Евдокия Завалий - единственная женщина-командир взвода морской пехоты в годы ВОВ. Евдокия завалий


Евдокия Завалий - единственная женщина-командир взвода морской пехоты в годы ВОВ » Военное обозрение

Евдокия Николаевна Завалий родилась 28 мая 1926 года в селе Новый Буг Новобугского района Николаевской области.

Перед войной работала в колхозе имени Коцюбинского, Новобугского района. Мотыжила сахарную свеклу, ворошила сено, сгребала на току золотое пшеничное зерно. Война для неё началась 25 июля.

Вот что Евдокия Завалий она вспоминает по этому поводу:

«Вдруг видим — на белом небе над нашим селом появились черные пятна. Бригадир аж присвистнул: «Парашютный десант!» Послышался нарастающий гул, и вражеские самолеты начали бомбежку. Мы бросились по домам. Вбежав во двор, я услышала чей-то стон и, глянув под старую антоновку, обомлела: молодой пограничник (у нас в селе находился штаб погранзаставы) лежит в луже крови. Не помню, как вбежала в хату, разорвала на бинты простыню, как могла перебинтовала его, смотрю — еще одного ранило, потом еще... Когда последняя воинская часть покидала Новый Буг, ведя кровопролитные бои, я уговорила командира взять меня с собой. Хотела забежать домой за кофточкой, но возле дома столкнулась с бабушкой. Увидев меня, баба заголосила: «Ой, шо ж ти робиш? Вернися, золота моя!» А потом вдруг крепко обняла, зашептала что-то и посмотрела в глаза: — Онучечка! Четыре раза будешь кровью стекать! Но тебя принесут белые гуси... И перекрестила. Бабушка моя людей лечила травами и судьбу предсказывала. Прожила на свете 114 лет».

Часть, с которой Евдокия Завалий отправилась на войну, была 96-м кавалерийский полком 5-й кавалерийской дивизии 2-го кавалерийского корпуса. Для того, чтобы её взяли на фронт, ей пришлось прибавить себе три года, и сказать командиру полка, что ей 18. В полку она служила санитаркой.

Стоит отметить, что в материалах про нашу героиню, включая Википедию, написано, что Евдокия Николаевна родилась в 1924 году, хотя сама она неоднократно в интервью говорила, что во время начала войны ей не исполнилось ещё и 16-ти. Вот один отрывок: «Я ведь совсем девчонкой на войну попала, еще шестнадцати не стукнуло. Три раза бегала к военкому, а он мне все: «Молоко сначала подотри!» — «Какое молоко?» «Материно, не обсохло еще!»

а вот второй:

– Девушка, милая, мы детей на фронт не берем, – даже не спросив по какому вопросу пришла Дуся, уставшим голосом сообщил свое решение военком. – Идите, домой, наверно, родители уже заждались! – Домой? Я хочу бить фашистов! – Посмотрите на себя, молоко мамки еще не высохло, а туда же – на фронт,– уже раздраженно вымолвил военком. – Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР мобилизации в армию подлежат военнообязанные 1905-1918 годов рождения, – напомнил он девушке на прощание. Выйдя от военкома Дуся, решила прийти еще раз. Но и второе посещение не принесло желанного результата. – О, защитник Родины! – уже как знакомую встретил её военком, – и сколько лет этому защитнику? – Семнадцать! – А вчера было пятнадцать, если так и дальше дело пойдет, так через пару дней Вы достигнете призывного возраста, – улыбаясь, сказал военком, – и придется положительно решить Ваш вопрос.

Статья в Википедии, которая, очевидно, на данный момент является первоисточником биографических данных для остальных публикаций про Евдокию Николаевну, при определении даты её рождения ссылается на ресурс «Лучшие люди Украины», где датой указано 28 мая 1924 года. Несомненно, именно из Википедии эта дата разошлась по всему интернету.

Мы же будем исходить из того, что Евдокии Николаевне лучше знать, сколько ей лет было, когда она отправилась на войну, поэтому в данной статье написали, что родилась она не в 1924, а в 1926 году.

После того, как в её родном селе 13 августа 1941 года части удалось вырваться из окружения, Евдокия Николаевна попросила бойцов показать, как обращаться с оружием. Научилась стрелять из карабина, пистолета и пулемета.

Вскоре во время отступления при переправе через Днепр у острова Хортица от разрыва снаряда она получила проникающее ранение в живот. Попала в госпиталь, в станице Курганная под Краснодаром. Врач хотел её комиссовать, однако она настояла, чтобы её оставили в армии. После выписки из госпиталя Евдокию Николаевну отправили в запасной полк. Там она получила свою первую награду – орден Красной звезды. Во время бомбёжки она вытащила на плащ-палатке раненого офицера без сознания, перевязала и привела в чувство, за что и была награждена.

Там и случилась её перевоплощение в мужчину. Вот что она сама по этому поводу вспоминает:

Направили меня после ранения в запасной полк. А туда как раз «покупатели» из командования приехали набирать ребят на передовую. Один из них, моряк, подзывает меня: «Гвардии старший сержант, покажите ваши документы!» Раскрывает мой литер и читает: «Старший сержант Завалий Евдок.» Это в госпитале имя мое так сократили. «Завалий Евдоким?» А я ему, и глазом не моргнув: «Так точно, товарищ командир! Завалий Евдоким Николаевич!» — «Даю пятнадцать минут на сборы!» — «Есть!» Он и не подозревал, что перед ним — девушка. А я ничем не выделялась среди парней: те же гимнастерка и галифе, на голове после госпиталя — «ежик» с чубчиком — косу пришлось сбрить, чтобы вши не донимали. Выдали мне боеприпасы, обмундирование, а потом отправили... в баню. — Вот тут-то и раскрылся обман? Разоблачили «Евдокима»... — Да ты что! Если бы тогда узнали, не сносить бы мне головы. Расстрельная статья, с командованием шутки плохи! Стою ни жива ни мертва со своим тазиком, а мимо ребята в чем мать родила мыться бегут. Посмотрела на палатку медсанбата и смекнула расковырять себе лицо в кровь, чтобы не до бани было. В медсанбате мне обработали раны, а через два с половиной часа у станицы Горячий Ключ старший сержант Евдоким Завалий принимал бой в составе шестой десантной бригады. После того как под Моздоком Евдокия Николаевна взяла в плен немецкого офицера её назначили командиром отделения разведки. Вот как описывает один из её боевых эпизодов под Моздоком осенью 1942 года Николай Бойко:

«Подразделению десантников, в котором воевал старший сержант Евдоким Завалий, приказано было отойти на занятые, ранее позиции. Отошли, закрепились и оказалось, что не зря. Фашисты плотным кольцом окружили горстку советских десантников. Семь суток бойцы, показывая примеры героизма, удерживали свои позиции. Заканчивались боеприпасы, надо было что-то предпринимать. И здесь Евдоким предложил переправиться на другой берег бурной реки и попытаться пополнить запас боеприпасов, а также раздобыть продуктов, они тоже уже были на исходе. В траншее, случайно отыскали кабель, один конец которого десантники зацепили за дерево, а второй – старший сержант взяла в руки и отправилась на вражеский берег. Светало, холодная вода «ободрила» девушку и вот она уже на месте. Присмотрелась. Фашистов не видно. – Да, в такую рань, наверно и немецкий дозор, впал в спячку, – подумала Дуся. Осторожно, чтобы не выдать себя, она начала собирать боеприпасы. Немцы не успели еще убрать своих убитых, поэтому патронов, гранат было достаточно. – Много мы их положили, будут знать советских десантников, – с этими мыслями Дуся, собранные боеприпасы сложила в две плащ-палатки. Бесценный груз она положила на своеобразный плот, на скорую руку собранный из крышек снарядных ящиков, привязала второй конец кабеля к необычному плавсредству и зайдя в воду подала сигнал десантникам, что готова переправить боеприпасы. Вернувшись снова на вражеский берег Дуся переоделась в немецкую форму и заняла позицию в придорожном кустарнике. Наступило утро. По шоссе пошли фашистские танки, пропустив их, Дуся стала ожидать более подходящий транспорт. И её ожидание, терпение увенчалось удачей. Когда танки скрылись за станицей Горячий Ключ, вслед за ними пошли грузовики. Дуся подпустила их вплотную и пустила очередь с автомата. Матросы с той стороны, поддержали её стрельбой с противотанкового ружья. Выстрел с ПТР – прямое попадание в машину, она загорелась, затем подбили второй грузовик… Подбежав к кабине одного грузовика Дуся обнаружила живого фашиста и с автомата заставила его замолчать раз и навсегда. Бросилась к кузову машины, под брезентом лежал еще один фашист, ликвидировав и его, обнаружила в машине хлеб и консервы. – Ага, проголодалась, фашистская нечисть! Сегодня придется попоститься. Укладывая в плащ-палатку хлеб и консервы, довольная, что справилась с задачей, подумала девушка и, дав знать десантникам, чтобы тащили к себе продовольствие, отправилась к своим бойцам. Немцы обнаружили её, когда она начала переплывать реку и открыли минометно-пулеметный огонь, но было поздно – старшего сержанта Евдокима Завалий встречали боёвые товарищи и открыли ответный огонь, боеприпасами, которые переправила с вражеского берега Дуся-разведчица, правда, что это девушка, десантники узнали позже».

Очень тяжелые бои шли на Кубани, в районе станицы Крымская. Евдоким Завалий был уже старшиной роты. Там рота попала в окружение, и в разгар схватки погиб командир. Заметив растерянность бойцов, Евдокия Николаевна поднялась во весь рост и крикнула: «Рота! Слушай меня! Вперед, за мной!» Бойцы поднялись в атаку, и сопротивление противника удалось сломить и выйти из окружения. В этом бою наша героиня получила второе тяжелое ранение. Вот тогда-то и разоблачили «Евдокима». «Неразоблачённой» под мужским именем Евдокия Завалий провоевала 8 месяцев.

Евдокия Николаевна боялась, что после разоблачения её снова отправят в санитарки. Однако, учитывая её боевые заслуги, её отправили феврале 1943 года на курсы младших лейтенантов в г. Фрунзе (ныне Бишкек).

В октябре 1943 года лейтенант Евдокия Завалий была назначена командиром взвода отдельной роты автоматчиков 83-й бригады морской пехоты. После этого назначения, некоторые острословы из других взводов смеялись, называя ее подразделение «Дуськин взвод».

Поначалу усилия Евдокии Николаевны были направлены на то, чтобы бойцы признали в ней командира – всё ж таки где это видано, что бы женщина (а Евдокии Завалий вообще тогда 17 лет было) командовала мужиками на войне.

«Был такой Ваня Посевных, - рассказывала Евдокия Николаевна. - Когда появился во взводе, посмотрел на меня презрительно и сказал, что не станет подчиняться бабе. Я ему командую: «Выйти из строя!» - а он не выходит…»

В конце концов бойцы признали в ней командира:

«- Я понимала свою обязанность как командира взвода вести ребят в атаку, - говорила Завалий. - Поднимаюсь и кричу: «За Родину! За Сталина! В атаку! Вперед!» И они все поднимаются за мной, догоняют и обгоняют меня, чтобы прикрыть от пуль. Кстати, в боях за Будапешт Ваня Посевных закрыл меня грудью от снайперского выстрела. За этот подвиг Ваня был посмертно награжден орденом Красной Звезды…»

Заводить «амурные дела» Евдокия Николаевна считала на фронте принципиально невозможным: «Если бы хоть какие-то мысли возникли на этот счет, все - нет взвода и нет командира. Я была для них мужиком, да и некогда было нам, морским пехотинцам, любовь крутить. Про это ты в других родах войск расспроси, может, чего и расскажут. А мне нечего рассказать, кроме того, что вернулась я домой после войны чистая, как небо и звезды...».

Александр Александрович Кузьмичев, командир роты автоматчиков 83-й бригады морской пехоты, в своих послевоенных воспоминаниях отмечал, что взвод гвардии лейтенанта Евдокии Завалий, всегда находился на острие боевых действий, служил тараном при наступлении бригады морской пехоты. Их посылали туда, где было, особенно, трудно.

Евдокия Завалий и ее взвод наводили ужас на гитлеровцев дерзкими вылазками, за которые немцы стали называть девушку «Фрау Черная смерть». Она участвовала в крупнейшей десантной операции периода Великой Отечественной войны – Керченско-Эльтигенской. Под ураганным вражеским огнем морские пехотинцы сумели закрепиться на плацдарме и обеспечили высадку основных сил. За эту операцию она получила орден Отечественной войны I степени.

За штурм 7 мая 1944 года Сапун-Горы во время освобождения Севастополя она была награждена орденом Отечественной войны II степени.

Дважды её хоронили, и её имя появлялось на братских могилах. Первый раз – под Белгород-Днестровским, когда ночью форсировали лиман, чтобы, преодолев минное поле, захватить плацдарм и удержать его до прихода главных сил. Вот что рассказывала Евдокия Николаевна:

Едва достигли середины лимана, как с противоположного берега ударили вражеские орудия и пулеметы. Несколько мотоботов пошли ко дну, остальные достигли берега и захватили его. Когда немцы стали отступать, мой взвод преследовал их. Я не заметила, как оторвалась от своих десантников, рядом разорвался снаряд, и меня отбросило взрывной волной. Очнулась, когда стемнело, и услышала немецкую речь. Немцы ходили по полю боя и добивали наших раненых. Почувствовала, что приближаются ко мне, затаила дыхание, и вдруг огнем полоснула боль в ноге. Один из фашистов пронзил ее штыком, чтобы проверить, мертва ли «русиш фрау». Чудом не выдала себя, а на рассвете, когда наши батальоны очистили от гитлеровцев западный берег Днестровского лимана, меня, истекавшую кровью, нашли местные жители. В штабе бригады решили, что я погибла, и на братской могиле в Белгород-Днестровском среди других имен появилось мое.

Второй раз её похоронили в Болгарии, и высекли фамилию на памятнике. Когда спустя 25 лет она приехала в Бургас как почетный гражданин города, одна из женщин во время встречи с горожанами узнала Евдокию Николаевну и бросилась к ней со слезами: «Доченька! Ты живая!».

Во время Будапештской наступательной операции (она считается одной из самых кровопролитных битв в истории человечества) взводу Евдокии Завалий было поручено взять штаб немецкого командования. Было решено идти по канализационному каналу, заполненному нечистотами. Так как там нечем было дышать, было выдано 15 кислородных подушек, которыми бойцы пользовались по очереди при движении по коллектору. К сожалению, помогли они не всем - двое морских пехотинцев задохнулись и остались в подземелье навсегда.

Выходить на поверхность стали на третьем канализационном люке, предварительно уничтожив охрану – двух немцев с пулемётом. Ворвались в бункер. Немцы, не ожидавшие этого, не оказали сопротивления. Самым ценным трофеем оказались оперативные карты. «Освоив» бункер, разведчики повели из него стрельбу. На улице возникла невероятная паника... Не понимая, почему стреляют из их же бункера, фашистские вояки стали из автоматов бить друг друга. Беспорядочный огонь открыли танкисты.

Подоспела рота и другие подразделения — брали этаж за этажом и вскоре полностью очистили от гитлеровцев замок и прилегающие кварталы.

Взяли в плен генерала – он не поверил, что разведчики прошли под землёй, пока не увидел их, не успевших отмыться от грязи и нечистот. Когда услышал, что комвзвода была девушка, опять не поверил и оскорбился: «Худшего издевательства вы не могли придумать?!» Далее вспоминает Евдокия Николаевна:

«Вызвали меня. Пришла в штаб грязная, как черт, разит от меня за километр. Майор Круглов, зажимая нос платком, обращается ко мне: «Доложите, как пленили немецкого генерала!» И вдруг немец протягивает мне пистолет системы «Вальтер» — плохо, видать, обыскали его ребята. «Фрау русиш черный комиссар! Гут! Гут!» Я глаза вытаращила на политотдел, те кивают — бери. Потом ребята именную надпись мне на этом пистолете сделали...»

За эту операцию Евдокия Завалий была награждена орденом Красного Знамени. «- После той операции у меня была одна мысль - как от этой грязи отмыться, - вспоминала Евдокия Завалий. - Мы зашли в какой-то местный парфюмерный магазин, и я принялась сливать в котелок все, что попадалось под руку, а потом вылила все это на себя. С тех пор духи я на дух не переношу!»

Одна из фронтовых газет того времени сообщала о героизме гвардейцев: «Бойцов во главе с женщиной-офицером высадили в тыл врага десантные катера. Была поставлена задача перекрыть дорогу, по которой отступали на Вену разбитые под Будапештом фашистские части. Шесть суток отбивали ребята яростные атаки врага. А потом с воздуха на них посыпались бомбы. Со стороны Будапешта на моряков двинулись «тигры». Казалось, что все кончено. Не выдержит горстка морских пехотинцев, не устоит. Но пока подоспела помощь, семь фашистских танков горело перед траншеями смельчаков. «Тигров» подожгли моряки из взвода лейтенанта Завалий...»

Война продолжалась. Приказано взять высоту "203", которая была важным стратегическим пунктом. Взвод Евдокии Завалий погрузился на катера и поплыл к незнакомому берегу. В пути его атаковали вражеские самолеты. Были убитые и раненые, потоплено два катера. И все же на высоту поднялись, окопались. За день отбили четырнадцать атак. Патроны берегли. Стреляли только прицельно. На второй день кончились припасы. Ни сухаря, ни глотка воды. Ночью снизился над отрядом самолет, сбросил два мешка с продовольствием, да неудачно — один слетел под откос, другой зацепился за куст и повис над обрывом. Попробовали достать — потеряли трех матросов: немецкие снайперы убили. Четвертого ранило в руки и ноги, он достал все же мешок, добрался с ним до окопа, и тут его сразило насмерть. Высоту отстояли. За эту операцию морпехов отметили наградами. Наша героиня получила орден Красного Знамени. Предсказание бабушки сбылось – она была ранена 4 раза. После одного из ранений потребовалось срочное переливание крови и боец её взвода Гасан Гусейнов, не задумываясь, отдал свою кровь и тем самым спас ей жизнь.

Гвардии лейтенант Евдокия Завалий прошла славный боевой путь – участвовала в обороне Кавказа, в боях за Крым, Бессарабию, на Дунае, в освобождении Югославии, Румынии, Болгарии, Венгрии, Австрии, Чехословакии.

После окончания войны её хотели направить на учебу в военное училище, но сказались 4 ранения и 2 контузии, полученные ею во время войны. В 1947 году она демобилизовалась и уехала в Киев. Военное прошлое ещё долго не покидало её: «Я после войны ещё долго по ночам ходила в атаку. Кричала так, что соседи пугались. А бабушка молилась и говорила маме: «Это нечистый дух из неё выходит!» - вспоминала Евдокия Николаевна.

В Киеве она познакомилась со своим будущим мужем, вышла замуж. У неё 2 детей, 4 внуков и 4 правнука. Работала директором гастронома. Вела активную работу среди молодёжи. Объездила множество городов, воинских частей, кораблей и подводных лодок с рассказами о своём взводе морской пехоты. Гвардии полковник морской пехоты Евдокия Николаевна Завалий скончалась в Киеве 5 мая 2010 года.

Кавалер четырёх боевых орденов и почти 40 медалей:

  • орден Октябрьской Революции
  • орден Красного Знамени
  • орден Красной Звезды
  • ордена Отечественной войны I и II степени
  • медаль «За отвагу»
  • медаль «За оборону Севастополя»
  • медаль «За взятие Будапешта»
  • медаль «За взятие Вены»
  • медаль «За освобождение Белграда»
  • другие ордена и медали

topwar.ru

Евдокия Завалий, «Фрау Черная Смерть» | Блогер REDISKA на сайте SPLETNIK.RU 9 мая 2017

Евдокия Завалий, «Фрау Черная Смерть»

   Девушку дважды хоронили. Под Белгород-Днестровским, когда ночью форсировали лиман, чтобы захватить и удержать плацдарм до прихода главных сил. Ребята потеряли своего командира во время наступления, когда ее отбросило взрывной волной. Очнувшись, Евдокия увидела, как враги добивают наших раненых. Она чудом не выдала себя, когда в ее ногу вонзился штык — проверяли, жива ли. На рассвете истекающую кровью комвзвода подобрали местные жители. Так ее имя появилось впервые на братской могиле в Белгород-Днестровском.

Второй раз Евдокию Завалий похоронили уже в Болгарии. Ее фамилию начертали на памятнике. Когда спустя 25 лет она приехала в Бургас в качестве почетного гражданина города, одна из женщин во время встречи с горожанами узнала Евдокию Николаевну и бросилась к ней со слезами: «Доченька! Ты живая!».

Гвардии лейтенант Евдокия Завалий участвовала в обороне Кавказа, в боях за Крым, Бессарабию, на Дунае, в освобождении Югославии, Румынии, Болгарии, Венгрии, Австрии, Чехословакии.

Она вернулась. С войны или с того света — разница не велика.

После окончания войны девушке дали направление на учебу в военное училище, но четыре ранения и две контузии дали о себе знать. В 1947 году она демобилизовалась и уехала в Киев. Но и после войны она «еще долго по ночам ходила в атаку. Кричала так, что соседи пугались. А бабушка молилась и говорила маме: «Это нечистый дух из нее выходит!», — вспоминала Евдокия Николаевна. Постепенно жизнь налаживалась. Евдокия вышла замуж и родила двоих детей. Стала бабушкой четырех внуков и четырех правнуков.

Гвардии полковник Евдокия Николаевна Завалий — единственная женщина-командир взвода морской пехоты в годы Великой Отечественной войны. «Дуськин взвод» наводил ужас на врагов, прозвавших командира морпехов «Фрау Черная Смерть». Начала войну санитаркой, четыре ранения, две контузии. Орден Красного Знамени, а после войны — замужество, дети и внуки.

          По каким-то неведомым нам соображениям имя единственной женщины, которая командовала взводом морской пехоты в годы Великой Отечественной войны, не попало на страницы Большой Советской Энциклопедии.

Оккупанты с уважением называли ее Frau schwarzer Tod — «госпожа Черная Смерть», подразумевая черный цвет бушлатов находившихся в ее подчинении морских пехотинцев и ее собственную униформу. Свои же припечатали братву выражением «Дуськин взвод». Может и не очень вежливо, зато своя в доску да и звучит ласково.

           Евдокия Николаевна Завалий родилась 28 мая 1926 (по другим данным — 1924) года в селе Новый Буг Новобугского района Николаевской области. Разночтения в годе рождения происходят из-за того, что в некоторых энциклопедиях указан 1924 год, а в ряде публикациях имеются ссылки на слова самой Завалий, которая неоднократно заявляла, что во время начала войны ей не исполнилось еще 16-ти. 

         С первых же дней войны она предпринимала отчаянные попытки уйти на фронт. Однако руководство было неумолимо: «Детей на фронт не берем». Пришлось Дусе вернуться в родительский дом. Но спустя всего лишь месяц война сама пришла к Дусе Завалий: немецкие войска шли по Украине, занимая населенные пункты один за другим. Не миновала эта участь и Нижний Буг.

Бой шел прямо в селе. Бесстрашная Дуся, никого не спросив, кинулась помогать «нашим»: прямо под рвущимися снарядами она перевязывала бойцов, благо, навыки у нее были, ведь девочка мечтала стать врачом. И когда 96-й кавалерийский полк 5-й кавалерийской дивизии 2-го кавалерийского корпуса, оборонявший село, стал отступать, Дуся упросила командира взять ее с собой. Правда, для этого ей пришлось соврать: она прибавила себе почти три года возраста, сказав, что скоро ей стукнет целых 18. Так Дуся оказалась на фронте. Стала санинструктором. «Научилась вводить раненым противостолбнячную сыворотку и делать многое другое, что поручают лишь опытным медицинским сестрам», — вспоминала Завалий. Впрочем, в этой должности Евдокия пробыла недолго: во время переправы через Днепр неподалеку от острова Хортица девушка получила довольно серьезное ранение и была эвакуирована в Краснодар для лечения.

Молодость взяла свое и, несмотря на тяжесть ранения, из-за которого Дусю хотели даже комиссовать, девушка поправилась и захотела вернуться в строй. Ничего не получилось бы, если бы не случай: в суматохе в ее документах имя записали сокращенно: «Завалий Евдок. Ник.», и командир части, отбиравший солдат, истолковал эту запись по-своему: «Завалий Евдоким Николаевич». Ему и в голову не пришло, что тощий коротко стриженый мальчишка в гимнастерке вовсе не мальчишка, а Евдокия просто не стала поправлять, ухватившись за представившуюся возможность отправиться в действующую армию.

И Евдокия-Евдоким, подобно знаменитой кавалерист-девице Надежде Дуровой, пошла на фронт, теперь уже скрывая не только свой возраст, но и пол. Как ей это удавалось — остается загадкой, видимо, еще и бойкий характер помогал ей скрывать свой пол: «Евдоким», несмотря на юность, отличался выдумкой и бесстрашием. В одну из вылазок «он» взял в плен немецкого офицера, за что был назначен командиром отделения разведки. Некоторое время спустя «Евдоким» опять отличился: с группой бойцов он похитил боеприпасы и продукты у расположившегося неподалеку врага и на плоту, сооруженном из крышек от ящиков для снарядов, переправил все в свою часть. Целых восемь месяцев товарищи бойцы считали безусого «Евдокима» своим парнем, до тех пор, пока опять же случай все не прояснил.

В 1942 году в одном из боев был убит командир десантной бригады, бойцом которой числилась Дуся. Солдаты растерялись, и только «Евдоким» смог сохранить спокойствие. «За мной! В атаку!» — разнесся над полем боя тонкий голосок, и хрупкая фигурка бросилась вперед, а за ней поднялась и вся бригада. Из боя «Евдокима» вынесли на руках — опять тяжелое ранение. И вот когда раненого бойца доставили в госпиталь и стали раздевать для операции, правда и открылась.

Девушка была готова к тому, что ее отправят в тыл, да еще и с выговором за обман, хорошо, если не отдадут под суд, но, как рассказывала сама Евдокия Николаевна, никто даже не пикнул. Более того: ее направили на курсы младших лейтенантов, по окончании которых она вернулась в строй и была зачислена в состав 83-третьей бригады морской пехоты. Так стала Дуся морпехом.

 Во время жестоких боев за Будапешт в феврале 1945 года морские пехотинцы несколько дней кряду безуспешно пытались пробиться к штаб-квартире фашистского диктатора Венгрии адмирала Миклоша Хорти. Пробраться к замку, подходы к которому были заминированы, помогла смекалка. Бойцы 83-й бригады морской пехоты, в состав которой входил вверенный младшему лейтенанту Завалий взвод, обследовали все закоулки и под канализационным люком обнаружили подземный ход.

Но разведчики доложили, что в подземелье, через которое можно пробраться в крепость, стоит такой невыносимый смрад, от которого реально задохнуться. Командир роты Кузьмичев напомнил, что среди захваченных трофеев есть 18 подушек с кислородом.

Через много лет после войны Евдокия Завалий вспоминала: «Просчитали, что идти надо до четвертого колодца, и решили рискнуть. Мой взвод шел впереди роты — одна подушка на двоих, делаешь спасительный вдох и отдаешь соседу. Коллектор оказался уже, чем предполагали, шли согнувшись, ноги увязали в зловонной жиже. У второго колодца услышали грохот и лязг. Осторожно отодвинули крышку и сразу закрыли — наверху вся улица запружена танками и бронемашинами. Господи, подумалось, а что же ожидает нас у четвертого колодца? Ведь это вонючее подземелье может стать нашей братской могилой, достаточно бросить пару гранат! У четвертого колодца остановила взвод. Сердце бешено колотится, но там, наверху, было тихо. Значит, правильно рассчитали».

Перед выходом наверх бесшумно сняли охрану. От неожиданности фрицы не оказали сопротивления. Подоспевшая рота и другие подразделения начали брать этаж за этажом и вскоре полностью очистили от гитлеровцев замок и прилегающие кварталы. Самым ценным трофеем оказались оперативные карты и генерал, который, по словам Завалий, «смотрел на нас, как на призраков, не в силах понять, каким чудом мы оказались в тылу его войск».

«Вызвали меня. Пришла в штаб грязная, как черт, разит от меня за километр. Майор Круглов, зажимая нос платком, обращается ко мне: «Доложите, как пленили немецкого генерала!». И вдруг немец протягивает мне пистолет системы «Вальтер» — плохо, видать, обыскали его ребята. «Фрау русиш черный комиссар! Гут! Гут!» Я глаза вытаращила на политотдел, те кивают — бери. Потом ребята именную надпись мне на этом пистолете сделали, — делилась своими воспоминаниями комвзвода Завалий. — После той операции у меня была одна мысль — как от этой грязи отмыться. Мы зашли в какой-то местный парфюмерный магазин, и я принялась сливать в котелок все, что попадалось под руку, а потом вылила все это на себя. С тех пор духи я на дух не переношу!»

За эту операцию Евдокия Завалий была награждена орденом Красного Знамени.

После развала СССР Евдокия Николаевна Завалий продолжала заниматься тем же, чем и прежде: «После войны объездила множество городов, воинских частей, кораблей и подводных лодок — везде рассказывала о моем десантном взводе. Выступала в школах, чтобы дети знали правду, а не росли Иванами, не помнящими родства. И сейчас иду, если зовут и не подводят силы. В августе прошлого года привезла из Севастополя 30 комплектов тельняшек и бушлатов для ребят из 104 школы в Пуще-Водице, куда с радостью ходила каждый год 9 Мая. А 1 сентября 2007 года этой школе торжественно присвоили имя фашистского головореза Романа Шухевича. Нужна ли теперь там моя правда?…»

Евдокия Завалий скончалась в Киеве всего за четыре дня до 65-летия Великой Победы, 5 мая 2010 года. 

www.spletnik.ru

Евдокия Николаевна ЗАВАЛИЙ

Гвардии полковник морской пехоты - единственная женщина, возглавлявшая действующий на передовой линии фронта разведвзвод морских пехотинцев. Когда отбирали бойцов на передовую, «Дусю» приняли за мужчину (была в гимнастёрке и галифе) и направили в 6-ю десантную бригаду. За взятие в плен немецкого офицера направлена в отделение разведки, командиром которого стала, после того как в одном из боёв командир взвода был убит, а она подняла всех в атаку. В этом же бою ранена, в госпитале открылось, что «Евдоким», 8 месяцев воевавший с десантниками, — девушка.

Командуя взводом, освобождала Севастополь, штурмовала Сапун-гору (за этот эпизод награждена орденом Отечественной войны I степени), участвовала в боях за Балаклаву, Сахарную Головку и Керчь, переправлялась через Днестровский лиман, освобождала Бессарабию, воевала за освобождение Тамани, Туапсе, Новороссийска, высаживалась с десантом в румынскую Констанцу, болгарские Варну и Бургас, Югославию. В ходе Будапештской наступательной операции захватила бункер немецкого командования. В числе пленных оказался генерал, заявивший, что плен позорный, потому что командир десантников девушка. За этот эпизод награждена орденом Красного Знамени. Со своим взводом перекрыла путь к отступлению немецким танкам. Десантники под её командованием подбили 7 танков. Кавалер 4 боевых орденов и почти 40 медалей. Почётный гражданин 8 городов.

Из интервью Е.Н.Завалий

…Я ведь совсем девчонкой на войну попала, еще шестнадцати не стукнуло. Три раза бегала к военкому, а он мне все: «Молоко сначала подотри!» - «Какое молоко?» «Материно, не обсохло еще!». Но фронт приближался, и вскоре война сама пришла за мной…Я после войны ещё долго по ночам ходила в атаку. Кричала так, что соседи пугались. А бабушка молилась и говорила маме: «Это нечистый дух из неё выходит!» Наверное, благодаря этим её молитвам живу до сих пор, хотя трижды была похоронена…Слова самые обычные: «Взвод! Слушай мою команду!» Голос-то у меня громкий всегда был, с детства песни пела под свой аккордеон. Поначалу, конечно, бывало, хмыкали хлопцы в мою сторону, но я внимания не обращала. Ничего-ничего, думаю, я вам еще покажу кузькину мать! Волю в кулак, очи озверелые и - вперед! Хотелось нос мужикам утереть, показать, что могу воевать не хуже, если не лучше их. И они привыкли ко мне, зауважали. Если бы не приняли как командира, сто раз была бы убита. Ведь немцы охотились за мной, после того как узнали, что «черными комиссарами» командует женщина, но ребята мои каждый раз выручали.Поднимаю их в атаку: «За мной!» Догоняют и обходят меня, прикрывая, бесстрашные, отчаянные - Жора Дорофеев, Петро Мороз, Саша Кожевников, три Димы - Ваклерский, Собинов и Седых... Каждый из пятидесяти пяти моих автоматчиков до сих пор стоит перед глазами, хотя никого из них уже нет в живых. Димка Седых бросился под танк с последней гранатой, Миша Паникахо заживо сгорел, облитый горючей смесью, но успел вскочить на вражеский танк и поджечь его, Ваня Посевных... Когда появился во взводе, смерил презрительным взглядом: «Бабе подчиняться неохота!» А в боях за Будапешт он прикрыл меня от снайперского выстрела, подставив свою грудь... До Победы дошли только 16 моих ребят, сегодня из нашего спецвзвода 83-й бригады морской пехоты осталась я одна.

fishki.net

Евдокия Завалий - Фрау "Черная смерть" | Екабу.ру

А ведь скоро День Победы! И о таких Людях нужно говорить... Евдокия Завалий - единственная женщина-командир взвода морской пехоты в годы ВОВ...

Евдокия Николаевна Завалий родилась 28 мая 1926 года в селе Новый Буг Новобугского района Николаевской области.

Перед войной работала в колхозе имени Коцюбинского, Новобугского района. Мотыжила сахарную свеклу, ворошила сено, сгребала на току золотое пшеничное зерно. Война для неё началась 25 июля.

Вот что Евдокия Завалий она вспоминает по этому поводу:

«Вдруг видим — на белом небе над нашим селом появились черные пятна. Бригадир аж присвистнул: «Парашютный десант!» Послышался нарастающий гул, и вражеские самолеты начали бомбежку. Мы бросились по домам. Вбежав во двор, я услышала чей-то стон и, глянув под старую антоновку, обомлела: молодой пограничник (у нас в селе находился штаб погранзаставы) лежит в луже крови. Не помню, как вбежала в хату, разорвала на бинты простыню, как могла перебинтовала его, смотрю — еще одного ранило, потом еще... Когда последняя воинская часть покидала Новый Буг, ведя кровопролитные бои, я уговорила командира взять меня с собой. Хотела забежать домой за кофточкой, но возле дома столкнулась с бабушкой. Увидев меня, баба заголосила: «Ой, шо ж ти робиш? Вернися, золота моя!» А потом вдруг крепко обняла, зашептала что-то и посмотрела в глаза: — Онучечка! Четыре раза будешь кровью стекать! Но тебя принесут белые гуси... И перекрестила. Бабушка моя людей лечила травами и судьбу предсказывала. Прожила на свете 114 лет».

Часть, с которой Евдокия Завалий отправилась на войну, была 96-м кавалерийский полком 5-й кавалерийской дивизии 2-го кавалерийского корпуса. Для того, чтобы её взяли на фронт, ей пришлось прибавить себе три года, и сказать командиру полка, что ей 18. В полку она служила санитаркой.

Стоит отметить, что в материалах про нашу героиню, включая Википедию, написано, что Евдокия Николаевна родилась в 1924 году, хотя сама она неоднократно в интервью говорила, что во время начала войны ей не исполнилось ещё и 16-ти. Вот один отрывок: «Я ведь совсем девчонкой на войну попала, еще шестнадцати не стукнуло. Три раза бегала к военкому, а он мне все: «Молоко сначала подотри!» — «Какое молоко?» «Материно, не обсохло еще!»

а вот второй:

– Девушка, милая, мы детей на фронт не берем, – даже не спросив по какому вопросу пришла Дуся, уставшим голосом сообщил свое решение военком. – Идите, домой, наверно, родители уже заждались! – Домой? Я хочу бить фашистов! – Посмотрите на себя, молоко мамки еще не высохло, а туда же – на фронт,– уже раздраженно вымолвил военком. – Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР мобилизации в армию подлежат военнообязанные 1905-1918 годов рождения, – напомнил он девушке на прощание. Выйдя от военкома Дуся, решила прийти еще раз. Но и второе посещение не принесло желанного результата. – О, защитник Родины! – уже как знакомую встретил её военком, – и сколько лет этому защитнику? – Семнадцать! – А вчера было пятнадцать, если так и дальше дело пойдет, так через пару дней Вы достигнете призывного возраста, – улыбаясь, сказал военком, – и придется положительно решить Ваш вопрос.

Статья в Википедии, которая, очевидно, на данный момент является первоисточником биографических данных для остальных публикаций про Евдокию Николаевну, при определении даты её рождения ссылается на ресурс «Лучшие люди Украины», где датой указано 28 мая 1924 года. Несомненно, именно из Википедии эта дата разошлась по всему интернету.

Мы же будем исходить из того, что Евдокии Николаевне лучше знать, сколько ей лет было, когда она отправилась на войну, поэтому в данной статье написали, что родилась она не в 1924, а в 1926 году.

После того, как в её родном селе 13 августа 1941 года части удалось вырваться из окружения, Евдокия Николаевна попросила бойцов показать, как обращаться с оружием. Научилась стрелять из карабина, пистолета и пулемета.

Вскоре во время отступления при переправе через Днепр у острова Хортица от разрыва снаряда она получила проникающее ранение в живот. Попала в госпиталь, в станице Курганная под Краснодаром. Врач хотел её комиссовать, однако она настояла, чтобы её оставили в армии. После выписки из госпиталя Евдокию Николаевну отправили в запасной полк. Там она получила свою первую награду – орден Красной звезды. Во время бомбёжки она вытащила на плащ-палатке раненого офицера без сознания, перевязала и привела в чувство, за что и была награждена.

Там и случилась её перевоплощение в мужчину. Вот что она сама по этому поводу вспоминает:

Направили меня после ранения в запасной полк. А туда как раз «покупатели» из командования приехали набирать ребят на передовую. Один из них, моряк, подзывает меня: «Гвардии старший сержант, покажите ваши документы!» Раскрывает мой литер и читает: «Старший сержант Завалий Евдок.» Это в госпитале имя мое так сократили. «Завалий Евдоким?» А я ему, и глазом не моргнув: «Так точно, товарищ командир! Завалий Евдоким Николаевич!» — «Даю пятнадцать минут на сборы!» — «Есть!» Он и не подозревал, что перед ним — девушка. А я ничем не выделялась среди парней: те же гимнастерка и галифе, на голове после госпиталя — «ежик» с чубчиком — косу пришлось сбрить, чтобы вши не донимали. Выдали мне боеприпасы, обмундирование, а потом отправили... в баню. — Вот тут-то и раскрылся обман? Разоблачили «Евдокима»... — Да ты что! Если бы тогда узнали, не сносить бы мне головы. Расстрельная статья, с командованием шутки плохи! Стою ни жива ни мертва со своим тазиком, а мимо ребята в чем мать родила мыться бегут. Посмотрела на палатку медсанбата и смекнула расковырять себе лицо в кровь, чтобы не до бани было. В медсанбате мне обработали раны, а через два с половиной часа у станицы Горячий Ключ старший сержант Евдоким Завалий принимал бой в составе шестой десантной бригады.

После того как под Моздоком Евдокия Николаевна взяла в плен немецкого офицера её назначили командиром отделения разведки. Вот как описывает один из её боевых эпизодов под Моздоком осенью 1942 года Николай Бойко:

«Подразделению десантников, в котором воевал старший сержант Евдоким Завалий, приказано было отойти на занятые, ранее позиции. Отошли, закрепились и оказалось, что не зря. Фашисты плотным кольцом окружили горстку советских десантников. Семь суток бойцы, показывая примеры героизма, удерживали свои позиции. Заканчивались боеприпасы, надо было что-то предпринимать. И здесь Евдоким предложил переправиться на другой берег бурной реки и попытаться пополнить запас боеприпасов, а также раздобыть продуктов, они тоже уже были на исходе. В траншее, случайно отыскали кабель, один конец которого десантники зацепили за дерево, а второй – старший сержант взяла в руки и отправилась на вражеский берег. Светало, холодная вода «ободрила» девушку и вот она уже на месте. Присмотрелась. Фашистов не видно. – Да, в такую рань, наверно и немецкий дозор, впал в спячку, – подумала Дуся. Осторожно, чтобы не выдать себя, она начала собирать боеприпасы. Немцы не успели еще убрать своих убитых, поэтому патронов, гранат было достаточно. – Много мы их положили, будут знать советских десантников, – с этими мыслями Дуся, собранные боеприпасы сложила в две плащ-палатки. Бесценный груз она положила на своеобразный плот, на скорую руку собранный из крышек снарядных ящиков, привязала второй конец кабеля к необычному плавсредству и зайдя в воду подала сигнал десантникам, что готова переправить боеприпасы. Вернувшись снова на вражеский берег Дуся переоделась в немецкую форму и заняла позицию в придорожном кустарнике. Наступило утро. По шоссе пошли фашистские танки, пропустив их, Дуся стала ожидать более подходящий транспорт. И её ожидание, терпение увенчалось удачей. Когда танки скрылись за станицей Горячий Ключ, вслед за ними пошли грузовики. Дуся подпустила их вплотную и пустила очередь с автомата. Матросы с той стороны, поддержали её стрельбой с противотанкового ружья. Выстрел с ПТР – прямое попадание в машину, она загорелась, затем подбили второй грузовик… Подбежав к кабине одного грузовика Дуся обнаружила живого фашиста и с автомата заставила его замолчать раз и навсегда. Бросилась к кузову машины, под брезентом лежал еще один фашист, ликвидировав и его, обнаружила в машине хлеб и консервы. – Ага, проголодалась, фашистская нечисть! Сегодня придется попоститься. Укладывая в плащ-палатку хлеб и консервы, довольная, что справилась с задачей, подумала девушка и, дав знать десантникам, чтобы тащили к себе продовольствие, отправилась к своим бойцам. Немцы обнаружили её, когда она начала переплывать реку и открыли минометно-пулеметный огонь, но было поздно – старшего сержанта Евдокима Завалий встречали боёвые товарищи и открыли ответный огонь, боеприпасами, которые переправила с вражеского берега Дуся-разведчица, правда, что это девушка, десантники узнали позже».

Очень тяжелые бои шли на Кубани, в районе станицы Крымская. Евдоким Завалий был уже старшиной роты. Там рота попала в окружение, и в разгар схватки погиб командир. Заметив растерянность бойцов, Евдокия Николаевна поднялась во весь рост и крикнула: «Рота! Слушай меня! Вперед, за мной!» Бойцы поднялись в атаку, и сопротивление противника удалось сломить и выйти из окружения. В этом бою наша героиня получила второе тяжелое ранение. Вот тогда-то и разоблачили «Евдокима». «Неразоблачённой» под мужским именем Евдокия Завалий провоевала 8 месяцев.

Евдокия Николаевна боялась, что после разоблачения её снова отправят в санитарки. Однако, учитывая её боевые заслуги, её отправили феврале 1943 года на курсы младших лейтенантов в г. Фрунзе (ныне Бишкек).

В октябре 1943 года лейтенант Евдокия Завалий была назначена командиром взвода отдельной роты автоматчиков 83-й бригады морской пехоты. После этого назначения, некоторые острословы из других взводов смеялись, называя ее подразделение «Дуськин взвод».

Поначалу усилия Евдокии Николаевны были направлены на то, чтобы бойцы признали в ней командира – всё ж таки где это видано, что бы женщина (а Евдокии Завалий вообще тогда 17 лет было) командовала мужиками на войне.

«Был такой Ваня Посевных, - рассказывала Евдокия Николаевна. - Когда появился во взводе, посмотрел на меня презрительно и сказал, что не станет подчиняться бабе. Я ему командую: «Выйти из строя!» - а он не выходит…»

В конце концов бойцы признали в ней командира:

«- Я понимала свою обязанность как командира взвода вести ребят в атаку, - говорила Завалий. - Поднимаюсь и кричу: «За Родину! За Сталина! В атаку! Вперед!» И они все поднимаются за мной, догоняют и обгоняют меня, чтобы прикрыть от пуль. Кстати, в боях за Будапешт Ваня Посевных закрыл меня грудью от снайперского выстрела. За этот подвиг Ваня был посмертно награжден орденом Красной Звезды…»

Заводить «амурные дела» Евдокия Николаевна считала на фронте принципиально невозможным: «Если бы хоть какие-то мысли возникли на этот счет, все - нет взвода и нет командира. Я была для них мужиком, да и некогда было нам, морским пехотинцам, любовь крутить. Про это ты в других родах войск расспроси, может, чего и расскажут. А мне нечего рассказать, кроме того, что вернулась я домой после войны чистая, как небо и звезды...».

Александр Александрович Кузьмичев, командир роты автоматчиков 83-й бригады морской пехоты, в своих послевоенных воспоминаниях отмечал, что взвод гвардии лейтенанта Евдокии Завалий, всегда находился на острие боевых действий, служил тараном при наступлении бригады морской пехоты. Их посылали туда, где было, особенно, трудно.

Евдокия Завалий и ее взвод наводили ужас на гитлеровцев дерзкими вылазками, за которые немцы стали называть девушку «Фрау Черная смерть». Она участвовала в крупнейшей десантной операции периода Великой Отечественной войны – Керченско-Эльтигенской. Под ураганным вражеским огнем морские пехотинцы сумели закрепиться на плацдарме и обеспечили высадку основных сил. За эту операцию она получила орден Отечественной войны I степени.

За штурм 7 мая 1944 года Сапун-Горы во время освобождения Севастополя она была награждена орденом Отечественной войны II степени.

Дважды её хоронили, и её имя появлялось на братских могилах. Первый раз – под Белгород-Днестровским, когда ночью форсировали лиман, чтобы, преодолев минное поле, захватить плацдарм и удержать его до прихода главных сил. Вот что рассказывала Евдокия Николаевна:

Едва достигли середины лимана, как с противоположного берега ударили вражеские орудия и пулеметы. Несколько мотоботов пошли ко дну, остальные достигли берега и захватили его. Когда немцы стали отступать, мой взвод преследовал их. Я не заметила, как оторвалась от своих десантников, рядом разорвался снаряд, и меня отбросило взрывной волной. Очнулась, когда стемнело, и услышала немецкую речь. Немцы ходили по полю боя и добивали наших раненых. Почувствовала, что приближаются ко мне, затаила дыхание, и вдруг огнем полоснула боль в ноге. Один из фашистов пронзил ее штыком, чтобы проверить, мертва ли «русиш фрау». Чудом не выдала себя, а на рассвете, когда наши батальоны очистили от гитлеровцев западный берег Днестровского лимана, меня, истекавшую кровью, нашли местные жители. В штабе бригады решили, что я погибла, и на братской могиле в Белгород-Днестровском среди других имен появилось мое.

Второй раз её похоронили в Болгарии, и высекли фамилию на памятнике. Когда спустя 25 лет она приехала в Бургас как почетный гражданин города, одна из женщин во время встречи с горожанами узнала Евдокию Николаевну и бросилась к ней со слезами: «Доченька! Ты живая!».

Во время Будапештской наступательной операции (она считается одной из самых кровопролитных битв в истории человечества) взводу Евдокии Завалий было поручено взять штаб немецкого командования. Было решено идти по канализационному каналу, заполненному нечистотами. Так как там нечем было дышать, было выдано 15 кислородных подушек, которыми бойцы пользовались по очереди при движении по коллектору. К сожалению, помогли они не всем - двое морских пехотинцев задохнулись и остались в подземелье навсегда.

Выходить на поверхность стали на третьем канализационном люке, предварительно уничтожив охрану – двух немцев с пулемётом. Ворвались в бункер. Немцы, не ожидавшие этого, не оказали сопротивления. Самым ценным трофеем оказались оперативные карты. «Освоив» бункер, разведчики повели из него стрельбу. На улице возникла невероятная паника... Не понимая, почему стреляют из их же бункера, фашистские вояки стали из автоматов бить друг друга. Беспорядочный огонь открыли танкисты.

Подоспела рота и другие подразделения — брали этаж за этажом и вскоре полностью очистили от гитлеровцев замок и прилегающие кварталы.

Взяли в плен генерала – он не поверил, что разведчики прошли под землёй, пока не увидел их, не успевших отмыться от грязи и нечистот. Когда услышал, что комвзвода была девушка, опять не поверил и оскорбился: «Худшего издевательства вы не могли придумать?!» Далее вспоминает Евдокия Николаевна:

«Вызвали меня. Пришла в штаб грязная, как черт, разит от меня за километр. Майор Круглов, зажимая нос платком, обращается ко мне: «Доложите, как пленили немецкого генерала!» И вдруг немец протягивает мне пистолет системы «Вальтер» — плохо, видать, обыскали его ребята. «Фрау русиш черный комиссар! Гут! Гут!» Я глаза вытаращила на политотдел, те кивают — бери. Потом ребята именную надпись мне на этом пистолете сделали...»

За эту операцию Евдокия Завалий была награждена орденом Красного Знамени. «- После той операции у меня была одна мысль - как от этой грязи отмыться, - вспоминала Евдокия Завалий. - Мы зашли в какой-то местный парфюмерный магазин, и я принялась сливать в котелок все, что попадалось под руку, а потом вылила все это на себя. С тех пор духи я на дух не переношу!»

Одна из фронтовых газет того времени сообщала о героизме гвардейцев: «Бойцов во главе с женщиной-офицером высадили в тыл врага десантные катера. Была поставлена задача перекрыть дорогу, по которой отступали на Вену разбитые под Будапештом фашистские части. Шесть суток отбивали ребята яростные атаки врага. А потом с воздуха на них посыпались бомбы. Со стороны Будапешта на моряков двинулись «тигры». Казалось, что все кончено. Не выдержит горстка морских пехотинцев, не устоит. Но пока подоспела помощь, семь фашистских танков горело перед траншеями смельчаков. «Тигров» подожгли моряки из взвода лейтенанта Завалий...»

Война продолжалась. Приказано взять высоту "203", которая была важным стратегическим пунктом. Взвод Евдокии Завалий погрузился на катера и поплыл к незнакомому берегу. В пути его атаковали вражеские самолеты. Были убитые и раненые, потоплено два катера. И все же на высоту поднялись, окопались. За день отбили четырнадцать атак. Патроны берегли. Стреляли только прицельно. На второй день кончились припасы. Ни сухаря, ни глотка воды. Ночью снизился над отрядом самолет, сбросил два мешка с продовольствием, да неудачно — один слетел под откос, другой зацепился за куст и повис над обрывом. Попробовали достать — потеряли трех матросов: немецкие снайперы убили. Четвертого ранило в руки и ноги, он достал все же мешок, добрался с ним до окопа, и тут его сразило насмерть. Высоту отстояли. За эту операцию морпехов отметили наградами. Наша героиня получила орден Красного Знамени. Предсказание бабушки сбылось – она была ранена 4 раза. После одного из ранений потребовалось срочное переливание крови и боец её взвода Гасан Гусейнов, не задумываясь, отдал свою кровь и тем самым спас ей жизнь.

Гвардии лейтенант Евдокия Завалий прошла славный боевой путь – участвовала в обороне Кавказа, в боях за Крым, Бессарабию, на Дунае, в освобождении Югославии, Румынии, Болгарии, Венгрии, Австрии, Чехословакии.

После окончания войны её хотели направить на учебу в военное училище, но сказались 4 ранения и 2 контузии, полученные ею во время войны. В 1947 году она демобилизовалась и уехала в Киев. Военное прошлое ещё долго не покидало её: «Я после войны ещё долго по ночам ходила в атаку. Кричала так, что соседи пугались. А бабушка молилась и говорила маме: «Это нечистый дух из неё выходит!» - вспоминала Евдокия Николаевна.

В Киеве она познакомилась со своим будущим мужем, вышла замуж. У неё 2 детей, 4 внуков и 4 правнука. Работала директором гастронома. Вела активную работу среди молодёжи. Объездила множество городов, воинских частей, кораблей и подводных лодок с рассказами о своём взводе морской пехоты. Гвардии полковник морской пехоты Евдокия Николаевна Завалий скончалась в Киеве 5 мая 2010 года.

Кавалер четырёх боевых орденов и почти 40 медалей: орден Октябрьской Революцииорден Красного Знамениорден Красной Звездыордена Отечественной войны I и II степенимедаль «За отвагу»медаль «За оборону Севастополя»медаль «За взятие Будапешта»медаль «За взятие Вены»медаль «За освобождение Белграда»другие ордена и медали

ekabu.ru

Евдокия Завалий

Гвардии полковник Евдокия Николаевна Завалий — единственная женщина-командир взвода морской пехоты в годы Великой Отечественной войны. "Дуськин взвод" наводил ужас на врагов, прозвавших командира морпехов "Фрау Черная Смерть". Начала войну санитаркой, четыре ранения, две контузии. Орден Красного Знамени, а после войны — замужество, дети и внуки.

Евдокия Николаевна Завалий родилась 28 мая 1926 (по другим данным — 1924) года в селе Новый Буг Новобугского района Николаевской области. Разночтения в годе рождения происходят из-за того, что в некоторых энциклопедиях указан 1924 год, а в ряде публикациях имеются ссылки на слова самой Завалий, которая неоднократно заявляла, что во время начала войны ей не исполнилось еще 16-ти.

Читайте также: Зоя Воскресенская - с пером и шпагой

По каким-то неведомым нам соображениям имя единственной женщины, которая командовала взводом морской пехоты в годы Великой Отечественной войны, не попало на страницы Большой Советской Энциклопедии, где сведения старались тщательно проверять. У нас нет оснований не доверять уважаемой Евдокии Николаевне, но память человеческая, увы, несовершенна, а потому бывает путаница…

Оккупанты с уважением называли ее Frau schwarzer Tod - "госпожа Черная Смерть", подразумевая черный цвет бушлатов находившихся в ее подчинении морских пехотинцев и ее собственную униформу. Свои же припечатали братву выражением "Дуськин взвод". Может и не очень вежливо, зато своя в доску да и звучит ласково.

Свой боевой путь девчонка с Николаевщины начала в июле 1941 с добровольной помощи раненым бойцам Красной армии. Вскоре стала санинструктором. "Научилась вводить раненым противостолбнячную сыворотку и делать многое другое, что поручают лишь опытным медицинским сестрам", — вспоминала Завалий.

За спасение командира получила орден Красной Звезды. Сумку медсестры она сменила на автомат, когда на ее глазах пуля насмерть сразила старлея, поднимавшего своих бойцов в атаку. Молодым и звонким голосом Завалий подняла за собой в атаку роту.

Во время жестоких боев за Будапешт в феврале 1945 года морские пехотинцы несколько дней кряду безуспешно пытались пробиться к штаб-квартире фашистского диктатора Венгрии адмирала Миклоша Хорти. Пробраться к замку, подходы к которому были заминированы, помогла смекалка. Бойцы 83-й бригады морской пехоты, в состав которой входил вверенный младшему лейтенанту Завалий взвод, обследовали все закоулки и под канализационным люком обнаружили подземный ход.

Но разведчики доложили, что в подземелье, через которое можно пробраться в крепость, стоит такой невыносимый смрад, от которого реально задохнуться. Командир роты Кузьмичев напомнил, что среди захваченных трофеев есть 18 подушек с кислородом.

Через много лет после войны Евдокия Завалий вспоминала: "Просчитали, что идти надо до четвертого колодца, и решили рискнуть. Мой взвод шел впереди роты — одна подушка на двоих, делаешь спасительный вдох и отдаешь соседу. Коллектор оказался уже, чем предполагали, шли согнувшись, ноги увязали в зловонной жиже. У второго колодца услышали грохот и лязг. Осторожно отодвинули крышку и сразу закрыли — наверху вся улица запружена танками и бронемашинами. Господи, подумалось, а что же ожидает нас у четвертого колодца? Ведь это вонючее подземелье может стать нашей братской могилой, достаточно бросить пару гранат! У четвертого колодца остановила взвод. Сердце бешено колотится, но там, наверху, было тихо. Значит, правильно рассчитали".

Перед выходом наверх бесшумно сняли охрану. От неожиданности фрицы не оказали сопротивления. Подоспевшая рота и другие подразделения начали брать этаж за этажом и вскоре полностью очистили от гитлеровцев замок и прилегающие кварталы. Самым ценным трофеем оказались оперативные карты и генерал, который, по словам Завалий, "смотрел на нас, как на призраков, не в силах понять, каким чудом мы оказались в тылу его войск".

"Вызвали меня. Пришла в штаб грязная, как черт, разит от меня за километр. Майор Круглов, зажимая нос платком, обращается ко мне: "Доложите, как пленили немецкого генерала!". И вдруг немец протягивает мне пистолет системы "Вальтер" — плохо, видать, обыскали его ребята. "Фрау русиш черный комиссар! Гут! Гут!" Я глаза вытаращила на политотдел, те кивают — бери. Потом ребята именную надпись мне на этом пистолете сделали, — делилась своими воспоминаниями комвзвода Завалий. — После той операции у меня была одна мысль — как от этой грязи отмыться. Мы зашли в какой-то местный парфюмерный магазин, и я принялась сливать в котелок все, что попадалось под руку, а потом вылила все это на себя. С тех пор духи я на дух не переношу!"

За эту операцию Евдокия Завалий была награждена орденом Красного Знамени.

Девушку дважды хоронили. Под Белгород-Днестровским, когда ночью форсировали лиман, чтобы захватить и удержать плацдарм до прихода главных сил. Ребята потеряли своего командира во время наступления, когда ее отбросило взрывной волной. Очнувшись, Евдокия увидела, как враги добивают наших раненых. Она чудом не выдала себя, когда в ее ногу вонзился штык — проверяли, жива ли. На рассвете истекающую кровью комвзвода подобрали местные жители. Так ее имя появилось впервые на братской могиле в Белгород-Днестровском.

Второй раз Евдокию Завалий похоронили уже в Болгарии. Ее фамилию начертали на памятнике. Когда спустя 25 лет она приехала в Бургас в качестве почетного гражданина города, одна из женщин во время встречи с горожанами узнала Евдокию Николаевну и бросилась к ней со слезами: "Доченька! Ты живая!".

Гвардии лейтенант Евдокия Завалий участвовала в обороне Кавказа, в боях за Крым, Бессарабию, на Дунае, в освобождении Югославии, Румынии, Болгарии, Венгрии, Австрии, Чехословакии.

После окончания войны девушке дали направление на учебу в военное училище, но четыре ранения и две контузии дали о себе знать. В 1947 году она демобилизовалась и уехала в Киев. Но и после войны она "еще долго по ночам ходила в атаку. Кричала так, что соседи пугались. А бабушка молилась и говорила маме: "Это нечистый дух из нее выходит!", — вспоминала Евдокия Николаевна. Постепенно жизнь налаживалась. Евдокия вышла замуж и родила двоих детей. Стала бабушкой четырех внуков и четырех правнуков.

Читайте также: Холокост сознания для российских школьников

После развала СССР Евдокия Николаевна Завалий продолжала заниматься тем же, чем и прежде: "После войны объездила множество городов, воинских частей, кораблей и подводных лодок — везде рассказывала о моем десантном взводе. Выступала в школах, чтобы дети знали правду, а не росли Иванами, не помнящими родства. И сейчас иду, если зовут и не подводят силы. В августе прошлого года привезла из Севастополя 30 комплектов тельняшек и бушлатов для ребят из 104 школы в Пуще-Водице, куда с радостью ходила каждый год 9 Мая. А 1 сентября 2007 года этой школе торжественно присвоили имя фашистского головореза Романа Шухевича. Нужна ли теперь там моя правда?…".

Евдокия Завалий скончалась в Киеве всего за четыре дня до 65-летия Великой Победы.

Читайте самое интересное в рубрике "Общество"

www.pravda.ru

Евдокия Завалий - единственная женщина-командир взвода морской пехоты в годы ВОВ. История России.

Евдокия Николаевна Завалий родилась 28 мая 1926 года в селе Новый Буг Новобугского района Николаевской области.

Перед войной работала в колхозе имени Коцюбинского, Новобугского района. Мотыжила сахарную свеклу, ворошила сено, сгребала на току золотое пшеничное зерно. Война для неё началась 25 июля.

Вот что Евдокия Завалий она вспоминает по этому поводу:

«Вдруг видим — на белом небе над нашим селом появились черные пятна. Бригадир аж присвистнул: «Парашютный десант!» Послышался нарастающий гул, и вражеские самолеты начали бомбежку. Мы бросились по домам. Вбежав во двор, я услышала чей-то стон и, глянув под старую антоновку, обомлела: молодой пограничник (у нас в селе находился штаб погранзаставы) лежит в луже крови. Не помню, как вбежала в хату, разорвала на бинты простыню, как могла перебинтовала его, смотрю — еще одного ранило, потом еще... Когда последняя воинская часть покидала Новый Буг, ведя кровопролитные бои, я уговорила командира взять меня с собой. Хотела забежать домой за кофточкой, но возле дома столкнулась с бабушкой. Увидев меня, баба заголосила: «Ой, шо ж ти робиш? Вернися, золота моя!» А потом вдруг крепко обняла, зашептала что-то и посмотрела в глаза: — Онучечка! Четыре раза будешь кровью стекать! Но тебя принесут белые гуси... И перекрестила. Бабушка моя людей лечила травами и судьбу предсказывала. Прожила на свете 114 лет».

Часть, с которой Евдокия Завалий отправилась на войну, была 96-м кавалерийский полком 5-й кавалерийской дивизии 2-го кавалерийского корпуса. Для того, чтобы её взяли на фронт, ей пришлось прибавить себе три года, и сказать командиру полка, что ей 18. В полку она служила санитаркой.

Стоит отметить, что в материалах про нашу героиню, включая Википедию, написано, что Евдокия Николаевна родилась в 1924 году, хотя сама она неоднократно в интервью говорила, что во время начала войны ей не исполнилось ещё и 16-ти. Вот один отрывок: «Я ведь совсем девчонкой на войну попала, еще шестнадцати не стукнуло. Три раза бегала к военкому, а он мне все: «Молоко сначала подотри!» — «Какое молоко?» «Материно, не обсохло еще!»

а вот второй:

– Девушка, милая, мы детей на фронт не берем, – даже не спросив по какому вопросу пришла Дуся, уставшим голосом сообщил свое решение военком. – Идите, домой, наверно, родители уже заждались! – Домой? Я хочу бить фашистов! – Посмотрите на себя, молоко мамки еще не высохло, а туда же – на фронт,– уже раздраженно вымолвил военком. – Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР мобилизации в армию подлежат военнообязанные 1905-1918 годов рождения, – напомнил он девушке на прощание. Выйдя от военкома Дуся, решила прийти еще раз. Но и второе посещение не принесло желанного результата. – О, защитник Родины! – уже как знакомую встретил её военком, – и сколько лет этому защитнику? – Семнадцать! – А вчера было пятнадцать, если так и дальше дело пойдет, так через пару дней Вы достигнете призывного возраста, – улыбаясь, сказал военком, – и придется положительно решить Ваш вопрос.

Статья в Википедии, которая, очевидно, на данный момент является первоисточником биографических данных для остальных публикаций про Евдокию Николаевну, при определении даты её рождения ссылается на ресурс «Лучшие люди Украины», где датой указано 28 мая 1924 года. Несомненно, именно из Википедии эта дата разошлась по всему интернету.

Мы же будем исходить из того, что Евдокии Николаевне лучше знать, сколько ей лет было, когда она отправилась на войну, поэтому в данной статье написали, что родилась она не в 1924, а в 1926 году.

После того, как в её родном селе 13 августа 1941 года части удалось вырваться из окружения, Евдокия Николаевна попросила бойцов показать, как обращаться с оружием. Научилась стрелять из карабина, пистолета и пулемета.

Вскоре во время отступления при переправе через Днепр у острова Хортица от разрыва снаряда она получила проникающее ранение в живот. Попала в госпиталь, в станице Курганная под Краснодаром. Врач хотел её комиссовать, однако она настояла, чтобы её оставили в армии. После выписки из госпиталя Евдокию Николаевну отправили в запасной полк. Там она получила свою первую награду – орден Красной звезды. Во время бомбёжки она вытащила на плащ-палатке раненого офицера без сознания, перевязала и привела в чувство, за что и была награждена.

Там и случилась её перевоплощение в мужчину. Вот что она сама по этому поводу вспоминает:

Направили меня после ранения в запасной полк. А туда как раз «покупатели» из командования приехали набирать ребят на передовую. Один из них, моряк, подзывает меня: «Гвардии старший сержант, покажите ваши документы!» Раскрывает мой литер и читает: «Старший сержант Завалий Евдок.» Это в госпитале имя мое так сократили. «Завалий Евдоким?» А я ему, и глазом не моргнув: «Так точно, товарищ командир! Завалий Евдоким Николаевич!» — «Даю пятнадцать минут на сборы!» — «Есть!» Он и не подозревал, что перед ним — девушка. А я ничем не выделялась среди парней: те же гимнастерка и галифе, на голове после госпиталя — «ежик» с чубчиком — косу пришлось сбрить, чтобы вши не донимали. Выдали мне боеприпасы, обмундирование, а потом отправили... в баню. — Вот тут-то и раскрылся обман? Разоблачили «Евдокима»... — Да ты что! Если бы тогда узнали, не сносить бы мне головы. Расстрельная статья, с командованием шутки плохи! Стою ни жива ни мертва со своим тазиком, а мимо ребята в чем мать родила мыться бегут. Посмотрела на палатку медсанбата и смекнула расковырять себе лицо в кровь, чтобы не до бани было. В медсанбате мне обработали раны, а через два с половиной часа у станицы Горячий Ключ старший сержант Евдоким Завалий принимал бой в составе шестой десантной бригады.

Евдокия ЗавалийПосле того как под Моздоком Евдокия Николаевна взяла в плен немецкого офицера её назначили командиром отделения разведки. Вот как описывает один из её боевых эпизодов под Моздоком осенью 1942 года Николай Бойко:

«Подразделению десантников, в котором воевал старший сержант Евдоким Завалий, приказано было отойти на занятые ранее позиции. Отошли, закрепились и оказалось, что не зря. Фашисты плотным кольцом окружили горстку советских десантников. Семь суток бойцы, показывая примеры героизма, удерживали свои позиции. Заканчивались боеприпасы, надо было что-то предпринимать. И здесь Евдоким предложил переправиться на другой берег бурной реки и попытаться пополнить запас боеприпасов, а также раздобыть продуктов, они тоже уже были на исходе. В траншее случайно отыскали кабель, один конец которого десантники зацепили за дерево, а второй старший сержант взяла в руки и отправилась на вражеский берег. Светало, холодная вода «ободрила» девушку и вот она уже на месте. Присмотрелась. Фашистов не видно. – Да, в такую рань, наверно и немецкий дозор, впал в спячку, – подумала Дуся. Осторожно, чтобы не выдать себя, она начала собирать боеприпасы. Немцы не успели еще убрать своих убитых, поэтому патронов, гранат было достаточно. – Много мы их положили, будут знать советских десантников, – с этими мыслями Дуся собранные боеприпасы сложила в две плащ-палатки. Бесценный груз она положила на своеобразный плот, на скорую руку собранный из крышек снарядных ящиков, привязала второй конец кабеля к необычному плавсредству и, зайдя в воду, подала сигнал десантникам, что готова переправить боеприпасы. Вернувшись снова на вражеский берег Дуся переоделась в немецкую форму и заняла позицию в придорожном кустарнике. Наступило утро. По шоссе пошли фашистские танки. Пропустив их, Дуся стала ожидать более подходящий транспорт. И её ожидание, терпение увенчалось удачей. Когда танки скрылись за станицей Горячий Ключ, вслед за ними пошли грузовики. Дуся подпустила их вплотную и пустила очередь из автомата. Матросы с той стороны поддержали её стрельбой с противотанкового ружья. Выстрел с ПТР – прямое попадание в машину, она загорелась, затем подбили второй грузовик… Подбежав к кабине одного грузовика, Дуся обнаружила живого фашиста и с автомата заставила его замолчать раз и навсегда. Бросилась к кузову машины, под брезентом лежал еще один фашист, ликвидировав и его, обнаружила в машине хлеб и консервы. – Ага, проголодалась, фашистская нечисть! Сегодня придется попоститься. После того, как она уложила в плащ-палатку хлеб и консервы, девушка дала знать десантникам, чтобы тащили к себе продовольствие, и затем отправилась к своим бойцам. Немцы обнаружили её, когда она начала переплывать реку и открыли минометно-пулеметный огонь, но было поздно – старшего сержанта Евдокима Завалий встречали боевые товарищи и открыли ответный огонь, боеприпасами, которые переправила с вражеского берега Дуся-разведчица, правда, что это девушка, десантники узнали позже».

Очень тяжелые бои шли на Кубани, в районе станицы Крымская. Евдоким Завалий был уже старшиной роты. Там рота попала в окружение, и в разгар схватки погиб командир. Заметив растерянность бойцов, Евдокия Николаевна поднялась во весь рост и крикнула: «Рота! Слушай меня! Вперед, за мной!» Бойцы поднялись в атаку, и сопротивление противника удалось сломить и выйти из окружения. В этом бою наша героиня получила второе тяжелое ранение. Вот тогда-то и разоблачили «Евдокима». «Неразоблачённой» под мужским именем Евдокия Завалий провоевала 8 месяцев.

Евдокия Завалий

Евдокия Николаевна боялась, что после разоблачения её снова отправят в санитарки. Однако, учитывая её боевые заслуги, её отправили феврале 1943 года на курсы младших лейтенантов в г. Фрунзе (ныне Бишкек).

В октябре 1943 года лейтенант Евдокия Завалий была назначена командиром взвода отдельной роты автоматчиков 83-й бригады морской пехоты. После этого назначения некоторые острословы из других взводов смеялись, называя ее подразделение «Дуськин взвод».

Поначалу усилия Евдокии Николаевны были направлены на то, чтобы бойцы признали в ней командира – всё ж таки где это видано, что бы женщина (а Евдокии Завалий вообще тогда 17 лет было) командовала мужиками на войне.

«Был такой Ваня Посевных, - рассказывала Евдокия Николаевна. - Когда появился во взводе, посмотрел на меня презрительно и сказал, что не станет подчиняться бабе. Я ему командую: «Выйти из строя!» - а он не выходит…»

В конце концов бойцы признали в ней командира:

«- Я понимала свою обязанность как командира взвода вести ребят в атаку, - говорила Завалий. - Поднимаюсь и кричу: «За Родину! За Сталина! В атаку! Вперед!» И они все поднимаются за мной, догоняют и обгоняют меня, чтобы прикрыть от пуль. Кстати, в боях за Будапешт Ваня Посевных закрыл меня грудью от снайперского выстрела. За этот подвиг Ваня был посмертно награжден орденом Красной Звезды…»

Заводить «амурные дела» Евдокия Николаевна считала на фронте принципиально невозможным: «Если бы хоть какие-то мысли возникли на этот счет, все - нет взвода и нет командира. Я была для них мужиком, да и некогда было нам, морским пехотинцам, любовь крутить. Про это ты в других родах войск расспроси, может, чего и расскажут. А мне нечего рассказать, кроме того, что вернулась я домой после войны чистая, как небо и звезды...».

Евдокия Завалий

Александр Александрович Кузьмичев, командир роты автоматчиков 83-й бригады морской пехоты, в своих послевоенных воспоминаниях отмечал, что взвод гвардии лейтенанта Евдокии Завалий, всегда находился на острие боевых действий, служил тараном при наступлении бригады морской пехоты. Их посылали туда, где было особенно трудно.

Евдокия Завалий и ее взвод наводили ужас на гитлеровцев дерзкими вылазками, за которые немцы стали называть девушку «Фрау Черная смерть». Она участвовала в крупнейшей десантной операции периода Великой Отечественной войны – Керченско-Эльтигенской. Под ураганным вражеским огнем морские пехотинцы сумели закрепиться на плацдарме и обеспечили высадку основных сил. За эту операцию она получила орден Отечественной войны I степени.

Евдокия Завалий

За штурм 7 мая 1944 года Сапун-Горы во время освобождения Севастополя она была награждена орденом Отечественной войны II степени.

Дважды её хоронили, и её имя появлялось на братских могилах. Первый раз – под Белгород-Днестровским, когда ночью форсировали лиман, чтобы, преодолев минное поле, захватить плацдарм и удержать его до прихода главных сил. Вот что рассказывала Евдокия Николаевна:

Едва достигли середины лимана, как с противоположного берега ударили вражеские орудия и пулеметы. Несколько мотоботов пошли ко дну, остальные достигли берега и захватили его. Когда немцы стали отступать, мой взвод преследовал их. Я не заметила, как оторвалась от своих десантников, рядом разорвался снаряд, и меня отбросило взрывной волной. Очнулась, когда стемнело, и услышала немецкую речь. Немцы ходили по полю боя и добивали наших раненых. Почувствовала, что приближаются ко мне, затаила дыхание, и вдруг огнем полоснула боль в ноге. Один из фашистов пронзил ее штыком, чтобы проверить, мертва ли «русиш фрау». Чудом не выдала себя, а на рассвете, когда наши батальоны очистили от гитлеровцев западный берег Днестровского лимана, меня, истекавшую кровью, нашли местные жители. В штабе бригады решили, что я погибла, и на братской могиле в Белгород-Днестровском среди других имен появилось мое.

Второй раз её похоронили в Болгарии, и высекли фамилию на памятнике. Когда спустя 25 лет она приехала в Бургас как почетный гражданин города, одна из женщин во время встречи с горожанами узнала Евдокию Николаевну и бросилась к ней со слезами: «Доченька! Ты живая!».

Евдокия Завалий

Во время Будапештской наступательной операции (она считается одной из самых кровопролитных битв в истории человечества) взводу Евдокии Завалий было поручено взять штаб немецкого командования. Было решено идти по канализационному каналу, заполненному нечистотами. Так как там нечем было дышать, было выдано 15 кислородных подушек, которыми бойцы пользовались по очереди при движении по коллектору. К сожалению, помогли они не всем - двое морских пехотинцев задохнулись и остались в подземелье навсегда.

Выходить на поверхность стали на третьем канализационном люке, предварительно уничтожив охрану – двух немцев с пулемётом. Ворвались в бункер. Немцы, не ожидавшие этого, не оказали сопротивления. Самым ценным трофеем оказались оперативные карты. «Освоив» бункер, разведчики повели из него стрельбу. На улице возникла невероятная паника... Не понимая, почему стреляют из их же бункера, фашистские вояки стали из автоматов бить друг друга. Беспорядочный огонь открыли танкисты.

Подоспела рота и другие подразделения — брали этаж за этажом и вскоре полностью очистили от гитлеровцев замок и прилегающие кварталы.

Взяли в плен генерала – он не поверил, что разведчики прошли под землёй, пока не увидел их, не успевших отмыться от грязи и нечистот. Когда услышал, что комвзвода была девушка, опять не поверил и оскорбился: «Худшего издевательства вы не могли придумать?!» Далее вспоминает Евдокия Николаевна:

«Вызвали меня. Пришла в штаб грязная, как черт, разит от меня за километр. Майор Круглов, зажимая нос платком, обращается ко мне: «Доложите, как пленили немецкого генерала!» И вдруг немец протягивает мне пистолет системы «Вальтер» — плохо, видать, обыскали его ребята. «Фрау русиш черный комиссар! Гут! Гут!» Я глаза вытаращила на политотдел, те кивают — бери. Потом ребята именную надпись мне на этом пистолете сделали...»

За эту операцию Евдокия Завалий была награждена орденом Красного Знамени. «- После той операции у меня была одна мысль - как от этой грязи отмыться, - вспоминала Евдокия Завалий. - Мы зашли в какой-то местный парфюмерный магазин, и я принялась сливать в котелок все, что попадалось под руку, а потом вылила все это на себя. С тех пор духи я на дух не переношу!»

Одна из фронтовых газет того времени сообщала о героизме гвардейцев: «Бойцов во главе с женщиной-офицером высадили в тыл врага десантные катера. Была поставлена задача перекрыть дорогу, по которой отступали на Вену разбитые под Будапештом фашистские части. Шесть суток отбивали ребята яростные атаки врага. А потом с воздуха на них посыпались бомбы. Со стороны Будапешта на моряков двинулись «тигры». Казалось, что все кончено. Не выдержит горстка морских пехотинцев, не устоит. Но пока подоспела помощь, семь фашистских танков горело перед траншеями смельчаков. «Тигров» подожгли моряки из взвода лейтенанта Завалий...»

Война продолжалась. Приказано взять высоту "203", которая была важным стратегическим пунктом. Взвод Евдокии Завалий погрузился на катера и поплыл к незнакомому берегу. В пути его атаковали вражеские самолеты. Были убитые и раненые, потоплено два катера. И все же на высоту поднялись, окопались. За день отбили четырнадцать атак. Патроны берегли. Стреляли только прицельно. На второй день кончились припасы. Ни сухаря, ни глотка воды. Ночью снизился над отрядом самолет, сбросил два мешка с продовольствием, да неудачно — один слетел под откос, другой зацепился за куст и повис над обрывом. Попробовали достать — потеряли трех матросов: немецкие снайперы убили. Четвертого ранило в руки и ноги, он достал все же мешок, добрался с ним до окопа, и тут его сразило насмерть. Высоту отстояли. За эту операцию морпехов отметили наградами. Наша героиня получила орден Красного Знамени. Предсказание бабушки сбылось – она была ранена 4 раза. После одного из ранений потребовалось срочное переливание крови и боец её взвода Гасан Гусейнов, не задумываясь, отдал свою кровь и тем самым спас ей жизнь.

Гвардии лейтенант Евдокия Завалий прошла славный боевой путь – участвовала в обороне Кавказа, в боях за Крым, Бессарабию, на Дунае, в освобождении Югославии, Румынии, Болгарии, Венгрии, Австрии, Чехословакии.

После окончания войны её хотели направить на учебу в военное училище, но сказались 4 ранения и 2 контузии, полученные ею во время войны. В 1947 году она демобилизовалась и уехала в Киев. Военное прошлое ещё долго не покидало её: «Я после войны ещё долго по ночам ходила в атаку. Кричала так, что соседи пугались. А бабушка молилась и говорила маме: «Это нечистый дух из неё выходит!» - вспоминала Евдокия Николаевна.

Евдокия Завалий

Евдокия Завалий

В Киеве она познакомилась со своим будущим мужем, вышла замуж. У неё 2 детей, 4 внуков и 4 правнука. Работала директором гастронома. Вела активную работу среди молодёжи. Объездила множество городов, воинских частей, кораблей и подводных лодок с рассказами о своём взводе морской пехоты. Гвардии полковник морской пехоты Евдокия Николаевна Завалий скончалась в Киеве 5 мая 2010 года.

Кавалер четырёх боевых орденов и почти 40 медалей:

  • орден Октябрьской Революции
  • орден Красного Знамени
  • орден Красной Звезды
  • ордена Отечественной войны I и II степени
  • медаль «За отвагу»
  • медаль «За оборону Севастополя»
  • медаль «За взятие Будапешта»
  • медаль «За взятие Вены»
  • медаль «За освобождение Белграда»
  • другие ордена и медали

Источники

1. Евдокия Завалий. Командир моряков 2. Война и женщины 3. Лучшие люди Украины 4. Евдокия Николаевна Завалий 5. Гвардии лейтенант Дуся 6. Лейтенант Дуся 7. «Фрау Черная смерть»: чтобы попасть на фронт, стала мужчиной

Просмотров: 42416

statehistory.ru в ЖЖ:

statehistory.ru

Евдокия Завалий: за что хрупкую девушку прозвали «Фрау чёрная смерть»

«Детей на фронт не берём» 

О чём может мечтать пятнадцатилетняя девочка? О любви, о будущем, об окончании школы. Так было и в случае Евдокии Завалий. Летом 1941 года она только закончила седьмой класс и собиралась пойти учиться на врача. Но тревожная речь Молотова от 22 июня перевернула и её жизнь. 

«Моё место на фронте» - решила Дуся, отложив свои девичьи мечты об учёбе в долгий ящик. Но что могли сказать в военкомате девушке-подростку? Естественно, отправили домой со словами: «Детей на фронт не берём». 

Но вскоре война сама пришла за ней. 25 июля её посёлок, Новый Буг, атаковали фашистские самолёты. Дуся вместе с остальными рабочими артели бросилась к дому и обнаружила у себя в саду раненого красноармейца.

Поскольку она готовилась поступать в медицинский техникум, она смогла перевязать раненого солдата, а потом, по приказу офицера, оказала первую медицинскую помощь другим пострадавшим. Возможно, именно её навыки убедили тогда командира взять её с собой. 

На войну ее проводила родная бабка, которая предсказала Дусе её судьбу: «Девочка моя! Четыре раза будешь истекать ты кровью, но домой тебя принесут белые гуси». 

Как потом вспоминала сама Евдокия: «Бабушка моя лечила людей и предсказывала судьбу. Прожила на свете 114 лет».

Евдоким Завалий 

Часть, вместе с которой девушка отправилась на войну, была 96-м кавалерийским полком 5-й кавалерийской дивизии 2-го кавалерийского корпуса. Свой возраст Дусе все же пришлось скрыть. Командиру полка она сказала, что ей скоро исполнится 18. Отсюда и разные сведения о настоящем возрасте Евдокии на начало войны. Некоторые источники называют годом её рождения – 1924, другие – 1926 год. По словам самой Завалий, когда началась война, ей не было ещё и шестнадцати. 

В армии Евдокии пришлось скрывать не только свой возраст, но и пол. 

Из кавалерийского полка её вскоре перевели в запасной из-за тяжелого ранения. Однажды туда прибыл капитан набирать солдат на передовую. Глядя в документы девушки, он прочитал: «Старший сержант Завалий Евдок (так её инициалы сократили в госпитале), - и переспросил – Завалий Евдоким?». — «Так точно! Завалий Евдоким Николаевич». Дуся не стала переубеждать капитана, принявшего её за мужчину. В конце концов, после госпиталя внешне она не сильно отличалась от других солдат – волосы у всех были одинаково выстрижены, на всех была надета стандартная гимнастёрка и галифе.

Так Евдокия оказалась солдатом на передовой в составе 6-й десантной бригады, воевавшей на Кавказе. Целых восемь месяцев её сослуживцы не знали, что с ними наравне воюет девушка, быстро признав её за «своего парня». 

После того, как под Моздоком она взяла в плен немецкого офицера, её назначили командиром отделения разведки. Осенью 1942 ей удалось доставить отрезанному под Горячим ключом боевому подразделению продукты питания и боеприпасы, похищенные у фашистов, переправив их на самодельном плоту из крышек снарядных ящиков прямо под обстрелом немцев. 

Тайна раскрыта

То, что «свой парень» Евдоким, на самом деле – «Евдокия», сослуживцы узнали во время тяжелых боев на Кубани. Рота попала в окружение, а их командир был убит. Солдаты растерялись. 

Тогда старшина «Евдоким» поднялся и, прокричав: «Рота! Слушай меня! Вперёд, за мной!», отправился в атаку. Бойцы последовали за ним и вырвались из окружения. Но сам «Евдоким» оказался тяжело ранен. В госпитале правда и открылась. 

Но, как впоследствии вспоминала сама Евдокия, «никто даже не пикнул». Наоборот, её поощрили, направив в феврале 1943 года на курсы младших лейтенантов 56-отдельной Приморской армии.

«Дусины гвардейцы» 

После окончания обучения Евдокию Завалий назначили командиром взвода отдельной роты автоматчиков 83-й морской бригадной пехоты. В начале «чёрных бушлатов» под командованием «фрау чёрная смерть», наводивший ужас на фашистов, многие офицеры и солдаты с иронией называли «Дуськин взвод». 

Правда, очень скоро отношение к ним изменилось, а на смену ехидному прозвищу пришло другое - «Дуськины гвардейцы».

На самом деле, нашему поколению остаётся только удивляться тому, как молодой девушке удалось добиться подчинения и уважения десантников, воевавших всегда в самом пекле. Она сама потом вспоминала: «Вначале многие хмыкали в мою сторону. А я волю в кулак, очи озверелые и — вперёд! Хотелось нос мужикам утереть, показать, что могу воевать не хуже, если не лучше их. В конце концов, привыкли ко мне. Если бы не признали как командира, сто раз была бы убита». 

Когда немцы узнали, что ненавистными им «чёрными комиссарами» командует женщина, объявили на неё настоящую охоту. 

Спины уходящих

За все время войны Евдокия Завалий так и не привыкла терять. По её словам, из пятидесяти пяти автоматчиков её взвода до конца войны дожили лишь шестнадцать. 

Кто-то погиб, прикрывая её, как Иван Посевных. В своё время, появившись во взводе, он заявил: «Бабе подчиняться неохота», а потом подставил свою грудь под пулю, предназначавшуюся ей. Другой боец, Дмитрий Седых бросился под танк с последней гранатой. 

Боль и слезы от потерь приходилось прятать, чтобы не дай Бог никто не заподозрил в слабости. Командир не мог себе позволить подобных эмоций. Но память обо всех своих бойцах, не вернувшихся с войны, Евдокия Завалий пронесет через всю свою жизнь: «Каждый из моих автоматчиков до сих пор стоит перед глазами, хотя никого уже нет в живых».

Трижды похоронена 

Предсказание бабушки Завалий исполнилось: девушка четыре раза была тяжело ранена и дважды контужена. Но домой она вернулась живой, несмотря на то, что её трижды «хоронили». 

Ещё в начале войны кто-то из односельчан сказал её родным, что видел её похороны. 

Второй раз, это произошло во время форсирования Днестровского лимана. Евдокию сильно контузило, и она потеряла сознание. Когда очнулась, увидела, как два немца ходили по местности и добивали ещё живых пехотинцев. Не в состоянии двигаться, Завалий с ужасом ждала своей участи. Но когда они подошли к ней вплотную, ей удалось притвориться мертвой. Она не издала ни звука, даже когда один из немцев пронзил её ногу штыком, проверяя, жива она или нет. Её, истекавшую кровью, обнаружили местные жители уже на рассвете. К тому времени в штабе 83-й её сочли погибшей, а на братской могиле в Белгород-Днестровском написали её имя. 

Третий раз ее «похоронили» в Болгарии, но она и в этот раз обманула смерть. Жизнь гвардии лейтенанта Евдокии Завалий, кавалера четырёх боевых орденов и почти 40 медалей закончилась 5 мая 2010 года, за 4 дня до 65-летия Победы.

Источник

balalaika24.ru