Авиабросок на Берлин: как наши бомбили столицу рейха. Бомбардировка берлина советской авиацией в 1941 году


Первые воздушные налеты Советской авиации на Берлин. 1941 г. » Военное обозрение

Полковник П.Н. Преображенский с экипажем своего корабля

В ответ на начало массированных воздушных налетов немецко-фашистской авиации на Москву Ставка Верховного Командования приняла решение приступить к бомбардировке столицы фашистской Германии – г. Берлина. Инициаторами этой идеи выступили Народный комиссар ВМФ СССР адмирал Н.Г. Кузнецов и генерал-лейтенант авиации С.Ф. Жаворонков. Ставка согласилась с их мнением, и в результате детальной проработки вопроса выбор пал на 1-й минно-торпедный авиационный полк (мтап) 8-й авиабригады ВВС Краснознаменного Балтийского флота (КБФ) под командованием полковника Е.Н. Преображенского.

Подготовка бомбардировщика к боевому вылету

Он лично возглавил особую группу, собранную из всех пяти авиационных эскадрилий первого полка, которая в начале августа 1941 г. перебазировалась на один из четырех самых больших островов Моонзундского архипелага – о. Саарему (Эзель, Моонзундский архипелаг).

С аэродрома Кагул (о. Эзель), который к тому времени располагался в тылу противника, тактический радиус дальних бомбардировщиков ДБ-3ф обеспечивал возможность нанесения ударов с воздуха по Берлину. Но столицу фашистской Германии можно было достичь не только с учетом предельного радиуса действия самолетов 1-го мтап, но и при условии выполнения полета только в ночное время суток и в основном над водной поверхностью[1].

После первого пробного разведывательного полета с острова по маршруту группы из пяти ДБ-3ф под командованием капитана А.Я. Ефремова было принято окончательное решение на бомбардировку столицы Третьего рейха.

Вечером 7 августа один за другим взлетели тринадцать максимально груженных крылатых машин. Флагманом шел Е.Н. Преображенский, вторую группу вел В.А. Гречишников, третью возглавлял А.Я. Ефремов. По маршруту шли на высоте 7 км, температура за бортом была отрицательная, стекла кабин и очки шлемофонов членов летных экипажей обмерзали, периодически пользовались аварийными кислородными приборами.

В историческом вылете над Берлином побывало пять самолетов полка, остальные экипажи отбомбились по Штеттину. О неожиданности действий морских авиаторов говорит тот факт, что наутро немецкие радиостанции сообщили в эфир о попытке 150-ти самолетов Великобритании прорваться к Берлину.

Экипаж бомбардировщика ДБ-3

Англичане ответили так: «Германское сообщение о бомбежке Берлина загадочно, так как в ночь с 7 на 8 августа английская авиация со своих аэродромов не поднималась ввиду неблагоприятных метеоусловий»[2].

После первого налета на Берлин появился приказ Наркома обороны СССР (И.В. Сталина) от 8 августа 1941 г. № 0265: «В ночь с 7 на 8 августа группа самолетов Балтийского флота произвела разведывательный полет в Германию и бомбила город Берлин. 5 самолетов сбросили бомбы над центром Берлина, а остальные на предместья города»[3].

Реакция германского командования на первую бомбардировку советской морской авиацией Берлина была следующая: «Дополнением к директиве ОКВ № 34 от 12 августа 1941 года, подписанной начальником штаба верховного главнокомандования вооруженных сил Германии фельдмаршалом Кейтелем, штабу группы армий «Север» предписывалось: «Как только позволит обстановка, следует совместными усилиями соединений сухопутных войск, авиации и военно-морского флота ликвидировать военно-морские базы противника на островах Даго и Эзель. При этом особенно важно уничтожить вражеские аэродромы, с которых осуществляются воздушные налеты на Берлин. Координация проведения подготовительных мероприятий поручается командованию сухопутных войск»[4].

В дальнейшем морские летчики продолжили воздушные бомбардировки столицы третьего рейха. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 августа 1941 г. наиболее отличившиеся летчики: полковник Е.Н. Преображенский, капитаны В.А. Гречишников, А.Я. Ефремов, М.Н. Плоткин и штурман флагманского экипажа капитан П.И. Хохлов были удостоены звания Героя Советского Союза. Многие представители летно-технического состава 1-го минно-торпедного авиаполка были удостоены высоких государственных наград.

Всего балтийскими летчиками на столицу Германии было совершено восемь налетов, последний из которых состоялся в ночь на 4 сентября 1941 года. Авиационная группа выполнила 86 самолетовылетов, при этом 33 самолета (что составило 38%) дошли до цели и бомбили Берлин. Остальные самолеты по разным причинам нанесли бомбовые удары по запасным целям – Штеттину, Кольбергу, Мемелю, Виндаме, Данцигу, Либаве[5]. В результате налетов в Берлине было зарегистрировано 32 очага пожара. За период бомбовых ударов по Берлину наши потери авиагруппы полковника Е.Н. Преображенского составили 18 самолетов и 7 экипажей[6].

Первый воздушный налет дальнебомбардировочной авиации на Берлин в ночь с 10 на 11 августа 1941 года

Помимо авиации КБФ столицу фашистской Германии бомбила 81-я авиационная дивизия дальнего действия (аддд)[7]. Она была сформирована в соответствии с приказом Наркома обороны СССР № 0052 от 15 июля 1941 г. (основание – решение Государственного Комитета Обороны СССР от 14 июля 1941 г.)[8].

Ее командиром стал один из первых Героев Советского Союза комбриг М.В. Водопьянов. Дивизия включала в свой состав: управление, 432-й и 433-й авиационные полки.

В составе каждого полка предусматривалось иметь по 5 эскадрилий тяжелых бомбардировщиков ТБ-7 (Пе-8) в составе трех кораблей каждая, одну эскадрилью истребителей охраны типа Як-1 или ЛаГГ-3 в составе 10 самолетов и батальон аэродромного обслуживания.

На формирование управления 81-й авиационной дивизии и 432-го авиа­ционного полка были обращены личный состав и материальная часть недавно сформированного 412-го тяжелобомбардировочного авиационного полка (тбап) на ТБ-7[9]. Командиром полка назначен один из опытнейших пилотов дальней авиации полковник В.И. Лебедев.

81-я дивизия, обладая особым статусом в Военно-воздушных силах, непосредственно подчинялась командующему ВВС Красной армии генерал-лейтенанту авиации П.Ф. Жигареву. Вопросы ее боевого применения находились в компетенции Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина. По его распоряжению, в качестве ответной меры за массированные налеты люфтваффе на Москву, дальняя авиация (вслед за 1-м минно-торпедным авиационным полком 8-й авиабригады ВВС КБФ) должна была подвергнуть бомбардировке военные объекты столицы третьего рейха.

В первой декаде августа 1941 г. командование ВВС доложило в Ставку Верховного Главнокомандующего (СВГК) о полной готовности дивизии к боевой работе по Берлину. По личному указанию И.В. Сталина в ночь с 8 на 9 августа было подготовлено специальное распоряжение Государственного Комитета Обороны (ГКО): «Т-щу Водопьянову. Обязать 81-ю авиадивизию во главе с командиром дивизии т. Водопьяновым с 9.VIII на 10.VIII или в один из следующих дней, в зависимости от условий погоды, произвести налет на Берлин. При налете кроме фугасных бомб обязательно сбросить на Берлин также зажигательные бомбы малого и большого калибра. В случае если моторы начнут сдавать по пути на Берлин, иметь в качестве запасной цели для бомбежки г. Кёнигсберг. И. Сталин 8.8.41»[10].

На основании этого документа командующий ВВС Красной армии П.Ф. Жигарев издал соответствующий приказ. Одновременно штабом ВВС совместно с 5-м управлением Главного управления ВВС (авиации дальнего действия) были разработаны боевые задания 81-й аддд по обеспечению пролета и возвращения бомбардировщиков через линию фронта.

Удар по столице фашистской Германии, вслед за ВВС КБФ, должны были наносить экипажи 432-го (на ТБ-7) и 433-го (на Ер-2) дальнебомбардировочных полков (дбап) 81-й авиадивизии.

Для выполнения боевой задачи первоначально были задействованы 12 ТБ-7 и 28 Ер-2. 10 августа самолеты перелетели на военный аэродром «подскока» г. Пушкин (28 км южнее Ленинграда). После очередной технической ревизии состояния машин количество отобранных бомбардировщиков уменьшилось до 10 ТБ-7 (выбор пал только на дизельные машины) и 16 Ер-2, составившие основу 1-й и 2-й эскадрилий 432-го дальнебомбардировочного полка (приказ командующего ВВС № 0010 от 9 августа 1941 г.). Примерно 8 »еров» были включены в состав «оперативной группы» того же авиаполка под командованием заместителя командира полка капитана А.Г. Степанова.

Общее руководство организацией первого налета дальнебомбардировочной авиации (ДБА) на Берлин было возложено на командующего ВВС Красной армии генерал-лейтенанта авиации П.Ф. Жигарева, непосредственное командование авиагруппой бомбардировщиков – на комбрига М.В. Водопьянова.

В 18.00 10 августа экипажи эскадрилий были собраны для постановки задачи (аэродром г. Пушкин). Генерал П.Ф. Жигарев зачитал обращение Верховного Главнокомандующего к личному составу дивизии, одновременно был отдан приказ иметь на каждом воздушном корабле максимальный боекомплект и полную заправку топливных баков. Основу боеприпасов составляли фугасные (ФАБ-100, -250, -500, -1000), зажигательные (ЗАБ-50) и ротационно-рассеивающие (РРАБ-3) авиабомбы.

Крайняя ограниченность по времени, и строжайшая секретность планируемого мероприятия исключили возможность своевременного доведения до руководства Северной зоны ПВО и противовоздушной обороны Краснознаменного Балтфлота сведений о предстоящем полете наших самолетов. Это обстоятельство сыграло над участниками налета на Берлин злую шутку. Подавляющее большинство личного состава подразделений зенитной артиллерии и экипажей истребительной авиации не были знакомы с силуэтами ТБ-7 и Ер-2, что позволяло принимать их за вражеские бомбардировщики.

ТБ-7 в полете

Вследствие возникших технических проблем на Берлин ушло лишь 10 бомбардировщиков (7 ТБ-7 и 3 Ер-2), до цели долетели 7 тяжелых самолетов. Итоги боевой работы экипажей дальнебомбардировочной авиации отражены в таблице.

Список кораблей 81-й аддд, вылетавших на боевое задание10 августа 1941 г. [11]

При налете ТБ-7 на район Берлина было сброшено 20 ФАБ-250, 3 ФАБ-500 и 3 РРАБ-3, Ер-2 – около 20 ФАБ-100.

Бомбардировка объектов Берлина

12 августа на страницах газеты «Красная звезда» появилась оптимисти­ческая заметка под названием «Налет советских самолетов на район Берлина» с соответствующим текстом: «В ночь с 10 на 11 августа имел место новый налет советских самолетов на военные объекты в районе Берлина. Сброшены зажигательные и фугасные бомбы большой силы. В Берлине вспыхнули большие пожары и наблюдались серьезные взрывы. Все наши самолеты вернулись на свои базы, за исключением одного самолета, который разыскивается»[12]. Представленная советской общественности информация была далека от истины, но пропаганда в условиях войны работала по своим законам жанра. Истинное положение дел оказалось под грифом «совершенно секретно».

Результаты первого воздушного налета на Берлин дальнебомбардировочной авиацией были отражены в специальном приказе Наркома обороны СССР № 0071 от 17 августа 1941 г. «О результатах и недостатках в организации налета 81-й авиадивизии на район Берлина»[13]. В целом, воздушная бомбардировка военных объектов столицы нацистской Германии была признана успешной. За личное участие в налете Нарком обороны объявил благодарность комбригу М.В. Водопьянову, командирам воздушных кораблей: А.А. Курбану, М.М. Угрюмову, А.И. Панфилову, В.Д. Видному (Бидному), Б.А. Кубышко и всему личному составу экипажей.

Отдельные участники (летчики и бортмеханики) первого воздушного налета дальней авиации на Берлин удостаивались правительственных наград. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 августа 1941 г. были награждены: орденом Красного Знамени – подполковник А.А. Курбан; майоры Г.М. Молчанов, М.М. Угрюмов; капитаны Э.К. Пусэп, А.Г. Степанов; старшие лейтенанты А.П. Бурилин, М.И. Антипов; лейтенанты В.М. Малинин, Б.А. Кубышко, А.И. Панфилов; А.Х. Ковалев; орденом Красной Звезды – капитаны Ж.С. Сагдиев, Г.Н. Федоровский; воентехник 1-го ранга А.Г. Гаинутдинов[14].

В то же время последовали кадровые решения. Своих должностей лишились: комбриг М.В. Водопьянов (отсутствие достаточных командных навыков и опыта в организаторской работе, необходимой в командовании соединениями) и начальник штаба 81-й авиадивизии полковник И.Н. Лышенко (не справился с должностными обязанностями). Новым комдивом был назначен полковник А.Е. Голованов (бывший командир 212-го авиаполка), начальником штаба – подполковник Н.И. Ильин.

В процессе подготовки и выполнения полета был выявлен ряд существенных недостатков, потребовавший принятия незамедлительных мер. Полки авиадивизии были пополнены тяжелыми бомбардировщиками ТБ-7 с моторами АМ-35 и АМ-35А, самолетами Ер-2 с моторами АМ-37 и самолетами ДБ-3 с дополнительными баками для организации полетов в глубокий тыл противника.

Последующие налеты на столицу третьего рейха были более тщательно спланированы и заранее согласованы с руководством Северной зоной ПВО и КБФ.

Несмотря на сложности в организации первого налета, дальнебомбардировочная авиация до 5 сентября 1941 г. произвела 10 налетов на Берлин и другие города Германии: Кенигсберг, Штеттин, Данциг и Свинемюнде, сбросив на них 21,5 тонны бомб.

[1] Герасимов В.Л. Воздушные удары по Берлину морскими авиаторами Балтики // Бомбардировки Берлина и других городов Германии советской авиацией в 1941 году / Материалы работы круглого стола 15 ноября 2011 г. М., 2012. С. 7.

[2] Алексин В.И. Мы бомбили столицу «третьего рейха» в 41-м // Независимое военное обозрение, 1998. № 32.

[3] Герасимов В.Л. Советские морские летчики первыми потушили огни Берлина // Военно-исторический журнал, 2001. № 8. С. 26.

[4] Виноградов Ю.А. Под крыльями – Берлин. М.: ТЕРРА - Книжный клуб, 2005. С. 180 – 181.

[5] Герасимов В.Л. Воздушные удары по Берлину морскими авиаторами Балтики. С. 11.

[6] Боевая деятельность авиации ВМФ в Великой Отечественной войне Советского Союза 1941 – 1945 гг.: Ч. 2. Военно-воздушные силы Краснознаменного Балтийского флота в Великой Отечественной войне. М.: Воениздат, 1963. С. 120.

[7] Кожевников М.Н. Командование и штаб ВВС Советской Армии в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг. М.: Издательство «Наука», 1978. С. 57.

[8] Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 4. Оп 11. Д. 62. Л. 226 – 227.

[9] Приказ НКО СССР № 0052 от 15 июля 1941 г. «О сформировании 81-й авиационной дивизии дальнего действия» (п. 3).

[10] Октябрь, 1970. № 5. С. 173 – 174.

[11] Использована таблица из книги Медведь А., Хазанов Д. Дальний бомбардировщик Ер-2. «Самолет несбывшихся надежд». М.: Яуза, Эксмо, 2012 с некоторыми авторскими доработками.

[12] Красная звезда, 1941. 12 августа. С. 2.

[13] РГВА. Ф. 4. Оп. 11. Д. 62. Л. 303 – 304.

[14] Красная звезда, 1941. 21 августа. С. 1.

topwar.ru

Бомбёжка советской авиацией Берлина в августе 1941-го / Назад в СССР / Back in USSR

В начале августа 1941 года Гитлер впервые отчитывал Геринга как провинившегося мальчишку. Рейхсминистру авиации возражать было нечего, его уверения, что ни одна бомба не упадет на столицу Рейха, оказались не более чем бравадой. Советские летчики заставили берлинцев почувствовать ужас ночных бомбежек, показав, что возмездие неотвратимо. Удары по Берлину наносили летчики авиации Балтийского флота. Любопытно, что идея бомбежек столицы Германии родилась, как говорится, и снизу, и сверху. В двадцатых числах июля её впервые высказал адмиралу Н.Г. Кузнецову командующий авиацией ВМФ генерал-лейтенант С.Ф. Жаворонков. 26 июля Кузнецов с предложением о бомбардировках Берлина был у Сталина. Уже на следующий день было принято решение поручить нанесение ударов дальней авиации Балтфлота, так как только с её аэродрома на острове Сааремаа можно было достичь столицы Германии. 30 июля Жаворонков прилетел на Балтику в 1-й минно-торпедный авиаполк, которым командовал полковник Е.Н. Преображенский. Именно этому полку решили поручить нанесение ударов возмездия по Берлину. К удивлению Жаворонкова, после его слов об ответственном задании Ставки, командование полка сразу же представило карту предполагаемого маршрута, расчеты и список из 36 экипажей, предварительно отобранных для этой операции. Оказалось, что идея нанесения ударов по Берлину родилась и у командования полка, уже подготовившего все необходимые расчеты. Такая инициатива летчиков значительно ускорила подготовку к операции. Уже 4 августа группа самолетов полка перелетела на остров Сааремаа и приступила к подготовке налетов на Берлин. Стоит отметить, что остров к этому времени находился практически в тылу фашистских войск, к тому же его аэродром Кагул предназначался для базирования истребителей и имел 1300-метровую земляную взлетно-посадочную полосу, чего было явно маловато для тяжелых бомбардировщиков ДБ-3Ф. Но выбирать было не из чего, поэтому ставку делали на мастерство экипажей. А мастерство от летчиков и на самом деле требовалось немалое, им предстояло взлетать с короткой земляной полосы, имея на внешней подвеске почти по тонне бомб. Любая ошибка грозила гибелью самолета и экипажа. Уже вечером 6 августа экипажи первой группы бомбардировщиков получили боевую задачу. Вести группу поручили командиру полка. Нам теперь трудно представить, какое воодушевление испытывали те, кому поручили нанесение первого удара, встретившие боевой приказ криками ура, что явно противоречило уставу. Летчики поклялись любой ценой задачу выполнить. И свою клятву сдержали. Маршрут был сложен и на пределе возможностей самолетов. Лететь предстояло над морем, затем с поворотом на юг над Германией до Штеттина, а от него уже на Берлин. Длина маршрута в одну сторону составляла около 900 километров. Ошибаться нельзя. Всего 15-20 лишних минут полета, и самолетам не хватит топлива для возвращения на свой аэродром. Самолеты ДБ-3Ф (в 1942 г. их переименовали в Ил-4) грузоподъемны (до тонны), но тихоходны, поэтому вылететь решили в 21 час, чтобы вернуться с восходом солнца в районе 4 часов утра. День прошел в усиленной подготовке, и вечером 7 августа тринадцать загруженных бомбами ФАБ-100 и листовками самолетов взяли курс на Берлин. Полет проходил более, чем успешно. Германская ПВО явно не ожидала такой наглости от советских летчиков, поэтому не обращала на них внимания, принимая за свои самолеты. Правда, до Берлина смогли долететь не все. К столице Рейха вышли пять самолетов, остальные вынуждены были отбомбиться по Штеттину, служившему морским портом Берлина, где их тоже не ожидали. Берлин предстал перед нашими летчиками в море огней, были видны идущие по улицам машины и трамваи, составы на вокзалах, самолеты на аэродромах. Столица Рейха была уверена в своей безнаказанности, а зря. На центр города посыпались бомбы. Вспыхнули первые для Берлина пожары, взвыли сирены ПВО, город погрузился во тьму, в небо устремились лучи прожекторов, стали взрываться снаряды зениток. Но было уже поздно, бомбардировщики легли на обратный курс. Успех был впечатляющий, самолеты не только нанесли удар по Берлину и Штеттину, вызвав пожары и панику, но и все вернулись на свой аэродром. Руководство Германии не могло поверить, что их столицу бомбили русские, даже листовки не убеждали. Немецкие радиостанции сообщили, что ночью была попытка прорыва к Берлину 150 английских самолетов, которую, естественно, успешно отбили. Только несколько самолетов смогли прорваться к столице, из них шесть было сбито, они-то и вызвали пожары. Советское Информбюро 8 августа известило, что наша авиация успешно бомбила Берлин, что с ликованием было встречено в стране, подобные сообщения тогда были нужны как воздух. В этот же день вышел приказ наркома обороны № 0265, который отредактировал Сталин: «В ночь с 7 на 8 августа 1941 года группа самолетов Балтийского флота произвела разведывательный полет в Германию и бомбила город Берлин. 5 самолетов сбросили бомбы над центром Берлина, а остальные на предместья города. Объявляю благодарность личному составу самолетов, участвовавших в полете, и выхожу с ходатайством в Президиум Верховного Совета СССР о награждении отличившихся. ...» Последовали новые налеты, они стали намного труднее, ведь теперь наши самолеты в Германии ждали. Последний вылет был совершен 4 сентября. Всего летчики Балтфлота совершили 86 вылетов, 33 самолета бомбили Берлин, сбросив на него 21 тонну бомб, 37 самолетов не смогли выйти к столице Германии и нанесли удары по другим городам, 16 самолетов по различным причинам были вынуждены прервать полет и вернуться на аэродром. Во время осуществления налетов полк потерял 18 самолетов и 7 экипажей, причем, два самолета и один экипаж погибли на аэродроме, когда пытались взлететь с 1000-килограммовой и двумя 500-килограммовыми бомбами на внешних подвесках. Больше подобных экспериментов не проводили и взлетали со 100 и 250-килограммовыми бомбами. На немецкие города были сброшены и 34 агитбомбы с листовками. Естественно, что подвиг летчиков был по достоинству отмечен. Уже 13 августа вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении первым четырем летчикам полковнику Е.Н. Преображенскому, капитанам В.А. Гречишникову, М.Н. Плоткину, А.Я. Ефремову и штурману флагманского экипажа капитану П.И. Хохлову званий Героя Советского Союза. Орденами Ленина были награждены 13 человек, Красного Знамени и Красной Звезды – 55 человек. В сентябре героями стали еще 5 человек, многие получили ордена и медали. В то время ни один полк не получал за месяц столько наград, причем заслуженных.Е.Н. Преображенский Фотография 1942 года. После окончания налетов на Берлин полк продолжал успешно воевать, в 1942 году стал гвардейским, в 1944 награжден орденом Красного Знамени, в 1945 получил почетное наименование «Клайпедский». Полк по праву считался «геройским» – 32 Героя Советского Союза, из них 22 получили это почетное звание в своем полку, а 10 (2 дважды), когда воевали уже в других частях, в основном переведенные на повышение.

back-in-ussr.com

как наши бомбили столицу рейха

Советская армия дошла до Берлина в победном 45-м, однако наши летчики бомбили немецкую столицу уже на начальном этапе войны. В августе-сентябре 41-го, в ответ на бомбардировки Москвы, и ровно через год — в 42-м. «Защищать Россию» вспоминает, как это было.

Удар «разгромленной авиации»

В июне–июле 1941 года советские силы с огромными потерями отступали вглубь страны.

В эйфории побед Германия обещала закончить «блицкриг» на востоке в считанные недели, а Геббельс и Геринг на фоне больших потерь военно-воздушных сил Красной армии заявляли, что советская авиация разгромлена, и на столицу рейха никогда не упадет ни одна бомба.

Однако в ночь на 8 августа 1941-го на живущий мирной жизнью Берлин был совершен налет. Наутро немецкое информбюро сообщило, что 15 самолетам английской авиации удалось достигнуть Берлина и сбросить некоторое количество фугасных бомб, бомбардировкой повреждены здания, имеются жертвы, немецкие ночные истребители и бомбардировщики сбили шесть самолетов противника.

Английская же пресса в ответ на «интересное и загадочное сообщение о бомбежке Берлина» писала, что английская авиация в ночь с 7 на 8 августа налета на столицу Германии не совершала.

Немцам пришлось признать, что в ту ночь именно самолеты «разгромленной советской авиации» заставили содрогнуться многомиллионный город.

Подготовка бомб ФАБ-100 к подвеске на самолет
Ударом на удар

В конце июля 1941 года в ответ на бомбардировки Москвы немецкой авиацией, советские летчики готовились нанести удар по Берлину. Выбор пал на летчиков 1-гоминно-торпедного авиационного полка 8-й авиабригады ВВС Балтийского флота. Для авиаброска, по предложению наркома ВМФ адмирала Николая Кузнецова, решили использовать аэродром Кагул на острове Эзель(Сааремаа) — самая западная на тот момент точка суши, контролировавшаяся советскими войсками, но уже оказавшаяся в тылу у быстро продвигавшихся гитлеровских войск.

В операции планировалось использовать дальние бомбардировщики ДБ-3, Ил-4, ТБ-7 и Ер-2, которые, с учетом предельного радиуса действия, могли совершить авиабросок до Берлина и обратно.

Вскоре Военный совет Балтийского флота получил приказ подобрать 15 экипажей 1-гоминно-торпедного полка и к 10.00 2 августа перебазировать их на Эзель.

Из книги Николая Кузнецова «Курсом к победе»

Для усиления группы морских летчиков на остров прибыли две эскадрильи 22-го авиаполка из 20 Ил-4 под командованием заместителя командира полка майора Василия Щелкунова и командира эскадрильи капитана Василия Тихонова.

С 3 по 6 августа длилась подготовка: удлинение взлетно-посадочной полосы на острове, пробные вылеты и разведка, а вечером 6 августа экипажи первой ударной группы получили боевое задание.

Эскадрилья советских бомбардировщиков ДБ-3А готовится к вылету
Бомбардировки Берлина в 1941-м

В состав группы вошли 15 экипажей морской авиации на бомбардировщиках ДБ-3. 7 августа в 21:00 самолеты поднялись в воздух и взяли курс на Берлин. Маршрут длиной 1756 км, из которых 1400 км — над морем, проходил по прямой: остров Эзель (Сааремаа) — Свинемюнде — Штеттин — Берлин. Полет предстояло совершить над территорией, занятой немцами, — задача и так сложная, к тому же для соблюдения строжайшей секретности истребители авиагруппу не сопровождали.

Северной границы Германии летчики достигли через три часа. Пролетая над ее территорией, наши самолеты неоднократно обнаруживали с немецких наблюдательных постов, но гитлеровская ПВО огня не открывала.

Смелость и разумный риск, основанный на точном расчете, оправдали себя. Немцы не ожидали такой дерзости. Во время подхода наших самолетов к цели они сигналами с земли запрашивали: что за машины, куда летят? Считая, что сбились с пути свои, летчикам предлагали сесть на один из ближайших аэродромов.

Загипнотизированные геббельсовской пропагандой, дежурные наблюдательных постов не допускали даже мысли, что над их головой могут появиться советские самолеты.

Из книги Николая Кузнецова «Курсом к победе»

В ту ночь над Берлином побывало пять из 15 самолетов во главе с Евгением Преображенским. Остальные отбомбились по берлинскому предместью и городу-порту Штеттину.

Полковник Преображенский (слева) и штурман Хохлов

На рассвете 8 августа авиагруппа в полном составе вернулась на базу. В дальнейшем для вылетов использовался аэродром города Пушкин под Ленинградом, а вылеты совершали в том числе и летчики Дальней авиации. Однако давшая слабину во время первой бомбардировки вражеская ПВО теперь была готова к новым ударам.

Теперь противник встречал наши самолеты ожесточенным огнем, едва они пересекали береговую черту, а вокруг Берлина действовала сложная система противовоздушной обороны. Каждый раз приходилось разрабатывать особую тактику. Выручала по-прежнему большая высота. Выше 7 тысяч метров нашим бомбардировщикам уже не так были страшны ночные истребители со специальными мощными фарами, не так был страшен и огонь зениток.

Из книги Николая Кузнецова «Курсом к победе»

Несмотря на мощную защиту, никто из пилотов не спасовал перед лицом смертельной опасности. Летчик Алексей Цыкин в своей книге «Краткий очерк истории Дальней Авиации» вспоминал об августовских вылетах: «Зенитные орудия молчали, но прощупывали небо прожекторы. Ярко светила луна. Когда с первых самолетов посыпались тяжелые бомбы, ПВО пришла в движение. Зенитки вели ураганный огонь, разрывы снарядов испятнали небо на различных высотах, кругом шарили лучи сотен прожекторов. Но ни один советский экипаж не свернул с курса. Бомбы сброшены в цель».

Последний в 1941 году авиабросок на столицу рейха советские летчики совершили 5 сентября. После того, как немцы заняли Таллинн, использовать аэродром на острове стало невозможно. За десять налетов на Берлин было сброшено 311 бомб и зарегистрировано 32 пожара.

Налеты советской авиации в 1942-м

Почти через год Сталин вновь поставил задачу нанести удар по Берлину, приурочив операцию к годовщине нападения Германии на Советский Союз, 22 июня 1942-го. Командующий авиацией дальнего действия (АДД) Александр Голованов сумел перенести задачу на конец августа. Причины были весомые: в двадцатых числах июня самые короткие и светлые ночи, то есть значительные расстояния летчикам предстоит преодолевать в светлое время суток — а это дополнительный риск. Сталин согласился. Операция началась в конце августа 1942-го и продолжалась до середины сентября.

Ил-4 на аэродроме города Пушкин

В ту тяжкую пору почти все воздушные силы были брошены на Сталинградскую оборонительную операцию. (…) Казалось, не было задачи более важной, чем это. Но командующий АДД, помня требования Сталина и свою перед ним „задолженность“, отсек от сталинградских задач немногим более двухсот отборных экипажей и направил их на Берлин, Будапешт, Бухарест, Варшаву, Штеттин, Кенигсберг, Данциг.

Из книги Василия Решетникова «Что было — то было»

Использовали базовые аэродромы, а для наиболее дальних целей — прифронтовые аэродромы подскока.

Первый удар АДД нанесла в ночь на 27 августа 1942 года. Действуя в сложных метеоусловиях по военно-промышленным объектам в Берлине, сообщали наши газеты, там было вызвано 9 очагов пожара, а Данциге — также 9, в Кенигсберге 10 очагов, сопровождавшихся взрывами.

Из книги Василия Решетникова «Что было — то было»

Налеты 41-го и 42-го годов хоть и не повлияли существенно на ход боевых действий, имели сильный моральный и психологический эффект. Кроме того, гитлеровцы были вынуждены организовывать более мощную систему ПВО, снимая с Восточного фронта значительные силы артиллерии и авиации.

defendingrussia.ru