«Обращение к авторам, чьи стихи я разбираю». Чьи стихи


Чьи стихи хороши? | ПЛУГ

О поэтической книге Ларисы Йоонас «Младенцы безумного града»

В 1833 году замечательный поэт и переводчик Павел Катенин, отвечая на критику Ксенофонта Полевого, писал:

«Но у нас почти нет публики: так она малолюдна; верхний класс общества любит иностранную грамоту, а нижний не знает никакой. С некоторого времени число читающих умножилось, и книгопродавцы пустились в обороты значительные; но что раскупают у них и читают? <…> Эта публика и понятия не имеет об изящном и не любопытствует узнать о нем; и в прениях поэтических не участвует, а если вздумает изредка стихов почитать, то справится в журналах: чьи стихи хороши».

Эти слова, как будто невзначай брошенные более 180 лет назад, довольно актуально звучат и сегодня. Я нарочно начал этот текст с историко-литературной цитаты, чтобы обезопасить себя от разговора, чьи стихи хороши. Подобный спор мне всегда казался бессмысленным и часто безосновательным. Хотя должен честно признаться, что мне лично книга Ларисы Йоонас «Младенцы безумного града» кажется очень неровной. Все эти «За занавеской каланхоэ, а за геранями алоэ…», как и злоупотребление автором церковнославянизмами (тут дело не ограничивается заглавием книги, есть и такие строки, как «и огнь звенит огнем…», «Когда мое приидет время…», «но смейся, брате, все равно» и т. д.), вызывают скорее странное удивление, особенно в контексте преобладаю-щих в сборнике урбанистических тем и колорита Кохтла-Ярве, подкрепленных визуальным рядом. Но не это главное.

В конце концов, процитируем здесь Д. А. Пригова:

Поэт свободен! Сраму он неймет!Что ему ваши нудные страданья!Его Господь где хочет — там пасет!

jo1

Выход поэтической книги — это всегда событие, как минимум для автора и его близкого круга. О последнем стоит сказать отдельно: другой классик московского концептуализма как-то признался, что всегда сознательно ориентируется человек на 15 читателей, и ему важно и интересно не то, как его тексты оценит публика, а то, как на них посмотрят некоторые конкретные люди. Наверное, в этом и заключается суть поэзии: когда написанное для (или про) себя или нескольких человек вдруг становится (или не становится) всеобщим достоянием. Иначе мы будем бесконечно задаваться вопросом, который так эмоционально в стихах, как поэту и положено, поставил Юрген Роосте:

я спрашиваю себя и того типакоторый для заработка моет машиныи у той хорошенькойкрасотки из заграничного культурного институтакоторая импортирует поэтови у гомика-телеведущего в миленьком ночном клубев свете неоновых огнейя звоню в «секс по телефону» ив службу по открыванию замкови спрашиваю зачем нам нужна

поээээээээээээээээээээээээээээзия

слушайте что они мне отвечаютслушайте самиэто уже почти поэзияэто почтидостойно строф марие ундер

и действительнозачем(перевод Михаила Трунина)

Отвлекаясь от музыки стихов, можно сказать: в искусстве вопросы «как?» и «для чего?» важнее, чем «что?» и «почему?». К разговору о том, как возникают стихи, мы и обратимся. Мне хотелось бы показать, как в сборнике Ларисы Йоонас отзывается русская поэзия — и в данном случае неважно даже, сознательно работает автор с богатой поэтической традицией или в нем срабатывает некоторый общепоэтический (или общекультурный) механизм.

В последнем может нас уверить стихотворение, посвященное языку — обязательному объекту поэтической рефлексии:

Язык — это средство коммуникации.Что говорит тобой, когда ты говоришь на своем языке?<…>Но почему это небо, которое там вдалеке,оно по-прежнему ясное только на моем языке,я не слышу других слов, у меня на языкемой язык, заплутавший в моем языке.

jo3

Как видим, с одной стороны, язык — это инструмент, с другой — поэт сам становится орудием языка (или, как сказал в своей нобелевской лекции Иосиф Бродский, «средством языка к продолжению своего существования»). Следом в сборнике возникает тема «дорогих покойников» — так Иван Карамазов иносказательно именовал культурные ценности предшествующих эпох:

Мы их, не читая, закапываем назад.Что там было написано: вы не одни?Любите друг друга? Посмотрите в глаза?Нет, чтобы просто сказать, что за.Или против.Но они немы.И мы — не они.

Действительно, каждый сочинитель привносит свои штрихи в сложное и насыщенное полотно русской поэзии. Например, голубь, появляющийся у Ларисы Йоонас:

А он еще мог лететь над снегамибороздя воздух ногой проникая в холодрукавом раздвигая влагуа внизу бы так и стоялина переходах не в силах сдвинутьсявыдохнуть

Он напоминает о гибнущем высоко в небе ястребе Иосифа Бродского, в то время как на земле символизирующая будущую жизнь «детвора»

выбегает на улицу в пестрых курткахи кричит по-английски «Зима, зима!»

Кохтлаярвеские птицы не гибнут (их даже можно увидеть на фотографии, иллюстрирующей стихотворение), но поэт также связывает с ними и тему бескрайности мира, и тему будущего:

вот будущее кружит у воротперепутанноеперемешанное с настоящимпытается проникнуть в себястать собой

но нет остановка невозможнапока он летит над снегамии снега под ним мертвенно бесконечны.

Стоит отметить, что в книге метрический рифмованный стих перемешан со свободным. Последнее, скорее всего, из-за эстонского влияния: в эстонской поэзии в отличие от русской верлибр — уже давно господствующая стиховая форма. О первом нельзя не думать в связи все с той же русской поэтической традицией. Например, такое стихотворение Ларисы Йоонас:

от дальних станций мир сошел с умаот гладкой тьмы без млечного проборая тайный вор краду себя у ворамне целый мир расплата и тюрьма

чему не быть не миновать не мнесмолчать сказать не искупить утратыраз нет путей зачем мне ваши латыпусть я паду с мишенью на спине

Его можно читать на фоне раннего мандельштамовского, где также появляется тема неминуемой смерти:

От легкой жизни мы сошли с ума:С утра вино, а вечером похмелье.Как удержать напрасное веселье,Румянец твой, о нежная чума? <…>

Мы смерти ждем, как сказочного волка,Но я боюсь, что раньше всех умретТот, у кого тревожно-красный ротИ на глаза спадающая челка.

А вот другое стихотворение Ларисы Йоонас, написанное непривычно длинным восьмистопным хореем с внутренними рифмами, появляющимися на цезуре:

путешествуют и пишут о веселых городахчерепичных рваных крышах блеклых гнездах в проводахо горах огромно черных и любви давно вдалии туда летят все челны на края пустой земли

Надо сказать, что такой размер экзотичен даже для русской поэзии при всей ее любви к метрическому рифмованному стиху. Хотя, например, Саше Черному принадлежит вот такой опыт:

На заборе снег мохнатый толстой грядочкой лежит.Налетели вмиг галчата… Ух, какой серьёзный вид!

Ходят боком вдоль забора, головенки изогнув,И друг дружку скоро-скоро клювом цапают за клюв.

jo4

Вспомнив еще раз кохтлаярвеских голубей, о которых речь шла выше, заметим, что внутренне прорифмованный восьмистопный хорей легко разделяется на четырехстопный — и здесь на память вновь приходит Мандельштам:

Век мой, зверь мой, кто сумеетЗаглянуть в твои зрачкиИ своею кровью склеитДвух столетий позвонки?Кровь-строительница хлещетГорлом из земных вещей,Захребетник лишь трепещетНа пороге новых дней.

Сравним с финалом начинавшегося строкой «путешествуют и пишут о веселых городах» стихотворения Ларисы Йоонас (вертикальными чертами обозначим цезуры):

город мой больной и томный | пахнет дымом и войнойто ли родиной огромной | то ли мачехой роднойкто обнимет приласкает | ядом кожу опоитпыль небесная морская | сардоникс и жадеит.

Находим в поэтической книге и важный для русской поэзии хореический размер — пятистопный. Он интересен прежде всего тем, что в нем отчетливо прослеживается связь ритма и значения. После знаменитого стихотворения Лермонтова «Выхожу один я на дорогу…» указанный размер задает динамическую тему пути (как в прямом, так и в переносном смысле) вместе со статической темой жизни. В этом ряду находятся такие шедевры, как «Вот бреду я вдоль большой дороги» Тютчева, «Мастерица виноватых взоров…» Мандельштама, «Гамлет» («Гул затих, я вышел на подмостки…») Пастернака. Стоит Ларисе Йоонас взяться за пятистопный хорей, и указанные темы и мотивы появляются сами собой (вопрос о ритмических перебоях в некоторых стихах оставим в скобках — читатель сам вправе решить, сознательный это прием или невнимание к поэтической технике):

Ты меня запомнила такую —в ураган и на краю земли,или, может быть, другую,белую и тонкую — вдали,

Или утром на велосипеде,спицами в горячую зарю,или в сумеречном свете,выгоревшем к ноябрю,

Или день остановившейу твоих испуганных дверей,время сделавшей потишеили побыстрей.

Приведенные параллели из произвольно выбранных стихов, разумеется, не исчерпывают всего содержания поэтической книги. В данном случае мне представлялось важным показать, насколько для читателя «сладок узнаванья миг», и как автор, взявшийся писать стихи, возможно, сам того не желая, становится частью гулко и разнообразно звучащего поэтического хора. Он, как и положено, умолкает на последней странице — но только для того, чтобы вновь возродиться в следующих стихах. Или, словами Ларисы Йоонас:

до августа, где полный и густойвесь в сполохах и влаге ошалелойон налетит полночный черно-белыйи нас пронзит, и мы ослепнем снова,и замолчим до слова, до полслова,до зяблика за утренней звездой,до радуги над дышащей водой.

читать на эту же тему

plug.ee

Чьи стихи? - Тусовка

Интересно, кто-нибудь отгадает кому эти стихи пренадлежат? ЛУНЕ Плыви, как прежде, неустанно Над скрытой тучами землей, Своим серебряным сияньем Развей тумана мрак густой. К земле, раскинувшейся сонно, С улыбкой нежною склонись, Пой колыбельную Казбеку, Чьи льды к тебе стремятся ввысь. Но твердо знай, кто был однажды Повергнут в прах и угнетен, Еще сравняется с Мтацминдой, Своей надеждой окрылен. Сияй на темном небосводе, Лучами бледными играй, И, как бывало, ровным светом Ты озари мне отчий край. Я грудь свою тебе раскрою, Навстречу руку протяну, И снова с трепетом душевным Увижу светлую луну. Посвящается Рафаэлу Эристави Когда крестьянской горькой долей, Певец, ты тронут был до слез, С тех пор немало жгучей боли Тебе увидеть привелось. Когда ты ликовал, взволнован Величием своей страны, Твои звучали песни, словно Лились с небесной вышины. Когда, отчизной вдохновленный, Заветных струн касался ты, То, словно юноша влюбленный, Ей посвящал свои мечты. С тех пор с народом воедино Ты связан узами любви, И в сердце каждого грузина Ты памятник воздвиг себе. Певца отчизны труд упорный Награда увенчать должна: Уже пустило семя корни, Теперь ты жатву пожинай. Не зря народ тебя прославил, Перешагнешь ты грань веков, И пусть подобных Эристави Страна моя растит сынов. * * * Ходил он от дома к дому, Стучась у чужих дверей, Со старым дубовым пандури, С нехитрою песней своей. А в песне его, а в песне - Как солнечный блеск чиста, Звучала великая правда, Возвышенная мечта. Сердца, превращенные в камень, Заставить биться сумел, У многих будил он разум, Дремавший в глубокой тьме. Но вместо величья славы Люди его земли Отверженному отраву В чаше преподнесли. Сказали ему: "Проклятый, Пей, осуши до дна ... И песня твоя чужда нам, И правда твоя не нужна!" * * * Когда луна своим сияньем Вдруг озаряет мир земной И свет ее над дальней гранью Играет бледной синевой, Когда над рощею в лазури Рокочут трели соловья И нежный голос саламури Звучит свободно, не таясь, Когда, утихнув на мгновенье, Вновь зазвенят в горах ключи И ветра нежным дуновеньем Разбужен темный лес в ночи, Когда, кромешной тьмой томимый, Вновь попадет в свой скорбный край, Когда кромешной тьмой томимый, Увидит солнце невзначай, - Тогда гнетущей душу тучи Развеют сумрачный покров, Надежда голосом могучим Мне сердце пробуждает вновь. Стремится ввысь душа поэта, И сердце бьется неспроста: Я знаю, что надежда эта Благословенна и чиста! УТРО Раскрылся розовый бутон, Прильнул к фиалке голубой, И, легким ветром пробужден, Склонился ландыш над травой. Пел жаворонок в синеве, Взлетая выше облаков, И сладкозвучный соловей Пел детям песню из кустов: "Цвети, о Грузия моя! Пусть мир царит в родном краю! А вы учебою, друзья, Прославьте Родину свою!" В сортире лучше быть юзером, чем админом...

Жизнь такая короткая, потерпите меня еще немного!

foren.germany.ru

Чьи стихи посоветуете почитать?

пишу. темы разные - в основном ни о чем и обо всё сразу, обстановка разная, но чувство одно- необходимость написать. из моего? хм... Желтеющей луны подёрнутый сияньем Сидишь один, совсем один... На сердце та же желтизна,- воспоминанья Да меланхолия, в стакане налит джин.

И отраженье нездорового лица На грани исковеркано стакана, И, кажется, готово с джином слиться И раствориться... Вечер.. Раствориться!

In vino veritas, в нём память тонет А меланхолия всплывает, ещё черней Напоминает о тех делах минувших дней, О тех.. Да.. "Давай, старик, ещё налей...".

Кривляешься на грани, играешь бликом, Смотри, и ты на грани, отраженье, И с губ норовит вдруг сорваться криком, Но нет нельзя, еще глоток, еще мнгновенье.

Запутался, завис в тумане на рассвете Где прошлое, где будущее, где сейчас?! И главное не смочь перешагнуть границу, Что между памятью и сном... и явью.

А кто ты ? Ты туман?!

а любимое назвать очень сложно, но пусть это будет Черный Человек Есенина.

Друг мой, друг мой, Я очень и очень болен. Сам не знаю, откуда взялась эта боль. То ли ветер свистит Над пустым и безлюдным полем, То ль, как рощу в сентябрь, Осыпает мозги алкоголь.

Голова моя машет ушами, Как крыльями птица. Ей на шее ноги Маячить больше невмочь. Черный человек, Черный, черный, Черный человек На кровать ко мне садится, Черный человек Спать не дает мне всю ночь.

Черный человек Водит пальцем по мерзкой книге И, гнусавя надо мной, Как над усопшим монах, Читает мне жизнь Какого-то прохвоста и забулдыги, Нагоняя на душу тоску и страх. Черный человек Черный, черный!

"Слушай, слушай,- Бормочет он мне,- В книге много прекраснейших Мыслей и планов. Этот человек Проживал в стране Самых отвратительных Громил и шарлатанов.

В декабре в той стране Снег до дьявола чист, И метели заводят Веселые прялки. Был человек тот авантюрист, Но самой высокой И лучшей марки.

Был он изящен, К тому ж поэт, Хоть с небольшой, Но ухватистой силою, И какую-то женщину, Сорока с лишним лет, Называл скверной девочкой И своею милою.

Счастье,- говорил он,- Есть ловкость ума и рук. Все неловкие души За несчастных всегда известны. Это ничего, Что много мук Приносят изломанные И лживые жесты.

В грозы, в бури, В житейскую стынь, При тяжелых утратах И когда тебе грустно, Казаться улыбчивым и простым - Самое высшее в мире искусство".

"Черный человек! Ты не смеешь этого! Ты ведь не на службе Живешь водолазовой. Что мне до жизни Скандального поэта. Пожалуйста, другим Читай и рассказывай".

Черный человек Глядит на меня в упор. И глаза покрываются Голубой блевотой,- Словно хочет сказать мне, Что я жулик и вор, Так бесстыдно и нагло Обокравший кого-то. . . . . . . . . . . .

Друг мой, друг мой, Я очень и очень болен. Сам не знаю, откуда взялась эта боль. То ли ветер свистит Над пустым и безлюдным полем, То ль, как рощу в сентябрь, Осыпает мозги алкоголь.

Ночь морозная. Тих покой перекрестка. Я один у окошка, Ни гостя, ни друга не жду. Вся равнина покрыта Сыпучей и мягкой известкой, И деревья, как всадники, Съехались в нашем саду.

Где-то плачет Ночная зловещая птица. Деревянные всадники Сеют копытливый стук. Вот опять этот черный На кресло мое садится, Приподняв свой цилиндр И откинув небрежно сюртук.

"Слушай, слушай! - Хрипит он, смотря мне в лицо, Сам все ближе И ближе клонится.- Я не видел, чтоб кто-нибудь Из подлецов Так ненужно и глупо Страдал бессонницей.

Ах, положим, ошибся! Ведь нынче луна. Что же нужно еще Напоенному дремой мирику? Может, с толстыми ляжками Тайно придет "она", И ты будешь читать Свою дохлую томную лирику?

Ах, люблю я поэтов! Забавный народ. В них всегда нахожу я Историю, сердцу знакомую,- Как прыщавой курсистке Длинноволосый урод Говорит о мирах, Половой истекая истомою.

Не знаю, не помню, В одном селе, Может, в Калуге, А может, в Рязани, Жил мальчик В простой крестьянской семье, Желтоволосый, С голубыми глазами...

И вот стал он взрослым, К тому ж поэт, Хоть с небольшой, Но ухватистой силою, И какую-то женщину, Сорока с лишним лет, Называл скверной девочкой И своею милою"

"Черный человек! Ты прескверный гость. Это слава давно Про тебя разносится". Я взбешен, разъярен, И летит моя трость Прямо к морде его, В переносицу... . . . . . . . . . .

...Месяц умер, Синеет в окошко рассвет. Ах ты, ночь! Что ты, ночь, наковеркала? Я в цилиндре стою. Никого со мной нет. Я один... И разбитое зеркало...

irc.lv

«Обращение к авторам, чьи стихи я разбираю» ~ Поэзия (Стихи, не вошедшие в рубрики)

Я НЕМАЛО ЭТИМ ЗАНИМАЛСЯ В БЫЛЫЕ ГОДЫ (Я НА СТИХИРЕ ПОЧТИ ДЕСЯТЬ ЛЕТ, И ЭТО МОЯ ПЯТАЯ ПО СЧЁТУ СТИХИРСКАЯ СТРАНИЧКА), И, ВРОДЕ, И СЕЙЧАС ЭТИМ ЗАНЯЛСЯ...

И Я ТОГДА НЕКОТОРЫЕ, НАИБОЛЕЕ ИНТЕРЕСНЫЕ РАЗБОРЫ-ПЕРЕПЕВЫ-ЭСПРОМТЫ - ВЫНОСИЛ ОТДЕЛЬНЫМИ ПРОИЗВЕДЕНИЯМИ, ВЫТАСКИВАЯ ИЗ МАЛОПОСЕЩАЕМЫХ "КОММЕНТАРИЕВ" НА СВЕТ БОЖИЙ...

И СЕЙЧАС Я ОПЯТЬ ЭТУ ПРАКТИКУ ВОЗОБНОВЛЯЮ.

И БОЛЕЕ ТОГО, ХОЧУ И НЕКОТОРЫЕ ИЗ СТАРЫХ РАЗБОРОВ СЮДА ПЕРЕНЕСТИ.

СО МНОЙ ТУТ НЕДАВНО СВЯЗАЛСЯ ОДИН ИЗ СТИХИРЦЕВ (НЕ ПЕРВЫЙ - НА ЭТУ ТЕМУ), ПОСОВЕТОВАВ ХОДАТАЙСТВОВАТЬ МОДЕРАЦИИ (И ДАЖЕ ИМЯ НАЗВАЛ НАИБОЛЕЕ ПОДХОДЯЩЕГО ДЛЯ ЭТОГО МОДЕРАТОРА) О ВОССТАНОВЛЕНИИ МОЕЙ СТАРОЙ ПЕРВОЙ СТРАНИЦЫ НА СТИХИРЕ "МУДРОСТЬ БОГАТОГО БЕЗДЕЛЬНИКА" - КОТОРУЮ ОН ТОЛЬКО И ЗНАЛ И ПОМНИЛ (ОН СВЯЗАЛСЯ СО МНОЙ, ОБНАРУЖИВ МОЮ СТРАНИЧКУ НА ДРУГОМ РЕСУРСЕ) - ПОТОМУ ЧТО, КАК ОН ВЫРАЗИЛСЯ - "СИТУАЦИЯ НА СТИХИРЕ ИЗМЕНИЛАСЬ" (КТО В ТЕМЕ, ТОТ ПОНИМАЕТ О ЧЁМ РЕЧЬ - О РАЗОБЛАЧЕНИИ ОДНИХ, И ОБ ИЗГНАНИИ ДРУГИХ - К ЧЕМУ И Я АКТИВНО ПРИЛОЖИЛ РУКУ В СВОЁ ВРЕМЯ)...

НО Я КАК-ТО НЕ ОЧЕНЬ СКЛОНЕН ПОБИРАТЬСЯ И СУТЯЖНИЧАТЬ...

ХОТЯ КОЕ-ЧТО НЕБЕЗИНТЕРЕСНОЕ (А ТАМ БЫЛО БОЛЬШЕ ПОЛУТОРА ТЫСЯЧ ТЕКСТОВ) ПРОПАЛО БЕЗВОЗВРАТНО - В ОСНОВНОМ, КАК РАЗ РАЗБОРЫ И ДИАЛОГИ В "КОММЕНТАРИЯХ"...

(СЕЙЧАС НЕПЛОХАЯ ПОДБОРКА МОИХ СТИХОВ - ДВЕ С ЛИШНИМ ТЫСЯЧИ ТЕКСТОВ - В ТОМ ЧИСЛЕ, И О НЕКОТОРЫХ ОДИОЗНЫХ ФИГУРАХ СТИХИРЫ ПРОШЛЫХ ЛЕТ - РАЗБОРЫ ИХ СТИХОВ, ЕСТЕСТВЕННО - НИЧЕМ ИНЫМ Я НЕ ЗАНИМАЮСЬ, НО ИМЕННО ЭТО ИХ, НЕСПОСОБНЫХ, И БЕСИТ-ТО - В ИЗБЕ-ЧИТАЛЬНЕ)

ПОТОМУ Я РЕШИЛ, ЕСЛИ НАЙДЁТСЯ ВРЕМЯ, ПОПОЛНИТЬ ЭТУ СТРАНИЧКУ ПРОШЛЫМИ СТИХАМИ (ВО ВТОРУЮ ОЧЕРЕДЬ - ПОСЛЕ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ СЮДА МАТЕРИАЛА ИЗ "КОММЕНТАРИЕВ").

А ПОКА - СОБСТВЕННО, ОБРАЩЕНИЕ...

Я, КАК И ТОГДА, ИМЕНА АВТОРОВ, ЧЬИХ СТИХОВ Я КАСАЮСЬ, ПРИВОДИТЬ НЕ СТАНУ (КОМУ ИНТЕРЕСНО - ИХ САМИ СМОГУТ ОПРЕДЕЛИТЬ ЧЕРЕЗ ПОИСКОВЫЕ СИСТЕМЫ).

И ПОТОМУ - ЛЮБЫЕ ПРЕТЕНЗИИ - НАСЧЁТ УПОМИНАНИЯ ТЕКСТА, НАСЧЁТ НЕУПОМИНАНИЯ ИМЕНИ, НАСЧЁТ НЕПОМЕЩЕНИЯ ССЫЛКИ - И ПРОЧИЕ - Я ПРИНИМАЮ БЕЗУСЛОВНО - И ПО ПЕРВОМУ ТРЕБОВАНИЮ СДЕЛАЮ ВСЁ, ЧТО ОТ МЕНЯ ПОТРЕБУЕТ АВТОР ПРИВЕДЁННОГО МНОЙ ТЕКСТА ИЛИ ЦИТАТЫ.

СВОИ ТРЕБОВАНИЯ (В ТОМ ЧИСЛЕ - И ВАШЕ ЗАКОННОЕ ПРАВО - ЛИКВИДИРОВАТЬ ТЕМУ, В КОТОРОЙ ЦИТИРУЮТСЯ ВАШИ ТЕКСТЫ, ПОЛНОСТЬЮ) ВЫ МОЖЕТЕ ПОМЕЩАТЬ В "КОММЕНТАРИЯХ", ИЛИ, ПО БЕЗУСЛОВНО УВАЖАЕМОМУ МНОЙ ПРАВУ НА ПРИВАТНОСТЬ - НАПИСАВ МНЕ НА АДРЕС [email protected]

А ТЕПЕРЬ - К ДЕЛУ...

(ДА, И ПОСЛЕДНЕЕ... Я ОСТАВЛЯЮ ЗА СОБОЙ ПРАВО ПРИВОДИТЬ СВОЮ ПЕРЕПИСКУ В "КОММЕНТАРИЯХ" - В ЛЮБОМ, НУЖНОМ МНЕ ДЛЯ РЕШЕНИЯ МОЕЙ ЗАДАЧИ, ВИДЕ - ПОЛНОСТЬЮ, ЧАСТИЧНО - ИЛИ ВОВСЕ ЕЁ НЕ ДАВАТЬ - И ПРАВО МОИХ СОБЕСЕДНИКОВ - ЕЁ ПОМЕЩАТЬ В "КОММЕНТАРИИ" ТОЖЕ В ЛЮБОМ, НАИБОЛЕЕ ИХ УСТРАИВАЮЩЕМ, ВИДЕ, ЛИБО, ЕСТЕСТВЕННО - ДОПОЛНЯТЬ ПОЯВИВШИМИСЯ ТЕПЕРЬ СООБРАЖЕНИЯМИ. СПАСИБО)

Судьба сверхчеловека

Нет во мне ни капельки печалиДушу не теснят тоска и грусть -Я опять как будто бы вначале -Бестолковый парень. Ну и пусть!

Я не бьюсь, не мучаюсь напрасноУжасом борьбы добра со злом.Жизнь моя как девушка прекрасна, -Гипсовая девушка с веслом.

Чередою праздничных картинокПовернулась жизнь к моей судьбе -Не ебет меня валютный рынокИ давленье в нефтяной трубе.

С первой удивительной попыткиЯ прочел и разгадал во снеТайные слова с цветной открытки.Те, что на обратной стороне.

Нет во мне ни капельки печалиДушу не теснят тоска и грусть -Я опять как будто бы вначале -Бестолковый парень. Ну и пусть!

ПЕРЕЖИВАНИЕ ПЕЧАЛИ, ТОСКИ И ГРУСТИ - КАК РАЗ И ЕСТЬ ПОКАЗАТЕЛЬ БЕСТОЛКОВОСТИ, А НЕ ЕЁ ПРЕВОСХОЖДЕНИЯ, НЕ ИЗ ТОЛКА ОНИ БЕРУТСЯ.

Я не бьюсь, не мучаюсь напрасноУжасом борьбы добра со злом.Жизнь моя как девушка прекрасна, -Гипсовая девушка с веслом.

А ЗАЧЕМ ЖЕ ВЫ ЭТО ПРО СЕБЯ ПИШЕТЕ, С ЧЕМ В СЕБЕ И МИРЕ ВЫ ЭТИМ БОРЕТЕСЬ?

А...ТАК ВЫ И НЕ БОРЕТЕСЬ, ВЫ "ПОЗВОЛЯЕТЕ" (ТЕЧЬ ГРЯЗИ, И ТЕМ НЕ ПОЗВОЛЯЕТЕ БЫТЬ ЧИСТОТЕ):

Чередою праздничных картинокПовернулась жизнь к моей судьбе -Не е**т меня валютный рынокИ давленье в нефтяной трубе.

И ДАЛЬШЕ:

С первой удивительной попыткиЯ прочел и разгадал во снеТайные слова с цветной открытки.Те, что на обратной стороне.

СМЫСЛ ОТКРЫТКИ - НЕ В АДРЕСАХ ОТПРАВИТЕЛЯ И ПОЛУЧАТЕЛЯ - НЕ В "ОБРАТНОЙ" ЕЁ СТОРОНЕ, ТАК ЧТО ФИНАЛ - "НЕ ПРОЗВУЧАЛ" - "СВЕРХЧЕЛОВЕК" НА СВЕТ НЕ ПОЯВИЛСЯ, ВЫ - КАК БЫЛИ МАЛЕНЬКИМ ЧЕЛОВЕЧКОМ С НЕМАЛЕНЬКИМИ АМБИЦИЯМИ - ТАК ИМ И ОСТАЛИСЬ.

И ПО ПРАВИЛУ - "ФИНАЛ ВЫЯВЛЯЕТ СУТЬ (ИСТИННОСТЬ НАМЕРЕНИЙ)" - У ВАС В ФИНАЛЕ ТОРЧИТ И ЕЩЁ ОДНА "БЕЛАЯ НИТКА":

С первой удивительной попытки - ЭТО ЗВУЧАНИЕ РАДИ ЗВУЧАНИЯ - ТО ЕСТЬ "КИМВАЛ ЗВЕНЯЩИЙ" - ПОСКОЛЬКУ "УДИВИТЕЛЬНЫХ" ПОПЫТОК НЕ БЫВАЕТ.

ТАК ЧТО И ЗАМАХ БЫЛ НИКУДЫШНЫМ (НАСЧЁТ ОСМЫСЛЕННОСТИ ВАШЕЙ ЖИЗНИ ВЫ КРУПНО ОШИБЛИСЬ), И ПОЛЁТ ПРОИСХОДИЛ НЕГЛАДКО - ПРИШЛОСЬ ПОХАБЩИНКОЙ ЕГО ПОДДЕРЖАТЬ, И ПОСАДКА БЫЛА ЖЁСТКОЙ И БЕСПОЩАДНОЙ - ПШИКОМ ОБРАТНОЙ СТОРОНЫ КАРТИНКИ.

НУ И ШИКАНУ НАПОСЛЕДОК - ЧТОБЫ НЕ ГОВОРИЛИ, ЧТО Я НЕ ПО АДРЕСУ И НЕ С ТОГО ПОЕЗДА...

СРАВНИТЕ ДВЕ ТРЕТЬИ СТРОКИ - ВАШУ И МОЮ, И СКАЖИТЕ - КАКАЯ УДАЧНЕЕ:

Нет во мне ни капельки печалиДушу не теснят тоска и грусть -Я опять как будто бы вначале -Бестолковый парень. Ну и пусть!

Нет во мне ни капельки печалиДушу не теснят тоска и грусть -И опять Я - ТОТ ЖЕ, ЧТО вначале -Бестолковый парень. Ну и пусть!

***

Разведка

Я расстегну рубахи тесный ворот...Пробившись через ледяные сны,Очнется наконец любимый городИ люди, что дожили до весны.

Откупорены двери на балконыИ нравы по-весеннему легки.Мужчины элегантны, как шпионы, - На всех солнцезащитные очки...

ХА-ХА-ХА...

ОТ "КРАСОТЫ" ДО "КРАСОТЫ" - ПО УХАБАМ И ЗАВАЛАМ?

НАЧАЛ, КАК РУБАХА-ЕСЕНИН, А КОНЧИЛ, КАК "ЭЛЕГАНТНЫЙ" МАГВАЙЕР (ИЛИ КАК ТАМ ЕГО)...

(А ВТОРОЕ ЧЕТВЕРОСТИШЬЕ ПРОВАЛЬНОЕ ПОЛНОСТЬЮ - ОНО "ЗВУЧИТ" - КАК СПУЩЕННЫЙ ВОЗДУШНЫЙ ШАРИК)

Я расстегну БУМАГИ тесный ворот,ПРОЧТУ:

- ЧРЕЗ ледяные сныПРОБИЛСЯ, наконец, любимый городК СОКРОВИЩАМ ВОЛНУЮЩИМ весны.

- Откупорены двери на балконы (ШАМПАНСКОЕ ВЕСЕННЕЕ ЛЕГКО).- ПЕРЕЙДЕНЫ МОРОЗОВ РУБИКОНЫ.

- ГАРСОН, ЕЩЁ МАДАМ КЛИКО!

***

Путешествие

Два костра на другом берегуИ бесшумная черная лодка.Вот немного еще и смогуРазглядеть чей-то контур нечеткий.

Да, я помню. Я видел ужеЭту реку, фонарь над кормой -Их велели запомнить душе,Чтоб смогла возвратиться домой

Два костра на другом берегуИ бесшумная черная лодка.

Два костра - НЕ МНОГОВАТО ЛИ БУДЕТ ДЛЯ ОДНОЙ ЛОДКИ?

ДА И КАК ВЫ РАЗГЛЯДЕЛИ В ТЕМНОТЕ, ЧТО ПРИЧАЛЕННАЯ У ДРУГОГО БЕРЕГА ЛОДКА - ЧЕРНОГО ЦВЕТА, И К ТОМУ ЖЕ - ЧТО ОНА БЕСШУМНА НА ХОДУ?

Вот немного еще и смогуРазглядеть чей-то контур нечеткий.

РАЗГЛЯДЕТЬ КОНТУР - ЗНАЧИТ СДЕЛАТЬ ЕГО ЧЁТКИМ.А НЕЧЁТКОЕ МОЖНО ТОЛЬКО ЗАМЕТИТЬ.

А ЗДЕСЬ НЕ ХВАТАЕТ СЛОГА ДЛЯ ПРОСТОРНОСТИ - ПОСКОЛЬКУ ЗВУЧИТ ЭТО ЖУТКО ОБРЕЗАННО (КАК В "Разведке" - На всех солнцезащитные очки...):

Да, я помню. Я видел ужеЭту реку, фонарь над кормой -Их велели запомнить душе,Чтоб смогла возвратиться домой

ПОТОМУ НАДО СДЕЛАТЬ ТАК:

Да, я помню, ПИСАЛ Я ужеЭту реку, фонарь над кормоЮ...МНОГО ПЕСЕН В МОЁМ БАГАЖЕ,ЧТО ЗОВЁТСЯ В НАРОДЕ СУМОЮ.

И ДАЛЬШЕ:

МНОГО ИХ - КАК НА НЕБЕ СВЕТИЛ.НЕ СЧИТАЮТ ПЕВЦЫ, СКОЛЬКО СПЕЛИ.РОДНИКОВ - БЕЗ ЧИСЛА, НЕ МОГИЛ.БЕСКОНЕЧНО ПЛОДЯТСЯ КУПЕЛИ.

НУ, И ДЛЯ ПОЛНОТЫ КАРТИНЫ - НАДО И НАЧАЛО ПЕРЕПИСАТЬ, ЧТОБЫ В ЦЕЛОМ ВСЁ БЫЛО ЗАКОНЧЕНО:

Два костра на другом берегу -ДВЕ ТАИНСТВЕННЫХ ПОВЕСТИ ЛЕТА.ИХ ЗАБЫТЬ ВСЁ НИКАК НЕ могу -ДОБРОПАМЯТНО СЕРДЦЕ ПОЭТА.

Да, я помню, ПИСАЛ Я ужеЭту реку, фонарь над кормоЮ...МНОГО ПЕСЕН В МОЁМ БАГАЖЕ,ЧТО ЗОВЁТСЯ В НАРОДЕ СУМОЮ.

МНОГО ИХ - КАК НА НЕБЕ СВЕТИЛ,НЕ СЧИТАЮТ ПЕВЦЫ, СКОЛЬКО СПЕЛИ.РОДНИКОВ - БЕЗ ЧИСЛА, НЕ МОГИЛ -БЕСКОНЕЧНО ПЛОДЯТСЯ КУПЕЛИ.

www.chitalnya.ru

Мертвое или немертвое искусство? Чьи стихи читает молодежь | События | КУЛЬТУРА

21 марта во всем мире отмечается день поэзии. Впервые с инициативой учреждения праздника выступила американская поэтесса Теса Уэбб еще в середине 30-х годов XX века.

Эта идея была поддержана на 30 сессии конференции ЮНЕСКО. Первый всемирный день поэзии прошел в Париже в 1999 году. Обосновало ЮНЕСКО свое решение так: «Поэзия может стать ответом на самые острые и глубокие духовные вопросы современного человека — но для этого необходимо привлечь к ней как можно более широкое общественное внимание».

Считается, что самые древние стихотворения в мире были написаны еще в далеком 23 веке до нашей эры жрицей и аккадской принцессой Энхедуанной. Она писала о лунном боге Нанне и его дочери, богине утренней звезды Инанне.

Уильяма Шекспира по праву считают самым известным поэтом в мире. Самый известный из древнегреческих – Гомер, а самый знаменитый русский поэт, конечно – Александр Сергеевич Пушкин. Что читает нынешняя молодежь (читает ли) и как, по их мнению, будет развиваться поэзия в будущем, узнал корреспондент «АиФ Оренбург».

Надежда Богданова, 10 класс:

«Не сказать, что я сильно люблю поэзию, но есть несколько любимых стихотворений. Стихи читаю, но не часто, так, под настроение, если грустно и хочется поплакать. Очень нравятся стихотворения Тютчева, Тургенева, Цветаевой и некоторые стихотворения Есенина. Малоизвестных поэтов практически не знаю, только если своего двоюродного брата. Несильно увлекаюсь этой темой, поэтому не могу сказать, пишут сейчас лучше или хуже, но, думаю, есть талантливые ребята и в наше время. Мне бы хотелось, чтобы поэзия развивалась в будущем».

Данила Сексясов, 1 курс:

«Считаю, что поэзия – «мертвое» направление искусства, но все же пытаюсь его реинкарнировать во что-то более масштабное с помощью музыки. Периодически перечитываю стихи, либо читаю взахлеб новых для себя поэтов, о которых ранее не знал. Особенно нравятся Бурлюк, Хармс, Введенский, люблю Маяковского и Блока. Кого-то из этих постоянно читаю, кого-то редко. Проблема в том, что сейчас каждый может сесть, написать какую-нибудь ерунду и обозваться поэтом. Достойные стихотворения как иголка в стоге сена, поэтому придерживаюсь мнения, что поэзия - низшая ступень творчества в современном мире. Столько раз успел в этом разочароваться, кругом стихи на заказ или о природе и родине, о чем уже написано не раз и гораздо лучше. Раньше поэты вкладывали душу, сейчас таких крайне мало. Но, как и везде, есть исключения, которые мне нравятся – люди, отдающие себя делу полностью, достойны уважения. Что будет дальше, зависит от нас. Все в наших «перах».

Светлана Повалишева, 5 курс:

«Я искренне восхищаюсь людьми, которые готовы творить и выносить это за пределы своей комнаты. С удовольствием читаю стихи, потому что они дарят тебе новые ощущения, новые эмоции, новые мысли. Особенно нравятся Бродский, Маяковский, Ханс Берли, одно стихотворение Есенина; читаю практически всех, но мало кого перечитываю, исключения- Виктор Пелевин, Вера Полозкова, Замятин. С современными поэтами я знакома, и я не могу ответить - что одни лучше, а другие хуже.

Каждый в каком-то стихотворении находит что-то свое, близкое, и не важно когда оно было написано в ХХ веке или 2018 году. Сейчас очень много авторов, которые пишут непонятно о чем, и даже им самим неизвестном, но поэзия не умрет, пока хоть кто-то занимается поэзией».

Рустам Ильясов, 10 класс:

«К поэзии отношусь хорошо. Стихи читаю редко, так как часто не понимаю их смысла, да и любимых поэтов нет. Нахожу красивыми некоторые стихотворения, но не люблю перечитывать. Из поэтов знаю только музыкантов, которые пишут стихи. С современными направлениями не знаком».

Лия Латыпова, 4 курс:

«К поэзии отношусь хорошо, мне нравится, но чаще всего слышу ее в музыке, песнях. Стихи читаю не всегда, но периодически: они выражает красоту и глубину чувств. Из любимых поэтов – Есенин, Асадов, Цветаева, Пушкин, Маяковский. Из более современных поэтов знаю… Евгения Сою, Соломонову, Ах Астахову. Наверное, потом их оценят, но сейчас мне не очень нравится, не мастера слова.  Для искусства не свойственны понятия «хуже», «лучше», как будет дальше – увидим, все возможно».

Кирилл Хмеленко, 11 класс:

«Как и к любому виду искусства к поэзии отношусь с уважением. Читаю, чтобы набраться опыта, разделить переживания или просто ради удовольствия. Среди поэтов фаворитов нет, могу прочесть самых разных, так как не сильно разбираюсь в них, в жанрах тоже. Могу назвать самые известные имена, но все и так их знают. Это, прежде всего, классики, современными не интересуюсь, об оренбургских мало что известно. Я думаю, что поэзия останется на века, не зря у нее так много последователей».

Одни перестали верить в светлое будущее поэзии, а другие все еще надеются на новый взлет. Повторится ли золотой век вновь, остается только гадать, но современные веяния можно наблюдать уже сейчас. В последнее время авторы все чаще читают свои стихи, используя при этом музыкальное сопровождение. Молодой публикой это воспринимается лучше, нежели привычное звучание. Появляются новые рифмы, новые поэтические формы и течения, формируются литературные объединения – значит, есть интерес к поэтическому творчеству и еще не раз  читатели почувствуют, как пронзают их «души прекрасные порывы».

www.oren.aif.ru