Сериалъ "Русские броненосцы" Серия 7. "Гангутъ". Гангут броненосец


Броненосец Гангут (1890)- история создания и службы корабля Российского Императорского флота

Служба

Исторические данные

29 октября 1888 года Заложен
6 октября 1890 года Спущен на воду
октябрь 1894 года Введен в строй
12 июня 1897 года Выведен из боевого состава

Общие данные

6592 / 7142 т. Водоизмещение(стандартное/полное)
84,7 / 18,9 / 6,99 м. Размерения(длина/ширина/осадка)

ЭУ

0

Две горизонтальные паровые машины тройного расширения / 5969 Главная ЭУ(тип/мощность)
13,89 / узл. Скорость хода(полная/экономичная)
2000 / миль Дальность плавания(полным/экономичным ходом)
1370 т. Запас топлива

1

Две горизонтальные паровые машины тройного расширения / 5969 Главная ЭУ(тип/мощность)
13,89 / узл. Скорость хода(полная/экономичная)
2000 / миль Дальность плавания(полным/экономичным ходом)
1370 т. Запас топлива

Экипаж

521 чел. Общая численность
28 чел. Офицеры
493 чел. Матросы

Бронирование

406—305 / мм. Пояс/борт
63,5 мм. Палуба
241—216 / 241—216 мм. Траверз(носовой/кормовой)
229—203 мм. Барбеты
152 мм. Боевая рубка

Вооружение

  • 1 - 305-мм/35 орудия
  • 4 - 229-мм/35 орудия
  • 4 - 152-мм/35 орудия
  • 6 - 47-мм орудия
  • 10 - 37-мм одноствольных орудия Гочкиса
  • 4 - 37-мм пятиствольных орудий Гочкиса
  • 4 - 63,5-мм десантных орудий Барановского
  • 6 - 381-мм минных аппаратов
  • сфероконические мины заграждения

Однотипные корабли

«Император Александр II», «Император Николай I», «Двенадцать Апостолов», «Наварин», «Три Святителя», «Сисой Великий»

«Гангут» - броненосец Российского Императорского флота, был назван в честь боя при мысе Гангут. Этот корабль считается уменьшенной копией броненосцев класса «Император Александр II». «Гангут» был сооружон на Новой Адмиралтейской верфи в Санкт-Петербурге. Закладка совершилась 29 октября 1888 года, спущен на воду был 6 октября 1890 и окончен в 1894. Перегрузка на 600 тонн сообразно сопоставлению с планом привела к увеличению осадки и понижению скорости. Возвращаясь с артиллерийских стрельб 12 июня 1897, «Гангут» распорол борт о никак не отмеченную на карте гору. Около 6 часов команда боролась за живучесть корабля, однако безуспешно. К счастью, экипажу получилось спастись. «Гангут» затонул, и по сей день лежит на дне Выборгского залива под 29-метровой толщей воды. План по подъёму корабля так и не был осуществлен.

История создания

Проектирование

Чертеж броненосца «Гангут»

После начала возведения на Балтике 2-ух первых броненосцев 20-летней судостроительной программы — «Императора Александра II» и «Императора Николай I» — появился некий застой, стимулированный колебаниями управления российского флота сравнительно предстоящего пути его развития. С одной стороны, важным и более потенциальным врагом числилась Великобритания, сражаться с которой предполагалось с поддержкой крейсеров, работающих на ее торговых маршрутах, раскиданных почти по всему миру. С иной стороны, нужно было снабдить надёжную охрану Балтийского моря от вторжения противников — как Великобритании, этак и остальных стран, в первую очередность Германии и Швеции. На создание структуры оборонительного флота огромную роль игралось интерес минными мощами, и в частности, близость взоров правящего русским морским министерством вице-адмирала И.А. Шестакова идеям французской «молодой школы» адмирала Оба. Сообразно сим факторам 20-летняя судостроительная программа была изменена в сторону убавления числа броненосцев и роста численности миноносцев. В ноябре 1886 года, невзирая на то, что концепция «молодой школы» была к тому времени нешуточно поколеблена манёврами французского флота, когда броненосцы практически без утрат сумели прорвать оборонительную позицию миноносцев у Балеарских островов, И.А. Шестаков выдал поручение создать новейшую стратегическую программу корабельных построек. Приказ же приступить конструирование третьего броненосца было выдано только 4 июля 1887 года.

Новейший корабль, как и 2 прошлых броненосца, ориентировался на таранную стратегию ведения битвы, для чего более мощнейший артиллерийский огонь обязан размещаться на носу корабля. Но 2 строящихся «императора» представлялись И.А. Шестакову очень большими и чрезвычайно дорогими, потому правящий морским министерством распорядился планировать новейший корабль, исходя из осадки не наиболее 6,1м и скорости 15 узлов и с конкретной охраной(не чрезвычайно толстою бронёй, как пояса сообразно фрахтовой ватерлинии, этак и всей артиллерии). 17 ноября 1887 года было утверждено некоторое количество скорректированное поручение, определяющее, что новейший корабль обязан обладать наиболее мощное оружие, чем уже имеющиеся германские броненосцы, осадку в пределах 6,7м, владеть возможностью дойти от Кронштадта по Зунда и назад совершенным ходом, а в случае последней необходимости свершить переход в Средиземное море и даже на Далекий Восток. Основной калибр корабля это 4 229-мм орудия с длиной ствола 35 калибров, был избран в вере отрешиться от трудных и дорогостоящих гидравлических приводов, нужных для наиболее тяжких артиллерийских систем. Числилось, что снаряды данных пушек будут способны проломить броню имеющихся германских кораблей типа «Ольденбург» и «Захсен»(о том, что немцы за время проектирования и строительства российского броненосца сумеют завести в строй гораздо наиболее массивные корабли, И.А. Шестаков не думал).

Постройка

Стройку «броненосного корабля № 3 для Балтийского моря» началось в эллинге Новейшего Адмиралтейства 29 октября 1888 года и велось очень высочайшими темпами. Строителем был назначен младший кораблестроитель А. Е. Леонтьев 2-й. Сообразно утверждённой спецификации, броненосец обязан был обладать последующие кораблестроительные составляющие:

  • водоизмещение 6592 т;
  • длину между перпендикулярами 84,7 м;
  • ширину по грузовой ватерлинии 18,9 м;
  • осадку в полном грузу на ровный киль 6,4 м.

28 января 1889 года новый броненосец был зачислен в перечни флота с присвоением ему имени «Гангут». Назван корабль был в честь победы российского флота в Гангутской битве, а 20 мая свершилась официальная закладка в пребывании правителя Александра III, императрицы Марии Фёдоровны, генерал-адмирала великого князя Алексея Александровича, правящего морским министерством вице-адмирала Н.М. Чихачёва, главенствующего корабельного инженера Н.А. Субботина и остальных официальных лиц.

В конце октября 1890 года было решено сменить 30-калиберную 305-мм пушку на наиболее сильную 35-калиберную. Договор на изготовку форштевня, ахтерштевня и рулевой рамы, какие руководствовалось отлить из «беспузыристой» стали Сименс-Мартена, был заключён Главным управлением кораблестроения и снабжений (ГУКиС) 31 июля 1889 года. Крепления гребных валов заказали Александровскому заводу, однако их рассверловку обязан был исполнить Балтийский завод.

Спуск на воду броненосного корабля «Гангут»

Ещё в октябре 1889 г. были проведены тесты на водонепромокаемость внешней обшивки дна и бортов путём налива воды в отсеки. Итоги были сочтены удовлетворительными. 5 июня 1890 года осмотрели и испытали форштевень, 13 июля — крепления гребных валов, причём подмечалось, что «по качеству сплава испытываемая отливка далековато превосходит запросы, поставленные для приёма железных отливок». 23 июня были освидетельствованы и испытаны гидравлическим давлением 4 паровых котла, остальные 4 приняли 18 июля. Незадолго до этого, 5 июля, удачно прошло обследование сделанные Балтийским заводом стальные дейдвудные трубы «до обделки их в медную облицовку». Спуск корабля на воду состоялся 6 октября 1890 года. Углубление носом составило 3,28 м, кормой — 3,43 м; «воды в трюме и перегиби при спуске нет», — отрапортовал в МТК командир корабля капитан 1 ранга Н.И. Скрыдлов.

Эскадренный броненосец «Гангут» в достройке

Швартовные тесты удачно закончились 18 сентября 1892 года. К тому времени навесили практически всю броню, за исключением 16 плит каземата 229-мм орудий и 5 плит военный рубки. Еще оставались незаконченными якорное и управляющее устройства, водоотливная и вентиляционная системы, паровое нагревание, камбуз, обработка кают. Тем не менее, 14 октября броненосец собственным ходом в сопровождении восьми буксиров перешёл в Кронштадт, в каком месте его достройка была продолжена.

Испытания

3 июля 1893 года «Гангут» в первый раз вышел на ходовые тесты, но уже через 19 дней возвратился в гавань для устранения найденных поломок. Основной командир Кронштадтского порта контр-адмирал П.П. Андреев, обеспокоенный медленной достройкой корабля, провозгласил особую комиссию, которая 28 октября именовала последующие предпосылки незавершённости строительства:

  • уменьшение «штата служащих» по время постройки и частая смена их состава;
  • задержка доставки броневых плит с Ижорского завода;
  • отправление броненосца в Кронштадт, когда работы Санкт-Петербургского порта были ещё не окончены;
  • «особенно суровая» зима 1892-93 годов.

Только в июле 1894 года «Гангут» начал кампанию, а в августе под флагом правящего морским министерством П.П. Тыртова сделал поход в Либаву. 12 сентября корабль вышел на повторную пробу машин. На этот раз они работали гладко, без стука и нагревания отдельных долей, но 14-узловой контрактной скорости опять добиться не получилось: при осадке 6,99 м, что подходило водоизмещению 7142 т, и давлении пара 8,6 атм корабль смог взростить наибольший ход 13,89 узлов и обычный 13,46 узлов, при этом машины развили наибольшую мощность 5969 и.л.с. и среднюю 5551,6 и.л.с. при 90,5 оборотах винтов в минуту. Сообразно расчётам, 10-узловым ходом он сумел бы пройти 2000 миль. Чтоб добиться контрактной скорости, спецы Балтийского завода предложили нарастить тягу в котлах маршрутом роста трубы на 3-4 м. Непонятно, напугал ли управляющих флота вероятный наружный разряд и без такого неловкого корабля либо же они решили не растрачивать доп средства на усовершенствование военный единицы сомнительной ценности, однако было заметано наслаждаться приобретенной скоростью и тем, что к работе машин претензий не появилось.

Описание конструкции

Корпус

Корпус корабля набирался из железных листов, прокатанных сообразно методике Сименс-Мартена. Поперечный комплект состоял из 83 шпангоутов; шпация в районе 20-69 шпангоутов составляла 1219 мм, дальше к носу и корме — 914 мм. Шпангоуты 20, 24, 29, 32, 36, 40, 44, 48, 52 и 55 являлись водонепроницаемыми. Над броневым поясом меж шпангоутами не бронированного борта устанавливались промежные стойки.

Продольный комплект имел с обоих бортов по 4 стрингера. Они изготавливались из 1-го ряда железных листов (толщина 10,3 мм, длина 4,88-6,10 м) и постоянных железных угольников, имевших сообразно внешней кромке габариты 76,2×88,9 мм и толщину 11,1 мм, а по внутренней кромке — 76,2×76,2 и 15,9 мм. Четвёртый стрингер обоих бортов являлся водонепроницаемым сообразно всей длине, а второй стрингер — водонепроницаемым в носовой и кормовой частях, где он являлся продолжением пола в коридорах гребных валов.

Вертикальный киль состоял из одного ряда стальных листов длиной от 4,88 до 6,10 м и шириной 965 мм, горизонтальный киль — из листов в два слоя: верхний толщиной 15,9 мм, нижний — 19,1 мм. Вертикальный киль соединялся с горизонтальным двойной угловой сталью, имевшей по нижней кромке размеры 101,6×101,6 мм при толщине 15,9 мм, а по верхней кромке — 76,2×76,2 и 11,1 мм.

Двойное дно простиралось от 20 до 69 шпангоута и имело высоту от киля до четвёртого стрингера. Оно собиралось из листов толщиной 9,5 мм на протяжении машинного и котельных отделений и 7,9 мм в прочий доли. Продолжением внутреннего дна кверху на протяжении машинного и котельных отделений являлись продольные переборки угольных ям. Переборки бортовых коридоров шли от 20 до 69 шпангоута и имели толщину 7,9 мм. Не считая того, что в котельных отделениях (36-65 шпангоуты на возвышенности от внутреннего дна до жилой палубы) имелась продольная диаметральная водонепроницаемая перегородка толщиной 7,9-9,5 мм. Корпус был разделён на отсеки четырнадцатью поперечными водонепроницаемыми переборками, усиленными на 6, 36, 44, 52, 69 шпангоутах: их толщина на протяжении от внутреннего дна до жилой палубы составляла 9,5 мм против 6,4 мм у других переборок. Было предвидено, что все отверстия для труб разных систем и штоков в водонепроницаемых переборках и палубах обязаны обладать фланцами с набивными втулками и проделываться «совершенно водонепроницаемо».

Верхнюю палубу поверх стальной настилки планировалось накрыть 76,2-мм сосновыми досками шириной 152,4мм, но 23 декабря 1888 года МТК отдал приказ сменить их тиковыми досками), ватервейсы выполнялись из 127-мм тиковых досок. Настил жилой палубы выполнялся из сосновых досок толщиной 63,5мм.

Бронирование

Основной броневой пояс состоял из сталежелезных плит высотой 2,13м. Крепление плит исполнялось методом, принятом на броненосце «Императора Николай I»: болтами с внутренней стороны на древесной подкладке из лиственничных брусьев толщиной 178мм. Толщина плит на протяжении котельных и машинных отделений на возвышенности 1,07м от верхней кромки составляла 406мм, а потом убавлялась к нижней кромке до 203мм. В нос и корму от котельных и машинных отделений она составляла 356 и 305мм в верхней части и 178 и 152мм у нижней кромки соответственно. По проекту над грузовой ватерлинией пояс возвышался на 0,91м.Над главным шёл верхний пояс из 127-мм плит. Оба пояса замыкались броневыми траверзами, имевшими толщину 241мм у носового и 216мм у кормового траверза и устанавливавшимися на лиственничной подкладке толщиной 178мм. Плоская броневая палуба состояла из двух слоёв стальных листов общей толщиной 63,5мм. Барбет 305-мм орудия защищался 229-мм броневыми плитами, установленными на лиственичной подкладке толщиной 203 мм. Под верхней палубой толщина брони, защищавшей систему подачи боеприпасов из погреба к орудию, снижалась до 203мм. Каземат 229-мм орудий защищался 203-мм бронёй. Боевая рубка имела толщину 152мм.

Энергетическая установка и ходовые качества

Две ключевые паровые машины тройного расширения имели сообразно проекту суммарную мощность 6000 л.с. при естественной тяге и 9500 л.с. при форсировании. На испытаниях добиться контрактной мощности не получилось, она составила только 5969 и.л.с. при 90,5 об/мин. Цилиндры высочайшего давления имели поперечник 889мм, среднего давления — 1295,4 мм, невысокого давления — 1955,8 мм. Каждая из машин приводила во вращение собственный винт диаметром 5,18 м.

Пар производили 8 цилиндрических огнетрубных котлов, размещённых в 2-ух котельных отделениях. Рабочее давление пара составляло 9,1 атм, общая нагревательная поверхность — 134,45 кв.м, площадь колосниковых решёток — 53,88 кв.м.

Вспомогательное оборудование

Водоотливная система сообразно проекту включала 2 водоотливные турбины (центробежных насоса) производительностью 750 т/ч и одну на 250 т/ч (их приводили в движение паровые машины системы Брудерхуда), а ещё 2 эжектора Фридмана № 10 по 250 т/ч. Все эти насосы были подключены к общей «магистральной трубе» диаметром 356 мм, что позволяло откачивать воду из любого отсека соединёнными усилиями — естественно, при условии, что эта труба была целой. Не считая того, что для откачивания воды могли употребляться две циркуляционные и 4 трюмные машинные помпы, пожарный насос с паровой машиной системы Шанд-Мессона и 3 ручных помпы Стона. В ходе постройки состав водоотливных и пожарных средств, может быть, пересмотрели, так как по ним имеющие отличия данные: 2 турбины и 2 эжектора в котельных отделениях (по 750 и 250 т/ч соответственно), ещё по одной турбине в носовой части и за кормовой машинной переборкой, две циркуляционные и 4 трюмные машинные помпы и 2 пожарных насоса (по 125 т/ч).

На корабле предусматривалась установить 2 мачты со стрелами для подъёма гребных судов и военными марсами для размещения малокалиберных пушек, однако в ходе постройки от одной из мачт отказались.

Якорное устройство включало паровой шпиль, два становых адмиралтейских якоря массой по 4,68 т и 2 вспомогательных якоря системы Мартина такой же массы.

Набор рабочих и спасательных шлюпок включал 2 минных и один паровой 34-футовые катера, два 18-вёсельных баркаса, один 16-вёсельный рабочий катер, по два 14-вёсельных лёгких катера, 6-вёсельных вельбота и 6-вёсельных яла.

Вооружение

Главный калибр

Основной калибр представлял собой одно 305-мм орудие с длиной ствола в 35 калибров, поставленной в носу корабля в барбетной аппарате, а также четырьмя 229-мм 35-калиберными орудиями в личных казематах — по 2 с обоих бортов, причём теоретически в любой направленности могли одновременно стрелять 2 таких орудия.

Вспомогательная/зенитная артиллерия

Средний калибр включал четыре 152-мм 35-калиберных орудия, не имевших специальной броневой защиты. Противоминный калибр насчитывал шесть 47-мм одноствольных, десять 37-мм одноствольных и четыре пятиствольных орудий Гочкиса. Кроме перечисленных, «Гангут» нёс четыре 63,5-мм десантных орудия Барановского.

Минно-торпедное вооружение

Броненосец был вооружён шестью 381-мм минными аппаратами, а также сфероконическими минами заграждения.

История службы

Командир корабля капитан 1 ранга А.А. Бирилёв

В конце 1894 года «Гангут» при участии старшего ассистента судостроителя Д.В. Скворцова проводили тесты на мореходность. Как руководствовалось из его рапорта, при ветре 8 баллов броненосец зарывался носом и был неустойчив на курсе. Командир корабля капитан 1 ранга А.А. Бирилёв вместе со Д.В. Скворцовым составили список недочетов (21 пункт), посреди которых в особенности настораживало «недостаточное сопротивление переборок прогибу, неимение резины на почти всех лючках, дверях, пропущены заклёпки в переборках». Один из офицеров корабля писал, что тот «не оправдал вычислений создателя проекта и сел на 2 фута глубже», а еще владеет при совершенной перегрузке дифферент на нос. Не считая того, что в следствии большущий перегрузки (600т по корпусу и механизмам, переуглубление 0,7м) корабль не мог взять целый резерв угля, штатный трёхмесячный груз предметов обеспечения и продовольствия, потому что главный броневой пояс ушёл бы под воду. Метацентрическая высота составила 88,45см, что было несколько ниже проектных 90см. Вывод главенствующего инспектора кораблестроения Н.К. Глазырина по результатам данных испытаний был неутешителен: «Нахожу, что в подлинной ступени готовности этого броненосца его его опасно высылать в далекое плавание».

«Гангут» на Ревельском рейде

В 1896 году «Гангут» сделал поход по маршруту Кронштадт-Гельсингфорс-Либава-Рижский залив-Ревель. 30 мая в указах о итогах смотра кораблей Практической эскадры контр-адмирал С.О. Макаров писал: «Пётр Великий» и «Гангут» представлялись в примерном порядке. На обоих этих судах особенно хороши все нижние отделения». При этом подмечалось, что в неких водонепроницаемых переборках имеются отверстия, какие адмиралу проявили сами командиры броненосцев. В приказе от 9 июня С.О. Макаров с хвалой отозвался о содержании «Гангута»: Пусть управляющие машинами на миноносцах сходят на «Гангут» и поглядят, как это делает г. Стратанович — старший механик этого броненосца.

Кампания 1896 года чуть не кончилась для «Гангута» катастрофой. В сентябре, при переходе из Транзунда в Кронштадт, броненосец в проливе Бьерке-Зунд отклонился от курса на влево и налетел на камни Банки Ялкаматала. Управление спасательными работами принял на себя командующий Практической эскадрой контр-адмирал С.О. Макаров, который прибыл на аварийный броненосец с собственного флагманского корабля «Пётр Великий». С помощью остальных кораблей эскадры получилось подвести под пробоину пластырь, существенно сократив прибытие воды внутрь корпуса. Потом броненосец стянули с камней, и он собственным ходом дошёл до Кронштадта, где и стал в док.

Гибель

12 июня броненосец снялся с якоря и направился для исполнения учебных артиллерийских стрельб на плес к северу от острова Рондо. Выйдя в данный район, поставили щит на якорь, прилегли в дрейф и отдали время отобедать экипажу. В 13 ч 15 мин пробили военную тревогу, и «Гангут» начал лавирование у щита, стреляя с обоих бортов орудиями всех калибров, в том числе и 305-мм. В 15 ч 40 мин, когда погода начала портиться и ветер развёл волну силой до 3 баллов, стрельбу закончили. Щит подняли на борт и пошли на Транзунд, имея под парами четыре котла в носовом отделении. Скорость составляла всего 2,5 узла. В 15 ч 45 мин вахтенные доложили в выходившем из Бьерке-Зунда пароходе «Днепр». В этот момент на корабле ощутили незначимый толчок. В жилой палубе чувство было, как при реверсе с переднего хода на обратный, и только кочегары, стоявшие на вахте, совсем отчетливо услышали скрежет под дном. В 15 ч 55 мин застопорили ход и начали задраивать двери водонепроницаемых переборок. Но через 10 мин вода залила топки котлов в правом носовом отделении и через низко расположенный дымоход в течение нескольких минут затопила топки всех другихх котлов. Корабль остался без хода, без освещения и без водоотливных средств. В 16 ч 45 мин подняли сигнал «Терплю бедствие» по интернациональному своду и начали производить выстрелы с перерывом в 1 мин, чтобы привлечь внимание лоцманов на острове Тулуран-Саари (сейчас Вихревой).

Экипаж покидает тонущий «Гангут»

В 21 ч спустили адмиральский флаг, и С.П. Тыртов со штабом перешёл на пароход «Днепр» который прибыл на сигнал бедствия. Через пять минут вывели из действия вспомогательный котёл и водоотливные средства. На борту остались лишь капитан 1 ранга К.М. Тикоцкий, старший офицер капитан 2 ранга М. Переслени, мичман П. Плен и боцман Г. Мишин. Командир, убедившись, что на борту никого не осталось, последним сел в шлюпку. В 21 ч 40 мин «Гангут» очень быстро начал накреняться на левый борт и исчез под водой.

Попытка подъёма

Практически с самого начала работ совместно с флотскими водолазами на «Гангут» спускались и водолазы частных компаний, изучавших вероятность подъёма броненосца, хотя настолько большие корабли еще никогда не поднимали. Уже 20 июня проект подъёма подал французский изобретатель Бретнаша, а 1 августа пришли предписания сразу от трёх французских компаний. Потом подключились Великобритания, США и Швеция. Наиболее 20 прошений о предоставлении «привилегии на подъём» поступило от русских подданных, среди которых были дворяне, крестьяне, студенты, отставные военные, моряки гражданского флота.

«Гангут» на дне в районе гавани Транзунд в выборгском заливе

В 1900—1903 годах на «Гангут» не один раз опускались воспитанники Кронштадтской водолазной школы, во время которых было поднято огромное численность вещей: 47- и 37-мм орудия Гочкиса, 63,5-мм орудие Барановского, торпедную установку с парового катера, кормовой орёл и немало остальных вещей и железного лома. Летом 1903 года было найдено повышение наклона до 20°. Ил, забивший помещения, не позволял уже проникать в них.

«Гангут» и доныне лежит на дне Выборгского залива на глубине 29-30 м. Корабль равномерно стал известным объектом посещения аквалангистами: раз в год на него исполняют спуски две-три экспедиции.

Литература и источники информации

Литература

  1. М. А. Богданов, А. А. Гармашев. Эскадренные броненосцы «Гангут» и «Наварин». Журнал «Стапель» № 4 за 2007 год. — СПб., ЛеКо, 2007 г.
  2. В. Я. Крестьянинов. Судьба эскадренного броненосца «Гангут». Журнал «Судостроение» № 7 за 1986 год.
  3. А. А. Чернышов. Книга «Погибли без боя» 2012 год.

Ссылки

http://www.polytech31.ru/ship/index.php?id=7 https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%B0%D0%BD%D0%B3%D1%83%D1%82_(%D0%B1%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B5%D0%BD%D0%BE%D1%81%D0%B5%D1%86) http://tsushima.su/RU/libru/i/Page_6/page_13/krestik-gangut/

Галерея изображений

  • «Гангут» в порту

  • Макет затонувшего корабля «Гангут»

  • Снаряды орудий главного калибра на палубе линкора «Гангут»

  • «Гангут» выходит на рейд

wiki.wargaming.net

Гангут № 5 » Военное обозрение

День 12 июня 1897 года на Транзундском рейде начался как обычно. На кораблях Практической эскадры Балтийского флота в 5 часов утра сыграли побудку; уборка коек, умывание, молитва, завтрак, приборка шли своим размеренным порядком. Когда медь заблестела в лучах солнца, палубы были вымыты, снасти обтянуты, и началась подготовка к рабочему дню. Согласно расписанию занятий и учений кто-то готовился к постановке сетевых заграждений, кому-то выпала очередь свозить десант на берег. В 7 ч 15 мин эскадренный броненосец «Гангут» под флагом начальника эскадры вице-адмирала С. П. Тыртова снялся с якоря и направился в Выборгский залив на артиллерийские стрельбы.

Каждый год корабли эскадры занимались здесь боевой подготовкой. Район изучили до мелочей: низкие покрытые лесом берега, небольшие островки, спокойная в июне гладь залива, ни океанских приливов, ни отливов. Словом, тихий, райский уголок. К осени здесь уже неуютно, но к этому времени большинство судов эскадры, закончив кампанию, становится на зимовку в гаванях Кронштадта. Неудобство для плавания в этом районе доставляли лишь подводные камни. Последний раз промеры глубин выполнялись здесь в 1834 году, и не проходило кампании без посадок на мель или ударов о камни. К этому привыкли, впрочем после серьезной посадки на мель броненосца «Император Александр II» в 1895 году приняли решение произвести в шхерах гидрографическое траление. Его начали с выходных фарватеров из портов, и к 1897 году до района острова Рондо, куда направлялся «Гангут», очередь еще не дошла.

Эскадренный броненосец "Гангут". Внешний боковой вид и вид сверху, 1896 год

Эскадренный броненосец «Гангут» находился в строю всего несколько лет и среди моряков пользовался не очень лестной репутацией. О нем говорили: «Одна мачта, одна труба, одна пушка — одно недоразумение».

Управляющий Морским министерством вице-адмирал И. А. Шестаков считал водоизмещение и стоимость предшествующих броненосцев («Петр Великий», «Император Александр II» и «Император Николай I») слишком большими как для Балтийского морского театра, так и для бюджета. 4 июля 1887 года Шестаков приказал приступить к проектированию четвертого балтийского броненосца (по действовавшей тогда классификации — броненосного корабля), который должен быть подобен по общему расположению двум предыдущим, иметь осадку не более 20 футов (6,1 м) при скорости 15 уз, «наивозможно полно защищен не очень толстою броней, как пояса по грузовой ватерлинии, так и всей артиллерии».

Задание на проектирование, утвержденное 17 ноября 1887 года, определяло, что новые корабли должны быть сильнее германских броненосцев, способны дойти от Кронштадта до Зунда и обратно со скоростью 14-15 уз. Осадка в пределах 6,7 м должна обеспечить проход Балтийскими проливами, как Большим и Малым Бельтами, так и Зундом.

Значительно осложняло задачу проектантов требование, чтобы новый малый броненосец для закрытого морского театра был способен «в случае необходимости» совершить переход в Средиземное море и даже на Дальний Восток. Пресловутый принцип «экономии» проявился и в выборе главного калибра артиллерии. Чтобы избежать применения дорогостоящих и сложных гидравлических механизмов, главный калибр ограничили 229-мм орудиями с длиной ствола 35 калибров, полагая их достаточными против 240-мм орудий германских броненосцев типа «Ольденбург» (30 калибров) и 260-мм у типа «Заксен» (22 калибра). Снаряды 229-мм орудия Обуховского завода, как ожидалось, могли пробить броню большинства кораблей вероятных противников. Артиллерию среднего калибра предполагалось усилить скорострельными 75- и 120-мм пушками. Ориентировка при проектировании на уже находящиеся в строю корабли вероятного противника приводила к тому, что при вступлении в строй новый броненосец оказывался слабее своих зарубежных современников.

Эскадренный броненосец "Гангут". Проекции "бок" и "корпус" и теоретический чертёж

В начале 1888 года в Морской технический комитет (МТК) поступили проекты старшего судостроителя Э. Е. Гуляева, главного корабельного инженера Петербургского порта Н. А. Субботина и инженера Франко-русских заводов П. К. Дюбюи. В проекте Субботина два 305-мм орудия располагались в носовой и кормовой одноорудийных башнях и четыре 229-мм в одноорудийных по-бортно. Дюбюи предлагал носовую бар-бетную установку для двух 305-мм и казематное расположение четырех 229- и восьми 152-мм орудий. Исходя из указанных выше соображений, за основу приняли проект Гуляева с вооружением из шести 229- и четырех 152-мм орудий, предпочтя увеличенный запас угля и лучшее бронирование более сильной артиллерии других проектов.

6 июля 1888 года МТК утвердил спецификацию по корпусу броненосца водоизмещением 6592 т, длиной между перпендикулярами 84,7, шириной 18,9, осадкой 6,4 м. Главный броневой пояс на протяжении машинного и котельного отделений имел толщину сталежелезных плит 406 мм, уменьшаясь к оконечностям до 356 и 305 мм. Над главным поясом располагался второй, толщиной 127 мм. Орудийные казематы защищались 203-, а башенная установка 229-мм броней. Двухслойная броневая палуба имела толщину 63 мм. Чертежи корабельных систем, крепления брони, устройства рубки, мостика во многом соответствовали «Императору Николаю I».

29 октября 1888 года начались работы по постройке броненосца на Новом Адмиралтействе. 29 января следующего года корабль под названием «Гангут» зачислили в списки судов флота, а 20 мая состоялась его официальная закладка в присутствии императора Александра III и императрицы со свитой, генерал-адмирала и высших чинов Морского министерства.

По свидетельству строителя корабля А. Е. Леонтьева в некоторые месяцы на стапеле устанавливалось до 200 т металла. В целом работы продвигались успешно, однако постройку замедляли серьезные изменения проекта. Корпус удлинили на 0,9 м, снизили высоту носовой части верхней палубы, изменили форму казематов и уменьшили размеры орудийных портов. Повторных расчетов потребовало решение вместо двух 229-мм орудий в носовой установке разместить одно 305-мм. Задуманный сходным по силуэту со своими предшественниками, «Гангут» в ходе постройки лишился второй трубы и мачты.

Эскадренный броненосец "Гангут". Продольный разрез и план батарейной палубы

6 октября 1890 года после торжественной церемонии спуска корпус «Гангута» закачался на невской глади. Тем временем Балтийский завод изготовил главные машины, и 18 сентября 1892 года успешно прошли их швартовные испытания. Хотя 14 октября «Гангут» своим ходом перешел в Кронштадт, до полной готовности корабля было еще далеко*. [* В известном справочнике С. П. Моисеева «Список кораблей русского парового и броненосного флота» (М.: Воениздат. 1948. С. 52) ввод корабля в строй ошибочно датирован 1892 годом.] Всю зиму и весну продолжались работы, и лишь 3 июля 1893 года броненосец впервые вышел на ходовые испытания. 30 сентября во время шестичасового пробега на полный ход «Гангут» при мощности 5282,5 индикаторных л. с. развил среднюю скорость 13,78 уз. Так как контрактных 14 уз достигнуть не удалось, испытания признали неудовлетворительными. Летом 1894 года новый эскадренный броненосец (по классификации 1892 года) под флагом управляющего Морским министерством совершил поход по Балтике до Либавы. 12 сентября состоялись повторные ходовые испытания. При осадке 6,99 м, соответствовавшей водоизмещению 7142 т, удалось развить максимальную скорость 13,89 уз. Специалисты Балтийского завода для гарантированного достижения контрактной скорости предложили усилить тягу, увеличив высоту дымовой трубы на 3-4 м. Очевидно, представить себе небольшой и без того неуклюжий броненосец со столь гигантской трубой флотское начальство не могло и махнуло рукой на контрактную скорость, тем более что с «Гангутом» хватало и других забот.

Проведенные испытания мореходных качеств показали, что при волнении силой 8 баллов броненосец зарывается носом и неустойчив на курсе. Общий вывод главного инспектора кораблестроения Н. К. Глазырина оказался неутешительным: «Нахожу, что в настоящей степени готовности этого броненосца, его небезопасно посылать в дальнее плавание». Наиболее серьезными недостатками являлись негерметичность водонепроницаемых переборок и перегрузка. Последняя была хронической болезнью многих кораблей того времени. «Гангут» не мог принять полный запас угля и штатный трехмесячный запас продовольствия и снабжения — главный броневой пояс уходил под воду. Для устранения этого недостатка планировалось 305-мм орудие заменить 254-миллиметровым с длиной ствола 40 калибров, сталежелезные плиты броневой защиты — более тонкими из гарвеированной брони, но равной первой по сопротивлению разрушительному действию снарядов. Вместо 406-мм плит главного пояса предусматривались 229-миллиметровые, 203-мм плиты утоньшались до 152 мм. В дальнейшем и 229-мм орудия предполагалось заменить 152-миллиметровыми с длиной ствола 45 калибров. Из-за загруженности заводов заказами на орудия и броню для строящихся кораблей эти работы на «Гангуте» так и остались невыполненными. В окончательном виде артиллерийское вооружение коробля состояло из 305-мм орудия в барбетной гидравлической установке Путиловского завода, четырех 229- такого же числа 152-мм орудий в казематах, шести 47-мм одноствольных, четырех 37-мм пяти-ствольных и десяти 37-мм одноствольных пушек Гочкиса на верхней палубе, мостиках и боевом марсе.

Зимой 1894—1895 годов в Ревеле попытались устранить еще один крупный недостаток корабля и добиться необходимой герметичности переборок, люков, дверей. Из-за пресловутой экономии эти работы выполнили только для двух траверзных переборок.

В сентябре 1896 года в проливе Бьерке-Зунд «Гангут» получил пробоину в днище от удара о подводный камень. Прибывший с «Петра Великого» на аварийный броненосец С. О. Макаров взял на себя руководство работами по спасению корабля. С помощью других кораблей удалось подвести под пробоину пластырь. Поступление воды внутрь корпуса уменьшилось, и «Гангут» своим ходом пришел в Кронштадт. В доке в носовой части днища обнаружили борозду глубиной до 20 см на протяжении от 17 до 32 шпангоута. Листы наружной обшивки оказались вдавленными внутрь между шпангоутами со сквозными трещинами в килевом и двух смежных поясьях. Между 32 и 36 шпангоутами были смяты вертикальный киль, флоры и деформировано второе дно, что, по мнению Макарова, вызывалось, излишней жесткостью днищевого набора.

20 мая 1897 года «Гангут» в составе Практической эскадры вышел из Кронштадта на Транзундский рейд. 28 мая вице-адмирал С. П. Тыртов по указанию Главного морского штаба издал приказ о проведении в течение июня на всех кораблях эскадры испытаний водоотливных средств. На «Гангуте» их выполнили под руководством судовых механиков с участием учеников технического училища 10—11 июня. Все водоотливные средства, кроме носовой турбины, оказались исправными, но их суммарная производительность из-за малого диаметра труб составила лишь 24,5 т/мин вместо 65,9 по проекту. Устранить этот недостаток было решено силами порта по возвращении в Кронштадт, а пока продолжались учения по плану боевой подготовки.

На следующий день броненосец пошел к острову Рондо для выполнения учебной артиллерийской стрельбы. Ничто не нарушало спокойствия адмирала, штаба эскадры и командира. Поставив щит на якорь, легли в дрейф, пообедали.

В 13 ч 15 мин пробили боевую тревогу. Броненосец маневрировал у щита, стреляя с обоих бортов орудиями всех калибров, включая 305-мм. По окончании стрельбы в 15 ч 40 мин, когда погода стала портиться и ветер развел волну силой до 3 баллов, щит подняли на борт. Под парами находились четыре котла в носовых кочегарках. «Гангут» дал ход 2,5 уз и лег на курс на Транзунд. Через несколько минут на корабле почувствовали небольшой толчок, едва заметный на верхней палубе. В жилой палубе ощущение было такое, как при реверсе с переднего хода на задний. Лишь кочегары, стоявшие на вахте, отчетливо слышали скрежет под днищем.

Эскадренный броненосец "Гангут"

На мостике рулевой доложил, что броненосец внезапно отклонился от курса на 2° влево и в течение минуты не слушался руля. В правую носовую кочегарку хлынула вода. Несколько молодых кочегаров, испугавшись, выбежали на палубу, но затем вернулись и стали помогать своим более опытным товарищам, начавшим борьбу с прибывавшей водой. О пробоине сразу доложили старшему инженер-механику Н. М. Русначенко, находившемуся в своей каюте. Когда тот спустился в кочегарку, воды было уже по колено и она быстро прибывала. Водоотливные средства уже работали, а кочегары выгребали жар из топок, чтобы предотвратить взрыв котлов. Вода начала затапливать и левую носовую кочегарку прямо из-под котла, так что сначала предположили, что лопнул его шов. Одна из горловин двойного дна со свистом «травила» воздух, но когда попытались подтянуть болты крышки, оказалось, что они затянуты до отказа. Вода появилась и в коридоре крюйт-камеры 229-мм орудий. Находившийся на вахте помощник старшего инженер-механика А. А. Гаврилов приказал разводить пары в левой кормовой кочегарке. Русначенко, запретив выгребать жар из топок, поднялся на мостик и доложил о пробоине командиру. В 15 ч 50 мин пробили водяную тревогу. Командир вслед за старшим механиком спустился в носовую кочегарку. Команда действовала спокойно, как на учениях. Начали разводку паров во вспомогательном котле Бельвиля и котле Шанд-Мессона, привели в действие все водоотливные средства. Под предполагаемое место пробоины начали подводить пластырь, но оказалось, что штатные обносные цепочки были разорваны при ударе о камень. Тогда под руководством старшего офицера под пробоину начали подводить тент. Для заводки концов спустили вельбот, но сложное таранное образование носовой оконечности и усиливавшееся волнение мешали работе.

В 15 ч 55 мин остановили главные машины. Двери водонепроницаемых переборок, горловины и люки тщательно задраивались, причем те из них, которые были задраены до тревоги, открывались для контроля и задраивались снова. Через 20 минут после удара вода залила топки котлов правой носовой кочегарки. Через низко расположенный дымоход вода в течение нескольких минут залила топки котлов во всех кочегарках. Броненосец остался без хода, без освещения, без водоотливных средств. В погруженных во тьму помещениях корабля в наступившей после остановки механизмов тишине раздавался шум воды. Текли швы водонепроницаемых переборок, вода лилась струями через заклепочные отверстия, пропущенные нерадивыми строителями, резину дверей и люков, отсутствующие сальники, в местах прохода штоков, труб, тросиков машинного телеграфа через переборки и палубы. Дверь из правой кормовой кочегарки в машинное отделение сначала оставили открытой, чтобы понизить уровень воды в кочегарке и откачать ее водоотливными средствами машинного отделения. Задраить «водонепроницаемую» дверь так и не удалось. Броненосец продолжал погружаться. Ближайший берег был в шести милях. На борту находились 582 человека (кроме экипажа — штаб эскадры, воспитанники технического училища, ученики Петербургских мореходных классов, лоцманских классов, лоцманские и штурманские ученики, музыкантская команда эскадры). «Гангут» тем временем сносило на каменистую банку. Чтобы прекратить дрейф, а также облегчить работы по подводке пластырей, в 16 ч 35 мин отдали правый якорь на глубине 29 м и вытравили 57 м якорь-цепи. По приказанию вице-адмирала С. П. Тыртова за помощью на Транзундский рейд к младшему флагману эскадры контр-адмиралу П. Н. Назимову отправили вельбот под командой флаг-офицера мичмана П. И. Игнатьева.

Крен броненосца достиг 7° на правый борт, и, чтобы его выровнять, в бортовые коридоры левого борта приняли 60—70 т воды. Крен уменьшился до 1° и оставался таким в течение получаса, после чего корабль стал крениться уже на левый борт. Тогда прекратили затопление коридоров и по инициативе старшего механика заполнили водой помещение правого погреба 305-мм зарядов. После упорной работы под предполагаемую пробоину подвели тент и штатный пластырь, но вода продолжала прибывать. При разводке паров в котле Шанд-Мессона не обратили внимание на отсутствие в нем воды, в результате котел вышел из строя. Борьба за живучесть продолжалась при свете свечей. Отверстия в переборках в местах отсутствующих заклепок затыкались деревянными пробками и ветошью. На крышки люков жилой палубы ставились упоры, подкреплялись переборки. Воду откачивали ручными помпами и даже ведрами. Чтобы успокоить людей, в 17 ч 50 мин командир приказал второй вахте ужинать; команде выдали винную порцию.

Положение броненосца продолжало ухудшаться, остановить распространение воды по кораблю не удавалось. Сыграла свою коварную роль строительная перегрузка, «съевшая» часть запаса плавучести. После того как жилая палуба оказалась ниже ватерлинии, вода хлынула из шпигатов, гальюнов, умывальников. В 18 часов удалось запустить вспомогательный котел, и водоотливные средства «Гангута» возобновили работу, впрочем, ненадолго: его производительности не хватало, и пар во вспомогательном котле сел. К тому же паропроводы к водоотливным турбинам проходили через затопленные помещения, в результате чего пар охлаждался и конденсировался. К 18 ч 30 мин «Гангут» погрузился на два метра и положение стало критическим. Только через полчаса подошел миноносец № 108, вслед за ним десятью и пятнадцатью минутами позже пароход «Улеаборг» и крейсер II ранга «Африка». Затем прибыли пароход «Днепр», миноносцы № 123, 126, минные крейсеры «Лейтенант Ильин» и «Воевода». В это время крен броненосца достиг 10°. Командующий эскадрой предполагал отбуксировать «Гангут» на мелкое место крейсером «Африка», и с него на бак «Гангута» завели буксир. Миноносец № 108 послали в Транзунд с телеграммами в Петербург о случившемся. В это время (19 ч 25 мин) крен броненосца еще более увеличился. В каюты левого борта уже нельзя было попасть. Возникала опасность опрокидывания броненосца при буксировке, что привело бы к гибели сотен людей.

В 20 ч 20 мин, когда стало ясно, что спасти корабль не удастся, вице-адмирал С. П. Тыртов приказал начать перевозку вещей команды. Между «Африкой» и «Гангутом» устроили канатную дорогу, со всех подошедших кораблей и судов спустили шлюпки. Ветер и волнение усилились, что затрудняло спасательные работы. Тем не менее перевозка шла организованно. Сначала на «Африку» доставили судовую кассу, документы, затем больных, секретные карты, хронометры в строгом соответствии с очередностью, предписанной Морским уставом. Перевозку вещей команды уже через десять минут прекратили, так как погружение корабля ускорилось, и в 20 ч 30 мин начали эвакуировать людей. Команда, построенная по отделениям во фронт, по приказу старшего офицера и командира по очереди садилась в катера и шлюпки без какой-либо паники. В 21 час спустили вице-адмиральский и кормовой флаги и адмирал со штабом отбыл на пароход «Днепр». Спустя пять минут вывели из действия вспомогательный котел и водоотливные средства. На борту остались только командир корабля капитан 1 ранга К. М. Тихоцкий, старший офицер капитан 2 ранга М. Переслени, мичман П. Плен и боцман Г. Мишин. Командир обошел помещения броненосца, еще не залитые водой, и, убедившись, что на борту никого не осталось, последним сел в шлюпку. Спустя девять минут, когда она отошла на безопасное расстояние, «Гангут» стремительно повалился на левый борт и через несколько мгновений скрылся под водой. Это случилось в 21 ч 40 мин. Когда разошлись волны от гигантской воронки на месте гибели броненосца, на поверхности остались множество всплывших предметов и большое масляное пятно. На глаза многих гангутцев навернулись слезы.

В статье А. Н. Крылова «Гибель броненосца „Гангут"»* некоторые факты не соответствуют записям вахтенного и флагманского журналов, материалам следствия. [* Крылов А. Н. Гибель броненосца «Гангут». Сб. ЭПРОН VIII—IX. Л., 1935.] Драматическая обстановка борьбы за живучесть у заслуженного академика изображена карикатурно: вместо того чтобы бороться за живучесть корабля, адмирал приказал свозить шлюпками сперва священника с церковной утварью, затем вахтенный журнал, сигнальные книги, судовую отчетность, денежный сундук, командные койки и чемоданы, команду и офицеров. Крылов указывает, что корабль затонул, стоя на якоре рядом с 9-метровой банкой. Имелась ли возможность спасти корабль, посадив его на банку? Вероятно, имелась, но при посадке на мель затопляемый водой броненосец мог опрокинуться, что привело бы к многочисленным жертвам. Сознательно ли отказались от такой попытки, сейчас сказать трудно, так же как и то, насколько точно А. Н. Крылов передал слова адмирала А. А. Бирилева: «Гнусный корабль, хорошо, что его утопили, незачем его и поднимать». Для следствия по делу о гибели броненосца «Гангут» создали специальную комиссию под председательством контр-адмирала Р. Р. Дикера. В течение июня 1897 года водолазы подробно обследовали корпус затонувшего броненосца. Специальная гидрографическая партия выполнила промеры, в ходе которых обнаружили необозначенную на карте скалу. В ее верхней части имелись две острые вершины, отстоящие от поверхности воды на 6,6 и 7,1 м (осадка «Гангута» утром 12 июня была форштевнем 6,4 м, ахтерштевнем 7,2). На обеих вершинах остались следы сурика, а между ними обнаружили заклепки, принадлежавшие «Гангуту». Броненосец лежал на левом борту, погрузившись почти до диаметральной плоскости в ил. Водолазный офицер с броненосного крейсера «Россия» Н. К. Гербих зарисовал пробоины в днище по правому борту и в районе киля и снял их точные размеры. Общая площадь пробоин составила 0,279 м2. Через такое сечение на глубине 7 м в минуту должно поступать более -180 т воды. Можно предположить, что в левом борту также имелась одна или даже множество пробоин, о чем свидетельствует факт поступления воды сразу после удара о камень не только в правую, но и в левую носовую кочегарку. В результате ударов об острые вершины скалы листы обшивки разошлись на ширину от 7 до 20 см. Повреждения затронули район от 33 до 50 шпангоута. В работах по обследованию «Гангута» участвовали вольнонаемные водолазы со спасательного судна «Могучий», офицеры и указатели Кронштадтской водолазной школы и шведские водолазы. С затонувшего корабля удалось поднять несколько 47- и 37-мм орудий Гочкиса, 63,5-мм пушку Барановского и ряд мелких предметов.

После окончания следствия с 26 по 28 марта 1898 года в Кронштадте перед судьями предстали командир броненосца капитан 1 ранга К. М. Тихоцкий, флагманский штурман Практической эскадры штабс-капитан Ф. А. Тимофеевский, штурман корабля штабс-капитан Г. С. Штольц, механики Н. М. Русначен-ко и А. А. Гаврилов. Суд согласился с заключением следственной комиссии о том, что повреждения броненосца послужили причиной его гибели благодаря стечению ряда неблагоприятных обстоятельств, каждое из которых в отдельности не представляло особой опасности. Суд обратил внимание на следующие конструктивные недостатки: 1) перегрузку; 2) недоведение водонепроницаемых переборок выше жилой палубы; 3) помещение магистральной трубы в междудонном пространстве, Вследствие чего повреждение днища вызывало повреждение как самой трубы, так и второго дна; 4) недостаточный диаметр труб водоотливной системы; 5) негерметичность переборок, дверей, люков, горловин. На суде никто не опроверг заключение следственной комиссии о том, что не обнаружено данных, которые «возбуждали бы сомнение в общей прочности и благонадежности постройки корпуса броненосца».

На решение суда в отношении обвиняемых в значительной степени повлияло то, что уже через пять дней после гибели броненосца, когда еще не были известны результаты следствия, вышел приказ по морскому ведомству. В нем говорилось, что император Николай II «обратил внимание на выказанные в этом несчастном случае со стороны флагмана, командиров и офицеров броненосца энергию и распорядительность, благодаря которым в минуты крайней опасности был сохранен на судне образцовый порядок и удалось спасти всех находившихся на нем людей», за что всем чинам погибшего броненосца «изъявлено царское спасибо». Всех обвиняемых оправдали за исключением старшего инженер-механика Н. М. Русначенко, обвиненного в том, что он без разрешения командира броненосца приказал для выравнивания крена затопить 305-мм бомбовый погреб по правому борту. Но так как «означенное нарушение не имело и не могло иметь вредных последствий», Русначенко наказали в дисциплинарном порядке — пятью сутками ареста. Ни следственная комиссия, ни суд не ответили на главный вопрос: можно ли было спасти корабль при другой организации борьбы за живучесть. К несчастью, повреждения оказались самыми «неудобными», за короткое время вода затопила носовые котельные отделения — именно те, котлы в которых были под парами. При всех других вариантах повреждений днища имелась возможность откачивать поступающую через негерметичные переборки воду. Комиссия выявила следующие ошибки в ходе борьбы за живучесть: сначала неправильно оценили аварийное состояние броненосца; затопление для выравнивания крена велось без расчетов, на глаз; в связи с недостаточным знанием трюмными специалистами корабельных систем допустили ряд ошибок и не использовали все возможности; преждевременно начали выгребать жар из топок — опасности взрыва котлов не было; все водоотливные средства запустили в действие без учета паропроизводительности котлов.

Трагедия «Гангута» послужила причиной усиления внимания к вопросам непотопляемости. С. О. Макаров ранее неоднократно ставил вопрос об испыта нии водонепроницаемых переборок наливом воды в отсеки. После гибели «Гангута» адмирал написал письмо управляющему Морским министерством П. П. Тыртову о необходимости «пробы переборок». Инструкцию, разработанную на основе предложений Макарова, рассмотрели на заседании МТК 10 февраля 1898 года и утвердили 22 апреля. Старший помощник главного инспектора механической части флота В. И. Афанасьев писал впослед ствии Макарову: «Злополучный „Гангут" был тою дубиной, под ударами которой признали, наконец, правильность Ваших требований относительно пробы судовых переборок». Что же касается доведения водонепроницаемых переборок до верхней палубы, то этот вопрос Макаров поднимал еще в 1894 году, но не все его рекомендации даже после наглядного урока гибели «Гангута» были выполнены. Тем не менее в результате мер, принятых после изучения обстоятельств гибели «Гангута», живучесть кораблей русского флота в значительной степени повысилась.

Во время русско-японской войны броненосцы «Ретвизан», «Цесаревич», «Победа», «Севастополь», крейсеры «Баян», «Паллада» успешно противостояли взрывам торпед и мин.

topwar.ru

Tsushima - "Гангут"

В.Я. Крестьянинов

Гангут № 5

* По материалам ЦГАВМФ: ф. 412, 417, 421, 427, 870, 930.

День 12 июня 1897 года на Транзундском рейде начался как обычно. На кораблях Практической эскадры Балтийского флота в 5 часов утра сыграли побудку; уборка коек, умывание, молитва, завтрак, приборка шли своим размеренным порядком. Когда медь заблестела в лучах солнца, палубы были вымыты, снасти обтянуты, и началась подготовка к рабочему дню. Согласно расписанию занятий и учений кто-то готовился к постановке сетевых заграждений, кому-то выпала очередь свозить десант на берег. В 7 ч 15 мин эскадренный броненосец «Гангут» под флагом начальника эскадры вице-адмирала С. П. Тыртова снялся с якоря и направился в Выборгский залив на артиллерийские стрельбы.

Каждый год корабли эскадры занимались здесь боевой подготовкой. Район изучили до мелочей: низкие покрытые лесом берега, небольшие островки, спокойная в июне гладь залива, ни океанских приливов, ни отливов. Словом, тихий, райский уголок. К осени здесь уже неуютно, но к этому времени большинство судов эскадры, закончив кампанию, становится на зимовку в гаванях Кронштадта. Неудобство для плавания в этом районе доставляли лишь подводные камни. Последний раз промеры глубин выполнялись здесь в 1834 году, и не проходило кампании без посадок на мель или ударов о камни. К этому привыкли, впрочем после серьезной посадки на мель броненосца «Император Александр II» в 1895 году приняли решение произвести в шхерах гидрографическое траление. Его начали с выходных фарватеров из портов, и к 1897 году до района острова Рондо, куда направлялся «Гангут», очередь еще не дошла.

 

Эскадренный броненосец «Гангут» находился в строю всего несколько лет и среди моряков пользовался не очень лестной репутацией. О нем говорили: «Одна мачта, одна труба, одна пушка — одно недоразумение».

Управляющий Морским министерством вице-адмирал И. А. Шестаков считал водоизмещение и стоимость предшествующих броненосцев («Петр Великий», «Император Александр II» и «Император Николай I») слишком большими как для Балтийского морского театра, так и для бюджета. 4 июля 1887 года Шестаков приказал приступить к проектированию четвертого балтийского броненосца (по действовавшей тогда классификации — броненосного корабля), который должен быть подобен по общему расположению двум предыдущим, иметь осадку не более 20 футов (6,1 м) при скорости 15 уз, «наивозможно полно защищен не очень толстою броней, как пояса по грузовой ватерлинии, так и всей артиллерии».

Задание на проектирование, утвержденное 17 ноября 1887 года, определяло, что новые корабли должны быть сильнее германских броненосцев, способны дойти от Кронштадта до Зунда и обратно со скоростью 14-15 уз. Осадка в пределах 6,7 м должна обеспечить проход Балтийскими проливами, как Большим и Малым Бельтами, так и Зундом.

Значительно осложняло задачу проектантов требование, чтобы новый малый броненосец для закрытого морского театра был способен «в случае необходимости» совершить переход в Средиземное море и даже на Дальний Восток. Пресловутый принцип «экономии» проявился и в выборе главного калибра артиллерии. Чтобы избежать применения дорогостоящих и сложных гидравлических механизмов, главный калибр ограничили 229-мм орудиями с длиной ствола 35 калибров, полагая их достаточными против 240-мм орудий германских броненосцев типа «Ольденбург» (30 калибров) и 260-мм у типа «Заксен» (22 калибра). Снаряды 229-мм орудия Обуховского завода, как ожидалось, могли пробить броню большинства кораблей вероятных противников. Артиллерию среднего калибра предполагалось усилить скорострельными 75- и 120-мм пушками. Ориентировка при проектировании на уже находящиеся в строю корабли вероятного противника приводила к тому, что при вступлении в строй новый броненосец оказывался слабее своих зарубежных современников.

В начале 1888 года в Морской технический комитет (МТК) поступили проекты старшего судостроителя Э. Е. Гуляева, главного корабельного инженера Петербургского порта Н. А. Субботина и инженера Франко-русских заводов П. К. Дюбюи. В проекте Субботина два 305-мм орудия располагались в носовой и кормовой одноорудийных башнях и четыре 229-мм в одноорудийных по-бортно. Дюбюи предлагал носовую бар-бетную установку для двух 305-мм и казематное расположение четырех 229- и восьми 152-мм орудий. Исходя из указанных выше соображений, за основу приняли проект Гуляева с вооружением из шести 229- и четырех 152-мм орудий, предпочтя увеличенный запас угля и лучшее бронирование более сильной артиллерии других проектов.

6 июля 1888 года МТК утвердил спецификацию по корпусу броненосца водоизмещением 6592 т, длиной между перпендикулярами 84,7, шириной 18,9, осадкой 6,4 м. Главный броневой пояс на протяжении машинного и котельного отделений имел толщину сталежелезных плит 406 мм, уменьшаясь к оконечностям до 356 и 305 мм. Над главным поясом располагался второй, толщиной 127 мм. Орудийные казематы защищались 203-, а башенная установка 229-мм броней. Двухслойная броневая палуба имела толщину 63 мм. Чертежи корабельных систем, крепления брони, устройства рубки, мостика во многом соответствовали «Императору Николаю I».

29 октября 1888 года начались работы по постройке броненосца на Новом Адмиралтействе. 29 января следующего года корабль под названием «Гангут» зачислили в списки судов флота, а 20 мая состоялась его официальная закладка в присутствии императора Александра III и императрицы со свитой, генерал-адмирала и высших чинов Морского министерства.

По свидетельству строителя корабля А. Е. Леонтьева в некоторые месяцы на стапеле устанавливалось до 200 т металла. В целом работы продвигались успешно, однако постройку замедляли серьезные изменения проекта. Корпус удлинили на 0,9 м, снизили высоту носовой части верхней палубы, изменили форму казематов и уменьшили размеры орудийных портов. Повторных расчетов потребовало решение вместо двух 229-мм орудий в носовой установке разместить одно 305-мм. Задуманный сходным по силуэту со своими предшественниками, «Гангут» в ходе постройки лишился второй трубы и мачты.

6 октября 1890 года после торжественной церемонии спуска корпус «Гангута» закачался на невской глади. Тем временем Балтийский завод изготовил главные машины, и 18 сентября 1892 года успешно прошли их швартовные испытания. Хотя 14 октября «Гангут» своим ходом перешел в Кронштадт, до полной готовности корабля было еще далеко*. [* В известном справочнике С. П. Моисеева «Список кораблей русского парового и броненосного флота» (М.: Воениздат. 1948. С. 52) ввод корабля в строй ошибочно датирован 1892 годом.] Всю зиму и весну продолжались работы, и лишь 3 июля 1893 года броненосец впервые вышел на ходовые испытания. 30 сентября во время шестичасового пробега на полный ход «Гангут» при мощности 5282,5 индикаторных л. с. развил среднюю скорость 13,78 уз. Так как контрактных 14 уз достигнуть не удалось, испытания признали неудовлетворительными. Летом 1894 года новый эскадренный броненосец (по классификации 1892 года) под флагом управляющего Морским министерством совершил поход по Балтике до Либавы. 12 сентября состоялись повторные ходовые испытания. При осадке 6,99 м, соответствовавшей водоизмещению 7142 т, удалось развить максимальную скорость 13,89 уз. Специалисты Балтийского завода для гарантированного достижения контрактной скорости предложили усилить тягу, увеличив высоту дымовой трубы на 3-4 м. Очевидно, представить себе небольшой и без того неуклюжий броненосец со столь гигантской трубой флотское начальство не могло и махнуло рукой на контрактную скорость, тем более что с «Гангутом» хватало и других забот.

Проведенные испытания мореходных качеств показали, что при волнении силой 8 баллов броненосец зарывается носом и неустойчив на курсе. Общий вывод главного инспектора кораблестроения Н. К. Глазырина оказался неутешительным: «Нахожу, что в настоящей степени готовности этого броненосца, его небезопасно посылать в дальнее плавание». Наиболее серьезными недостатками являлись негерметичность водонепроницаемых переборок и перегрузка. Последняя была хронической болезнью многих кораблей того времени. «Гангут» не мог принять полный запас угля и штатный трехмесячный запас продовольствия и снабжения — главный броневой пояс уходил под воду. Для устранения этого недостатка планировалось 305-мм орудие заменить 254-миллиметровым с длиной ствола 40 калибров, сталежелезные плиты броневой защиты — более тонкими из гарвеированной брони, но равной первой по сопротивлению разрушительному действию снарядов. Вместо 406-мм плит главного пояса предусматривались 229-миллиметровые, 203-мм плиты утоньшались до 152 мм. В дальнейшем и 229-мм орудия предполагалось заменить 152-миллиметровыми с длиной ствола 45 калибров. Из-за загруженности заводов заказами на орудия и броню для строящихся кораблей эти работы на «Гангуте» так и остались невыполненными. В окончательном виде артиллерийское вооружение коробля состояло из 305-мм орудия в барбетной гидравлической установке Путиловского завода, четырех 229- такого же числа 152-мм орудий в казематах, шести 47-мм одноствольных, четырех 37-мм пяти-ствольных и десяти 37-мм одноствольных пушек Гочкиса на верхней палубе, мостиках и боевом марсе.

Зимой 1894—1895 годов в Ревеле попытались устранить еще один крупный недостаток корабля и добиться необходимой герметичности переборок, люков, дверей. Из-за пресловутой экономии эти работы выполнили только для двух траверзных переборок.

В сентябре 1896 года в проливе Бьерке-Зунд «Гангут» получил пробоину в днище от удара о подводный камень. Прибывший с «Петра Великого» на аварийный броненосец С. О. Макаров взял на себя руководство работами по спасению корабля. С помощью других кораблей удалось подвести под пробоину пластырь. Поступление воды внутрь корпуса уменьшилось, и «Гангут» своим ходом пришел в Кронштадт. В доке в носовой части днища обнаружили борозду глубиной до 20 см на протяжении от 17 до 32 шпангоута. Листы наружной обшивки оказались вдавленными внутрь между шпангоутами со сквозными трещинами в килевом и двух смежных поясьях. Между 32 и 36 шпангоутами были смяты вертикальный киль, флоры и деформировано второе дно, что, по мнению Макарова, вызывалось, излишней жесткостью днищевого набора.

20 мая 1897 года «Гангут» в составе Практической эскадры вышел из Кронштадта на Транзундский рейд. 28 мая вице-адмирал С. П. Тыртов по указанию Главного морского штаба издал приказ о проведении в течение июня на всех кораблях эскадры испытаний водоотливных средств. На «Гангуте» их выполнили под руководством судовых механиков с участием учеников технического училища 10—11 июня. Все водоотливные средства, кроме носовой турбины, оказались исправными, но их суммарная производительность из-за малого диаметра труб составила лишь 24,5 т/мин вместо 65,9 по проекту. Устранить этот недостаток было решено силами порта по возвращении в Кронштадт, а пока продолжались учения по плану боевой подготовки.

На следующий день броненосец пошел к острову Рондо для выполнения учебной артиллерийской стрельбы. Ничто не нарушало спокойствия адмирала, штаба эскадры и командира. Поставив щит на якорь, легли в дрейф, пообедали.

В 13 ч 15 мин пробили боевую тревогу. Броненосец маневрировал у щита, стреляя с обоих бортов орудиями всех калибров, включая 305-мм. По окончании стрельбы в 15 ч 40 мин, когда погода стала портиться и ветер развел волну силой до 3 баллов, щит подняли на борт. Под парами находились четыре котла в носовых кочегарках. «Гангут» дал ход 2,5 уз и лег на курс на Транзунд. Через несколько минут на корабле почувствовали небольшой толчок, едва заметный на верхней палубе. В жилой палубе ощущение было такое, как при реверсе с переднего хода на задний. Лишь кочегары, стоявшие на вахте, отчетливо слышали скрежет под днищем.

На мостике рулевой доложил, что броненосец внезапно отклонился от курса на 2° влево и в течение минуты не слушался руля. В правую носовую кочегарку хлынула вода. Несколько молодых кочегаров, испугавшись, выбежали на палубу, но затем вернулись и стали помогать своим более опытным товарищам, начавшим борьбу с прибывавшей водой. О пробоине сразу доложили старшему инженер-механику Н. М. Русначенко, находившемуся в своей каюте. Когда тот спустился в кочегарку, воды было уже по колено и она быстро прибывала. Водоотливные средства уже работали, а кочегары выгребали жар из топок, чтобы предотвратить взрыв котлов. Вода начала затапливать и левую носовую кочегарку прямо из-под котла, так что сначала предположили, что лопнул его шов. Одна из горловин двойного дна со свистом «травила» воздух, но когда попытались подтянуть болты крышки, оказалось, что они затянуты до отказа. Вода появилась и в коридоре крюйт-камеры 229-мм орудий. Находившийся на вахте помощник старшего инженер-механика А. А. Гаврилов приказал разводить пары в левой кормовой кочегарке. Русначенко, запретив выгребать жар из топок, поднялся на мостик и доложил о пробоине командиру. В 15 ч 50 мин пробили водяную тревогу. Командир вслед за старшим механиком спустился в носовую кочегарку. Команда действовала спокойно, как на учениях. Начали разводку паров во вспомогательном котле Бельвиля и котле Шанд-Мессона, привели в действие все водоотливные средства. Под предполагаемое место пробоины начали подводить пластырь, но оказалось, что штатные обносные цепочки были разорваны при ударе о камень. Тогда под руководством старшего офицера под пробоину начали подводить тент. Для заводки концов спустили вельбот, но сложное таранное образование носовой оконечности и усиливавшееся волнение мешали работе.

В 15 ч 55 мин остановили главные машины. Двери водонепроницаемых переборок, горловины и люки тщательно задраивались, причем те из них, которые были задраены до тревоги, открывались для контроля и задраивались снова. Через 20 минут после удара вода залила топки котлов правой носовой кочегарки. Через низко расположенный дымоход вода в течение нескольких минут залила топки котлов во всех кочегарках. Броненосец остался без хода, без освещения, без водоотливных средств. В погруженных во тьму помещениях корабля в наступившей после остановки механизмов тишине раздавался шум воды. Текли швы водонепроницаемых переборок, вода лилась струями через заклепочные отверстия, пропущенные нерадивыми строителями, резину дверей и люков, отсутствующие сальники, в местах прохода штоков, труб, тросиков машинного телеграфа через переборки и палубы. Дверь из правой кормовой кочегарки в машинное отделение сначала оставили открытой, чтобы понизить уровень воды в кочегарке и откачать ее водоотливными средствами машинного отделения. Задраить «водонепроницаемую» дверь так и не удалось. Броненосец продолжал погружаться. Ближайший берег был в шести милях. На борту находились 582 человека (кроме экипажа — штаб эскадры, воспитанники технического училища, ученики Петербургских мореходных классов, лоцманских классов, лоцманские и штурманские ученики, музыкантская команда эскадры). «Гангут» тем временем сносило на каменистую банку. Чтобы прекратить дрейф, а также облегчить работы по подводке пластырей, в 16 ч 35 мин отдали правый якорь на глубине 29 м и вытравили 57 м якорь-цепи. По приказанию вице-адмирала С. П. Тыртова за помощью на Транзундский рейд к младшему флагману эскадры контр-адмиралу П. Н. Назимову отправили вельбот под командой флаг-офицера мичмана П. И. Игнатьева.

Крен броненосца достиг 7° на правый борт, и, чтобы его выровнять, в бортовые коридоры левого борта приняли 60—70 т воды. Крен уменьшился до 1° и оставался таким в течение получаса, после чего корабль стал крениться уже на левый борт. Тогда прекратили затопление коридоров и по инициативе старшего механика заполнили водой помещение правого погреба 305-мм зарядов. После упорной работы под предполагаемую пробоину подвели тент и штатный пластырь, но вода продолжала прибывать. При разводке паров в котле Шанд-Мессона не обратили внимание на отсутствие в нем воды, в результате котел вышел из строя. Борьба за живучесть продолжалась при свете свечей. Отверстия в переборках в местах отсутствующих заклепок затыкались деревянными пробками и ветошью. На крышки люков жилой палубы ставились упоры, подкреплялись переборки. Воду откачивали ручными помпами и даже ведрами. Чтобы успокоить людей, в 17 ч 50 мин командир приказал второй вахте ужинать; команде выдали винную порцию.

Положение броненосца продолжало ухудшаться, остановить распространение воды по кораблю не удавалось. Сыграла свою коварную роль строительная перегрузка, «съевшая» часть запаса плавучести. После того как жилая палуба оказалась ниже ватерлинии, вода хлынула из шпигатов, гальюнов, умывальников. В 18 часов удалось запустить вспомогательный котел, и водоотливные средства «Гангута» возобновили работу, впрочем, ненадолго: его производительности не хватало, и пар во вспомогательном котле сел. К тому же паропроводы к водоотливным турбинам проходили через затопленные помещения, в результате чего пар охлаждался и конденсировался. К 18 ч 30 мин «Гангут» погрузился на два метра и положение стало критическим. Только через полчаса подошел миноносец № 108, вслед за ним десятью и пятнадцатью минутами позже пароход «Улеаборг» и крейсер II ранга «Африка». Затем прибыли пароход «Днепр», миноносцы № 123, 126, минные крейсеры «Лейтенант Ильин» и «Воевода». В это время крен броненосца достиг 10°. Командующий эскадрой предполагал отбуксировать «Гангут» на мелкое место крейсером «Африка», и с него на бак «Гангута» завели буксир. Миноносец № 108 послали в Транзунд с телеграммами в Петербург о случившемся. В это время (19 ч 25 мин) крен броненосца еще более увеличился. В каюты левого борта уже нельзя было попасть. Возникала опасность опрокидывания броненосца при буксировке, что привело бы к гибели сотен людей.

В 20 ч 20 мин, когда стало ясно, что спасти корабль не удастся, вице-адмирал С. П. Тыртов приказал начать перевозку вещей команды. Между «Африкой» и «Гангутом» устроили канатную дорогу, со всех подошедших кораблей и судов спустили шлюпки. Ветер и волнение усилились, что затрудняло спасательные работы. Тем не менее перевозка шла организованно. Сначала на «Африку» доставили судовую кассу, документы, затем больных, секретные карты, хронометры в строгом соответствии с очередностью, предписанной Морским уставом. Перевозку вещей команды уже через десять минут прекратили, так как погружение корабля ускорилось, и в 20 ч 30 мин начали эвакуировать людей. Команда, построенная по отделениям во фронт, по приказу старшего офицера и командира по очереди садилась в катера и шлюпки без какой-либо паники. В 21 час спустили вице-адмиральский и кормовой флаги и адмирал со штабом отбыл на пароход «Днепр». Спустя пять минут вывели из действия вспомогательный котел и водоотливные средства. На борту остались только командир корабля капитан 1 ранга К. М. Тихоцкий, старший офицер капитан 2 ранга М. Переслени, мичман П. Плен и боцман Г. Мишин. Командир обошел помещения броненосца, еще не залитые водой, и, убедившись, что на борту никого не осталось, последним сел в шлюпку. Спустя девять минут, когда она отошла на безопасное расстояние, «Гангут» стремительно повалился на левый борт и через несколько мгновений скрылся под водой. Это случилось в 21 ч 40 мин. Когда разошлись волны от гигантской воронки на месте гибели броненосца, на поверхности остались множество всплывших предметов и большое масляное пятно. На глаза многих гангутцев навернулись слезы.

В статье А. Н. Крылова «Гибель броненосца „Гангут"»* некоторые факты не соответствуют записям вахтенного и флагманского журналов, материалам следствия. [* Крылов А. Н. Гибель броненосца «Гангут». Сб. ЭПРОН VIII—IX. Л., 1935.] Драматическая обстановка борьбы за живучесть у заслуженного академика изображена карикатурно: вместо того чтобы бороться за живучесть корабля, адмирал приказал свозить шлюпками сперва священника с церковной утварью, затем вахтенный журнал, сигнальные книги, судовую отчетность, денежный сундук, командные койки и чемоданы, команду и офицеров. Крылов указывает, что корабль затонул, стоя на якоре рядом с 9-метровой банкой. Имелась ли возможность спасти корабль, посадив его на банку? Вероятно, имелась, но при посадке на мель затопляемый водой броненосец мог опрокинуться, что привело бы к многочисленным жертвам. Сознательно ли отказались от такой попытки, сейчас сказать трудно, так же как и то, насколько точно А. Н. Крылов передал слова адмирала А. А. Бирилева: «Гнусный корабль, хорошо, что его утопили, незачем его и поднимать». Для следствия по делу о гибели броненосца «Гангут» создали специальную комиссию под председательством контр-адмирала Р. Р. Дикера. В течение июня 1897 года водолазы подробно обследовали корпус затонувшего броненосца. Специальная гидрографическая партия выполнила промеры, в ходе которых обнаружили необозначенную на карте скалу. В ее верхней части имелись две острые вершины, отстоящие от поверхности воды на 6,6 и 7,1 м (осадка «Гангута» утром 12 июня была форштевнем 6,4 м, ахтерштевнем 7,2). На обеих вершинах остались следы сурика, а между ними обнаружили заклепки, принадлежавшие «Гангуту». Броненосец лежал на левом борту, погрузившись почти до диаметральной плоскости в ил. Водолазный офицер с броненосного крейсера «Россия» Н. К. Гербих зарисовал пробоины в днище по правому борту и в районе киля и снял их точные размеры. Общая площадь пробоин составила 0,279 м2. Через такое сечение на глубине 7 м в минуту должно поступать более -180 т воды. Можно предположить, что в левом борту также имелась одна или даже множество пробоин, о чем свидетельствует факт поступления воды сразу после удара о камень не только в правую, но и в левую носовую кочегарку. В результате ударов об острые вершины скалы листы обшивки разошлись на ширину от 7 до 20 см. Повреждения затронули район от 33 до 50 шпангоута. В работах по обследованию «Гангута» участвовали вольнонаемные водолазы со спасательного судна «Могучий», офицеры и указатели Кронштадтской водолазной школы и шведские водолазы. С затонувшего корабля удалось поднять несколько 47- и 37-мм орудий Гочкиса, 63,5-мм пушку Барановского и ряд мелких предметов.

После окончания следствия с 26 по 28 марта 1898 года в Кронштадте перед судьями предстали командир броненосца капитан 1 ранга К. М. Тихоцкий, флагманский штурман Практической эскадры штабс-капитан Ф. А. Тимофеевский, штурман корабля штабс-капитан Г. С. Штольц, механики Н. М. Русначен-ко и А. А. Гаврилов. Суд согласился с заключением следственной комиссии о том, что повреждения броненосца послужили причиной его гибели благодаря стечению ряда неблагоприятных обстоятельств, каждое из которых в отдельности не представляло особой опасности. Суд обратил внимание на следующие конструктивные недостатки: 1) перегрузку; 2) недоведение водонепроницаемых переборок выше жилой палубы; 3) помещение магистральной трубы в междудонном пространстве, Вследствие чего повреждение днища вызывало повреждение как самой трубы, так и второго дна; 4) недостаточный диаметр труб водоотливной системы; 5) негерметичность переборок, дверей, люков, горловин. На суде никто не опроверг заключение следственной комиссии о том, что не обнаружено данных, которые «возбуждали бы сомнение в общей прочности и благонадежности постройки корпуса броненосца».

На решение суда в отношении обвиняемых в значительной степени повлияло то, что уже через пять дней после гибели броненосца, когда еще не были известны результаты следствия, вышел приказ по морскому ведомству. В нем говорилось, что император Николай II «обратил внимание на выказанные в этом несчастном случае со стороны флагмана, командиров и офицеров броненосца энергию и распорядительность, благодаря которым в минуты крайней опасности был сохранен на судне образцовый порядок и удалось спасти всех находившихся на нем людей», за что всем чинам погибшего броненосца «изъявлено царское спасибо». Всех обвиняемых оправдали за исключением старшего инженер-механика Н. М. Русначенко, обвиненного в том, что он без разрешения командира броненосца приказал для выравнивания крена затопить 305-мм бомбовый погреб по правому борту. Но так как «означенное нарушение не имело и не могло иметь вредных последствий», Русначенко наказали в дисциплинарном порядке — пятью сутками ареста. Ни следственная комиссия, ни суд не ответили на главный вопрос: можно ли было спасти корабль при другой организации борьбы за живучесть. К несчастью, повреждения оказались самыми «неудобными», за короткое время вода затопила носовые котельные отделения — именно те, котлы в которых были под парами. При всех других вариантах повреждений днища имелась возможность откачивать поступающую через негерметичные переборки воду. Комиссия выявила следующие ошибки в ходе борьбы за живучесть: сначала неправильно оценили аварийное состояние броненосца; затопление для выравнивания крена велось без расчетов, на глаз; в связи с недостаточным знанием трюмными специалистами корабельных систем допустили ряд ошибок и не использовали все возможности; преждевременно начали выгребать жар из топок — опасности взрыва котлов не было; все водоотливные средства запустили в действие без учета паропроизводительности котлов.

Трагедия «Гангута» послужила причиной усиления внимания к вопросам непотопляемости. С. О. Макаров ранее неоднократно ставил вопрос об испыта нии водонепроницаемых переборок наливом воды в отсеки. После гибели «Гангута» адмирал написал письмо управляющему Морским министерством П. П. Тыртову о необходимости «пробы переборок». Инструкцию, разработанную на основе предложений Макарова, рассмотрели на заседании МТК 10 февраля 1898 года и утвердили 22 апреля. Старший помощник главного инспектора механической части флота В. И. Афанасьев писал впослед ствии Макарову: «Злополучный „Гангут" был тою дубиной, под ударами которой признали, наконец, правильность Ваших требований относительно пробы судовых переборок». Что же касается доведения водонепроницаемых переборок до верхней палубы, то этот вопрос Макаров поднимал еще в 1894 году, но не все его рекомендации даже после наглядного урока гибели «Гангута» были выполнены. Тем не менее в результате мер, принятых после изучения обстоятельств гибели «Гангута», живучесть кораблей русского флота в значительной степени повысилась.

Во время русско-японской войны броненосцы «Ретвизан», «Цесаревич», «Победа», «Севастополь», крейсеры «Баян», «Паллада» успешно противостояли взрывам торпед и мин.

 

tsushima.su

описание, история, командиры и интересные факты

Линкор «Гангут» совместно с 3 кораблями этой серии заложен 16.06.1909 г. на Адмиралтейском заводе. Это послужило началом возрождения русского флота. Спуск на воду был проведён 24.09.1911, его доводка длилась 2 года. В 1913 году прошёл испытания, приёмку и в декабре 1914-го вошёл в 1-ю бригаду линейных кораблей Балтийского флота.

линкор гангут

Предпосылки строительства новых кораблей

Предпосылками строительства 4 линкоров для Балтики, в том числе и линкора «Гангут», послужило полнейшее поражение Российской империи в русско-японской войне 1905 года. Трагедия Цусимы поставила перед Николаем II и правительством Российской империи две важнейших задачи, которые необходимо было срочно решать:

  • Полная отсталость российского флота по сравнению с другими капиталистическими государствами.
  • Абсолютное несоответствие системы управления тем нуждам и задачам подготовки кадрового состава, которые были необходимы для решения проблемы строительства и формирования флота.

Дело в том, что во главе военно-морских сил Российской империи стояли не опытные адмиралы, знакомые с насущными нуждами флота не понаслышке, не опытные стратеги и тактики, а генерал-адмирал, которого император назначал из членов императорской фамилии. Помощником генерал-адмирала был управляющий военно-морским ведомством.

Все важнейшие решения и приказы по флоту отдавал лично император, который мало что понимал в военном деле, тем более, в морском. У огромного государства не было военной доктрины, которая бы содержала развитие судостроительных программ и технических заданий на постройку кораблей и оснащение флота.

Дело дошло до того, что у России не было судов не только выходить в море – практически нечем было оборонять границы.

линкор гангут чертежи

Судостроительные программы

Были разработаны две малые программы, согласно которым в сжатые сроки планировалось построить для Балтийского и Черноморского флотов новые корабли. Для Балтики необходимо было сконструировать 4 судна, в том числе и линкор «Гангут», 3 подводные лодки и плавбазу для их обслуживания.

Для Черноморского флота предстояло построить 14 эскадренных миноносца и 3 подводные лодки. Турция, видя обстановку на Чёрном море, решает срочно купить 3 новейших линейных корабля в Англии и Бразилии. Поэтому вносятся изменения и планируется срочно строить три аналогичных судна типа «Императрица Мария», 9 эскадренных миноносцев и 6 подлодок типа «Барс».

К мировой войне 1914 года ни одна из программ не была выполнена, более того, ни один корабль не был спущен на воду.

линкор иператрица мария чертежи гангут мидель шпангоут

Серия кораблей, включая линкор «Гангут»

Все четыре дредноута для Балтийского флота серии «Гангут» были заложены в один день, 16.06.1909, на Адмиралтейском заводе. Их строительство велось под руководством опытных русских инженеров. Основными поставщиками были российские предприятия. Броня шла с Ижорского, артиллерия – с Обуховского, артиллерийские башни – с Путиловского и Металлического заводов.

В сентябре их спустили на воду, но доводка и достройка линкоров затянулась. Причины: российским заводам пришлось осваивать новые технологии, с чем они справлялись с трудом; иностранные фирмы, где были размещены заказы на оборудование для кораблей, сознательно срывали и затягивали поставки. Итог плачевный. Корабли с недоделками были сданы в декабре 1914 года и почти всю войну простояли на рейде, не сделав ни одного выстрела.

броненосец гангут 1890

Описание кораблей

Проекты линкоров, по сути, были передовыми для начала ХХ века, но не хватило ни времени, ни средств для доведения их до ума. Не были проведены испытания до сдачи кораблей, которые бы позволили исправить ошибки. Они проводились уже самими моряками, когда исправить ничего было нельзя. Результаты были удручающими до такой степени, что их сразу же засекретили, а корабли всю войну простояли на рейде.

Для данных дредноутов был характерен простой силуэт: верхняя палуба имела прямую линию, в одном уровне были расположены четыре башни ГК, две рубки и две трубы. Весь корпус разделён на поперечные отсеки тринадцатью водонепроницаемыми переборками. Три броневые палубы. Башни главного калибра установлены на одинаковом расстоянии относительно друг друга.

В средней части корабля находилась котельная и машинная установка. Жилые помещения команды разместились в носовой части. В кормовой – располагались офицерские каюты, румпельные, электростанция, радиорубка.

Главными особенностями линкора «Гангут» были состав и размещение артиллерии. Здесь свою лепту внёс Обуховский завод, создав новое орудие 52 калибра, а стараниями Металлического завода создана трёхорудийная башенная установка. Двенадцать 305 мм скорострельных орудия, дальность стрельбы которых при угловом возвышении 25 градусов превышала 23 км.

Башенные установки имели вес по 773 т и были оборудованы вентиляцией и отоплением. Под башнями находилось хранилище боеприпасов. Двухорудийные плутонги объединяли 120-миллиметровые противоминные орудия. Стрельба главного и противоминного калибра управлялась при помощи системы Гейслера и 2 оптических дальномеров.

гангут 1890 история создания

Достоинства и недостатки

Главным достоинством линкора «Гангут», несомненно, была артиллерия, которая по многим параметрам превосходила иностранные аналоги. Здесь неоспоримая заслуга разработчиков и непосредственных исполнителей, двух русских заводов – Обуховского и Металлического.

В остальном подтвердилась простая истина – невозможность совместить несовместимое, не пожертвовав чем-нибудь. Речь идёт о совмещении мощного вооружения, непробиваемой брони, высокой скорости хода, большой дальности плавания. Это всё вместе оказалось невозможным для этого времени. Необходимо было чем-нибудь пожертвовать, чтобы приблизиться к желаемому результату. Это сделали за счёт брони и условий жизни членов команды. Хуже жили только японские моряки.

Ещё одним существенным недостатком оказалась очень низкая мореходность. Невозможно было взять на корабль достаточное количество топлива из-за катастрофического перегруза. Подтвердил это океанический поход 1929 года.

Боевые действия

Тем не менее линкор «Гангут» участвовал в боевых действиях Первой мировой войны. В ноябре 1915 года крейсерами 1-й бригады, под прикрытием линкоров «Петропавловск» и «Гангут» в районе острова Готланд было выстояно более 550 мин.

В 1918 г. был совершен переход линкора из Гельсингфорса в Кронштадт. После реконструкции 1925 года он переименовывается в «Октябрьскую революцию». Принимает участие в советско-финской войне. В Великую Отечественную защищает Ленинград. Это боевой корабль, который, несмотря на недоделки, благодаря русским и советским матросам и офицерам, прошёл славный боевой путь.

За 47 лет службы флоту России, а потом – Советского Союза, сменилось много командиров линкора «Гангут». В большинстве своём, это славные офицеры, воспитанные в традициях русского флота. За службу, в 1944 году, линкору вручён орден Красного Знамени.

линкор гангут командир

Броненосец «Гангут» (1890): история создания

Линейный корабль «Гангут» – это не единственный корабль в русском флоте с таким названием. Всего их было 4. Называть корабли этим славным именем стало традицией. У каждого судна своя судьба и предназначение, но их связывает воедино общее имя и принадлежность к славному флоту России. Название кораблям дано в честь мыса Гангут, находящегося недалеко от полуострова Ханко, Финляндия, где свершилась первая победа российского флота над шведским.

Броненосец «Гангут» (1890) был третьим судном с таким названием. Он был построен в рамках 20-летней программы по судостроению. Как отмечают специалисты, проект броненосца был не совсем хорошим, а качество строительства откровенно плохим, что привело в дальнейшем к гибели корабля. Основной его недостаток – большой перегруз, что, впрочем, было бедой не только российского судостроения. С этой проблемой сталкивались и другие страны.

Броненосец Российского Императорского флота «Гангут» был заложен в Санкт-Петербурге на Адмиралтейской верфи в 1888 году. Спустя два года состоялся его спуск на воду. Завершено строительство в 1894 году. Во время работ был допущен перегруз в 600 тонн, что привело к повышению осадки и понижению скорости.

Гибель броненосца "Гангут"

С этим кораблём произошла почти мистическая история, приведшая его к гибели. Осенью 1896 года броненосец протаранил днище корабля о камень мели, что чуть не привело его к гибели. Он своим ходом добрался до Кронштадта, где был поставлен в док на ремонт, который шёл под присмотром легендарного адмирала Макарова С.О. В июне 1897 года он принимает участие в тактических учениях, возвращаясь с которых, наталкивается на не отмеченную на картах подводную скалу.

Шесть часов экипаж героически боролся за жизнь корабля. Но всё безрезультатно. Спасти корабль не удалось по причине нарушения герметичности перегородок, которое было допущено при строительстве. Он пошёл ко дну и до сих пор находится на глубине Выборгского залива. Из экипажа не погиб ни один человек. Капитан корабля Тихоцкий К.М. лично проверил каждый доступный уголок тонущего судна и только после того, как убедился, что все спасены, покинул его.

линкор гангут особенности

Издательство "Гангут". Серия монографий «Мидель шпангоут»

Корабли, как и люди, имеют свою судьбу. У одних это долгая жизнь, полная побед и славы. Вторые – трудяги, добросовестно выполняющие свою работу. Третьи – это те, у кого недолгая, но яркая жизнь. Для тех, кого интересует история флота, корабли, их судьба и особенности, издательство "Гангут" выпускает серию монографий под названием «Мидель шпангоут», каждый выпуск которой посвящён одному или серии кораблей с приложением чертежей для моделирования. В том числе подготовлен выпуск издательством "Гангут"– «Мидель шпангоут», "Линкор «Императрица Мария» – чертежи".

Линейный крейсер «Гангут», в отличие от линкора «Императрица Мария», – это заслуженный ветеран, прошедший две мировые войны. О его интересной жизни, о людях, которые принесли славу кораблю, в издательстве "Гангут", в серии монографий «Мидель шпангоут» есть номер, посвящённый линкору «Гангут». Чертежи помогут специалистам самостоятельно выполнить модель и прочитать интересную информацию о судне и жизни людей, для которых корабль был домом и местом службы. Создать судно своими руками - что может быть интересней? Представлена модель линкора «Гангут» в масштабе 1: 350.

Заключение

История флота России полна интересных фактов. Казалось бы, гибель броненосца "Гангут" - ну что тут может быть интересного? Не герой, как «Варяг», не погиб, сражаясь с врагом. Но это не так. Это печальный факт и, как бы это цинично не звучало, из этого были извлечены уроки, усилены требования к непотопляемости кораблей. По предложению адмирала Макарова С.О., водонепроницаемость переборок испытывалась теперь по-новому, что спасло жизнь многим морякам во время крушений. А подвиг капитана 1 ранга Тихоцкого К.М. и его команды, которые 6 часов, в том числе и ночью при свечах, делали всё, чтобы спасти корабль, достоин почитания.

fb.ru

Сериалъ "Русские броненосцы" Серия 7. "Гангутъ": kitowras

70,28 КБ

Этот корабль вызывал сложные чувства даже у современников. Про него говорили - "одна мачта, одна труба, одна пушка - одно недоразумение"... Он не прославил свое имя ни дальними походами, ни героической битвой с врагами отечества и Государя. Да и срок жизни ему был отпущен не долгий. Однако, его гибель оказала большое влияние на русский флот, а забвение ее уроков - привело к новой трагедии....Проектирование и постройкаАдмирал Шестаков не отказался от своего замысла построить корабль качеством получше, да размером поменьше и подешевле. 4 июля 1887 года управляющий Морским министерством приказал "теперь же преступить к проектированию чертежа броненосного с осадкой не менее 6,1м, 15-узловой скоротью и наивозможно полно защитою как пояся по грузовой ватерлинии, так и всей артиллерии. Пушки должны были быть дальнобойные 229-мм и 152-мм".Как это обычно было в то время в России проект неоднократно пересматривался и изменялся. И начавшееся в 1889 году строительство броненосца не остановил этой бурной деятельности. Но если в случае с "Александром" и "Николаем" итогом стало появляение довольно-таки гармоничных и мощных кораблей, то "Гангуту" повезло куда меньше. Так на корабль решили все-таки поставить 305-мм главный калибр, но вписать в корпус смогли только одну пушку. А броневой пояс в центре корабля достиг рекордной в российском флоте толщины в 406-мм.6 октября 1890 года в присутствии Государя Императора броненосец был спущен на воду.73,12 КБ(на фото - Броненосец сходит на воду)Достройка корабля продолжались в Кронштадте, где на него монтировали броню, артиллерию, вспомогательные механизмы и проч.91,43 КБ(на фото - "Гангут" в достройке. Кронштадт зима 1893- 1894 гг).Лишь в 1894 году корабль вошел в строй.

Характеристики корабля:Длина: 84,7 мШирина: 18,9 мВодоизмещение: 7142 тоннЗапас хода: 2000 мильОсадка: 7 мЭкипаж: 800 Скорость: 13,5 узловВооружение Орудия: 1 305 мм; 4 229 мм; 4 152 мм; 4 47 мм; 14 37 мм Минные аппараты:

СлужбаКорабаль получился достаточно хорошо защищенным, и неплохо вооруженным для своиз размеров. Конечно, он не мог занять место в строю полноценных броненосцев, но как корабль береговой обороны, или стационер в дальних морях - он вполне мог бы послужить Отечеству.... Если бы не обычная для русских кораблей перегрузка (достигшая на "Гангуте" просто чудовищной величины в 930 тонн) значительно ухудшила мореходные качества корабля, по этой же причине было невозможно взять предусмотренный 4-х месячный запас....Корабль навсегда остался на Балтике, где действовал в составе Практической эскадры.В 1896 году корабль носом вылетел на камни, но сумел своим ходом дойти до Кронштадта, где был поставлен в ремонт.Адмирал С.О. Макаров (находившийся в момент аварии на броненосце и принявший непосредственное руководство борьбой за спасение корабля) предложил ряд усовершенствований, позволивших бы улучшить конструкцию корабля, но они были временно оставлены без внимания. Временное стало постоянным, когда 12 июня 1897 года "Гангут" под флагом вице-адмирала Тыртова налетел на необозначенную на карте каменную банку и затонул...

Гибель броненосцаНаиболее подробное описание гибели корабля нам попалось на сайте http://ship.bsu.by/main.asp?id=101739 . Приведем его, с незначительными купюрами:12 июня 1897 года «Гангут» под флагом командующего эскадрой вицеадмирала С. П. Тыртова проводил в Выборгском заливе артиллерийскую стрельбу по щиту, установленному неподалеку от банки Ситта Гатту (сейчас Выборгская). Следует заметить, что промеры здесь не делались с 1834 г. В 15.40 щит подняли на борт. Под парами находились четыре котла в носовых кочегарках; броненосец взял курс на Транзунд, идя со скоростью 2,5 уз. Стояла ясная погода, дул легкий югозападнып ветер. Через несколько минут хода на корабле почувствовали небольшой толчок, едва заметный на верхней палубе. В каютах ощущение было такое, как при реверсе машин с переднего на задний ход. Лишь некоторые кочегары, стоявшие на вахте, отчетливо слышали скрежет под днищем. Рулевой доложил, что броненосец внезапно отклонился от курса на два градуса влево и в течение минуты не слушался руля. Почти сразу же в правую носовую кочегарку хлынула вода; через несколько минут стало затапливать и левую, коридор крюйт-камеры 229-мм орудий. Сразу же запустили все водоотливные средства. Находившийся на вахте в машинном отделении помощник старшего инженера-механика А. А. Гаврилов приказал разводить пары в левой кормовой кочегарке, а спустившийся вниз старший инженер-механик Н. М. Русначенко доложил о происходящем на мостик.

В 15.50 одновременно с сигналом водяной тревоги остановили главные машины. Командир корабля капитан 1 ранга К. М. Тикоцкий спустился в носовую кочегарку. Команда действовала спокойно, как на учении: двери водонепроницаемых переборок, люки и горловины тщательно задраивались, с началась разводка паров во вспомогательных котлах, под предполагаемое место пробоины начали подводить пластырь, но штатные обносные цепочки оказались разорваны при ударе о камень; поэтому решили использовать тент, а для заводки концов спустили вельбот. Работе мешало сложное таранное образование носовой оконечности и усиливавшееся волнение.

К 16.00 оказались залитыми топки котлов в правой носовой, а затем и в остальных кочегарках. Броненосец потерял ход, остался без света и водоотливных средств. В погруженных во тьму помещениях в наступившей тишине раздавался лишь шум воды: текли швы водонепроницаемых переборок, вода поступала через отверстия пропущенных заклепок, отсутствовавшие сальники, неплотности резины дверей и люков. Броненосец погружался, а до ближайшего берега оставалось шесть миль. На борту находилось 582 человека — экипаж, штаб эскадры, воспитанники Технического училища, ученики Петербургского мореходного класса, лоцманские и штурманские ученики, музыкантская команда эскадры. Чтобы прекратить дрейф в сторону каменистой банки и облегчить подводку пластырей, в 16.35 отдали правый якорь на глубине 29 м. По приказанию вице-адмирала С. П. Тыртова на Транзундский рейд к другим кораблям эскадры отправили вельбот. Крен броненосца к этому времени достиг 7° на правый борт. поэтому в отсеки левого борта приняли 60—70 т воды. Крен уменьшился до одного градуса и оставался таким в течение получаса, после чего корабль стал крениться уже влево. Тогда по инициативе старшего механика затопили помещение npaвогo погреба 305-мм зарядов.

После многих и трудных попыток все же удалось подвести под днище тент и штатный пластырь, но вода продолжала прибывать.. Внутри корабля борьба за живучесть велась при свечах. Отверстия в переборках затыкались деревянными пробками и ветошью, на крышки люков по жилой палуое ставились упоры, подкреплялись переборки, воду откачивали ручными помпами и даже ведрами. В 18.00 возобновилась работа части водоотливных средств от вспомогательного котла, но его паропроизводительности не хватало, и к 18.30 осадка возросла на 2 м. Сыграла свою коварную роль и перегрузка: после того как жилая палуба оказалась ниже ватерлинии, вода хлынула из шпигатов, гальюнов, умывальников. Только в 19.00 к аварийному броненосцу подошел миноносец № 108, а затем и другие корабли. К этому времени крен «Гангут» достиг 10°. Командующий эскадрой распорядился отбуксировать его на мелкое место с помощью крейсера 2 ранга «Африка», на бак броненосца уже завели буксир. Однако к этому времени (19.25) возникла угроза опрокидывания корабля при буксировке, что привело бы к гибели сотен людей. В 20.20 стало очевидным, что спасти «Гангут» не удастся. По приказанию С. П. Тыртова началась перевозка людей и наиболее ценных вещей. Со всех кораблей и судов спустили шлюпки. Несмотря на ветер и волнение, спасательные работы шли организованно. В 21.00 спустили вице-адмиральский и кормовой флаги, С. П. Тыртов со штабом отбыл па пароход «Днепр». Через пять минут перестал работать вспомогательный котел и водоотливные средства, оставшиеся члены экипажа покинули борт корабля. Командир обошел еще не затопленные помещения и, убедившись, что на борту больше никого не осталось, последним сел в шлюпку.

Через девять минут после её отхода (21.40) «Гангут» стремительно повалился на левый борт и почти сразу же скрылся под водой. Специальная следственная комиссия немедленно приступила к работе. В течение июня водолазы обследовали корпус корабля, гидрографическая партия произвела промеры, в результате которых обнаружилась нсобозначенная на карте скала; ее верхняя часть имела две острые вершины, скрытые под водой на 6,6 и 7,1 м (осадка «Гангут» утром 12 июня составляла фopштeвнeм 6,4, ахтерштевнем 7,2 м). На обеих вершинах водолазы обнаружили следы сурика, а между ними—заклепки, одна из вершин явно сколота — следовательно, до удара она была еще выше. Броненосец лежал на левом борту, погрузившись почти до диаметральной плоскости и пл. Водолазный офицер с крейсера «Россия» Н. К. Гербих сделал точные замеры и зарисовал пробоины в днище по правому борту и в районе киля. Вероятнее всего, в днище левого борта также имелась одна или несколько пробоин, о чем свидетельствовал факт поступления воды сразу после удара в левую носовую кочегарку. От ударов разошлись листы обшивки на ширину от 7 до 20 см, общая протяженность повреждений — от 33 до 50 шп. В работах участвовали вольнонаемные водолазы с портового судна «Могучий», офицеры и инструкторы Кронштадтской водолазнон школы, шведские специалисты. Они подняли несколько 47- и 37-мм орудий, пушку Барановского и ряд мелких предметов.

Узнав о гибели броненосца, Государь Император издал приказ по Морскому ведомству, в котором - обратил внимание на выказанные в этом несчастном случае со стороны флагмана, командиров и офицеров броненосца энергию и распорядительность, благодаря которым в минуты крайней опасности был сохранен на судне образцовый порядок и удалось спасти всех находившихся на нем людей», за что «всем чинам погибшего броненосца изъявлено царское спасибо».Состоявшийся после этого 26 - 28 мая 1898 года Морской суд счел причиной гибели корабля стечение неблагоприятно сложившиеся обстоятельств и признал его командование невиновным.

В советское время гибель "Гангута" обычно подавалась в контексте "глупости и некомпетентности" царского военно-морского руководства, при этом обычно следовала ссылка на статью известного кораблестроителя А.Н. Крылова в которой доказывалось, что броненосец можно было спасти. Не вникая в существо дела отметим, что А.Н. Крылов при всем своем огромном авторитете никогда не занимался реально борьбой за живучесть или спасательными работами. Поверим его компетентному мнению, что был способ спасти корабль, но могли найти этот способ те, кто непостредственно стоял на его палубах?

Между тем, такое освещение трагедии "Гангута" в советской литературе имело и свои печальные последствия. 28 октября 1955 года весьма похожая катастрофа произошла в советском флоте, когда в главной базе черноморского флота Севастополе взорвался линкор "Новороссийск".В этих катастрофах много общего - и там, и там жертвами ЧП стали корабли, имеющие ограниченную боевую ценность, и там и там в руководство со стороны командования корабля вмешался адмирал в ранке командующего (в 1955 году - и.о. командующего) и там и там эксперты путем последующего анализа находили возможность спасти корабль. И итог одинаков - оба корабля оказались на дне, с одной только разницей - "Новороссийск" прихватил с собой более 6 сотен человеческих душ....И если адмирала Тыртова обвиняли в "некомптентности" только на страницах печати (и то в основном советской), то "некомптентность и ошибочность действий" адмирала Пархоменко установила правительственная комиссия...... Сравнение этих двух случаев показывает разность подходов - царский адмирал плюнув на корабль спас людей, советский - жертвуя людьми до конца пытался спасти железную махину....(впрочем и тут не все так просто, ибо в человеколюбием оправдывал свой поступок и Небогатов.... в общем это тема отдельных размышлений).Обратимся к выводам которые были сделаны из короткой жизни "Гангута" - российское морское ведомство ввело в действие значительную часть предложений адмирала Макарова о новых правилах обеспечния воднонепроницаемости отсеков на кораблях, новых форм организации борьбы за живучесть - все это позволило значительно продвинуть эти сферы в российском военно-морском флоте, что сыграло свою положительную роль в дальнейшем.

На дне("Гангутъ" на дне - современный рисунок)В конце 19-го начале ХХ века было предпринято несколько попыток поднять броненосец со дня Балтики. По ряду причин они не увеньчались успехом. В 90-е годы ХХ века остатки корабля были найдены питерскими аквалангистами.

kitowras.livejournal.com

Гангут (броненосец) — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

У этого термина существуют и другие значения, см. Гангут. <tr><th colspan="2">«Гангут»</th></tr><tr><th colspan="2"></th></tr><tr><th colspan="2">

«Гангут» на Ревельском рейде

</th></tr>

<tr><th>Служба:</th><td> Российская империя </td></tr> <tr><th>Класс и тип судна</th><td> Эскадренный броненосец </td></tr><tr><th>Изготовитель</th><td> Новое Адмиралтейство </td></tr><tr><th>Строительство начато</th><td> 29 октября 1888 года </td></tr><tr><th>Спущен на воду</th><td> 6 октября 1890 года </td></tr><tr><th>Введён в эксплуатацию</th><td> октябрь 1894 года </td></tr><tr><th>Выведен из состава флота</th><td> 12 июня 1897 года </td></tr><tr><th>Статус</th><td> Затонул после удара о скалу </td></tr> <tr><th colspan="2">Основные характеристики</th></tr><tr><th>Водоизмещение</th><td> проектное 6592 тонны, фактическое 7142 тонны </td></tr><tr><th>Длина</th><td> 84,7 м </td></tr><tr><th>Ширина</th><td> 18,9 м </td></tr><tr><th>Осадка</th><td> 6,99 м </td></tr><tr><th>Бронирование</th><td> Пояс: 406—305 мм, траверзы: 241—216 мм, барбет: 229—203 мм, каземат: 203 мм, палуба: 63,5 мм, рубка: 152 мм </td></tr><tr><th>Двигатели</th><td> Две горизонтальные паровые машины тройного расширения </td></tr><tr><th>Мощность</th><td> 5969 л. с. (4,4 МВт) </td></tr><tr><th>Скорость хода</th><td> 13,89 узла (25,7 км/ч) </td></tr><tr><th>Дальность плавания</th><td> 2000 морских миль </td></tr><tr><th>Экипаж</th><td> 28 офицеров и 493 матроса </td></tr> <tr><th colspan="2">Вооружение</th></tr><tr><th>Артиллерия</th><td> 1 × 305-мм/30, 4 × 229-мм/35, 4 × 152-мм/35, 6 × 47-мм, 14 × 37-мм орудий </td></tr><tr><th>Минно-торпедное вооружение</th><td> Шесть 381-мм торпедных аппаратов </td></tr>

«Га́нгут» — третий балтийский эскадренный броненосец Российского императорского флота, построенный по 20-летней судостроительной программе. Назван в честь Гангутского сражения.

Затонул возвращаясь с артиллерийских стрельб 12 июня 1897 года от удара о подводную скалу на Транзундском рейде в Выборгском заливе.

Основные характеристики

Водоизмещение проектное 6592 т, фактическое на испытаниях 7142 т. Длина между перпендикулярами 84,7 м, ширина по ватерлинии 18,9 м, осадка по проекту 6,4 м, фактическая на испытаниях 6,99 м.

Вооружение: одно 305-мм, четыре 229-мм и четыре 152-мм орудия, шесть 47-мм одноствольных, десять 37-мм одноствольных и четыре пятиствольных пушек Гочкиса, четыре 63,5-мм десантные пушки Барановского, шесть 381-мм торпедных аппаратов.

Бронирование (сталежелезная броня): главный пояс 406—305 мм, верхний пояс 127 мм, траверзы 241 и 216 мм, палуба 63,5 мм, барбет 229—203 мм, казематы 203 мм, боевая рубка 152 мм.

Мощность машин проектная 6000 и. л. с. при натуральной тяге, фактическая 5969 и. л. с.; скорость проектная 14 узлов, максимальная на испытаниях 13,89 узла; дальность плавания 10-узловым ходом 2000 миль.

Общая оценка проекта

И без того не слишком удачный проект был ухудшен не очень хорошим качеством постройки, выразившимся как в перегрузке (которой в те годы, впрочем, не избегал почти ни один корабль любого флота), так и в многочисленных дефектах. Именно конструкторские просчёты и брак исполнителей и послужили главной причиной гибели корабля, заслужившего у современников едкую характеристику: «Одна мачта, одна труба, одна пушка — одно недоразумение».

Источники

  • М. А. Богданов, А. А. Гармашев. [wunderwaffe.narod.ru/Magazine/Stapel/Gangut/ Эскадренные броненосцы «Гангут» и «Наварин».] Журнал «Стапель» № 4 за 2007 год. — СПб., ЛеКо, 2007 г.
  • В. Я. Крестьянинов. [navycollection.narod.ru/ships/Russia/Battleships/EBR_Gangut/history.html Судьба эскадренного броненосца «Гангут».] Журнал «Судостроение» № 7 за 1986 год.

Напишите отзыв о статье "Гангут (броненосец)"

Ссылки

Отрывок, характеризующий Гангут (броненосец)

– Да вот хоть бы насчет дров или кормов, доложу вам. Ведь мы от Свенцян отступали, не смей хворостины тронуть, или сенца там, или что. Ведь мы уходим, ему достается, не так ли, ваше сиятельство? – обратился он к своему князю, – а ты не смей. В нашем полку под суд двух офицеров отдали за этакие дела. Ну, как светлейший поступил, так насчет этого просто стало. Свет увидали… – Так отчего же он запрещал? Тимохин сконфуженно оглядывался, не понимая, как и что отвечать на такой вопрос. Пьер с тем же вопросом обратился к князю Андрею. – А чтобы не разорять край, который мы оставляли неприятелю, – злобно насмешливо сказал князь Андрей. – Это очень основательно; нельзя позволять грабить край и приучаться войскам к мародерству. Ну и в Смоленске он тоже правильно рассудил, что французы могут обойти нас и что у них больше сил. Но он не мог понять того, – вдруг как бы вырвавшимся тонким голосом закричал князь Андрей, – но он не мог понять, что мы в первый раз дрались там за русскую землю, что в войсках был такой дух, какого никогда я не видал, что мы два дня сряду отбивали французов и что этот успех удесятерял наши силы. Он велел отступать, и все усилия и потери пропали даром. Он не думал об измене, он старался все сделать как можно лучше, он все обдумал; но от этого то он и не годится. Он не годится теперь именно потому, что он все обдумывает очень основательно и аккуратно, как и следует всякому немцу. Как бы тебе сказать… Ну, у отца твоего немец лакей, и он прекрасный лакей и удовлетворит всем его нуждам лучше тебя, и пускай он служит; но ежели отец при смерти болен, ты прогонишь лакея и своими непривычными, неловкими руками станешь ходить за отцом и лучше успокоишь его, чем искусный, но чужой человек. Так и сделали с Барклаем. Пока Россия была здорова, ей мог служить чужой, и был прекрасный министр, но как только она в опасности; нужен свой, родной человек. А у вас в клубе выдумали, что он изменник! Тем, что его оклеветали изменником, сделают только то, что потом, устыдившись своего ложного нарекания, из изменников сделают вдруг героем или гением, что еще будет несправедливее. Он честный и очень аккуратный немец… – Однако, говорят, он искусный полководец, – сказал Пьер. – Я не понимаю, что такое значит искусный полководец, – с насмешкой сказал князь Андрей. – Искусный полководец, – сказал Пьер, – ну, тот, который предвидел все случайности… ну, угадал мысли противника. – Да это невозможно, – сказал князь Андрей, как будто про давно решенное дело. Пьер с удивлением посмотрел на него. – Однако, – сказал он, – ведь говорят же, что война подобна шахматной игре. – Да, – сказал князь Андрей, – только с тою маленькою разницей, что в шахматах над каждым шагом ты можешь думать сколько угодно, что ты там вне условий времени, и еще с той разницей, что конь всегда сильнее пешки и две пешки всегда сильнее одной, a на войне один батальон иногда сильнее дивизии, а иногда слабее роты. Относительная сила войск никому не может быть известна. Поверь мне, – сказал он, – что ежели бы что зависело от распоряжений штабов, то я бы был там и делал бы распоряжения, а вместо того я имею честь служить здесь, в полку вот с этими господами, и считаю, что от нас действительно будет зависеть завтрашний день, а не от них… Успех никогда не зависел и не будет зависеть ни от позиции, ни от вооружения, ни даже от числа; а уж меньше всего от позиции. – А от чего же? – От того чувства, которое есть во мне, в нем, – он указал на Тимохина, – в каждом солдате. Князь Андрей взглянул на Тимохина, который испуганно и недоумевая смотрел на своего командира. В противность своей прежней сдержанной молчаливости князь Андрей казался теперь взволнованным. Он, видимо, не мог удержаться от высказывания тех мыслей, которые неожиданно приходили ему.

wiki-org.ru

Гангут (броненосец) — Википедия Переиздание // WIKI 2

У этого термина существуют и другие значения, см. Гангут. «Гангут» на Ревельском рейдеСлужбаНазван в честьКласс и тип суднаИзготовительСтроительство начатоСпущен на водуВведён в эксплуатациюВыведен из состава флотаСтатусОсновные характеристикиВодоизмещениеДлинаШиринаОсадкаБронированиеДвигателиМощностьСкорость ходаДальность плаванияЭкипажВооружениеАртиллерияМинно-торпедное вооружение Изображения на Викискладе
Российская империя
Гангутское сражение
Эскадренный броненосец
Новое Адмиралтейство
29 октября 1888 года
6 октября 1890 года
октябрь 1894 года
12 июня 1897 года
Затонул после удара о скалу
проектное 6592 тонны, фактическое 7142 тонны
84,7 м
18,9 м
6,99 м
Пояс: 406—305 мм, траверзы: 241—216 мм, барбет: 229—203 мм, каземат: 203 мм, палуба: 63,5 мм, рубка: 152 мм
Две горизонтальные паровые машины тройного расширения
5969 л. с. (4,4 МВт)
13,89 узла (25,7 км/ч)
2000 морских миль
28 офицеров и 493 матроса
1 × 305-мм/30, 4 × 229-мм/35, 4 × 152-мм/35, 6 × 47-мм, 14 × 37-мм орудий
Шесть 381-мм торпедных аппаратов

«Га́нгут» — третий балтийский эскадренный броненосец Российского императорского флота, построенный по 20-летней судостроительной программе. Назван в честь Гангутского сражения.

Затонул возвращаясь с артиллерийских стрельб 12 июня 1897 года от удара о подводную скалу на Транзундском рейде в Выборгском заливе.

Основные характеристики

Водоизмещение проектное 6592 т, фактическое на испытаниях 7142 т. Длина между перпендикулярами 84,7 м, ширина по ватерлинии 18,9 м, осадка по проекту 6,4 м, фактическая на испытаниях 6,99 м.

Вооружение: одно 305-мм, четыре 229-мм и четыре 152-мм орудия, шесть 47-мм одноствольных, десять 37-мм одноствольных и четыре пятиствольных пушек Гочкиса, четыре 63,5-мм десантные пушки Барановского, шесть 381-мм торпедных аппаратов.

Бронирование (сталежелезная броня): главный пояс 406—305 мм, верхний пояс 127 мм, траверзы 241 и 216 мм, палуба 63,5 мм, барбет 229—203 мм, казематы 203 мм, боевая рубка 152 мм.

Мощность машин проектная 6000 и. л. с. при натуральной тяге, фактическая 5969 и. л. с.; скорость проектная 14 узлов, максимальная на испытаниях 13,89 узла; дальность плавания 10-узловым ходом 2000 миль.

Общая оценка проекта

И без того не слишком удачный проект был ухудшен не очень хорошим качеством постройки, выразившимся как в перегрузке (которой в те годы, впрочем, не избегал почти ни один корабль любого флота), так и в многочисленных дефектах. Именно конструкторские просчёты вкупе с браком исполнителей и послужили главной причиной гибели корабля, заслужившего у современников едкую характеристику: «Одна мачта, одна труба, одна пушка — одно недоразумение».

Источники

Ссылки

В последний раз эта страница редактировалась 11 июня 2018, в 20:46.

wiki2.org