крикнул Жуков новобранцам. - Колонна немецких танков прорвалась к Москве и скоро будет в столице... Нет средств их остановить, а надо это сделать, чтобы не посеять панику и не пролить невинную кровь мирных людей. Я не могу вам приказать пойти на это... Я прошу вас... Нужны только добровольцы. Вон в тех машинах собраны противотанковые ружья, гранаты и взрывчатка... Ставлю задачу, равной которой не было в истории войн. И не будет, наверное... Вы видите, что сама природа встала на защиту святого Отечества, такого снега давно не помнила подмосковная земля. На бреющем полёте надо выбросить десант перед танковой колонной и остановить её. Нужно будет прыгать в снег без парашютов - их нет... Нет у нас и иного выхода. Добровольцы! Три шага вперёд!

Колыхнулся и единым монолитом весь полк сделал три шага. Ни одного человека не осталось на месте.

- С Богом! Таких солдат нет ни в одной армии мира. И никогда не будет! Жуков низко поклонился солдатам и приказал:- Раздать противотанковые средства!

Транспортные самолёты тяжело отрывались от земли и брали курс на Можайск. Жуков неподвижно смотрел им вслед, заложив руку за шинель. Обеспокоенный ординарец спросил:- С сердцем плохо, товарищ генерал Армии?- Всё нормально.

В это время последний самолёт оторвался от земли. Жуков судорожно сжал возле сердца иконку Божией Матери, которую носил с собой с начала войны, и прошептал молитву. Потом, не страшась никого, резко перекрестился и тяжелой походкой направился к машине. Усаживаясь, сказал шофёру:- Не могу себе представить ни американца, ни англичанина, ни даже немца, который добровольно без парашюта прыгает с самолёта!

За последний месяц рядовой Сергей Кравцов стал добровольцем дважды. Первый раз - когда сумел снять положенную ему бронь и ушёл с оборонного завода в Омске на фронт, второй раз - полчаса назад, когда услышал слова Жукова. Нет, он не жалел о своих решениях, но только сейчас, сидя в тёмном фюзеляже транспортного самолёта, он понял, что же ему предстоит сделать, и испугался. Испугался того, что не сможет выпрыгнуть, не сможет перебороть естественного страха или разобьётся при падении и не поможет товарищам. Он нащупал связку гранат - главное его оружие против танков, сжал автомат и попытался представить будущий прыжок.

Говорили, что прыгать лучше боком, чтобы не сломать ноги, сгруппироваться, на земле - перевернуться несколько раз и вступить в бой. В теории, вроде выходило, что ничего страшного, но как будет в реальности? Сергей постарался отвлечься. Он вспомнил, как его провожали мама с Алёнкой, как они плакали и просили обязательно вернуться. За свою короткую жизнь Сергей успел немного: закончил школу, несколько месяцев поработал на заводе, познакомился с Алёнкой, которую уже считал своей невестой. Сейчас Сергею даже стало неловко перед мамой, которую он попросил оставить их с Алёнкой на несколько минут перед отправкой на фронт. Но Алёнка обещала ждать, и это наполняло сердце Сергея надеждой. Створки товарного вагона не сразу закрыли, и он ещё долго видел, как они вдвоём стояли на перроне, плакали и махали ему руками...

Команда «Приготовиться к прыжку!» прозвучала совершенно неожиданно. Сергей вскочил, ещё раз проверил гранаты и автомат. Самолёт нёсся над землёй так быстро, что бойцы, один за другим исчезающие в снежном буране, оставались так далеко позади, что, казалось, никогда не соберутся в единую боевую единицу. Сергей подошёл к люку, зажмурился и, слегка подталкиваемый сзади, ринулся вниз. В первое же мгновение его пронизала нестерпимая боль, и он, раз десять перевернувшись, потерял сознание.

Немецкая колонна ходко неслась по заснеженному шоссе. Вдруг впереди появились низко летящие русские самолёты, они словно собираясь приземляться, стлались над самой землей. На высоте четырёх-десяти метров от земли из самолётов как гроздья посыпались люди. От их падений снег вздымался, как земля после взрывов снарядов, люди кувыркались в снежных вихрях, и тут же эти белые снежные взрывы обернулись пламенными разрывами гранат и автоматными очередями, сеющими панику и смерть в немецких колоннах. Призраки в белых полушубках бросались под танки со связками гранат, стреляли из противотанковых ружей, атака была столь стремительной, что немцы долго не могли прийти в себя. Яростные, бесстрашные в своём возмездии, русские несли смерть. Прожжённые противотанковыми ружьями, взорванные гранатами, горели танки.

Сергей, весь зарытый в рыхлый снег, лежал в канаве возле самого шоссе метрах в двадцати от того места, где приземлился. Он очнулся от страшной боли и попытался встать, но от одной лишь попытки это сделать боль стала такой нестерпимой, что он лишь огромным усилием воли заставил себя прийти в сознание. Автомата нигде не было, как и никакой надежды его найти. Каким-то чудом связка гранат оказалась рядом, и он нащупал её сразу.

Бой кипел возле шоссе, и будь на месте немецкой армии французская, американская или английская, белый смерч русского десанта смял бы их сразу, но дисциплинированные немцы сумели после первого шока прийти в себя, организовали оборону и, имея большое превосходство в живой силе и технике, сумели принять бой и с помощью танков, пехоты и бронемашин отразить русскую атаку, расстреляв почти всех десантников. Немцы радовались победе, тем более, что новая колонна танков, мотоциклов, бронемашин и автомобилей с пехотой подошла с запада и вступила в бой.

Сергей понял, что у него переломаны ноги. Большей неудачи и представить было трудно. Превозмогая боль, он разгрёб снег и огляделся. Вдалеке горели несколько немецких машин, но, подавив русский десант и рыча мощными моторами, остальные выстраивались в походную колонну, собираясь вновь двигаться к Москве. Кое-кто из наших продолжал автоматный огонь, но он становился всё реже. Оглушающе ревели моторы, немецкий танк, перестав поливать пулемётным огнём сибиряков, разворачивался почти над головой рядового Кравцова. Сергей осторожно взял в правую руку связку гранат и стал выползать на дорогу, медленно сближаясь с грохочущей на холостых оборотах вражеской боевой машиной. Незамеченным Сергей подполз почти вплотную к железной громадине, приготовил связку гранат. Ползти он кое-как мог, но на то, чтобы добросить до танка гранаты, сил уже не было. Он сделал ещё несколько движений в сторону танка, с трудом выдернул чеку на одной из гранат и успел слегка подтолкнуть связку поближе к танку. Через мгновение раздался оглушительный взрыв. Танк, потеряв траки гусениц, намертво встал, загородив дорогу другим.

Немцы не сразу заметили, что из-за леса вновь вынырнули русские самолёты, и новая волна десантников, как цунами, буквально обрушилась на головы немецких солдат. Русские вступали в бой сразу же, не теряя ни секунды, казалось, что они начинали стрелять, не достигнув земли. В этот раз немцы не сумели ничего предпринять. Взорванные бронемашины и танки, перегородившие пути к отступлению остальной колонне, превратили её в хорошую мишень. Только несколько танков и бронемашин сумели вырваться из огненного ада и на предельной скорости помчались назад. Казалось, что не только экипажи, но и сами боевые машины охватил животный ужас, что не только люди, но и танки с автомобилями возвещают окрестности о том кошмаре, из которого они только что выбрались. Когда прошла эйфория боя, наши стали подсчитывать потери... Выяснилось, что только при падении из каждых ста человек погибли двенадцать. Сколько людей остались покалеченными, какие страшные травмы получили люди, прыгая с высоты в пять-десять метров на огромной скорости... Кто сейчас это подсчитает?

Вечная слава русским воинам, погибшим при этом беспримерном массовом подвиге! Вечная слава тем, кто выжил и продолжал воевать! Помяните, православные, в своих молитвах русских воинов, погибших за Отечество!

topwar.ru

Можайский десант: информация

Советский летчик, совершавший разведывательный полет на территорией противника во время возвращения заметил колонну немецкой бронетехники, двигающую к Москве.

Выяснилось, что на пути вражеских танков нет ни заградотрядов, ни противотанковых средств. Было принято решение выбросить десант перед колонной. На ближайший аэродром привезли свежий полк сибиряков.

Построили, предложили добровольцам прыгнуть с самолета в снег и остановить врага.

Причем предупредили сразу, что прыгать придется без парашютов, с бреющего полета прямо пред колонной. Это был не приказ, а просьба, но шаг вперед сделали все.

Далее приведем строки из романа Юрия Сергеева «Княжий остров»: «Немецкая колонна ходко неслась по заснеженному шоссе.

Вдруг впереди появились низко летящие русские самолеты, они словно собирались приземляться, стлались над сугробами, сбросив до предела скорость, в десяти — двадцати метрах от поверхности снега, и вдруг посыпались гроздьями люди на заснеженное поле рядом с дорогой.

Они кувыркались в снежных вихрях, а следом прыгали все новые и новые бойцы в белых полушубках и казались врагу, охваченному паническим ужасом, что не будет конца этому белому смерчу, этой белой небесной реке русских, падающих в снег рядом с танками за кюветом, встающих живыми и с ходу бросающихся под гусеницы со связками гранат… Они шли, как белые привидения, поливая из автоматов пехоту в машинах, выстрелы противотанковых ружей прожигали броню, горело уже несколько танков.

Русских не было видно в снегу, они словно вырастали из самой земли: бесстрашные, яростные и святые в своем возмездии, неудержимые никаким оружием. Бой кипел и клокотал на шоссе. Немцы перебили почти всех и уже радовались победе, увидев догнавшую их новую колонну танков и мотопехоты, когда опять волна самолетов выползла из леса и из них хлынул белый водопад свежих бойцов, еще в падении поражая врага…

Немецкие колонны были уничтожены, только несколько броневиков и машин вырвались из этого ада и помчались назад, неся смертный ужас и мистический страх перед бесстрашием, волей и духом русского солдата. После выяснилось, что при падении в снег погибло всего двенадцать процентов десанта.

Остальные приняли неравный бой.

Я не могу представить ни немца, ни американца, ни англичанина, добровольно и без парашюта прыгающего на танки.

Нынешние разорители России и нашей армии обязательно поглумятся над этим фактом истории…

Чего только не напишут: дескать, солдаты боялись Сталина, боялись, что их расстреляют, что их силой заставили.

my-cccp.ru

Легенда о Можайском десанте

Создавая это стихотворение, протоиерей, по его словам, основывался на сведениях из романа «Княжий остров». Процитируем:

«Жуков сурово оглядел лица присутствующих военноначальников:

— Что будем делать? Немцы идут к Москве! Как вы могли не укрепить стратегически важное шоссе, танковое направление? Такую колонну трудно остановить! Невозможно выбросить им войска наперерез… Они почти в дамках. Есть бомбардировщики на аэродроме?

— Есть, но израсходованы бомбы. Ни одной не осталось. Можно транспортные ТБ-3 послать в Москву на склады, — промямлил один из генералов.

— Не успеть… — Жуков задумался, прошёлся по комнате и приказал. — Готовить десант!

— Нет парашютов, — подал голос один из лётчиков.

— Готовить десант! — опять повторил Жуков. — Когда я ехал сюда, видел на марше свежий полк сибиряков недалеко от аэродрома, задержать его, повернуть к самолётам. Едем туда.

Когда начальство прибыло к аэродрому, полк сибиряков был уже выстроен на лётном поле. Жуков невольно залюбовался, глядя на здоровых, румяных парней и мужиков в новеньких белых полушубках. Полк, увидев приближающегося Жукова, замер без команды.

— Братья!!! — зычно крикнул Жуков новобранцам. — Колонна немецких танков прорвалась к Москве и скоро будет в столице… Нет средств их остановить, а надо это сделать, чтобы не посеять панику и не пролить невинную кровь мирных людей. Я не могу вам приказать пойти на это… Я прошу вас… Нужны только добровольцы. Вон в тех машинах собраны противотанковые ружья, гранаты и взрывчатка… Ставлю задачу, равной которой не было в истории войн. И не будет, наверное… Вы видите, что сама природа встала на защиту святого Отечества, такого снега давно не помнила подмосковная земля. На бреющем полёте надо выбросить десант перед танковой колонной и остановить её. Нужно будет прыгать в снег без парашютов — их нет… Нет у нас и иного выхода. Добровольцы! Три шага вперёд!

Колыхнулся и единым монолитом весь полк сделал три шага. Ни одного человека не осталось на месте.

— С Богом! Таких солдат нет ни в одной армии мира. И никогда не будет!

Жуков низко поклонился солдатам и приказал:

— Раздать противотанковые средства!

Транспортные самолёты тяжело отрывались от земли и брали курс на Можайск. Жуков неподвижно смотрел им вслед, заложив руку за шинель. Обеспокоенный ординарец спросил:

— С сердцем плохо, товарищ генерал армии?

— Всё нормально.

В это время последний самолёт оторвался от земли. Жуков судорожно сжал возле сердца иконку Божией Матери, которую носил с собой с начала войны, и прошептал молитву. Потом, не страшась никого, резко перекрестился и тяжелой походкой направился к машине. Усаживаясь, сказал шофёру:

— Не могу себе представить ни американца, ни англичанина, ни даже немца, который добровольно без парашюта прыгает с самолёта!

Немецкая колонна ходко неслась по заснеженному шоссе. Вдруг впереди появились низко летящие русские самолёты, они, словно собираясь приземляться, стлались над самой землей. На высоте четырёх-десяти метров от земли из самолётов как гроздья посыпались люди. От их падений снег вздымался, как земля после взрывов снарядов, люди кувыркались в снежных вихрях, и тут же эти белые снежные взрывы обернулись пламенными разрывами гранат и автоматными очередями, сеющими панику и смерть в немецких колоннах. Призраки в белых полушубках бросались под танки со связками гранат, стреляли из противотанковых ружей, атака была столь стремительной, что немцы долго не могли прийти в себя. Яростные, бесстрашные в своём возмездии, русские несли смерть. Прожжённые противотанковыми ружьями, взорванные гранатами, горели танки.

Бой кипел возле шоссе, и будь на месте немецкой армии французская, американская или английская, белый смерч русского десанта смял бы их сразу, но дисциплинированные немцы сумели после первого шока прийти в себя, организовали оборону и, имея большое превосходство в живой силе и технике, сумели принять бой и с помощью танков, пехоты и бронемашин отразить русскую атаку, расстреляв почти всех десантников. Немцы радовались победе, тем более, что новая колонна танков, мотоциклов, бронемашин и автомобилей с пехотой подошла с запада и вступила в бой.

Немцы не сразу заметили, что из-за леса вновь вынырнули русские самолёты, и новая волна десантников, как цунами, буквально обрушилась на головы немецких солдат. Русские вступали в бой сразу же, не теряя ни секунды, казалось, что они начинали стрелять, не достигнув земли. В этот раз немцы не сумели ничего предпринять. Взорванные бронемашины и танки, перегородившие пути к отступлению остальной колонне, превратили её в хорошую мишень. Только несколько танков и бронемашин сумели вырваться из огненного ада и на предельной скорости помчались назад. Казалось, что не только экипажи, но и сами боевые машины охватил животный ужас, что не только люди, но и танки с автомобилями возвещают окрестности о том кошмаре, из которого они только что выбрались. Когда прошла эйфория боя, наши стали подсчитывать потери… Выяснилось, что только при падении из каждых ста человек погибли двенадцать. Сколько людей остались покалеченными, какие страшные травмы получили люди, прыгая с высоты в пять-десять метров на огромной скорости… Кто сейчас это подсчитает?

Остальные приняли неравный бой… Вечная память русскому воину! Помолитесь за них, люди… Помяните Можайский десант".

Роман есть роман. Писатель имеет право на художественный вымысел. Но, может быть, есть и документальная основа для такого сюжета?

В книге «Воздушные десанты Второй мировой войны» указывается, что русские применяли десантирование пехоты в снег с низко летящего самолёта при помощи так называемого контейнера Гроховского. В некоторых справочных документах имеются сведения о том, что действительно советский инженер Гроховский в 30-е годы прошлого столетия разработал приспособление, с помощью которого можно было приземляться из самолёта с низких высот и на малой скорости без парашюта. Правда, испытания давали большой процент гибели. Накануне войны Гроховский был репрессирован. Судьба его изобретения неизвестна.

В книге немецкого автора Алькмара Гове «Внимание, парашютисты!» есть такие строки: «Советские самолёты на бреющем полёте пролетали над покрытыми снегом полями и сбрасывали пехотинцев с оружием без парашютов прямо в глубокий снег.» Ниже шло примечание переводчика: «В 1930-х годах в СССР действительно проводились эксперименты по беспарашютному сбрасыванию десантников с минимальной высоты с легкомоторных самолётов (в частности, спомощью „кассет Гроховского“). Но в реальных боевых условиях такая методика не применялась.»

Единственный самолет, технические характеристики которого позволяли провести подобное десантирование, это Г-2 — десантно-грузовой (до 38 десантников) вариант знаменитого ТБ-3, который, в свою очередь, являлся военной модификацией АНТ-6. При максимальной скорости 190 — 208 км/час, посадочная скорость составляла около 60 км/час. Самолет мог садиться на необорудованные посадочные полосы с глубиной снежного покрова до 1 метра.

Летчики, воевавшие на ТБ-3, рассказывали, что он хорошо вел себя на высоте 2−3 метра при скорости полета 70−80 км/час, чем они иногда пользовались, сбрасывая грузы.

Член Международной ассоциации историков Второй мировой войны профессор Юрий Рубцов так прокомментировал эту легенду:

— Думаю, что сюжеты романа и стихотворения протоиерея Александра Тоготина основаны на вполне реальной легенде. Восхищение нашими орлами-десантниками помноженное на действительно легендарный характер нашей победы под Москвой не могло не привести к созданию таких легенд. А фактической базой для них были предвоенные испытания контейнера Гроховского и вполне реальный авиадесант, выброшенный на Можайской линии обороны, правда, с парашютами.

5 октября 1941 года наша воздушная разведка обнаружила 25-километровую немецкую моторизированную колонну, которая полным ходом двигалась по Варшавскому шоссе в направлении Юхнова. 200 танков, 20 тысяч пехоты на автомашинах в сопровождении авиации и артиллерии представляли смертельную угрозу для Москвы, до которой оставалось 198 километров. Советских войск на этом пути не было. Лишь в Подольске имелось два военных училища: пехотное — ППУ (начальник училища генерал-майор Василий Смирнов, численность — 2000 курсантов) и артиллерийское — ПАУ (начальник училища полковник Иван Стрельбицкий, численность -1500 курсантов).

Для того, чтобы дать им время занять оборону, был сброшен небольшой авиадесант под командованием капитана Сторчака. Подольские курсанты вскоре объединились с группой Сторчака. И они вместе сдерживали колонну несколько суток до прибытия подкрепления.

Погибли почти все, но не дали фашистам прорваться к Москве. Этот подвиг достоин и легенд, и романов, и песен, и кинофильмов.

fishki.net

Можайский десант

Его вели, чтобы расстрелять. Его даже недослушали.

– Паникер и диверсант! Расстрелять сволочь! 

Это было в конце 1941 года. Во время тяжелейших боев под Москвой. Немцы прорвались к Москве! Колонна из 54 танков, бронемашин и грузовиков с солдатами беспрепятственно шла к столице по Можайскому шоссе. Ему просто не поверили. 

Сильный удар толстомордого энкавэдэшника сбил с ног. 

– Вперед, фашист! 

Спас летчика Жуков, с которым столкнулись у выхода. 

– Что за летчик? 

– Диверсант, товарищ главнокомандующий! Утверждает, что к Москве прорвалась большая колонна немецкой бронетехники. Якобы видел с воздуха. Врет! Товарищ Берия лично приказал расстрелять паникера. 

* * * 

Жуков поверил. Хотя и перепроверил. Отправленная разведка подтвердила — немецкая колонна в нескольких километрах от Москвы. 

– Товарищи! Братья! Враг прорвался к столице, — голос главнокомандующего звенел в морозной тишине. — Мне нужны только добровольцы. У нас нет даже парашютов. В эти минуты решается судьба Москвы. Русский солдат сможет и это. Прыгать придется с самолетов прямо в снег. Повторяю, мне нужны только добровольцы! 

Колонна сибиряков молчала. 

– Самолеты готовы к высадке десанта, — продолжал Жуков. — Добровольцы, шаг вперед. 

Шаг вперед сделали все как один. Вся колонна. 

* * * 

Лица этих людей почему-то врезались в память летчика. Прыгать в снег с высоты многоэтажного дома? Позже на войне он видел и не такое. Но именно этот эпизод прочно врезался в память. 

Возможно потому, что за несколько минут до этого уже считал себя мертвецом. А теперь его самолет на бреющем полете сбрасывал беcпарашютный десант над немецкой колонной. 

Сверху черная колонна на белом снегу казалась червем. Черным и жирным, неторопливо ползшим на восток. 

Немцы, похоже, сначала даже не поняли, что происходит. Внезапно появившиеся впереди несколько самолетов с красными звездами на крыльях летели низко. Слишком низко. Казалось, что они выплывают из темноты морозного вечера. Но это была лишь иллюзия. 

Люди посыпались из самолетов на землю, словно горох. Немецкие офицеры и солдаты не понимали, что происходит. Шок и растерянность в колонне царили недолго. И не прошло даже несколько минут, когда раздались выстрелы. 

Многие из упавших на землю тут же вставали и бежали вперед. Многие оставались лежать неподвижно. 

Растерянность немцев, атакованных странным десантом, прошла, когда уже вспыхнули первые танки. До гитлеровцев наконец дошло, что их атакуют! Атакуют, вопреки всякой логике и смыслу. Атакуют те, кто, если верить Ньютону, должны лежать расплющенными в лепешки. 

* * * 

Пока царило замешательство, русские самолеты развернулись и ушли. Но на земле остались те, кто выпрыгнул из них. 

Когда самолет вернулся, сделав второй заход над колонной, внизу уже почти все было кончено. Часть машин горела. Многочисленные темные точки немецких шинелей чернели на снегу. 

Убитых наших бойцов, одетых в светлые овчинные полушубки, почти не было видно. В живых оставалось, в лучшем случае, несколько человек. Отдельные вспышки их выстрелов уже не могли остановить напора оставшейся части колонны. 

Это сделали те, кого самолеты выбросили вновь. Можайский десант. Русские воины, появившиеся с неба, чтобы защитить сердце своей Родины. 

Примечание. Этот материал – не фантазия автора. Также не является он литературным рассказом либо публицистической статьей. «Можайский десант» — это всего лишь попытка реконструкции одного из ярчайших эпизодов Великой Отечественной войны. Известно о нем очень немного. В основном благодаря книге «Воздушно-десантные войска» (составитель — бывший главком ВДВ РФ генерал-полковник Г.И. Шпак, Москва, 2003), откуда и были почерпнуты крупицы информации об этом историческом факте, легшие в основу данного материала.

kukovenko.ru