Вооружен и неопасен: Получат ли граждане России право на огнестрельное оружие. Легализация кно пистолетов в россии новости 2018 года


В Совете Федерации готовится закон об обязательном страховании для владельцев оружия

Сенатор Антон Беляков подготовил законопроект об обязательном страховании ответственности при приобретении оружия.

В России необходимо менять законодательство в сфере оборота оружия, заявил в интервью Федеральному агентству новостей сенатор Антон Беляков. Им уже подготовлен законопроект об обязательном страховании ответственности при приобретении оружия.

«Необходимо законодательно обеспечить гражданам реальное право на защиту себя и окружающих. Сейчас крайне сложно защитить себя, не нарушая закон, — говорит он. — Инструкторы на курсах пугают людей: купи травмат, спрячь его и не доставай, а то сядешь. Защищающий себя и других человек не должен нести за это ответственность!»

Выступая за смягчение одних положений закона об оружии, Беляков требует ужесточение других. В частности, он ратует за усиления контроля за оборотом оружия. И отдельно — за введение страховки.

«Есть же в ОСАГО условие об ответственности водителя, который на своей машине поцарапает чужой автомобиль. Вот так же и владелец оружия должен нести ответственность, — считает он. — Подобное есть в законодательстве некоторых стран». 

Напомним, в разных странах законодательная база, касающаяся оборота т.н. гражданского оружия, значительно отличается. Понятие «гражданское оружие» включает не только огнестрельное, однако именно оно, как правило, становится объектом наиболее острых дискуссий.

Обычно, обсуждая тему доступности оружия для населения, принято говорить о США. Однако в этой стране, после множества случаев его применения психически неуравновешенными людьми, все больше говорится о необходимости ужесточения законодательства.

В России тоже участились дискуссии на тему того, что принятый в 1996 году закон об оружии [Федеральный Закон от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии», — прим. ФАН], а также ряд статей УК РФ морально устарели и нуждаются в серьезных поправках.

Активисты, выступающие за легализацию гражданского оружия, приводят свои аргументы. По их мнению, право на оружие (именно так, «Право на оружие», и называется одно из движений) — это неотъемлемое право свободного человека. Ведь оружие есть у преступников, а обычный гражданин лишен возможности защищать свою жизнь, жизнь близких, а также имущество. Наиболее крайние из них настаивают на том, чтобы любое оружие было доступно всем без каких бы то ни было ограничений.

Умеренные полагают, что в России назрела актуальность легализации короткоствольного оружия, то есть пистолетов. Их оппоненты, в числе которых — представители Росгвардии, говорят о том, что из-за многих случаев неадекватного и необоснованного применения гражданского оружия необходимо ужесточение закона об оружии.

Доходит даже до необходимости запрета оборота травматического оружия и получения разрешения на пневматику. К травматам у правоохранительных органов вопросы возникли практически сразу после их разрешения в 2004 году.

Дело в том, что без прохождения специальных курсов обычный человек в стрессовой ситуации часто бывает не в состоянии его применить. Кроме того, условия, выдвигаемые законом к владельцами травматов, по сути, делают невозможным их нормальное, легальное использование по назначению. При этом травматы часто идут в ход при так называемых «дорожных разборках», их также нередко используют в состоянии алкогольного опьянения и т.д. Причем не по назначению — гораздо чаще.

«Мы должны дать возможность законопослушным гражданам, имеющим на легальной основе травматическое или охотничье оружие, использовать его. То есть дать им право защищать себя, своих близких и людей, находящихся в заведомо беспомощном положении», — уверен Беляков.

По его словам, речь идет о таких обстоятельствах, как, например, защита принципа «мой дом — моя крепость». Если человек находится дома, а некие злоумышленники выламывают дверь, разбивают окно и, проникая на его территорию, угрожают ему, он не должен ждать, исходя из теперешнего законодательства, пока наступит обстоятельство, напрямую угрожающее его жизни.

«Человек заведомо находится дома, к нему заведомо незаконно проникают, заведомо угрожают. Сегодня, исходя из судебной практики, человек, если его душат или режут ножом, может защитить себя, только поняв, что его душат насмерть, а не пугают. В такой ситуации человек должен иметь право использовать оружие — травматическое, холодное, газовое, огнестрельное, любое оружие, чтобы защитить себя», — уверен сенатор.

По его словам, в некоторых странах эти нормы не ограничиваются жильем. Например, это может быть машина. Человек закрылся в автомобиле, кто-то разбивает стекло и хочет что-то похитить или начинает ему угрожать — налицо проникновение на его территорию, сопровождающееся физической угрозой, считает Беляков. Вполне достаточный аргумент для правоохранительных органов и суда, чтобы защищающий себя человек был оправдан.

«Мы с моими единомышленниками стараемся поддерживать людей, которые были обвинены в подобных ситуациях, — рассказал сенатор. — Чтобы вы представляли себе масштаб бедствия — почти 800 человек за прошлый год  были осуждены судом за то, что они защищали себя, за превышение пределов необходимой самообороны.

Почти все случаи были резонансные, рассказывает Антон Беляков, и в ряде ситуаций общественному мнению удалось повлиять на позицию Фемиды. Часто получается отыграть, но, главным образом, за счет опять же общественного мнения и резонанса в СМИ.

По мнению члена комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Франца Клинцевича смягчающие изменения в законодательство в ближайшее время внесены не будут. В стране «и с охотничьим оружием пока достаточно проблем», заявил он ФАН.

Вместе с тем со стороны любителей оружия, а таких в России довольно много, раздаются голоса за незначительные послабления в данной сфере. Обозреватель портала WarHead Юрий Данилов в беседе с ФАН выразил уверенность, что российская Фемида все же пойдет на некоторые уступки. По его словам, с одной стороны в ближайшее время стоит ожидать разрешения снаряжения патронов к нарезному оружию [изготовление патронов в домашних условиях, — прим ФАН].

«Собственно, эта послабляющая поправка уже принята в первом четнии, второе-третье в Думе отложены. Росгвардия просит отложить вступление поправок до сентября 2018 года, — рассказал эксперт. —  С другой стороны, та же Росгвардия настаивает на регистрации даже пневматического оружия».

По словам Данилова, пакет из 15 поправок в «Закон об оружии» был не так давно внесен от концерна «Калашников», в первую очередь концерн требует вывести винтовки-мелкашки из категории нарезного оружия. Предлагается также увеличение емкости магазинов для нарезного и гладкоствольного оружия.

По мнению эксперта, во избежание «вечной путаницы» необходимо также четко прописать в законе определение «спортивного оружия». Еще одно назревшее изменение, по его словам, снижение ценза на приобретение нарезного оружия. Сейчас для того, чтобы купить винтовку или карабин, необходимо 5 лет владеть ружьем. Необходимо снижать этот срок, поскольку он тормозит развитие рынка нарезного оружия, так как его мало покупают.

В одном все эксперты сошлись. Вряд ли стоит ждать каких-либо послаблений, даже незначительных, в вопросах владения оружием до начала «домашнего» Чемпионата мира по футболу — 2018. Ограничения же, наоборот, вполне возможны. 

riafan.ru

Получат ли граждане России право на огнестрельное оружие

Фото: www.globallookpress.com

Статистика давно доказала, чем лучше вооружены законопослушные граждане, тем меньше в стране насильственных преступлений. Но в России пока не хотят верить опыту

Автор:Фоменко Виктория

Россия оказалась на пороге важных изменений, которые могут вывести отношения между гражданами и государством на новый уровень. Связано это с поправками к закону об оружии, которые подготовлены концерном «Калашников» и, вероятно, вскоре будут внесены на рассмотрение Госдумы.

Пока оружейники не предлагают существенно менять российское законодательство. Речь идет лишь об отмене самых неадекватных и архаичных ограничений, попортивших заинтересованным в личном оружии гражданам России – не представителям криминала, а именно законопослушным гражданам – немало крови.

Тем не менее, реализация этих предложений не только позволит сделать закон адекватнее, но, возможно, поможет переломить тренд, в рамках которого государство воспринимает вооруженных граждан если не как врагов, то как потенциальную опасность, а потому с упорством, достойным лучшего применения, закручивает гайки и перекрывает им кислород.

Оружие и здравый смысл

В целом предложения концерна направлены на оживление российского оружейного рынка и увеличение продаж. Значительная их часть нацелена на то, чтобы сделать оружие более популярным и отчасти более доступным.

Так, предлагается снизить стаж владения гладкоствольным оружием, необходимый для приобретения нарезных стволов, с пяти до трех лет; увеличить с 5 до 10 число единиц оружия, разрешенного к хранению по одной лицензии, исключив из их числа винтовки калибра 22 ЛР. Винтовки и карабины этого калибра вообще предлагается продавать без стажа, фактически приравняв к гладкоствольному оружию.

Фото: www.globallookpress.com

Также «Калашников» советует отменить ограничения на рекламу гражданского оружия в СМИ.

Попутно оружейники высказались за отмену запрета на магазины емкостью свыше 10 патронов, и – вишенка на торте: предложили сделать практическую стрельбу официальным видом спорта.

Если концерну удастся продавить последний пункт, граждане получат возможность покупать нормальные пистолеты, а не их изуродованные «травматические» копии. Это еще далеко не право на ношение короткоствола, но уже возможность хранить дома нормальное оружие и ездить с ним на стрельбище. Пока такой возможности граждане лишены в принципе.

При этом в поправках ничего не говорится об упрощении получения лицензии – той самой «либерализации» оружейного законодательства, которой так любят спекулировать демагоги и представители запретительных органов. Мол, напродают стволов всяким наркоманам, и все друг друга перестреляют. Нет, контроль за получением лицензий планируется оставить на том же уровне. А вот возможности граждан после получения «зеленки» расширятся весьма значительно.

Ложка дегтя

Есть, однако, в предложениях «Калашникова» и неприятные моменты, очевидно, продиктованные желанием срубить деньжат с охотников и стрелков.

Например, не очень понятно, что подразумевается под предложением лицензировать чистку и смазку оружия. При буквальном исполнении этого правила может получиться так, что стрелкам запретят самостоятельно обслуживать свои стволы, обязав их обращаться в сервисные центры и мастерские. Это, конечно, бред, но когда такая мелочь мешала принятию закона в России? Возможно, это предложение является своеобразной закладкой под будущее обязательство для стрелков проходить дополнительное обучение, естественно – за отдельную плату.

Фото: www.globallookpress.com

Не исключено и то, что, следуя правилам альтернативной логики, власти и законодатели отвергнут все здравые предложения концерна, но согласятся на лицензирование чистки ружей. Что ж, как говорят американцы, shit happens. Тем более, что пока российская оружейная общественность особого героизма в отстаивании своих прав и интересов не проявила.

От Уругвая до Молдавии

Между тем мировой опыт однозначно свидетельствует, что чем сильнее вооружены законопослушные граждане, тем меньше совершается в стране насильственных преступлений. И наоборот: там, где власти всячески постарались граждан разоружить, криминал всегда поднимает голову.

По данным ООН, из 28 стран мира, где на сотню жителей приходится более 20 легальных единиц оружия, только в Панаме и Уругвае совершается больше пяти убийств на 100 тысяч жителей. В остальных этот показатель стабильно ниже трех. Для сравнения, по итогам 2017 года в России на 100 тысяч приходится около 6,5 убийств, а в СССР – стране с тотально разоруженным населением – и вовсе около десятка убийств на 100 тысяч.

Один из мировых лидеров по вооруженности населения – Соединенные Штаты. По данным американских источников, число легальных пистолетов и винтовок на руках у граждан с 1996 по 2013 год выросло с 242 до 357 миллионов единиц. При этом количество насильственных преступлений в стране за те же годы сократилось с 7,3 до 4,7 случаев на 100 тысяч.

Американский опыт интересен еще и потому, что там нет единой политики в отношении оружия. Есть штаты и города, где рядовому гражданину просто невозможно купить ни пистолета, ни даже охотничьей двустволки. В других же штатах жители могут приобретать что угодно и в любых количествах. А законодательство Флориды запрещает властям собирать и хранить даже информацию о том, какое оружие и сколько имеют граждане.

Фото: www.globallookpress.com

Показательно, что уровень насильственных преступлений неизменно оказывается ниже в штатах, где обычные люди имеют возможность носить пистолеты. Практически все «шутинги» - массовые расстрелы людей в учебных заведениях и общественных местах – происходят в так называемых «фри ганз зонах», то есть на территориях, куда законопослушным гражданам запрещено приходить вооруженными.

Не менее интересен опыт Восточной Европы, где легализация короткоствольного оружия позволила сбить волну уличной преступности в 90-е годы. Сейчас в Эстонии и Чехии граждане имеют право покупать пистолеты с 15 лет, в Болгарии долгое время можно было приобретать автоматическое оружие (запрет был введен лишь в 2007-м), а в Молдавии разрешено владеть 9-мм пистолетами. В результате уровень убийств во всех этих странах не превышает 3 случаев на 100 тысяч жителей.

Эти данные полезны тем, что выбивают почву из-под ног любителей порассуждать о том, что «только на Западе, в цивилизованных странах, оружие не причиняет вреда». А согражданам, мол, его доверять никак нельзя: перестреляют друг друга уже на следующий день. С чего бы, скажите, русским проявлять большую дикость, чем эстонцы и молдаване?

Примечательно, что любители заявлений о «неготовности» нашего общества к легализации короткоствола частенько сами имеют наградные и табельные пистолеты, а некоторые еще и пользуются услугами вооруженных секьюрити.

Российская специфика

Вообще, тема приведения оружейного законодательства в адекватное состояние в России очень сильно загажена пропагандистскими штампами и враньем – про «агрессивность» русских, их «повальное» пьянство и отсутствие культуры. Между тем, криминальная статистика свидетельствует о прямо противоположном – исключительной законопослушности российских владельцев оружия. В преступлениях используется всего одна сотая процента легальных ружей и пистолетов. В среднем ежегодно возбуждается около полутысячи уголовных дел, большая часть которых приходится на случаи браконьерства. Некоторые связаны с самообороной, которая в России, как известно, подсудное дело.

Фото: D1974 / Shutterstock.com

Проблема России в другом: малое количество владельцев оружия имеет следствием их полное бессилие перед самодурством законодателей и чиновников. Чего, например, стоит намерение депутатов обязать владельцев оружия носить специальные жилеты и опознавательные значки. В России оружием владеют менее 8 миллионов человек, в США – от 60 до 80 миллионов. Национальная стрелковая ассоциация (NRA) насчитывает около 5 миллионов активных членов. Понятно, что с таким количеством людей, да еще объединенных в организацию – большинство политиков связываться не рискуют. В России же депутаты-самодуры считают долгом вытирать о стрелков ноги.

Оборот рынка в России тоже не способствует появлению эффективного лобби. Ежегодно в стране продается от 30 до 40 тысяч новых стволов. Это далеко не те масштабы, ради которых бизнес начнет влиять ни чиновников федерального уровня. Да и нет у нас такого бизнеса. Долгое время рынок гражданского оружия в России контролировали государственные предприятия, которые, естественно, не могли спорить ни с правительством, ни с МВД. Частичная приватизация концерна «Калашников» немного улучшила ситуацию, но до американских кондиций нашим оружейникам еще очень далеко.

Налево пойдешь – в Британию попадешь, направо – в Швейцарию

Есть мнение, что оружие является символом свободы. Это не совсем так. Оружие – не символ, а неотъемлемая часть гражданского общества. Это хорошо видно на примере той же Европы. Учредители ЕС отчетливо делятся на две категории: это страны, сохранившие демократию и уважение к своим гражданам, и государства, манипулирующие своим населением.

К первой группе относятся Австрия, Финляндия и Швейцария. Последняя, к слову, является еще и самой вооруженной страной Европы – и одной из наиболее безопасных в мире.

Лидеры другой группы – Франция и Великобритания, давно превратившиеся в рассадники мультикультурализма и толерантности, притом в худшем смысле этих слов. Обе страны старательно ограничивают возможности граждан иметь оружие; особых успехов в этом добилось островное королевство.

Британцы не имеют права покупать пистолеты. Приобретение ружей до крайности усложнено. Более того, даже ношение ножей, независимо от длины лезвия, объявлено вне закона.

Фото: www.globallookpress.com

Если в США действует правило «Мой дом – моя крепость», то в UK законной считается лишь самооборона по принципу «Беги, пока можешь». Сопротивление грабителям и насильникам, даже угроза муляжом оружия или кухонным ножом – верный способ отправиться за решетку на три-четыре года.

Решить проблему уличной преступности власти королевства пытаются с помощью тотальной системы слежки и жесточайших наказаний за ношение запрещенных предметов. Однако вместо безопасного демилитаризованного общества британцы получили мутирующую преступность, которая непрерывно приспосабливается к новым и новым запретам. С пистолетов бандиты перешли на ножи, затем из-за ножевых ограничений начали применять подручные инструменты. В конце нулевых в моду вошло использование серной кислоты, получаемой преступниками из бытовой химии. В 2014-м полиция зафиксировала в Лондоне 166 кислотных нападений, а в 2016-м их число увеличилось до 454. Раскрываемость этих преступлений колеблется около отметки в 26%.

Другой бандитской модой стали псы бойцовских пород. Члены уличных банд натаскивают питбулей и стаффордширских терьеров на людей, накачивают собак стероидами и даже затачивают их клыки напильниками. Полицейские отмечают, что такие собаки применимы для любых насильственных преступлений, будь то рэкет, убийство или запугивание перед изнасилованием. При этом Британия как была, так и осталась западноевропейским лидером по количеству убийств.

Бойцовая собака. Фото: www.globallookpress.com

Россия сейчас находится в промежуточном положении. Страна может пойти как по пути Швейцарии и Австрии, так и стать на скользкую дорожку, проложенную британцами. При этом и в Думе, и в правоохранительных органах немало тех, кто по глупости или ради личной выгоды толкает Россию именно на этот путь.

Остается только надеяться, что нарождающееся оружейное лобби совместно с ответственными гражданами сумеют не допустить такого развития событий. Так что, с почином, дорогой «Калашников». Ваше дело правое, осталось только победить.

Вместо послесловия

Автор данного материала является сугубо ангажированной особой, которая уже пять лет владеет и травматическим пистолетом, и помповым дробовиком, и принципиально убеждена, что обладание оружием – это не прихоть, а акт гражданского долга и проявление глубокого патриотизма.

Оставьте email и получайте интересные статьи на почту

*

Подписаться

Ссылки по теме:

Оставить комментарий

05 Июля 12:45Национальный приоритет или саботаж решений президента? Проблемы Дальнего Востока усугубляются 05 Июля 13:30Tesla на повороте обходят китайцы из Baidu

tsargrad.tv

СМИ: Кто стал бенефициаром от того, что закон об оружии не ужесточен?

Москва, 5 марта 2018, 15:58 — REGNUM  «За последние 5 лет количество преступлений, совершённых с применением оружия, находящегося в легальном обороте (зарегистрированного в полиции), выросло в два раза. При этом его количество у населения снижается.

В обществе значительно вырос спрос на законодательные изменения, которые бы осложнили попадание легального гражданского оружия в недобросовестные руки. И граждане, как отмечают эксперты, снова оказались обманутыми в своих ожиданиях. С 1 января 2018 года в России вступили в силу поправки в закон «Об оружии». Принятию этих изменений предшествовала широкая общественная кампания. В рамках нее законодатели, а также представители исполнительных органов власти, главным образом — представители силовых структур, и различные общественные организации озвучивали свои инициативы. Согласно этим данным, россияне должны были получить большую безопасность и снижение угрозы попасть под обстрел от рук неадекватных обладателей оружия.

Дело за Росгвардией

Большая работа была проведена специалистами Росгвардии — ведомство подготовило законопроект, ужесточающий контроль за владельцами оружия, а также новый регламент в сфере оборота гражданского оружия. Эксперты связывали появление законодательных инициатив Росгвардии с всплеском в последние месяцы преступлений с применением оружия в стране.

Проект Росгвардии, в частности, предполагал появление в законе нового определения — «ограничения действий для владельцев огнестрельного оружия ограниченного поражения» (ОООП). К ним относят пистолет, револьвер, огнестрельное бесствольное устройство отечественного производства с патронами травматического действия, патронами газового действия и патронами светозвукового действия.

Кроме того, предлагалось запретить ношение данного типа оружия гражданам в состоянии алкогольного опьянения.

Помимо этого Росгвардия предлагала установить запрет на продажу и дарение списанного оружия гражданам РФ, не имеющим лицензии на его коллекционирование. Этот пункт был предложен в связи с тем, что ранее это не требовало лицензирования в правоохранительных органах.

Самым же революционным предложением Росгвардии в законодательстве оборота гражданского оружия юристы назвали идею узаконить право гвардейцев получать медицинскую информацию о состоянии владельца того или иного оружия (но только c письменного разрешении самого гражданина). Авторы инициативы рассудили, что силовики на протяжении всего действия лицензии должны быть в курсе адекватности вооруженного гражданина — не стал ли человек алкоголиком, наркоманом или психически больным.

Обратная сторона закона

Впрочем, принятая редакция закона «Об оружии» свидетельствует о том, что представители отрасли также не сидели без дела и подготовили собственные поправки. Очевидно, что любые ужесточения в области лицензирования, разрешений на оружие, контроля над оборотом и собственниками оружия, ведут к сужению рынка, снижению спроса и, соответственно, к снижению прибыли легальных торговцев. Иными словами, все предлагаемые инициативы Росгвардии в этой сфере могут представлять интерес для безоружных граждан, но некоторым образом вредят представителям отрасли.

В итоге, вступившие в этом году в силу поправки к закону привели не ужесточению, а напротив, к некоторой либерализации оборота оружия. Все изменения касаются лишь коллекционного, антикварного оружия, обладание которым теперь упростилось и которое можно иметь в любом количестве.

Что ждать?

Сравнение новой и предыдущей редакции закона «Об оружии» публикуютразличные правовые ресурсы, о нововведениях подробно рассказывают популярные видеоблогеры. И никто уже не вспоминает, что cтатья 6 Закона («Ограничения, устанавливаемые на оборот гражданского и служебного оружия) не претерпела изменений. В принятых поправках не появилось данных об усилении контроля.

Главными бенефициарами от непринятия новых, более строгих условий лицензирования и контроля над оборотом оружия являются крупнейшие оружейные торговые площадки. От их имени в разработке поправок к закону «Об оружии» наиболее активно выступал исполнительный директор «Международная Ассоциация Пользователей, Изготовителей и Продавцов Оружия» (МАПИПО) Михаил Хубутия. Он также является одним из наиболее заметных представителей продавцов гражданского оружия, в том числе владельцем розничной сети «Кольчуга» и другими профильными структурами.

Видеорепортаж из Общественной палаты, где в сентябре прошлого года обсуждались изменения в закон об обороте оружия, отчасти позволяет понять те механизмы, которые влияют на принятие решений. В своем трехминутном выступлении Михаил Хубутия, отмечают эксперты, не высказался по существу о внесении изменений в редакцию закона «Об оружии», сведя выступление к благодарностям и похвалам в адрес некоторых участников мероприятия и формулировке незначительных процедурных вопросов. Однако он успел проговориться, что очередную редакцию законопроекта от имени Росгвардии готовил именно он: «Последнюю редакцию [поправок в закон «Об оружии»] мы под руководством Росгвардии выдали». У некоторых представителей экспертов и общественников сложилось мнение, что не все было так просто при работе над законом.

По данным ряда источников, Михаил Хубутия и сам не скрывает того, что его участие в разработке документа позволило предотвратить принятие невыгодного для него закона. В итоге встает вопрос: неужели повышение безопасности населения могло быть поставлено под угрозу из-за лоббирования оружейного бизнеса?».

regnum.ru

Право на оружие

  • В связи с проведением чемпионата мира по футболу в России запрещен оборот гражданского и служебного оружия и патронов к нему.
  • По данным Фонда "Общественное мнение", 82% россиян выступают против свободной продажи оружия, а 16% респондентов купили бы себе оружие.
  • Российская власть против свободной продажи оружия: она боится вооружения граждан в силу политических причин.
  • Следствие и суды почти не применяют норму о необходимой обороне в отношении людей, защищавших свою жизнь или жизнь близких с оружием в руках.
  • Российское законодательство в области владения оружием и его применения несовершенно и нуждается в изменении.

Марьяна Торочешникова: В России в связи с проведением чемпионата мира по футболу запрещен оборот гражданского и служебного оружия и патронов к нему. Под запрет попадают торговля, ношение, транспортировка, передача, ввоз и вывоз оружия и патронов из страны. Запрет распространяется не только на огнестрельное охотничье и спортивное оружие, но и на пневматику, а также оружие самообороны, включая газовые баллончики и электрошокеры. Этот запрет будет действовать в 11 регионах страны с 25 мая по 25 июля 2018 года.

​Полная видеоверсия программы

Возможность применения оружия в мирной жизни – пожалуй, одна из самых острых тем для обсуждения в современном обществе. "Право на ношение оружия – это наше право на самозащиту", – говорят сторонники легализации в России короткоствольного огнестрельного оружия. "Только дайте такое право – и люди начнут палить друг в друга без разбора", – возражают их оппоненты.

Корреспондент: Сегодня в России при наличии лицензии можно купить оружие самообороны, спортивное, охотничье и сигнальное оружие. Короткоствольное оружие, то есть пистолеты, покупать запрещено, но сторонники его легализации говорят, что именно пистолеты могли бы помочь избежать многих преступлений.

Геннадий Гудков, политик: Я первоначально был против, потому что прекрасно понимал, что безопасность – это вопрос государства. Если государство способно его решить (а оно обязано это сделать), то никакое вооружение, в общем-то, не требуется.

Но в 2010 году на всех этих планах и надеждах поставили жирный крест. Было заявлено о том, что реформа всей правоохранительной системы если и будет проводиться, то только сверху и в интересах силовой бюрократии. "Блестяще" проведенная реформа лишний раз убедила меня в то, что наши граждане, к сожалению, должны взять заботу о своей безопасности в свои руки.

Корреспондент: Противники возражают: чем больше оружия на руках, тем больше убийств мы будем наблюдать.

Сергей Удальцов

Сергей Удальцов, координатор "Левого фронта": Если мы, по аналогии с Соединенными Штатами и Европой, хотим получить десятки, сотни этих стрелков, которые будут в неадекватном состоянии отстреливать своих коллег по работе, сокурсников и соучеников в школах, то давайте, конечно, легализуем – и мы будем каждую неделю получать вот такие ужасные трагедии.

Я не так давно освободился из мест лишения свободы, где своими глазами наблюдал, сколько людей отбывают сроки за бытовые убийства и нанесение тяжких телесных повреждений, когда просто по банальной пьянке люди хватаются за ножи и отвертки. А представим, что теперь у нас под рукой будет не отвертка, а огнестрельное оружие в достаточно свободном доступе. Тех возможностей для приобретения охотничьего, травматического и газового оружия, которые сегодня существуют, вполне достаточно, чтобы обезопасить себя на случай каких-то непредвиденных ситуаций.

Сегодня в России при наличии лицензии можно купить оружие самообороны, спортивное, охотничье и сигнальное оружие

Корреспондент: Сегодня, когда продажа короткоствольного оружия запрещена, гражданам предлагают защищаться с помощью травматических пистолетов, но приобретают их не так часто.

Владимир Лифанов, администратор оружейного магазина: Рынок оружия самообороны в России мертв с 2011 года. Тогда ввели сразу две нормы, противоречащие друг другу. С одной стороны, оружие признали огнестрельным, и наказание за его использование перешло в разряд уголовных, а с другой стороны, ограничили мощность этого оружия, тем самым сделав его неэффективным. Произошла подмена понятий, и теперь нет такого понятия, как оружие ограниченного поражения.

Корреспондент: При этом в случае самообороны, когда дело доходит до суда, обвиняемая в нанесении тяжких телесных повреждений часто становится защищавшейся, а не нападавшей. Сторонники легализации настаивают: просто нужно внести поправки в законы.

Владимир Лифанов: Изменения нужны, и первое – это нормальный закон о самообороне. Закон ("Мой дом – моя крепость") мусолят уже много лет, и он так и не принят. И фактически со стороны закона оказывается, что человек, правомерно применивший оружие, – нарушитель, он не соблюл кучу норм и требований.

Геннадий Гудков

Геннадий Гудков: Вы защитили пистолетом своего близкого человека, и вас за это посадят. Но если бы вы его не защитили, его убили бы. Какой вариант вы предпочтете? Намного легче изменить судебную практику, чем всю систему. Я понимаю, почему власть против. Не потому, что она считает, что способна обеспечить безопасность граждан: она боится их вооружения в силу политических причин.

Марьяна Торочешникова: По данным опросов Фонда "Общественное мнение", 82% россиян выступают против свободной продажи оружия. При этом 16% респондентов купили бы себе оружие. Разрешать ли гражданам вооружаться? И может ли ношение короткоствольного огнестрельного оружия стать легальным в России? Спросим об этом у адвоката Ильи Костромова и Игоря Шмелева, председателя правления общественной организации "Право на оружие", члена Федерации практической стрельбы России.

Почему движение "Право на оружие" требует для граждан больших возможностей владеть оружием? Ведь если верить российскому закону об оружии, то сегодня обычный гражданин может законно владеть короткоствольным огнестрельным оружием и носить его только в том случае, если оно наградное, но право на охотничье оружие у него никто не отбирал, равно как и право владеть оружием самообороны – это травматика, пневматика и еще куча всяких приспособлений. Соответственно, у него есть право на оружие, и если он захочет, то сможет обороняться. Так почему же нужно требовать еще большего распространения возможностей для приобретения и ношения оружия?

Илья Костромов: Мы все время слышим: свободная продажа оружия. Но она у нас несвободная: оружие в стране продается по специальным лицензиям, которые выдает Росгвардия, а раньше выдавала полиция.

Игорь Шмелев: Даже наша организация не говорит о свободной продаже. И даже в США нет свободной продажи: человек, который хочет приобрести оружие, приходит и предъявляет продавцу документы. Мы говорим о легальной продаже оружия через торгующую организацию. В разных штатах по-разному, на это отведено разное время, от 15 минут до нескольких дней, – продавец отправляет запрос в Агентство по табаку, наркотикам, взрывчатым веществам и оружию и в ФБР. И вот если оттуда пришел ответ, что этот человек стоит у них на учете, то он не купит оружие легально, даже в тех штатах, где так называемый свободный оборот оружия. Мы говорим о лицензированном доступе к оружию, то есть человек, который не имеет проблем с законом и с медициной, должен сначала получить лицензию.

Марьяна Торочешникова: Тогда о чем идет речь – о свободном ношении оружия, о праве его использовать?

Мы говорим не о свободной продаже оружия, а о его легальной продаже через торгующую организацию

Игорь Шмелев: Речь идет об одном классе оружия – короткоствольное нарезное оружие, пистолеты и револьверы, которые с самого начала были созданы как оружие самообороны. Сейчас единственный вид оружия, который запрещен у нас к легальному обороту, за исключением наградного, это короткоствольное нарезное оружие. Оно у нас еще идет как спортивное, но хранить его можно только на стрелковых объектах. Человек не может самостоятельно хранить его у себя, не может носить его в целях самообороны, и транспортировка оружия возможна только в том случае, если он является сотрудником клуба и имеет специальное разрешение.

Марьяна Торочешникова: А зачем право на пистолеты, если уже есть возможности защищаться из травматического оружия?

Илья Костромов: Оно неэффективно!

Марьяна Торочешникова: Но человек, который подошел к вам на улице, не знает, какой пистолет у вас в руках – газовый, травматический, огнестрельный, или это вообще муляж и зажигалка.

Илья Костромов

Илья Костромов: Практика показывает, что, применяя травматическое оружие в соответствии с правилами, с расстояния в два метра и так далее, остановить нападающего невозможно, это его только раздражает. Это возможно, только если выстрелить ему в голову, и у меня есть несколько таких дел. Но практически в каждом из этих случаев наши доблестные правоохранители возбуждали уголовные дела на тех, кто применял оружие.

Игорь Шмелев: Причем практически во всех случаях так называемый пострадавший ранее отсидел уже за убийства, грабежи, изнасилования, но он у нас оказывается пострадавшим при применении оружия в состоянии необходимой обороны против него.

Илья Костромов: Иной раз доходит до полнейшего маразма. Была ситуация: на молодого человека, Алексея, напали два бандита.

Игорь Шмелев: Они его похитили, вымогали у него средства, оставшиеся от продажи квартиры.

Илья Костромов: И забрали крупную сумму. В конечном итоге Алексею удалось воспользоваться своим травматическим пистолетом, и он прострелил голову одному из бандитов. Преступники ретировались, а Алексей вызвал полицию, которая по горячим следам нашла одного в больнице, потом второго, и обоих арестовали. Дело по бандитам ушло в суд, но перед этим следователи выделили материалы о причинении тяжкого вреда здоровью бандита, хотя видно, что имеет место необходимая оборона, и бандиты сидят! Правда, суд оправдал моего подзащитного.

Марьяна Торочешникова: То есть Алексею повезло: могли бы и не оправдать.

Игорь Шмелев: Но человек после необходимой самообороны полтора года доказывал, что он не виноват!

Илья Костромов: А сейчас у меня просто замечательное дело! Доктор, серьезный человек, применил травматическое оружие против хулигана, защищая девушку – все свидетели это подтверждают. Но против него возбудили дело! Это средний или легкий вред здоровью, но там есть такой специальный квалифицирующий пунктик – "из хулиганских побуждений".

Марьяна Торочешникова: Сейчас и следствие, и суды почти не применяют норму о необходимой обороне, чтобы прекратить уголовное преследование человека, защищавшего свою жизнь или жизнь своих близких с оружием в руках. Большинство самооборонщиков в России судят даже не за превышение пределов необходимой обороны, дела против них возбуждают в основном по статьям о хулиганстве, причинении телесных повреждений или в лучшем случае о непреднамеренном убийстве. И победой является случаи, когда тех, кто оборонялся, приговаривают к условному сроку.

Не попадутся ли владельцы пистолетов в ловушку российских законов? Сейчас российский закон об оружии гласит: "Гражданам разрешается применять принадлежащее им оружие для защиты своей жизни, здоровья и собственности".

Игорь Шмелев: У нас закон об оружии упоминает самооборону, но ни Уголовный, ни Административный кодекс не содержат понятия "самооборона".

Марьяна Торочешникова: Необходимая оборона.

Игорь Шмелев: Это два разных предмета.

Илья Костромов: Нужно изменить уголовно-процессуальный закон. У нас есть прекрасная 27-я статья УК, которая говорит о необходимой обороне, но эти дела не подсудны суду присяжных. С 1 июля у нас начинает действовать статья: присяжные в количестве шести человек будут в районных судах, и к их компетенции будет относиться и 105-я статья Уголовного кодекса – "Умышленное убийство", и 111-я, часть 4-я – "Тяжкий вред здоровью, повлекший смерть". Это самые самооборонные статьи. В 90% случаев будут выноситься оправдательные приговоры!

Марьяна Торочешникова: А что сейчас мешает следователю, который возбудил уголовное дело, прекратить его на основании необходимой обороны?

Илья Костромов: Следователям мешает начальник, который говорит: прекращать уголовное дело нельзя ни в коем случае, иначе могут подумать, что мы взяли взятку за его прекращение, пускай идет в суд. А судья – заложник системы, он сидит не для того, чтобы кого-то оправдывать.

Игорь Шмелев: Тогда ему тоже придется писать объяснение, почему он оправдал.

Марьяна Торочешникова: Я хочу привести еще один распространенный тезис в пользу запрета на пистолеты: если снять этот запрет, то каждый будет считать себя вправе самостоятельно определять, что является достаточным, а что недостаточным основанием для применения оружия.

Илья Костромов: А что вы скажете о принципе самостоятельной защиты права, которая тоже допускается законом? Не обязательно звать полицейского, если тебя обижают, можно и самому защитить свое право, законом это дозволяется.

Игорь Шмелев: У нас даже есть статья 39-я, которая предусматривает задержание преступника гражданами при совершении противоправных действий, и при этом гражданам даже разрешено нанесение ему ущерба. С одной стороны, мы даем людям возможность пресекать противоправные действия и задерживать преступника, а с другой стороны, мы не даем им право защищать свою жизнь, здоровье, своих близких и свою собственность.

Марьяна Торочешникова: Еще один аргумент: нет культуры обращения с оружием, человек не знает, насколько это ответственно, как его правильно хранить и так далее.

Игорь Шмелев: Почему же? Сейчас для приобретения лицензии на владение оружием человек при первичном получении проходит обучение.

Марьяна Торочешникова: А если этот человек – злоумышленник?

Игорь Шмелев

Игорь Шмелев: Если это злоумышленник, то законы его никак не ограничивают. В Подмосковье в прошлом году устроил стрельбу сумасшедший стрелок, который не был владельцем оружия, он состоял на учете в психонаркодиспансере, разными путями накопал оружие, восстановил его и использовал.

Илья Костромов: Мне нравится американская пословица: господь бог создал людей, а полковник Кольт сделал их равными.

Игорь Шмелев: Базовые навыки безопасного применения короткоствольного оружия можно привить в течение месяца.

Господь бог создал людей, а полковник Кольт сделал их равными

Илья Костромов: А убить можно и молотком.

Игорь Шмелев: В США, где на 300 миллионов населения сейчас, по-моему, около 320 миллионов стволов, по данным за 2017 год, убийства с использованием колюще-режущих предметов совершались в три раза чаще, чем с использованием огнестрельного оружия.

Марьяна Торочешникова: В год в России от травматического оружия погибают в среднем 20 человек, за последние пять лет из него стреляли две с половиной тысячи раз. А что изменится, если разрешить носить короткоствольное оружие?

Игорь Шмелев: Главная задача оружия самообороны – это не убить или нанести телесные повреждения, а остановить противоправные действия. С нормальным оружием сомнений в эффективности не возникает ни у владельца, ни у его оппонентов. Сейчас вся эта система выстроена так, что преступник находится в приоритетном положении, он не связан законами и лицензиями, и может приобрести любое оружие.

Илья Костромов: Разрешения на короткоствольное нарезное оружие можно выдавать по тому же принципу, как сейчас на нарезное охотничье. Сейчас у населения имеются нарезные охотничьи винтовки с оптическими прицелами, та же снайперская винтовка, смертоносное оружие: из него можно совершать заказные убийства, но этого почему-то не происходит.

Марьяна Торочешникова: Потому что они все сосчитаны!

Илья Костромов: Кроме того, лицензия на нарезную винтовку выдается не просто охотнику, а тому, кто имеет уже пять лет стажа владения гладкостволом: человек подтвердил свою адекватность, не совершал никаких нарушений. Аналогично можно было бы сделать и с пистолетами.

Игорь Шмелев: И второй вариант – разрешить хотя бы хранение и транспортирование оружия. Этой темой воспользовались бы, например, спортсмены: у нас 30 тысяч человек занимаются практической стрельбой.

Марьяна Торочешникова: Может быть, это и правильно: часто приводят статистику несчастных случаев, произошедших с применением этого вполне легального оружия.

Игорь Шмелев: Есть статистика Министерства внутренних дел (сейчас это Росгвардия), говорящая о том, что у нас только 0,013 процента владельцев оружия совершают противоправные действия с использованием легального оружия. Из 7700 преступлений, совершенных с использованием оружия в 2015 году, с использованием легального оружия совершено 549.

Марьяна Торочешникова: Люди, которые выступают за легализацию пистолетов, говорят, что иначе мы находимся в уязвимом положении перед государством, потому что все эти полицейские, чоповцы, силовые структуры вооружены. С другой стороны, люди говорят, что на митингах, например, полиция будет разгонять людей, колотить их, безоружных, дубинками, а тут какой-то один вдруг решит открыть огонь из своего пистолета...

Игорь Шмелев: Молдавия – беднейшая страна, там разрешено владение короткоствольным нарезным оружием, и за первые пять лет уличная преступность там упала на 80%. В Прибалтике с 1994 года разрешено владение короткоствольным нарезным оружием. Мой знакомый в Эстонии, инструктор, рассказывал: он едет на машине, смотрит – бежит человек, и за ним бегут еще несколько человек, сбивают его с ног и начинают пинать. Он выходит из машины, делает один выстрел в воздух, и эти убегают. У него было несколько подобных случаев, и всегда было достаточно выстрела в воздух.

Марьяна Торочешникова: Это сознательный гражданин, а какой-нибудь пьяный дурак напьется и хватает молоток или нож, а теперь будет хватать пистолет.

Илья Костромов: У нас в стране десятки, даже сотни тысяч владельцев гладкоствольного оружия.

Игорь Шмелев: 4 миллиона 300 тысяч владельцев легального оружия.

Илья Костромов: И, пожалуй, большинство владельцев этих стволов – не охотники, они приобрели оружие для пострелушек, для самообороны. И заметьте, они не устраивают перестрелки друг с другом и с соседями, разве что какой-нибудь кратовский стрелок, но это единицы…

Игорь Шмелев: В первую очередь это работа правоохранительной системы. Два года назад, по-моему, в Томской области персонаж застрелил семью и застрелился сам. Начинают раскапывать, и оказывается, что его жена до этого после развода несколько раз обращалась в органы с тем, что он угрожал им убийством, но правоохранительная система прошляпила ситуацию. А потом начинаются вопли по поводу того, что оружие нужно запретить. Сейчас короткоствольное нарезное оружие – это привилегия, а тогда оно не будет привилегией, и любой человек, отвечающий определенным требованиям, сможет пройти обучение и приобрести его себе.

www.svoboda.org

Нужна ли легализация оружия для самозащиты граждан?

Нужна ли легализация оружия для самозащиты граждан?

Трагедия в Тверской области, когда 45-летний электрик Сергей Егоров хладнокровно расстрелял девять человек, подняла в обществе вопрос о правомерности отдельных положений федерального закона «Об оружии». Охотничьим карабином «Сайга», как сообщают СМИ со ссылкой на местную полицию, убийца владел на законных основаниях. Стал ли этот факт тревожным предупреждением о том, что необходимо ужесточить требования закона в части получения лицензии на оружие? Есть ли механизм отбора огнестрельного оружия у человека, замеченного в чрезмерном употреблении алкоголя или наркотиков, или склонного к психологическим срывам?

Жертвами убийцы стали беззащитные жители дачного посёлка. Некоторые эксперты высказали в СМИ предположение, что настало время обсудить возможность свободной продажи оружия для самозащиты. Противники такой точки зрения приводят отрицательный зарубежный опыт, напоминая о частых массовых расстрелах людей психически неуравновешенными американцами.

  • Кто выдают лицензию на оружие? Кто имеет право её получить?
  • В каких случаях могут отобрать у человека лицензию?
  • Стоит ли на сегодняшний день вносить изменения в законодательство в отношении получения права на приобретение оружия?
  • Статистика наличия оружия у россиян?
  • Есть ли особенности проведения медицинского освидетельствования на наличие медицинских противопоказаний к владению оружия? Существует вероятность ошибок медиков?

Участники пресс-конференции:

  1. Первый заместитель председателя комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Франц Клинцевич;
  2. Председатель комиссии по безопасности Общественной палаты РФ Антон Цветков;
  3. Заместитель председателя правления общественной организации «Право на оружие» Вячеслав Ванеев.

Приглашен член Совета Федерации Таймураз Мамсуров.

Новости кризиса: текущая ситуация в России последствия кризиса для общества

krizis-kopilka.ru

Легализации ношения любого оружия в России все-таки не будет

Представители МВД объяснили, что в СМИ неверно истолковали изменения, внесенные в правила оборота гражданского и служебного оружия

Похоже, что надеждам россиян на полную либерализацию режима гражданского оружия так и не суждено сбытьсяФото: Сергей ШАХИДЖАНЯН

Изменить размер текста:AA

Похоже, что надеждам россиян на полную либерализацию режима гражданского оружия так и не суждено сбыться. Разговоры о том, что теперь в России любой человек может беспрепятственно носить с собой оружие, вплоть до гладкоствольного, как в Америке, появились накануне, после того как правительство России приняло поправки в закон «Правила оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории РФ». Ранее предусматривалась лишь возможность ношения оружия во время охоты, проведения спортивных мероприятий, тренировочных и учебных стрельб.

Однако сегодня МВД скорректировало информацию о легализации ношения любого оружия в России. Как пояснили в пресс-службе МВД, изменения касаются только лишь травматического оружия. «Ношение гражданами отдельных видов гражданского оружия при наличии соответствующей разрешительной документации, определенной в Правилах оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, было разрешено и ранее. Внесенные изменения в эти Правила ничего по сути не меняют и носят уточняющий характер, то есть данный документ просто привели в соответствие с законом "Об оружии"», - добавили в ведомстве.

В свою очередь, по этому поводу высказался заместитель председателя комитета Государственной думы по безопасности и противодействию коррупции Александр Хинштейн. Он заявил, что «речь идёт не о всех гражданах России, а именно о тех, кто получил соответствующее право».

«Очевидно, что это люди, прошедшие определенную проверку и курсы по владению оружием, поскольку это обязательное условие сегодня. Но говорить о том, что фактически это влечёт за собой полную легализацию ношения оружия, конечно, не приходится», - уточнил депутат.

www.vrn.kp.ru

В 2018 буду выбирать президента, который за легализацию оружия

Включение в гражданский оборот оружия и боеприпасов является естественным правом и не может быть ограничено. Всякое его ограничение или упразднение является покушением на права человека и гражданина и является безусловным доказательством узурпации власти какой-либо группой лиц. Тот политический режим, где право граждан на владение оружием ограничено или не признано, можно охарактеризовать как тиранический или деспотический. Древний Рим. У плебеев оружия не было, а у патрициев было. Средние века – простолюдинам нельзя, дворянам можно. Царская Россия – крепостным нельзя, помещикам, дворянам можно. То есть оружие давным-давно стало атрибутом власти. Армия и полиция, вооружённые, в отличие от большинства граждан, огнестрельным оружием, предохраняют такое государство от попыток захвата власти народом. Право на ношение оружия – это право на самозащиту. Человек, который лишён его, не может защищать многие свои права, он оказывается в положении приниженном, зависимом от государства, власти, полиции.

У нас должен быть этот выбор. Даже если бы полиция работала идеально, важности оружия для самозащиты и его профилактической роли это не отменит. Полиция, по сути, – только вторая линия обороны. Нападения не происходят рядом с патрулём или отделением полиции. Поэтому непосредственно в момент совершения преступления полицейский не поможет. Лишать законопослушных граждан права на ношение оружия – значит разрушать первую линию обороны.

Оружие – это атрибут свободы. Причины ограничений на владение оружием в России, введённые в 1918 году, были чисто политическими, а отнюдь не направленными на борьбу с преступностью. Это было сделано для обеспечения беспрепятственного проведения политики красного террора.

После легализации длинноствольного и короткоствольного оружия убийств не станет больше. Наоборот, их станет меньше. Главным образом, потому, что право на владение оружием действует на потенциальных преступников профилактически. Об этом свидетельствует зарубежная статистика: после введения права на ношение оружия количество насильственных видов преступлений, то есть убийств, ограблений, изнасилований, неизменно сокращается. Богатый опыт легализации ношения короткоствольного оружия есть у наших ближайших соседей из Восточной Европы, Прибалтики, Молдавии и Приднестровья. Во всех случаях число убийств падало, а не росло. Система лицензирования способна отсеять людей с судимостью, кто состоит на учёте в психоневрологических, наркологических диспансерах.

Даже если это законодательно разрешено, постоянно носят оружие с собой максимум 5 процентов владельцев. Но после того как эти несколько процентов появляются, со всех остальных исчезает печать, которую нам сегодня поставило на лоб государство: «Не вооружён. Можно нападать, ничего не опасаясь». А это непосредственным образом сказывается и на самых беззащитных: женщинах, пожилых людях, инвалидах.

Из опроса, проводимого министерством юстиции США, выяснялось, что из тех, кто при ограблении не использовал оружие для самозащиты, физически пострадали около четверти – то есть их избивали, насиловали, ранили. Из тех, кто применил оружие для самозащиты, страдало менее 8 процентов. Причём в подавляющем большинстве случаев защищавшиеся никого не убивали и даже не ранили. Они демонстрировали оружие или делали предупредительный выстрел. Около 60 процентов заключённых американских тюрем признались, что порой отказывались от преступлений, заподозрив, что жертва вооружена.

Во всём мире легально зарегистрированное оружие практически не используется в криминальных целях. Ведь при преступлениях на месте остаются гильзы и пули, по которым можно идентифицировать оружие и найти преступника.

В России существует комплекс самоуничижения. Во многих случаях мы склонны недооценивать себя и окружающих. К тому же восприятие оружия в разоружённом обществе очень сильно отличается от восприятия оружия в обществе вооружённом. Даже в нашей стране в таёжных, лесных регионах ружья есть почти в каждой избе. И там они ни у кого не вызывают удивления или страха. А вот большая часть жителей какого-нибудь мегаполиса видит оружие только в криминальной хронике или боевиках. У них на подсознательном уровне устанавливается жёсткая связь между оружием и насилием. В действительности же, оружие в подавляющем большинстве используется для предотвращения насилия.

fishki.net