А. П. Ермолов. Ермолов а п


Отечественная война 1812 года. А.П. Ермолов: «сфинкс новейших времен»

30 ноября (12 декабря) 1812 года

Портрет А. П. Ермолова. Худ. П. Захаров-Чеченец, ок. 1843 г.

Генерал Ермолов был сложной и противоречивой личностью. Александр Сергеевич Грибоедов, служивший при Ермолове адъютантом «по дипломатической части», называл его «сфинксом новейших времен», намекая на глубину и загадочность этой личности. Ермолов был человеком сильной воли и независимых взглядов. Он не признавал никаких авторитетов, отстаивал свою точку зрения, горячо любил Россию и все русское.

Начало карьеры

Ермолов происходил из старинной, но небогатой дворянской семьи. В детстве его воспитанием занимался дворовый крестьянин, а в дальнейшем он обучался у богатых и знатных родственников, приглашавших домашних учителей. Свое образование Ермолов завершил в Благородном пансионе при Московском университете.

Свой первый боевой опыт он получил, участвуя в подавлении Польского восстания в 1794 году. Тогда юный Ермолов отличился при штурме предместья Варшавы Праги и был замечен командующим русскими войсками А.В. Суворовым. По личному распоряжению Суворова Ермолов был награжден орденом Св. Георгия 4-й степени.

Его военная карьера складывалась весьма удачно. Уже в 1798 году Ермолову присвоили чин подполковника и назначили командиром конноартиллерийской роты.

Арест, каземат и ссылка

Но молодой Ермолов был не просто военным офицером. Его также занимали передовые идеи европейского просвещения, распространившиеся в России в конце XVIII века. Ермолов стал членом политического кружка, руководимого его братом (по линии матери) А.М. Каховским, который оказывал большое влияние на него. В кружке занимались чтением запрещенных книг, «восхвалением» Французской республики, сочинением и переписыванием сатирических стихов, в которых высмеивался Павел I. Но этот кружок просуществовал недолго и был раскрыт тайной полицией Павла. А.М. Каховского арестовали, при обыске в его бумагах было обнаружено письмо Ермолова к нему, который резко высказывался в адрес своих начальников. Письмо явилось поводом для ареста и допроса Ермолова, который в скором времени был доставлен в Петербург и посажен в каземат Алексеевского равелина.

Через два месяца он был выпущен и направлен в виде царской «милости» в ссылку в Кострому. Здесь он познакомился с М.И. Платовым, также находившимся в ссылке, впоследствии знаменитым атаманом донских казаков, героем войны 1812 г. В ссылке Ермолов много времени уделял самообразованию: читал, самостоятельно изучил латинский язык. Ермолов вспоминал о том времени «Полтора года продолжалось мое пребывание; жители города оказывали мне великодушное расположение, не находя в свойствах моих, ни в образе поведения, ничего обнаруживающего преступника. Я возвратился к изучению латинского языка, упражнялся в переводе лучших авторов, и время протекло почти неприметно, почти не омрачая веселости моей».

Арест, каземат и ссылка сильно подействовали на молодого Ермолова. По его признанию, Павел I «в ранней молодости мне дал жестокий урок». После этого Ермолов стал более осторожен, скрытен. Он писал о чувствах, которые испытывал в тот момент: «Радость заставила во мне молчать все другие чувства; одна была мысль: посвятить жизнь на службу государю, и усердию моему едва ли могло быть равное». Позже он будет демонстративно подчеркивать свою лояльность к режиму, незаинтересованность политическими делами.

Ермолов в кампанию 1806-1807 гг.

В ходе военной кампании 1806-1807 гг. Ермолов отличился в битве при Прейсиш-Эйлау в феврале 1807 года. Бомбардировкой из орудий своей конно-артиллерийской роты Ермолов остановил наступление французов, чем спас армию. Причем огонь был открыт им без всякого приказания, по собственной инициативе:

«Я подошел почти под выстрелы и все внимание обращал на дорогу, лежащую у подошвы возвышения, по которой неприятель усиливался провести свою пехоту, ибо по причине глубокого снега нельзя было пройти стороною. Картечными выстрелами из тридцати орудий всякий раз обращал я его с большим уроном. Словом, до конца сражения не прошел он мимо моей батареи, и уже поздно было искать обхода, ибо генерал Лесток, встретив умеренные силы, опрокинул их, обошел высоту и батареи, которые неприятель, оставив во власти его, предался совершенному бегству, и мрачная ночь покрыла поле сражения. Главнокомандующий, желая видеть ближе действия генерала Лестока, был на левом фланге и удивлен был, нашедши от моих рот всех лошадей, все передки и ни одного орудия; узнавши о причине, был чрезвычайно доволен».

Отечественная война

1 июля 1812 г. Ермолов был  назначен начальником штаба 1-й Западной армии, которой командовал военный министр М.Б. Барклай-де-Толли. С этого времени Ермолов был непосредственным участником всех более или менее крупных сражений и боев Отечественной войны 1812 г., как во время наступления французской армии, так и в период ее изгнания из пределов России. Особенно он отличился в сражениях при Витебске, Смоленске, Бородине, Малоярославце, Красном, Березине. После Смоленского сражения 7 августа ему присваивают звание генерал-лейтенанта.

Ермолов описывал сражение под Витебском, в результате которого русская армия отступила: «Глаза мои не отрывались от авангарда и славного графа Палена. Отдаляющаяся армия, вверив ему свое спокойствие, не могла оградить его силами, неприятелю соразмерными, но поколебать мужества его ничто не в состоянии! Я скажу с Горацием: «Если разрушится вселенная, в развалинах своих погребет его неустрашенными». До пятого часу продолжалось сражение с равным упорством, и арриергард отошел на другую сторону города, оставя неприятеля, удивленного порядком, и город им занят не прежде следующего утра с большою осторожностию».

Большую роль сыграл Ермолов в организации соединения 1-й и 2-й Западных армий под Смоленском. Он вспоминал об этом важном событии для хода военной кампании: «Наконец 2-я армия прибыла к Смоленску; совершено соединение! Тебе благодарение, знаменитый Даву, столько пользам России послуживший! Радость обеих армий была единственным между ними сходством. Первая армия, утомленная отступлением, начала роптать и допустила беспорядки, признаки упадка дисциплины. Частные начальники охладели к главному, низшие чины колебались в доверенности к нему. Вторая армия явилась совершенно в другом духе! Звук неумолкающей музыки, шум не перестающих песней оживляли бодрость воинов. Исчез вид понесенных трудов, видна гордость преодоленных опасностей, готовность к превозможению новых. Начальник — друг подчиненных, они — сотрудники его верные!»

С прибытием 17 августа к соединенной армии М.И. Кутузова Ермолов становится начальником его штаба. В этой должности он находился вплоть до изгнания французов из пределов России, при этом помимо «штабной» работы во время контрнаступления русской армии он командует ее авангардом.

Во время Бородинского сражения генерал Ермолов проявил выдающуюся храбрость во время контратаки на батарею Раевского, занятую французами: «Приближаясь ко 2-й армии, увидел я правое крыло ее на возвышении, которое входило в корпус генерала Раевского. Оно было покрыто дымом и охранявшие его войска рассеянные. Многим из нас известно было и слишком очевидно, что важный пункт этот, по мнению генерала Беннингсена, невозможно оставить во власти неприятеля, не подвергаясь самым гибельным последствиям… Несмотря на крутизну восхода, приказал я егерским полкам и 3-му баталиону Уфимского полка атаковать штыками, любимым оружием русского солдата. Бой яростный и ужасный не продолжался более получаса: сопротивление встречено отчаянное, возвышение отнято, орудия возвращены, и не было слышно ни одного ружейного выстрела. Израненный штыками, можно сказать снятый со штыков неустрашимый бригадный генерал Бонами получил пощаду; пленных не было ни одного, из всей бригады спаслись бегством немногие. Признательность генерала за оказанное ему уважение была совершенна. Урон со стороны нашей весьма велик и далеко несоразмерный численности атаковавших баталионов».

Контратака Алексея Ермолова на захваченную батарею Раевского в ходе Бородинского сражения.

Хромолитография А. Сафонова. Начало XX века

Во время совета в Филях Ермолов выступил за то, чтобы дать сражение у стен Москвы: «Не решился я, как офицер, не довольно еще известный, страшась обвинения соотечественников, дать согласие на оставление Москвы и, не защищая мнения моего, вполне не основательного, предложил атаковать неприятеля. Девятьсот верст беспрерывного отступления не располагают его к ожиданию подобного со стороны нашей предприятия; что внезапность сия, при переходе войск его в оборонительное состояние, без сомнения произведет между ними большое замешательство, которым его светлости как искусному полководцу предлежит воспользоваться, и что это может произвести большой оборот в наших делах. С неудовольствием князь Кутузов сказал мне, что такое мнение я даю потому, что не на мне лежит ответственность».

 

После окончании войны 1812 года и в самом начале заграничного похода А.П. Ермолов был поставлен во главе всей артиллерии русской армии. В кампанию 1813 г. он участвовал в сражениях при Дрездене, Люцене, Бауцене, Лейпциге, Кульме. Существует история о том, что после кульмской победы над французскими войсками, в которой особенно отличился Ермолов, Александр I спросил его, какой награды он желает. Острый на язык Ермолов, зная любовь царя к иностранцам на русской службе, ответил: «Произведите меня в немцы, государь!» Эта фраза потом с восторгом повторялась патриотически настроенной молодежью.

Код для размещения ссылки на данный материал:

1812.nsad.ru

Алексей Петрович Ермолов — исторические личности москвы

Будущий военачальник родился в старинной, но небогатой дворянской семье Орловской губернии. Он был зачислен в военную службу еще в младенчестве, получал домашнее образование и обучался в Московском университетском пансионе, а в 10 лет уже имел звание унтер-офицера лейб-гвардии Преображенского полка.

В возрасте 14ти лет Алексей Петрович в чине поручика поступил на должность старшего адъютанта при генерал-прокуроре Петербурга, но был переведен по собственному настоянию в действующую армию, где познакомился с артиллерией. Боевое крещение и первую награду - орден Св. Георгия 4-й степени - молодой офицер получил в 1794 году при подавлении Польского восстания. За заслуги в Персидском походе (1796) он был удостоен ордена Св. Владимира 4-й степени с бантом и звания подполковника.

В 1798 по обвинению в участии в заговоре против Императора Павла I Ермолов был арестован, заключен в Алексеевский равелин Петропавловской крепости, а через пару месяцев выслан в свое поместье на неопределенный срок, пока Александр I в 1801г. не даровал свободу всем осужденным по данному делу.

За доблесть и успехи в войнах коалиций с Францией 1805—1807 годов Ермолов был удостоен орденов Св. Анны II степени и Св. Владимира III степени. Но отношения его с большинством вышестоящих чинов оставались весьма натянутые, из-за независимого характера и едкого остроумия Алексея Петровича. Известен его ответ графу Аракчееву на неудовлетворение последнего состоянием лошадей роты Ермолова: «Жаль, Ваше сиятельство, что в артиллерии репутация офицеров зависит от скотов».

Важнейший период биографии Ермолова – Отечественная война 1812г. Именно тогда в полной мере проявился его талант полководца.

В Бородинской битве Ермолов отбил у неприятеля батарею Раевского, по мнению свидетелей "Сим подвигом Ермолов спас всю армию". При преследовании французов Алексей Петрович сыграл решающую роль, разгромив корпуса Даву и Нея, за что получил звание генерал-лейтенанта. После перехода русской армии через Неман генерал Ермолов возглавил артиллерию союзных армий.

В 1817 г. генерал Ермолов назначен управляющим Грузии, Астраханской и Кавказской губерний, чрезвычайным послом в Персии и командиром отдельного кавказского корпуса. Он подавил беспокойства, возникшие в Имеретии, Гурии, Мингрелии, и присоединил к русским владениям Абхазию, ханства Карабахское и Ширванское. Однако в 1827 году Николай I отправил Ермолова в отставку, подозревая его в связях с движением декабристов.

В 1831 г. Ермолов приехал в Москву, где был чрезвычайно популярен во всех слоях общества. В 1837 году в связи с празднованием 25-летия Бородинской битвы Ермолову дали звание генерала от артиллерии, а в феврале 1855 года москвичи избрали полководца начальником ополчения своей губернии, разумеется, лишь номинально, из-за преклонного возраста генерала.

А.П. Ермолов скончался в Москве на 85-м году жизни. И хотя он завещал похоронить себя "как можно проще", Москвичи провожали своего героя двое суток, а жители Орла по прибытии тела на родину устроили грандиозную панихиду. Генерала похоронили со всеми почестями у церковной стены на Троицком кладбище, рядом с могилой его отца.

um.mos.ru

Ермолов А. П. - это... Что такое Ермолов А. П.?

Алексей Петрович Ермолов Место рождения Место смерти Принадлежность Звание Сражения/войны
24 мая (4 июня) 1777 – 11 (23) апреля 1861
Портрет Алексея Петровича Ермоловаработы[1]Джорджа Доу. Военная галерея Зимнего Дворца, Государственный Эрмитаж (Санкт-Петербург)
Москва
Москва
 Россия
Генерал от инфантерии
Аустерлиц, Гейльсберг, Фридланд, Смоленск, Бородино, Тарутино, Малоярославец, Красный, Люцен, Бауцен, Кульм

Алексе́й Петро́вич Ермо́лов (24 мая (4 июня) 1777, Москва — 11 (23) апреля 1861, Москва) — русский военачальник и государственный деятель, участник многих крупных войн, которые Российская империя вела с 1790-х по 1820-е. Генерал от инфантерии (1818). Генерал от артиллерии (1837). Герой Кавказской войны.

Биография

Ермолов родился в Москве в 1777. Поступил на военную службу в 1791, служил под начальством Александра Суворова. Участник подавления Польского восстания под предводительством Т.Костюшко 1794, Персидского похода 1796 под началом Валериана Зубова.

Участие в известных войнах

В 1798 Ермолов был арестован, уволен со службы и заключён под стражу по делу о создании Смоленского офицерского политического кружка. Помилован указом Александра I от 15 марта 1801. Участвовал в войнах с Францией (1805, 1806—1807). С 1809 командовал резервными войсками в Киевской, Полтавской и Черниговской губерниях.

Битвы с Наполеоном

С началом Отечественной войны 1812 назначен начальником Главного штаба 1-й Западной армии. В Бородинском сражении фактически выполнял обязанности начальника штаба Кутузова.

Контратака А.П. Ермолова на батарею Раевского. Хромолитография А.Сафонова. Начало XX века.

После перехода русской армии через Неман Ермолов возглавил артиллерию союзных армий, с апреля 1813 командовал различными соединениями. В 1813—1814 участвовал в сражениях под Бауценом и Кульмом, в боях за Париж руководил гренадерским корпусом. Награждён орденом святого Георгия 2-й степени.

Битвы за Кавказ

С 1816 Ермолов — командир Отдельного Грузинского корпуса, управляющий гражданской частью в Грузии, Астраханской и Кавказской губерниях, чрезвычайный посол в Персии. Руководил подавлением местных разбойных группировок на Кавказе.

В кампании 1818 г. руководил постройкой крепости Грозная. В его подчинении находились войска, посланные для усмирения аварского хана. В 1819 г. Ермолов приступил к возведению новой крепости - Внезапная. В 1823 г. командовал боевыми действиями в Дагестане, а в 1825 г. воевал с чеченцами.

С 1827 в отставке, с 1831 член Госсовета. Портрет Ермолова, стоящего на фоне кавказских гор, несомненно принадлежит к лучшим работам Д.Доу. Отказавшись в нем от изображения блестящего мундирного шитья и орденов, художник сосредоточил все внимание на характерном волевом лице генерала. Глядя на этот профиль, каждый вспомнит строки Пушкина, написанные в 1829 году после знакомства с Ермоловым: «Лицо круглое, огненные серые глаза, седые волосы дыбом. Голова тигра на геркулесовом торсе... Когда он задумывается и хмурится, то становится прекрасен и разительно напоминает поэтический портрет, писанный Довом».

С началом Крымской войны был избран начальником государственного ополчения в семи губерниях, но принял эту должность только по Москве. В мае 1855 покинул этот пост. Генерал скончался в Москве 23 апреля (11 апреля ст. ст.) 1861. У умирающего генерала было всего два желания: он завещал похоронить себя рядом с могилой отца и чтоб похороны были «как можно проще», без помпезности, скромные. Но жители Орла, где Ермолов был похоронен, устроили ему грандиозную панихиду. Площадь перед церковью, где шло отпевание Ермолова, и все прилегающие улицы были заплонены людьми. А в Санкт-Петербурге, на Невском проспекте, во всех магазинах были выставлены его портреты....

Память

В 2008 в городе Минеральные Воды Ставропольского края по решению Городской Думы в сквере «Надежда», переименованном в сквер Ермолова, установлен памятник «Главнокомандующему на Кавказе, Генералу А. П. Ермолову».

Ссылки

Примечания

  1. ↑ Государственный Эрмитаж. Западноевропейская живопись. Каталог / под ред. В.Ф. Левинсона-Лессинга; ред. А.Е. Кроль, К.М. Семенова. — 2-е издание, переработанное и дополненное. — Л.: Искусство, 1981. — Т. 2. — С. 252, кат.№ 7876. — 360 с.

Wikimedia Foundation. 2010.

dic.academic.ru

А. П. Ермолов. 1812. Полководцы Отечественной войны

Алексей Петрович Ермолов – русский генерал – один из самых знаменитых русских военачальников, родился в 1777-м году, в семье небогатого помещика Орловской губернии. Мать Ермолова – тётка известного партизана Дениса Давыдова.

Алексей Петрович получил свое образование в Московском Университете, а в 1794-м году началась его военная карьера. В чине капитана он состоял адъютантом при генерал-прокуроре А. Самойлове, затем, неудовлетворенный этой службой, перешёл в артиллерию. Большая часть жизни Ермолова будет связана с этим грозным оружием войны. В 1794-м году молодой артиллерийский офицер в составе войск Суворова действовал против повстанцев в Польше, и из рук самого Суворова получил свою первую награду – Орден Георгия 4-ой степени.

Военная карьера Ермолова неожиданно прервалась в 1798-м году: за участие в офицерском политическом кружке «Вольнодумцы» он был заключён в Петропавловскую крепость, а затем Павел I сослал его в Кострому. Там он часто проводил время в обществе другого опального генерала – М. Платова. Указом вступившего на престол Александра I «О прощении людей» А. П. Ермолов был помилован.

В 1805-м году с началом русско-австро-французской войны, рота Ермолова вошла в состав армии М. Кутузова и заслужила высокую оценку своими действиями в кампании. За мужество и распорядительность в сражении под Аустерлицем Ермолов получил чин полковника.

В русско-прусско-французской войне 1806–1807-го годов Ермолов проявил себя доблестным артиллерийским командиром, отличился в сражениях и боях под Голыминым, Морунгеном, Прейсиш-Эйлау, Гутштадтом, Гейльсбергом, Фридландом. В сражении под Прейсиш-Эйлау Ермолов отослал лошадей и передки орудий в тыл, заявив подчинённым, что «об отступлении и помышлять не должно».

Под Гейльсбергом в ответ на замечание, что французы близко и пора открывать огонь, ответил: «Я буду стрелять, когда различу белокурых от черноволосых». В сражении под Фридландом, находясь в самом пекле битвы, чудом остался жив. Получил за подвиги три ордена и золотую шпагу, но из-за недоброжелательного отношения Аракчеева остался без чина генерал-майора, к которому его дважды представлял сам брат царя – Константин Павлович. Ермолов хотел уйти из армии, но ценивший его Александр I воспрепятствовал этому.

Генерал А. П. Ермолов

После объяснений с Ермоловым Аракчеев по-другому стал относиться к нему – стал ему покровительствовать. В 1809-м году Ермолов получил чин генерал-майора и назначение инспектором конно-артиллерийских рот, затем стал командиром отряда резервных войск на юго-западных границах. Молодой генерал не раз просился на театр военных действий с Турцией, но не получил на это разрешения. В 1811-м году его перевели в Петербург командиром гвардейской артиллерийской бригады.

С началом Отечественной войны 1812-го года Ермолов был назначен начальником штаба 1-й Западной армии Барклая-де-Толли. Как и командующий 2-й Западной армией П. Багратион, Ермолов тяготился отступлением, по личной просьбе Александра I писал ему обо всём происходившем. Как начальник штаба, он много сделал для улаживания отношений между Барклаем-де-Толли и Багратионом и для соединения двух армий под Смоленском; явился организатором обороны этого города, затем удачно руководил войсками в бою при Лубине, был произведён в генерал-лейтенанты.

В сражении у Бородино Ермолов находился при главнокомандующем М. Кутузове. В разгар битвы Кутузов направил его на левый фланг, во 2-ю армию, где был тяжело ранен Багратион, Ермолов помог преодолеть там смятение войск. Увидев, что центральная батарея Раевского взята французами, он организовал контратаку, отбил батарею и руководил её обороной, пока не был контужен.

Кутузов писал: «Начальник главного штаба генерал-майор Ермолов, видя неприятеля, овладевшего батареею, важнейшею во всей позиции, со свойственною ему храбростью и решительностью вместе с отменным генералом Кутайсовым взял один только Уфимского пехотного полка батальон и, устроя сколько можно скорее бежавших, подавая собою пример, ударил в штыки. Неприятель защищался жестоко, но ничто не устояло противу русского штыка»

По меткому выражению Ермолова, в сражении при Бородине «французская армия расшиблась о русскую».

Хвала сподвижникам-вождям!

Ермолов, витязь юный,

Ты ратным брат, ты жизнь полкам,

И страх твои перуны.

(В. А. Жуковский)

Кутузов высоко ценил боевые качества Ермолова, но, считая его доверенным лицом императора, не очень благоволил к нему (за Бородино Барклай-де-Толли представил Ермолова к ордену святого Георгия 2-й степени, но главнокомандующий ограничился орденом святой Анны 1-й степени). В свою очередь, энергичный Ермолов сетовал на оборонительную стратегию Кутузова и вызвал его неудовольствие, когда на военном совете в Филях высказался против оставления Москвы без сражения.

«Ты ратный брат, ты жизнь полкам», – писал о Ермолове после Бородино поэт В. Жуковский. «Сфинксом новейшего времени» назвал впоследствии правителя Кавказа Александр Грибоедов. «Я прошу Вас, дозволить мне быть Вашим историком», – обращался к Ермолову А. С. Пушкин.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

military.wikireading.ru

Генерал Ермолов Алексей Петрович и костромской край

ГЕНЕРАЛ А.П. ЕРМОЛОВ И КОСТРОМСКОЙ КРАЙ

Ермолов Алексей Петрович

Ермолов Алексей Петрович (гравюра)

Алексей Петрович родился 24 мая 1777 года в Орловской губернии. По дворянским обычаям тех лет, его еще в десятилетнем возрасте записали на военную службу в Преображенский полк. В 1791 г. в чине поручика он был переведен в Нижегородский драгунский полк, а позднее, изучив артиллерийское дело, капитаном преподавал в Артиллерийском и Инженерном кадетском корпусах. С 1794 г. Алексей Петрович — в действующей армии. За участие в Польской кампании он был награжден орденом Георгия, за взятие Дербента во время Персидского похода получил орден Владимира с бантом.

И вот в 1798 году у молодого подполковника наступил период жизни, непосредственно связанный с Костромой. Дело в том, что в это время Тайной экспедицией — органом политического сыска империи — был раскрыт политический кружок, руководителем которого являлся сводный брат А.П. Ермолова, отставной подполковник А.М. Каховский (в прошлом любимый адъютант фельдмаршала А.В. Суворова). Все члены кружка были арестованы, арестовали и Алексея Петровича; он был заключен в один из казематов Петропавловской крепости. На его деле император Павел I наложил резолюцию: «Исключить из службы и отослать на вечное житье в Кострому, где губернатору за поведением его иметь наистрожайшее наблюдение».

Вот как сам А.П. Ермолов писал об этом в своих записках: «Прислан был фельдъегерь принять арестанта из 9-го нумера... Из убийственной тюрьмы я с радостью готов был в Сибирь... В дороге фельдъегерь сообщил мне, что должен сдать меня Костромскому губернатору... Мне было объявлено назначение вечного пребывания в губернии по известному собственно государю императору преступлению».

К сожалению, о его жизни в Костроме до нас дошли самые отрывочные сведения. В то время в городе жил двоюродный дядя Алексея Петровича, отставной поручик Николай Васильевич Ермолов, служивший в судебной палате. Он и оказывал опальному подполковнику помощь и различные услуги. По свидетельству современников, квартира ссыльному была отведена в доме одной небогатой женщины.

Есть основания полагать, что дом его хозяйки находился где-то в районе современной улицы Горной. Во-первых, в ежемесячных донесениях губернатора в Петербург указывалось, что поднадзорный каждое воскресенье бывал на церковных службах (в то время это рассматривалось как одно из проявлений политической лояльности) или в Успенском соборе, или в церкви Иоанна Богослова на Кадкиной горе (в настоящее время это здание планетария). Во-вторых, современники упоминают, что А.П. Ермолов сам зимой возил воду с Волги в кадушке на санках в дом хозяйки.

Находясь в ссылке в Костроме, Алексей Петрович не проводил время праздно, он занимался изучением латинского языка и брал уроки латыни у протоиерея Успенского собора Е.А. Груздева. К концу пребывания в изгнании он свободно читал латинских авторов в подлинниках. Кроме того, он выучился играть на кларнете.

Однако молодой офицер очень переживал, что ему приходится томиться в вынужденном бездействии, в то время как артиллерийский батальон, которым он командовал, воевал в Италии в составе войск А.В. Суворова, одерживавших блистательные победы над французской армией. В одном из писем к своему другу И.Г. Ограновичу А.П. Ермолов с горечью писал в те дни: «...как желал бы я разделить труды Ваши, участвовать в славе Вашей, но нет возможности, и все пути мне преграждены».

Прошли два года ссылки в Костроме, сумасбродный император 1 марта 1801 года был убит заговорщиками. А 15 марта был обнародован именной указ нового царя Александра I «О прощении» ряда лиц по делам Тайной экспедиции, и в одном из списков под № 15 был записан «артиллерии подполковник Ермолов, сосланный в Кострому по делу кружка Каховского».

В июне 1801 г. А.П. Ермолов был принят в 8-й артиллерийский полк командиром конной артиллерии и с тех пор постоянно находился в действующей армии. Он участвовал в сражениях под Аустерлицем, Гудтштадтом, Фридландом и всюду проявил себя талантливым и храбрым командиром. Имя его стало очень популярным в русской армии. Перед войной 1812 года А.П. Ермолов командовал гвардейской бригадой в составе Измайловского и Литовского полков, а с началом войны его назначили начальником Главного штаба армии.

Генерала А.П. Ермолова по праву считают одним из главных героев Бородинского сражения. В самый решающий момент боя противнику удалось прорвать центр обороны наших войск у батарей Курганной и Раевского; был смертельно ранен командующий 2-й армией П.И. Багратион, и в эту критическую минуту М.И. Кутузов направил для выправления положения А.П. Ермолова, который лично повел в контратаку Уфимский пехотный полк и егерскую бригаду. Атака была проведена дружно и неожиданно для врага, противник был выбит с высот; здесь была наголову разбита вся дивизия генерала Морана. Многие историки как отечественные, так и французские, считают этот эпизод решающим в Бородинской битве.

После изгнания врага с русской земли А.П. Ермолов был назначен начальником всей артиллерии русской армии, а войну закончил в Париже командующим «обсервационной» армией. После войны он долгие годы являлся командиром Отдельного Кавказского корпуса и одновременно управляющим гражданской частью Грузии, Кавказской и Астраханской губерний.

В последующие годы также можно проследить некоторые связи прославленного генерала с костромским краем. Так, одно время адъютантом у А.П. Ермолова служил костромич В.А. Новиков. В формулярном списке Чухломского уездного предводителя дворянства В.А. Новикова есть следующая запись: «Назначен адъютантом к генералу от инфантерии и командующему Отдельным Кавказским корпусом А.П. Ермолову 6 октября 1825».

В 90-х годах прошлого столетия Костромской губернской ученой архивной комиссией были найдены в архиве усадьбы Долматово три письма Алексея Петровича, написанные им в 40-х годах своей родственнице А.Т. Бутримовой, жившей в этой усадьбе невдалеке от Костромы. Тогда эти письма были опубликованы в одном из сборников «Костромская старина».

Будучи настроенным антикрепостнически, находившийся в неприязненных отношениях со всесильным тогда графом А.А. Аракчеевым, вступивший в конфликт по службе с будущим императором Николаем, А.П. Ермолов пользовался большим авторитетом среди будущих декабристов, и многие из них даже прочили его в состав будущего правительства. Когда выяснилось, что служивший тогда в Тифлисе секретарем Ермолова писатель А.С. Грибоедов замешан в деле декабристов, на Кавказ был послан из Петербурга специальный фельдъегерь для ареста Грибоедова и взятия его бумаг. Когда фельдъегерь явился к командующему войсками Ермолову, то последний, узнав о цели приезда фельдъегеря, послал своих адъютантов Н.В. Симановского, И.Д. Талызина и В.А. Новикова предупредить Грибоедова об аресте и помочь уничтожить все могущие компрометировать как Грибоедова, так и самого Ермолова бумаги, что и было сделано. Мы никогда не узнаем, действительно ли состоял Грибоедов в тайном обществе, равно и о том, какого образа мыслей придерживался тогда сам А.П. Ермолов. И хотя следственная комиссия не нашла никаких улик против А.С. Грибоедова, равно как и против самого А.П. Ермолова, но после событий 14 декабря отношение императора Николая I к Ермолову и к его ближайшим сотрудникам — начальнику штаба А.А. Вельяминову, генералу В.Г. Мадатову, В.О. Бебутову, А.Г. Чавчавадзе и другим — изменилось, и вскоре все они были удалены со своих постов. Тронуть самого Ермолова, ввиду его огромного авторитета среди армии, Николай не решился. Поводом к отставке Ермолова послужила начавшаяся в 1826 году война с Персией, бывшая поначалу для русских войск неудачной. Николай упрекал Ермолова в медлительности и оплошностях и послал на Кавказ своего любимца И.Ф. Паскевича на должность командующего войсками. Сразу по приезде Паскевича между ним и Ермоловым возникли разногласия как по ведению войны, так и по вопросам управления краем. Для разрешения возникшего между этими генералами конфликта Николай послал на Кавказ другого своего любимца, генерала И.И. Дибича, с полномочиями сместить любого из ссорящихся генералов. Действуя тактично, Дибич стал склонять Ермолова подать самому прошение об отставке. Ермолов согласился на это, и 28 марта 1827 года прославленный военачальник получил указ об отставке.

Потянулись долгие годы жизни опального генерала в отставке. Ермолов жил то в своем небольшом имении в Орловской губернии, то в самом Орле, подолгу живал в Москве. В 1855 году 78-летний генерал был избран почти единогласно начальником ополчения семи губерний: Петербургской, Московской, Смоленской, Калужской, Псковской, Новгородской и Рязанской. На этом посту он пробыл 4 месяца. В мае 1855 года Ермолов серьезно заболел и не мог продолжать свою деятельность. Умер Алексей Петрович в Москве 11 апреля 1861 года, а похоронен был в городе Орле, в ограде Троицкой церкви.

kostromka.ru

День рождения А.П.Ермолова - ПЕРУНОВЫ РУНЫ НА ВЕЛЕСОВЫХ СТРУНАХ

24 мая (4 июня) 1777 года  родился видный русский военачальник и российский государственный деятель - Алексей Петрович Ермолов, участник многих крупных войн, которые Российская Империя вела в XIX веке. Генерал от инфантерии 1818 года. Генерал от артиллерии 1837 года. Герой Кавказской войны. Умер 11 (23) апреля 1861 года...  

Алексей Петрович Ермолов 1777-1861 - Генерал от инфантерии, генерал от артиллерии. Генерал Ермолов был одним из самых известных и популярных людей России первой половины XIX в. Этой славы он добился участием в трех войнах с Наполеоном, деятельностью по управлению Кавказом, государственным умом, независимым и благородным характером. "Ты ратный брат, ты жизнь полкам", - писал о Ермолове после Бородино поэт В.Жуковский. "Сфинксом новейшего времени" назвал правителя Кавказа Александр Грибоедов. "Я прошу Вас дозволить мне быть Вашим историком", - обращался к Ермолову А.Пушкин.

Алексей Петрович происходил из старинной, но небогатой дворянской семьи Орловской губернии. По обычаю того времени, еще в малолетстве он был записан в службу в лейб-гвардии Преображенский полк. Образование получил в Благородном пансионе при Московском университете, впоследствии дополнил его большой начитанностью. В чине капитана состоял адъютантом при генерал-прокуроре А.Самойлове, затем, неудовлетворенный этой службой, перешел в артиллерию. Большая часть жизни Ермолова будет связана с этим грозным оружием войны.

В 1794 г. молодой артиллерийский офицер в составе войск Суворова действовал против повстанцев в Польше, за отвагу получил из рук полководца орден святого Георгия 4-й степени. Через два года участвовал в Персидском походе армии В.Зубова, за доблесть при штурме Дербента награжден орденом святого Владимира 4-й степени и чином подполковника.

Военная карьера Ермолова неожиданно прервалась в 1798 г.: за участие в офицерском политическом кружке "Вольнодумцы" он был заключен в Петропавловскую крепость, а затем Павел 1 сослал его в Кострому. Там он часто проводил время в обществе другого опального - казачьего генерала М.Платова. Указом вступившего на престол Александра 1 "О прощении людей" Алексей Петрович был помилован.

По возвращении из ссылки он получил в командование конно-артиллерийскую роту в Вильне. Несмотря на прилежную службу, Ермолов имел несчастье не понравиться инспектору всей артиллерии генералу А.А.Аракчееву. При проверке роты тот измучил солдат и офицеров придирками, когда же в конце он выразил удовлетворение содержанием в роте лошадей, Ермолов мрачно ответил: "Жаль, ваше сиятельство, что в армии репутация офицера часто зависит от скотов". Аракчеев долго не мог простить Ермолову такого сарказма. "Мне остается, - говорил Алексей Петрович, - или выйти в отставку, или ожидать войны, чтобы с конца своей шпаги добыть себе все мною потерянное". К счастью, ожидание войны оказалось недолгим.

В 1805 г., с началом русско-австро-французской войны, рота Ермолова вошла в состав армии М.Кутузова и заслужила высокую оценку своими действиями в кампании. За мужество и распорядительность в сражении под Аустерлицем Алексей Петрович получил чин полковника. В русско-прусско-французской войне 1806 - 1807 гг. он проявил себя доблестным артиллерийским командиром, отличился в сражениях и боях под Голыминым, Морунгеном, Прейсиш-Эйлау, Гутштадтом, Гейльсбергом, Фридландом. В сражении под Прейсиш-Эйлау Ермолов отослал лошадей и передки орудий в тыл, заявив подчиненным, что "об отступлении и помышлять не должно". Под Гейльсбергом в ответ на замечание, что французы близко и пора открывать огонь, ответил: "Я буду стрелять, когда различу белокурых от черноволосых". В сражении под Фридландом .находился в самом пекле битвы, чудом остался жив. Получил за подвиги три ордена и золотую шпагу, но из-за недоброжелательного отношения Аракчеева остался без чина генерал-майора, к которому его дважды представлял сам брат царя - Константин Павлович. Ермолов хотел уйти из армии, но ценивший его Александр 1 воспрепятствовал этому.

После объяснений с Ермоловым Аракчеев переменил к нему свое отношение и с тех пор стал ему покровительствовать. В 1809 г. Алексей Петрович получил чин генерал-майора и назначение инспектором конно-артиллерийских рот, затем стал командиром отряда резервных войск на юго-западных границах. Молодой горячий генерал не раз просился поехать на театр войны с Турцией, но не получил на это разрешения. В 1811 г. его перевели в Петербург командиром гвардейской артиллерийской бригады.

С началом Отечественной войны 1812 г. Ермолов был назначен начальником штаба 1-й Западной армии Барклая-де-Толли. Как и командующий 2-й Западной армией П.Багратион, Алексей Петрович тяготился отступлением и планом Барклая, но все же смирял свое самолюбие "во имя пользы отечества". По личной просьбе Александра 1 писал ему обо всем происходившем. Как начальник штаба, он много сделал для сглаживания отношений между Барклаем-де-Толли и Багратионом и для успешного соединения двух армий под Смоленском; явился организатором обороны этого города, затем удачно руководил войсками в бою при Лубине, был произведен в генерал-лейтенанты.

В сражении у Бородино Ермолов находился при главнокомандующем М.Кутузове. В разгар битвы Кутузов направил его на левый фланг, во 2-ю армию, где был тяжело ранен Багратион, и Ермолов помог преодолеть там смятение войск. Увидев, что центральная батарея Раевского взята французами, он организовал контратаку, отбил батарею и руководил ее обороной, пока не был контужен картечью.

Кутузов высоко ценил боевые качества Ермолова, но, считая его доверенным лицом императора, не очень благоволил к нему (за Бородино Барклай-де-Толли представил Ермолова к ордену святого Георгия 2-й степени, но главнокомандующий ограничился орденом святой Анны 1-й степени). В свою очередь, энергичный Ермолов сетовал на оборонительную стратегию Кутузова и вызвал его неудовольствие, когда на военном совете в Филях высказался против оставления Москвы без сражения.

После ухода из Москвы Алексей Петрович, исполняя обязанности начальника объединенного штаба 1-й и 2-й армий, сыграл видную роль в сражении под Малоярославцем, где он отдавал распоряжения от имени главнокомандующего. Выдвинув корпус Дохтурова на Калужскую дорогу, он преградил путь армии Наполеона и сражался весь день до подхода главных сил. Наполеон был вынужден отступать по разоренной Смоленской дороге.

После перехода через Неман Ермолов возглавил артиллерию союзных армий, с апреля 1813 г. командовал различными соединениями. В 1813 - 1814 гг. умело действовал в сражении под Бауценом, покрыл себя славой в битве под Кульмом, в боях за Париж руководил гренадерским корпусом, награжден орденом святого Георгия 2-й степени.

По возвращении в Россию Ермолов был рекомендован Аракчеевым на пост военного министра. "Правда, он начнет с того, - говорил Аракчеев, - что перегрызется со всеми, но его деятельность, ум, твердость характера, бескорыстие и бережливость его бы впоследствии оправдали". Александр 1 предпочел дать 38-летнему генералу другую должность. В 1816 г. Алексей Петрович был назначен главнокомандующим в Грузию и командиром отдельного Грузинского (Кавказского) корпуса; через два года произведен в генералы от инфантерии.

В течение 11 лет Ермолов твердой рукой управлял Кавказом, действуя планомерно и расчетливо, соединяя жесткость и суровость с уважительным отношением к мирному населению. "Штурм Кавказа будет стоить дорого, - считал он, - так поведем же осаду". Свою политику на Кавказе главнокомандующий определил так: "Я медленно спешу". Ермолов провел ряд военных операций в Чечне, Дагестане и на Кубани, построил новые крепости (Грозная, Внезапная, Бурная), усмирил беспокойства в Имеретии, Гурии и Мингрелии, присоединил к России Абхазию, Карабахское и Ширванское ханства. Он поощрял развитие на Кавказе торговли и промышленности, улучшил Военно-Грузинскую дорогу. При нем создавались лечебные учреждения на минеральных водах, был основан Пятигорск, а из крепости Кислой вырос город Кисловодск.

Правитель Кавказа привлекал на службу в свои войска даровитых и образованных людей. Он возрождал суворовские традиции в обучении и воспитании войск, за что солдаты и офицеры отвечали ему любовью. Генерал-патриот покровительствовал сосланным на Кавказ декабристам, те даже прочили его в члены будущего Временного правительства. После того, как командир Кавказского корпуса промедлил с приведением своих войск к присяге новому царю - Николаю 1, в Петербурге усилились слухи о планах властолюбивого Ермолова отделить Кавказ от России. Алексей Петрович лишь иронически усмехался и все более мрачнел.

Вторжение персидских войск в пределы Грузии в 1826 г. послужило для Николая 1 поводом к обвинению Ермолова в непредусмотрительности и к посылке на Кавказ генерала Паскевича с особыми полномочиями от царя. Поручив Паскевичу командование войсками, Ермолов вскоре подал прошение об отставке, которое было удовлетворено в марте 1827 г.

Едва достигнув 50-летнего возраста, человек кипучей энергии, огромного административного и боевого опыта, Ермолов оказался обреченным на бездействие и более 30 лет прожил в Москве и Орле. Известный поэт И.Крылов откликнулся на отставку Ермолова баснями "Конь" и "Булат" - о неумении плохого наездника использовать прекрасного боевого коня и о булатном клинке, заброшенном и ржавеющем без пользы.

Уважение российского общества к опальному генералу сохранялось, поэтому Николай 1 в 1831 г. назначил его членом Государственного совета, однако от участия в заседаниях совета Ермолов уклонялся. Он изредка выезжал инспектировать войска и присутствовать на военных смотрах. В 1837 г. был пожалован генералом от артиллерии. С началом Крымской войны 1853 - 1856 гг. московское дворянство избрало Ермолова начальником губернского ополчения, но для 76-летнего Алексея Петровича эта должность была лишь почетной. Умер Ермолов 11 апреля 1861 г. в Москве и по завещанию похоронен в Орле, рядом с отцом, в церкви Троицкого кладбища.

Использованы материалы кн.: Ковалевский Н.Ф. История государства Российского. Жизнеописания знаменитых военных деятелей XVIII - начала XX века. М. 1997 г.

  

radota-indrin.livejournal.com

Ермолов А. П. | Смоленское сражение 1812 года на современной карте Яндекса

Ермолов Алексей Петровичgerb_alexander1ru

 

Ермолов Алексей Петрович (1777-1861) — русский военачальник и государственный деятель, участник многих крупных войн, главнокомандующий на первом этапе Кавказской войны (до 1827 года), автор мемуаров.В смоленском сражении — начальник Главного штаба 1-й Западной армии.

Записки Алексея Петровича Ермолова о войне 1812 года

Лондон : тип. кн. П. В. Долгорукова, 1863 г. Записки Алексея Петровича Ермолова о войне 1812 года.

/ с. 53-59 /

Г.-л. Раевский прибыл с корпусом к Смоленску и расположился в предместиях города; г.-м. Неверовскому с отрядом, бывшему только в семи верстах впереди, приказал присоединиться к своему корпусу. Если бы г.-л. Раевскому не воспрепятствовала 2-я гренадерская дивизия выступить ранее, как то надлежало, он, сделавши большой переход, возвратился бы в Смоленск слишком поздно и мог даже найти в нем французов. Город Красный защищаем был авангардом г.-м. Оленина, которому в подкрепление дана была 27-й пехотной дивизии егерская бригада флигель-адъютанта полковника Воейкова. Французы были уже в улицах и не раз изгнаны. Полки, никогда не видевшие неприятеля, не знающие опасности, дрались отчаянно; но, уступая наконец возобновляемым усилиям, авангард отошел к отряду, стоящему на большой дороге в двух верстах за городом. Неприятель продолжал преследование одною конницею, весьма сильною, с некоторым количеством орудий. Пехота не прежде появилась, как подходя уже к Смоленску. Генерал-майор Неверовский офицер отлично храбрый и его не устрашали опасности; но, редко весьма и в малых чинах бывши в действии, при способностях очень обыкновенных, нашелся в таком трудном положении, которое требовало по крайней мере навыку и сметливости. Если кто немного знает французскую конницу, поверит некоторой возможности удерживать порывы ее шестью тысячами пехоты, отступающей по волнистому местоположению, дорогою, обсаженною по бокам двумя рядами деревьев, и когда при ней батарейная рота.

Г.-м. Неверовский, имея один Харьковский драгунский полк, подверг его значительному урону. Не довольно связным действием пехоты и отправивши назад батарейную артиллерию, он дал возможность неприятельской коннице делать удачные атаки. Она, пользуясь многочисленностию своею, действовала в тылу его и овладела большею частию отосланной назад артиллерии, в ее движении. Если бы г.-м. Неверовский к знаниям своим военного ремесла присоединил искусство построения каре, прославившее многих в войнах против Турок, - оно, покоряя обыкновенному образу хода, не допустило бы до бегства, и ты, Апушкин, батарейную роту свою не исчислял бы дробями. Со всем этим неприятель не мог не уважать неустрашимости г.-м. Неверовского и, по счастию, пехота французская появилась пред ним в близком от Смоленска расстоянии и он поступил в распоряжение г.-л. Раевского.

4-го числа июля г.-л. Раевский, с одним своим корпусом и 27-ю дивизиею, дрался в продолжении целого дня и не только защитил город, но, занявши предместия, не допустил овладеть ими при всех усилиях превосходного в числе неприятеля, при возможной со стороны его предприимчивости. Немногие из генералов решились бы на то, что Раевскому не казалось исполнить трудным. Могло казаться удобнейшим, уступив Смоленск, защищать переправу через Днепр, ибо армия не могла в скором времени придти на помощь. Защищаясь в крепости, надобно было разместить артиллерию по бастионам и, в случае отступления, опасаться потерять ее, имея к выходу одни ворота. Силы неприятеля очевидно умножались, но он не знал положения города и окрестностей и продолжал бесплодные усилия, по большой дороге от Красного против Малаховских ворот. Если бы обратился он к левому флангу крепости, прилежавшему к реке, и, взяв продолжение стены, учредил сильную против моста батарею, Раевский нашелся бы в затруднении действовать с большими силами, препятствуемый теснотою улиц, и войска подверглись бы ужасному истреблению от артиллерии. Поздно вечером прибыла 2-я армия, не прежде ночи пришла 1-я армия, и обе расположились на правом берегу Днепра. Раевский до того не допустил овладеть ни одною частию предместий, не потерял ни одного шагу. На другой день сменивший его генерал Дохтуров с корпусом, присоединив 27-ю пехотную дивизию, долгое время удерживался в тех же предместиях, не допуская к стенам города. Раевский 5 числа присоединился к армии. В десять часов утра войска наши должны были войти в крепость; они расположились под защитою зубцов стены у прикрытия батарей, и составляли из себя резервы. Артиллерия в большом числе заняла земляные пред стенами бастионы. Не задолго пред тем присланный на подкрепление, г.-л. Коновницын с 3-ю дивизиею занял часть города, лежащую на право. Ближайшие дома форштадта, простирающегося к Днепру, были еще в наших руках, и стрелки наши вне окружения стен. Превосходством сил неприятель в одно время обнял весь город, атаковал предместие с правого фланга, и со всех сторон загорелся ужасный пушечный и ружейный огонь; во многих местах начались пожары. По распоряжениям г.-л. Коновницына 3-я дивизия опрокинула неприятеля; им же направленный отряд г.-м. Оленина не мало способствовал отражению, и егерская бригада полковника Потемкина действовала отлично. Неприятель, усмотревши удобство местоположения, главнейшие силы направил на левое крыло и не раз уже был у самых Никольских ворот. Одно мгновение могло решить участь города, но неустрашимость г.-м. Неверовского и присутствие графа Кутайсова, начальника артиллерии 1-й армии, направлявшего действие батарей, всегда торжествовали над усилиями неприятеля. Устроенная на правом берегу батарея подполковника Нилуса много вредила его атакам. Постоянное стремление на один пункт, умножаемое количество артиллерии обнаружили намерения неприятеля и побудили послать в подкрепление левого крыла 4-ю дивизию принца Евгения Вюртембергского. Полетели полки по следам молодого начальника, отличного храбростию, ими любимого! Главнокомандующий поручил мне осмотреть, в каком положении дела наши в городе. Сражение продолжалось с жесткостию; урон с нашей стороны чувствителен; урон неприятеля несравненно больший, ибо нас от действия артиллерии охраняли крепостные стены. За час до вечера неприятель был близко к стенам; часть предместия по левой стороне во власти его; единственный мост наш на Днепре осыпаем был ядрами; город во многих местах объят пламенем; вне стен не было уже ни одного из наших стрелков. Не пощадил Наполеон польских войск в сем случае и они, рабственно покорствуя его воле, понесли на себе главнейшую часть всей потери. С началом дня сильная часть войск неприятельских отправилась вверх по левому берегу Днепра, по дороге на Ельну. За движением сим наблюдала 2-я армия, 5-го числа перешедшая на московскую дорогу, имевшая целью обеспечить переправу через Днепр, в 40 верстах отстоящую от Смоленска. Авангард, под командою г.-л. князя Горчакова расположен был в шести верстах от города; казачьи войска ее большею частию на левом берегу Днепра, не выпуская из глаз неприятеля; сообщение с 1-ю армиею содержали кавалерийские посты. Неприятель, прошедши 12 верст по дороге на Ельну, возвратился к городу, а потому 2-я армия имела ночлег поблизости.

Князь Багратион склонял главнокомандующего еще один день продолжать оборону города, переправиться за Днепр и атаковать неприятеля, говоря, что он то же сделает с своей стороны.

На вопрос главнокомандующего отвечал генерал квартирмейстер полковник Толь, что надобно атаковать двумя колоннами из города. Удивило меня подобное предложение человека с его взглядом и понятиями. Я сделал замечание, что в городе весьма мало ворот и они с поворотами в башнях. Большое число войск скоро пройти их не может, равно как и устроиться в боевой порядок, не имея впереди свободного пространства и под огнем батарей, близко к стене придвинутых. Скоро ли может приспеть сопровождающая атаки, артиллерия и как большое количество войск собрать без замешательства в тесных улицах города, среди развалин домов, разрушенных бомбами? Я предложил на рассуждение случай необходимого отступления, когда все неудобства и затруднения предстоят гораздо в большем размере. Военный министр нашел основательными мои замечания. Рассуждаемо было, что если необходимо нужно атаковать, то удобнее перейти за Днепр у самого города с правой его стороны, устроив мосты под защитою батарей правого фланга крепости; предместие не было еще оставлено нами, против него была одна только неприятельская батарея и к ней удобный доступ садами, далеко простирающимися. В случае отступления, заняв монастыри и церкви в предместии, можно не допустить натиска неприятеля на мосты. 2-я армия не должна переправиться за Днепр выше города, и еще менее атаковать правый фланг неприятеля, как то предполагал князь Багратион. Легко было воспрепятствовать переправе армии или, отбросивши атаку, разорвать сообщение с 1-ю армиею, уничтожить согласие в действии войск и способы взаимного вспомоществования. Небольшими силами неприятель мог войска наши не выпускать из крепости и свои войска сосредоточить по произволу. Представленные мною рассуждения не воздержали меня от неблагоразумного, в мою очередь, поступка. Я поддерживал мнение гг. корпусных командиров, еще один день продолжить защиту города. Желание их доведено до сведения чрез г.-м. графа Кутайсова. Защита могла быть необходимою, если бы главнокомандующий намеревался атаковать непременно. Но собственно удержать за собою Смоленск в разрушении, в котором он находился, было совершенно бесполезно. Сильного гарнизона отделить армия не могла, а в городе и слабый не нашел бы средств к существованию. И так решено главнокомандующим оставить Смоленск. Встретились затруднения собрать войска, по всему пространству города рассеянные, артиллерию, размещенную во всех его частях. Долго вечером продолжалось сражение; войска вышли из города ночью беспрепятственно, последние из полков пред рассветом, и истребили мост. Вслед за ними неприятель вступил в город.

Несколько егерских полков расположились в предместий на правом берегу Днепра, защищая переправу. Сообщившийся от моста огонь охватил ближайшие дома. Воспользовавшийся замешательством неприятель, под прикрытием своих батарей перешедши в брод у моста, занял предместие и мгновенно показался на горе у батареи, которая, его не ожидая, не была готова его встретить; но г.-л. Коновницын приказал ближайшим баталионам ударить в штыки и неприятель был опрокинут. Устроившиеся в порядок егеря преследовали бегущих в замешательстве, многие из них потонули. В продолжение дня не прерывались канонада и перестрелка. Сгоревшие по берегу дома, не закрывая уже егерей наших, подвергали их картечным выстрелам. По маловажности действия потеря наша была очень чувствительна. Неприятельская конница во многих местах испытывала броды, но важного ничего не предприняла.

Я приказал вывезти из города образ Смоленской Божией Матери, укрывая его от бесчинств и поруганий врагов. Отслужен молебен, который произвел на войска полезное действие.

6-го числа августа сделано распоряжение об отступлении 1-й армии. Того же дня 2-я армия отошла к селению Пнева-Слобода, где, переправясь чрез Днепр, должна была дождаться 1-й армии. Оставленный на шестой версте от города, под командою г.-л. князя Горчакова, отряд не прежде должен был покинуть место, как по смене его войсками от 1-й армии, ибо он закрывал собою дорогу, на которую должна выйти одна ее колонна. Г.-м. Тучков (Павел Алексеевич) отправлен с отрядом занять его место. Трудный путь умедлил движение отряда и он, вышедши на большую дорогу, на двенадцатой версте от города, не застал уже князя Горчакова, который отправился в соединение со 2-ю армиею, не давши о том знать и снявши посты, содержавшие сообщение между ним и 1-ю армиею. Князь Багратион приказал ему отступить перед светом, чтобы не утомлять людей ночным переходом, но не иначе, как по смене его.¹ Неприятель его не беспокоил; ему на диспозиции на то число видно было направление 1-й армии и что, если неприятель захватит тот пункт, где с большою дорогою соединяется проселочная дорога, по которой идут войска 1-й армии, ей не останется другого пути, ни даже обратного, ибо ее должен был преследовать неприятель. Все сии обстоятельства должны были объяснить князю Горчакову необходимость держаться в своем расположении, если бы даже то совсем не сходствовало с приказанием князя Багратиона.

Г.-м. Тучков, вышедши на большую дорогу, хотел подвинуться к Смоленску, чтобы закрыть собою важный пункт соединения дорог, но не далее как в одной версте встретил неприятеля, и началась перестрелка. В таком положении он ожидал прибытия войск.²

Главнокомандующий, в полной уверенности, что движение армии совершенно закрыто отрядом г.-м. Тучкова и что князь Горчаков конечно дождался его, приказал некоторым войскам отступать в 8 часов вечера; тем же, кои были на виду у неприятеля, тогда, как начнет темнеть. Генерал-адъютант барон Корф должен был, сняв до свету все посты, отступить с арриергардом от города.

И так, оставили мы Смоленск, привлекли на него все роды бедствий, превратили в жилище ужаса и смерти. Казалось, упрекая нам снедающим его пожаром, он, к стыду нашему, как бы желал разогнать им мрак, скрывающий наше отступление.

Разрушение Смоленска познакомило меня с новым совершенно для меня чувством, которого войны, вне пределов отечества выносимые, не сообщают. Не видел я опустошения земли собственной, не видел пылающих городов моего отечества! В первый раз в жизни коснулся ушей моих стон соотчичей; впервые раскрылись глаза на ужас бедственного их положения! Великодушие почитаю я даром божества, но едва ли бы дал ему место прежде отмщения!!!

¹ - Князь Горчаков всякое поручение, при исполнении которого нужны храбрость и настойчивость, совершит наилучшим образом и вид опасности его не устрашит; но с этими, достойными уважения, преимуществами, не в равной степени может быть способность распорядительная! (Прим. - Ермолова).

² - Г.-м. Тучкову представились совершенно неожиданные обстоятельства и опасность в высшей степени, но они нашли в нем соответственную им твердость. Неприятель был в силах и близко, он от армии отдален и скорой помощи ожидать не мог; он решился удерживать место и тем уничтожил затруднения армии. (Прим. - Ермолова).

www.smolensk1812.ru