Ленинградское дело. Ленинградское дело


Ленинградское дело

Иосиф Сталин был самой неоднозначной и жестокой фигурой в истории нашей страны. Его методы поражали и заставляли народ жить в страхе и полном повиновении. Любые действия совершались с осторожностью, а в каждой квартире всегда был приготовлен чемодан на случай ареста.

Ленинградское дело – это название общего вида для целого списка судебных дел, которые проводились в послевоенные годы, а именно с 1949 по 1952. Эти судебные дела были направлены против деятелей Ленинградской партийной организации. Все было сделано для того, чтобы ослабить роль этой организации в СССР, так как в это время в советском союзе был установлен культ личности Сталина. Ленинградское дело обвинило нескольких представителей Ленинградской партии в измене Родине. Кто же попал в это дело? Благодаря доносам, правдивость которых так и не была установлена, к процессу привлекались почти все выдвинутые ленинградской партией деятели для руководящей службы в Москве после ВОВ.

Несмотря на название дела, аресты проводились по всей стране, включая Москву, Симферополь, Новгород, Псков и Таллин.

По первому процессу привлеклись следующие лица:

  • А.А. Кузнецов – этот человек занимал должность 1-го секретаря ЦК ВКПб.
  • П.С. Попков – 1-ый секретарь в Ленинградском горкоме/обкома ВКПб.
  • И.М. Турко – представитель не ленинградской партии, первый секретарь в Ярославском обкоме ВКПб.
  • М.И. Родионов – это председатель Совета министров в РСФСР.
  • Н.А. Вознесенский, который являлся председателем Госплана СССР и другие.

Что же послужило поводом? Ленинградское дело (кратко будут описаны важные события процесса) - это список компромата на государственных деятелей Ленинградской партии. К началу 1949 года все документы были уже собраны, а начало процессу положила проведенная в Ленинграде Всероссийская оптовая ярмарка (10-20 января 1949 года). Помимо предъявления обвинений в измене Родине, государственных деятелей обвинили и в фальсификации выборов нового руководства, проводившихся в декабре предыдущего года. После ярмарки Г. Маленков выдвинул против деятелей, которые перечислены выше, обвинения в том, что это событие было проведено без ведома таких органов, как Центральный комитет партии и правительство.

Однако документы подтверждали совсем иное: Совет министров разрешил Ярмарку своим постановлением от 11 ноября предыдущего года.

В феврале 1949 года Маленков выезжает в Ленинград. Ленинградское дело приходит в пик своей активности и жестокости. Проведя заседания бюро горкома и обкома, Маленков представил там указ, по которому государственные деятели обвинялись в антипартийной деятельности и снимались со своих постов. Всех арестовали. В течение целого года арестованные подвергались жестоким пыткам и допросам. После чего Н.Вознесенский, Я.Капустин, П. Попков, П.Лазутин, А Кузнецов, М. Родионов были расстреляны.

Ленинградское дело, дело врачей, последующее после первого, ярко отражают непоследовательную политику Сталина, который делал все для того, чтобы его власть была неприкасаемой. Его тревожность, постоянная подозрительность приводили к массовым репрессиям, большинство из которых неоправданы. Ленинградское дело было пересмотрено в 1954 году, а лица, участвовавшие в процессе, реабилитированы.

fb.ru

Ленинградское дело - это... Что такое Ленинградское дело?

В этой статье не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена. Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники. Эта отметка установлена 13 мая 2011.
Проверить информацию.

Необходимо проверить точность фактов и достоверность сведений, изложенных в этой статье.На странице обсуждения должны быть пояснения.

Проверить нейтральность.

На странице обсуждения должны быть подробности.

«Ленинградское дело» — серия судебных процессов в конце 1940-х в начале 1950-х годов против партийных и государственных руководителей РСФСР в СССР. Жертвами репрессий стали все руководители Ленинградских областных, городских и районных организаций ВКП (б), почти все советские и государственные деятели, которые после Великой Отечественной войны были выдвинуты из Ленинграда на руководящую работу в Москву и в другие областные партийные организации. Аресты производились как в Ленинграде, так и по всей стране — в Москве, Горьком, Мурманске, Симферополе, Новгороде, Рязани, Пскове, Петрозаводске, Таллине.

По первому из этих процессов были привлечены председатель Госплана СССР Н. А. Вознесенский, председатель Совета министров РСФСР М. И. Родионов, секретарь ЦК ВКП(б) А. А. Кузнецов, первый секретарь Ленинградского обкома и горкома П. С. Попков, второй секретарь Ленинградского горкома ВКП(б) Я. Ф. Капустин, председатель Ленгорисполкома П. Г. Лазутин. Все обвиняемые 30 сентября 1950 года были приговорены к расстрелу. Приговоры были приведены в исполнение в тот же день.

Ход дела

Поводом для Ленинградского дела послужило проведение в Ленинграде с 10 по 20 января 1949 года Всероссийской оптовой ярмарки. Сообщение о ярмарке стало дополнением к уже имевшемуся компромату. Руководителей Ленинградской партийной организации обвинили в подтасовках в ходе выборов нового руководства на конференции в декабре 1948 года[1].

Г. М. Маленков выдвинул против А. А. Кузнецова и Председателя Совета Министров РСФСР М. И. Родионова, секретарей Ленинградского обкома и горкома партии П. С. Попкова и Я. Ф. Капустина обвинения в том, что они провели ярмарку без ведома и в обход ЦК и правительства. Между тем документально установлено, что ярмарка была проведена во исполнение постановления Совета Министров СССР. 11 ноября 1948 г. Бюро Совета Министров СССР под председательством Маленкова приняло постановление «О мероприятиях по улучшению торговли». В постановлении сказано: «организовать в ноябре— декабре 1948 года межобластные оптовые ярмарки, на которых произвести распродажу излишних товаров, разрешить свободный вывоз из одной области в другую купленных на ярмарке промышленных товаров». Во исполнение этого постановления Министерство торговли СССР и Совет Министров РСФСР приняли решение провести в Ленинграде с 10 по 20 января Всероссийскую оптовую ярмарку и обязали Ленинградский горисполком оказать практическую помощь в ее организации и проведении.13 января 1949 г. во время работы ярмарки Председатель Совета Министров РСФСР М. И. Родионов направил письменную информацию на имя секретаря ЦК ВКП(б) Г. М. Маленкова об открывшейся в Ленинграде Всероссийской оптовой ярмарке с участием в ней торговых организаций союзных республик.

15 февраля 1949 года было принято постановление политбюро ЦК ВКП(б) «Об антипартийных действиях члена ЦК ВКП(б) т. Кузнецова А. А. и кандидатов в члены ЦК ВКП(б) тт. Родионова М. И. и Попкова П. С.». Все трое были сняты с занимаемых постов. В это же время развернулась подготовка фальсификаций в отношении Н. А. Вознесенского[источник не указан 217 дней]. В этих целях была использована докладная записка заместителя председателя Госснаба СССР М. Т. Помазнева о занижении Госпланом СССР плана промышленного производства СССР на первый квартал 1949 года. Этот документ послужил началом для возведения обвинений в отношении Н. А. Вознесенского.

21 февраля 1949 г. Маленков с группой работников ЦК ВКП(б) выехал в Ленинград. На объединенном заседании бюро обкома и горкома 21 февраля 1949 года секретарь ЦК ВКП(б) Маленков с помощью угроз[источник не указан 217 дней] добивался от секретарей обкома и горкома признания в том, что в Ленинграде существовала враждебная антипартийная группировка. 22 февраля 1949 года состоялся объединенный пленум Ленинградского обкома и горкома партии, на котором Г. М. Маленков сделал сообщение о постановлении ЦК ВКП(б) от 15 февраля 1949 г.Никто из выступавших не привел каких-либо фактов о существовании антипартийной группы, только П. С. Попков и Я. Ф. Капустин признали, что их деятельность носила антипартийный характер. Вслед за ними и другие выступающие стали каяться в не совершенных ими ошибках. В постановлении объединенного пленума обкома и горкома А. А. Кузнецов, М. И. Родионов, П. С. Попков, Я. Ф. Капустин обвинялись в принадлежности к антипартийной группе.

Летом 1949 года начался новый этап в разработке так называемого «Ленинградского дела». Абакумов и работники возглавляемого им МГБ сфабриковали материалы[источник не указан 217 дней], обвиняя А. А. Кузнецова, М. И. Родионова и руководителей Ленинградской областной организации ВКП (б) в контрреволюционной деятельности. Было дано указание об арестах, которые начались с июля 1949 года.

Информация о снятии с работы, привлечению к партийной и уголовной ответственности, о судебных процессах в прессе не публиковалась.

Более года арестованных подвергали допросам и пыткам. Всем осуждённым было предъявлено обвинение в том, что, создав антипартийную группу, они проводили вредительско-подрывную работу, направленную на отрыв и противопоставление ленинградской партийной организации Центральному Комитету партии, превращение её в опору для борьбы с партией и ЦК ВКП(б).[2] Вопрос о физическом уничтожении был предрешён задолго до процесса, состоявшегося 29—30 сентября 1950 г. в Ленинграде в Доме офицеров на Литейном проспекте. Именно ради «ленинградцев» в СССР вновь вводится смертная казнь[источник не указан 217 дней]. До этого, в 1947 году, Указом Президиума Верховного Совета СССР смертная казнь была отменена. Уже в ходе следствия по ленинградскому делу, 12 января 1950 года, происходит восстановление смертной казни по отношению к изменникам Родины, шпионам и подрывникам-диверсантам. Несмотря на то, что правило «закон обратной силы не имеет» не действует в данном случае, введение смертной казни происходит за три дня до постановления политбюро ЦК ВКП(б) «Об антипартийных действиях…», и потому связь между двумя фактами просматривается. 1 октября 1950 года в 2.00, спустя час после оглашения приговора, Н. А. Вознесенский, А. А. Кузнецов, М. И. Родионов, П. С. Попков, Я. Ф. Капустин, П. Г. Лазутин были расстреляны. Прах их тайно захоронили на Левашовской пустоши под Ленинградом. И. М. Турко, Т. В. Закржевскую и Ф. Е. Михеева осудили на длительное тюремное заключение.

После расправы над «центральной группой» состоялись судебные процессы, которые вынесли приговоры остальным лицам, проходившим по «Ленинградскому делу». В Москве были расстреляны 20 человек. Тела Г. Ф. Бадаева, М. В. Басова, В. О. Белопольского, А. А. Бубнова, А. И. Бурилина, А. Д. Вербицкого, М. А. Вознесенской, А. А. Вознесенского, В. П. Галкина, В. Н. Иванова, П. Н. Кубаткина, П. И. Левина, М. Н. Никитина, М. И. Петровского, М. И. Сафонова, Н. В. Соловьева, П. Т. Талюша, И. С. Харитонова, П. А. Чурсина вывезли на кладбище Донского монастыря, кремировали и сбросили останки в яму.

Вход в музей (лето 2007)

Разгром был учинён в Ленинградском университете, Ленинградском филиале Музея Ленина[3], Ленинградском музее революции[4] и Музее обороны Ленинграда.

Репрессиям подверглись также хозяйственные, профсоюзные, комсомольские и военные работники, учёные, представители творческой интеллигенции (ленинградские учёные и работники культуры осуждались по отдельным делам, не связанным с собственно Ленинградским делом).

Аресты продолжались и позднее. В августе 1952 г. на длительные сроки тюремного заключения были осуждены по сфальсифицированным «делам» Смольнинского, Дзержинского и других районов города свыше 50 человек, работавших во время блокады секретарями райкомов партии и председателями райисполкомов.

Тяжкие испытания выпали и на долю родственников. С октября 1950 г. начались аресты членов семей, которых ждали пытки следствия, тюрьмы, этапы, лагеря, ссылки.

Из докладной записки министра внутренних дел Круглова и его заместителя Серова: "Всего было осуждено 214 человек, из них 69 человек основных обвиняемых и 145 человек из числа близких и дальних родственников. Кроме того, 2 человека умерли в тюрьме до суда. 23 человека осуждены военной коллегией к высшей мере наказания (расстрелу)"[5].

Документы

Совершенно секретно

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ ВКП(б)

товарищу СТАЛИНУ И. В.

При этом представляю список арестованных по ленинградскому делу. Видимо целесообразно, по опыту прошлого, осудить в закрытом заседании Выездной сессии Военной Коллегии Верховного Суда СССР в Ленинграде без участия сторон, то есть обвинения и защиты, группу человек 9-10 основных обвиняемых. Остальных обвиняемых осудить в общем порядке Военной Коллегией Верховного Суда СССР. Для составления обвинительного заключения и подготовки дела к рассмотрению в суде, нам необходимо знать лиц, которых следует осудить в числе группы основных обвиняемых. Прошу Ваших указаний. В отношении состава Военной Коллегии Верховного Суда СССР доложу Вам дополнительно.

В. Абакумов

№ 6370/А «18» января 1950 года.

Совершенно секретно

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ ВКП(б)

товарищу СТАЛИНУ И. В.

При этом представляю список на остальных арестованных по ленинградскому делу. МГБ СССР считает необходимым осудить Военной Коллегией Верховного Суда СССР в обычном порядке, без участия сторон, в Лефортовской тюрьме, с рассмотрением дел на каждого обвиняемого в отдельности: Первое. — Обвиняемых, перечисленных в прилагаемом списке с 1 по 19 номер включительно: СОЛОВЬЕВА, ВЕРБИЦКОГО, ЛЕВИНА, БАДАЕВА, ВОЗНЕСЕНСКОГО, КУБАТКИНА, ВОЗНЕСЕНСКУЮ, БОНДАРЕНКО, ХАРИТОНОВА, БУРИЛИНА, БАСОВА, НИКИТИНА, ТАЛЮШ, САФОНОВА, ГАЛКИНА, ИВАНОВА, БУБНОВА, ПЕТРОВСКОГО, ЧУРСИНА, — к смертной казни — расстрелу, без права обжалования, помилования и с приведением приговора суда в исполнение немедленно. Второе. — С 20 по 32 номер списка включительно: ГРИГОРЬЕВА, КОЛОБАШКИНА, СИНЦОВА, БУМАГИНА, БОЯР, КЛЕМЕНЧУК, КУЗЬМЕНКО, ТАИРОВА, ШУМИЛОВА, НИКАНОРОВА, ХОВАНОВА, РАКОВА и БЕЛОПОЛЬСКОГО, — к 25 годам заключения в тюрьму каждого. Третье. — С 33 по 38 номер списка: ТИХОНОВА, ПАВЛОВА, ЛИЗУНОВА, ПОДГОРСКОГО, ВЕДЕРНИКОВА и СКРИПЧЕНКО, — на 15 лет заключения в особый лагерь каждого. Прошу Вашего разрешения.

В. Абакумов 7220/А 1950 год

СОВ. СЕКРЕТНО

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ ВКП(б)

товарищу СТАЛИНУ И. В.

При этом представляем обвинительное заключение по делу КУЗНЕЦОВА, ПОПКОВА, ВОЗНЕСЕНСКОГО, КАПУСТИНА, ЛАЗУТИНА, РОДИОНОВА, ТУРКО, ЗАКРЖЕВСКОЙ и МИХЕЕВА, всего в количестве девяти человек. Считаем необходимым осудить всех их Военной Коллегией Верховного Суда Союза ССР, причем основных обвиняемых КУЗНЕЦОВА, ПОПКОВА, ВОЗНЕСЕНСКОГО, КАПУСТИНА, ЛАЗУТИНА и РОДИОНОВА, в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 января 1950 года, к смертной казни — расстрелу, без права помилования, с немедленным приведением приговора суда в исполнение. ТУРКО — к 15 годам тюрьмы, ЗАКРЖЕВСКУЮ и МИХЕЕВА — к 10 годам тюремного заключения каждого. Состав суда определить: председательствующий — заместитель председателя Военной Коллегии Верховного Суда Союза ССР генерал-майор юстиции МАТУЛЕВИЧ И. О., члены суда — генерал-майор юстиции ЗАРЯНОВ И. М. и генерал-майор юстиции ДЕТИСТОВ И. В. Дело заслушать в Ленинграде без участия сторон (прокурора и адвокатов) в закрытом заседании, без опубликования в печати, но в присутствии 100—150 чел. из числа партийного актива ленинградской организации. Слушание дела, с учетом необходимости тщательной подготовки судебного разбирательства, можно было бы, по нашему мнению, начать 25 сентября 1950 года. Просим Ваших указаний. АБАКУМОВ ВАВИЛОВ " " сентября 1950 г.

[6]

С октября 1950 г. начались аресты и допросы членов семей обвиняемых. При пересмотре дела поступило предложение о реабилитации родственников лиц, осужденных по «Ленинградскому делу». В докладной записке от 10 декабря 1953 г. руководителей МВД СССР С. Н. Круглова и И. А. Серова утверждалось, что «на абсолютное большинство из них не имелось серьёзных оснований для привлечения к уголовной ответственности или высылке в дальние районы Сибири». В записке были приведены наиболее вопиющие факты в данном отношении. Так, Особое совещание МГБ СССР осудило на 5 лет ссылки мать секретаря Ленинградского обкома Г. Ф. Бадаева в возрасте 67 лет и двух его сестер, проживавших самостоятельно. Отправили в ссылку отца секретаря Ленинградского горисполкома А. А. Бубнова в возрасте 72 лет, мать 66 лет, двух братьев и двух сестер.

Аресты продолжались и позднее. В августе 1952 г. на длительные сроки тюремного заключения были осуждены по сфальсифицированным делам свыше 50 человек, работавших во время блокады секретарями райкомов партии и председателями райисполкомов Смольнинского, Дзержинского и других районов города.

В 1949—1952 гг. только в Ленинграде и области было освобождено от работы, исключены из партии свыше 2 тысяч человек.[7]

Пересмотр дела в 1954 году

30 апреля 1954 года Верховный суд СССР пересмотрел «Ленинградское дело» и реабилитировал лиц, проходивших по нему, а 3 мая Президиум ЦК КПСС принял окончательное постановление «О деле Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других». В окончательном варианте постановления была расширена констатирующая часть. В ней говорилось:[источник не указан 1295 дней]

Расследованием, проведённым в настоящее время Прокуратурой СССР по поручению ЦК КПСС, установлено, что дело по обвинению Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других в измене Родине, контрреволюционном вредительстве и участии в антисоветской группе было сфабриковано во вражеских контрреволюционных целях бывшим министром Госбезопасности, ныне арестованным Абакумовым и его сообщниками. Используя факты нарушения государственной дисциплины и отдельных проступков со стороны Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других, за которые они были сняты с занимаемых постов с наложением партийных взысканий, Абакумов и его сообщники искусственно представляли эти действия, как действия организованной антисоветской изменнической группы и избиениями и угрозами добились вымышленных показаний арестованных о создании якобы ими заговора…

Мнения

Серго Берия[8]:

Судьбу Кузнецова, Вознесенского, да и всего так называемого «Ленинградского дела» решала комиссия ЦК, что вполне понятно, учитывая положение обвиняемых. В её состав входили Маленков, Хрущев и Шкирятов. Смерть ленинградских руководителей в первую очередь на их совести. Лишь одна деталь, на которую в течение многих лет предпочитают закрывать глаза отечественные историки: все допросы обвиняемых, проходивших по этому «делу», вели не следователи МГБ, а члены партийной комиссии.

Мой отец никакого отношения к этим гнусным вещам не имел. Помню, он сразу же сказал, что это очередная затея по захвату командных высот с помощью разгрома Ленинградской партийной организации, которая очень поддерживала Вознесенского. А Вознесенского, которого уважал и ценил мой отец, что было хорошо известно, в Кремле не любили. Одна из причин — благосклонность к этому талантливому руководителю Сталина. Проще говоря, в Вознесенском видели конкурента… Вознесенского, как позднее и отца, убрал партийный аппарат. Не случись этого, страна, вне всяких сомнений, уже в самые ближайшие годы могла иметь очень сильного Председателя Совета Министров.

Чуев Ф. Сто сорок бесед с Молотовым: Из дневника Ф. Чуева; М.1991. стр. 434.:

Надо иметь в виду, что Берия боялся Вознесенского и очень был против него. А Вознесенский, безусловно, очень подготовленный, крупный работник, но претендовать на руководство партией он никак не мог. Сталин его сделал первым замом по Совету Министров, Берии это очень не понравилось. И потом мне Берия говорил по телефону, что были у Сталина, убедили его, что это неправильно, и Сталин тоже пришел к такому выводу. Вознесенского сняли с первых замов. Видимо, в это время чекистские органы подготовляли какой-то материал — что там было, не могу сказать. А Маленков туда ездил, конечно, по указанию Сталина, сам он в таких делах ничего самостоятельно не мог предпринимать. Он был хорошим, честным исполнителем. Никто из нас в таких делах не мог решать самостоятельно. Маленков тут стал козлом отпущения.

Постановление Президиума Верховного суда РФ от 17 декабря 1997 года:[9]:

Абакумов и его подчинённые […] создали так называемое Ленинградское дело. В 1950 году Абакумов расправился со 150 членами семей осуждённых по «Ленинградскому делу», репрессировав их.

М. Е. Червяков, репрессированный по «Ленинградскому делу»[10]:

Да, с нас сняли злонамеренные сфабрикованные нелепые обвинения, освободили от тюрем, вернули из ссылок и лагерей, восстановили в рядах КПСС… Об одном никогда не вспоминали — о растоптанных грязными сапогами маленковско-андриановской своры чести, достоинства репрессированных. Когда нас снимали, исключали, сажали, все эти козловы, носенковы, малины, галушки, сафроновы, иже с ними находили время, желание, слова, чтобы разъяснить людям «справедливость» своих интриганских преступных действий, очернить нас в глазах многочисленных трудовых коллективов. То, что у этих лиц после нашей реабилитации (а они же нас и «принимали») не заговорила совесть, меня никогда не удивляло — действовать может только то, что реально существует. Но ведь от начала «Ленинградского дела» прошло сорок лет и никто — ни на каком уровне: партийном, государственном — не принёс нам официальных извинений и сожалений, даже словом не осудил каждого, кто принимал участие в фабрикации этого грязного «дела»…

Г.М. Маленков, Выступление на пленуме ЦК КПСС в июне 1957 года[11]:

Никогда организатором ленинградского дела я не был, это легко установить, да и здесь достаточно товарищей, которые могут сказать, что это делалось по личному указанию Сталина. Что я руководил Сталиным? Так сказать — смеяться будут.

См. также

Примечания

Литература

Ссылки

dic.academic.ru

Ленинградское дело


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА
Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ

«Ленинградское дело»

«Ленинградское дело» (дело русских национал-большевиков), процесс над русскими национал-большевиками в рядах коммунистической партии, организованный еврейскими большевиками в борьбе за власть над Русским Народом. Главной целью его было уничтожение «русской партии» в высших эшелонах власти СССР, а также разгром русских патриотов на местах.

Фактически «ленинградское дело» было антирусским, антипатриотическим заговором еврейских большевиков под руководством Берии, Хрущева, Маленкова и Кагановича для того, чтобы изгнать русские кадры, привлеченные Сталиным в государственный аппарат после Великой Отечественной войны.

После войны и вплоть до «ленинградского дела» формирование государственного аппарата шло на русской основе. Рядом со старой сплоченной, преимущественно космополитической руководящей элитой, возникла новая, составленная из молодых людей, хорошо проявивших себя в годы войны. Центром создания кадров нового руководства становятся Совмин Российской Федерации и Ленинградский обком и горком. Душой нового руководящего слоя был Н. А. Вознесенский, председатель Госплана СССР, заместитель председателя Совета Министров СССР, член Политбюро ЦК ВКП(б). Образуется сплоченная группа лиц, куда кроме Вознесенского входили член Оргбюро, секретарь ЦК А. А. Кузнецов, председатель Совета Министров РСФСР М. И. Родионов, кандидат в члены ЦК, первый секретарь Ленинградского обкома и горкома ВКП(б) П. С. Попков, второй секретарь Ленинградского горкома Я. Ф. Капустин, председатель Ленинградского горисполкома П. Г. Лазутин.

С 1946 по авг. 1948 Ленинградская партийная организация подготовила для России около 800 чел. новых русских руководящих кадров. П. С. Попков стал членом Президиума Верховного Совета СССР, бывший секретарь ЛГК(б) и зампред Ленсовета М. В. Басов — первым заместителем председателя Совмина РСФСР. В ЦК и на «центральную работу» были выдвинуты ленинградцы Т. В. Закржевская, Н. Д. Шумилов, П. Н. Кубаткин. Первыми секретарями обкомов и ЦК республиканских компартий стали М. И. Турко, Н. В. Соловьев, Г. Т. Кедров, А. Д. Вербицкий.

Во время войны наиболее приближенной к Сталину фигурой был Маленков, деливший свою близость к Сталину с А. С. Щербаковым. Второй ряд политиков высшего эшелона составляли Молотов, Берия, Вознесенский, Каганович. В третьем ряду стояли Андреев, Ворошилов, Жданов, Калинин, Микоян, Хрущев. Все они были членами Политбюро и только Маленков, Вознесенский и Берия — кандидатами в члены Политбюро. Как утверждал Молотов, Хрущев, Маленков и Берия во время войны были приятелями.

Сразу же после войны расстановка сил в высших эшелонах власти изменяется в пользу русских. Хотя Берия, Маленков и Вознесенский становятся членами Политбюро, их роль, особенно Маленкова и Берии, падает. Самым близким к Сталину лицом является Жданов, занявший второй место в государстве. Маленкова отправляют работать в Среднюю Азию (и он опасается ареста). Берию отстраняют от курирования органов безопасности и сосредоточивают только на деятельности Комиссии по атомной энергии. На должность министра МГБ вместо ставленника Берии Меркулова по рекомендации Жданова назначается Абакумов, бывший руководитель военной разведки СМЕРШ и находившийся с Берией в конфликтных отношениях. Хрущева понижают в его положении, пересадив с места первого секретаря ЦК Украины на менее значительную должность — председателя Совета Министров этой республики.

В Совете Министров СССР Жданов делает ставку на Вознесенского, а в ЦК — на секретаря ЦК А. А. Кузнецова, ответственного за подбор и расстановку руководящих кадров. Вплоть до смерти Жданова в 1948 такая расстановка сил имела стабильный характер.

Как в средние века национально-освободительная борьбы шла под видом религиозных войн, так и в высших эшелонах власти послевоенной России национально-патриотическое движение Русского Народа осуществлялось чаще всего под видом борьбы за чистоту партийных рядов, за правильный классовый подход. Выдвигая на передний план привычную марксистско-ленинскую фразеологию, оппоненты на самом деле преследовали свои скрытые цели. Как и до войны продолжалась жестокая схватка двух непримиримых сил — русской национально-патриотической и антирусской космополитической. Ни та, ни другая не смели обозначить свои цели открыто.

Имеющиеся в нашем распоряжении материалы позволяют представить реальную расстановку национально-русских и космополитических сил в высших эшелонах власти.

Условно говоря, к «русской партии» в высшем руководстве принадлежали следующие лица: сам Сталин, кандидат в члены Политбюро А. С. Щербаков (умер в 1945), член Политбюро А. А. Жданов, а также выдвинутые Ждановым председатель Госплана Н. А. Вознесенский, секретарь ЦК А. А. Кузнецов и руководители ленинградской партийной организации.

Им противостояла группа влиятельнейших руководителей — члены и кандидаты в члены Политбюро Маленков, Берия, Каганович, Микоян, а также ряд колеблющихся членов Политбюро, женатых на еврейках: Молотов, Андреев, Ворошилов.

В к. 40-х вплоть до смерти Жданова шансы «русской партии» на политическое руководство страной были очень велики. По многим свидетельствам, Сталин, думая о преемниках, хотел видеть на посту Генерального секретаря ЦК сначала Жданова, а после его смерти Кузнецова и на месте председателя Совета Министров СССР — Вознесенского. Сталин все реже появлялся на заседаниях Совета Министров, как правило, назначая председательствовать вместо себя Вознесенского. Конечно, такое предпочтение вызывало у космополитической части руководства чувство тревоги и ненависти к «русской партии».

Смерть Жданова в 1948 резко изменила расстановку сил в высшем эшелоне власти. Фаворитом Сталина, как во время войны, вновь становится Маленков. Вместо отстраненного по ложному доносу Кузнецова ключевой пост секретаря ЦК по подбору и расстановке кадров получает Хрущев. К альянсу Маленков—Хрущев присоединяется и Берия. Объединившись, они становятся самой влиятельной в государственном аппарате силой.

Как позднее вспоминал Каганович, за 2-3 года перед смертью Сталина сложился прочный политический союз Хрущева, Берии и Маленкова. Особенно тесная дружба существовала между Берией и Хрущевым.

К к. 40-х Сталин начал сдавать, часто находился в нервном взвинченном состоянии и, что важнее всего, стал очень подозрителен. Как утверждал Молотов, «впадал в крайности некоторые». Это состояние Сталина было использовано космополитической группировкой в борьбе против «русской партии».

Жданов умер 31 авг. 1948. Еще накануне он чувствовал себя хорошо. Есть данные, что он умер не своей смертью, возможно, отравлен какими-то ядами созданной Берией бактериологической лаборатории. Кроме уже известных нам показаний Тимашук о неправильном лечении, существуют показания прислуги валдайской дачи Жданова, которая незадолго до его смерти пришла к работнику местного исполкома и сказала, что секретаря ЦК «сознательно морят», просила принять меры. Человек этот позвонил в Москву, потом испугался и в ту же ночь, все бросив, уехал, спасая свою жизнь.

Смерть Жданова нарушила хрупкий баланс в расстановке сил. Антирусская группировка в руководстве страной получила преимущество. Лица, входившие в нее, были опытны в аппаратной борьбе, лучше знали поведение и настроение Сталина, а значит и могли им в известном смысле управлять. Берия, Хрущев и Маленков пытаются представить Сталину, что «русские» в составе руководства подготавливают его отстранение от власти. В качестве доказательств Сталину сообщают факты о самостоятельной экономической политике, проводимой российскими организациями (в частности, устройство без уведомления Сталина в янв. 1948 Всероссийской торговой оптовой ярмарки), об искажении итогов выборов в к. дек. 1948 в Ленинградской объединенной партийной организации, фальсификации государственной отчетности, а также о намерениях некоторых руководителей РСФСР создать компартию России (намерения эти не шли дальше разговоров).

На этой основе возникает т. н. «ленинградское дело», которое правильнее было бы назвать «русским делом», ибо посредством него была разгромлена большая часть русских кадров, пришедших после войны на замену старым еврейско-космополитическим функционерам. Многие документы «ленинградского дела» были впоследствии уничтожены Г. М. Маленковым. Поэтому о деталях его приходится судить по косвенным свидетельствам. По всей видимости, дело началось с доноса, подписанного Маленковым и Хрущевым. В 1957, во время заседания июньского пленума ЦК КПСС, Маленков изъял из «ленинградского дела» целый ряд материалов, заявив, что уничтожил их как личные документы. И то, что ему позволили это сделать, говорит о том, что в уничтожении их был заинтересован и Н. С. Хрущев.

На основании указанного доноса в февр. 1949 Политбюро принимает Постановление «Об антипартийных действиях членов ЦК ВКП(б) тт. Родионова М. И. и Попкова П. С.», в котором говорилось, что «их противогосударственные действия явились следствием нездорового, небольшевистского уклона, выражающегося в демагогическом заигрывании с Ленинградской организацией, охаивании ЦК ВКП(б), в попытках представить себя в качестве особых защитников Ленинграда, в попытках создать средостение между ЦК ВКП(б) и Ленинградской организацией и отдалить таким образом Ленинградскую организацию от ЦК ВКП(б)».

Решением Политбюро А. А. Кузнецов, М. И. Родионов и П. С. Попков снимаются со всех постов. Для разборки их дела создается комиссия в составе Маленкова, Хрущева и Шкирятова (человека Берии). Допросы обвиняемых вели не следователи МГБ, а члены партийной комиссии.

Имея целью уничтожить все русские кадры в высшем руководстве, члены партийной комиссии уже на первом этапе «привязывают» к этому делу председателя Госплана СССР Вознесенского.

Как вспоминает Н. К. Байбаков, в качестве компромата против Вознесенского была использована докладная записка председателя Госснаба СССР М. Т. Помазнева о занижении Госпланом СССР, который в то время возглавлял Вознесенский, плана промышленного производства на 1-й квартал 1949. С этого начинается организованная травля Вознесенского.

Назначенный в Госплан на должность уполномоченного ЦК ВКП(б) по кадрам Е. Е. Андреев летом 1949 представил записку об утере Госпланом за период 1944—49 ряда секретных документов. В записке на имя Сталина, составленной Берией, Маленковым и Булганиным, было сказано: «Товарищ Сталин, по Вашему указанию Вознесенского допросили и считаем, что он виновен».

9 сент. председатель Комитета партийного контроля, член комиссии по «ленинградскому делу» представляет Политбюро решение КПК: «Предлагаем исключить Н. А. Вознесенского из членов ЦК ВКП(б) и привлечь его к судебной ответственности».

Сначала Сталин был против ареста Вознесенского и Кузнецова, но Маленков и Берия сумели представить дело так, что арест необходим.

В 1949 проходят массовые аресты руководящих русских кадров в центре и на местах, в т. ч. секретарей обкомов и председателей исполкомов. В Ленинграде, Москве, Крыму, Рязани, Ярославле, Мурманске, Горьком, Таллине, Пскове, Новгороде, Петрозаводске и в др. городах по приказу Маленкова арестовываются люди, преимущественно выдвиженцы Жданова, бывшие в 40-е гг. в руководящем звене Ленинграда, их жены, родственники, друзья или просто сослуживцы. Только в Ленинградской обл. арестовываются св. 2 тыс. чел.

Одним из первых был арестован (а впоследствии убит) первый секретарь Крымского обкома партии Н. В. Соловьев, энергично выступавший против создания на территории Крыма еврейской республики. Арестовывается и подвергается пыткам первый секретарь Ярославского обкома М. И. Турко.

Как впоследствии отмечалось в выводах специальной комиссии, изучившей это дело: «С целью получения вымышленных показаний о существовании в Ленинграде антипартийной группы Г. М. Маленков лично руководил ходом следствия по делу и принимал в допросах непосредственное участие. Ко всем арестованным применялись незаконные методы следствия, мучительные пытки, побои и истязания. Для создания видимости о существовании в Ленинграде антипартийной группировки по указанию Г. М. Маленкова были произведены массовые аресты… Более года арестованных готовили к суду, подвергали грубым издевательствам, зверским истязаниям, угрожали расправиться с семьями, помещали в карцер и т. д. Психологическая обработка усилилась накануне и в ходе самого судебного разбирательства. Подсудимых заставляли учить наизусть протоколы допросов и не отклоняться от заранее составленного сценария судебного фарса».

Антирусская группировка Маленкова—Хрущева—Берии превратила следствие по «ленинградскому делу» в сплошную череду пыток и издевательств над русскими кадрами.

Сразу же после заседания военной коллегии 30 сент. 1950 по показаниям свидетелей «были не расстреляны, а зверски убиты Н. А. Вознесенский, А. А. Кузнецов, П. С. Попков, М. И. Родионов, Я. Ф. Капустин и П. Г. Лазутин.»

Чуть позже были убиты многие другие лица, проходившие по «ленинградскому делу»: Г. Ф. Бадаев, И. С. Харитонов, П. Н. Кубаткин, М. В. Басов, А. Д. Вербицкий, Н. В. Соловьев, А. И. Бурлин, В. И. Иванов, М. Н. Никитин, М. И. Сафонов, П. А. Чурсин, А. Т. Бондаренко. Всего расстреляли около 200 чел., а несколько тыс. приговорили к длительным срокам заключения, а еще тысячи были отстранены от активной деятельности и назначены на низкие должности (среди последних, в частности, пострадал талантливый русский руководитель А. Н. Косыгин, сосланный на работу в текстильную промышленность).

Развязав руки антирусской группе Маленкова—Берии—Хрущева, позволив ей расправиться с ведущими русскими кадрами в руководстве страной, Сталин по сути дела подписал себе смертный приговор, ибо потерял опору для проведения твердой и последовательной национальной русской политики. Являясь главой Русского государства, он обрекал себя на неизбежное одиночество и гибель. Самые способные и энергичные, проверенные войной русские руководители были истреблены; требовались годы, чтобы воссоздать их. Но на это Сталин уже не имел времени.

Олег Платонов

Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа - http://www.rusinst.ru

Далее читайте:

Кожинов В. В. Россия век XX (1939 - 1964). Москва, 1999 г. Глава 6. Лаврентий Берия, последние репрессии, сталинский культ.

 

 

www.hrono.ru

Ленинградское дело

Ленинградское дело

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

исторический факультет

кафедра отечественной истории и археологии

Реферат на тему:

«Ленинградское дело»

Самара 2011

Содержание

Введение

Глава I. Сталинское окружение в послевоенные годы

Глава II. Ход «ленинградского дела»

Глава III. Реабилитация «ленинградских преступников»

Заключение

Список используемых источников и литературы

Введение

«…Вспоминая это время, Как смерч, как гром, как правды крах, Я только вижу страх над всеми... Оркестры, митинги и страх» Н. Коржавин

В длинном ряду подлежащих суду Истории преступлений сталинского режима находится так называемое «ленинградское дело».

Название у него не совсем точное, т.к. это не одно, а серия сфальсифицированных «дел», в результате которых оказались репрессированными тысячи партийных, советских, профсоюзных и иных граждан, в том числе и члены их семей. Жертвами репрессий явились все руководители Ленинградской областной и городской партийных организаций, руководители районных партийных организаций Ленинграда и области, почти все советские и государственные деятели, которые после Великой Отечественной войны были выдвинуты из Ленинграда на руководящую работу в центральный партийный и советский аппарат и в другие областные партийные организации. Необоснованные исключения из партии, аресты, жестокие расправы по этим «делам» производились не только в Ленинграде, но и по всей стране.

Актуальность темы заключается в том, что полной версии причин и следствий этой серии «дел» мы не имеем, хотя освобождение оставшихся в живых заключенных началось еще осенью 1953 года. Так же, остается еще несколько вопросов, на которые так и не получены однозначные ответы: как возникло «ленинградское дело»? И кто позволил себе такую провокацию против Ленинградской партийной организации?

Цель данной работы - на основе источников и литературы выявить истинные причины начала репрессий против ленинградской группы.

В связи с этим, необходимо решить следующие задачи:

1.Рассмотреть сталинское окружение после Великой Отечественной войны и выявить основные политические «кланы» в Советском Союзе в послевоенные годы;

2.Проследить ход развития событий, касающихся «ленинградского дела»;

.Отразить историю реабилитации политзаключенных по «ленинградскому делу».

Основная литература, которая использовалась при написании работы, это: 1)Реабилитация. Политические процессы 30- 50-х годов под редакцией академика А.Н. Яковлева. Эта книга документальна, составленная из публикаций журнала «Известия ЦК КПСС» и рассказывает о работе Комиссии Политбюро ЦК по изучению материалов, связанных с репрессиями в период 30-40-х и начала 50-х годов.

) Реабилитация: как это было. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы. Том 1.Март 1953-февраль 1956. Первый том трехтомного издания отражает историю реабилитации репрессированных по политическим мотивам граждан СССР.

) «Ленинградское дело» под редакцией В.И. Демидова и В.А. Кутузова.

Книга является сборником воспоминаний непосредственных участников событий, очерков историков, литераторов, журналистов - раскрываются истоки, ход и уроки одного из крупнейших преступлений сталинизма.

В качестве вспомогательной литературы использовались такие работы как:

·Зубкова Е.Ю. Послевоенное общество: политика и повседневность 1945- 1953, М., РОССПЭН, 2000;

·Пыжиков А. Ленинградская группа: путь во власти (1946-1949) //Свободная мысль-ХХI. - 2001. - № 3;

·Рейман М. Послевоенное соперничество и конфликты в советском политическом руководстве //Вопросы истории. - 2003. - № 3.

·Пихоя Р. История великой империи под знаком Сталина, М., «Питер», 2009.

Хронологические рамки данной работы охватывают период с 1946 по 1988 года.

реабилитация политзаключенный ленинградское дело

Глава 1. Сталинское окружение в послевоенные годы

Перед началом Великой Отечественной войны в высших органах власти страны- Политбюро ЦК ВКП(б) и Совнаркоме- появляются новые выдвиженцы Сталина- А. Жданов, Л. Берия, Г. Маленков, Н. Вознесенский,- занявшие ведущие позиции в окружении вождя. Жданову и Маленкову поручалось руководство партийным аппаратом и кадрами, решение крупных государственных вопросов. Первым заместителем Сталина в СНК и его заместителем по военным и военно- морским делам стал Вознесенский, потеснивший в правительственной иерархии Молотова и Микояна. Берия как заместитель председателя Совнаркома курировал ряд ключевых ведомств: вновь созданный Наркомат государственной безопасности, наркоматы лесной промышленности, цветной металлургии, нефтяной промышленности и речного флота. Все эти лица стали не только членами Центрального Комитета ВКП(б), но и кандидатами в Политбюро ЦК. За всеми этими срежессированными Сталиным кадровыми перестановками просматривалась конкретная цель: оттеснение «старой гвардии», противопоставление ей новых выдвиженцев.

В годы Великой Отечественной войны «молодые кадры» заметно укрепили свое положение в руководстве страны. Маленков, Вознесенский и Берия вошли в состав Государственного Комитета Обороны, где отвечали за жизненно важные направления экономики. Маленков курировал авиационную промышленность; Вознесенский контролировал металлургический, нефтяной и химический комплексы; Берия- производство вооружения и боеприпасов, а с мая 1944 года сменил Молотова на посту заместителя Председателя ГКО. Одним из итогов внутреннего соперничества на вершине власти стало формирование связки Берия- Маленков. Их союз представлял собой мощнейшую аппаратную силу, контролировавшую многие рычаги государственно- партийного управления и серьезно противостоявшую «старой группировке».

Такой расклад определил логику внутреннего развития власти в первое послевоенное время. Чрезмерное усиление команды Берия- Маленков не смогло остаться без внимания Сталина. Его политическому стилю было присуще постоянное манипулирование фигурами своего окружения, усиление одних- ослабление других. Решение об ограничении сферы влияния Берии- Маленкова оформилось во время послевоенного отпуска Сталина в период с 9 октября по 17 декабря 1945 года. Вскоре после его возвращения были предприняты конкретные действия, направленные против ближайших соратников вождя.

октября 1945 года от обязанностей наркома внутренних дел СССР был освобожден Берия. Для отставки Маленкова, находившегося на выборной должности секретаря ЦК, было использовано так называемое «дело авиаторов», обвиненных в выпуске предприятиями Наркомата авиационной промышленности СССР самолетов со значительными дефектами.

Однако Берия продолжал возглавлять Спецкомитет №1 (атомная проблема), а Маленков 13 мая 1946 года был назначен председателем Спецкомитета №2 (производство реактивного вооружения и техники). Ущемление своих позиций Берия и Маленков восприняли с тревогой. Их тревогу вызвали и шаги Сталина по формированию нового центра власти, предпринятые в начале 1946 года. Речь шла о группе руководителей- выходцев из Ленинграда.

В решении Политбюро ЦК от 13 апреля 1946 года Жданов фактически стал вторым секретарем ЦК ВКП(б), А.А. Кузнецова избрали секретарем Центрального Комитета, который одновременно был утвержден начальником Управления кадров ЦК.

Сохранив влияние во власти, тандем Берия- Маленков развернул активную деятельность по дискредитации лидеров недружественной политической группы.

Общеизвестно, что вождь недолюбливал Ленинград, с недоверием относясь к «колыбели революции», где он не занимал ведущих позиций. Нащупав «слабое место», Берия- Маленков с настойчивостью начали эксплуатировать данную тематику, используя имеющиеся у них аппаратные ресурсы. Поэтому не случайно, что многие крупные недостатки в различных сферах работы рассматривались и обобщались именно на материалах Ленинграда, ленинградской партийной организации. Так, например, Ленинград оказался в центре внимания ЦК при разборе нарушений в ходе проведения денежной реформы. Проверка установила, что ряд руководящих лиц, используя служебное положение и нарушив закон, внесли вклады в сберкассы деньгами старого образца после прекращения операций. Вне всякого сомнения, такие нарушения носили повсеместный характер, тем не менее, развитие получала тема нарушений именно в Ленинграде.

марта 1947 г. политбюро приняло решение освободить Молотова от участия в заседании правительства, что мотивировалось его перегруженностью внешнеполитическими задачами. Это постановление означало, что Молотов был устранен от руководства правительством и тем самым от роли потенциального «наследника» Сталина. Председательство на заседаниях правительства перешло, однако, не к Вознесенскому, а к тройке Вознесенский, Берия, Маленков поочередно. Берия и Маленков становились вновь важным элементом властной комбинации. Жданов был устранен от руководства аппаратом ЦК и отправлен в отпуск по болезни, из которого уже не вернулся. Место руководителя ЦК занял Маленков.

Поощряя соперничество среди руководящей группы лиц, Сталин фактически поддержал попытки Г.М. Маленкова и Л П. Берия скомпрометировать Н.А. Вознесенского и А.А. Кузнецова. Сталин в частных беседах высказывал предположения о том, что в качестве своего преемника по партийной линии он видел секретаря ЦК, члена Оргбюро А.А. Кузнецова, а по государственной линии- члена Политбюро, заместителя Председателя Советов Министров СССР Н.А. Вознесенского. Эти разговоры подкреплялись возрастающим авторитетом Вознесенского и заметным усилением позиций в Оргбюро и Секретариате ЦК Кузнецова, который, помимо Управления кадров, ведал также работой органов юстиции, МВД, МГБ.

В августе 1948 г. умер Жданов, что послужило сигналом для активизации блока Маленкова- Берия. Перестановки в 1948 г. подорвали положение Вознесенского и Кузнецова, их уход стал вопросом времени.

Все эти события стали прологом к так называемому «ленинградскому делу».

Таким образом, можно сделать вывод, что «ленинградское дело» было спровоцировано не Маленковым и Берия, а И.В. Сталиным, который стремился поддерживать среди высших руководителей атмосферу подозрительности, зависти и недоверия друг другу и на этой основе еще больше укреплять свою личную власть.

Глава II. Ход «ленинградского дела»

Психологическое воздействие репрессий на общество, преследующее цель парализации коллективной способности к сопротивлению, основано на принципе избирательного террора- каким бы массовым тот ни был. Избирательный подход призван был заложить в массовое сознание идею «праведного гнева» и «справедливости» репрессивных мер.

Репрессии послевоенных лет в той или иной степени затронули все слои населения. Первыми под каток новых репрессий попали те, кто уже отбыл наказания за «политические преступления» и был освобожден. 26 октября 1948 г. была издана совместная директива МГБ СССР и Прокуратуры СССР, предписывающая снова арестовать бывших троцкистов, правых, меньшевиков, националистов, а также вышедших на свободу осужденных ранее за шпионаж диверсии.

Если сравнивать размах политических репрессий за довоенный и послевоенный период, то очевидно, что послевоенный террор не достиг масштабов «большого террора» 1937- 1938 гг. Отличительной чертой послевоенных политических репрессии можно считать замкнутость их на уровне элит- центральных и местных. Репрессии в этой среде преследовали цель дисциплинировать партийный и государственный аппарат, на примере наказания одиночек дать своеобразный урок остальным. Репрессии в кругу элит служили также средством разрешения клановых противоречий в борьбе за власть и являлись своего рода инструментом обеспечения сменяемости и обновляемости кадров.

Поводом для фабрикации ложных обвинений в отношении А.А. Кузнецова послужила проведенная с 10 по 20 января 1949 года в Ленинграде Всероссийская оптовая ярмарка. Маленков выдвинул против Кузнецова и Председателя Совета Министров РСФСР М.И. Родионова, секретарей Ленинградского обкома и горкома партии П.С. Попкова и Я.Ф. Капустина обвинения в том, что они провели ярмарку без ведома и в обход ЦК и правительства. Между тем документально установлено, что ярмарка была проведена во исполнение постановления Совета Министров СССР.

Раздувая дело о незаконности проведения Всероссийской оптовой ярмарки в Ленинграде, Маленков использовал и другие предлоги для дискредитации ленинградских руководителей.

Через несколько дней после окончания работы X областной и VIII городской и объединенной Ленинградской партийной конференции (22-25 декабря 1948 года) в ЦК ВКП(б) поступило анонимное письмо, в котором сообщалось, что хотя в отдельных бюллетенях фамилии секретарей Ленинградского обкома и горкома партии П.С. Попкова, Я. Ф. Капустина и Г.Ф. Бадаева были вычеркнуты, председатель счетной комиссии А.Я. Тихонов объявил на конференции, что эти лица прошли единогласно. Действительно, Попков получил «против» 4 голоса, Бадаев- 2 голоса, Капустин- 15, но причастность ленинградских руководителей к искажению итогов выборов не была установлена.

Тем не менее 15 февраля 1949 года на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) было выдвинуто обвинение против А.А. Кузнецова, М.И. Родионова и П.С. Попкова в том, что они провели в Ленинграде Всесоюзную оптовую ярмарку, что якобы привело к разбазариванию государственных товарных фондов и к неоправданным затратам государственных средств на организацию ярмарки. Постановлением Родионов, Кузнецов и Попков были сняты с занимаемых ими постов и им были объявлены партийные взыскания- выговор.

В это время продолжался поиск компромата на Вознесенского. Эту работу на себя взял председатель Комиссии партийного контроля при ЦК ВКП(б) М.Ф. Шкирятов. В этих целях была использована докладная записка заместителя председателя Госснаба СССР М.Т. Помазнева о занижении Госпланом СССР плана промышленного производства СССР на I квартал 1949 года. Этот документ послужил началом для возведения обвинений в отношении Вознесенского. Постановлением Совета Министров СССР от 5 мая 1949 года Вознесенский был снят с поста председателя Госплана СССР. Также, Вознесенский обвинялся в искажении и фальсификации статистической отчетности и в утрате секретных документов в аппарате Госплана.

сентября 1949 года Шкирятов представил Маленкову решение КПК. Документ содержал предложение исключить Вознесенского из партии и привлечь к суду за утрату документов Госпланом. Предложение КПК утвердил Пленум ЦК. 27 октября 1949 года Вознесенского арестовали.

С целью получения вымышлены показаний о существовании в Ленинграде антипартийной группы Г.М. Маленков лично руководил ходом следствия по делу и принимал в допросах непосредственное участие. Ко всем арестованным применялись незаконные методы следствия, мучительные пытки, побои и истязания.

Для создания видимости о существовании в Ленинграде антипартийной группировки по указанию Маленкова были произведены массовые аресты среди ленинградского партийного актива и руководящих партийных работников. В своих действиях первый секретарь Ленинградского обкома и горкома партии В.М. Андрианов ссылается на установки ЦК и указания лично И.В. Сталина.

В результате этой «кампании» только в Ленинграде и области в 1949- 1952 гг. было освобождено от работы свыше 2 тысяч руководителей.

Более года арестованных готовили к суду, подвергая грубым издевательствам. Психологическая обработка обвиняемых усилилась накануне и в ходе самого судебного разбирательства.

Главный судебный процесс над участниками «ленинградского дела» проходил 29-30 сентября 1950г. в Ленинграде. Все подсудимые признали себя виновными. На основании приговора Военной коллегии Верховного Суда СССР они обвинялись в том, что «представляли собой враждебную группу, которая с 1938 года проводила вредительско- подрывную работу» с целью «превратить Ленинградскую организацию в свою опору для борьбы с партией и ее ЦК». В 2:00 1 октября 1950 года, через час после оглашения приговора, Вознесенский, А.А. Кузнецов, П.С. Попков, Я. Ф. Капустин, М.И. Родионов, П.Г. Лазутин были расстрелены. Другие арестованные, а также члены семей осужденных приговаривались к различным срокам тюремного заключения.

Глава III. Реабилитация «ленинградских преступников»

После смерти И.В. Сталина и разоблачения Л.П. Берия обстановка в стране изменилась. В Центральный Комитет КПСС из лагерей и тюрем стали поступать письма от осужденных по «ленинградскому делу». Все они явились предметом тщательного разбирательства.

Вскоре началась вереница апелляционных процессов в судебных органах. 30 апреля 1954 года Военная коллегия Верховного Суда СССР реабилитировала группу лиц, занимавших до арестов видные посты в партии и осужденных по «ленинградскому делу»: Кузнецова А.А., Капустина Я.Ф., Попкова П.С., Вознесенского Н.А., Лазутина П.Г., Родионова М. И., Турко И.М., Закржевской Т.В., Михеева Ф.Е. «по вновь открывшимся обстоятельствам отменить и дело прекратить за отсутствием в их действиях состава преступления».

Широкой гласной официальной реабилитации убитых по «ленинградскому делу» пока не последовало.

Однако уже 7 мая 1954 года в постановлении собрания ленинградского партийного актива подчеркивалось, что в связи с «ленинградским делом» Ленинградским обкомом и горкомом партии были допущены серьезные ошибки как организационного, так и политического характера. Областной и городско комитеты КПСС, руководители партийных и советских органов обязывались в кротчайшие сроки завершить работу по реабилитации необоснованно обвиненных. И такая работа была проведена.

Вскоре предстали перед судом и те, кто непосредственно сфабриковал «ленинградское дело». 14- 19 декабря 1954 года в Ленинграде вновь состоялся судебный процесс. На этот раз на скамье подсудимых находились бывшие руководящие работники Министерства госбезопасности СССР: министр В.С. Абакумов, начальник следственной части по особо важным делам А.Г. Леонов, его заместители М.Т. Лихачев и В.И. Комаров, начальник секретариата И.А. Чернов и его заместитель Я.М. Броверман. В своем последнем слове В.С. Абакумов оправдывал свои преступления ссылками на «высшие инстанции», направлявшие работу органов госбезопасности. За тяжкие преступления, совершенные перед партией и народом, Военная Коллегия Верховного суда СССР приговорила Абакумова, Леонова, Комарова и Лихачева к расстрелу, а Бровермана и Чернова к тюремному заключению.

В феврале 1956 года на XX съезде КПСС Н.С. Хрущев назвал в качестве организаторов и главных фабрикантов «ленинградского дела» Л.П. Берия и его подручных. Вопрос о преступной роли Г.М. Маленкова в организации дела был поставлен после июньского (1957 года) Пленума ЦК КПСС. Однако Г.М. Маленков, заметая следы преступлений, почти полностью уничтожил документы, относящиеся к «ленинградскому делу».

Следует отметить, что в середине 1988 года, спустя сорок лет после начала фабрикации серии «ленинградских дел», только в рабочей группе Комиссии партийного контроля при Ленинградском обкоме КПСС ждали очереди материалы почти на 550 коммунистов и беспартийных, подвергшихся репрессиям в 1949- 1953 годах и по тем или иным причинам до тех пор полностью не реабилитированных. К маю 1989 года список пострадавших по этому «делу» ленинградцев увеличился до шестисот с лишним фамилий. И это только по одному лишь «ленинградскому делу».

В целом же по стране, заявлял начальник отдела Главной военной прокуратуры генерал- майор юстиции В.Г. Проворотов, «предстоит рассмотреть несколько сотен тысяч дел».

Заключение

«Ленинградское дело» самое заметное и трагичное по своим последствиям в цепи послевоенных репрессий.

Само дело было связано с именами ряда лиц, близко стоявших к Сталину, входивших в состав его окружения: Маленковым, Берия, Абакумовым и других. Именно они являлись фактическими исполнителями противозаконных действий по фальсификации обвинений и организации расправы с сотнями невинных людей.

Несомненно, что само «ленинградское дело» было спровоцировано самим И.В. Сталиным для еще большего укрепления собственной власти. Сам же Маленков и другие, кто участвовал в этой провокации, являлись всего лишь пешками.

Во время процесса В.С. Абакумов и его сообщники заявили, что в «ленинградском деле» они являлись лишь исполнителями воли И.В. Сталина и что даже обвинительное заключение по этому «делу» было составлено под его диктовку.

Смерть Сталина, разоблачение Л.П. Берия и смена руководства изменили обстановку. У невинно осужденных появилась надежда, что их доброе имя будет восстановлено. И их надежды оправдались. Вот только потребовалось для этого не одно десятилетие.

«Ленинградское дело» до конца никогда не будет распутано не только потому, что Маленков лично уничтожил большую часть материалов по этому делу, но и потому, что в самих этих документах правда и ложь часто просто неразличимы. В самом деле, если лидеры КПСС дважды меняли свою позицию относительно главных виновников "ленинградского дела", то чего можно ожидать от других его интерпретаторов, не связанных партийной дисциплиной, а теперь и цензурой?

Список используемых источников и литературы

Источники:

1. Реабилитация: как это было. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы. Том 1.Март 1953-февраль 1956,М., «Демократия», 2000.

Использованная литература

1. Зубкова Е.Ю. Послевоенное общество: политика и повседневность 1945- 1953, М., РОССПЭН, 2000;

. «Ленинградское дело» /Сост. В.И. Демидов, В.А. Кутузов.- М., 1990;

. Пихоя Р. История великой империи под знаком Сталина, М., «Питер», 2009;

. Пыжиков А. Ленинградская группа: путь во власти (1946-1949) //Свободная мысль-ХХI. - 2001. - № 3;

. Реабилитация. Политические процессы 30- 50-х годов, М., 1991;

. Рейман М. Послевоенное соперничество и конфликты в советском политическом руководстве //Вопросы истории. - 2003. - № 3.

Теги: Ленинградское дело  Реферат  ИсторияПросмотров: 40847Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Ленинградское дело

diplomba.ru

Ленинградское дело — Википедия РУ

Руководителей Ленинградского обкома ВКП (б) обвиняли в том, что они намеревались создать Российскую коммунистическую партию в противовес Всесоюзной и начать противостояние с ЦК ВКП (б).

«Сталин И. В. реагировал на предложение создать РКП(б) резко отрицательно. Очевидно, он боялся, что российская компартия, в отличие от партий других союзных республик, будет представлять угрозу центральному партийному руководству. Через несколько дней Политбюро приняло резолюцию, которая смещала ленинградских коммунистов с их постов и обязывала ленинградскую парторганизацию навести порядок в своих рядах»[1].

Поводом для Ленинградского дела послужило проведение в Ленинграде с 10 по 20 января 1949 года Всероссийской оптовой ярмарки. Сообщение о ярмарке стало дополнением к уже имевшемуся компромату. Руководителей Ленинградской партийной организации обвинили в подтасовках в ходе выборов нового руководства на конференции в декабре 1948 года.[2]

Cекретарь ЦК ВКП(б) Г. М. Маленков выдвинул против А. А. Кузнецова и председателя Совета министров РСФСР М. И. Родионова, секретарей Ленинградского обкома и горкома ВКП(б) П. С. Попкова и Я. Ф. Капустина обвинения в том, что они провели ярмарку без ведома и в обход ЦК и правительства. Между тем документально установлено, что ярмарка была проведена во исполнение постановления Совета министров СССР от 11 ноября 1948 г.

Бюро Совета министров СССР под председательством Г. М. Маленкова приняло постановление «О мероприятиях по улучшению торговли». В постановлении было сказано: «организовать в ноябре-декабре 1948 года межобластные оптовые ярмарки, на которых произвести распродажу излишних товаров, разрешить свободный вывоз из одной области в другую купленных на ярмарке промышленных товаров». Во исполнение этого постановления Министерство торговли СССР и Совет министров РСФСР приняли решение провести в Ленинграде с 10 по 20 января Всероссийскую оптовую ярмарку и обязали Ленинградский горисполком оказать практическую помощь в её организации и проведении. 13 января 1949 г. во время работы ярмарки председатель Совета министров РСФСР М. И. Родионов направил письменную информацию на имя Г. М. Маленкова об открывшейся в Ленинграде Всероссийской оптовой ярмарке с участием в ней торговых организаций союзных республик.

15 февраля 1949 года было принято постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «Об антипартийных действиях члена ЦК ВКП(б) т. Кузнецова А. А. и кандидатов в члены ЦК ВКП(б) тт. Родионова М. И. и Попкова П. С.». Все трое были сняты с занимаемых постов.

Поводом для обвинения Н. А. Вознесенского послужила докладная записка заместителя председателя Госснаба СССР М. Т. Помазнева о занижении Госпланом СССР плана промышленного производства СССР на первый квартал 1949 года.

22 февраля 1949 года состоялся объединенный пленум Ленинградского обкома и горкома партии, на котором Г. М. Маленков сделал сообщение о постановлении ЦК ВКП(б) от 15 февраля 1949 г. Никто из выступавших не привел каких-либо фактов о существовании антипартийной группы, только П. С. Попков и Я. Ф. Капустин признали, что их деятельность носила антипартийный характер. Вслед за ними и другие выступающие стали каяться в несовершенных ими ошибках. В постановлении объединенного пленума обкома и горкома А. А. Кузнецов, М. И. Родионов, П. С. Попков, Я. Ф. Капустин обвинялись в принадлежности к антипартийной группе.

Летом 1949 года начался новый этап в разработке так называемого «Ленинградского дела». Абакумов и работники возглавляемого им МГБ CCCР обвинили А. А. Кузнецова, М. И. Родионова и руководителей Ленинградской областной организации ВКП(б) в контрреволюционной деятельности. Было дано указание об арестах, которые начались с июля 1949 года.

Информация о снятии с работы, привлечению к партийной и уголовной ответственности, о судебных процессах в прессе не публиковалась.

Более года арестованных подвергали допросам и пыткам. Всем осуждённым было предъявлено обвинение в том, что, создав антипартийную группу, они проводили вредительско-подрывную работу, направленную на отрыв и противопоставление ленинградской партийной организации Центральному Комитету партии, превращение её в опору для борьбы с партией и ЦК ВКП(б).[3] Вопрос о физическом уничтожении был предрешён задолго до процесса, состоявшегося 29—30 сентября 1950 г. в Ленинграде в Доме офицеров на Литейном проспекте. Именно ради «ленинградцев» в СССР вновь вводится смертная казнь[4][5][6].

В 1947 году смертная казнь в СССР Указом Президиума Верховного Совета СССР была отменена. Но уже в ходе следствия по ленинградскому делу, 12 января 1950 года, происходит восстановление смертной казни по отношению к «изменникам Родины, шпионам и подрывникам-диверсантам». Несмотря на то, что правило «закон обратной силы не имеет» не действует в данном случае, введение смертной казни происходит за три дня до постановления политбюро ЦК ВКП(б) «Об антипартийных действиях…», и потому связь между двумя фактами просматривается.

1 октября 1950 года в 2:00, спустя час после оглашения приговора, Н. А. Вознесенский, А. А. Кузнецов, М. И. Родионов, П. С. Попков, Я. Ф. Капустин, П. Г. Лазутин были расстреляны. Прах их тайно захоронили на Левашовской пустоши под Ленинградом. И. М. Турко, Т. В. Закржевскую и Ф. Е. Михеева осудили на длительное тюремное заключение.

После расправы над «центральной группой» состоялись судебные процессы, которые вынесли приговоры остальным лицам, проходившим по «Ленинградскому делу». В Москве были расстреляны 20 человек. Тела Г. Ф. Бадаева, М. В. Басова, В. О. Белопольского, А. А. Бубнова, А. И. Бурилина, А. Д. Вербицкого, М. А. Вознесенской, А. А. Вознесенского, В. П. Галкина, В. Н. Иванова, П. Н. Кубаткина, П. И. Левина, М. Н. Никитина, М. И. Сафонова, Н. В. Соловьева, П. Т. Талюша, И. С. Харитонова вывезли на кладбище Донского монастыря, кремировали и сбросили останки в яму невостребованных прахов[7].

  Вход в музей (лето 2007)

Разгром был учинён в Ленинградском университете, Ленинградском филиале Музея Ленина[8], Ленинградском музее революции[9] и Музее обороны Ленинграда.

Репрессиям подверглись также хозяйственные, профсоюзные, комсомольские и военные работники, учёные, представители творческой интеллигенции (ленинградские учёные и работники культуры осуждались по отдельным делам, не связанным с собственно Ленинградским делом). Помимо ленинградцев, репрессиям подверглись и другие лица, которые считались членами команды А. А. Жданова в частности, руководители Карелии Г. Н. Куприянов и В. М. Виролайнен.

Аресты продолжались и позднее. В августе 1952 г. на длительные сроки тюремного заключения были осуждены по сфальсифицированным «делам» Смольнинского, Дзержинского и других районов города свыше 50 человек, работавших во время блокады секретарями райкомов партии и председателями райисполкомов.

Из докладной записки министра внутренних дел CCCР С. Н. Круглова и его заместителя И. А. Серова:

«Всего было осуждено 214 человек, из них 69 человек основных обвиняемых и 145 человек из числа близких и дальних родственников. Кроме того, 2 человека умерли в тюрьме до суда. 23 человека осуждены военной коллегией к высшей мере наказания (расстрелу)»[10].

С октября 1950 г. начались аресты и допросы членов семей обвиняемых[11]. При пересмотре дела поступило предложение о реабилитации родственников лиц, осужденных по «Ленинградскому делу». В докладной записке от 10 декабря 1953 г. руководителей МВД СССР С. Н. Круглова и И. А. Серова утверждалось, что «на абсолютное большинство из них не имелось серьёзных оснований для привлечения к уголовной ответственности или высылке в дальние районы Сибири». В записке были приведены наиболее вопиющие факты в данном отношении.

Так, МГБ СССР осудило на 5 лет ссылки мать секретаря Ленинградского обкома Г. Ф. Бадаева в возрасте 67 лет и двух его сестер, проживавших самостоятельно. Отправили в ссылку отца секретаря Ленинградского горисполкома А. А. Бубнова в возрасте 72 лет, мать 66 лет, двух братьев и двух сестер.

В 1949—1952 гг. только в Ленинграде и области было освобождено от работы, исключены из ВКП(б) свыше 2 тысяч человек.[12]

http-wikipediya.ru

«Ленинградское дело»: разгром «русской партии» - Наши хиты

Одним из самых загадочных и малоизученных судебных процессов сталинского времени остается «Ленинградское дело».

Попробуем приоткрыть завесу над этими трагическими, но так и не получившими должного освещения событиями. Начиная с 1930-х годов перед сталинской группой, взявшей курс на ускоренную модернизацию, остро встала кадровая проблема. Не хватало толковых и ответственных руководителей, наверх поднимались демагоги, мелкие воры, растратчики, часто складывались коррупционные связи. В этой ситуации в середине 30-х годов выделился молодой и образованный партийный функционер Андрей Жданов. Выходец из рода священнослужителей, участник Гражданской войны, он в течение 10 лет руководил Нижегородским губкомом (впоследствии — Горьковским крайкомом) партии, был сторонником ускоренной индустриализации. За годы его руководства регион стал одним из мощнейших в промышленном отношении — «Русским Детройтом». При этом сам Жданов оставался очень скромным человеком, жил с семьей в коммунальной квартире.

В начале 1934 года перспективный партаппаратчик был переведен в Москву и назначен секретарем ЦК ВКП(б), принимал участие в выработке важнейших решений. В повседневную жизнь вернулись многие реалии русской традиционной культуры. В частности, вопреки предыдущей «революционной» практике, возобновилось преподавание в школах истории, а также иных предметов, расширяющих кругозор. С сентября 1934 года в Московском и Ленинградском университетах открылись исторические факультеты. Можно сказать, именно в те годы Сталин и Жданов начали самую настоящую культурную контрреволюцию.

После гибели Кирова Жданов стал руководителем Ленинграда, а в 1938 году — председателем Президиума Верховного Совета РСФСР. Именно при нем впервые в новейшей отечественной истории во власть активно стали выдвигаться ленинградцы. Чтобы уяснить их роль, надо сказать, что это было первое поколение правящей элиты города, которое почти в полном составе имело высшее образование. На пленуме ЦК 21 февраля 1941 года кандидатами в члены Политбюро были избраны выдвинутые Ждановым Вознесенский, Щербаков и Маленков.

Обратим внимание на первого из них — человека, впоследствии ставшего символом «Ленинградского дела». В свои неполные 40 лет Николай Вознесенский стал председателем Госплана СССР и заместителем председателя правительства, курировал оборонную промышленность. Именно он внес решающий вклад в гармонизацию экономики СССР, сбалансированное развитие отраслей и территорий. Можно сказать, началось строительство единой экономики из сотен и тысяч разрозненных производств.

Жданов, Вознесенский и Щербаков образовали новый центр влияния, что не могло не отразиться на другой группе выдвиженцев — Маленкове и Берии. Представитель одного поколения с Вознесенским, Георгий Маленков был одной из крупнейших фигур в сталинском окружении. Имел хорошее образование: гимназия и Московское высшее технологическое училище. В 1934–1939 годах был главным кадровиком партии, заведовал отделом руководящих партийных органов ЦК ВКП(б), провел кампанию проверки и обмена партийных документов, в ходе которой было создано всеобъемлющее досье — составлены учетные карточки на всех членов и кандидатов партии, которых к тому времени было уже около 2,5 миллиона. Была построена эффективная система управления СССР, получившая название «номенклатурной» и сделавшая Маленкова выдающимся аппаратным руководителем. Именно он был инициатором снятия Николая Ежова с поста наркома НКВД и выдвижения на этот пост Лаврентия Берии. Опираясь на огромные ресурсы спецслужб и партийный аппарат, Маленков и Берия стали незаменимыми соратниками Сталина.

При этом во время войны выросла известность помощников Жданова, в частности, секретаря Ленинградского горкома Алексея Кузнецова, который вел многие вопросы обороны и жизнедеятельности города. Но подлинный триумф «ждановцев» наступил после окончания Великой Отечественной…

24 мая 1945 года на торжественном приеме в Кремле Сталин поразил многих, предложив неожиданный тост «за здоровье русского народа, потому что он является наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза». Вслед за этим в узком кругу Сталин сказал, что надо собирать съезд партии и «обсудить проблемы нашего развития, нашей истории», добавив, имея в виду аппарат, что партия «превратилась в хор псаломщиков, отряд аллилуйщиков».

В апреле 1946-го Кузнецов стал секретарем ЦК, как и другой «ждановец» — Георгий Попов, одновременно сохранивший за собой пост руководителя Московской парторганизации. Секретариат стал таким: Сталин, Маленков, Жданов, Кузнецов, Попов (Маленков за ошибки в руководстве наркоматом авиастроения в годы войны — «дело авиаторов» — вскоре будет выведен из Секретариата). На Жданова возложили руководство Управлением пропаганды ЦК и Отделом внешней политики ЦК. Секретарь по идеологии автоматически становился вторым секретарем ЦК, совместные постановления Совета министров и ЦК партии подписывали Сталин и Жданов. Кузнецов, помимо руководства Секретариатом, стал куратором МГБ, а это свидетельствовало о том, что он получил статус «наследника». Сегодня бы сказали — преемника.

Сталин прямо высказывался, что после его смерти партией будет руководить Кузнецов, а правительством — Вознесенский. Тогда же первый секретарь Горьковского обкома «ждановец» Михаил Родионов стал председателем Совета министров РСФСР, а в столицу и регионы были направлены сотни ленинградских руководителей, что впоследствии было расценено как создание клана…

Однако многие победные надежды советского руководства уже таяли, наступала тревожная пора. Во время войны личный союз Рузвельта и Сталина давал миру необыкновенный шанс. Но 12 апреля 1945 года Рузвельт умер, президентом стал Гарри Трумэн, и мир пошел по иному пути. Заняв Белый дом, Трумэн посчитал, что «русские нуждаются в помощи для послевоенного восстановления», поэтому можно без серьезного риска занять «жесткие» позиции по важнейшим вопросам. Что было дальше, хорошо известно. Наличие у США атомной бомбы делало их позицию сверхсильной. Внутренняя жизнь в СССР стала кардинально меняться. С этого времени начинается трагический период «позднего Сталина».

Изменения коснулись и культурной жизни. Так, знаменитое «Дело ленинградских журналов» тоже было вызвано переменой международной обстановки. В аналитических записках МГБ говорилось, что в среде творческой интеллигенции расширяется ожидание политических уступок СССР бывшим союзникам. Именно здесь следует искать корни всех последующих идеологических кампаний, направленных против космополитизма, упадничества, преклонения перед Западом. Для порки были выбраны два журнала — «Звезда» и «Ленинград».

Одновременно Жданов и Вознесенский возглавляли работу над новой редакцией Программы и Устава ВКП(б), стремились усилить демократические элементы в советской системе, ускорить восстановление и развитие отраслей, связанных с простыми житейскими запросами народа. В 1947 году Жданов вносит в проект новой партийной программы такой посыл: «Особо выдающуюся роль в семье советских народов играл и играет великий русский народ», который «по праву занимает руководящее положение в советском содружестве наций». Он же предложил в рамках ВКП(б) образовать Российское бюро. В отличие от РСФСР, остальные союзные республики имели собственные компартии, что позволяло им настойчиво продвигать свои интересы в союзных министерствах и ведомствах. Впрочем, «русские» предложения были отклонены лично Сталиным. Он должен был взвесить все стороны изменения национальной политики СССР — рост самосознания в национальных республиках, партизанскую войну националистов в Западной Украине и Прибалтике, многонациональный состав советской верхушки, даже свое грузинское происхождение. Именно поэтому у ждановских идей не было шансов оказаться реализованными.

Но можно посмотреть на этот конфликт и шире. Жданов и Вознесенский выступали за развитие внутреннего рынка, производство товаров народного потребления, рост уровня жизни. В разработках новой программы ВКП(б) выделялась социальная направленность: предлагалось в больших объемах вести жилищное строительство, начать массовое производство легковых автомобилей и т. д. Из политических идей надо отметить тезис о перерастании государства диктатуры пролетариата в общенародную демократию, проведение референдумов по важнейшим вопросам, предоставление общественным организациям права законодательной инициативы. Ко всему этому ни Сталин, ни значительная часть партийного аппарата готовы не были.

В итоге уже в конце декабря 1949 года первый секретарь Московского горкома и обкома, секретарь ЦК «ждановец» Георгий Попов, позволивший себе конфликт с «оборонщиками», был снят со своих постов. Его сменил поддержанный Маленковым Хрущев. Смерть Жданова 31 августа 1948 года только символизировала переход власти от ждановской группировки к маленковско-бериевской, который начался еще при его жизни. Технократы, в отличие от идеологов, в обстановке начавшейся «холодной войны» и реальной военной угрозы становились более востребованными.

25 декабря 1948 года в Ленинграде прошла Х областная и VIII городская объединенная партийная конференция, состоялись выборы секретарей обкома и горкома. Уже в первых числах января 1949 года на имя Сталина поступило анонимное письмо, в котором говорилось, что выборы были сфальсифицированы, подсчет голосов велся с нарушением, во многих бюллетенях имена руководителей были вычеркнуты. После этого начался обвал. Тогда же МГБ зафиксировала разговоры секретаря ЦК Кузнецова с председателем правительства РСФСР Родионовым и первым секретарем Ленинградского обкома и горкома Попковым о бедственном положении Российской Федерации и о желательности создать российскую Компартию. Теперь это было лыко в строку.

Одновременно Сталину было доложено, что ленинградское руководство без согласования с Советом министров СССР и Политбюро провело в Ленинграде общероссийскую ярмарку, которая по неизвестной причине получила статус Всесоюзной. Налицо были факты самоуправства, присвоения полномочий вышестоящего органа, бесхозяйственность. Нелишне напомнить, что именно в этот период колоссальные средства были направлены на восстановление народного хозяйства и создание атомного оружия. Ярмарка проводилась без рекламы, на нее были вызваны только партийные работники, возглавляющие крупные области и города РСФСР, а это дало основания для подозрений, что под прикрытием ярмарки состоялся подпольный съезд крупных функционеров КПСС с тем, чтобы образовать новую коммунистическую партию РСФСР. В результате проверок Кузнецов, Родионов и Попков решением ЦК были отстранены от занимаемых постов.

Наступила очередь Николая Вознесенского, он был уволен из Госплана. Вскоре были освобождены от постов второй секретарь Ленинградского горкома Яков Капустин, второй секретарь обкома Георгий Бадаев, председатель горисполкома Петр Лазутин, министр просвещения РСФСР Александр Вознесенский (родной брат Николая). В июле начались аресты. Постановлением Политбюро от 11 сентября 1949 года Николай Вознесенский был исключен из состава ЦК, а его дело было передано в прокуратуру. 27 октября 1949 года он был арестован и решением суда приговорен к смертной казни. Всего по «ленинградскому делу» были осуждены 214 человек, в том числе 145 близких и дальних родственников основных обвиняемых. Кузнецов, Вознесенские, Попков, Капустин, Бадаев, Родионов, Лазутин — расстреляны в октябре 1950 года.

«Ленинградское дело» стало символом борьбы за власть при стареющем вожде, но это далеко не полная характеристика явления. Мобилизационный социализм, полный архаики доурбанистической эпохи, во второй половине 1940-х годов исчерпал себя. Индустриальному обществу он уже не подходил. По отдельности и даже вместе Кузнецов, Вознесенский и другие «ленинградцы» не представляли никакой опасности, но выяснилось, что к их грехам прибавляется национализм, то, против чего Сталин боролся всегда.

Возникает вопрос: почему он, с 1930-х годов поощрявший (вместе со Ждановым) пропаганду героических деяний русского народа и сделавший ставку на русскоцентричную культурную политику, воспринял «русские идеи» ленинградцев как опасные для государства?

Исторический ответ был дан в 1990-м, когда в СССР была создана Коммунистическая партия РСФСР, а исполнительная власть в лице президента РСФСР сомкнулась с хозяйственными руководителями в противостоянии центру. В частности, в октябре 1990 года был принят закон «О действии актов Союза ССР на территории РСФСР», установивший наказание для граждан и должностных лиц, исполняющих союзные законы, не ратифицированные российским Верховным Советом. Налоговые поступления стали поступать в Центральный банк РСФСР, минуя Центробанк СССР, что подорвало единую союзную экономику. Развернулась беспримерная антисоюзная пропаганда под флагом возвращения к национальным традициям.

Но было и еще одно обвинение ленинградцев, не получившее огласку во время судебного процесса. О нем сказано в малоизвестном исследовании профессора Бориса Старкова «Борьба с коррупцией и политические процессы во второй половине 1940-х годов». В частности, он характеризует обстановку в Ленинграде так: «Номенклатура уже почувствовала вкус к красивой жизни и без особой опаски выставляла свои материальные завоевания, достигнутые служебным положением. Сделки, взяточничество, коррупция, протекционизм и мародерство стали утверждаться между некоторыми из ее представителей. Поэтому, не получив ответа на свои жалобы, граждане обращались за помощью в органы государственной безопасности и в Москву».

Началась рутинная проверка, вскоре ставшая агентурно-оперативной разработкой «Скорпионы». В результате операции под подозрение попал Алексей Кузнецов, который не принял должных мер по сигналам о коррупции, а сам жил «в двадцатикомнатном особняке» с роскошной обстановкой. Бывший начальник Ленинградского управления НКВД Петр Кубаткин тоже оказался замаран: «получил в подарок от некого Битермана, впоследствии арестованного по делу „Скорпионы“, трофейный автомобиль». Теперь ленинградские руководители предстали совсем в ином свете. Именно после этого «Ленинградское дело» получило свое окончательное, расстрельное «оформление». 

В материале использованы фото РИА Новости и ИТАР-ТАСС

portal-kultura.ru

Ленинградское дело

Сталинское окружение в послевоенные годы

Перед началом Великой Отечественной войны в высших органах власти страны- Политбюро ЦК ВКП(б) и Совнаркоме- появляются новые выдвиженцы Сталина- А. Жданов, Л. Берия, Г. Маленков, Н. Вознесенский, — занявшие ведущие позиции в окружении вождя. Жданову и Маленкову поручалось руководство партийным аппаратом и кадрами, решение крупных государственных вопросов. Первым заместителем Сталина в СНК и его заместителем по военным и военно-морским делам стал Вознесенский, потеснивший в правительственной иерархии Молотова и Микояна. Берия как заместитель председателя Совнаркома курировал ряд ключевых ведомств: вновь созданный Наркомат государственной безопасности, наркоматы лесной промышленности, цветной металлургии, нефтяной промышленности и речного флота. Все эти лица стали не только членами Центрального Комитета ВКП(б), но и кандидатами в Политбюро ЦК. За всеми этими срежиссированными Сталиным кадровыми перестановками просматривалась конкретная цель: оттеснение «старой гвардии», противопоставление ей новых выдвиженцев.

В годы Великой Отечественной войны «молодые кадры» заметно укрепили свое положение в руководстве страны. Маленков, Вознесенский и Берия вошли в состав Государственного Комитета Обороны, где отвечали за жизненно важные направления экономики. Маленков курировал авиационную промышленность; Вознесенский контролировал металлургический, нефтяной и химический комплексы; Берия- производство вооружения и боеприпасов, а с мая 1944 года сменил Молотова на посту заместителя Председателя ГКО. Одним из итогов внутреннего соперничества на вершине власти стало формирование связки Берия- Маленков. Их союз представлял собой мощнейшую аппаратную силу, контролировавшую многие рычаги государственно- партийного управления и серьезно противостоявшую «старой группировке».

Такой расклад определил логику внутреннего развития власти в первое послевоенное время. Чрезмерное усиление команды Берия- Маленков не смогло остаться без внимания Сталина. Его политическому стилю было присуще постоянное манипулирование фигурами своего окружения, усиление одних- ослабление других. Решение об ограничении сферы влияния Берии- Маленкова оформилось во время послевоенного отпуска Сталина в период с 9 октября по 17 декабря 1945 года. Вскоре после его возвращения были предприняты конкретные действия, направленные против ближайших соратников вождя.

29 октября 1945 года от обязанностей наркома внутренних дел СССР был освобожден Берия. Для отставки Маленкова, находившегося на выборной должности секретаря ЦК, было использовано так называемое «дело авиаторов», обвиненных в выпуске предприятиями Наркомата авиационной промышленности СССР самолетов со значительными дефектами.

Однако Берия продолжал возглавлять Спецкомитет №1 (атомная проблема), а Маленков 13 мая 1946 года был назначен председателем Спецкомитета №2 (производство реактивного вооружения и техники). Ущемление своих позиций Берия и Маленков восприняли с тревогой. Их тревогу вызвали и шаги Сталина по формированию нового центра власти, предпринятые в начале 1946 года. Речь шла о группе руководителей- выходцев из Ленинграда.

В решении Политбюро ЦК от 13 апреля 1946 года Жданов фактически стал вторым секретарем ЦК ВКП(б), А. А. Кузнецова избрали секретарем Центрального Комитета, который одновременно был утвержден начальником Управления кадров ЦК.

Сохранив влияние во власти, тандем Берия- Маленков развернул активную деятельность по дискредитации лидеров недружественной политической группы.

Общеизвестно, что вождь недолюбливал Ленинград, с недоверием относясь к «колыбели революции», где он не занимал ведущих позиций. Нащупав «слабое место», Берия- Маленков с настойчивостью начали эксплуатировать данную тематику, используя имеющиеся у них аппаратные ресурсы. Поэтому не случайно, что многие крупные недостатки в различных сферах работы рассматривались и обобщались именно на материалах Ленинграда, ленинградской партийной организации. Так, например, Ленинград оказался в центре внимания ЦК при разборе нарушений в ходе проведения денежной реформы. Проверка установила, что ряд руководящих лиц, используя служебное положение и нарушив закон, внесли вклады в сберкассы деньгами старого образца после прекращения операций. Вне всякого сомнения, такие нарушения носили повсеместный характер, тем не менее, развитие получала тема нарушений именно в Ленинграде.

29 марта 1947 г. политбюро приняло решение освободить Молотова от участия в заседании правительства, что мотивировалось его перегруженностью внешнеполитическими задачами. Это постановление означало, что Молотов был устранен от руководства правительством и тем самым от роли потенциального «наследника» Сталина. Председательство на заседаниях правительства перешло, однако, не к Вознесенскому, а к тройке Вознесенский, Берия, Маленков поочередно. Берия и Маленков становились вновь важным элементом властной комбинации. Жданов был устранен от руководства аппаратом ЦК и отправлен в отпуск по болезни, из которого уже не вернулся. Место руководителя ЦК занял Маленков.

Поощряя соперничество среди руководящей группы лиц, Сталин фактически поддержал попытки Г. М. Маленкова и Л П. Берия скомпрометировать Н. А. Вознесенского и А. А. Кузнецова. Сталин в частных беседах высказывал предположения о том, что в качестве своего преемника по партийной линии он видел секретаря ЦК, члена Оргбюро А. А. Кузнецова, а по государственной линии- члена Политбюро, заместителя Председателя Советов Министров СССР Н. А. Вознесенского. Эти разговоры подкреплялись возрастающим авторитетом Вознесенского и заметным усилением позиций в Оргбюро и Секретариате ЦК Кузнецова, который, помимо Управления кадров, ведал также работой органов юстиции, МВД, МГБ.

В августе 1948 г. умер Жданов, что послужило сигналом для активизации блока Маленкова- Берия. Перестановки в 1948 г. подорвали положение Вознесенского и Кузнецова, их уход стал вопросом времени.

Все эти события стали прологом к так называемому «ленинградскому делу».

Таким образом, можно сделать вывод, что «ленинградское дело» было спровоцировано не Маленковым и Берия, а И. В. Сталиным, который стремился поддерживать среди высших руководителей атмосферу подозрительности, зависти и недоверия друг другу и на этой основе еще больше укреплять свою личную власть.

Ход «ленинградского дела»

Психологическое воздействие репрессий на общество, преследующее цель парализации коллективной способности к сопротивлению, основано на принципе избирательного террора- каким бы массовым тот ни был. Избирательный подход призван был заложить в массовое сознание идею «праведного гнева» и «справедливости» репрессивных мер.

Репрессии послевоенных лет в той или иной степени затронули все слои населения. Первыми под каток новых репрессий попали те, кто уже отбыл наказания за «политические преступления» и был освобожден. 26 октября 1948 г. была издана совместная директива МГБ СССР и Прокуратуры СССР, предписывающая снова арестовать бывших троцкистов, правых, меньшевиков, националистов, а также вышедших на свободу осужденных ранее за шпионаж диверсии.

Если сравнивать размах политических репрессий за довоенный и послевоенный период, то очевидно, что послевоенный террор не достиг масштабов «большого террора» 1937- 1938 гг. Отличительной чертой послевоенных политических репрессии можно считать замкнутость их на уровне элит- центральных и местных. Репрессии в этой среде преследовали цель дисциплинировать партийный и государственный аппарат, на примере наказания одиночек дать своеобразный урок остальным. Репрессии в кругу элит служили также средством разрешения клановых противоречий в борьбе за власть и являлись своего рода инструментом обеспечения сменяемости и обновляемости кадров.

Поводом для фабрикации ложных обвинений в отношении А. А. Кузнецова послужила проведенная с 10 по 20 января 1949 года в Ленинграде Всероссийская оптовая ярмарка. Маленков выдвинул против Кузнецова и Председателя Совета Министров РСФСР М. И. Родионова, секретарей Ленинградского обкома и горкома партии П. С. Попкова и Я. Ф. Капустина обвинения в том, что они провели ярмарку без ведома и в обход ЦК и правительства. Между тем документально установлено, что ярмарка была проведена во исполнение постановления Совета Министров СССР.

Раздувая дело о незаконности проведения Всероссийской оптовой ярмарки в Ленинграде, Маленков использовал и другие предлоги для дискредитации ленинградских руководителей.

Через несколько дней после окончания работы X областной и VIII городской и объединенной Ленинградской партийной конференции (22-25 декабря 1948 года) в ЦК ВКП(б) поступило анонимное письмо, в котором сообщалось, что хотя в отдельных бюллетенях фамилии секретарей Ленинградского обкома и горкома партии П. С. Попкова, Я. Ф. Капустина и Г. Ф. Бадаева были вычеркнуты, председатель счетной комиссии А. Я. Тихонов объявил на конференции, что эти лица прошли единогласно. Действительно, Попков получил «против» 4 голоса, Бадаев- 2 голоса, Капустин- 15, но причастность ленинградских руководителей к искажению итогов выборов не была установлена.

Тем не менее 15 февраля 1949 года на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) было выдвинуто обвинение против А. А. Кузнецова, М. И. Родионова и П. С. Попкова в том, что они провели в Ленинграде Всесоюзную оптовую ярмарку, что якобы привело к разбазариванию государственных товарных фондов и к неоправданным затратам государственных средств на организацию ярмарки. Постановлением Родионов, Кузнецов и Попков были сняты с занимаемых ими постов и им были объявлены партийные взыскания- выговор.

В это время продолжался поиск компромата на Вознесенского. Эту работу на себя взял председатель Комиссии партийного контроля при ЦК ВКП(б) М. Ф. Шкирятов. В этих целях была использована докладная записка заместителя председателя Госснаба СССР М. Т. Помазнева о занижении Госпланом СССР плана промышленного производства СССР на I квартал 1949 года. Этот документ послужил началом для возведения обвинений в отношении Вознесенского. Постановлением Совета Министров СССР от 5 мая 1949 года Вознесенский был снят с поста председателя Госплана СССР. Также, Вознесенский обвинялся в искажении и фальсификации статистической отчетности и в утрате секретных документов в аппарате Госплана.

9 сентября 1949 года Шкирятов представил Маленкову решение КПК. Документ содержал предложение исключить Вознесенского из партии и привлечь к суду за утрату документов Госпланом. Предложение КПК утвердил Пленум ЦК. 27 октября 1949 года Вознесенского арестовали.

С целью получения вымышлены показаний о существовании в Ленинграде антипартийной группы Г. М. Маленков лично руководил ходом следствия по делу и принимал в допросах непосредственное участие. Ко всем арестованным применялись незаконные методы следствия, мучительные пытки, побои и истязания.

Для создания видимости о существовании в Ленинграде антипартийной группировки по указанию Маленкова были произведены массовые аресты среди ленинградского партийного актива и руководящих партийных работников. В своих действиях первый секретарь Ленинградского обкома и горкома партии В. М. Андрианов ссылается на установки ЦК и указания лично И. В. Сталина.

В результате этой «кампании» только в Ленинграде и области в 1949- 1952 гг. было освобождено от работы свыше 2 тысяч руководителей.

Более года арестованных готовили к суду, подвергая грубым издевательствам. Психологическая обработка обвиняемых усилилась накануне и в ходе самого судебного разбирательства.

Главный судебный процесс над участниками «ленинградского дела» проходил 29-30 сентября 1950г. в Ленинграде. Все подсудимые признали себя виновными. На основании приговора Военной коллегии Верховного Суда СССР они обвинялись в том, что «представляли собой враждебную группу, которая с 1938 года проводила вредительско-подрывную работу» с целью «превратить Ленинградскую организацию в свою опору для борьбы с партией и ее ЦК». В 2:00 1 октября 1950 года, через час после оглашения приговора, Вознесенский, А. А. Кузнецов, П. С. Попков, Я. Ф. Капустин, М. И. Родионов, П. Г. Лазутин были расстреляны. Другие арестованные, а также члены семей осужденных приговаривались к различным срокам тюремного заключения.

Реабилитация «ленинградских преступников»

После смерти И. В. Сталина и разоблачения Л. П. Берия обстановка в стране изменилась. В Центральный Комитет КПСС из лагерей и тюрем стали поступать письма от осужденных по «ленинградскому делу». Все они явились предметом тщательного разбирательства.

Вскоре началась вереница апелляционных процессов в судебных органах. 30 апреля 1954 года Военная коллегия Верховного Суда СССР реабилитировала группу лиц, занимавших до арестов видные посты в партии и осужденных по «ленинградскому делу»: Кузнецова А. А., Капустина Я. Ф., Попкова П. С., Вознесенского Н. А., Лазутина П. Г., Родионова М. И., Турко И. М., Закржевской Т. В., Михеева Ф. Е. «по вновь открывшимся обстоятельствам отменить и дело прекратить за отсутствием в их действиях состава преступления».

Широкой гласной официальной реабилитации убитых по «ленинградскому делу» пока не последовало.

Однако уже 7 мая 1954 года в постановлении собрания ленинградского партийного актива подчеркивалось, что в связи с «ленинградским делом» Ленинградским обкомом и горкомом партии были допущены серьезные ошибки как организационного, так и политического характера. Областной и городско комитеты КПСС, руководители партийных и советских органов обязывались в кротчайшие сроки завершить работу по реабилитации необоснованно обвиненных. И такая работа была проведена.

Вскоре предстали перед судом и те, кто непосредственно сфабриковал «ленинградское дело». 14- 19 декабря 1954 года в Ленинграде вновь состоялся судебный процесс. На этот раз на скамье подсудимых находились бывшие руководящие работники Министерства госбезопасности СССР: министр В. С. Абакумов, начальник следственной части по особо важным делам А. Г. Леонов, его заместители М. Т. Лихачев и В. И. Комаров, начальник секретариата И. А. Чернов и его заместитель Я. М. Броверман. В своем последнем слове В. С. Абакумов оправдывал свои преступления ссылками на «высшие инстанции», направлявшие работу органов госбезопасности. За тяжкие преступления, совершенные перед партией и народом, Военная Коллегия Верховного суда СССР приговорила Абакумова, Леонова, Комарова и Лихачева к расстрелу, а Бровермана и Чернова к тюремному заключению.

В феврале 1956 года на XX съезде КПСС Н. С. Хрущев назвал в качестве организаторов и главных фабрикантов «ленинградского дела» Л. П. Берия и его подручных. Вопрос о преступной роли Г. М. Маленкова в организации дела был поставлен после июньского (1957 года) Пленума ЦК КПСС. Однако Г. М. Маленков, заметая следы преступлений, почти полностью уничтожил документы, относящиеся к «ленинградскому делу».

Следует отметить, что в середине 1988 года, спустя сорок лет после начала фабрикации серии «ленинградских дел», только в рабочей группе Комиссии партийного контроля при Ленинградском обкоме КПСС ждали очереди материалы почти на 550 коммунистов и беспартийных, подвергшихся репрессиям в 1949- 1953 годах и по тем или иным причинам до тех пор полностью не реабилитированных. К маю 1989 года список пострадавших по этому «делу» ленинградцев увеличился до шестисот с лишним фамилий. И это только по одному лишь «ленинградскому делу».

В целом же по стране, заявлял начальник отдела Главной военной прокуратуры генерал- майор юстиции В. Г. Проворотов, «предстоит рассмотреть несколько сотен тысяч дел».



biofile.ru