Жуков приказал прыгать десантникам без парашютов. Десант без парашютов под москвой


Легенда о беспарашютном десанте

По историческим меркам Великая Отечественная война была чуть ли не вчера. Еще и ста лет не прошло с ее начала, еще живы ее участники. И вместе с тем в ее истории полно белых пятен. Многие подвиги считаются легендарными, как не имеющие документального подтверждения. Одна из таких легенд - небывалый авиадесант под Москвой в ноябре 1941, когда бойцы выбрасывались из самолетов без парашютов.

Прорыв

Ноябрь 1941 года, Москва. Не пройдет и месяца, как Красная Армия перейдет в контрнаступление и враг будет отброшен. В тылу уже копятся силы для удара, генералы корпят над картами и планируют будущую успешную операцию. Но все это будет потом, а пока немец давит, идут тяжелейшие бои, то там, то тут рвется оборона и каждый прорыв представляет собой смертельную опасность для столицы.

Вылетевший на разведку пилот, вернувшись, принес страшную весть: несколько десятков танков смяли части ополченцев и прорвали фронт на ширине 6 км. Командование этого сектора обороны знает, что никаких воинских частей перед немецкими танкистами до самой Москвы нет. Чтобы организовать оборону необходимо задержать немцев хотя бы на несколько часов. Под руками есть свежий только что прибывший батальон, его срочно доставляют на аэродром.

Пока солдаты судачили о своем и готовились к неизбежному бою, комбат в домике начальника аэродрома слушал приказ. Просто, понятно и страшно: вот здесь занять оборону и… погибнуть. Да, таких слов не прозвучало, но комбат не строил иллюзий – в живых останутся единицы, и то если кому повезет.

«Сугробный» десант

«Батальон в нужную точку доставят самолетами, садиться там негде, будет выброска. Вопросы, комбат, есть?» - «Да, у меня бойцы – простые пехотинцы, опыта десантирования не имеют. Нужны несколько инструкторов, чтобы показали бойцам, как обращаться с парашютом». В ответ он услышал: «А парашютов, комбат, нет».

Присутствовавший летчик пояснил: самолеты будут идти на самой низкой высоте и минимальной скорости. Вот здесь – противотанковый ров. Самолеты пойдут вдоль рва. Выбрасываться солдаты будут на его склон, удары при приземлении будут скользящими. Слой снега от 2 до 3 метров смягчит падение. Вторым заходом будут выброшены пулеметы, противотанковые ружья, боезапас, провизия. «Еще вопросы есть?» - «Никак нет».

Как ставили эту задачу бойцам, какие слова говорили - неизвестно. Но батальон погрузился в полном составе, самолеты взлетели. При выброске погибли более четверти. Вывихи, ушибы считались легкими ранениями. Оставшиеся в живых занимали оборону.

Батальон принял на себя удар, остановил врага и в течение суток отразил три атаки. К вечеру от 900 человек осталось менее сотни. Батальон оказался в окружении. Командир выбрал наиболее расторопного бойца и отправил его в тыл с донесением, что приказ выполнен и утром бойцы пойдут на прорыв. Забегая вперед, скажем: они не прорвались.

А солдат прошел. Невидимкой прополз он ночью сквозь немецкие порядки и добрался до своих. Ему не поверили. Рассказ о десантировании  без парашютов сочли наглой ложью. Не помогло и донесение, которое сочли липовым. Штрафбатов в 1941 году еще не было и «дезертиру» грозил однозначно расстрел.

Но судьба хранила солдата. Командир второго батальона этого полка (комбат-2), узнав, что один из «десантников» выжил, вытащил его. С войны «снежный десантник» вернулся одноногим инвалидом, жил и умер в Подмосковье. Всю оставшуюся жизнь он рассказывал о подвиге своих товарищей, но кто же в такое поверит?

Было или не было?

Эту историю о небывалом Можайском десанте рассказал писатель Юрий Сергеев в своем романе «Княжий остров». Художественное произведение не претендует на документальность, но в этом случае автор уверял, что все описанное им имело место.

По словам Сергеева это был полк сибиряков с Алтая. Автор писал,  что беседовал с летчиком одного из самолетов, на котором летели «десантники», встречался с медсестрой из этого полка, что некоторые «десантники» дожили до конца войны, и что в ЦК до сих пор хранится папка с описанием подвига, на которой стоит гриф «Секретно».

Дальше – тишина. Ни номера полка, ни точного места, где все произошло, ни одной фамилии. Можно было бы считать все легендой если бы…

Свидетельствуют враги

Немецкий писатель Алькмар Гове в книге «Внимание, парашютисты» (1953г.) утверждал, что зимой 1941/1042 г. под Ельней русские пехотинцы выбрасывались с транспортных самолетов на бреющем полете в глубокий снег. При этом большинство солдат не получали никаких повреждений.

Французский историк Жан Мабир («Война в белом аду. Немецкие парашютисты на Восточном фронте 1941 — 1945г.») также писал, что в январе 1942 года под Юхновом «дикие русские» выбрасывались без парашютов в снег с медленно и низко летящих самолетов. Книга написана на основании документов и воспоминаний участников событий.

Профессор Хейдте, автор «Парашютные войска во Второй мировой войне» также утверждал, что русские парашютисты весьма успешно применяли десантирование без парашютов с 5-10 метров в глубокий снег. Упоминал об этом Вальтер Швабедиссен («Сталинские соколы: анализ действий советской авиации в 1941-1945г.), ему вторят Кессельринг и Гудериан («Итоги Второй мировой войны. Выводы побежденных»).

Значит ли это, что в Красной Армии в экстренных случаях действительно применялся столь экзотический метод выброски? Или гитлеровцы настолько боялись русских, что готовы были поверить во все, что угодно? И возможно ли это было хоть теоретически?

Теоретически, да. Десантно-грузовой Г-2 (модифицированный ТБ-3, нес 38 десантников) мог снизить скорость до 70-60 км/ч. Перейдя в посадочный режим, самолет шел в нескольких метрах над землей. И самое важное: вариант беспарашютного десантирования в СССР действительно разрабатывался, еще в 30-х годах.

Кассеты Гроховского

В начале 30-х годов с подачи Тухачевского было создано Особое конструкторское бюро (впоследствии Экспериментальный институт), которое возглавил Павел Гроховский. Разделяя идеи Тухачевского о создании десантных войск, в ОКБ занимались проблемами доставки и воздушной выброски грузов, боевой техники и личного состава. Были разработаны т.н. «кассеты Гроховского» - транспортные контейнеры, крепившиеся под крыльями самолета, в которых размещались грузы, техника.

В нужный момент летчик тянул за рычаг, «кассеты» отделялись от самолета и спускались на автоматически раскрываемых парашютах. Был и варианты контейнера для людей, рассчитанные на 8 - 16 десантников (в зависимости от модификации «кассеты»).  Первым, кто десантировался новым способом, был сам изобретатель Павел Гроховский, следующими были чертежница Кулешова и Лидия Гроховская (жена начальника ОКБ).

ВВС еще только приценялись к «кассетам», а гражданская авиация уже вовсю их использовала. Там, где самолет не мог сесть (горы, леса, пересеченная местность) грузы выбрасывались «кассетами Гроховского». И именно в «кассетах» пилот В. Молоков вывез 39 из 104 челюскинцев.

И вот Гроховскому пришла в голову мысль о десантировании вообще без парашютов. Даже его сотрудники, привыкшие к сумасшедшим идеям начальника, сочли ее абсурдной. Под самолетом подвешивался авиабус – контейнер с колесами, который предполагалось сбрасывать с высоты 2-3 метра. Были изготовлены несколько вариантов: пассажирские, грузовые, металлические, деревянные и зимний вариант – на лыжах.

В присутствии Сталина на Центральном аэродроме были проведены испытания. В полном смысле этого слова рискнули своими жизнями все тот же Гроховский и его заместитель Иван Титов. За штурвал самолета сел Чкалов, который мастерски произвел выброску, только Титов сильно ударился и на некоторое время потерял сознание. 

Сталин, похвалив разработчиков, однако заметил, что достаточного количества Чкаловых, способных на такой трюк, в стране пока еще нет, и не дал команды на внедрение беспарашютного метода десантирования в РККА.

Вполне возможно, что в 1941 году и позже использовались именно «кассеты Гроховского». Возможно, что прыгали просто в снег. То, что такой приказ мог быть отдан, вполне допустимо (отдавались и более страшные приказы). А зимой 1941 года, когда на кону стояла судьба нашей Родины, многие готовы были отдать свои жизни и отдавали их как по приказу, так и без.

Так был или не был тот отчаянный можайский десант? Будем надеяться, что архивы рано или поздно ответят нам на этот вопрос и расскажут нам всю правду. Мы все привыкли читать о тайнах Третьего рейха, а кто сказал, что у РККА не было своих тайн?

Клим Подкова

news24today.info

Без парашютов: легенда о Можайском десанте

Есть легенда о защитниках, которые во время кровопролитных боев за Москву разгромили колонну немецких танков под Можайском. Остановить врага было решено силами десанта, вот только высаживать бойцов на место сражения пришлось без парашютов, с бреющего полета прямо на снег.

Герой Советского Союза, писатель и публицист Владимир Карпов в одном из своих произведений писал о советских бойцах: «Нас поднимали навстречу смерти не только призывы „За Родину, За Сталина“, каждого из нас поднимало извечное русское „Надо!“». Защитники, о которых пойдет речь, были движимы чувством долга, чувством ответственности перед миллионами сограждан, осознанием этого русского «Надо!», которое заставляло идти в бой и смотреть в глаза смерти.

В октябре 1941 года немецкие силы отчаянно пытались подойти к Москве. Кровопролитные бои за столицу не прекращались ни на минуту. Советский летчик, возвращавшийся с задания, сообщил, что колонна немецких танков прорвалась через линию обороны и по Можайскому шоссе движется к Москве. Георгий Константинович Жуков, только что возглавивший Западный фронт, отдал приказ проверить разведданные. Сведения подтвердились, поэтому необходимо было немедленно принять решение, каким образом остановить врага.

Колонна немцев зашла в тыл линии советской обороны, и путь на Москву был открыт. Было решено осуществить высадку десанта. И не просто высадку!

Из-за отсутствия парашютов бойцы будут вынуждены десантироваться с бреющего полета в снег, прямо на место сражения.

Приказать защитникам пойти на столь отчаянный и рискованный поступок Жуков не мог. Тогда он построил бойцов, большинство из которых были новобранцами, и попросил выйти добровольцев. Солдаты, все до единого, строем сделали шаг вперед…

Самолет приближался к колонне противника. Началась высадка.

Один за другим бойцы, вооруженные гранатами и противотанковыми ружьями, выпрыгивали из самолета.

Столь внезапное появление сделало свое дело — несколько немецких танков удалось подбить. Однако немцы, превосходящие и численно и боевой техникой, двинулись дальше, уничтожив большую часть смельчаков.

Противник уже было начал радоваться победе, как из-за леса снова показались советские самолеты. Сотни бойцов громили немцев, казалось, прямо с воздуха, даже не успев приземлиться. На шоссе кипел яростный бой. Красноармейцы в белых полушубках, которых не видно было на снегу, выпрыгивали, будто из ниоткуда, и крушили врага. В ход шли гранаты, пулеметы, противотанковые ружья… С поля боя удалось уйти лишь нескольким немецким танкам, они отступили, оставив на шоссе десятки горящих, уничтоженных машин.

Говорят, что при высадке десанта на снег погибло около двенадцати процентов бойцов. Количество тех, кто встретил смерть в бою на шоссе, неизвестно.

Писатель Юрий Сергеев описал историю можайского десанта в своей книге «Княжий остров». Автор утверждает, что в основе истории лежат подлинные факты, которые ему удалось раздобыть в архиве.

Споры о том, правдива ли история о высадке десанта, ведутся до сих пор. Но важно ли это? Героизм защитников Родины достоин того, чтобы о нем рассказывали легенды!

defendingrussia.ru

Жуков приказал прыгать десантникам без парашютов

Жуков приказал прыгать десантникам без парашютов

Жуков сурово оглядел лица присутствующих военачальников:

— Что будем делать? Немцы идут к Москве! Как вы могли не укрепить стратегически важное шоссе, танковое направление? Такую колонну трудно остановить! Невозможно выбросить им войска наперерез… Они почти в дамках. Есть бомбардировщики на аэродроме?

— Есть, но израсходованы бомбы. Ни одной не осталось. Можно транспортные ТБ-3 послать в Москву на склады, — промямлил один из генералов.

— Не успеть… — Жуков задумался, прошелся по комнате и приказал: — Готовить десант!

— Нет парашютов, — подал голос один из летчиков.

— Готовить десант! — опять повторил Жуков. — Когда я ехал сюда, видел на марше свежий полк сибиряков недалеко от аэродрома, задержать его, повернуть к самолетам. Едем туда.

Когда начальство прибыло к аэродрому, полк сибиряков был уже выстроен на летном поле. Жуков невольно залюбовался, глядя на здоровых, румяных парней и мужиков в новеньких белых полушубках. Полк, увидев приближающегося Жукова, замер без команды.

— Братья!!! — зычно крикнул Жуков новобранцам. — Колон на немецких танков прорвалась к Москве и скоро будет в сто лице… Нет средств их остановить, а надо это сделать, чтобы не посеять панику и не пролить невинную кровь мирных людей. Я не могу вам приказать пойти на это… Я прошу вас… Нуж ны только добровольцы. Вон в тех машинах собраны противотанковые ружья, гранаты и взрывчатка… Ставлю задачу, равной которой не было в истории войн. И не будет, наверное… Вы видите, что сама природа встала на защиту святого Отечества, такого снега давно не помнила подмосковная земля. На бреющем полете надо выбросить десант перед танковой ко лонной и остановить ее. Нужно будет прыгать в снег без парашютов — их нет… Нет у нас и иного выхода. Добровольцы! Три шага вперед!

Колыхнулся и единым монолитом весь полк сделал три шага. Ни одного человека не осталось на месте.

— С Богом! Таких солдат нет ни в одной армии мира. И ни когда не будет!

Жуков низко поклонился солдатам и приказал:

— Раздать противотанковые средства!

Транспортные самолеты тяжело отрывались от земли и брали курс на Можайск. Жуков неподвижно смотрел им вслед, заложив руку за шинель. Обеспокоенный ординарец спросил:

— С сердцем плохо, товарищ генерал армии?

— Все нормально.

В это время последний самолет оторвался от земли. Жуков судорожно сжал возле сердца иконку Божией Матери, которую носил с собой с начала войны, и прошептал молитву. Потом, не страшась никого, резко перекрестился и тяжелой походкой направился к машине. Усаживаясь, сказал шоферу:

— Не могу себе представить ни американца, ни англичанина, ни даже немца, который добровольно без парашюта прыгает с самолета!

Немецкая колонна ходко неслась по заснеженному шоссе. Вдруг впереди появились низко летящие русские самолеты. Они, словно собираясь приземляться, стлались над самой землей. На высоте четырех-десяти метров от земли из самолетов как гроздья посыпались люди. От их падений снег вздымался, как земля после взрывов снарядов, люди кувыркались в снежных вихрях, и тут же эти белые снежные взрывы обернулись пламенными разрывами гранат и автоматными очередями, сеющими панику и смерть в немецких колоннах. Призраки в белых полушубках бросались под танки со связками гранат, стреляли из противотанковых ружей, атака была столь стремительной, что немцы долго не могли прийти в себя. Яростные, бесстрашные в своем возмездии, русские несли смерть. Прожженные противотанковыми ружьями, взорванные гранатами, горели танки.

Бой кипел возле шоссе, и будь на месте немецкой армии французская, американская или английская, белый смерч русского десанта смял бы их сразу, но дисциплинированные немцы сумели после первого шока прийти в себя, организовали оборону и, имея большое превосходство в живой силе и технике, сумели принять бой и с помощью танков, пехоты и бронемашин отразить русскую атаку, расстреляв почти всех десантников. Немцы радовались победе, тем более что новая колонна танков, мотоциклов, бронемашин и автомобилей с пехотой подошла с запада и вступила в бой.

Немцы не сразу заметили, что из-за леса вновь вынырнули русские самолеты, и новая волна десантников, как цунами, буквально обрушилась на головы немецких солдат. Русские вступали в бой сразу же, не теряя ни секунды, казалось, что они начинали стрелять, не достигнув земли. В этот раз немцы не сумели ничего предпринять. Взорванные бронемашины и танки, перегородившие пути к отступлению остальной колонне, превратили ее в хорошую мишень. Только несколько танков и бронемашин сумели вырваться из огненного ада и на предельной скорости помчались назад. Казалось, что не только экипажи, но и сами боевые машины охватил животный ужас, что не только люди, но и танки с автомобилями возвещают окрестности о том кошмаре, из которого они только что выбрались. Когда прошла эйфория боя, наши стали подсчитывать потери… Выяснилось, что только при падении из каждых ста человек погибли двенадцать.

(Из романа «Княжий остров»)

Дурной пример оказался заразителен. Тему развил вылетевший из Ставропольского летно-штурманского училища и пошедший по духовной части гражданин Александр Тоготин, ныне занимающий должность настоятеля Михаило-Архангельского храма в селе Константинове Раменского района Московской области.

Творчески переосмыслив «Княжий остров», несостоявшийся штурман заменил упомянутые в нем туполевские бомбовозы на американские транспортники ДС-3.

«Дугласы» взметали сугробы на земле, Прыгали солдаты в белоснежной мгле… Им не выдавали даже парашют, потому что был он непригоден тут. Кто остался целым, выдержав удар, и под танк бросался, жертвуя собой. Это был великий под Можайском бой. Снег от русской крови в поле заалел. Ни один из наших там не уцелел. Но зато и немец дальше не прошел, Он свою могилу под Москвой нашел».

Правила приличия не позволяют мне повторить слова, которые употребляли знакомые десантники в адрес субъектов, описывающих прыжки без парашютов с идущего на бреющем полете самолета. (Скорость ТБ-3 около 200 км/ч, если меньше — может рухнуть в любой момент.) Скажу лишь, что высказанная ими идея заставить литератора и протоиерея повторить этот фокус, а потом аккуратно соскрести с земли то, что от них останется, явно противоречит Уголовному кодексу РФ, и потому ее не стоит воплощать на практике. Зато установить источник его бреда очень легко. Это сделал еще в 1965 году человек, подвиг которого Сергеев представил в виде дешевого комикса и которого Тоготин еще и похоронил заживо.

«Десантник, когда он медленно опускается на землю, очень уязвим. Мы понимали это и стали искать, как уменьшить опасность поражения бойца в воздухе. Возникла идея сокращения высоты выброски парашютистов. Ее надо было проверить на практике. Некоторый опыт в этом уже был. Первым в нашей стране с рекордно минимальной высоты прыгнул мой товарищ и однополчанин Петр Балашов. Еще 12 августа 1933 года он покинул самолет на высоте восемьдесят метров, благополучно приземлился на московском стадионе «Динамо» и вручил футболистам букет цветов. Однако более поздняя попытка известного спортсмена Самфирова повторить это достижение закончилась трагически. Поэтому думать о массовых прыжках с подобной высоты с парашютом ручного раскрытия не приходилось. Стали пробовать десантироваться методом срыва. Незадолго до Великой Отечественной войны группа экспериментаторов, состоявшая из шести человек: Гаврилова, Павлова, Корнеева, Попова, Волкова и автора этих строк, — испытала этот способ. Я тогда уже служил в Белорусском военном округе.

Поднялись мы на ТБ-3. На заданной высоте выбрались на крыло и, крепко держась за натянутую здесь веревку, замерли в ожидании команды. По сигналу штурмана «Пошел!» раскрыли парашюты. Наполнившись воздухом, они сорвали нас с плоскости.

Опыт прошел благополучно. Однако при этом методе трудно было избежать раскачивания, а также закручивания строп. То же самое проделали, но не во время горизонтального полета корабля, а при его планировании. Получилось немного лучше.

И все же он также не решил основного вопроса. Выход был найден, когда мы получили новый парашют с ручным и с принудительным раскрытием. Мой сослуживец, мастер спорта СССР старший лейтенант Степан Гаврилов, прыгнул с этой системой с семидесятиметровой высоты. Произошло это в конце апреля 1941 года на аэродроме вблизи Минска. Вслед за Гавриловым группа инструкторов десантировалась со стометровой высоты.

Дальнейшие эксперименты показали, что для хорошо подготовленных парашютистов прыжки со ста — двухсот пятидесяти метров вполне безопасны.

В годы минувшей войны высадка бойцов с таких малых высот вводила противника в заблуждение. Об этом свидетельствует книга гитлеровского офицера Алькмара фон Гове «Внимание, парашютисты!». В ней он утверждает, что, кроме обычной выброски десантов, русские в районе Ельни и Дорогобужа применили новый, типично русский метод: транспортные самолеты с бреющего полета высыпали пехотинцев с оружием прямо в сугробы без парашютов. Глубокие снега смягчали удар, и большинство солдат не получало никаких повреждений.

Как участник событий, о которых идет речь, могу подтвердить, что мы действительно выбрасывались с малых высот. Но что касается прыжков прямо в снег, то пусть автор попробует совершить их сам»{47}.

Скорее всего, Сергееву фамилия написавшего эти строки ничего не скажет, но именно один из самых прославленных воздушных десантников Великой Отечественной войны Иван Георгиевич Старчак и был командиром того самого отряда, который преградил одной из немецких колонн путь к Москве. Только произошло это не зимой, а 4 октября 1942 года, когда никаких сугробов, кроме кучек опавших листьев, на можайском направлении и в помине не было. (Первый легкий снежок выпал только 14 октября.) Реальный маршал Жуков, а не сергеевский шут с иконкой, писал об этих событиях так:

«Мост через реку Угру был взорван отрядом майора И.Г. Старчака, начальника парашютно-десантной службы Западного фронта. Этот отряд численностью 400 человек был сформирован 4 октября по его личной инициативе из числа пограничников, которые готовились к действиям по вражеским тылам.

Отряд И.Г. Старчака после взрыва моста занял оборону по реке Угре. Вскоре он был поддержан отрядом курсантов подольских военных училищ под командованием старшего лейтенанта Л.А. Мамчика и капитана Я.С. Россикова. Попытки вражеских войск форсировать реку Угру и прорваться на Медынь успешно отражались героическими действиями этих отрядов.

В результате пятидневных ожесточенных боев немногие остались в живых, но своим героическим самопожертвованием они сорвали план быстрого захвата Малоярославца и помогли нашим войскам выиграть необходимое время для организации обороны на подступах к Москве»{48}.

Сам Иван Георгиевич достаточно подробно описывает операцию, в том числе и первый бой своего отряда:

«Утром 4 октября, вернувшись из очередного полета, только-только прикорнул в своей землянке, как меня начал кто-то трясти за плечо:

— Товарищ капитан, проснитесь, полк улетает!..

Я быстро натянул сапоги и выскочил наружу. Над леском на небольшой высоте с гулом шли в сторону Москвы четырехмоторные бомбардировщики, один за другим поднимавшиеся с аэродрома. Это были те самые самолеты, на которых мы не раз отправлялись на задания.

— Поезжай в полк! — приказал я старшему лейтенанту Кабачевскому. — Узнай там, что к чему.

Кабачевский сел в кабину грузовика, старшина Бедрин и сержант Петров — в кузов. Когда они приехали на аэродром, самолетов уже не было. Лишь порыжевшие маскировочные елки валялись перед стоянками.

Кабачевский, как он потом рассказывал, направился к зданию школы, где помещался штаб полка. Там тоже никого не оказалось. В домике, где был узел связи, кто-то маячил. Кабачевский вбежал туда и увидел пожилого человека в форме связиста с красными пересекающимися молнийками на рукаве.

— Есть связь с Вязьмой?

Связист отрицательно покачал головой.

— А с кем можете соединить?

— Уже ни с кем. Всю аппаратуру увезли.

Машина Кабачевского обогнала несколько грузовиков, ехавших в Мятлево. Остановив один из них, старший лейтенант спросил сидевшего в кабине интенданта о положении на фронте. Кроме того, что противник прорвал нашу оборону, тот ничего больше не знал. Я попытался связаться по радио или телефону с генералом Худяковым, чтобы получить от него какие-либо указания. Штаб не отвечал. Передо мной встал вопрос: что делать? Собрать имущество базы — ив тыл? Ведь 1-й авиаполк улетел на восток. Видимо, и нам надо направляться туда же.

Эту мысль тут лее сменила другая: а кто же встанет на пути врага? Наш небольшой отряд — двести бойцов, прибывших из фронтовых авиачастей, сто пятьдесят недавно прибывших комсомольцев и несколько десятков хорошо обученных парашютистов из 214-й воздушнодесантной бригады — являлся единственной, громко говоря, силой на участке от Юхнова до Подольска. Если мы не остановим гитлеровцев здесь, в Юхнове, то они беспрепятственно дойдут до Мятлево, Медыни, Малоярославца… Но сможем ли мы успешно оборонять город столь малыми силами, не имея орудий, пулеметов, танков?

...

Забрав с собой все оружие и боеприпасы, мы пошли через обезлюдевший город.

Навстречу гитлеровцам я послал кольчугинских комсомольцев во главе с Руфом Деминым. Перед ними была поставлена задача взорвать мосты через ручьи и овраги, заминировать полотно автомагистрали. Ребята сами вызвались выполнить это задание. Буров, Власов, Бажин, Казаков, Гарусов и Демин захватили с собой несколько ящиков с минами, взрывчаткой, две бочки с бензином, погрузились на трехтонный грузовик и по Варшавскому шоссе поехали на запад.

Первое дорожное сооружение они подняли на воздух перед самым носом противника. Потом мы слышали другие взрывы, видели, как на шоссе что-то горело.

Еще одной группе бойцов я приказал задерживать автомашины, идущие в сторону Москвы, снимать с них все, что пригодится для обороны, особенно пулеметы, автоматы, винтовки и боеприпасы. К вечеру мы оказались хорошо вооруженными.

Восточный берег Угры, где мы расположились, господствовал над лежащей впереди местностью. Это позволяло организовать довольно устойчивую оборону. Лесная поросль маскировала позиции, позволяла нам скрытно маневрировать по фронту и в глубину. Фланги мы прикрыли небольшими подразделениями.

Главные усилия сосредоточили на удержании Варшавского шоссе.

Может быть, с точки зрения здравого смысла попытка сдержать небольшим отрядом наступление вражеских колонн казалась дерзкой и бессмысленной, но я считал и считаю, что излишняя осторожность и благоразумие не всегда приносят успех в военном деле…

Вместе с Андреем Кабачевским и Николаем Щербиной мы обошли передний край, осмотрели окопы, маскировку, проверили, как составлены стрелковые карточки, организовали взаимодействие между подразделениями.

Тем временем подрывники во главе с лейтенантами Николаем Сулимовым и Юрием Альбокримовым заминировали мост через Угру.

В полночь мы услышали глухие взрывы и далекую ружейно-пулеметную стрельбу. Это продолжали действовать небольшие группы десантников, находившиеся западнее Юхнова.

Хотя внутренне мы были готовы к тому, что скоро встретимся лицом к лицу с противником, все же его появление на восточной окраине города на рассвете 5 октября заставило тревожнее забиться наши сердца. Кое у кого еще теплилась надежда: а может быть, это все-таки наши?..

На автостраде показалось десять мотоциклов. За ними ехали четыре бронемашины, два танка, десятка два открытых грузовиков с пехотой. А потом опять танки, танки… Мы насчитали их пятнадцать. Пожалуй, их было и больше, но за городскими постройками хвост колонны не был виден.

Николай Щербина, Андрей Кабачевский, Николай Сулимое, я и еще несколько командиров стояли на открытом шоссе, метрах в двухстах восточнее моста.

На мотоциклах и грузовиках развевались алые флажки, в грузовиках сидели солдаты в красноармейских плащ-палатках.

— Наши!.. — облегченно вздохнул Кабачевский. Какое-то чутье, а может быть, опыт подсказали мне,

что отступающие войска редко следуют в таком образцовом порядке, как эта колонна. Но очень уж хотелось верить в лучшее, и я сказал:

— Может быть, и так…

Когда мотоколонна, выдвигавшаяся из Юхнова, была в двухстах-трехстах метрах от боевого охранения и в двух-трех десятках метров от парашютистов, дежуривших на контрольно-пропускном пункте, вперед вырвались три мотоцикла с пулеметными установками и открыли огонь по нашим бойцам. Следовавшие за ними бронемашины, танки, пехотинцы устремились к мосту. Но огонь пулеметов боевого охранения остановил их. Подбитые автомобили и мотоциклы загородили путь танкам. Последние, пытаясь либо прорваться вперед, либо развернуться, давили своих же солдат. Заслон десантников был малочисленным, и он не смог бы оказать серьезного сопротивления противнику, если бы лейтенант Коновалов, возглавлявший эту группу, и парашютисты Анатолий Авдеенков и Василий Мальшин не ввели в действие минные поля. Серия взрывов на дороге, вылазка кольчугинских комсомольцев Демина, Бурова, Бажина, Казакова, Дементьева, Забелина и Гарусова, забросавших гитлеровцев гранатами, нанесли большой урон неприятелю.

Так провел наш отряд свой первый бой на Варшавском шоссе»{49}.

Начальник парашютно-десантной службы Западного фронта Иван Старчак высмеивал авторов байки о прыжках его солдат без парашютов, но «патриотическим» графоманам Сергееву и Тоготину, наверное, виднее

Десантники сражались под Юхновым с 4 по 9 октября. Из 430 бойцов выжило менее 50, но противник за эти пять дней продвинулся лишь на 25 километров и понес серьезные потери, а резервные соединения Жукова успели развернуться на Можайской линии обороны. Вместо стремительного прорыва к Москве гитлеровцам пришлось прогрызать один оборонительный рубеж за другим, и в начале декабря выдохшиеся германские дивизии покатились назад.

В ходе советского наступления десантники опять оказались в первых рядах. Высадившись во вражеском тылу под Вязьмой, они до лета действовали там вместе с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом Павла Белова и частью 33-й армии Михаила Ефремова, а потом прорвались к своим. «Основные силы кавкорпуса Белова и 4-й авиадесантной бригады уходят на юг, — с грустью писал в своем «Военном дневнике» начальник германского штаба сухопутных войск Франц Гальдер. — Нам это не делает чести!»

В ходе этой операции Старчак обморозил ноги, но, несмотря на частичную ампутацию ступней, продолжал выбрасываться во вражеский тыл (всего за свою жизнь он совершил 1096 прыжков!), окончил войну в Берлине, а потом участвовал в операциях против бандеровцев. Его жизнь и подвиги — готовый материал и для романов, и для захватывающих кинобоевиков, однако светила россиянской интеллигенции считают иначе.

Либерасты, типа сына одуревшего от ненависти к России академика Юрия Пивоварова — режиссера фильма «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова» Алексея Пивоварова, говорят исключительно о гибели части сил 33-й армии, предпочитая не упоминать, что другая ее часть, вместе с кавалерией и десантниками, вышла из окружения. Трагедии отряда Ефремова, составлявшего немногим более 1% от общей численности советских войск на Московском направлении, посвящена целая треть фильма, цель которого — показать, что Красная Армия воевать не умела и командовали ею сплошь идиоты. Недаром в интернете появилось издевательское предложение присвоить пивоваровской картине название «Как маршалы Сталин и Жуков генерала Ефремова победили».

Тем временем «патриоты» вроде Сергеева подменяют реальный подвиг своим бредом, больше похожим не на действия советских десантников, а на какие-нибудь «Звездные войны». Вот там рыцари-джедаи вполне могут прыгать без парашюта и, едва приземлившись, рубить вражеских роботов световыми мечами. Вполне в духе нашего торсионного фантаста.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

с бреющего полёта без парашютов на немецкие танки

Советский летчик, совершавший разведывательный полет на территорией противника во время возвращения заметил колонну немецкой бронетехники, двигающую к Москве.Выяснилось, что на пути вражеских танков нет ни заградотрядов, ни противотанковых средств. Было принято решение выбросить десант перед колонной. На ближайший аэродром привезли свежий полк сибиряков.Построили, предложили добровольцам прыгнуть с самолета в снег и остановить врага.Причем предупредили сразу, что прыгать придется без парашютов, с бреющего полета прямо пред колонной. Это был не приказ, а просьба, но шаг вперед сделали все.

Далее приведем строки из романа Юрия Сергеева «Княжий остров»: «Немецкая колонна ходко неслась по заснеженному шоссе.Вдруг впереди появились низко летящие русские самолеты, они словно собирались приземляться, стлались над сугробами, сбросив до предела скорость, в десяти — двадцати метрах от поверхности снега, и вдруг посыпались гроздьями люди на заснеженное поле рядом с дорогой.Они кувыркались в снежных вихрях, а следом прыгали все новые и новые бойцы в белых полушубках и казались врагу, охваченному паническим ужасом, что не будет конца этому белому смерчу, этой белой небесной реке русских, падающих в снег рядом с танками за кюветом, встающих живыми и с ходу бросающихся под гусеницы со связками гранат… Они шли, как белые привидения, поливая из автоматов пехоту в машинах, выстрелы противотанковых ружей прожигали броню, горело уже несколько танков.

Русских не было видно в снегу, они словно вырастали из самой земли: бесстрашные, яростные и святые в своем возмездии, неудержимые никаким оружием. Бой кипел и клокотал на шоссе. Немцы перебили почти всех и уже радовались победе, увидев догнавшую их новую колонну танков и мотопехоты, когда опять волна самолетов выползла из леса и из них хлынул белый водопад свежих бойцов, еще в падении поражая врага…Немецкие колонны были уничтожены, только несколько броневиков и машин вырвались из этого ада и помчались назад, неся смертный ужас и мистический страх перед бесстрашием, волей и духом русского солдата. После выяснилось, что при падении в снег погибло всего двенадцать процентов десанта.Остальные приняли неравный бой.

Я не могу представить ни немца, ни американца, ни англичанина, добровольно и без парашюта прыгающего на танки.Нынешние разорители России и нашей армии обязательно поглумятся над этим фактом истории…Чего только не напишут: дескать, солдаты боялись Сталина, боялись, что их расстреляют, что их силой заставили...

ribalych.ru

Беглый анализ : Можайский десант. Прыгаем без парашютов.

Прошу прощения за новый фельетон, но задолбали бойцы с разумом. ЗАЧЕМ? Зачем вы ЭТО пишите и переперчиваете? Такое ощущение, что люди наняты "иностранными агентами" чтоб довести историю о войне до полного абсурда, чтоб лезть туда и что нибудь читать - неповадно бы было бы.

В общем это дляsozerowowavostokaleks070565И остальных,. которые с какой то целью, множат глупости на на страницах ЖЖ.Я надеюсь, вы этот опус читали?https://topwar.ru/23843-mozhayskiy-desant.htmlhttps://kukovenko.ru/gipotezy-i-versii/mozhajskij-desantНу, если не читали, то наверняка слышали. Несколько авторов Малишевский, Сваталов, Сергеев, еще кто, не так давно популяризировали в разных «интертрепациях» чей то очерк, как сибирские «бетманы», на глазах охреневших фашистов спустились со неба аки херувимы и одним усилием воли, и словом партии, сожги сто немецких танков.  Помните статью - «Уникальная битва под Москвой.  - Пушки 19 века против немецких танков».https://patriot-af.livejournal.com/59571.htmlТак это - круче и фееричнее.  Давайте теперь попробуем включить мозги, если не Сваталову, то хотя бы себе.Итак: - Некая немецкая часть, небольшая, - всего 60 танков, это примерно половина того что было у немцев под москвой. (Гальдер указывает, что на октябрь месяц, в третьей - танковой группе 41 танк, а в четвертой – 70 танков), в сопровождении пехоты, на броневиках и машинах, ночью, тайно переправилась через линию фронта, и движется беспрепятственно к Москве.Переправится, они могли только ночью, и только тайно, так как до сих пор, ни кто об этом прорыве ничего не знает. И вот эта орава на танках в прочих экипажах – несется к Москве.  Мы понимаем, - размер танковой группы - это примерно десять дивизий, и растянутся по Можайскому шоссе, она должна примерно километров на 60. И вот наш летчик, фамилии его естественно история не сохранила, где то час назад, замечает, все это безобразие. Пока прилетел, пока сел, пока сообщил, (зачем-то в органы госбезопасности) пока донесли (зачем-то Берии, а не Маршалу Жукову,) пока расстреливали, то сё, пока припирались и послали обратно еще раз посмотреть, вместе с особистом, которого привязвли туловищем к бомбовому подвесу, (так как истрибители были одноместные ), опять вернулся....., в общем, на всю эту движуху нужно заложить еще три - четыре часа. Итак: -  колонна за это время, берем по самому медленному танку pzkfw 4, уже прошла 140 километров и толкается на пробке на выезд из Москвы в районе Балашихи. Но маршалу Жукову этого мало. Он находит где то сибирскую десантную бригаду. Хочется подчеркнуть – именно «сибирскую», есть местные, но они для такого дела не годятся.  Когда он (Жуков) ехал на машине два часа назад, он видел на марше в неизвестном направлении неизвестную бригаду. «Когда я ехал сюда, видел на марше свежий полк сибиряков недалеко от аэродрома, задержать его, повернуть к самолётам. Едем туда. Когда начальство прибыло к аэродрому, полк сибиряков был уже выстроен на лётном поле. Жуков невольно залюбовался, глядя на здоровых, румяных парней и мужиков в новеньких белых полушубках. Полк, увидев приближающегося Жукова, замер без команды.» эва но как! Полк себиряков, ушедший за два часа еще на десяток километров, по велению партии внутреннего голоса, и лично Сваталова разворачивается и прибегает на аэродром, быстрее чем Маршал подъехал на машине.  Целый полк! Силища какая.Дальше все еще правдивее. Полк садится в самолеты, а это нужно чуть больше чем 60 самолетов (38 чел на каждый), а  в это время, под Москвой было всего 25 этих гиганта, (были правда еще примерно столько же Дугласов), и летит прыгать в глубокий снег. Надо отдать должное, что снег должен был быть прошлогодний и очень глубокий, так как на момент прорыва немцами Можайской линии обороны, 18 -25 октября, под Москвой снега не было вовсе.  Но сибирским Бетманам это не помеха. Есть приказ Сталина и Жукова и Бериии.Теперь давайте представим как это происходило. Самолет ТБ 3 снижается до минимальной высоты, после этого парашютисты, или как их назвать в этом случае, - без парашютов, начинают выбираться на крыло,  и прыгать в грязь. Как быстро это может произойти, какое расстояние за это время пролетит самолет, и какая должна быть между ними дистанция? Вы мне не можете на это ответить? И я не могу, да и летчики тоже бы не смогли,  так как,  до Сваталова они это не делали, но, думаю, что это займет более десяти км. (много ли вы знаете под Можайском мест, где на расстоянии 10 - 12 км не было бы ни одного дерева)."Практически все транспортно-десантные самолеты ВВС РККА, переделанные из бомбардировщиков, обладали одним существенным недостатком: затрудненным покиданием машины десантом. Для совершения прыжка парашютисту было необходимо вначале выбраться на крыло самолета или фюзеляж самолета. Это производилось после приближения к району выброски, о чем штурман ТБ-3 извещал поднятым белым флажком. По цепочке быстро передавалась команда "Приготовиться!", после чего десантники начинали выбираться наружу для прыжка. Проще всего было занятие правой плоскости - туда вел люк из грузовой кабины. Hа левое крыло было необходимо вылезать через кабину командира экипажа (при этом последний рисковал получить увесистый удар прикладом винтовки или каблуком сапога). Самым же сложным был выход через пулеметные фюзеляжные турели - десантники осторожно выбирались наверх через узкие лазы, после чего садились "верхом" на обшивку фюзеляжа. Для турельного десантирования назначали только самых сильных и ловких бойцов. Кроме того, по два человека становилось у раскрытых бомболюков, а у посадочной дверки экипажа - десантники, находившиеся в рубке радиста и грузовом отсеке. Каждый парашютист надевал на кисть правой руки страховочную резинку, неофициально именовавшуюся "соской", после чего, ухватившись за скобы, борясь с сильными порывами ветра и потоками воздуха от двигателей, ожидал команды выпускающего". Вобщем выпрыгнуть как это фантазируется автору, и как он видел в фильмах 70х годов - нельзя. Соответственно, либо высота должна быть более 30 метров, либо скорость более 95 км в час. (На скорости 95 км/ч ТБ3 еще может держатся в воздухе но не может маневрировать.  Для Дугласов - эти показатели равны 164 и 140 км/ч соответственно).  Но,  даже шлепнутся об землю,  со скоростью 95 км\ч,  помноженное на ускорение свободного падения,  для современного человека, не сибиряка - вещь фатальная, а вот те – молодцы. Шлепнулись, сразу «ура!» и в бой.  И голыми руками, я себе эту картину представляю, берут и ломают немецкие танки. Отрывают им колеса, гнут пушки, и сшибают башни, а немецкая пехота в количестве нескольких дивизий, растянувшаяся по всей дороги от Можайска до Балашихи, увидев в этом знак божий, стала разбегается чтоб остаться в живых и поведать миру об фантастической глупости авторов этих рассказов.

patriot-af.livejournal.com

Как Жуков организовал десант без парашютов

Сегодня какой-то странный день - старых газет не нарыл, а интернет просто доставляет.

Герой данного поста протоиерей Александр Анатольевич ТоготинНастоятель:     Ильинский храм, пос. Денежниково, Раменский районСветское образование:     н/высшее 1978-Ставропольское летно-штурманское военное авиаучилищеДуховное образование:     семинария 1994-МЕДУ, 1998-МДСХиротонисан:     13 декабря 1992 года архиепископом Можайским Григорием в Успенском храме Новодевичьего монастыряДень тезоименитства: 12 сентябряНаграды: 2009 палица, 2003 сан протоиерея, 2000 грамота юбилейная, 1998 наперсный крест,1994 камилавка, 1993 набедренник

Что же поведает нам протоиерей Тоготин?Протоиерей Александр Тоготин утверждает, что в октябре 1941 года фашистской танковой колонне преградили путь сотни сибиряков, сброшенных с самолётов без парашютов в сугробы.Протоиерей Александр Тоготин сочинил стихотворение-песню в память о подвиге советских десантников под Можайском зимой 1941 года

«Дугласы» взметали сугробы на земле,Прыгали солдаты в белоснежной мгле...Им не выдавали даже парашют,Потому что был он непригоден тут.Кто остался целым, выдержав удар,Тот в гранату быстро вкручивал запал.И под танк бросался, жертвуя собой.Это был великий под Можайском бой.

и ведет розыск документов о том бое, который  до сих пор засекречен. Протоиерей Тоготин ссылается на рассказы пожилых прихожан и на роман Юрия Сергеева «Княжий остров», где описано это событие.

"Жуков сурово оглядел лица присутствующих военноначальников:- Что будем делать? Немцы идут к Москве! Как вы могли не укрепить стратегически важное шоссе, танковое направление? Такую колонну трудно остановить! Невозможно выбросить им войска наперерез... Они почти в дамках. Есть бомбардировщики на аэродроме?

- Есть, но израсходованы бомбы. Ни одной не осталось. Можно транспортные ТБ-3 послать в Москву на склады, - промямлил один из генералов.

- Не успеть... - Жуков задумался, прошёлся по комнате и приказал. - Готовить десант!

- Нет парашютов, - подал голос один из лётчиков.

- Готовить десант! - опять повторил Жуков. - Когда я ехал сюда, видел на марше свежий полк сибиряков недалеко от аэродрома, задержать его, повернуть к самолётам. Едем туда

- Братья!!! - зычно крикнул Жуков новобранцам. - Колонна немецких танков прорвалась к Москве и скоро будет в столице... Нет средств их остановить, а надо это сделать, чтобы не посеять панику и не пролить невинную кровь мирных людей. Я не могу вам приказать пойти на это... Я прошу вас... Нужны только добровольцы. Вон в тех машинах собраны противотанковые ружья, гранаты и взрывчатка... Ставлю задачу, равной которой не было в истории войн. И не будет, наверное... Вы видите, что сама природа встала на защиту святого Отечества, такого снега давно не помнила подмосковная земля. На бреющем полёте надо выбросить десант перед танковой колонной и остановить её. Нужно будет прыгать в снег без парашютов - их нет... Нет у нас и иного выхода. Добровольцы! Три шага вперёд!

Колыхнулся и единым монолитом весь полк сделал три шага. Ни одного человека не осталось на месте.

- С Богом! Таких солдат нет ни в одной армии мира. И никогда не будет!

Жуков низко поклонился солдатам и приказал:

- Раздать противотанковые средства!

Транспортные самолёты тяжело отрывались от земли и брали курс на Можайск. Жуков неподвижно смотрел им вслед, заложив руку за шинель. Обеспокоенный ординарец спросил:

- С сердцем плохо, товарищ генерал армии?

- Всё нормально.

В это время последний самолёт оторвался от земли. Жуков судорожно сжал возле сердца иконку Божией Матери, которую носил с собой с начала войны, и прошептал молитву. Потом, не страшась никого, резко перекрестился и тяжелой походкой направился к машине. Усаживаясь, сказал шофёру:

- Не могу себе представить ни американца, ни англичанина, ни даже немца, который добровольно без парашюта прыгает с самолёта!"

В общем, немцев остановили.

А как же всё-таки прыгали десантники?

Летчики, воевавшие на ТБ-3, рассказывали, что он хорошо вел себя на высоте 2-3 метра при скорости полета 70-80 км/час

Вот думаю, как отнестись к такой строке из биографии служителя культа? н/высшее 1978-Ставропольское летно-штурманское военное авиаучилище

poltora-bobra.livejournal.com

Легенда о беспарашютном десанте . Чёрт побери

По историческим меркам Великая Отечественная война была чуть ли не вчера. Еще и ста лет не прошло с ее начала, еще живы ее участники. И вместе с тем в ее истории полно белых пятен. Многие подвиги считаются легендарными, как не имеющие документального подтверждения. Одна из таких легенд — небывалый авиадесант под Москвой в ноябре 1941, когда бойцы выбрасывались из самолетов без парашютов.

Прорыв

Ноябрь 1941 года, Москва. Не пройдет и месяца, как Красная Армия перейдет в контрнаступление и враг будет отброшен. В тылу уже копятся силы для удара, генералы корпят над картами и планируют будущую успешную операцию. Но все это будет потом, а пока немец давит, идут тяжелейшие бои, то там, то тут рвется оборона и каждый прорыв представляет собой смертельную опасность для столицы.Вылетевший на разведку пилот, вернувшись, принес страшную весть: несколько десятков танков смяли части ополченцев и прорвали фронт на ширине 6 км. Командование этого сектора обороны знает, что никаких воинских частей перед немецкими танкистами до самой Москвы нет. Чтобы организовать оборону необходимо задержать немцев хотя бы на несколько часов. Под руками есть свежий только что прибывший батальон, его срочно доставляют на аэродром.Пока солдаты судачили о своем и готовились к неизбежному бою, комбат в домике начальника аэродрома слушал приказ. Просто, понятно и страшно: вот здесь занять оборону и… погибнуть. Да, таких слов не прозвучало, но комбат не строил иллюзий – в живых останутся единицы, и то если кому повезет.

«Сугробный» десант

«Батальон в нужную точку доставят самолетами, садиться там негде, будет выброска. Вопросы, комбат, есть?» — «Да, у меня бойцы – простые пехотинцы, опыта десантирования не имеют. Нужны несколько инструкторов, чтобы показали бойцам, как обращаться с парашютом». В ответ он услышал: «А парашютов, комбат, нет».Присутствовавший летчик пояснил: самолеты будут идти на самой низкой высоте и минимальной скорости. Вот здесь – противотанковый ров. Самолеты пойдут вдоль рва. Выбрасываться солдаты будут на его склон, удары при приземлении будут скользящими. Слой снега от 2 до 3 метров смягчит падение. Вторым заходом будут выброшены пулеметы, противотанковые ружья, боезапас, провизия. «Еще вопросы есть?» — «Никак нет».Как ставили эту задачу бойцам, какие слова говорили — неизвестно. Но батальон погрузился в полном составе, самолеты взлетели. При выброске погибли более четверти. Вывихи, ушибы считались легкими ранениями. Оставшиеся в живых занимали оборону.Батальон принял на себя удар, остановил врага и в течение суток отразил три атаки. К вечеру от 900 человек осталось менее сотни. Батальон оказался в окружении. Командир выбрал наиболее расторопного бойца и отправил его в тыл с донесением, что приказ выполнен и утром бойцы пойдут на прорыв. Забегая вперед, скажем: они не прорвались.А солдат прошел. Невидимкой прополз он ночью сквозь немецкие порядки и добрался до своих. Ему не поверили. Рассказ о десантировании  без парашютов сочли наглой ложью. Не помогло и донесение, которое сочли липовым. Штрафбатов в 1941 году еще не было и «дезертиру» грозил однозначно расстрел.Но судьба хранила солдата. Командир второго батальона этого полка (комбат-2), узнав, что один из «десантников» выжил, вытащил его. С войны «снежный десантник» вернулся одноногим инвалидом, жил и умер в Подмосковье. Всю оставшуюся жизнь он рассказывал о подвиге своих товарищей, но кто же в такое поверит?

Было или не было?

Эту историю о небывалом Можайском десанте рассказал писатель Юрий Сергеев в своем романе «Княжий остров». Художественное произведение не претендует на документальность, но в этом случае автор уверял, что все описанное им имело место.По словам Сергеева это был полк сибиряков с Алтая. Автор писал,  что беседовал с летчиком одного из самолетов, на котором летели «десантники», встречался с медсестрой из этого полка, что некоторые «десантники» дожили до конца войны, и что в ЦК до сих пор хранится папка с описанием подвига, на которой стоит гриф «Секретно».Дальше – тишина. Ни номера полка, ни точного места, где все произошло, ни одной фамилии. Можно было бы считать все легендой если бы…

Свидетельствуют враги

Немецкий писатель Алькмар Гове в книге «Внимание, парашютисты» (1953г.) утверждал, что зимой 1941/1042 г. под Ельней русские пехотинцы выбрасывались с транспортных самолетов на бреющем полете в глубокий снег. При этом большинство солдат не получали никаких повреждений.Французский историк Жан Мабир («Война в белом аду. Немецкие парашютисты на Восточном фронте 1941 — 1945г.») также писал, что в январе 1942 года под Юхновом «дикие русские» выбрасывались без парашютов в снег с медленно и низко летящих самолетов. Книга написана на основании документов и воспоминаний участников событий.Профессор Хейдте, автор «Парашютные войска во Второй мировой войне» также утверждал, что русские парашютисты весьма успешно применяли десантирование без парашютов с 5-10 метров в глубокий снег. Упоминал об этом Вальтер Швабедиссен («Сталинские соколы: анализ действий советской авиации в 1941-1945г.), ему вторят Кессельринг и Гудериан («Итоги Второй мировой войны. Выводы побежденных»).Значит ли это, что в Красной Армии в экстренных случаях действительно применялся столь экзотический метод выброски? Или гитлеровцы настолько боялись русских, что готовы были поверить во все, что угодно? И возможно ли это было хоть теоретически?Теоретически, да. Десантно-грузовой Г-2 (модифицированный ТБ-3, нес 38 десантников) мог снизить скорость до 70-60 км/ч. Перейдя в посадочный режим, самолет шел в нескольких метрах над землей. И самое важное: вариант беспарашютного десантирования в СССР действительно разрабатывался, еще в 30-х годах.

Кассеты Гроховского

В начале 30-х годов с подачи Тухачевского было создано Особое конструкторское бюро (впоследствии Экспериментальный институт), которое возглавил Павел Гроховский. Разделяя идеи Тухачевского о создании десантных войск, в ОКБ занимались проблемами доставки и воздушной выброски грузов, боевой техники и личного состава. Были разработаны т.н. «кассеты Гроховского» — транспортные контейнеры, крепившиеся под крыльями самолета, в которых размещались грузы, техника.В нужный момент летчик тянул за рычаг, «кассеты» отделялись от самолета и спускались на автоматически раскрываемых парашютах. Был и варианты контейнера для людей, рассчитанные на 8 — 16 десантников (в зависимости от модификации «кассеты»).  Первым, кто десантировался новым способом, был сам изобретатель Павел Гроховский, следующими были чертежница Кулешова и Лидия Гроховская (жена начальника ОКБ).ВВС еще только приценялись к «кассетам», а гражданская авиация уже вовсю их использовала. Там, где самолет не мог сесть (горы, леса, пересеченная местность) грузы выбрасывались «кассетами Гроховского». И именно в «кассетах» пилот В. Молоков вывез 39 из 104 челюскинцев.И вот Гроховскому пришла в голову мысль о десантировании вообще без парашютов. Даже его сотрудники, привыкшие к сумасшедшим идеям начальника, сочли ее абсурдной. Под самолетом подвешивался авиабус – контейнер с колесами, который предполагалось сбрасывать с высоты 2-3 метра. Были изготовлены несколько вариантов: пассажирские, грузовые, металлические, деревянные и зимний вариант – на лыжах.

В присутствии Сталина на Центральном аэродроме были проведены испытания. В полном смысле этого слова рискнули своими жизнями все тот же Гроховский и его заместитель Иван Титов. За штурвал самолета сел Чкалов, который мастерски произвел выброску, только Титов сильно ударился и на некоторое время потерял сознание. Сталин, похвалив разработчиков, однако заметил, что достаточного количества Чкаловых, способных на такой трюк, в стране пока еще нет, и не дал команды на внедрение беспарашютного метода десантирования в РККА.Вполне возможно, что в 1941 году и позже использовались именно «кассеты Гроховского». Возможно, что прыгали просто в снег. То, что такой приказ мог быть отдан, вполне допустимо (отдавались и более страшные приказы). А зимой 1941 года, когда на кону стояла судьба нашей Родины, многие готовы были отдать свои жизни и отдавали их как по приказу, так и без.Так был или не был тот отчаянный можайский десант? Будем надеяться, что архивы рано или поздно ответят нам на этот вопрос и расскажут нам всю правду. Мы все привыкли читать о тайнах Третьего рейха, а кто сказал, что у РККА не было своих тайн?

Клим Подкова

chert-poberi.ru